Текст книги "Магические будни интровертки (СИ)"

Автор книги: Алла Касперович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Глава 5

Рыня вскоре удалился, но вовсе не потому, что его усовестил мой вид – я почти распласталась на столе в приёмной. Ушёл он только после того, как съел всё, что я накрыла.

– Ой, с вами так хорошо! Я к вам ещё приду! – пообещал он на прощание.

– А вот угрожать не надо! – пробормотала я, когда за ним закрылась дверь.

– А мне он понравился! – заявил кот.

– Вот и будешь с ним общаться, а я спать пошла.

Зевнув, я двинулась обратно в спальню, кошак же, задрав и распушив хвост, потрусил за мной. Кроссовки я, кстати, так и не нашла, поэтому шлёпала босыми ногами.

– Эй, Настя! Так же нельзя! День на дворе, а ты спать!

– Вы, коты, вообще сутками дрыхнете. А я чем хуже?

Я вошла в вожделенную комнату и постаралась оставить котейку за дверью, но он успел протиснуться, даже хвост не прищемил. А жаль.

– А посуду кто убирать будет?

– Вот ты и убирай. – Я стащила через голову худи и бросила его… Ну, куда-то бросила, потом найду.

– Не могу, у меня лапки! – напомнил Боюн, запрыгнув на стул. Поэтому джинсы и приземлились на одного чрезмерно говорливого субъекта. – Эй!

– У меня тоже лапки, – зевнула я и забралась в постель. Ах, и это я возмущалась, что подушки слишком мягкие? Беру свои слова обратно! – Всё, я спать.

Мне показалось, что мне наконец удалось донести коту свою мысль, но он ещё не всё сказал.

– А посетители?

Я резко села на кровати, одеяло упало с груди, а глаза мои округлились:

– Какие, к чёрту, посетители?!

– Настя, ты Рыню вообще не слушала? Сегодня же приёмный день!

– Какого?!

Не то чтобы сон с меня слетел, но пока отступил, потому что я, мягко говоря, пребывала в шоке. Это я, работавшая в самом безлюдном месте, теперь буду принимать каких-то там посетителей? Что за подстава?! Им же ещё и помощь нужна наверняка, а чем я смогу помочь? Рассказать, где находится двадцать девятый том «Британники»? Рядом с двадцать восьмым, блин!

– Нет уж! Давай как-нибудь без этого! – запротестовала я и всё-таки выбралась из постели, и принялась ходить взад-вперёд по спальне. – Нет, ну за что мне всё это? А можно не надо, а? Да ё-моё…

– Насть, ты б оделась, что ли. Мне-то всё равно, а другие не поймут. Эй, Настька, не надо джинсы-то! – Кот уселся на них, да ещё и вцепился когтями, чтобы я точно не отобрала. – Рыня говорил, что местные девки… – тут он поймал мой свирепый взгляд, – то есть, местные девушки штаны не носят.

– Нет у меня другого! – огрызнулась я, хотя и так знала, что Боюн на это ответит

– А сундук? Это ж теперь всё твоё.

Ну, секонд хэндом я никогда не брезговала, конечно, но на этот раз мне было не по себе, ведь эти вещи мне оставила покойница. Однако деваться было некуда, и я, поворчав скорее для проформы, откинула тяжёлую крышку и уставилась на «приданое». Выглядело всё очень чистым, свежим и, кхм, новым? Так это Арина для меня всё новенькое подготовила! Точно же! Откуда я это знала? Да кто ж его разберёт. Даже если я и напридумывала себе – плевать, потому что стало легче.

– Настька, поторопись!

– Во сколько они хоть придут-то? – спросила я и вытащила первое попавшееся льняное платье цвета пожухлого василька. Сюда и поясок с серебристой вышивкой подошёл.

– А мне откуда знать? Я в ваших человеческих часах не понимаю. Рыня сказал, что скоро.

– Блин.

Кроссовки, видимо, окончательно от меня сбежали, зато я нашла просто замечательную обувь из натуральной кожи. И размер – тютелька в тютельку мой! Здесь были и сапожки, и ботинки, и несколько пар туфелек на плоской подошве – чем-то на балетки похожи, но только более грубые. Одну из пар я и надела.

«Даже если кроссовки не найду – не беда», – решила я, потому что в жизни своей ничего удобнее не носила.

– Настька, поторопись!

– Да тороплюсь я!

В шкатулку с украшениями я заглядывать не стала – знала, что снова начну там всё рассматривать. Так что оставалось только причесаться. На столике меня ждал деревянный гребень, но я помнила, что в рюкзаке, в среднем кармашке притаилась маленькая массажка – дорожный вариант. Увы, её я не обнаружила. Как и мобильного, паспорта, мятной жвачки, ключей и гигиенички. Только зонтик лежал один-одинёшенек.

– Блин, – повторила я со вздохом и отложила в сторонку почти бесполезную сумку. Вот куда мои вещи исчезли? Или это была плата за интересное кино? Тогда я хочу вернуть билет!

В общем, пришлось орудовать гребнем. Необычно, но сойдёт.

– Настька!

– Да иду я!

К тишине этого места я почти привыкла, поэтому меня немного удивил и, врать не буду, напугал гул снаружи. Это как зайти на главный рынок города – все жужжат и что-то от тебя хотят.

– Я ж вообще ничего в травах не смыслю! – запаниковала я, остановившись у дерева посреди приёмной.

– Но меня же ты как-то вылечила, – возразил Боюн, сев около меня.

– Вот именно! Как-то! Это вообще не я была.

– Ты – не ты, но получилось же.

– И что это ты такой спокойный и уверенный? – прищурившись, поинтересовалась я.

– Так я ж отвар, который ты Рыне дала, чуть-чуть попробовал. Ты сама разрешила!

– Я?!

Кот замялся:

– Ну… То есть, ты не запрещала. Я совсем чуточку! Капельку! Капелюсечку! Честно-честно! Просто так вкусно было!

– Погоди-погоди… – замотала головой я. – Какой отвар? Когда?

– Так, после завтрака почти сразу! Настька! – ахнул он. – Ты опять ничего не помнишь?

– Ничегошеньки… Боюн, что я делала?

Он призадумался:

– Ну… Ты вдруг встала и сказала нам ждать, пока ты сходишь в зельеварню…

– Куда?!

– В зельеварню. Ты сама так её назвала! Короче, ты скоро вернулась и принесла целый жбан чего-то зелёного. А пахло-то как вкусно!.. – кошак аж зажмурился от приятных воспоминаний. – Рыня мне глоточек предложил, ну я и попробовал.

– Вообще ничего не помню… – Я прикусила губу, потому что начинала догадываться, в чём дело. – Это что, я теперь из-за всех этих посетителей память терять буду?

– Это ещё проверить надо! – хмыкнул кот. – Давай, Настька, не дрейфь! Я в тебя верю! Ты сильная, ты справишься!

Трусом он мне больше нравился.

Вдохнув и выдохнув, и стараясь игнорировать колотящееся сердце, я открыла дверь и на пороге столкнулась ни с кем иным как с Тором. Вот почему именно он?! Да где ж я так накосячила?!

Но… До чего же привлекателен подлец! Сегодня на нём была простая рубаха с достаточно открытым воротом, и я могла разглядеть литые мышцы на его груди. А что не могла – дорисовало воображение.

Ух, мужчина моей мечты…

– Слишком долго, Травница. Опаздываешь.

… пока рот не открывает.

– Доброе утро, – задрав подбородок повыше, поздоровалась я. Пусть видит, что не у всех тут отсутствуют манеры.

Приветствие моё Тор, можно сказать, проигнорировал, потому что его еле заметный кивок ответом я считать отказываюсь. Отступив в сторонку, викинг открыл мне хороший обзор на довольно приличную очередь.

– Мать моя котячья… – вместо меня высказался Боюн, и я была с ним полностью согласна.

Очередь, хоть и длинная, но это меня как раз и не пугало – в гос. поликлиниках они порой и побольше будут, особенно на рентген или к заведующей. А вот – как бы это выразиться поточнее? – видовой состав действительно меня поразил. И меня ещё говорящий мухомор удивлял? Ха!

– Здравия тебе, Травница! – хором произнесли существа и люди. Э… Насчёт последних я так уж уверена не была.

– Настька, отомри! – шикнул на меня кошак, по-прежнему прячась за моей спиной. Видимо, зелье храбрости и спокойствия перестало действовать.

– З-здрасьте…

Я пыталась выдавить из себя улыбку, но лицо отказывалось мне подчиняться, оставаясь неподвижным. Мышцы ныли от напряжения, но всё, что видели мои так называемые пациенты – покер фейс. А как я ещё должна была реагировать, если жизнь меня к такому не готовила! Ладно бы эльфы там и гномы – классика всё-таки. Ладно бы кикиморы, русалки и лешие – родной фольклор как-никак. Ладно бы ёкаи – аниме я тоже в своё время пересмотрела прилично. Ладно бы фавны и единороги – увлекалась я в детстве мифами и легендами Древней Греции. Но всё вместе? Вот сейчас бы мне самой какое-нибудь зелье не помешало. И покрепче!

– Уважаемые жители Забытого леса! – Тор стал около меня, и я нисколечко не была против – вот пусть сам и отдувается. – Это Настя – наша новая Травница. Арина вчера покинула нас.

«Забытого? Почему забытого?» – подумалось мне, но озвучивать свой вопрос я не стала. Потом как-нибудь спрошу. Наверное.

– А я вам говорил, что Ринки больше нет! – раздался торжествующий голос мухомора. Самого гриба я не заметила. Впрочем, во всей этой пестроте компании – и неудивительно. – А вы не верили! Рынарогвар никогда не врёт. Эй! А подзатыльник-то за что? Эй, кто меня пнул?

Рыня продолжил возмущаться, но его всё хуже и хуже становилось слышно. Видимо, переместили аж в самый конец очереди.

– Спасибо, – тихонько произнесла я, дотронувшись до рукава своего спасителя.

– Забудь. Это не для тебя.

Вот же!

– Всё равно спасибо.

Тор цыкнул и отошёл от меня подальше. Мне аж засвербело – так захотелось по-детски показать ему язык или средний палец, но, во-первых, не была уверена, что этот хам меня поймёт, а во-вторых, на меня устремилось слишком много глаз. Вот взять хотя бы вон того гигантского паука – у него их как раз четыре. Кажется, видела такого в каком-то аниме. Или это была манга? Да о чём я вообще думаю! А вообще, я хотела сказать, что ронять лицо перед клиентами – так себе затея.

Так, ладно, сейчас соберусь! Как-нибудь.

– Я здесь новенькая, поэтому не знаю, как обычно проводила приём Арина, – заговорила я, и сразу наступила тишина. По моей спине скатилась капелька пота, а голос немного дрожал. Вот не люблю я быть в центре внимания! – Буду благодарна, если вы подскажете.

Первым в очереди стоял низенький дедок с лохматой бородой до самой земли. В седых волосах запутались грибы – к счастью, не говорящие, – ягоды спелой рябины и что-то похожее на, кхм, чучелко полёвки. Я очень надеялась, что это просто игрушка. Опирался старик на деревянную дубину, и что-то мне подсказывало, что с «дедушкой-божьим одуванчиком» лучше не связываться.

– Настя… Знавал я одну Настасью. Давненько это было. Ох, и ладная девка была!

– Да? – округлила глаза я – даже на «девку» не обиделась! – а затем скосила их на Тора. – А мне тут недавно сказали, что имя у меня странное…

– Кто сказал? – Дедок проследил за моим взглядом. – А… Тогда понятно. Не местный он, не тут родился, вот и не знает. А имя у тебя не странное, а редкое. Настасья… – Старик закатил глаза, явно предавшись счастливым воспоминаниям. А я тихо радовалась, что он не стал делиться подробностями бурной молодости. Но он быстро опомнился, подарил мне идеальную улыбку – да зубы у него белее и крепче, чем в любой рекламе зубной пасты! – Добро пожаловать в Забытый лес, Настя! – Затем он обернулся и как рявкнул по-молодецки: – А-ну, народ!

– Добро пожаловать! – синхронно выкрикнули существа.

«Дрессированные, что ли?» – восхитилась я.

– У неё ещё и кот говорящий! – подпрыгнув, чтобы его хорошенько разглядели, сообщил Рыня.

По очереди пробежал шепоток:

– Кот говорящий! Кот говорящий! Говорящий кот!..

Да-да, конечно. Именно это здесь самое необычное. Умгу.

– Боюн, покажись! – шепнула я, заглянув за плечо.

– Не хочу… – заныл кот. – Я боюсь…

Точно зелье перестало действовать.

– А если на ручки? – предложила я.

– Ну, если только на ручки…

Вот давно мне хотелось повторить сцену из «Короля льва». Ту самую, где бабуин поднимал Симбу и представлял народу. Только раньше у меня для этих целей кота не было, а теперь есть! Музыки только не хватало. Эх, вот как заведу «Circle of life»! Как завянут уши у людей-нелюдей, как начнут свистеть, улюлюкать и меня чем-нибудь забрасывать… Нет, пожалуй, петь не стоит. Но кота я всё же показала именно так, как хотела. Аж на душе полегчало.

Леший – именно им и оказался любитель ладных Насть, – поведал мне, как обычно проходил приём у Арины. Если честно, это мало чем отличалось от обычной поликлиники. Разве что записи никто не вёл. Заходили по одному, рассказывали, на что жалуются, получали рекомендации и какие-нибудь травки и отправлялись по своим делам. Одно отличие – и очень существенное, на мой взгляд! – всё же имелось: приёмный день проходил всего раз в месяц. В другое время к Травнице обращались только в случае острой необходимости. Видеть их всех всего раз в месяц? Мне подходит. А там, глядишь, и домой как-нибудь вернусь.

Вот так мой день и продолжился. Если не считать того, что снова полностью выпал из моей памяти.

Очнулась я в кровати. За окном стояла глубокая ночь, а около меня сладко дремал Боюн. Видимо, и он за день вымотался. Я потрепала его по голове, и он мгновенно проснулся.

– Настя! – обрадовался кошак. – Мы с тобой такие молодцы! Стольким сегодня помогли! – Тут он пригорюнился: – Тебя только жалко. Так вымоталась, что сама до спальни дойти не смогла.

– Э… Как я тогда здесь оказалась? – Вопрос я, конечно, задала, но вот хотела ли я знать на него ответ…

– Так, тебя Тор сюда притащил! Настька, он такой сильный! Тебя, как котёнка поднял.

– За шкирку? – простонала я.

– Зачем же? – обиделся за викинга Боюн. Я даже подумала, что, может, как принцессу? – Как мешок с картошкой.

И почему я не удивлена?

– Тор тебя, кстати, и раздел.

– Чего, блин?!

Глава 6

Меня до последнего тешила надежда, что кот по неопытности ошибся и перепутал «раздел» и «разул», потому что обуви на мне точно не было. А вот одежды…

– Боюн, зажги лампу.

– Не могу, у меня…

– Да-да, лапки – помню.

Впрочем, мне вовсе было не обязательно зажигать свет – вполне достаточно просто себя пощупать, что я и сделала.

– Твою раз твою налево! – ругалась я в полный голос, наверняка переполошив всех ночных жителей в округе. – Да какого чёрта! Он совсем оборзел? Берега попутал?

– Насть, Насть, не кипятись! – Кошак от беды подальше отскочил от меня на самый край кровати. – Не виноватый он! Это всё ты!

– В смысле? – тут же утихомирилась я. – В смысле, я?

– Ой, Настька… – Кот перебрался ко мне поближе, перестав чувствовать угрозу. Зря это он. Наивный он у меня. Даром что на улице вырос. – Ты тут такое чудила…

Есть у меня несколько грешков, о которых я ни за что не стала бы рассказывать потомкам. Надеюсь, что новый те не переплюнет.

– Так, что я там учудила?..

– Ну… – замялся Боюн. – Ты начала сдирать с себя одежду и орать, что – дай, сейчас вспомню, – задолбали тебя эти балахоны, где твой кигу-что-то…

– Кигуруми, – буркнула я. Самая удобная домашняя униформа, между прочим.

– Ага, оно самое. Если б не Тор, ты б своё платье разодрала, а он пытался тебя остановить, но ты, Настька, сильная, оказывается!

Бываю иногда, но предпочитаю делать ноги.

– А когда он понял, что платье на тебе никак не оставит, помог тебе его снять, чтоб ты не разодрала. Вон на стульчик повесил. Так, ты ещё и туфлями Тора закидала, всё орала, чтоб твоё это кига-что-то принесли.

– Ки-гу-ру-ми!

– Ага, его самого. Он объяснял тебе, что понятия не имеет, о чём ты. А ты тогда разозлилась, штуку свою, что на грудях носишь, расстегнула, сняла, раскрутила над головой и зашпульнула в Тора. А он увидел тебя без одежд почти, глаза ладонями закрыл. Видишь, какой он хороший! Порядочный!

Тьфу ты, джентльмен нашёлся! И как мне теперь ему в глаза эти самые смотреть?!

– Это же всё? – с надеждой спросила я и зажгла наконец лампу. Я действительно спала топлес, но хотя бы трусики по-прежнему оставались на мне. – Всё, да?

– Ну… – Кошак отвёл взгляд. – Тор тебя в постель затолкал, в одеяло закрутил и уже уходить собрался – ты как раз притихла, – как ты вдруг как заведёшь песню заунывную: бедная ты несчастная, никто тебя не любит, никто тебя не кормит. Мне тебя даже жалко стало, и Тор тоже смотрел на тебя с сочувствием…

Ну да, так я и поверила!

– … а ты как начнёшь вырываться из одеяла, зубами грызть! Ой, я уж думал этого екза-кого-то звать пора!

– Экзорциста?

– Ага, его самого. Ты в одеяле по кровати прыгала – Тор тебя еле удержал, – а потом стала требовать пиццу, суши, ведро мороженого и какой-то напиток, но я не разобрал. Я тогда тебе мяса вяленого принёс, Тор с рук тебя покормил, ты и успокоилась, а потом и заснула.

Хорошо ещё, что я не в пору охоты на ведьм попала, так бы меня точно уже сожгли на костре. Как представлю себе все эти прыжки по постели, сразу фильм «Экзорцист» вспоминается.

– Ты б глаза мужика видела! Он же ошалел! Вот будешь теперь его лечить от заикания!

– Он заикаться начал? – ахнула я.

– Нет, это я так. Настька, а ты чего такая была-то? Ты ж и раньше, когда с травками возилась, без памяти была, но ни на кого ж не набрасывалась!

Вообще, я довольно мирный и уравновешенный человек. И становлюсь полным неадекватом, только

если очень голодна. Погодите-ка…

– У меня, что, перерывов на обед не было?!

– Так ты ж и не просила…

То есть, я в беспамятстве пахала целый день, а меня даже ни разу не покормили?! Тогда им ещё повезло, что я успела позавтракать!

Сон я уже перебила, а потому обратно в постель возвращаться не стала. Тем более что и за окном начинало светать. Боюн с сожалением посмотрел на манящее одеяло, но со вздохом присоединился к моему раннему утру. Так, глядишь, я из матёрых сов в жаворонки переквалифицируюсь.

– Пойдём поедим, что ли? – предложила я, и кот сразу же взбодрился.

– Пойдём!

– Только оденусь сначала, а то кто его знает, кого ещё принесёт.

Ночь выдалась тёплая, а утренние лучи и вовсе предсказывали жаркий день, поэтому худи и джинсы я отвергла. Вчерашнее платье я пока не могла заставить себя надеть – как гляну на него, так сразу Тора вспоминаю. Стыдоба-то какая! К счастью, бывшая Травница оставила мне обширный гардероб. Выбор я свой остановила на льняной рубахе, которую я потом заправила в юбку. Ещё и сандалии нашла, хотя я могла бы поклясться, что ещё вчера среди обуви их не было. Ну, не было и не было – теперь есть.

На дне сундука я обнаружила то, чего совсем не ожидала – нижнее бельё! Причём вполне современное. Фасоны, правда, «бабушкины», но не мне капризничать. А я-то думала, как выживать с одними трусиками и одним лифчиком. Ай, Арина, ай, молодец! И размер, конечно же, мне подошёл. А жизнь-то налаживалась!

К тому же моя предшественница позаботилась и о ду́ше – ещё одна дверца отыскалась. В большую бочку, подвешенную к потолку – и хорошо закреплённую, я проверила! – заливалась вода, а уже оттуда, если повернуть краник, вытекала прямо на голову. Пришлось немного повозиться с подогревом, но результатом я осталась довольна. Эх, как же здорово!

После водных процедур и сытного завтрака я сообщила коту:

– А теперь исследовать окрестности!

– А можно без меня?

– Можно, – кивнула я, – но нельзя.

– Мать моя котячья…

Далеко, понятное дело, я не пошла. Тем более что Боюн и вправду струсил и, сколько бы я его ни звала, со мной не пошёл. В какую сторону идти, я долго не могла определиться, потому что не хотелось идти ни в какую. Но надо же как-то узнать, что меня окружает и что от этого самого окружения ждать.

«Эх, сейчас бы на диванчик, ноут на пузико и чай в одну лапку, а печенье с кусочками шоколада в другую…» – простонала я про себя. Вот как мне раньше хорошо жилось-то! Так, нет же: это мы уже смотрели, шоколадка не такая, а почему шестнадцать серий, а не двадцать?.. Обещаю, когда вернусь, больше не буду такой привередой. Честно-честно!

Я очень надеялась, что кто-то где-то мои обещания услышал и принял к сведению. А пока я при помощи детской считалочки выбирала путь.

– Раз, два, три, четыре, пять,

Я сошла с ума опять.

Скоро буду убивать,

Скорей ты прячься под кровать.

Три, четыре, семь, шесть, восемь,

Не увидеть тебе осень.

Зря меня ты огорчал,

Избегай-ка ты зеркал.

Ну… Может, не совсем детской, но это единственная, которую мне удалось вспомнить. На сайте каком-то увидела и отчего-то решила заучить. Вот и пригодилась. Последнее слово выпало на лес позади дома. Если честно, я бы предпочла поле, но было уже поздно отступать – сама так решила. С рюкзаком за спиной – а куда ещё мне было положить волу, зонтик и немного еды? – я двинулась по указанному пути. В сказках обычно их три, и каждый не несёт в себе ничего хорошего. Я же выбрала четвёртый, поэтому, наверное, мне повезёт. А может, он нигде не упоминается как раз потому, что самые ужасы начинаются, если пойти назад. Ой, кажется, кто-то начал себя накручивать.

Лес начинался не сразу за домом Травницы, до него ещё минут пять-семь идти надо было. Пару раз мне в одну из сандалий, приём в одну и ту же, попадал камешек, и я пожалела, что не остановила свой выбор хотя бы на туфельках. Дорожка явно была нахожена, а ещё я заметила вмятины от колёс на траве – значит, кто-то сюда и на транспорте заезжал. Постепенно я добралась и до леса.

Я как истинное дитя города с открытым ртом смотрела на обилие растений, мой нос одурел от непривычных и в чём-то волнующих запахов, а уши наслаждались трелями птиц. Животных я пока не видела, что меня обрадовало – я понятия не имела, что делать, если встречу медведя, волка или ещё кого-нибудь, для кого я могла бы стать прекрасным обедом. И почему я никогда не интересовалась тем, как выживать в природе! Наверное, потому, что мне вполне хватало четырёх стен для счастья. Вот занесло меня, так занесло.

И это я только в лес вошла! По бокам дорожки росли низенькие кустики с ярко-красными ягодками, напоминавшими одновременно землянику и малину. В их съедобности я уверена не была и на себе проверять не собиралась. Хватит с меня и того, что я уже по деревьям полазила.

Родительская дача находилась в небольшой деревушке, я бы сказала, на отшибе мира. Леса рядом не было, как и реки, озера или хоть какой-нибудь лужи, где можно было бы поплавать. И уж, конечно, никто не учил меня определять, что безопасно в лесу, а чего лучше избегать. Но даже я догадалась, что гигантская изумрудная змея, внезапно возникшая посреди дороги и ставшая почти вертикально, не была настроена дружелюбно. Не знаю, что там надо делать по правилам юных натуралистов, но вот, что сделала я:

– А-а-а-а-а!..

Естественно, я заорала! А как тут не заорёшь, когда на тебя смотрят два непроглядно чёрных глаза, а тонкий язык-ленточка высовывается в твою же сторону.

– Ой, а кричать-то так зачем?.. – Змея зажмурилась и отшатнулась.

– А-а-а-а-а!.. – Я усилила звуковую атаку. Нет, ну а что?

– Тётенька, прекрати орать, пожалуйста! Уши заложило.

А вот после этих слов я действительно замолкла. Тётенька? Это я-то тётенька?

Пока я пыталась осознать, что мне сказали, кто сказал, как сказал, рептилия вдруг засияла изумрудным светом и постепенно приобрела человеческие черты, пока совсем не превратилась в девочку лет восьми.

– Так лучше, тётенька?

Я молча уставилась на рыжеволосую девчушку в зелёном сарафане поверх белой рубахи. Кудри малышки растрепались, а ступни облепила изумрудная чешуя. Чем не обувка! И всегда с собой!

– В-вроде того, – кивнула я. – Ты кто будешь-то?

– Я-то? – улыбнулась она щербатым ртом. – Я Василиса, Торова дочка.

О-пань-ки… Вот это поворот!

– А ты, тётенька, кто такая? – с любопытством глядя на меня, поинтересовалась девочка.

– Я? Я Травница новая.

– А!.. Папа говорил, что вместо Арины теперь какая-то припадочная. Ой! – Она схватилась за лицо ладошками. – Я не должна была так говорить!

– Всё нормально, – криво усмехнулась я. После вчерашней ночи, я думаю, викинг может меня и не так называть. – Василиса, а ты здесь одна? Где твоя мама?

– А нет у меня мамы, – всё так же улыбаясь, поведала девочка. – У меня только папа есть. Ой, а пойдём к нам домой! – Её тёмно-зелёные, почти чёрные глаза засияли. – Я тебя пряником угощу! Сама пекла!

– Сама? – ахнула я. Пределом моих возможностей по-прежнему оставалось подгоревшее «тёртое» печенье.

– Ага, – закивала она. – Меня папа научил. Он очень вкусно готовит. И сарафан этот тоже он мне сшил.

– Красиво… – пролепетала я.

Нет, ну не мужик, а прямо клад какой-то! Характер только паскудный.

– Не думаю, что твой папа обрадуется.

– Ну да, – вздохнула она, на миг погасив улыбку, а затем вновь просияла. – А мы в дом заходить не будем! Я тебе так пряник вынесу! Пойдём, здесь недалеко.

О, так мы почти соседи.

Василиса свернула направо, нисколько не заботясь о препятствиях, а те быстро самоустранялись, чтобы юная змейка могла безбоязненно пройти туда, куда ей заблагорассудится. Кусты, пеньки, ветки и прочее быстро возвращались на место, поэтому я поторопилась, чтобы и на меня хватило змеиной магии. Минут через пять мы добрались до добротного одноэтажного дома из брёвен. С террасой, на которой уютно расположились два плетёных кресла и низенький столик, за которым так и хотелось пить ароматный чай, угощаться рассыпчатым печеньем и дегустировать варенье из сосновых шишек. Мм, кажется, кто-то замечтался.

– Подожди! – легонько дотронувшись, до моей руки сказала Василиса и умчалась в дом.

Мне только и оставалось, что ждать её. Никогда особо не любила детей, но эта девчушка мне понравилась. Возможно, потому, что сумела подобрать ко мне ключик – да-да, я такая простая, да, я ведусь на еду. Но уж точно, не из-за её отца.

Неожиданно я почувствовала за спиной чьё-то присутствие. Пожалуйста, пусть это будет медведь.