Текст книги "Магические будни интровертки (СИ)"

Автор книги: Алла Касперович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

Глава 3

Внутри не оказалось ничего необычного: просто спальня. Травница явно любила комфорт – спала она на добротной деревянной кровати, где спокойно могло бы уместиться не меньше трёх человек. Подушки на мой вкус были слишком большими и пушистыми, но это я уже придиралась. Покрывало на постели тоже было выполнено в стиле пэчворк. Видимо, прежняя хозяйка на досуге увлекалась. Шкафа я не обнаружила, зато в углу стоял огроменный сундук. Заглядывать туда пока не хотелось, ведь Травницы всего с полчаса как не стало, а я уже набросилась на её имущество, как дальние родственники на бабкину квартиру.

Зато не удержалась и перебрала её украшения. Их я нашла на небольшом столике с двумя выдвижными ящиками. Резную шкатулку будто нарочно оставили открытой. Коралловые бусы, деревянные серьги, медные, латунные, ещё какие-то, медальоны, кулоны – в общем, глаза разбегались. Единственное, что я не нашла – кольца. Но это, наверное, объяснялось тем, что в работе требовались голые руки, но я не уверена. О травничестве я знала лишь то, что там с растениями возиться надо.

Врать не буду, украшения мне очень приглянулась. Я бы, может, и примерила их – тем более что и овальное зеркало на стене висело, – но повторюсь, их прежняя владелица только-только вознеслась в небеса. Кстати, мне надоело постоянно себе напоминать, что всё это плод моего воображения, и я решила сделать вид, что всё, что здесь со мной происходит – реальность. Вот когда вернусь назад, тогда и буду над собой смеяться. Если вообще вспомню об этом.

О том, что у Травницы было много талантов, свидетельствовали и картины на стенах. Отчего-то я нисколько не сомневалась, что написала их именно она. В основном пейзажи, но на одной я приметила темноволосую девочку, притаившуюся за кустом красной смородины. Как бы там ни было – красиво.

– Долго будешь на пороге сидеть? – уточнила я у кота, разместившего передние лапы в спальне, а задние и хвост – в, по-видимому, главной комнате. Исследовательский дух у моего компаньона определённо отсутствовал.

– Пока ты оттуда не выйдешь.

Я положила бусы из мелкого янтаря обратно в шкатулку и повернулась к кошаку.

– Зовут-то тебя как, трусишка?

– А тебя как? – насупившись, буркнул он.

– Я Настя. Так как тебя зовут, а?

Кот отвернул голову в сторону, чтобы не встречаться со мной взглядом, и ответил:

– Нет у меня имени, дворовый я. Обычно кличут «Брысь» да «Псик». Я, когда котёночком был, думал – это и есть моё имя. Мамка рано померла, а из помёта я один остался. Некому было мне имя давать.

– Значит, я дам. Будешь ты у меня Кот Боюн!

– Это как в сказке, да? – обрадовался кошак, снова глядя на меня. – Я на дереве сидел, когда маленькой девочке сказку читали. Там как раз про Кота Баюна говорили. Ух, какой он крутой!

Я не стала расстраивать счастливого зверя и просто кивнула.

– Ладно, Боюн, тут посмотрели, пойдём дальше.

– Пойдём, Настя! Кот Баюн идёт с тобой!

– Да-да…

А вот вторая комната привела меня в ужас. Я-то думала, что травники просто травками и занимаются. Ну, может, отвар какой заварят, пошепчут что-то. А здесь целая лаборатория с банками-склянками-колбами-мензурками! И не пустыми! И жидкости все какие-то неестественно разноцветные, уж точно не природных оттенков. Это что тут такое Травница наварила?! И самое главное, ничего не подписано. Догадайся, Настенька, сама.

– Так вкусно пахнет… – зажмурившись и потягивая носом, сообщил мне Боюн.

Запахи и правда стояли приятные, и в голове как будто прояснялось. Мне даже захотелось попробовать ядовито-синий напиток в колбе справа от меня, но я себя быстро одёрнула. Нечего незнакомую каку в рот тянуть.

– Пойдём отсюда, потом разберёмся.

По-хорошему, наверное, следовало начать с осмотра вокруг дома – понять, в каком мире я вообще нахожусь, но я этот момент оттягивала, как могла. В хоромах Травницы мне отнюдь не было плохо. И как истинная интровертка я считала: зачем куда-то выходить, если и дома хорошо?

Сперва я выглянула из окна главной комнаты. Как её обозвать-то? Прихожая? Слишком большая. Зал? Да как-то не тянет. Приёмная? А вот тут я, похоже, не ошиблась.

За окошком ничего особенного я не разглядела. Ну, трава невысокая – газонная, кусты какие-то, дорожка мощёная. Видимо, всё же придётся выходить. Мы с котом переглянулись, и он замотал головой. Значит, не зря я ему такое имя дала. Впрочем, сейчас и мне бы оно вполне подошло.

– На счёт три? – предложила я скорее себе.

– Иди, Настя, я в тебя верю. – И прежде чем я успела завести свою шарманку «А ты один-одинёшенек останешься?», он добавил: – Я тебя дождусь. Иди, Настя, иди.

Конечно же, я пошла. А куда деваться? С первого взгляда жилище Травницы мне понравилось, потому что кругом не было ни единой живой души. Я даже птиц не слышала, хотя они как раз и не помешали бы. Возможно, сейчас не время для их песен. По моим ощущениям, перевалило за полдень. К счастью, я пока не проголодалась. А может, это всё стресс.

Других домов на горизонте тоже видно не было, но обзору мешал то ли лес, то ли роща справа от входа и сзади. Слева и спереди простирались бесконечные поля, настолько зелёные и сочные, что казались нереальными. А дышалось как легко! С непривычки у меня немного закружилась голова, но это быстро прошло. Я с удовольствием подставила лицо солнечным лучам и поняла, что в своей одежде мне жарковато. Раз уж я всё равно здесь задержусь, надо будет порыться в сундуке – сейчас льняное платье пришлось бы очень кстати.

Дерево, вокруг которого и было построено жилище Травницы, я не опознала. Не припомню, чтобы когда-нибудь видела подобные листья, одновременно напоминавшие и кленовые, и дубовые, но выглядело завораживающе, тем более что дерево выросло, наверное, этажа до четвёртого и очень разрослось, раскинув ветви в разные стороны. Вот по таким действительно можно безбоязненно гулять, как кот из сказки. Цепей и русалок только не хватало.

– Настя, скоро ты там? – подал голос кошак.

– Сейчас! Ещё сзади обойду!

А там меня ждал огород, но засаженный не овощами-фруктами-ягодами, а травками-муравками. Причём всё так тщательно выполото, что я ещё раз убедилась – Травница с преемницей просчиталась. Ну, не люблю я всё это садовничество! Сидеть на грядках и что-то там медитативно выдёргивать? Вот совсем не про меня.

И всё же я не могла не восхититься организованным порядком. Просто рай для перфекциониста. Я подошла поближе и присела на корточки, чтобы понюхать жёлтые цветы на крайней грядке слева. Понятия не имею, как они называются. И в душе ничего не ёкнула, и в памяти ничего не всплыло. В общем, кто-то там где-то промахнулся, когда назначил меня ухаживать за всей этой красотой.

– Кто ты? Где Арина?

Глубокий мужской голос позади напугал меня до чёртиков. Я попыталась резко встать, но вестибулярный аппарат подвёл, и я, пошатнувшись, шлёпнулась на зад прямо между грядками. Повезло хоть, что расстояние между ними приличное, и я ничего не испортила. У страха, конечно, глаза велики, но незнакомец и вправду был очень высок. Ни дать ни взять – викинг! Огромный, плечистый, блондин с длинными волосами и небольшой бородкой. Он словно выбрался из моих эротических фантазий. Ну а что? Я взрослая девочка.

– А ты кто? – брякнула я, позабыв про всякую вежливость. Кроме того, он сам тыкать начал.

– Тор, – представился гигант и не думая подать мне руку. – Где Арина?

Кого там Травница велела остерегаться?

– Где Арина? – уже настойчивее повторил вопрос викинг. А что? У него и одежда похожа на ту, что я в одном сериале видела.

– Я за неё, – ляпнула я первое, что пришло на ум, и тут же прикусила язык.

Но, по крайней мере, я узнала имя той, из-за кого у меня теперь куча проблем. А пока я решала, стоит уползти или всё-таки выпрямиться в полный рост. Он у меня средний, так что смогу проверить свои предположения. Поэтому я и выбрала второй вариант. Ну да, совсем не маленький. Злой только какой-то – вон как брови насупил.

– Она не явилась на Совет.

– Так умерла она. Думаю, вполне уважительная причина. Или у вас тут не так?

«Ой, Настя…» – я мысленно взялась за голову. – «Язык твой – враг твой!»

Именно поэтому я и предпочитала как можно реже общаться с людьми.

– Умерла, значит. – Он сжал кулаки, и я очень понадеялась, что это не из-за того, что я дерзила незнакомому человеку, крупнее и определённо сильнее меня. Драп-дзютцу у меня, конечно, на высшем уровне, но куда бежать? Да и всё равно придётся вернуться. – Соболезновать не буду.

– Ну и ладно, – выдохнула я. Значит, дело не во мне – и то хорошо. – Мы с ней только сегодня познакомились.

– Странный выбор сделала Арина, – оглядев меня, заключил Тор.

Эй!

– Ну уж извините! – буркнула я.

Знаю, что не красотка с обложки, но зачем же так хамить! Права была моя Травница: нечего с этим грубияном водиться. Спровадить только его как? А вообще, что это за странные фантазии у меня такие, раз мужчина моей мечты меня же и обси… грязью поливает! А я о себе, оказывается, многого не знала.

– Неважно, – отмахнулся он. – У вас там свои заморочки. – Он прищурился, снова осмотрев меня – я невольно приосанилась и даже грудь выпятила, – но он скривился и тряхнул головой. – Следующее собрание через три дня. Будь добра, явиться, э…

– Настя, – подсказала я, окончательно для себя решив, что он мне не нравится.

– Настя… – Тор попробовал моё имя на язык. – Вас, Травниц, всегда так странно зовут.

– И ничего не странно! – обиделась я и за себя, и за Арину, и за всех, о ком я даже понятия не имела. – Красивое же имя! Анастасия, Настасья, Настасьюшка, Настя, Настёна, Настюша, Настенька – вон сколько форм!

– Настенька…

Викинг произнёс это на манер Иванушки из сказки «Морозко», и меня аж передёрнуло. Не вязался с ним этот образ, да и не хватало мне ещё таких ассоциаций, поэтому я отрезала:

– Настя! И без вариантов!

Он прищурился и вот прямо перед фактом поставил:

– Через три дня, Настя, Совет. Ты обязана явиться.

И он взял и просто развернулся, даже не прощаясь. Насколько я порой о вежливости забываю, но это товарищ даже меня переплюнул.

– Что за Совет такой? – крикнула я ему в спину, потому что он ну очень быстро передвигался. – Куда идти-то? – Он не то что не ответил, но даже шаг не замедлил. – И почему это я обязана? – надув губы, уточнила я уже у самой себя, потому мой доблестный викинг успел скрыться. – Мда…

Я уже говорила, что мне этот Тор не нравится? Так вот я повторю!

В дом я вернулась не в духе. Распахнув дверь и стукнув ею о стену, я ворвалась в главную комнату-приёмную. Зря я так, конечно, сделала, потому что на полу образовалась новая лужица. И откуда в это коте столько жидкости? Мы ведь даже не пили ничего, а он уже в третий раз доски оросил.

– Я не нарочно…

– Да знаю я, знаю, – успокоила я его, а заодно и себя – что-то этот грубиян совсем выбил меня из колеи. Видимо, сказывалась вся необычность моего положения.

– Я тебя тут ждал, а потом там громила какой-то стучать в дверь начал, в окно заглядывал, так я под лавку спрятался и там тебя и ждал.

– То есть, под лавкой тоже лужа, да?

– Ну да… Я не нарочно!

– И что мне с тобой делать? – покачала головой я и тихонько закрыла дверь. Мне в этом доме ещё жить, между прочим, не стоит его громить из-за каких-то там мудаков.

– Настя! – вдруг просиял Боюн, даже шерсть распушилась. – Травница ж говорила отвар мне какой-то дать. И семи трав!

– Вот именно, – поджала губы я, а потом вздохнула и уселась на лавку. Кошак тоже запрыгнул на неё и устроился рядом со мной. – Вот именно – какой-то. А что за травы? А пропорции? А как заваривать? Сколько? Это же тебе не чай из пакетика.

– Жаль… – понурил голову кот. – А так бы хорошо было…

Что было дальше, совершенно выпало из моей памяти, но очнулась я в лаборатории, и передо мной на высокой табуретке почти с меня ростом стояла глиняная чашка, от которой шёл не сказать, что очень уж приятный запах. Я бы даже сказала, пованивало.

– Какого лешего?

– Настька! – Боян тёрся о мои ноги и громко урчал. – Очухалась. Я тебя звал-звал, а ты не отзывалась! Напугала меня!

– Опять лужа?! – ужаснулась я.

– Нет, Насть, нет лужи – нечем.

– И то хорошо. – Я уставилась на чашку, подняла её, принюхалась и, скривившись, поставила на место. – Что это? Это я сделала?

– Ты, Настя, ты. Шептала чего-то себе под нос, травки какие-то отмеряла, возилась с ними. А потом перед собой поставила и снова сама собой стала. Ух, меня аж отпустило.

– Травки, говоришь… Семь травок?

– Не знаю. – Кот перестал вокруг меня крутиться и уселся у моих ног. – Я только до пяти считать умею.

– Рискнём? – Я кивком указала на отвар.

– Рискнём, – согласился подопытный котик. – Думаю, несколько жизней у меня ещё осталось.

Глава 4

Удивительно, но кота я не отравила, даже несварения не случилось, чего я втайне побаивалась. И, как мне показалось, Боюн не особо надеялся на удачный исход, хоть и преданно смотрел мне в глаза. Ан нет, ни спустя пять минут, ни полчаса, ни три с половиной с ним ничего не произошло.

Но появилась другая и очень серьёзная проблема: мы проголодались. Жажду утолить оказалось легче лёгкого. Мы с котом совершенно случайно наткнулись на ещё одну дверь – она пряталась за тканым гобеленом, на котором был изображён весенний рассвет. До чего же талантливая мне досталась предшественница! Но куда больше я оценила её способности, когда поняла, что набрела на самое настоящее сокровище: три бочки кваса и две медовухи. И что-то мне подсказывало, что напитки эти не только никогда не портились, но и не заканчивались. Интересно, зачем столько? Впрочем, а какая разница! Жаловаться точно не буду. Кстати, обычную воду мы тоже отыскали, хотя отчего-то с первого раза я колодец не заметила.

Собственно, туалет тоже не попал в поле моего зрения, а всё потому, что из-за одного блондинистого красавчика с отвратительным характером и кошмарными манерами мои глаза налились кровью. Но, нужда, как говорится, заставила, и я всё нашла. Уличный, деревенский, с прорезью в форме сердечка, но всяко лучше, чему кустики. Кто его знает, что там за живность ползает.

– Настя, я есть хочу! – заныл кошак.

– Иди мышей лови! – Голод дружелюбия мне точно не добавлял.

– Не могу – я их боюсь.

Подняв брови, я уставилась на Боюна:

– Ты ж дворовой! Как ты вообще выжил?

– А помойки на что?

– То есть, ты не дворовой кот, а помойный?

Отвечать он не стал, но и отрицать – тоже.

К сожалению, ничего более-менее съестного Арина не выращивала. Но не святым же духом она питалась! Должно быть хоть что-нибудь! Стукнуться головой, а потом помереть от голода?! Не хочу такого. Как-то несолидно, что ли.

После хорошей такой кружки кваса я снова приступила к поискам. И на сей раз меня ждал успех, а заодно и номинация на премию «самая невнимательная попаданка года».

«Попаданка?» – поймала я себя на этом слове. – «Ну, вполне подходит, потому что я, кажется, действительно попала.»

Но это я отвлеклась. Еду мы обнаружили за той же потайной дверью. Просто нас так впечатлили большущие и пузатые бочки с прохладительными напитками, что мы не обратили внимания на скромные сундуки и кадушки. А уж там: и мясо вяленое-копчёное-сушёное, и разносолы всяческие, и фрукты-ягоды засахаренные, и варенья разные, и мешок с мукой, и крупы какие-то – знакомых риса и гречки не было, но я уж как-нибудь разберусь. В общем, в ближайшее время голодная смерть нам с котом не грозила.

Пока мы с ним возились, подошёл и вечер. Неужели я здесь пробыла целый день? Как-то не верилось. Наверняка на работе меня хватились, может, и родственникам сообщили – это если их найдут. Да есть они у меня, есть. Два старших брата есть. Только в моём телефоне даже номеров их не осталось, а видела я их последний раз пять лет назад на похоронах мамы, папа умер за два года до этого. И вовсе мы не в плохих отношениях с братьями. Мы в никаких отношениях. Так уж получилось, что я стала сюрпризом для своих возрастных родителей. Дима меня на тридцать лет старше, а Олег на двадцать шесть. У них свои семьи, интересы, так что как-то так вышло, что наши дорожки просто разошлись. И никто не в обиде! Вот честно! Мы просто друг другу не мешаем и счастливо живём своими жизнями. То есть, жили, в смысле, я жила очень даже счастливо, пока меня не угораздило поиграть в рыцаря.

После сытного и, надо отметить, вкусного ужина, мы с котом устроились у печки. Хоть холодно не было, но мы всё равно её затопили – а я порадовалась, что не забыла то, чему когда-то учил меня папа, – и устроились перед ней, чтобы медитировать на пляшущее пламя. Мне досталось кресло-качалка, а кот удовольствовался табуреткой, на которую я положила сложенное покрывало.

– А хорошо тут, – заметил Боюн.

– Неплохо, неплохо. Какао только не хватает, а так вполне нормально.

– А мне… Мне тут очень нравится. Правда! У меня раньше не было дома.

Ничего умного мне в голову не пришло, поэтому я просто встала, подняла пусть и здорового на вид, но лёгкого по весу кота и вместе с ним плюхнулась обратно в кресло. Боюн и сообразить не успел, что происходит.

– Настя, ты чего? – отчего-то шёпотом спросил он, когда я устроила его у себя на коленях и принялась гладить по мягкой шёрстке.

– Ну… Мы теперь вместе, так что привыкай.

Так мы и остались сидеть перед печкой, смотреть на огонь и слушать, как потрескивают поленья. Я ж и говорю – только какао не хватает!

А потом мы отправились готовиться ко сну в теперь уже мою спальню. Кровать казалась мне слишком большой, а простынь и одеяло – холодными. Я подумывала сменить постельное бельё, ведь ещё вчера на нём спала моя предшественница, но она предусмотрительно подготовила постель для преемницы, то бишь, для меня. Одежду я повесила на стул, на себе оставила лишь бельё – я пока не решилась брать вещи Арины.

– Запрыгивай! – велела я кошаку, намеревавшемуся почивать на полу.

– Куда? – опешил Боюн.

– На кровать, конечно! Теперь тут твоё место.

Уговаривать никого не пришлось, и вскоре мы погасили масляную лампу. Увы, об электричестве, мечтать не приходилось. Ну, хоть не лучина, и на том спасибо.

Признаюсь, ночевать в незнакомом месте, мягко говоря, страшновато. И особенно потому, что за окнами, вместо гула машин, пьяных завываний – которые некоторые субъекты именуют пением, – и постоянной иллюминации, меня пыталась убаюкать ночная тишина, лишь изредка прерываемая аханьем-уханьем птиц.

В общем, до самого утра я не сомкнула глаз. Боюн подобной ерундой не заморачивался. Пригревшись около меня, он проспал до самого рассвета. Именно тогда я и начала засыпать, но, видимо, не судьба, потому что во входную дверь забарабанили.

– Настька! – тут же подхватился кот. Шерсть вздыблена, спина дугой, глаза, как блюдца для кофейных чашек, а вот кровать сухая. У нас получилось! – Что там? Кто там? Куда бежать?

– Не нужно никуда бежать, – зевнула я. Недосып подарил мне удивительное спокойствие. Надо же, и от него польза бывает. – Раз дверь не взламывают, значит, с миром пришли.

«Наверное», – добавила я про себя, потому что не была уверена, что моё «ведьминское зелье» сработало на сто процентов.

– Открывай, или я тут всё разнесу к бороде лешего!

Мы с котом уставились друг на друга, и вот тут я уверилась – пойло моё волшебное работает как надо.

– Открывай, или я тут всё разнесу к бороде лешего! – слово в слово повторил достаточно визгливый голос – таким моя соседка сверху по вечерам заводила дуэт со своей собачкой. – Открывай, или я тут всё разнесу к бороде лешего! Открывай, или я тут всё разнесу к бороде лешего!

Текст всё время повторялся, и моему так и не уснувшему этой ночью мозгу показалось, что это где-то так орёт будильник и пора просыпаться. Вот только как я сидела на кровати, так и осталась сидеть. Боюн перестал трястись и в задумчивости склонил голову набок.

– Открывай, или я тут всё разнесу к бороде лешего!

Мы с котом переглянулись.

– Настя, иди посмотри, а?

– Почему это я? Сам иди.

– Не могу.

– Почему это?

– У меня лапки.

Логику я не поняла, зато почувствовала, что меня где-то обманывают. Но где? Нет, сегодня по-любому нужно выспаться. Спокойствие спокойствием, а нормально соображать всё же не помешает. Натянув джинсы и худи, я босая потопала к двери, потому что кроссовки куда-то подевались – позже поищу. Пригладив кое-как гнездо на голове, я прочистила горло и как можно строже спросила:

– Кто там?

– Открывай, или я тут всё разнесу… Арина, ты, что ль? А я тебе говорил: не пей столько медовухи, не пей столько медовухи… А ты, что? Отстань, Рыня, ты ничего не понимаешь в напитке богов! Это я-то не понимаю? Да я больше твоего понимаю! Открывай, Ринка, а то точно разнесу! Или у тебя опять рожа опухшая?

Вот тебе и мегаталантливая и добродетельная Травница. Впрочем, а когда одно другому мешало? Судя по всему, в гости пришёл не враг, а знакомый, а может, и вовсе друг. Поэтому я рискнула и отперла. И… Никого не увидела.

– Ты ещё кто такая? – донеслось снизу, туда я и опустила взгляд.

«Либо глюк от недосыпа…» – заключила я, – «Либо просто глюк. Что я там вчера на ужин ела?»

Как бы там ни было, а на меня сейчас смотрел снизу-вверх гигантский мухомор на ножках и хлопал глазками.

– Арина где? – пролепетал он.

– В Караганде, – ляпнула я, а затем, опомнившись, добавила: – Нет больше Арины, теперь я тут живу.

Глюк – не глюк, а о вежливости забывать не надо. Не надо быть, как некоторые блондины, будто сошедшие с экрана или обложки. Вот почему, если такая внешность, то сразу мерзкий характер? Я мазохистка, да? И почему я вообще о нём вспомнила!

– Как нет! – ахнул гриб. И вдруг на его шляпке одно за другим белые пятнышки начали окрашиваться в красный. – Она же говорила, что ещё с неделю проживёт! Она меня обманула! Да чтоб всё «Пи-Пи-Пи»… – Далее последовали настолько крепкие выражения, что только и оставалось, что их «запикать». Но он быстро сдулся. – Ой! Опять это я! – Мухомор округлил глаза и с досады топнул ножкой. Потихоньку пятнышки снова побелели. – Неделю ж продержался! Неделю! Эх, опять начинать сначала.

Понятия не имела, о чём он вообще, но и узнавать не желала. Мало ли у кого какие заморочки. У самой полно, не мне судить.

– Я зайду, да?

И не дожидаясь, гриб прошмыгнул мимо меня, и мне только и оставалось, что закрыть за ним дверь. Не хватало мне, чтобы ещё какая-нибудь кракозябра в дом пробралась. Мой дом теперь, между прочим.

– Мать моя котячья! – взвизгнул кошак, и мы с ним вместе уже мысленно готовились к луже, но её не случилось. Хорошая вонючка получилось, надо бы запатентовать. Жаль, что я ни ингредиенты не запомнила, ни рецепт.

– Говорящий кот! – Мухомор схватился за место, где, наверное, располагалось его сердце. – Что за чудеса такие!

Мы с Боюном переглянулись. И это нам только что ходячий, говорящий, ругающийся гриб сказал?!

– Настя, это он так пошутил? – фыркнув, поинтересовался кошак. Ну, хоть бояться перестал.

Я пожала плечами. Как-то не хотелось ничего выяснять, а вот спать – очень даже. Два дня подряд почти без сна в мои двадцать семь – уже не комильфо, тут мне ещё и вчерашний дорамный марафон аукнулся. Но, как говорится, ни о чём не жалею!

– Я Настя, – представилась я. Надо же было как-то двигать разговор, чтобы поскорее выпроводить нежданного гостя.

Григ поскрёб шляпку, отвёл взгляд, и я заметила довольно яркий румянец на выпуклых щеках. Неужто засмущался?

– Рынарогвар я, но все меня Рыней кличут.

У меня даже про себя не получилось произнести его полное имя правильно, так что я не удивилась, что и остальные предпочли короткую форму.

– А я Боюн, – задрав мордочку повыше, сообщил кот. – Приятно познакомиться!

«У, какие мы вежливые!» – цокнула я языком.

Да уж, помойно-дворовый кот культурнее меня.

– Приятно познакомиться! – повторила за ним я.

– Это вы сейчас серьёзно? – просиял мухомор. – Обычно я всех раздражаю! Ничего себе! Так я вам нравлюсь? Ух ты! Так мы теперь друзья!

«Вот. Же. Блин».

Дошло до того, что мы вместе сели завтракать. Гриб оказался всеядным, поэтому и накормить его было несложно. Беседу в основном вели Боюн и Рыня, я же делала вид, что слушаю, и иногда кивала. Но один вопрос мне всё-таки не давал покоя.

– Рыня, скажи, зачем ты дом разнести грозился?

– А, это! – хохотнул гриб, а затем сделал щедрый глоток кваса и громко рыгнул. – Это у нас с Ринкой уговор такой был: я её на рассвете бужу – сама она не дура хорошо поспать, – а она мне каждую неделю отвар успокоительный даёт. Ну, ничего, теперь я к тебе захаживать буду. Мы ж теперь друзья!

Кажется, у меня разболелась голова. Шёл бы он поскорее.

– Ой, Настька, ты ж, кроме меня, тут никого не знаешь! – раскудахтался он.

– Знаю, – нахмурилась я. – Тут Тор какой-то заходил.

– Мда… – вздохнул мухомор. – Не повезло тебе его первым встретить. Они с Ринкой не в ладах были. Уж не ведаю, что у них там стряслось, я ж то сам не местный. Знаю только, что годков десять уж как грызутся – столько я тут и живу.

Он, наверное, ждал от меня дальнейших вопросов, но мне вдруг ещё сильнее захотелось спать, так что я вовсю клевала носом и слушала даже не вполуха, а на какую-нибудь его двадцатую часть.

– Так, это… Будить вас так, как я Ринку будил?

– Не надо! – выпалил Боюн. – Мы сами просыпаемся!

Рыня опечалился, и коту стало совестно – а вот мне нет, но я почти спала, – и он предложил:

– Заходи лучше к нам иногда, чаю вместе попьём. Только рано не надо. Да, Насть?

– Умгу, – кивнула я.

– Хорошо! – просиял мухомор. – А что такое «чая»?