Текст книги "Магические будни интровертки (СИ)"

Автор книги: Алла Касперович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

Глава 23

Никогда бы не подумала, что на меня может так подействовать уход того, кто готов был не только вытащить меня из привычной реальности, навсегда закрыв путь назад, но и отобрать тело, лишив при этом возможности быть самой собой. Но на меня действительно повлияло то, что Арины больше не было рядом.

За какие-то несколько недель я привыкла, что она всегда со мной, всегда подскажет, что делать. Пусть и ворчала много и не всегда справедливо, но обучала меня всему, что знала, проявляя чудеса терпения, ведь у меня получалось всё далеко не с первого раза. А теперь её больше не было.

В лаборатории я расчистила одну из полок на стене и повесила над ней картину, на которой Арина изобразила свою Алёнушку. А на саму полку я посадила куклу, чтобы мать и дочь хотя бы так воссоединились. Может, и глупо с моей стороны, но мне так было легче.

Всю ночь после того, как Арины, не стало, не стало по-настоящему, я ворочалась на кровати, Боюну тоже не спалось, но мы оба делали вид, что спим – не хотели друг друга беспокоить.

Ту́пик явился за бусиной на следующее утро.

– Мне мамуля приснилась, – пояснил он. – Говорит, Ту́пик, иди за сокровищем. А ещё она сказала сделать так.

И тролль обнял меня своими огромными лапищами. Так бережно, будто я и была сокровищем. Слёз я не лила, но я и правда нуждалась в поддержке. Боюну и самому было несладко – он успел искренне привязаться к Арине, – но он всё равно старался быть моей опорой.

Бусину я положила в крепкий кожаный мешочек и надёжно завязала ремешком. Кто знает, быть может, она вскоре спасёт чью-нибудь жизнь.

– Приходи завтра утром, – улыбнулась я троллю. – Позавтракаем вместе.

Он с видимым сожалением вздохнул и отказался, чем немало меня удивил:

– Не могу я, хорошая Настя. Мамка моя велит за лес идти. Говорит, помощь моя нужна. Квасу Ринкиного дай напиться, и я пойду. Пора мне уже, хорошая Настя. Бывай!

Когда он ушёл, я поняла, что ни разу не поинтересовалась, где он вообще живёт. Боюн, общавшийся с ним намного чаще меня, тоже не был в курсе. Мы стояли на пороге и смотрели вдаль – туда, где только что исчезла чёрная точка.

– Настька, что мы теперь делать будем? – Кот потёрся о мои ноги и сел рядом.

– Что-что… Работать пойдём!

Никуда из дома идти не хотелось – мне предстояло о многом подумать, и я была рада, что никому не вздумалось меня навещать. Боюн попросил, чтобы я принесла его любимую табуретку в лабораторию, чтобы ему было удобнее там находиться. И пока я перебирала травы, сверяясь со своими же списками, он улёгся и уснул, лишь изредка поднимая голову, чтобы бросить взгляд на уголок памяти Арины.

По заведённой привычке после работы в лаборатории и более чем сносного обеда я отправилась в главную комнату, чтобы у не горящего камина с удобством усесться в кресле и продолжить вышивку, которую начала ещё неделю назад. У меня получалось всё лучше и лучше, и на голубой ленте для волос, которую я купила специально для Василисы, всё чётче распускался красный мак.

Затем ужин, снова вышивка и проверка дел на завтра. Всё как всегда, только без Арины.

И как со мной такое могло произойти? Я же привыкла быть одна. Мне нравилось быть одной! Нет ничего лучше, чем быть одной! Тогда почему мне было не по себе? Почему мне было…

– Настька, не спишь? – шепнул, вытянувшийся у моего левого бока кот. – Насть?

Я не ответила, мне не хотелось говорить. Голову заполнили мысли, но не об ушедшей навсегда Арине, а о себе. Наверное, так всегда и происходит, когда умирает близкий человек. Хотя бы самой себе я могла признать, что сблизилась с Ариной.

Дождавшись, когда кот уснёт крепко, я выбралась из-под одеяла, закуталась в шаль, прокралась мимо своего пушистого сторожа и выбралась на улицу. Ночь выдалась звёздная, светлая. Для полноты картины не хватало только луны, но её по понятным причинам и быть здесь не могло. Далеко я не пошла и уселась прямо на крыльцо.

Отчего-то я нисколько не удивилась, когда увидела идущую к моему дому тёмную фигуру. А я милого узнаю по походке? Так ведь говорят?

– Привет, – улыбнулась я Тору, когда он подошёл ко мне.

– Привет, – сказал он и уселся рядом. Мне пришлось немного подвинуться, и шаль упала с одного плеча, викинг тут же вернул её на место. – Я тебя не напугал?

– Нет, – улыбнулась я. – Тоже не спится?

– Можно и так сказать. Как тебе… теперь одной?

– Нормально, – пожала плечами я, придерживая рукой шаль, чтобы та больше не сползала. – Боюн со мной, так что всё хорошо. Как ты узнал? Василиса сказала?

– Да, – кивнул мой ночной посетитель. – Она многое видит.

– Опять отца отправила? – хмыкнула я.

Так и представила себе грозную маленькую змейку, сверлящую изумрудными глазами бравого викинга. Даже будто голос её услышала.

«Сходи к тётеньке Насте, грустно ей сейчас, папочка, сейчас иди. Ну и что, что ночь на дворе. Сейчас иди!»

Так живо мне это привиделось, что я не удержалась от смешка. Однако ответ Тора прозвучал для меня неожиданно:

– Нет, она спит. Я к тебе сам пришёл. Подумал, что ты не сможешь нормально спать. Я и вчера здесь был.

Я вскинула голову и повернулась к викингу, но ничего не сказала – не могла подобрать слов.

А они и не требовались. Тор обнял меня одной рукой и притянул к себе, прижав мою голову к своей груди. Так мы и сидели в полной тишине и гармонии. И постепенно я начала чувствовать, что грусть моя начала потихоньку таять.

Тор ушёл на рассвете.

А я вместо того, чтобы отправиться в постель и урвать хотя бы парочку часов сна, приступила к своим ежедневным обязанностям. Уставшей я себя не чувствовала, но и энергии не особо прибавилось, да и с чего бы? Зато во мне появилось спокойствие, и даже какая-никакая уверенность в завтрашнем дне нарисовалась.

Когда я вошла в спальню, кот уже не спал. Он делом был занят! Боюн захватил зубами покрывало и, сопя и пыхтя, растягивал его по кровати, тем самым помогая застелить постель. Довольно качественно у него вышло, должна сказать.

– Доброе утро, Настька! – выплюнув покрывало, поздоровался со мной кошак.

Я погладила его по голове, включился режим «вибротарахтения».

– Доброе утро. Завтракать идём?

– Бежим!

Так потянулись мои самостоятельные будни на поприще травничества. Специалиста во мне признали не только люди-нелюди, но и обыкновенные животные. Например, на следующий день прямо с утра ко мне заглянула зайчиха с перебитой лапкой. И я смогла помочь! На всякий случай в рюкзаке отныне я стала носить набор первой помощи. В конце концов, никогда не угадаешь, когда он сможет пригодиться.

Вышивку в подарок Василисе я закончила ещё через два дня. Признаться, я немного волновалась перед тем, как вручить девочке свой небольшой презент. Не знаю, сколько раз я подсовывала ленту под нос Боюну, чтобы он подтвердил, что всё хорошо, и мне действительно удалось выполнить работу качественно.

– Настька, ну, отстань уже, а? Всё ж хорошо!

– А красиво?

– Красиво, красиво…

– А ей точно понравится?

– Ну, Настька-а!..

Животное я мучить перестала, а себя – нет. Не припомню, когда я так нервничала из-за такой, по сути, мелочи. Ну что ж, всё бывает в первый раз.

– Боюн, пойдём со мной! – увещевала я кота, собираясь в лес.

– Не-а! – усмехнулся он. – А говоришь, что это я трусишка. От трусишки слышу.

Вздохнув, я набрала два кувшина приятно холодного кваса и отправилась в путь. Подарок я упаковала в резную шкатулочку – добыла её намедни в деревне.

– Точно не пойдёшь? – крикнула я, обернувшись, когда уже прилично отошла от дома.

– Иди уже! – донёсся до меня хохот кота.

Ну, я и пошла. Только очень медленно. Солнце припекало, но на этот раз я не забыла о головном уборе. Соломенную шляпку с широкими полями вчера купил мне Тор. Я сперва запротестовала, мол, давай я сама, но он и слушать не захотел. Сказал, что ему приятно. И я, почти тридцатилетняя девочка, вдруг осознала, что не умею принимать подарки. Роковая героиня дамского романа из меня точно не вышла бы.

– Ничего, Настя, ты справишься, – пробормотала я, подходя к границе леса. Как там правильно надо? – Я сильная, Я справлюсь!

Лес уже привычно расступился передо мной. Всё-таки преимуществ дружбы с его хранительницей предостаточно. Ни за один корень, торчащий из земли, не зацепилась, ни одна ветка не хлестнула меня по лицу, лёгкий и очень приятный ветерок дул только в лицо и никогда в спину, если достаточно громко сказать, что пить хочется, родничок сразу появится. Наверняка и ещё что-то есть, но я пока не проверяла.

– Тётенька Настя!

Василиса, раскинув руки для объятий, неслась ко мне навстречу. Наученная опытом, я шустро поставила кувшины на землю чуточку в стороне, чтобы не задеть ненароком. Волосы змейки развевались, а платье стало заметно короче, хотя в остальном девочка почти не изменилась.

– Как ты выросла! – воскликнула я. Мы всего несколько дней не виделись, а уже какие перемены.

– Папочка говорит, я быстрей расти начала. Одёжка только короткая становится.

– Что-нибудь придумаем! – пообещала я, выпуская девочку из объятий.

– Тётенька Настя, давай! – Василиса, широко улыбаясь, подняла ко мне личико и протянула руки. – Ты же мне что-то принесла?

– Всё-то ты знаешь! – расхохоталась я, и волнение моё мгновенно улеглось.

Из рюкзака я достала заветную шкатулку и вложила её в раскрытые ладошки Василисы. Глаза её распахнулись, и она бережно притянула подарок к себе, не решаясь его открыть.

– Давай, – улыбнувшись, подтолкнула я её.

– Боюсь, – призналась она.

– Чего?

– Не знаю… Мне раньше только папочка подарки дарил.

В ней я узнала себя. Конечно же, я получала подарки и в детском саду, и в школе, и в универе, и даже не работе, но те, что были с мыслью обо мне, с желанием от души меня порадовать дарили только родители. Нет, старшие браться тоже свой долг, так сказать, выполняли, но их фантазии хватало только на шоколад и деньги. Не то чтобы я жаловалась.

– Открывай, Василиса!

– Ну, ладно! – собравшись с духом, сказала она и наконец достала ленточку. – Тётенька Настя! Как красиво! Бабушка Рина тебя хорошо научила!

– Да, – улыбнулась я. – Очень хорошо.

Тор уже ждал нас около стола, но мы с Василисой сначала решили навести красоту. Мои волосы, хоть и отросли немного, но всё равно оставались короткими, хотя когда-то достигали талии – маме очень нравилось. Но мне всегда было неудобно с ними, и при первой же возможности я их отстригла. Мама тогда очень расстроилась, но не ругала меня и даже сказала, что мне так тоже идёт. Собственно, я это к тому, что опыта плетения кос мне недоставало. Но я вчера практиковалась на вязальных нитках, так что получилось очень неплохо, я бы даже сказала – хорошо.

– Красота! – заключил Тор, одарив нас обеих улыбкой.

– Это всё тётенька Настя, папочка! – Она обняла меня, а затем заставила нагнуться и поцеловала в щёку. – Спасибо, тётенька Настя!

Последнюю фразу она произнесла очень тихо и с настолько искренней благодарностью, что щемящую нежность к этой маленькой змейке я еле вынесла.

К счастью, вмешался Тор:

– Девочки, обед!

Глава 24

Беда нагрянула оттуда, откуда не ждали. Разве я могла представить, что ко мне прямо посреди ночи заявится Хекат! Причём она даже не подумала, как все нормальные люди-нелюди постучать во входную дверь или, на худой конец, в окно. Нет, ей непременно надо было стать надо мной у кровати и замогильным голосом произнести:

– Вставай, Настя! Время пришло!

– А!!! – завопили мы с кошаком и в темноте бросились в разные стороны.

– Настька, спасаемся! – орал Боюн, истерично царапая дверь.

– Какого лешего?! – продолжила панику я, сдирая шторы и занавеску с окна.

– Да что ж вы бешеные такие… – Голос царевны-лягушки тонул в наших воплях.

И только когда резко вспыхнул ослепительный свет, мы замолкли. Хлопая глазами и почти ничего не видя из-за яркого света, мы пытались разглядеть хоть что-нибудь. Уж я-то точно.

– Успокоились? – уточнила древнеегипетская богиня. – Чудесно.

Свет начал медленно гаснуть, и мы вновь оказались в темноте. Правда, теперь светильниками нам служили звёзды. Конечно же, их было недостаточно, поэтому я зажгла масляную лампу.

– Зачем же так пугать? – пробурчала я и убрала со лба спутавшиеся волосы. Постричься, что ли?

– Никого я не пугала, – фыркнула Хекат. Хорошо хоть, что для ночного визита она выбрала человеческое обличье. Уж не знаю, что бы было, явись она с лягушечьей башкой на худеньких плечах. – Это ты слишком нежная. Вот Арина не такой была – её ещё поди испугай.

– Ну извини, блин! Непуганая я, блин!

Богиня… Не богиня… Да мне начхать! Я не для того своё тело полностью в своё же распоряжение получила, чтобы от страху помереть!

– А блины здесь при чём? – нахмурилась лягушка.

– Не при чём! – огрызнулась я, а потом заговорила намного мягче: – Боюн, ты как?

– Н-нормально я… – Он сидел у двери и внимательно изучал пол вокруг себя. – Настька, лужи нет! Хорошо твоё зелье работает!

Врать не буду – мне было приятно. Однако мои успехи в зельеварении можно обсудить и позже, а пока меня больше волновала причина, по которой меня так нагло разбудили, едва не отправив на тот свет. Да-да, я испугалась!

Хотя… Может, зря я так завелась? Вряд ли эта нелюдимая лягушка-одиночка стала бы заявляться ко мне в гости по какой-то ерунде. Наверняка случилось что-то очень важное, экстра важное, я бы даже сказала, вопрос жизни и смерти. Так?

– Медовухи налей, – вдруг выдала Хекат и из-за пазухи вытащила деревянную кружку по виду литра на два, а то и на два с половиной.

– В смысле? – я скорее подумала, чем сказала.

– Медовухи, говорю, налей. Не видишь, у богини похмелье?

Сказать, что я опешила – ничего не сказать. Не проронив ни слова, я отобрала у царевны-лягушки её «ведро» и потопала на выход.

– Лей – не жалей! – крикнула она мне в спину.

– Я подумаю, – проворчала я. – Боюн?

– Тут я, Настька, я с тобой.

Вот никогда не замечала за собой мстительности, но сейчас мне очень-очень хотелось подмешать кое-какие травки в прохладительный напиток для любительницы пугать по ночам. Тем более что я даже знала каких. Богиня, конечно, но Арина подсказала мне парочку рецептиков как раз на такой случай. Видимо, Хекат и её доставала.

Соблазн я всё же поборола, хоть и далось мне это с трудом. В конце концов, секретное оружие лучше оставить для другого раза – более серьёзного. И что-то мне подсказывало, что оно мне однозначно пригодится.

– Ну, где ты там? Неси скорей!

Боюн принялся стучать хвостом по полу:

– Настька, можно, я её укушу?

– В очередь. Я первая.

Разумеется, никого мы не покусали. И даже в медовуху не плюнули – вот тут я еле удержалась. В итоге мы усадили ночную гостью в моё любимое кресло, вручили ей кружку и приготовились ждать хоть каких-то объяснений или хотя бы извинений за вторжение. Да-да, мы наивные. Но ничего, это лечится.

– Ты только за этим пришла? – не выдержала я.

– А что? – хихикнула она. – Нельзя?

– Можно, – кивнула я. – Но не когда я сплю.

– Так, ты ж не спишь.

Действительно, блин!

Мысленно я себя уговаривала не закипать. В конце концов, я не знала точно, что от неё можно ожидать. Если Тор и Митрофан ко мне хорошо относились, то эта, кхм, дамочка прямым текстом много раз заявляла, что я ей не нравлюсь. Думаю, она и терпела-то меня только потому, что я состояла в Совете.

Вон как глазами начала меня сверлить! Так и дырку во мне взглядом прожжёт! Признаться, я снова струсила. Ещё немного, и Бою́ново зелье понадобится уже мне. Ой, как смотрит…

– Ещё принеси! – ткнула в мою сторону пустым сосудом Хекат и вдруг откинулась в кресле, и громко захрапела. Кружка выпала из расслабленной руки и покатилась по полу.

Да блин!..

– Настенька, – зашептал кот, преданно заглядывая мне в глаза, – теперь кусать можно?

Увы, мы с Боюном так никого и не покусали. Нет, мы правда хотели! И даже прицелились! Но тут царевна-лягушка хрюкнула во сне и сразу же проснулась.

– Фу! Что за свиней вы тут завели?

Мы с котом переглянулись, но уточнять не стали, что свиньи сами завелись. Посреди ночи. С собственной тарой. Ещё и медовуху требуют.

– Скучно у вас что-то, – закатив глаза, заключила Хекат, хлопнула в ладоши и исчезла. Кружка её, кстати, тоже куда-то подевалась.

Не думала, что меня можно удивить столько раз подряд. Причём всего за один час.

– Настенька… А что это вообще такое было?

– Наглость в чистом виде, – пробурчала я, зевая. – Пойдём спать, что ли.

– А если она опять придёт?

Вряд ли, конечно, но кто ж её знает.

– Запрём с медовухой и всё равно спать пойдём. Годится?

– Годится!

Тяжеловато уснуть после нервных потрясений, но мы справились. Не скажу, что раньше жизнь моя была полна стрессов, но пребывание в мегаполисе свой отпечаток накладывало. То сирена среди ночи, то скандал у соседей, то подростковая вечеринка, когда родители на дачу уехали, то самопальный салют за окном… В общем, разок такой встряски с богиней-лягушкой погоды для меня не сделал. Кот мой вообще на помойке вырос, так что мы с ним сладенько уснули спустя каких-то несколько минут после того, как добрались до кроватки.

И снова по накатанной: уборка или стирка, завтрак, травничество, обед.

Что удивительно, я нисколько не страдала от отсутствия сериалов. Книгу бы я всё-таки почитала, но в наследстве от Арины ничего подобного я не нашла. Не помнила я, чтобы вообще видела книги в деревне. Может, здесь их и не писал никто? Как-то мне и в голову не приходило, что тут, скорее всего, туго с книгопечатанием. Как-как? Не до того мне было.

В этот день я не планировала никуда идти и собиралась полностью посвятить себя домашним делам, но они вдруг сами собой закончились. Нет, я, конечно, могла бы что-нибудь придумать, но зачем делать обезьянью работу?

– Боюн, пойдёшь со мной в деревню? – спросила я, когда мы с ним сидели на крылечке. Кажется, мне очень не хватало лавочки.

«Нужно будет Тора попросить», – подумала я и, наверное, впервые не стала себя ругать за подобную мысль. В конце концов, мы с ним друзья.

– Не-а… – зевнув, ответил кот и потянулся.

– А если за бекончик?

Он на миг задумался, а затем повторил свой ответ:

– Не-а.

– Почему это?

– Лень мне.

Аргумент.

К коту я больше не приставала и начала собираться. Погоде вздумалось портиться, и к набору первой помощи я добавила зонтик. Подумав, я взяла ещё и холщовую сумку. Продуктов мне хватало, но я всегда могла набрести на что-нибудь интересное, что мне по любому ну позарез понадобится.

Под платье я натянула тонкие штанишки – прикупила на днях. Оказалось, что местные дамы вовсе не морозили свои, кхм, простите, булочки, а очень даже нормально одевались. Лаириэль, эльфийка неземной красоты, поведала мне кое-какие секреты местных модниц. Но я тогда была не одна, рядом со мной Тор ошивался. Поэтому я подумывала как-нибудь снова к ней заглянуть и хорошенько порасспросить. А у кого ещё добывать информацию об одежде, как не у торговки одеждой? Лаириэль, кстати, объяснила, что имя её означает «дочь лета». Красиво, конечно, но у меня, хоть убейте, язык чесался называть её Лариской.

Сандалики я, к слову, решила сменить на мягкие полуботинки из кожи – больно уж тучки хмурились.

Перед выходом я всё же заглянула в кладовую проверить запасы. В последнее время я стала до омерзения ответственной. С другой стороны, это ж не доставкой из интернет-магазина пользоваться, а своими ножками туда-сюда ходить. Не казённые же!

– И бекончик взять не забудь! – напутствовал меня кот.

– Только если со мной пойдёшь! – И мы не лыком шиты.

– Не. – Боюн даже раздумывать не стал. – У нас ещё дома есть. Иди, Настенька, иди. Тучки совсем тёмные стали. Промокнешь ведь.

– Это ты обо мне заботишься или поскорей спровадить пытаешься? – прищурилась я. – Вечеринку тут устроить собрался, пока меня не будет?

Кошак ответил честно:

– Нет, Настенька. Спокойно полениться хочу. Шумная ты.

И ведь и возразить нечего.

Тучи опускались всё ниже, но ветер не то что не поднимался, он вообще будто пропал. Я даже успела пожалеть, что так тепло оделась. Да и пить резко захотелось, а я воды с собой не взяла. Нет, у меня имелись аж две небольшие закупоренные бутыли, но одна с водой мёртвой, а вторая с живой – Василисино производство. Ещё маленький, но очень хорошо запечатанный, горшочек с антисептиком – сама готовила. В общем, пить было нечего.

– Иди ко мне… – услышала я скорее шелест, чем шёпот. Причём непонятно с какого направления. – Иди ко мне… Дам воды студёной напиться…

Угу, бегу – сверкаю пятками. Не знаю, кто там или что меня звало, но оно явно не учло, что жертва ему попадётся учёная. Зря я, что ли, в своё время столько книг перечитала, анимех пересмотрела, да и дорамок – тоже. Так я и пошла, ага.

– Иди ко мне… Воды студёной дам напиться…

– Лесом иди, – пробухтела я.

Пить охота, а оно ещё и издевается. Небось, само жажду на меня и наслало.

– Студёная…

– И-ди-ле-сом! – пропела я.

Стало тихо, и даже жажда немного отпустила.

– То есть, по-хорошему ты не пойдёшь? – Голос резко стал мужским, но я по-прежнему не могла определить, откуда он шёл.

Так, драться я не умела, защитной магией не владела, из оружия только зонтик, но его пока достанешь. Имелся у меня один полезный навык, но сначала надо почву для него подготовить.

– Покажись, мил чело-кто-ты-там!

И он показался. Затылком я его почувствовала. Оборачиваться? Дуру нашли, что ли, время терять? Да я дала такого дёру, что за мной разве что гепард угнался бы.

Драп-дзютцу – наше всё.