Текст книги "Без слов (СИ)"

Автор книги: Алена Февраль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Глава 53

Гости, словно специально, сидели ещё долго. Я измаялась ждать – уже и чаем всех напоила и намекнула, что Глебу нужно отдыхать… ничего не помогло. Марианна без перерыва трещала – то и дело доставала из папки документы, которые передавала Войтову. Юрист молча жевал, слупив уже большую часть приготовленной еды, а Глеб устало вглядывался в бумаги и бездумно кивал, глядя на Марианну.

Внутри закипала злость и она безудержно рвалась на волю. Неужели они не видят, как устал Глеб? Вернее фифа Марианна не видит? Скорее она намеренно хочет умаять его, чтобы после их ухода, он свалился на кровать и уснул беспробудным сном. А завтра эта фея что-нибудь ещё придумает.

– Так! Всё! – рявкая я, громко отодвигая стул от стола, – гостям пора уходить. Спасибо вам за помощь и участие, но меру знать надо. До свиданьице, прошу на выход.

Глеб задерживает взгляд на моем лице, но я не могу разобрать о чем он думает. Усталость размыла реакцию Войтова на окружающую действительность.

– Мы делом заняты.., – начинает Мари, при этом юрист меня всё-таки услышал – отставил тарелку и поднялся из-за стола, – а не глупостями.

– Через три дня придешь и вы всё обсудите, – указываю на дверь риелторше, – дай Глебу передышку, Марианна.

– Без меня – меня женили, – шепотом говорит Войтов и подходит ко мне – осторожно обнимает за плечи, – какая ты у меня гостеприимная, Софа. Налюбоваться не могу.

– Ага, – киваю ему и ловлю его теплую ладонь, – пойдем проводим гостей и в баню сходим.

Когда недовольные гости переступают порог, я чмокаю Глеба в нос и убегаю за полотенцами в комнату. Со стола решаю не убирать, когда он заснет – тогда и уберу.

Вернувшись в прихожую, я нахожу Глеба сидящем на полу. Голова откинута на стену, а руки устало покоятся на коленях.

– Эй, ты чего? – опускаюсь рядом и глажу его по голове.

– Так… сейчас пройдет.

– В баню пойдем?

Он кивает и прикрывает веки.

– Дай мне пару минут и я буду готов идти.

– Можем не ходить. Если хочешь, я могу тебе приготовить кровать прямо сейчас.

Я поднимаюсь, но Глеб ловит меня за руку и опускает на пол. Притянув к себе, он очень тихо шепчет.

– Софа, мне приятна твоя забота и внимание… Словами не передать насколько… Но сегодня давай ты не будешь меня жалеть, я и так три месяца себя мужиком не чувствовал. Биться об стенку хотелось от бессилия и несправедливости. Я не жалуюсь и жалости не требую. Будь рядом и этого достаточно. Соскучился по тебе сильно… Дай мне отдышаться и я приду в норму.

Глеб целует в подбородок и прижимается своим лбом к моему.

– Люблю тебя, Софа. Теперь я точно это знаю. Уверен на сто процентов.

– Взаимно. Думала умру без тебя. Ты мне даже снился. Два раза. Журналистов и полицейских хотела разорвать на кусочки за то, что разлучили нас.

Глеб хрипло смеётся.

– Моя валькирия.

– Кто это? – настороженно уточняю у Войтова.

– В скандинавской мифологии валькирия – дева-воительница. Очень властная дева-вительница.

– Аааа. Я было подумала ты меня с женщиной какой-то сравниваешь... С древней можно. Но я не властная теперь… вернее постараюсь быть не властной и не воевать. Передаю тебе бразды правления.

Глеб снова смеется.

– Ну-ну, рассказывай. Воина из тебя сложно изгнать, Софа. Воюй, но не усердствуй. Надо тебе найти занятие, где ты будешь реализовывать свой воинственный нрав.

– Подумаем, – неопределенно отвечаю я и укладываю голову ему на плечо, – а если серьёзно, мне было совсем плохо без тебя, Глеб. Ты – моё всё. И еще… я ходила на могилу к Серёжке и молила его, чтобы помог тебе выйти… Я на коленях стояла и умоляла его помочь. Он ведь тебя любил, как брата. И знаешь.., Сережа помог. На следующий день мне сообщили, что с тебя сняли все обвинения. Представь. Даже на небесах нас соединили, Глеб. Он нас благословил…

Последние слова я проглатываю, потому что горло перехватывает, а на глаза наворачиваются слезы.

– Прости меня, Софа, если бы это было в моих силах, я бы поменялся с Серегой…

– ТИШЕ. Молчи. Всё вышло как вышло. Ты жив, я благодарна богу, что ты жив. Я люблю тебя, Глеб. Так бог решил, не мы… Звучит высокопарно, но так мне сказала матушка, когда я ездила в церковь молиться. Я у всех просила помощи – у Бога, Сережки. Уверена, что мне помогли и тебя выпустили…

Глеб щурится, но мои речи не прерывает. Не верит, ну и пусть. Главное, что не спорит.

– Пошли в баню, – немного помолчав, предлагает Глеб и я растягиваю губы в улыбке.

– Пошли. Помою тебя…

***

В предбаннике я сажусь на лавочку и смотрю как Войтов раздевается. Скидывает куртку.., футболку.., брюки… Он похудел очень, но его тело сейчас не вызывает во мне жалость, я возбуждаюсь. Понимаю, что сейчас не время и Глеб устал, но желание только нарастает.

– Кто-то обещал меня помыть, – говорит Глеб, стягивая плавки.

Я облизываю губы и спешно начинаю снимать с себя одежду. Руки дрожат, а низ живота вибрирует от спазмов желания. Отвернувшись от мужчины, я снимаю лифчик и трусики. В предбаннике тепло, но дрожь в теле только усиливается. Соски превратились в горошины, которые хочется растереть между пальцами. Пипец.

Выдохнув, я собираюсь обернуться, но тут же чувствую на бедрах горячие ладони.

– Хочешь меня, да?

Глава 54

В первый раз разрядка была быстрой и яркой. Глеб брал меня сзади и я вскрикивала при каждом толчке – настолько было глубоко и жёстко. Хватая ртом раскаленные порции воздуха, я сгорала в костре желания и дрожала от первобытного восторга. Не думала, что мое тело может быть настолько отзывчивым, чувствительным, пластичным… Я выгибалась под его напором, подстраивалась под темп Глеба, сплетая его тело со своим. А через минуты я уже летала.., взмывала в воздух от нахлынувшего оргазма. Первые пять секунд не могла номально дышать – ловила дрожь и млела.

Не дав опомниться, Войтов уложил меня на лавку, которую накрыл пушистыми полотенцами, и навалился сверху.

– Поделишься? – просипел Глеб.

– Поделюсь. Чем?

– Огнем.

– Ты сам как огонь, но если хочешь – бери… Сколько хочешь бери…

Прищурившись, я подаюсь вперёд и легонько прикусываю его нижнюю губу.

– А ты поделишься?

– Да. Чем? – повторяем вопросы друг другу.

– Всем. Я жадная. Мне ты весь нужен. Возьми меня в жёны, Глеб.

Войтов на миг становится серьёзным, а потом его губ касается легкая полуулыбка.

– Ты делаешь мне предложение, Софа?

– Наверное, да, – начинаю я, а потом быстро и очень тихо добавляю, – боюсь тебя потерять.

Теперь он снова серьёзен. Гладит меня по щеке и в тон мне отвечает.

– Не бойся. Даже если бы и хотел, ничего бы не вышло. Опутала ты меня старательно, София. Будто приворожила – из головы не выходишь.

– Это предложение?

– Торопыжка ты моя. Вкусная.

Поцелуй заглушает следующий мой вопрос, а через минуту я думать обо всем забываю – тело побеждает.

***

Утром встаю раньше Глеба. Любуюсь спящим мужчиной несколько минут, а потом бодро поднимаюсь и спешу на кухню готовить завтрак. Тело приятно расслаблено, а в голове беспрестанно крутится популярная песня о любви. Боюсь спугнуть счастье, которое бурлит в крови, мурашками разбегается по коже. Такой счастливой я не была никогда.

Приготовив омлет и сделав тосты, я оглядываюсь и с тихо усмехаюсь. Прожив в доме Войтова почти три месяца, я разбавила серо-синие цвета интерьера яркими пятнами. Купила красную посуду и текстиль, на окна выставила горшки с безумно-красивыми светло-желтыми антуриумами, на диване появились жёлтые подушки и плед. Глеб вчера явно не заметил моих стараний, зато сегодня я с нетерпением буду ждать его реакции.

Сервировав стол, я прохожу в спальню и млею от трепета и нежности. Люблю его. Как же сильно я его люблю. Будить жалко, но как же хочется снова услышать его голос, почувствовать тепло рук на теле…

Подумав пару секунд, я всё-таки выхожу из спальни. Пусть выспится, ещё успеем наговориться. Накинув пуховик, я выхожу на улицу и щурюсь от света не по зимнему яркого солнца. Март на носу, скоро зима отступит и город проснется от стужи.

Прка иду к калитке снег под ногами скрипит. Мороз и солнце – день чудестный... Субботним утром людей на улице мало и у меня есть время насладиться тишиной и покоем.

Стою у калитки и мечтаю. Строю планы, загадываю наперёд… Хорошо!

Громкий птичий крик нарушает тишину и я поднимаю голову, чтобы рассмотреть летящую по небу ворону. Терпеть не могу ворон, но сейчас даже эта наглая птица не портит мой настрой. И вдруг я слышу шорох шин. Опустив голову, я впиваюсь взглядом в остановившейся рядом автомобиль Марианны. Какого хрена..?

Водительская дверь открывается и на улицу вываливается фея.

– Что надо? – без приветствия кричу незваной гостье.

– Ты мне как раз и нужна, – цедит риелторша.

– А ты мне нет. Уезжай. Глеб отдыхает, а меня тошнит от общения с тобой.

– Тебе придется со мной поговорить, малышка. Есть что-то, чего ты явно не знаешь, но знать просто обязана.

Я фыркаю и не даю ей открыть калитку. В ответ Мари ехидно смеется и по-змеиному шипит.

– Тебе явно будет интересно узнать, что Глеб освободился еще четыре назад и всё это время жил у меня. Не веришь – у него спроси. Но это еще не всё…

– Ты пьяная что-ли? – сквозь зубы шиплю я, а в душе закипает котел из самых разных оттенков боли. Не может этого быть.

– Это ты глупая дура. Он со мной трахался все четыре дня, а тебе объедки достались. Думал, что ты свалишь за три месяца и сбросишь с него груз проблем, но ты гадина живучая, замучила его своей любовью. Замуж за него захотела, дура. Он мне ночью звонил и жаловался. А потом мы до пяти утра решали, что будем дальше с тобой делать. Глеб не может просто так тебя выпнуть, потому что опасается, что ты такая же мстительная, как тетка.

– Нет, – хрипло бормочу я и зачерпываю в ладошку, с края забора, снег. Ладони горят от холода и я прикладываю их к пылающим щекам.

Марианна снова смеётся и окидывает меня уничтожительным взглядом.

– Да. Мы уже поняли, что вашу семейку надо держать рядом, иначе проблем не оберёшься.

– Зачем ты мне все это рассказываешь?

– Чтобы ты съеб…сь из нашей жизни сама. Ты – чертова сиротка, паразитом вцепившаяся в людей, которые тебе ничего не должны.

Глава 55

Да, я обещала себе больше не драться. Клялась! Но… Но сейчас мне хочется кинуться на Марианну и выдрать ей волосы. Злость окутывает разум и я делаю шаг к риелторши.

– Имей в виду, у меня в машине видеорегистратор. Только попробуй меня ударить – заявление напишу в этот же час.

Я замираю на секунду, а потом снова иду вперед. Распахиваю калитку и Марианна начинает орать.

– Остановись! Если не веришь мне – спроси у Глеба. Иди, ну…. СПРОСИ!

Последнее слово визгливо вытряхивается из губ Мари и я каменею. Меня словно выключили. Слезы застилают глаза, а горло сжимают спазмы. Я закашливаюсь, а потом поднимаю глаза на Марианну.

– Спрошу, – хрипло отвечаю я, – но перед этим выдеру тебе все волосы и…

Сзади хлопает дверь и я прикусываю язык. Вышел Глеб, но я не в силах повернуться. Боль пронзает висок, когда я слышу громкий голос Войтова.

– Что здесь происходит?

Марианна ехидно улыбается и смотрит на Глеба уверенным взглядом.

– Я решила ей рассказать, что тебя отпустили четыре дня назад и что сегодня ночью ты мне звонил.

В ушах поднимается гул и я со скоростью пули оборачиваюсь. Выцарапав кусочки эмоций с лица Войтова, я в ужасе понимаю – эта сука мне не врала. Глеб часто моргает, а его губы бледнеют.

– Софа, я могу всё тебе….

– ЗАТКНИТЕСЬ! – истерично воплю я и развернувшись бегу мимо Марианны на дорогу.

Боль становится просто сумасшедшей. Грудь наполняется тяжестью, а в голове только одна единственная мысль – убежать. Куртка распахивается, но я не чувствую холода. Ничего нн способно охладить кипящий внутри котел.

Как он мог поступить так со мной? Как?

– Софа! – раздается сзади голос Глеба, – София, стой!

– Иди к черту, предатель, – шепчу себе под нос, стараясь бежать быстрее – изо всех сил.

– СО-ФА, – нечеловеческий крик Войтова разрывает действительность и я на автомате оборачиваюсь.

Замерев на месте, я вижу как прямо на меня несется автомобиль. Едет быстро и отчего-то не пытается тормозить или остановиться. Последнее, что я вижу – это злорадство в глазах немолодого водителя. А потом всё… свет вырубает...

***

Открываю глаза и вижу как надо мной склонился Глеб. Побелевшими губами, он шепчет не переставая: «Софа, София, ты слышишь меня?»

Прикрыв веки, я несколько секунд сканирую, где чувствую боль, а когда не нахожу источника боли, открываю глаза.

– Меня сбила машина?

Глеб отрицательно качает головой, а потом я слышу звук сирены скорой помощи.

– Это за мной?

Глеб снова качает головой и я приподнимаюсь. Рядом с нами стоит тот самый автомобиль, который летел на меня, но водителя теперь за рулем нет.

– Что случилось?

И вдруг мои глаза цепляются за руки Войтова. Они все в крови. И ноги! О Боже! Это его сбила машина.

– Глеб, – всхлипываю я и смотрю ему в глаза, – он на тебя наехал?

– Так…, зацепил немного. Главное, что тебя я успел оттащить.

– Боже! Марианна сказала, что вы с ней четыре дня были вместе и что ты не знаешь, как от меня избавиться…

– Бред, – шепчет Глеб и я вижу как его лицо окончательно теряет краску и он заваливается на бок.

Поднявшись, я падаю перед ним на колени и оглядываюсь на подъехавшую машину скорой помощи.

– Скорее сюда! – кричу и снова смотрю на Глеба, – прости. Из-за меня тебя сбили.

Он открывает глаза и сипло шепчет.

– Я тебе всё объясню… потом… Просто верь мне всегда. Я не предам тебя, Софа.

Я киваю и хочу ответить ему, но меня оттаскивают врачи.

– Отойдите, девушка!

Я отползаю от Глеба и в ужасе понимаю, что я снова сотворила беду. Почему я его не выслушала?

Пока врачи осматривают Войтова, приезжает полиция и Марианна. Она в ужасе смотрит на Глеба, которого перекладывают на носилки, а потом говорит мужчине в форме.

– Я не смогла догнать водителя. Но точно могу сказать, что он специально нёсся на Софию. Глеб-дурак бросился наперерез и принял весь удар на себя, а эту… эту он толкнул на край дороги. Зафиксируйте у себя – возможно это был ее любовник, Глеба три месяца не было и…

Я подскакиваю, словно меня током ударило. Несусь на эту гадину и вцепляюсь ей в волосы.

– Лгунья проклята! Это ты разрушила наше счастье….

– АААА. Уберите эту сумасшедшую от меня.

Меня кое-как отрывают от риелторши, но я успеваю оттаскать Марианну за волосы. Стряхнув с себя руки мужчины в форме, я бросаюсь к машине скорой помощи, в которую закатывают носилки с Глебом.

– Я с вами, – говорю я, но врач не пропускает меня в карету.

– В машину вам нельзя. Звоните в дежурную больницу, девушка.

Глава 56

Ровно в одиннадцать утра я добираюсь до больницы. Почти час потратила на то, чтобы узнать в какую именно дежурную больницу увезли Глеба и столько же ушло на дорогу. Я не помню как добиралась, на каком автобусе ехала, помню только, что на часы смотрела всё время. Гипнотизировала бегущую стрелку на циферблате наручных часов, пытаясь затормозить время. Мысли пугали, а фантазия уже подкидывала ужасные картинки того, что может случиться с Войтовым.

Подбежав к справочной, я молочу ладонью в окошко, пытаясь привлечь внимание двух женщин в белых халатах.

– Что вы долбите, девушка. Ждите!

Одна из женщин, в узких очках, поджала губы, а потом стала отчитывать меня.

– Терпения нет никакого…

– Мне нужно узнать про пациента, его на скорой привезли.

– Всем что-то надо. А я здесь одна, к тому же сегодня выходной день. Ждите.

Попрыгав на месте, я сверлю взглядом женщин, но они отворачиваются от меня, что-то бурно обсуждая.

– Я ждать не могу. Помогите мне, – молю я, умываясь слезами.

Ноль реакции.

Оглядев холл, я впиваюсь глазами в красное пятно у окна. Сука Марианна, в своем ярком пуховике, сидит на лавочке у окна и тоже плачет.

Я бросаюсь к риелторши, но в последний момент останавливаюсь. Не дай бог прибью ее на месте в состоянии аффекта и меня заберут в отделение. В этом случае я точно не смогу помочь Глебу.

– Чего пришла? Уходи из больницы по хорошему, Марианна. Иначе зубов не соберешь и я не шучу.

Эта гадина всхлипывает и достав платок, смачно в него сморкается.

– Хабалка и драчунья! И что он нашел в тебе, а? Скажи мне! Я с ним столько лет была – поддерживала, помогала, а он выбрал тебя – несуразное существо.

– Рот закрой, а то зубы выпадут. Уходи, Глеб из-за тебя попал под машину.

Мари горько смеётся, а потом сипло шипит.

– Нет, из-за тебя. Анфискин дружок хотел тебя убрать, а Войтов кинулся тебя закрывать. Знала бы, что на тебя открыта охота, не пришла бы сегодня. Прибил бы тебя и проблем никаких больше Глебу не доставляла.

Я сжимаю зубы до скрипа, а потом хватаю ее за руку и тяну на себя.

– Убирайся отсюда.

Мари вырывается, а потом снова шипит.

– Глеб у меня был четыре дня, поняла? Это чистая правда. И он мне звонил ночью советоваться. Спроси-спроси у него. Я не врала тебе.

– Врала. Глеб сказал, что ты несешь бред.

– Могу тебе скинуть бумаги и там написана дата его освобождения. А ещё могу сделать распечатку телефонных звонков. Он позвонил мне в 5.30, а закончили разговаривать ровно в 6.00. Я предоставлю тебе доказательства…

– Девушка! – окликают меня сзади и я оборачиваюсь.

Меня подзывает женщина из справочного окна. Подбегаем обе. Я отталкиваю Мари и первая подхожу к окошечку.

– Про кого узнать хотели?

– Войтов… Глеб… Его сегодня привезли…

– Так-так… Есть такой. Пятая палата, этаж второй. Кем вы ему приходитесь?

– Невеста!

– Врёт! – цедит Мари и оттесняет меня от окна, – я ему ближе…

– Это ты врёшь!

– Девушки, хватит орать. Его через час-полтора отпустят домой. Он отказную написал, поэтому я всё равно вас не пропущу в палату. Я хотела вас с доктором связать, но раз вы никем пациенту не приходитесь, то и разговор не состоится.

– Я невеста.

– Но не жена, поэтому отойдите от окна.

Я отпихиваю Марианну и тревожно уточняю.

– Значит с ним все хорошо, раз его отпустили?

– А я почём знаю! Написано отказную написал, а остальное у него спросите.

– Я могу его здесь подождать.

– Можете, лавочки у нас не купленные, – машет рукой женщина и отворачивается.

Я плетусь к лавочкам и обессилено опускаюсь на выкрашенное зеленой краской сидение.

Марианна так и стоит у окна, постукивая острым каблуком по каменному полу. Смотрит на меня в упор, сморщив губы от недовольства. Я показываю ей средний палец и она зло фыркает.

– Все равно он долго тебя терпеть не будет, – стирая слезы со щёк, цедит Мари, – скоро он устанет и выгонит тебя.

– Так с твоих слов Глеб уже устал от меня и не знает как от меня избавиться! – парирую я и вижу как ее лицо краснеет.

– Ты врала мне, Марианна. Я усомнилась в Глебе, но теперь я почти уверена, что всем твоим словам найдется объяснение.

Лицо риелторшы становится огненно-красным. Даже нос у нее краснеет.

– Такие как ты всё портят. Такой был мой бывший муж, который дрался и рушил всё, что строилось с большим трудом. Такие люди не заслуживают счастья. Я и Глеб – идеальная пара. Мы работаем и созидаем, а вы всё изгаживаете.

– Это ты так считаешь!

– Нет! Так и есть. Ненавижу тебя, ненавижу мужа, ненавижу разруху, которую вы создаете. Зачем вы портите нашу жизнь? Сходитесь со своими… с себе подобными… Что вам от нормальных людей надо? Изо дня в день Глеб будет разочаровываться в тебе, ты будешь его позорить и он будет страдать. Сделай хоть одно хорошее дело – уйди с его дороги. Не порти ему жизнь. Уезжай.

Глава 57

Глеб выходит через полчаса. Лицо бледное, на левой руке лангета, в правой – костыль, на который он упирается при ходьбе. Спортивные брючина обрезана по колено и на правой лодыжке – объемная повязка из бинтов. Заметив меня, он еле заметно улыбается и идет ко мне на встречу.

– Давай помогу, – подхожу к Войтову, подавая ему руку.

– Сам справлюсь. Пойдем, такси скоро подъедет. Я не знал, что ты здесь, поэтому вызвал машину из палаты.

Обеспокоенно еще раз оглядываю Глеба и тихо спрашиваю.

– Как ты? Может не стоило писать отказную?

– Нормально. Врач сказал, что серьезных травм нет. Так… порезы, но повязку на руке нужно будет дней пять не снимать.

– Ты меня не обманываешь?

Глеб смотрит мне в глаза и серьезно отвечает.

– Я никогда тебя не обманываю. Есть пара вещей, которые я скрыл от тебя целенаправленно, но все они касаются твоей безопасности. Узнай ты про них сразу, могла наворотить дел.

– Расскажешь.

– Да. Пойдем на улицу.

***

Пока едем в такси, я не отрываю взгляд от лица Глеба. Слишком он бледен и серьезен, даже не смотрит на меня. Больше хмурится.

– Скажи, что случилось?

Войтов моргает пару раз, а потом разворачивается в мою сторону.

– Не понял?

– Я понимаю, что сегодня был кошмарный день и ты сильно пострадал, но… Но мне кажется, что у нас всё снова плохо. Утром я была такой счастливой, мечтала и радовалась, а потом пришла Марианна и начала говорить такие вещи… Ты сказал, что это бред и я…

– Софа, – перебивает меня Глеб, – обсудим все вопросы дома. Сейчас могу сказать тебе только одну вещь. Между мной и Мари никогда ничего не было и быть не может.

Я киваю и поддавшись порыву беру его ладонь в свою.

– Поняла.

***

– Давай позавтракаем. Я сделаю новый омлет, а на тосты положу сыр и масло и они будут лучше свежеприготовленных, – говорю Глебу, когда мы переступаем порог дома, – в холодильнике есть вишнёвый джем – можем вместо сыра использовать джем.

От волнения голос дрожит, а в голове так и прокручивается его фраза «обсудим дома». Правды я оказывается боюсь не меньше, чем лжи.

– Погоди.

Войтов разворачивает меня к себе и быстро целует в губы.

– Не суетись и успокойся. Давай закроем все вопросы, а после за стол сядем.

Я киваю и теперь уже сама целую его.

– Давай.

Руки всё равно дрожат, но суетиться я прекращаю.

Когда мы садимся на диван, Глеб внимательно смотрит мне в глаза и начинает рассказ.

– Начнем с самого начала. С Марианной я знаком давно. Она помогала мне с продажей дома деда, с ней меня познакомил мой юрист. Некоторое время она не работала по личным причинам и моя сделка стала для нее шансом вернуться в профессию.

– Почему шансом? Разве риелторам нужны какие-то шансы, чтобы вернуться в профессию?

– В ее случае – да. Я никогда бы не стал бы обсуждать с тобой личную жизнь Мари, но сейчас считаю, что сделать это будет необходимо. Дело в том, что она не работала почти два года риелтором, потому что ее бывший муж пустил слух по городу о том, что она обманывает клиентов. Якобы она, при продажи имущества клиента, тайно договаривается со второй стороной – покупателями, что сможет договориться о снижении цены на сто тысяч, допустим, а в награду они должны ей заплатить половину суммы скидки. На самом деле слова бывшего мужа были ложью, но Мари сразу уволили из агентства по статье и по городу пошли неприятные слухи. Мой юрист не верил этим слухам и предложил ее услуги нам с Сережкой. Работая со мной, а потом с моими знакомыми или клиентами, она смогла вернуть себе прежние позиции на рынке недвижимости. Постепенно мы стали общаться, помогать друг другу… Зародилась дружба и никогда ни я, ни Мари не обсуждали тему отношений. Более того, я всегда знал, что у нее периодически возникали отношения, но мне до этого не было дела. Мы просто дружили. Тебя она не возлюбила сразу, но я с ней пару раз поговорил и она пообещала успокоиться. Я даже подумать не мог, что она способна на такое…

– Я тоже ее терпеть не могла с первого взгляда, – вставляю пять копеек в монолог Глеба.

Он вздыхает и продолжает рассказ.

– Переходим к главному. В тюрьме я узнал, что если я выйду, знакомые Анфиски организуют нападение на тебя. Через адвоката, я нанял человека, чтобы приглядывал за тобой, но он ничего не заметил. Я решил перестраховаться и попросил следователя ускорить процесс освобождения. Вину с меня сняли, осталось дождаться решения об освобождении. Он пошел мне навстречу и четыре дня назад я вышел. Анфисе это стало известно сразу же. Я решил пожить в квартире Мари и понаблюдать. Все четыре дня было спокойно и я решил приехать домой. Тебя предупредить об освобождении не мог. Боялся, что ты начнешь скандалить и ревновать. Не обижайся, но ты у меня очень эмоциональная девочка.

– Почему остановился у Марианны? Другого места не нашел?

– Она предложила, да и дел у нас было много. Как раз об этом будет следующая часть рассказа. Я решил уехать из этого города. Продать все и переехать. Конечно с тобой, если ты не против. Мы выставили на продажу этот дом и квартиру и четыре дня пришлось позаниматься документами. Долг нужно отдать, а в этом городе нам спокойно жить и работать не дадут. Уедем?

Я медленно киваю, а после задаю еще один вопрос.

– Зачем ты звонил ночью Мари?

– Я звонил ей утром. Она встает в четыре часа и наш разговор был запланирован. Нужно было закончить одно общее дело по работе, а ещё я попросил её договориться с ЗАГСом, чтобы нас зарегистрировали по-раньше. У нее там подруга работает.

– Ты хотел на мне жениться?

– Конечно. Предложение от тебя я получил и решил действовать.

– Я думала, что сморозила глупость, когда попросила тебя взять меня замуж.

– Не глупость. Я и сам хотел предложить тебе то же самое, но ты опередила.

– Знаешь что?! – вскрикиваю я, – поэтому Марианна сюда и прибежала. Поняла, что у нас всё серьезно и решила действовать. Она пошла во-банк, Глеб. И что бы ты про нее не думал, на самом деле она расчетливая сука и всегда все делает ради своей выгоды. Поверь мне.