Текст книги "Бэйр"

Автор книги: Алёна Реброва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 29 страниц)

– Тогда я первая, а ты пока пополазай под кроватями и шкафами, поищи там своего змея.

Что самое удивительно, когда я вернулась, он действительно был под кроватью!

– Ну не все же надо понимать буквально, друг мой! – усмехаюсь, вслушиваясь в пыхтение рыцаря.

– У меня медальон закатился, лучше помоги его достать! Ты меньше, пролезешь лучше.

Начиная выползать из под кровати, бравый рыцарь стукнулся о нее головой и поцарапал спину.

– Эх, так и быть, удружу, – вздыхаю, ложась на пол и вглядываясь в непроглядную подкроватную тьму. – Где твой медальон, я его не вижу?

– Э, только огонь не зажигай, подожжешь тут все! – предупредил Дейк, ложась рядом и указывая рукой нужное направление. – Вон там, у стенки он. Ползи, я не дополз.

– А ты больше пей, чтоб задница еще подросла…

Полностью забравшись под кровать, начинаю ощупывать окружающее меня пространство пола на предмет медальона. К своему удивлению, кроме медальона я нашла еще кое-что…

– Дейк, лезь сюда, тут какой-то тайник!

– Мать твою, ничего не трогай, просто достань мне медальон и все! – заволновался он.

– Подожди-ка… не поверишь, кто-то положил сюда книгу!

Выудив из тайника тетрадку или небольшую книгу в кожаном переплете, ползу обратно в комнату.

– Вот твой медальон! – кидаю Дейку безделушку и усаживаюсь на кровать вместе с находкой.

Обложка у нее кожаная, простая, никаких украшений или надписей.

– Откуда здесь это? – осматриваю книгу. – Дейк, иди сюда! Смотри, что там было.

– Открой, посмотрим, о чем она, – решил рыцарь, сев рядом.

На первой странице книги был нарисован черноволосый мужчина с лошадиными чертами лица, внизу было написано «Маггорт Сенгайз. Проклятый Чернокнижник и Элементалист. Дневник», еще ниже мелким почерком было написано «Нашедший и прочитавший дает клятву хранить молчание о находке. На книгу наложено проклятие, которое сохранится даже после моей смерти. Ваша кровь отныне заражена, малейшее слово о моем дневнике чужаку – и вы умрете на месте. С уважением, Маггорт Сенгайз».

– Мне это уже не нравится, выброси ее или сожги! – посоветовал рыцарь.

– Как!? Сжечь такую интересную вещь? Сначала я ее почитаю, а потом уже решу. Вдруг здесь есть какие-нибудь заклинания?

– Бесплатный сыр только в миске у кошки, Бэйр. Что может делать такая книга с таким названием в этой дыре?

– Кто-то спрятал ее от посторонних глаз, чтобы нашел ее лишь тот, кому она предназначена! – торжественно объявляю.

– Бэйр, вряд ли это предназначалось тебе. Положи книгу обратно, чтобы ее потом нашел тот «везунчик».

– Вот именно, она предназначалась не мне, а тебе, Дейк! Твой медальон упал под кровать и упал ровно на крышку тайника!

– Я и говорю тебе, положи мое предназначение обратно, оно меня не интересует! – настаивал рыцарь.

– Нет, я буду ее читать, раз ты не хочешь! – сказав это, залезаю под одеяло и открываю первую страницу.

– Ппффф… Бэйр, нам завтра на охоту, я опять тебя не подниму! Потом почитаешь.

Дейк без всяких церемоний вырвал у меня из рук книгу и швырнул ее подальше от кровати на пол.

– Ты невыносим! – обиженно ворчу на рыцаря, сложив руки на груди. – Хватит вести себя как узурпатор!

– Я отношусь к тебе так, как того требует твое поведение. Все, спи. Я скоро к тебе присоединюсь…

– Бэйр, положи немедленно эту дьявольскую книгу!!! – донесся рев из умывальной.

– Да не трогала я ее!.. Честно… – быстро прячу сокровище в свою сумку.

* * *

Следующий день был спокойным, все шло по плану до самого вечера. Утром мы двинулись в путь, к закату Шерм объявил о привале неподалеку от нужной нам рощи. Группа слевитов отправилась искать сухие ветки, остальные стали готовить лагерь. Среди всеобщей суеты я нашла время и место для того, чтобы начать читать найденный дневник. Дейк был увлечен разговорами с охотниками и, кажется, выпивкой, так что никто не мог мне помешать.

С первой же страницы книга поражала! Она была полностью рукописной, даже узоры по краям страниц были искусно выведены чьим-то пером, а картинки… не знаю, чем в том мире рисуют, но получается великолепно.

Вдоволь насмотревшись на изображение странных каменных врат, обращаю внимание на текст.

«Открывая этот дневник, ты, мой преемник, возлагаешь на себя задачу куда более сложную, чем просто разобрать мой почерк. Не стоит искать здесь смысл между строк, все, что я хочу сказать, написано прямо. Пожалуй, это первое, что мне хочется до тебя донести… А второе, это то, что подглядывать нехорошо. Я бы на твоем месте, первый читатель, проучил бы того, что сзади тебя…»

– Мдааа… я был прав, когда велел тебе сжечь это, – присвистнул над моим ухом Дейк, незаметно подкравшийся сзади.

– Как… как он узнал, что ты будешь стоять здесь, когда я буду это читать!? – поражаюсь. – И зачем было подкрадываться?

– Захотелось, – хмыкнув, рыцарь уселся рядом. – Ты еще не поняла, что это? Это какая-то магическая штука, в которую этот чернокнижник вселил часть своего разума или души! Это практически живой собеседник. Бэйр, эта вещь проклята, сожги ее!

– Вот это да…. я и не думала, что в вашем мире такие есть! Сжечь!? Как можно!? Это настоящее сокровище, я сохраню его!

– Бэйр, это не милая вещичка, это проклятье какого-то безумного мага!.. – зло сказал Дейк, но потом прочитал появившиеся на страницах ехидные комментарии книги по этому поводу. Рыцарь тяжело вздохнул и продолжил спокойно. – Давай так, выброси эту дрянь, а я куплю тебе за это золотые серьги с рубинами?

– Издеваешься надо мной!? – возмущаюсь. – Давай ты выбросишь свой меч, а за это я куплю тебе розовое платье с рюшами!?

– Все бабы, как бабы, а ты чокнутая!

– Я тебе не простая баба, ты вечно это забываешь. А теперь не мешай мне читать, – отвернувшись от рыцаря, открываю книгу на следующей странице, которая оказалась пустой.

Но продолжить исследование заколдованного дневника мне не дали. Вернулась группа слевитов, отправленная за сухими ветками, и подняла жуткий шум, на которой я не могла не обратить внимания.

– Это глупо, мы не должны соваться в лес и рисковать жизнями из-за сухих веток! Там бродит этот единорог, мы от него не отобьемся в случае чего!

– Верно Грем говорит! Пускай девица идет за ветками, она-то точно живой останется!

– Ладно-ладно, хватит галдеть, как стая ворон! – рявкнул Шерм и направился ко мне и рыцарю.

Предчувствую, что мне сейчас скажут и куда пошлют, сразу засовываю дневник в свою сумку, а сумку вешаю на плечо. «Все свое всегда ношу с собой», фразочка, ставшая моим девизом и поводом обзавестись небольшой сумкой со всем необходимым – не той походной махиной с одеждой и вещами. В маленькой сумке я хранила зубную щетку, расческу, мыло, нитки с иголкой, кошелек с карманными деньгами и мешочек с порошком, который моя предшественница велела мне беречь пуще своей жизни.

– Слушай, Бэйр, тут мои ребята говорят… – начал Шерм.

– Я все слышала. Схожу я вам за сухими ветками для костров, мне несложно.

– Может мне с тобой пойти? – предложил Дейкстр. – Одну тебя… даже под кровать отпускать нельзя, как выяснилось.

– Тебя лошадь на рог насадит, идти туда безопасно только для меня, – напоминаю. – Сиди здесь, ничего страшного не случится, если я просто схожу за ветками.

– Пф. Если бы ты еще умела что-то делать «просто»… – проворчал рыцарь. – Ну иди, чего встала? Уже становится прохладно, да и есть хочется.

Кивнув ворчливому опекуну на прощание, почти бегу в лес.

Солнце уже касалось горизонта, стремительно темнело. Птицы постепенно умолкали, их песни сменяли стрекот сверчков и шуршание ночных зверей.

В лесу было уже достаточно темно, приходилось внимательно вглядываться для того, чтобы различить на земле сухие ветки. Недолго думая, я зажгла на руке огонек-факел, который тут же указал мне одну из нужных веток. Подхватив ее, сразу отправляю к остальным в пока еще маленькую охапку.

Постепенно охапка увеличивалась. По мере того, как я углублялась в лес, сухие ветки встречались все чаще и чаще, находить их становилось проще. Сам процесс поисков превратился в какую-то своеобразную игру… или просто у меня опять пробудилось обострившееся в последний месяц чувство азарта.

Перебегая от одной куче веток к другой, я и не заметила, как окончательно стемнело. К тому времени охапку уже едва можно было удержать одной рукой, потому я решила, что можно и возвращаться… Решила, и тут же магический факел осветил для меня идеальную сухую ветку!

– Ну от еще одной я не развалюсь, – бормочу, акробатически наклоняясь за той самой идеально веткой.

И вот, я уже почти до нее дотянулась, как… как вся моя охапка начала разваливаться и ветка за веткой падать на землю.

– Э, куда!? – возмущенно кричу, пытаясь ее удержать. В итоге она, конечно, все равно развалилась, и мне пришлось все собирать.

К собранной вновь охапке решаю сразу добавить виновницу падения.

Но когда я протянула руку к месту, где была ветка, ее там больше не было.

– Что за черт? – хмурюсь, оглядываясь вокруг.

Неожиданно на глаза мне попался крошечный голубоватый огонек, он зажегся на месте, где раньше была ветка, сразу после того, как я отвернулась.

Не поверив своим глаза, тру их одной рукой. Но и после этого огонек никуда не исчез.

– Что бы это могло быть? – задумываюсь, пытаясь потрогать огонек рукой. Но он ускользнул от моих пальцев как пугливый зверек. – И откуда?…

Неожиданно загорелся второй огонек, в пяти метрах от первого. Он запрыгал и… я готова поклясться, что слышала какой-то свист, а то и мелодию, идущую от нового огонька!

А, может, под ним сидит какой-нибудь лесной дух? Интересно его увидеть!

– Распутин, ты там еще живой? – качаю рукой черепок на поясе.

«Да куда я отсюда денуся-то?» раздался ленивый голос духа домового.

– Давно от тебя вестей не было…

«Как это не было вестей!? А кто же, как не я, твоему лохматому рыцарю косички заплетает и волосы путает по ночам? Ты что ли? Хе-хе…»

– Ну… попадало за это почему-то мне, – вздыхаю – Но я не об этом поговорить хочу. Что это за огоньки? Тут твоих товарищей нет? Мелкой нежити, я имею ввиду.

«Мы называемся хобгоблинами, вообще-то. Но тут моих собратьев нет, я бы тебя сразу предупредил. А это… блуждающие огни, они в волшебных лесах светятся, путников с верной дороги сбивают».

– Значит, нельзя за ними идти?

«Не знаю… по-разному бывает. Иногда они сбивают с пути, а иногда приводят тебя к твоей судьбе».

– Вот как… ну, что ж, пока не пойдем, не узнаем! – решаю, направляясь ко второму огоньку.

Как только я к нему приблизилась, он весело подпрыгнул мне навстречу, потом отлетел, тут же зажегся третий огонек и призывно заскакал по траве.

«А как же охотники, ждущие от тебя сухих веток?» ехидно поинтересовался дух.

– Какие охотники!? Такой случай раз в жизни бывает! Пойти за волшебными огоньками в лесу, это ведь так интересно! Вдруг они приведут меня к домику ведьмы или лесной колдуньи? Или к фее?… Но, скорее всего, эти огоньки выведут меня из леса к охотникам.

«Ты сама ведьма, колдунья и почти фея, зачем тебе искать конкурентов?»

– Да я это так, мелкая сошка… А вот встретить настоящую лесную колдунью – это здорово!

«Как бы тебе твое любопытство боком не вышло, ведьма».

– Вряд ли. Ведь огоньки не станут мне вредить? Я хороший человек, никого не обижаю, несу своим друзьям хворост.

Дух домового замолчал, я шла от одного огонька к другому. Меня окружала кромешная тьма, в которой сияли голубые огни. Кроме них я ничего не видела за кругом, который освещал мой факел.

Тишину вокруг прорезал крик совы. На мгновение стало страшновато, я поежилась и посмотрела на небо, в надежде увидеть луну. Но ее загораживали тучи или деревья, и в темноте я ничего не разглядела.

Сова крикнула еще раз, протяжнее и громче, я услышала хлопанье крыльев и шум в ветвях деревьев.

Приостановившись, я вдруг как вышла из какого-то транса. Холод и сырость леса пробрались под куртку ознобом и легкой дрожью. Неожиданно появилось ощущение, что темнота вокруг сгущается и давит на меня. В подтверждение этому ощущению язык моего магического факела задрожал и чуть не погас, круг света начал сужаться.

Не на шутку занервничав, увеличиваю язык рыжего пламени, а вместе с ним и круг света вокруг. Это помогло мало, все равно с каждой секундой становилось все страшнее, я чувствовала себя одной посреди огромного темного моря леса.

Мрак продолжал ломиться сквозь барьеры света, сова вновь закричала, ей ответили где-то вдалеке. Сверху мне на голову упала ветка, заставив вздрогнуть и резко обернуться.

Сзади, конечно, никого не было, только ствол дерева с морщинистой корой, складывающейся в причудливые узоры. С перепуга мне померещилось лицо на дереве, но наваждение быстро исчезло.

– Так, только не поддаваться панике, – решаю вслух, чтобы звуки собственного голоса меня успокоили. – Это всего лишь сова и темный лес… Я могу все здесь выжечь, если мне только захочется. Это лес и глупая птица должны меня бояться, а никак не я их!

Собственные слова придали мне уверенности, взглядом я начала искать голубоватые огоньки вокруг. Но ни одного из них я не увидела.

Обернувшись, обойдя вокруг дерева, я все равно ничего не нашла.

– Вот черт… Распутин, кажется, они завели меня в глушь и бросили.

«Или оставили ждать свою судьбу!» ехидным и торжественным голосом отозвался дух домового. «Чего ты нервничаешь? Тебе же уже нечего бояться!»

– Я инстинктивно нервничаю, это нормально для любого живого существа: бояться, когда ты один в глухом темном лесу ночью, где бродит жуткий зверь.

«Ха-ха, а ты еще громче тогда поори, что все выжечь здесь можешь!»

– Молчи лучше…

Но стоило замолчать Распутину, как с неба раздался жуткий грохот, и сверкнула молния. Молния была настолько яркая, что на мгновение в лесу стало светло, как днем. От неожиданности я прижалась спиной к стволу ближайшего дерева, но потом вспомнила, что это не лучшая идея: стоять у дерева во время грозы.

Грохнуло еще пару раз, и начался ливень. Капли, хотя скорее даже струи воды сквозь листву и хвою доходили до меня. Ливень был таким сильным, что я насквозь вымокла уже через несколько минут… еще через несколько минут я была готова проклясть эти чертовы огни и собственное любопытство! Одно дело – наткнуться на страшного зверя или лесной колдуньи, в благородной битве с которыми и погибнуть не жалко, и вот совсем другое – страдать от какого-то дождя! Обидно и совсем не так интересно…

«Ой, сестрица, молчала бы ты про зверя!» встревожено зашептал дух домового.

– Что такое!? – тихо спрашиваю его, озираясь по сторонам.

«Не двигайся, может, он огня боится и уйдет сам».

В кромешной тьме ничего не было видно, а шум грозы дождя глушил все остальные звуки. Понять, где находится пришелец, было невозможно.

Через несколько минут никто так и не вышел в круг света. Понадеявшись, что неведомый зверь ушел или просто боится огня, увеличиваю пламя на руках, чтобы убиться, что никого нет, или отпугнуть пришельца.

Но вопреки моим ожиданиям в свете огня я увидела огромного монстра, который и не думал отступать!!!

От шока я не успела точно разглядеть, кто это был, а зверь уже двинулся на меня. Через пару секунд мне в грудь уперлось что-то острое (от неожиданности я случайно погасила факел в руках и теперь ничего не видела).

Острым мечом или саблей меня заставили вжаться спиной в ствол дерева.

– Кто здесь? – спрашиваю громко и четко, чтобы неведомый мечник услышал, разобрал и ответил.

Но ответом мне было молчание, сквозь гром и шум дождя я различила, как пришелец тяжело переступил с ноги на ногу. Звук получился такой, как будто у него сапоги с десятикилограммовыми кусками металла вместо подошвы.

– Кто здесь, прошу ответить, иначе я за себя не отвечаю! – предупреждаю. – Я ведьма и за себя постоять могу!

– Без резких движений.

Голос был мужской, низкий, с приятной хрипотцой.

– Отойди от дерева, – меч немного отодвинулся от моей груди. Когда я сделала пару шагов в сторону, он уперся мне в спину. – Достаточно. А теперь стой смирно и не дергайся.

– И что же ты будешь делать, таинственный незнакомец?

– Без вопросов, просто делай, что я говорю.

Вновь раздались тяжелые шаги… на этот раз я поняла, что с говорившим еще как минимум двое.

– Не сопротивляйся, я посажу тебя на свою лошадь и отвезу тебя туда, где тепло и сухо, – пообещал мужчина.

– Если там еще и еда есть, то я сдаюсь в плен добровольно! – улыбаюсь, слушая приближающиеся шаги копыт по мокрой лесной земле.

Неожиданно меня подхватили за талию и усадили на мокрую лошадиную спину. Успев коснуться рук мужчины, я почувствовала что-то похожее на шерсть… Длинную и жесткую звериную шерсть… Эх, а где наша не пропадала, с другой стороны? Хватит удивляться.

Протянув руки пытаюсь ухватиться за шею лошади… но почему-то нащупываю лишь голый мужской торс ее всадника, который непонятно каким образом уже успел сюда забраться!

– Простите, я ничего не вижу… – виновато бормочу.

– Ха-ха-ха!! – раздался хриплый и скрежещущий смех, который явно принадлежал уже второму мужчине.

Конь подо мной переступил с копыта на копыто и немного прошел вперед, от этого я чуть не соскользнула с его спины.

– Осторожнее, – усмехнулся первый говоривший и придержал меня рукой.

Хм. Видимо тот, что сажал мне на лошадь, и тот, что на ней, это два разных мужчины.

– Вы пойдете пешком? – интересуюсь у того, кто помог мне удержаться.

– Хм. Особенности моего телосложения не позволяют мне сесть на лошадь.

Неожиданно со стороны второго мужчины, который на лошади вместе со мной, послышались странные гортанные звуки.

– Мой друг говорит, что вы можете не стесняться и обнять его, чтобы не сваливаться.

– Л-ладно…

Немного подумав, послушно обнимаю торс мужчины впереди, пододвигаясь к нему вплотную.

Прилично, неприлично, мне все равно. Я успела порядком вымокнуть и озябнуть в этом лесу, а от этого некто идет такой жар, как будто у него лихорадка.

– Держитесь крепче и постарайтесь не упасть, – предупредил первый, голос его странно сорвался на последнем слове.

Как только я крепче обхватила мужчину спереди, лошадь понеслась с неимоверной скоростью сквозь лес. Резкие повороты и жуткие прыжки из стороны в сторону по корням деревьев давались ей с такой ловкостью и силой, что я невольно удивилась тому, насколько не по-лошадиному сильно и гибко это животное… И как невероятно тонко ее чувствует всадник! Он предугадывает каждое ее движение, идеально ее ведет по такой сложной местности. Создавалось такое ощущение, будто они едино целое.

Но долго восхищаться мастерством наездника я не смогла, постепенно лошадь увеличивала скорость, и мне стало не до того! Главной задачей теперь было не слететь или не удариться головой о дерево на особо резком повороте.

Не могу сказать точно, сколько мы мчались по лесу сквозь жесткие ветки и струи дождя. Мне это время показалось бесконечно долгим.

В полной темноте я ощущала только телодвижения лошади и всадника, больно бьющие по плечам и спине ветки, слышала только гром и грозу, топот тяжелых копыт. Все звуки и движения рано или поздно повторялись, ничего нового, увлекающего мое внимание, не появлялось. Незаметно для себя я начала засыпать, не ослабляя при этом хватки.

Меня вывела из дремоты резкая остановка. Лошадь неожиданно затормозила, да так, что я по инерции еще крепче налегла на всадника и должна была бы его вовсе скинуть с лошадиной спины… но он каким-то образом удержался сам и удержал меня.

– С-спасибо… – после бешеной скачки, к которой я успела привыкнуть, голова шла кругом, а тело задрожало от ушедшего напряжения.

– Слезай с правого бока, я помогу тебе, – раздался рядом знакомый голос.

Я по-прежнему ничего не видела, но выбора у меня не было. Затекшее и потому неуклюжее тело скорее свалилось в руки несчастного мужика, чем изящно соскользнуло.

– П-прошу п-прощения… я с-собой не владею… – оправдываюсь, стуча зубами от холода и хватаясь за спину лошади руками, чтобы не грохнуться на землю: ноги после долгой непривычной скачки на лошади с такой широкой спиной разъезжались в стороны.

– Ты совсем замерзла, – понял первый мужчина. Его друг-наездник как-то это прокомментировал на своем резком отрывистом языке. – Мой друг говорит, что ты насобирала много сухих веток, но они все промокли.

– Я могу их высуш-шить.

– Да? Это было бы неплохо. Пойдем, я отведу тебя в наше пристанище.

Взяв мою руку, мужчина куда-то меня повел. Вскоре на голову и за куртку перестала ручьями литься вода, а под ногами появилось нечто твердое и вроде бы сухое, похожее на каменный пол пещеры.

– А можно зажечь свет?

– Зачем это еще? – недовольно спросил ведущий. Походка у него была странная, подпрыгивающая… Видимо, он не мог сесть на лошадь из-за проблемы с ногами. Стоп, а как он вообще на такой скорости нас догнал? Ничего не понимаю!

– Я ничего не вижу, вокруг темно.

– Тебе и не надо нас видеть.

– А как же иначе? С восходом солнца вы завяжете мне глаза и бросите где-нибудь подальше от себя, чтобы я вас не увидела?

– … Нет. Но… ты можешь испугаться.

– Меня невозможно испугать группе лесников… Тем более таких заботливых и обходительных лесников.

– Тогда это дело твое, ведьма. Садись здесь… вот сюда, тут шкуры.

По пещере эхом прошел стук тяжелых копыт, а затем что-то как будто бухнулось на каменный пол. Видимо, лошадь легла в пещере… и не одна лошадь, а три как минимум.

Передо мной упала охапка мокрых веток.

Решив не тянуть время, зажигаю на каждой руке по целому костру. Одному приказываю повиснуть под самым потолком, а другой отпускаю в центр кучи веток, чтобы он их высушил.

Потомив себя еще секундой ожидания, жадно впиваюсь взглядом в пещеру и группу лесников.

– Ааа-аа-ааа… аааа…. уау!!! – только и смогла сказать.

Мда, такого не ожидала даже я!

– Не бойся, мы не причиним тебе вреда, – заверил меня первый мужчина… точнее… нет, это существо явно мужского пола, но явно нелюдь и явно женского пола таких существ не бывает… теоретически это должен быть гермофродит… что за чушь лезет ко мне в голову!? Это все шок!..

– Шавы жатьбу детнавер някастав людеся токзай цев-я!! – засмеялся тот, который меня вез.

Итак, стоило Дейку отстать от меня на полчаса, как я нашла себе компанию из… шести мужчин. Ладно, Бэйр, они разумные и добрые, а то, КТО они и КАК они выглядят, не играет ни малейшего значения!..

Хм… и почему мне кажется, что самому Адольфу я удивилась бы меньше?…

– Меня зовут Бэйр… – выдыхаю, придя в себя после кратковременного замешательства.

Что ж, сильная лошадка и умелый всадник действительно оказались единым целым… кентавром. А мой дорогой сопровождающий действительно имеет проблемы с ногами: у него вместо них бараньи копыта.

Но в целом окружающие меня кентавры во главе с сатиром очень милые нелюди!.. Особенно вон тот огромный черный верзила в углу, что так многообещающе скалится.

– Ты все-таки не бросилась бежать в панике… это радует, Меня зовут Фавнгриф – почесал рогатую головку с русыми кудряшками сатир. Отметив это, он поскакал к мешкам у самой дальней стены пещеры. – Что же ты делала одна ночью в темном лесу? Такие… нежные особы обычно подобных мест избегают.

– Вообще-то я собирала ветки для костра своим спутникам, а потом пошла за блуждающими огнями. Они меня увели глубже в лес, а потом их спугнула сова. Они исчезли, оставив меня на том месте, где мы с вами встретились, – честно все рассказываю. – Эм, вам чем-нибудь помочь, Фавнгриф?

– А? Да нет, не стоит. Не люблю, когда мне помогают… это сильно мешает, как правило! Хе-хе…

Достав из мешков все необходимые ингредиенты для ужина и сложив их в большой котел, козлик потащил все к костру. Но, видимо, ноша была для него слишком тяжелой или ему просто было неудобно ее тащить.

Я уже встала и пошла помогать сатиру вопреки его возражениям, когда это решился сделать один из кентавров. Огромный полуконь в одну секунду оказался рядом с Фавнгрифом, его сильные руки подхватили и котел, и самого козлика. Козлик, к слову, был достаточно небольшим и походил скорее на юношу, чем на матерого мужика, как я о нем подумала, ощупав около часа назад его сильные волосатые руки.

– Эээ… спасибо, Карвиэр, но меня можно и отпустить! Я, в отличии от котла, ходить умею! – завозмущался Фавнгриф. От этого он стал еще более милым на вид! Чисто юношеское лицо с мягкими изящными чертами, забавная бородка, которая слегка кудрявится, широкий красный шарф, несколько раз обернутый вокруг шеи, все это делало его немного нелепым и потому по-своему очаровательным. Невозможно было не залюбоваться этим мифическим чудом.

Кентавр по имени Карвиэр невозмутимо исполнил просьбу Фавнгрифа, и козлик упал на пол. Что-то бормоча, полуконь отнес котелок к костру, а затем вернулся на свое место.

– Вообще они говорить умеют по-вашему, – объяснил мне Фавнгриф. – Но у них ужасный акцент! Я, и то их с трудом понимаю. А еще у них просто отвратительный характер, причем у всех!

– Ясно… А как зовут остальных? Мне они так и не представились.

– Оу, это Руссо, он тебя вез, – козлик указал на самого большого из всех кентавров. Он больше всего напоминал какого-нибудь древнерусского витязя: русый, сероглазый и суровый на вид. – Это Пахенез, он наш талант! – торжественно указал на изящного белого жеребчика, чья шкура вся была расписана разноцветной краской в непонятные абстрактные узоры. Его человеческая часть напоминала Сальвадора Дали… никто так и не понял, почему я пялилась на этого Пахенеза, как на бога, явившегося на землю. Все по этому поводу тактично молчали. – Этого вот гнедого жеребца с лысиной мы зовем Гассан, – этот напоминал какого-нибудь разбойника из стран Азии, узкие глаза, плоский нос, чуб и длинные тонкие черные усы, это есть. Нехватает только изогнутой сабли и жилетки на голую грудь. – А того робкого жеребенка мы называем Кер, – последний явно был сыном Руссо, потому что голубоватые глазки, русые кудряшки и цвет шерсти не могут быть простым совпадением.

Карвиэр, к слову, был достаточно крупным жеребцом с черной шерстью и волнистым хвостом. Иссиня-черная грива спутанных волос была ниже плеч. Орлиный нос, волевой подбородок и блестящие уверенностью темные глаза выдавали в нем лидера… или того, кто постоянно грызется с лидером.

– Приятно познакомиться. – киваю всем присутствующим. – Знаете, я благодарна вам за то, что вы привезли меня в это уютное сухое место, но, можно узнать, зачем? Неужели просто так, из доброты душевной? Нет, не примите за грубость мою подозрительность, я просто уже натыкалась на особо гостеприимных бандитов…

– Пожалуэ тисло ватоль козанаг лостьпри нятьиможно! – нахмурился Руссо. – Лишниевоп росынеобыч ныдлятак оймоло дойде вицы.

– Руссо хочет сказать, что обвинить нас в корыстных или недобрых намерениях, будучи гостьей у нашего костра, это действительно наглость, – перевел Фавнгриф, нахмурившись.

– В таком случае позвольте мне еще одну наглость: что здесь делаете вы сами? Как вы сюда попали и зачем? Почему вас не убил единорог, охраняющий эти леса? Вы за ним охотитесь… или наоборот, охраняете?

– Слишком много вопросов, – пресек мои попытки разузнать, что к чему, сатир.

– Хоть вы и обращаетесь со мной хорошо, подозрения лишними не бывают. Я имею право знать, чтобы не бояться… а вы имеет право ничего мне и не говорить, к слову. – улыбаюсь. – Но обе стороны лишь выиграют от обмена информацией, разве не так?

– Хах! Дивиц-ца-то хит-розад-даяааа! – нехорошо оскалился в улыбке Гассан.

– Она ведьма, – понял и тяжко вздохнул по этому поводу Фавнгриф. – Так только они себя ведут. Эх, Анну никогда не слышит молитвы дословно, ей их передает какой-то оглохший на оба уха серафим!.. Просили: «пошлите нам надежную помощь в наших благих делах!», а она посылает нам презренную ведьму! О Духи Святой Земли, какому-такому демону мы поклоняемся!?

– Опять!? Только я ушла от одного, который вечно недоволен моим названием, так теперь вы! – обижаюсь. – Сами меня сюда привезли, почти похитили, я вас об этой помощи не просила! Если вы мне не доверяете, и я вам так не нравлюсь: везите обратно!

– Погодите ссориться! – рявкнул Руссо, вставая с пола и подходя к нам с козликом. От серьезности у него даже акцент пропал. – Фавнгриф, возможно, девица нам и вправду поможет. Ну и что, что она ведьма? Ведь она наверняка сможет уговорить охотников или хотя бы просто быть посредником.

– Наивный Руссо, – улыбнулся ему, как недалекому идиоту, Фавнгриф. – ведьмы ничем по сути своей не лучше оборотней-людоедов! Только те делают все по инстинктам и непреодолимой жажде, а эти делают все осознанно!..

– Я попросила бы без оскорблений!

– … Она скорее обманет нас, прикинется сочувствующей и пообещает помощь, а потом выведает у нас путь к единорогу и убьет его ради волшебного рога, компонента для своих гадких зелий, которые будут так же предназначены для убийств или еще какой-нибудь мерзости! Лучше от нее сразу избавиться!

– Может, сначала вы введете меня в курс дела и послушаете мое мнение по этому поводу, а уже потом начнете обвинять в том, чего я еще не сделала и неизвестно, сделаю ли когда-нибудь!? – встаю со своего места и возмущенно упираю кулаки в бедра. – Вы меня завели в глухую чащу своими огнями, увезли в неизвестном направлении в какую-то пещеру, захватили с целью сделать меня заложницей! И я после всего этого ведьма, ничем не отличающаяся от оборотня-людоеда!? Я вам ничего плохого не сделала, а вы уже хотите меня убить просто за то, кто я!? Где тут, черт возьми, логика!?

– Я просто знаю вашу породу! Вы все – одна ничтожная, прожженная грехами, темная душонка! Тебе нельзя доверять, а если и можно, то я не знаю причин, по которым должен это делать! – набычился Фавнгриф. Глаза сатира заблестели злобой, он выхватил откуда-то посох и принял боевую стойку.

– Не знаешь? – выгибаю бровь. – Что ж, тогда поговорим на другом языке. Как ты думаешь, козлик, почему я вас всех до сих пор не поджарила и не спалила лес, как только меня покинули блуждающие огни?

– Нас больше, мы убьем тебя в случае нападения. Тронешь лес, и тебя пронзит рогом его страж. Ты не нападаешь из страха, а сейчас щеришься, как загнанная в угол волчица!

– Нет, – просто отвечаю.

Посмотрев на кентавров, решаю устроить небольшое световое шоу.

– Моя стихия – огонь, – говорю тихо и медленно. По одному взмаху моей руки костер вспыхнул ярче, пламя поднялось почти до самого потолка и слилось с огненным шаром, висящим под ним. Фавнгриф в испуге отскочил от столба огня, кентавры вскочили со своих мест и двинулись на меня… Добраться не успели, все застыли в причудливых позах, боясь пошевелиться. – Он как ласковый зверь, приручи его – и он весь мир положит к твоим ногам. Укажи пальцем на своего врага и от него не останется даже пепла, – мысленно обвожу невидимой нитью каждого кентавра и сатира, это заняло пару секунд, они ничего не почувствовали при этом. Но уже в следующее мгновение невидимые нити загораются, и все присутствющие в пещере застыли, опутанные застывшей сетью. Одно движение – ожог, попытка сделать шаг – срезанная струей пламени конечность. – Огонь это искусство. Скульптура, например. – любуюсь позами кентавров. – Живопись. – струями огня выжигаю на стенах пару цветочков для наглядности. – Музыка. – летучую мышь, спящую в темном углу пещеры, обвил язык пламени. Животное заверещало. Огонь касался разных мест ее тела, тогда она кричала на разных нотах. – Но более всего это искусство смерти, – путы сжались и мышь упала на пол дымящимся угольком. – Медленной и мучительной, быстрой и безболезненной, зрелищной, но на самом деле не очень… разной.