Текст книги "Комедии"

Автор книги: Алексей Симуков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

Появляется  К а т я.

Слушай, Катя! Беда!

К а т я. Что случилось?

Л е ш а. Ты была права! Ерунда у Антона с невестой!

К а т я (вся осветилась). Я же говорила! Как чувствовала!

Л е ш а. Не подходит она ему! Разочаровался!

К а т я. Вот бедняга… С чего ты взял?

Л е ш а. Сцена сейчас была… Ну, сцена… Он к ней со всей душой, а она… На другого зыркает, халда такая!

К а т я. Вот это въехали… Как же теперь быть?

Л е ш а. Помочь ему надо. Давай подумаем… Девчонку бы сюда боевую, расторопную… Неужели на фабрике такой не найдется, чтоб в момент Антону голову закрутить, невесте его нос намазать! Шепни, Катя, бригадницам своим… Пусть возьмутся! Человек же пропадает, квартира!

К а т я. Какой быстрый! Так они тебе сразу и кинутся!

Л е ш а. А если горим мы с тобой – что тогда? Нельзя терять ни минуты! Увидишь – Антон благодарить будет потом… Ты в первую очередь должна позаботиться, как фабком… (Вдруг, пораженный мыслью.) Катя! Не надо девчонок! Взрослого сюда нужно, с твердой рукой! Ты сама! Сама женись на Антоне, то есть замуж за него иди! С тобой ему жизнь как за каменной стеной, а тебе лучше мужа не придумаешь!

К а т я. Да ты что, с ума сошел? Я ж его старше?

Л е ш а. Два-три года не считается. Это еще и лучше! Ты же видишь, какой он, – тихий, скромный, сам себя защитить не может. Таких направлять нужно! Твердой рукой! А ручка у тебя – дай бог…

К а т я. Нет, нет, даже слушать не хочу… Стыд-то какой! Что люди скажут?

Л е ш а. Профсоюза боишься? А что тебе дал профсоюз? Мужа он дал тебе? Переизберем в крайнем случае, как частное лицо будешь действовать. Не упусти, Катя! Женская твоя судьба решается – теперь или никогда!

К а т я. Замолчи! Замолчи!

Л е ш а. Антон к тебе расположен – в моем, говорит, вкусе женщина. Сдобная, румяная. Про квартиру уж и не поминаю – сама знаешь, клад…

К а т я. Не квартира – человек клад! Что ты со мной делаешь, пожалел бы хоть капельку…

Л е ш а. Сегодня с Антоном жилье его будущее пойдем поглядеть… Часиков в восемь… Придешь?

К а т я. Мне-то зачем! Ну зачем?

Л е ш а. Обязанность твоя – проверить, чем мы людей своих оделяем.

К а т я. Дьявол ты! Сатана, чистая сатана! На что людей ловишь? (В полном смятении чувств удаляется.)

Л е ш а (вслед). В Мефистофели попал… Тоже мне – Маргарита! (После паузы.) Ненадежна… Кого ж еще?

Возвращается  А н т о н.

Нашел свою Жучку?

А н т о н (грустно). Похоже, подхватил кто-то…

Л е ш а. Брось расстраиваться! Подумаешь – сокровище! Шавка приблудная! Слушай меня внимательно: иду договариваться, чтоб разрешили нам квартиру твою посмотреть – часиков этак в восемь. Адрес знаешь? Панкратьевская, семь, квартира одиннадцать. Запомнил? Теперь второе: со стенами у нас получилась накладка, ничего, сами что-нибудь придумаем, а вот по мебели без консультанта не обойтись. Придется поклониться Светке.

А н т о н. Какой Светке?

Л е ш а. Кассирша в мебельном магазине. Очень симпатичная. Зайдешь, поздороваешься, скажешь: квартиру получил, одинокий, посоветоваться не с кем, не поможете ли с мебелью? Что она тебе ответит – доложишь… Кстати, можешь пригласить ее с нами, бутылочку прихватим на всякий случай, девка неотказная. Еще раз напоминаю: Панкратьевская, семь, квартира одиннадцать. Ну что ты как вареный какой… увидишь – прелесть девчонка, радоваться жизни нужно! Ну?

А н т о н. Зря все-таки Жучку ты упустил…

Л е ш а. Тьфу! Просто пугаешь меня! Собачки, кошки – это же старушек занятие, старых дев радость, одиноких, неполноценных. Ты же мужик! Во мужик! Да я бы на твоем месте знаешь как бегал? Девчонок бы, как хворост, направо и налево ломал! Проснись! Встреча на этом месте! (Уходит.)

А н т о н (один). Может, действительно что-то во мне не то? (Оглядывается.) Куда ж она все-таки делась? (Зовет.) Жучка! Жучка!

Со своей тележкой появляется  З о й к а.

З о й к а. Мороженое сливочное, шоколадное, фруктовое… Кому пломбир? Кому пломбир?

А н т о н. Слушай, рыженькая, собаки не видела? Лохматая такая, черненькая?

З о й к а. Ни рыжих, ни черных не встречала!

А н т о н. Обиделась?

З о й к а. Я не рыжая! Девчата говорят – на Мартынову я схожа, на киноактрису! А у той волосы видал? Золото!

А н т о н. Может, парик носит?

З о й к а. Знаешь ты много! Парик!

А н т о н. Что сердитая такая?

З о й к а. Какая есть! Пломбир будете брать?

А н т о н. Могу.

Зойка передает пакет. Антон расплачивается.

З о й к а. А еще не возьмете?

А н т о н. Куда мне?

З о й к а. Похоже, все мороженым объелись. (Стучит по крышке тележки.) У-у… проклятущая!

А н т о н. Что ты?

З о й к а. Никак от нее избавиться не могу! (Открывает крышку, смотрит.) Порций сорок еще. Килограмма на четыре. Вози да вози с собой! А тут картина идет! Про любовь! И всего один сеанс!

А н т о н. Какая картина?

З о й к а. Ругали ее в газете. Говорят, Мартынова играет. Когда про любовь – всегда ругают. А что ругать, когда любви все равно нет и не может быть!

А н т о н. Куда же она делась?

З о й к а. А вы не смейтесь! Только в кино да в книгах осталась. Вот и хочется попереживать – а куда я с тележкой?

А н т о н. Сбегай – покараулю.

З о й к а. Вы?

А н т о н. Вдруг мой пес сюда набежит. Смешно – не много времени прошло, а уже привык. Не хватает чего-то.

З о й к а. Одиноко живете, значит.

А н т о н. Что ты! Народу вокруг всегда полно!

З о й к а. Это роли не играет.

А н т о н. Как это – не играет? (После короткой паузы.) Пойдешь в кино или нет?

З о й к а. Да уж и сама не знаю…

А н т о н. Не доверяешь?

З о й к а. Поработали бы в нашей системе…

А н т о н. Зачем же пошла?

З о й к а. Сестрица заставила! Говорит: раз дальше не учишься – хоть деньги зарабатывай! А я бы это мороженое в гробу…

А н т о н. Почему ж не училась дальше?

З о й к а. Какая из меня студентка? Да и зачем? Койку возле двери еле-еле втиснули. По временной прописке живу. Зять не желает постоянную дать. Боится, что площадь у них оттяпаю. (Смотрит на Антона, вдруг.) Тебе тоже не сладко, видать?

А н т о н (поражен). Мне? (Хохочет.) Да я сейчас самый довольный человек на свете! Знаешь, какое счастье мне привалило? Иди в кино, иди! Ни о чем не беспокойся! Ни о тележке своей, ни о мороженом! Не съем! Надо верить людям! Верить во все хорошее! И в любовь тоже! Есть она! Есть!

З о й к а. Где?

А н т о н. Когда придет, тогда и узнаешь…

З о й к а. Хитрый какой… А если не придет?

А н т о н. Что ты… Обязательно…

З о й к а. Поторопить бы ее… Жизнь-то короткая…

А н т о н. А как ее поторопишь?

З о й к а. Тоже не знаешь? Значит, ждать? Ничего не делать?

А н т о н. Другого выхода нет.

З о й к а. Не по моему это характеру! Ладно! Пойду в кино, может, там чем-нибудь обрадуют! (Вдруг.) А как же с товаром моим? Так и будет лежать?

А н т о н. Ничего с ним не сделается.

З о й к а. А план? Продать же я его должна.

А н т о н. Выход есть!

З о й к а. Какой?

А н т о н. Покупаю! Весь товар твой!

З о й к а. Тут же сорок порций… Четыре килограмма.

А н т о н. Ну и что?

З о й к а (смотрит на него, как на принца). Рублей на пятнадцать здесь…

А н т о н. Не беспокойся! Еще от мороженого страдать!

З о й к а (пересчитывает пакеты). Четырнадцать рублей, сорок восемь копеек.

А н т о н. Получи! (Рассчитывается.)

З о й к а. Прямо хоть расцелуй тебя.

А н т о н. Можно! Как тебя зовут?

З о й к а. Зойка.

А н т о н. А меня – Антон.

З о й к а. Здесь будешь ждать меня?

А н т о н. Здесь… В крайнем случае ищи меня на Панкратьевской, семь, квартира одиннадцать.

З о й к а. А с тележкой как же?

А н т о н. А тележку свою там же получишь!

З о й к а. Не обманешь? (Повторяет.) Панкратьевская, семь, квартира одиннадцать… Побегу! (Неожиданно целует Антона и убегает.)

А н т о н (один). Вот девчонка!

Появляется  Л е ш а, оживленный, деятельный.

Л е ш а. Как успехи? Со Светкой виделся? Ключи от квартиры вот! (Хлопает себя по карману.) Комендант знакомый оказался, не утерпел, забежал поглядеть! Квартира – чудо! Двухкомнатная, встроенные шкафы, паркет, кухня – танцевать можно! Для радиоаппаратуры твоей простор! Посмеешься тогда над своим Тягуновым. Даже телефон уже включен. Только пусто… Мебель, мебель нужна… Со Светкой общался?

А н т о н. Никуда я не ходил, Леша.

Л е ш а. Как?

А н т о н. Такая девчонка попалась занятная… Поговорили с ней…

Л е ш а. О! Успех! По какой части она?

А н т о н. Да вот мороженого я у нее купил и тележку стеречь взялся.

Л е ш а. Так ты что, вместо Светки мороженщицу без меня охмурял? (Хохочет.) Молодец! Выбрал точно! Сколько здесь? (Кивает на тележку.)

А н т о н. Сорок порций.

Л е ш а (хохочет). Дольче вита! Сладкая жизнь! Нагрела тебя!

А н т о н. Она хорошая, Леша.

Л е ш а. Лучше Тамары?

А н т о н. Тамара тоже неплохая.

Л е ш а. Вот из-за этого «тоже» все и получается! Тебе все – все равно! Это же самое страшное! Вокруг жизнь кипит, каждый за свое зубами грызется – одному тебе все до лампочки, ни жарко, ни холодно… Цели в жизни нет – вот что тебя губит, не из-за чего тебе драться, оттого ты такой!

А н т о н. Обязательно драться?

Л е ш а. А драка – это и есть жизнь! Весь процесс в борьбе. Зевать нельзя – вокруг такие додики вьются, только руку протянуть к чему-нибудь – нет уже, сцапали! Молодцы! Спать нам не дают! Костюмы кримпленовые завезли – нет костюмов. «Ява» последняя модель – нет «Явы»! О девчонках уже не говорю: завелась мало-мало приличная – на ходу уведут! С Тамарой пример не убедил? Должна у тебя цель какая-то появиться, должна! Иначе – хана! Теперь вижу – если один в квартиру свою въедешь, могилой она тебе станет! Мхом обрастешь, собаками, кошками… Потому что нет в тебе борца! А между прочим, если б знал, как все обстоит, понял бы, что борьба еще не кончена, что самое главное еще у нас с тобой впереди!

А н т о н. Может, не стоит, Леша… Больно сложно получается…

Л е ш а. Вот-вот! В этом вся твоя натура! Слабак! Трус! Последний шанс тебе дается – себя переломить! Именно сейчас, до въезда! Теперь – или никогда! Брось свое равнодушие! Скажи сам себе – без хозяйки не въеду! Ведь никто тебя не неволит, сам найди, для себя, но определись!

А н т о н. Послушаешь тебя – жуть берет… Это же самое трудное – выбрать…

Л е ш а. Тебе двадцать восемь скоро. Двадцать восемь!

А н т о н. Может быть, ты и прав… Нет у меня подхода к ним.

Л е ш а. Это как раз проще всего! (Играет.) «Девушка, ваше лицо мне мучительно кого-то напоминает… Случайно вы не снимались в кино?» И пошел разговор! Можно на юморе: «Девушка, помогите, совершенно потерял представление о времени!» Она за часы, а ты: «О, зачем? Счастливые часов не наблюдают!» Глупо, но смешно, она сбита с толку, для начала лучше не придумаешь, и тут же, будто нечаянно, руку ее возьми… Главное – руку! Возьмешь – она у тебя в руках! И сразу же начинай: «Нахожусь в безвыходном положении, на голову свалилось хозяйство… Помогите советом…» Ведь о консультации пока речь идет. Только о консультации!

А н т о н. Ладно. Поехал.

Л е ш а. Куда?

А н т о н. Похожу, Жучку поищу. Может быть, где-нибудь бродит… (Покатил тележку.)

Л е ш а (почти теряя речь от ярости). Нет, это… Это просто ни на что не похоже! Хлопочу, на части рвусь для него, а он… он… С тележками раскатывает! Собак ищет! Можешь ты понять, в конце концов, что без женщины тебе в квартиру вообще не въехать?

А н т о н. Для меня это еще вопрос. Подумаю, соображу. (Покатил тележку, скрывается.)

Л е ш а. Скажи пожалуйста – самостоятельность проявил! Давай, давай, пробуй! (Думает.) Сказать все, как есть? Не поймет. Еще в бутылку полезет…

Идет  Т а м а р а  с большим букетом.

(Заметил ее, обращается к ней.) Вот кому позавидовать можно! Счастливая, устроенная, цветы в руках…

Т а м а р а. Иду и гадаю – то ли на помойку его выбросить, то ли сунуть кому, чтоб рук не оттягивал?

Л е ш а. Что так?

Т а м а р а. Да Валерка все… Букет-то от него. Провожал, в руки сует и говорит: «Неси повыше! Пусть мои прежние завидуют!» Ах ты, думаю… Значит, были они у тебя? А как же, говорит… Выходит, до сих пор о них думаешь? А он мне: Дуреха! Я же, наоборот – возвысить тебя хочу! За мной знаешь сколько бегало? А тут еще мамаша его: «Точно, говорит, Тамарочка! Расчет у них простой – знали, на что целиться!» Меня как затрясет! И я, по-вашему, из расчета? Плюнула и пошла! Они за мной, я от них, иду вот и не знаю, плакать мне или смеяться?

Л е ш а (мгновенно принимая решение). Плакать или смеяться еще успеешь, Томочка! Сначала ты должна спасти человека.

Т а м а р а. Спасти? Кого?

Л е ш а. Антона, тебе известного – кого же еще?

Т а м а р а. А что такое? Что с ним случилось?

Л е ш а. Прихлопнула ты его своей свадьбой! Такую квартирищу ему дали, а он…

Т а м а р а. Квартиру? Отдельную?

Л е ш а. Если бы ты видела ее! Не поленись, полюбопытствуй… Радоваться бы надо, прыгать до потолка, а он все думает чего-то, думает… Сходи к нему, подбодри! Оба вы из детдома, должны друг другу помогать! Протяни ему руку по-дружески… Квартира горит, понимаешь? Такая квартира…

Т а м а р а. Ой… Я с удовольствием… Погляжу хоть, как людям везет. А что делать, подскажите.

Л е ш а. Ровно в полвосьмого будь по адресу: Панкратьевская, семь, квартира одиннадцать, смело звони, он там будет… В дальнейшем – на тебя надеюсь! Забудь хоть на миг о Валерке своем.

Т а м а р а. Да очень мне надо о нем думать!

Л е ш а. Вот-вот!

Т а м а р а. Такой немудрящий, а еще заносится!

Л е ш а. Тем более…

Т а м а р а. Литературы мало читает…

Л е ш а. Какой может быть разговор…

Т а м а р а. Один футбол в голове…

Л е ш а. Даже и думать нечего! Иди к Антону – и все!

Т а м а р а. Ох, уж и не знаю… А вдруг рассердится?

Л е ш а. Кто?

Т а м а р а. Да Валерка, Валерка!

Л е ш а. Да брось ты его! Успокой, развлеки…

Т а м а р а. Кого?

Л е ш а. Антона! Антона!

Т а м а р а. Просьба у меня к нему была, да уж теперь не знаю…

Л е ш а. Иди – и все! Адрес запомнила? Панкратьевская, семь, квартира одиннадцать…

Т а м а р а. Чего тут хитрого? Ой, голова пополам… (Внезапно вскипая.) Да еще веник этот! Нарочно дал, трепушкам его показывать! Не нужен он мне! Все руки оттянул! Возьми хоть ты! (Сует букет Леше и уходит.)

Л е ш а (с букетом, смотрит вслед). И эта ненадежна! Ни на кого положиться нельзя! Уфф… (Вытирает пот со лба, не замечая, что употребляет для этого письмо, вынутое из кармана. Увидел.) Письмо! Как же я его не отправил? Прости, Маришка… (Быстро дописывает.) «…Целую каждую прядку твоей косы-красы. Бросай все, приезжай, тебя ждет поразительная новость! Ты мне сюрприз – и я тебе сюрприз! Пора уже, давно пора! Твой Леша».

Не успевает он поставить последнюю точку, как появляется вся пышущая негодованием  К а т я.

К а т я (увидела Лешу, остановилась перед ним, подбоченившись). Ну? Доволен? Радуешься, что мозги бабе закрутил? Шла после разговора с тобой, ног под собой не чуяла, вот, думаю, рай открывается Катеньке… Вдруг словно обухом по голове! На что же это он меня толкает – сама себя ловлю, – змей бессовестный! Я ж народный избранник! Я же свое личное на крепком запоре должна держать, перед людьми же отвечаю! Нашел дуру, считаешь, на сладкую жизнь кинусь, как голодный на кашу? Я – профсоюз! Права трудящихся охранять должна! Зачем в восемь звал меня на Панкратьевскую? Не прицеливайся! Не прицеливайся! (В гневе хочет уйти.)

Л е ш а (следует за ней). Катя, ты меня не так поняла… Не о тебе шла речь, о судьбе Антоновой… Пожертвовать собой нужно ради него, неужели не сообразила? Он – трудный. С ним нелегко… Ведь пропадет же парень… Принеси себя в жертву! Начни с малого – приоденься, зайди вечерком… Мы же союзники с тобой. Смотри, специально букет тебе приготовил…

К а т я. Цветов твоих не видала… Жертв еще каких-то захотел.

Л е ш а. Спасти ты его должна, понимаешь? Спасти!

К а т я. Приду – все сети твои распутаю! (Уходит.)

Л е ш а (один). Катастрофа!

Показывается  М а й я.

Слушай, старуха, так нельзя! Портишь всю игру!

М а й я. Где твой друг? Хотела перед ним извиниться… Еле-еле вырвалась…

Л е ш а. Вот что, мать, – теперь или никогда! Будь нынче в полвосьмого по адресу: Панкратьевская, семь, квартира одиннадцать! Там уж твой Черт Иваныч никак тебя не найдет! Сегодня у вас с Антоном все должно быть кончено!

М а й я. Не знаешь ты этого типа…

Л е ш а. Бросай его! Говорю тебе – бросай! Договорились?

М а й я. Прямо не знаю, что делать… (Посмотрела вдаль, испуганно.) Ой… Кажется, он… (Бросается бежать.)

Л е ш а (один). Тьфу! И тут незадача! (Скрывается.)

Появляется  Т а м а р а.

Т а м а р а. Пойти или не пойти! Пойти или не пойти? (Смотрит.) Валерка! Похоже, меня ищет… Ну, я ему сейчас отпою! Не один, скажу, ты голубчик на свете! Почище тебя найдутся! Приглашали меня, скажу, на свиданье – пойду! Пойду! Пусть повертится! (Уходит.)

Почти тотчас же показывается  З о й к а, громко ругаясь на ходу.

З о й к а. Ну, кино! Вот так кино! За дело картину ругали! Думала, и правда – про любовь, а там – раз поцелуются, потом три часа корабли чинят… Все настроение испортили! (Оглядывается.) Ой, где же он? И тележки нет. «Верь, говорит, верь…» Не дождался, что ли? Панкратьевская, вроде дом семь, квартира одиннадцать? Придется сходить… (Проходит.)

Появляются  Л е ш а  и  А н т о н.

Л е ш а (на ходу). Да брось ты свою тележку! Только людей смешишь!

А н т о н. Я же обещал вернуть.

Л е ш а. Какой тебе прок от мороженщицы этой? О другом надо думать! К тебе могут люди прийти! Встретить их нужно!

А н т о н. Да кто ко мне придет?

Л е ш а. Увидишь – кто-нибудь да явится. А я-то… я-то… Хочешь, удивлю? Глядел я на тебя, глядел, и вдруг словно молнией ударило – какого черта я жду? Жениться решил! Да, да, да! На той самой, золотокосой! Такое письмо ей настрочил: она мне сюрприз – и я ей сюрприз! Сам подумай – чего мы тянем? Живем только раз! Пример тебе! Пошли! Надо же встречу готовить… Вина купим, фруктов… Транзистор свой прихвати… (Про себя.) Неужели хоть с одной не повезет?

Вдруг где-то раздается тонкий, заливистый лай.

А н т о н. Она! Она! Нашлась! Жучка! (Бросается на голос.)

Леша в немом отчаянии застывает на месте.

З а н а в е с.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Квартира в новом доме. Все здесь «с иголочки» – новое, свежее, как бывает в только что построенных домах. Из комнаты, где происходит основное действие, – две двери. Одна – в прихожую и коридор, ведущий на кухню и в санузел, другая – в смежную комнату. Обстановки никакой. Телефон и тот стоит на полу. Со всех сторон, из-за стен, потолка, из-под пола, несутся разнообразные звуки новоселья: музыка, звон посуды, нестройные крики, пение. Слышно, как открывается наружная дверь, шаги – из прихожей в комнату. Входят  Л е ш а  и  А н т о н. Они нагружены – Леша тянет раскладушку, яркую накидку для нее и авоську с вином и фруктами, Антон втаскивает тележку с мороженым, в одной руке у него транзистор, во второй – рюкзак, из которого торчит голова Жучки. Весь этот груз они опускают на пол.

Л е ш а. Зачем тележку-то сюда?

А н т о н. Отвечаю!

Л е ш а. А собаку?

А н т о н (в восторге, указывает на собаку). А ты смотри – сидит! Сидит – и никуда не рвется! Все понимает. Вот пес!

Л е ш а. Не на то внимание обращаешь! Гляди вокруг! (Широкий жест.) Как тебе?

А н т о н (осматривается). Ничего.

Л е ш а. Восторга не слышу! Больше восторга! Значит, так: в этой комнате можешь всю свою радиоаппаратуру расставить – никакой комендант не сунется! Гостей если принимать – тоже тут! Здесь… (Ведет Антона в следующую комнату, втаскивает туда раскладушку.) Спальня… (Раскладывает раскладушку, накрывает яркой накидкой.) Выглядит?

А н т о н. Зря ты ее, Леша, тащил. Спать же я здесь не собираюсь?

Л е ш а. Ничего, ничего… Все-таки мебель! Не обязательно сразу ложиться. Зато есть где присесть. (Торжественно.) Теперь дальнейший осмотр! (Выходит в коридор.)

А н т о н (задерживается около собачки, освобождает ее из мешка). Молодец, умница! Побегай, разомнись…

Г о л о с  Л е ш и. Ну, где ты там?

А н т о н. Сейчас, сейчас… (Выпускает собачку в коридор, сам тоже выходит.)

Г о л о с  Л е ш и (торжественно). Это – уборная. Спускай, спускай, не стесняйся, надо все попробовать!

Слышен звук льющейся воды.

Порядок? Проходим в ванную… Какова плитка? Ты только погляди – крем с молоком! А душ? Покрути, покрути, а то, знаешь, водопроводчики часто краны путают – на холодную красный ставят, на горячую синий… Так, так… Смотри-ка – все правильно… Теперь кухня… Танцплощадка – не кухня! Хоть вальс танцуй… Там-там-там… там-там-там…

Слышен собачий визг.

Тьфу ты! Чего она под ногами крутится?

Л е ш а  возвращается с  А н т о н о м.

Ты же видел – я не нарочно!

А н т о н. Ничего… (Зовет.) Жучка, Жучка… (Выглядывает в прихожую.) Спряталась…

Л е ш а. Ладно! Хватит о ней! Притащил в такой блеск грязную собачонку…

А н т о н. Она не грязная…

Л е ш а. Да ладно, ладно! Все осмотрел? Целое царство тебе отвоевали? Теперь выражай.

А н т о н. Самому не верится…

Л е ш а. То-то же! За такую квартиру насмерть можно драться! И будем драться! (Обнимает Антона.) Не сердись! Хочется, чтобы у тебя все было хорошо!

А н т о н. Спасибо, Леша… Я понимаю… Огромное тебе спасибо…

Л е ш а. Я двинулся… Позже, может быть, позвоню… (Смотрит на телефон.) Девяносто пять десять? Правильно. Ну… ни пуха тебе, ни пера! (Выходит.)

А н т о н  провожает Л е ш у  в прихожую.

Г о л о с  А н т о н а. Покажи-ка лапу… Ничего… цела… Как тебе помещение, Жучка? Жить можно? Можно. Ну и заживем!

Звонок в прихожей.

Ой…

Слышен лай Жучки.

Тихо… Тихо ты… Кто там?

Слышно, как открывается дверь.

Ж е н с к и й  г о л о с. Простите, рюмочек лишних у вас не найдется? Вдвое больше гостей пришло…

Г о л о с  А н т о н а. Сейчас…

А н т о н  возвращается в комнату, забирает из авоськи с вином рюмки, несет в прихожую.

Ж е н с к и й  г о л о с. Зачем мне все? Оставьте себе хоть парочку! Спасибо!

Дверь захлопывается. А н т о н  возвращается в комнату.

А н т о н (Жучке). Пронесло… Не нужен нам никто – правда, Жучка? Сейчас мы с тобой свое новоселье отпразднуем! (Наливает вино в две рюмки, чокается своей рюмкой о другую.) Твое здоровье! (Отпивает из своей.) И никакая ты не грязная – прекрасная, нормальная собачища. А если запылилась чуть – дело поправимое. Под душем сполоснемся – критикуйте нас тогда! (Берет Жучку, выходит из комнаты.)

Слышно, как пускает струю душа.

Г о л о с  А н т о н а. Сейчас отрегулируем – будет в самый раз…

Звонок в прихожей. Лай Жучки.

Кто там еще? Тихо, Жучка! Не станем никому открывать! Иди сюда, иди! Да не бойся ты так, дуреха!

Звонок повторяется.

Кому это такой недосуг? (Идет в прихожую. Его голос.) Кто там? (С удивлением.) Леша?

Лай Жучки.

В комнату входит Л е ш а.

Л е ш а (на ходу). Я на секунду!

А н т о н  входит за ним, держа в руках собаку.

А н т о н. Тихо, Жучка!

Л е ш а (подозрительно). Почему не открывал? Я к тебе вот с чем. Забегал сейчас к коменданту – ключи можешь пока не сдавать, сдашь утром, так что целая ночь в твоем полном распоряжении! (Замечает две рюмки с вином.) А это что?

А н т о н (неожиданно развеселясь). Как видишь – две рюмки.

Л е ш а (сразу понижая голос до шепота). Пришла уже?

А н т о н (поглаживая Жучку). Тут, тут… Куда же ей деваться?

Л е ш а (шепотом). Что ж сразу не сказал! Блестяще! Кто – не спрашиваю…

А н т о н (та же игра с Жучкой). Та самая – лохматенькая, черненькая…

Л е ш а (шепотом). Майка? Где она? Там? (Кивает на соседнюю комнату.)

А н т о н (продолжая игру). Не угадал…

И тут только до Леши доносится звук льющейся из душа воды.

Л е ш а. Принимает душ? Чудесно! (С торжеством.) А еще разводил психологию! В жизни все гораздо проще, Антон… Победа! Победа!

А н т о н (гладит Жучку). Боялась сперва.

Л е ш а. Ничего, ничего. Выйдет, как майский ландыш… Вся в росе…

А н т о н (в тон ему). Отряхиваться будет, кругом все забрызгает…

Л е ш а. Нет, нет, все прекрасно! Замечательно! Молодец! Давай дальше! Позвоню! (Выбегает в полном восторге.)

А н т о н (хохочет вслед). Давай, давай! (К Жучке.) Слыхала, Жучка? (Дразнит Жучку.) У-у, ты… ландыш! (Вдруг.) Постой-ка… А где же ключи? Так и есть – не оставил… Забыл! Леша! Леша! И дверь теперь не закроешь. (Выбегает с Жучкой из комнаты.)

Слышно, как закрывается дверь на кухню.

Г о л о с  А н т о н а. На кухне пока посиди!

Слышно, как Антон выбегает на лестницу.

Леша! Леша! Постой!

Пауза. Из кухни доносится жалобное повизгивание Жучки. В ванной продолжает литься вода. За окном потемнело. Сверкнула молния. Гремит гром, потом шум дождя. Слышны торопливые шаги. Голос в прихожей: «Можно?» Из кухни доносится лай. В комнату входит  З о й к а, вся промокшая. Волосы прилипли ко лбу. Чулки забрызганы.

З о й к а. Ну и живут! Все двери настежь! (Видит тележку, растроганно.) В дом втащил… Позаботился… (Оглядывает комнату, видит бутылку, фрукты, две налитые рюмки, транзистор.) Смотри-ка – и встреча готова… А сам-то где ж? Эй, хозяин, выходи, а то шубу унесут! (Заглядывает в соседнюю комнату.) Раскладушка, смотри-ка… И покрывало… Честь честью… Нет, что ли, никого?

Из кухни доносится лай Жучки.

Собаку оставил вместо себя. (Выходит в коридор.)

Г о л о с  З о й к и. Собаченька, собаченька, куда хозяина дела? Заперли, бедную, тебя?

Звук открываемой двери в кухне, слышен лай, что-то стремительно проносится по коридору к выходу.

Стой! Стой!

З о й к а (возвращаясь в комнату). Ну, будет мне теперь… упустила собачку… Забрать тележку да домой? (Открывает крышку, смотрит.) Весь товар тут… Куда ж выгрузить? Холодильника вроде нет? (Раздумывает.)

Пауза. Только слышен шум льющейся воды из душа.

Вот он где? (Громко.) Не успел, что ли, красоту навести? Наводи, наводи, не стесняйся. А я-то… (Смотрится в зеркало.) Чучело чучелом… И чулки все забрызганы. (Кричит в направлении ванной.) Ничего, что пса твоего я выпустила? Пусть погуляет!

Молчание.

Уж не захлебнулся ли он там? (Решительно входит в коридор.)

Слышно, как она барабанит в дверь.

Г о л о с  З о й к и. Кончай гигиену, гости пришли!

Шум рывком открываемой двери.

Ух ты… Вот это да…

З о й к а (возвращается в комнату). Пусто… (Оглядывает все вокруг.) Как в сказке… Дворец есть, хозяина нет. Вино на полу. Вода льется, хочешь – освежись… (Вдруг.) А что? Приведу-ка я себя в порядок, хоть чулки застираю… (Идет в коридор.)

Слышно, как она входит в ванную комнату, закрывает за собой дверь. Вода начинает литься с новой силой. С улицы возвращается  А н т о н. В руке у него ключи. Вместе с ним идет  М а й я.

М а й я. Не удивляйтесь. Я вас искала. Я знаю – вы мне не откажете!

А н т о н. Смотря в чем…

М а й я. Тот, с кем вы встретились… там, возле кафе, – ужасный тип! Он ревнует меня ко всем, даже к собаке! Я так боюсь за него!

А н т о н. За человека этого?

М а й я. Нет, за Джерьку! Чудный спаниель… Не могли бы вы приютить мою собачку у себя – пока? Тем более, я вижу, у вас прекрасное помещение…

А н т о н. Но…

М а й я. Нет, нет! Не говорите «но»! Я так надеялась на вас!

А н т о н. Я хотел только спросить вас – кобелек это или сучка?

М а й я. Кобелек, кобелек!

А н т о н. Что ж… (Зовет.) Жучка! Жучка! Товарища тебе нашел! (Выходит в коридор, слышен его голос.) Нет ее! Как же так? Я ж закрыл?

Слышен шум воды.

Эх, голова, и воду оставил…

Слышно, как он пытается открыть дверь ванной.

Заперто? Кто там?

Г о л о с  З о й к и. Сейчас, сейчас, только чулки достираю…

А н т о н (в полной растерянности возвращается в комнату). Вот это номер…

М а й я. Но вы не откажете мне? Да? Он следит за каждым моим шагом…

А н т о н (уже мало что воспринимая). Джерька, что ли?

М а й я. Нет, нет… Черный! Это страшный человек! Я не знаю, как от него избавиться! И в то же время меня тянет к нему, тянет…

Резкий звонок.

Это он! Он выследил меня! Я погибла!

А н т о н. Успокойтесь!

Новый звонок, еще более требовательный.

М а й я. Слышите? Слышите? Дайте воды… У меня с собой седуксен… (Видит вино.) Вино? Все равно! (Наливает в рюмку вина, торопливо достает из сумочки таблетку, запивает вином, прячет оставшиеся таблетки в сумку, вдруг вскрикивает.) Ой! Что я наделала!

А н т о н. Что такое еще?

М а й я. Я ошиблась! Вместо седуксена я приняла люминал! Дайте скорей сигарету. Иначе я засну и дам себя увести!

Антон дает ей сигарету, спички. Она торопливо закуривает. В прихожей новый звонок.

Лучше я спрячусь! Вы не выдадите меня?

Антон отворяет дверь в другую комнату.

О! Еще одна комната! Мой Джерька будет как в раю! Спасибо, я спасена! Стойте насмерть! (Скрывается в соседней комнате, захлопнув за собой дверь.)

Звонок.

А н т о н (идет открывать). Кто же там, в душе? (Открывает дверь.)

В комнате появляется  К а т я. Она принаряжена, в руке у нее Тамарин букет и торт.

К а т я. Запираться уже научился? Звоню, звоню…

А н т о н. Не услышал сразу. (Прислушивается к шуму воды, к звукам из комнаты, куда удалилась Майя.)

К а т я (осматривается). Да-а-а… Оделили тебя… Дворец…

А н т о н. Никак привыкнуть не могу…

К а т я. Ничего. К хорошему человек легко привыкает. А это что у тебя? (Указывает на тележку с мороженым.)

А н т о н. Тележка.

К а т я. Сама вижу. А к чему она?

А н т о н. Угощайся, пожалуйста… (Вынимает пачку мороженого, предлагает ей.)

К а т я (довольна). Специально, что ли, готовился? Как на второй этаж втащил? (Подает Антону торт и букет.) А это от меня. Персонально.

А н т о н. Спасибо. (Продолжает прислушиваться, включает транзистор.)

К а т я. Зачем? И так за день оглохла. Живем-живем – и словом перекинуться некогда. Давай лучше хоромы твои осматривать. Хвались!

А н т о н. Да что смотреть! Вроде как следует все.

К а т я. Смотри-ка – привыкнуть успел! Такие, можно сказать, палаты ему отвалили. Пойдем, пойдем, не гордись! А вдруг недоделки какие-нибудь остались? Строителям тогда счет. Веди, не капризничай. Что у тебя тут? (Показывает на дверь.)

А н т о н. Обыкновенная комната. (Чтобы отвлечь ее, наливает вино в рюмки.) Может, за встречу сперва?

К а т я. И это можно. С хорошим человеком отчего не чокнуться. (Берет рюмку.) За что же? За все хорошее?

А н т о н. Желаю тебе, Катя.

К а т я. А я тебе, Антон… Видал – и желанья наши сошлись! (Вдруг прислушивается.) Говорила – проверить все нужно! Где-то кран у тебя течет! Пойдем поглядим…

А н т о н. Да нет. Я потом… Потом… Сам все сделаю! Катя! Что мы будем дома сидеть? Выйдем хоть на немного… После дождя вечер такой теплый… К реке пойдем… Послушаем, как вода течет – не в кране, а на свободе… За рекой соловьи…

К а т я (смеется). Какие теперь соловьи! А ведь послушаешь тебя – поверишь… Вот не знала, какой ты…

А н т о н. Я и сам себя не знаю, Катя. Если б узнать… Ну, пошли же отсюда…

К а т я. Поговорить с тобой хотела… (Не знает, как действовать дальше. Пауза.) Перестала течь…

А н т о н. Что?

К а т я. Вода. (Вдруг.) Голова проклятая! Мешает! Переступить не могу! Давай откровенно…

Неожиданно дверь из второй комнаты открывается. Показывается  М а й я . Она движется точно лунатик. Аккуратно прикрыв дверь, смотрит на всех не очень осмысленным взглядом, видит телефон, опускается на пол, берет трубку, набирает как ни в чем не бывало номер.