Текст книги "Комедии"
Автор книги: Алексей Симуков
Жанр:
Драматургия
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 21 страниц)
ЛЕГКАЯ РУКА, ИЛИ В ДОЛГУ НЕ ОСТАНУСЬ
Комедия в двух действиях, шести картинах
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
ТОНЯ КАРЕТИНА.
КОНСТАНТИН КАРЕТИН – ее брат.
РИММА КАРЕТИНА – жена Константина.
СЕРГЕЙ.
ОЛЕГ.
СЕМЕНОВНА.
ЛИЗА.
ПАВЕЛ ФОМИЧ.
ЕЛЕНА.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
КАРТИНА ПЕРВАЯ
Часть площади в населенном пункте. Фасад приземистой церквушки. Над дверью – надпись: «Склад заготовительной конторы Городецкого райпотребсоюза» и еще какие-то объявления. О л е г, глядя на церковь, набрасывает что-то в альбом. Из двери церкви выходит П а в е л Ф о м и ч. Увидев рисующего Олега, останавливается, смотрит. Олег продолжает рисовать.
П а в е л Ф о м и ч (выждав некоторое время, подходит к Олегу, заглядывает в альбом). Скажите-ка! И меня изобразили!
О л е г. Попались – не обижайтесь.
П а в е л Ф о м и ч. Попался? (После паузы, осторожно.) Можно полюбопытствовать – на какой предмет фиксируете?
О л е г. Для памяти.
П а в е л Ф о м и ч. Память разная бывает – и на добро и на зло. Приезжие, видать?
О л е г. Угадали.
П а в е л Ф о м и ч. По своим делам или как?
О л е г. Все зависит от точки зрения.
П а в е л Ф о м и ч. То есть?
О л е г. У рыбы на крючок точка зрения своя, у рыбака – другая, а предмет-то один – удочка.
П а в е л Ф о м и ч. Иносказание ваше понял. (Пауза.) Склад наш заинтересовал?
О л е г. Склад? А-а… Да-да… Именно склад.
П а в е л Ф о м и ч. Чем же он вам так понравился?
О л е г. Совсем не понравился, по правде сказать. Какой же это склад?
П а в е л Ф о м и ч. Уже слышали? А кто же знал, что в октябре такие морозы ударят?
О л е г. Какие морозы?
П а в е л Ф о м и ч. До пятнадцати градусов! Картошка возьми да вся и померзни!
О л е г. При чем тут картошка?
П а в е л Ф о м и ч. Да здесь, на складе! Двадцать тонн заготовили – и фук!
О л е г. Сообразили!
П а в е л Ф о м и ч. Учли, учли. Новое руководство у нас. Старых ошибок не повторяем. Скоропортящихся продуктов здесь не держим. Исключительно покрышки старые, железный лом.
О л е г. В храме?
П а в е л Ф о м и ч. Хватились! Лет пятьдесят уже как не работает! Памятник архитектуры считается. Если бы не мы – развалился бы весь! Обуютили, железом покрыли… пусть спасибо скажет, что хоть так пригодился… (Ткнул ногой в стену.) Старье!
О л е г (захлопывает альбом). Куда же он провалился?
П а в е л Ф о м и ч. В смысле чего?
О л е г. Товарища жду.
П а в е л Ф о м и ч. Вдвоем вы тут, значит?
О л е г. Угадали.
П а в е л Ф о м и ч. По какой же все-таки части?
О л е г. Интересуемся, где что плохо лежит.
П а в е л Ф о м и ч. Та-а-ак… Зачем же, где плохо?
О л е г. А где хорошо лежит, там и без нас управятся.
П а в е л Ф о м и ч. Ну-ну… (Помолчав.) Удачи вам в трудах… (Опасливо оглядываясь, удаляется.)
О л е г (смотрит на часы). Похоже, за жулика принял. Безобразие! Где же этот тип?
Показывается запыхавшийся С е р г е й.
Слушай, что такое? Отлучился на полчаса, а сам…
С е р г е й. Невероятное происшествие… Потрогай меня, пощупай…
О л е г. Ну, тронул.
С е р г е й. Ущипни меня, ударь – сильней, сильней, не стесняйся!..
О л е г. Что с тобой?
С е р г е й. Я должен почувствовать, что я жив! Жив! (Обнимает Олега.) Олежка! Все мое опять! Улица, небо, земля, я сам! О-го-го! Кукареку!
О л е г. Ты спятил.
С е р г е й. Наоборот! Только сейчас я понял, что есть самое драгоценное в жизни!
О л е г. Что же?
С е р г е й. Жизнь! Возможность дышать, любить, действовать! Ты даже не представляешь, что со мной только что было! Еще минута – и фью! Смерть! В ее наиглупейшем облике!
О л е г. Тебе свалился на голову кирпич?
С е р г е й. Да нет же! Все гораздо проще и оттого страшнее!
О л е г. Давай восстановим события. Тебе вдруг загорелось выкупаться – так?
С е р г е й. Сразу же к речке, местечко вроде ничего показалось, разделся – бултых, с разгону нырнул, а там ключи подводные, что ли, мгновенная судорога, теряю сознание, вдруг – рывок! Кто-то тянет меня, ощущаю берег. Чье-то женское лицо… «Живы?» – спрашивает, еще что-то говорит… Я только кивнуть в ответ успел, а она платьишко накинула – и ходу! Даже поблагодарить по-человечески не смог… (Неожиданно.) Одну минуточку! (Заметив кого-то, убегает.)
Г о л о с С е р г е я. Девушка… Не вы ли… Виноват, обознался!
С е р г е й (возвращается). Идиотское положение. Даже не запомнил как следует. Теперь бегай.
О л е г. Неужели искать собираешься?
С е р г е й. Все-таки жизнь спасла… Жизнь – понимаешь? Не чью-нибудь – мою! Согласись, что такое не каждый день бывает…
О л е г. Хорошо. Предположим – найдешь. Что дальше?
С е р г е й. Спасибо ей скажу… В ножки поклонюсь… Цветами зашвыряю…
О л е г. Нужны ей твои цветы! Ну, спасла, ну, вытащила – небось и забыла уже про это!
С е р г е й. Попробовал бы хоть раз тонуть!
О л е г. Что-то не хочется.
С е р г е й. Тогда помолчи! Это такой ужас… Олежка! (Обнимает его.) Ты – осел, но все равно – люблю тебя! Все человечество люблю! Жив! Жив!
О л е г. Поздравляю от души, но вернемся все-таки к нашей цели…
С е р г е й. Готов! Готов! (Указывает на церковь.) Это та самая?
О л е г. Ага.
С е р г е й (внимательно ее рассматривает). Да-а… Потрудились над ней основательно… Век?
О л е г. На табличке видишь – пятнадцатый.
С е р г е й. И в таком забросе?
О л е г. А это уж с хозяев спроси. Но какое благородство форм! Наличники хотя бы возьми – у каждого свой облик…
С е р г е й (продолжая рассматривать). Понимаю тебя. Любовь с первого взгляда?
О л е г. Как увидел – дрогнуло что-то… Загадили ее, засидели, купол, как видишь, скинули, но все равно – жемчужина! А если учесть еще, что братья Черные родом из этих мест…
С е р г е й. Думаешь, руку могли приложить? Стенная роспись? Навряд ли.
О л е г. Проверим. Но даже без росписи – разве не хороша? Отреставрировать ее бы только…
С е р г е й (размышляя). Деньги нужны немалые… Без общественности не обойтись… Помнишь, статья у меня была – «Забытый клад»?
О л е г. Об очистке старых конюшен? Ну, сравнил!
С е р г е й. Важно задеть воображение. В сущности, каждый из нас в душе мечтает о чуде. Так и здесь… (Думает.) Знаешь, даже название наклевывается: «Утерянное звено «Золотого кольца»… Шеф у нас любит такое… Да и туристов хлебом не корми – только открой дорогу… Наша задача – добиться включения данной точки в «Золотое кольцо», правильно?
О л е г. Так и знал, что ты согласишься! (Церкви.) Держись, старушка! В модную красавицу тебя превратим!
С е р г е й. Но я еще ничего не решил. Ты недооцениваешь сложности. Это все равно, что в муравейник палку сунуть. Кооперация, общество по охране, исполком… Ведь все хорошо, когда тихо…
О л е г. Сережка! Посмотри на нее еще раз! Молит! Взывает!
С е р г е й. Попробовать, конечно, можно…
О л е г. Тогда в поход! Сперва в райисполком, разведаем – почему в таком состоянии. Потом сюда, в заготовительную контору.
С е р г е й. Может, начнем с нее? Ах, если б роспись сохранилась! (Хочет войти в церковь.)
О л е г. Не торопись. Здесь склад. В контору с другой стороны. Вход через алтарь.
С е р г е й. Варвары! (Кланяется церкви.) Низкий поклон тебе, страдалица! Татары ничего с тобой сделать не смогли, теперь кооператоры взялись… (Увидев кого-то, снова убегает.)
Г о л о с С е р г е я. Девушка, на секунду вас… Простите.
С е р г е й (возвращается). И как она до сих пор внимания не привлекла?
О л е г. Кто? Девушка, за которой ты кинулся сломя голову? Смотри, Елене скажу!
С е р г е й. Да нет, я про церковь, про церковь… Ой, прости… (Снова исчезает, заметив кого-то.)
Г о л о с С е р г е я. Гражданка, задержу вас на миг… Извините…
С е р г е й возвращается.
О л е г. Честное слово, придется сообщить Елене. Невозможно просто.
С е р г е й. Еленочка меня поймет. Полагаю, что моя жизнь ей тоже в какой-то степени небезразлична! А уж если кого в чем винить, то только тебя!
О л е г. Здравствуйте, нашел виновника!
С е р г е й. Да-да! Сидели мы спокойно с Еленкой, дом отдыха ты видел – вполне приличный, – проводили в некотором роде предсвадебный вояж – вдруг ты с этой церковью… Вытаращенные глаза, ах, ах! «Есть предположение, что ее расписывали ученики Дионисия, братья Черные, Симон и Третьяк!» А где гарантия, что именно они приложили здесь руку? Все это еще требует доказательств, расчистки, кропотливых анализов… Правильно меня Елена не пускала: всегда, говорит, у твоего приятеля идеи…
О л е г. У меня – идеи, у тебя – перо! Ты ж так можешь написать – слеза прошибет! Сразу все завертится!
С е р г е й. Кусочек бы росписи… Хоть такусенький… Тогда – уверенность!.. Тогда – открытие!
О л е г. Представляешь, сколько хозяев здесь сменилось! Ремонтировали, штукатурили, белили…
С е р г е й. То-то и оно! Хлопот тут… На одну Елену сколько сил ухлопаешь… Попробуй докажи ей, что игра стоит свеч! (Подходит ближе к церкви, читает объявления на стене.)
О л е г (осторожно). А если ее пока… того… в резерв?
С е р г е й. Елену? Какой храбрый мальчик! Не смеши – не смешно! (Продолжает читать.)
О л е г. Будем искать! Не может быть, чтобы уголка нетронутого где-нибудь не осталось… Проверим каждую пядь… Кое-где штукатурку отбить придется…
С е р г е й. Так тебе и дадут… (Продолжает читать.)
О л е г. Конечно, это не просто. Народ здесь тугой. Давеча с одним типом разговаривал, похоже, из их конторы. Все допытывался, кто мы, да что мы?
С е р г е й. Это-то как раз проще всего. Объявление читал? (Указывает на объявление.) «Товарищи! Под ногами у нас буквально золотые россыпи! Освобождайте себя от старья, ношеной одежды, обуви, железного лома, бумажной макулатуры! То, что для вас лишний груз, – ценное, сырье для народного хозяйства!» И ниже: «Нужны работники по заготовке сырья. Заработок до ста пятидесяти рублей в месяц». Интересует тебя такой заработок?
О л е г. Я что-то не понимаю.
С е р г е й. А кто нам запретит? Мечтаем заготовить для Родины побольше рогов и копыт!
О л е г. А! Дошло! Верно! Два типичных кандидата в заготовители! (Церкви.) Держись, старушка! Для тебя на все пойдем!
С е р г е й. Кодовое название операции: «Изгоним торгующих из храма!»
О л е г. Точно! Так и Елене скажи!
С е р г е й. Боюсь, подобная формула не вызовет энтузиазма. (Опять кого-то увидев, убегает.)
Г о л о с С е р г е я. Прошу меня извинить, девушка… Виноват…
С е р г е й (возвращается). Опять не то…
О л е г. Всех девиц переберешь?
С е р г е й. Но ведь должен я освободиться!
О л е г. То есть?
С е р г е й. Висит это на мне!
О л е г. Что висит?
С е р г е й. Долг.
О л е г. Чепуха какая!
С е р г е й. Извини – так воспитан. На деле это не отразится – можешь не беспокоиться.
Появляется не замеченный ими П а в е л Ф о м и ч.
П а в е л Ф о м и ч (про себя). Точно – двое.
О л е г (Сергею). Пошли в райисполком!
С е р г е й. Напоминаю, интересуемся заготовками. Ничего больше!
О л е г. А проще было бы сразу: в каком состоянии у вас народное добро? По существу, хищением это называется!
С е р г е й. Тогда уж скажи прямо: мы из ОБХСС!
П а в е л Ф о м и ч (про себя). Из ОБХСС… Как в воду глядел!
О л е г (Сергею). Ладно уж тебе. Действуем в маске.
Оба уходят.
П а в е л Ф о м и ч. «В маске»… Дождались светлого праздничка!
Погруженная в свои мысли, идет Т о н я.
Тоня! Тоня! Новость!
Т о н я. Здравствуйте, Павел Фомич!
П а в е л Ф о м и ч. Чего у тебя волосы мокрые?
Т о н я. А? Купалась, Павел Фомич. (Проходит мимо.)
П а в е л Ф о м и ч (вслед). Да погоди ты! (Спешит за ней.)
Появляются Р и м м а и К о н с т а н т и н.
Р и м м а. Иди и проси!
К о н с т а н т и н. Только что место она приняла – нехорошо…
Р и м м а. Именно сейчас! Самое время! Пойми – кофточки из ФРГ! Иначе расхватают!
К о н с т а н т и н. Разбирайся, Риммочка: то раймаг, а это заготовительная контора.
Р и м м а. Фирма-то одна – райпотребсоюз. Павел Фомич – председатель. Все для нашей Тонечки сделает.
К о н с т а н т и н. А что люди скажут?
Р и м м а. Ты ж ее родной брат, единственный! Отца-мать заменил! Должна благодарность чувствовать!
К о н с т а н т и н. Неладно вопрос ставишь, Римма…
Р и м м а. А как же иначе?
К о н с т а н т и н. Мало мы еще для Тоньки сделали! Институт, слава богу, кончила, помогали, как могли… Мужа бы ей найти хорошего… Двадцать пять лет уже… Есть тут у меня один, тренер по самбо… Во парень!
Р и м м а. Не беспокойся! Теперь налетят! Место золотое, торговое… На женин счет поживиться люди найдутся!
К о н с т а н т и н. Ну уж нет! Таким – отворот! Пусть только сунутся! Пусть только сунутся! (Сжимает свои огромные кулаки.)
Р и м м а. Не беспокойся, захотят – и на внешность не посмотрят!
К о н с т а н т и н. А при чем тут внешность?
Р и м м а. Знаешь, как сейчас придираются?
К о н с т а н т и н. А чем Антонина плоха? Чем?
Р и м м а. А я разве говорю, что плоха? Красивее, говорю, есть… На красивых сейчас кидаются – вот что!
К о н с т а н т и н. Тоня свое счастье найдет! Найдет! А красота… Тонька хорошая – и глаза у нее хорошие, и все у нее… А добрее не сыщешь никого!
Р и м м а. Вот и ступай! Еще раз говорю: не может она на наше добро не откликнуться!
К о н с т а н т и н. Ох…
Р и м м а. А я в сад пойду: танцплощадку завтра открываем. (Целует его.) Гладиатор ты мой… Спартак…
К о н с т а н т и н. Птичка ты моя… (Крепко ее обнимает, хочет поднять.) Хочешь – на луну закину?
Р и м м а. Пусти, медведь! Луна нам ни к чему! Ты на земле мне доставь удовольствие!
КАРТИНА ВТОРАЯ
Кабинет заведующей заготовительной конторой, расположенной в бывшей церкви. Низкие своды, столы, стулья. Стены чисто выбелены. На них – плакаты, витрины с образцами продукции. В углу – огромный несгораемый шкаф.
В кабинете Т о н я и П а в е л Ф о м и ч.
П а в е л Ф о м и ч. Все узнали! Ты меня слушаешь?
Т о н я. А? Да-да, Павел Фомич, я вся внимание.
П а в е л Ф о м и ч. Вижу, сама не своя ты нынче. Что с тобой?
Т о н я. Нет, ничего, просто так.
П а в е л Ф о м и ч. А вот этого больше всего бойся. Просто так – значит, осторожность теряешь, размагничиваешься, а это нам сейчас – гибель!
Т о н я. Чего вы боитесь так, Павел Фомич?
П а в е л Ф о м и ч. Я тебе говорю: под маской действуют, как же не бояться? Помороженную картошку уже на заметку взяли! В каком, говорят, состоянии народное добро? Хищение это, по существу, называется!
Т о н я. Когда это было…
П а в е л Ф о м и ч. В нашем деле бойся всего! В кооперации работаем! В торговле – с заграничными товарами морока, из области покою не дают! На машинах едут: «Павел Фомич, устрой, Павел Фомич, подкинь». И ведь люди все нужные, уважаемые… Тому дай, этому дай – и готово! Попался! По заготовкам твоим – с частным сектором мы связаны. Частный сектор – стихия! А где стихия – долго ли до беды?
Т о н я. А я считаю, именно здесь и можно приносить людям добро!
П а в е л Ф о м и ч. Сперва разберемся, что такое добро.
Дверь открывается, показывается К о н с т а н т и н.
Т о н я (заметив его). Чего тебе, Костя?
К о н с т а н т и н. Да я, собственно говоря, ничего… Это все она… Римма… (Заметив Павла Фомича.) Ой, Павел Фомич, простите… (Тоне.) Я потом… Потом… (Уходит.)
П а в е л Ф о м и ч. Добро у нас получается в таком виде: я тебе что-то доброе сделал, ты мне в ответ, я – тебе обратно, ты мне опять таким же манером… Вроде все хорошо выходит? А на самом деле не добро это вовсе, а самое главное зло! На чем Бебякин Иван Александрович, предшественник твой, погорел? На этом самом! Любил людям добро делать – широкая натура! А те и рады: один кроличьи шкурки третьим сортом гонит, а то и вовсе в брак пускает, а сам на рынок их из-под полы втридорога… Другой ребятню уговорит, за копейки ему старья всякого натащут – лом, макулатуру, а он в конторе сумму вдесятеро против настоящей показывает… Третий картофель по дешевке купит, а в ведомость… Бебякин утвердит! Не за прекрасные глаза, ясно… Благо дарили! И домой ему несли и сюда, в кабинет… За добро – добром!
Т о н я (смеется). Ну, Павел Фомич, сравнили! Я же взяток не беру!
П а в е л Ф о м и ч. Не гордись, не гордись, говорю, в кооперации работаешь! Всего навидаешься. Вот знаю, ни в чем я не виноват, а как услышу: ОБХСС – поджилки трясутся… Слыхала, как они людей проверяют? Предлагают тебе кофточку, вид, как у обыкновенного человека, купила, а он – цап! – идемте в милицию! За что? Поддерживаете спекуляцию! Хорошо, что вовремя их разгадал, не попадемся на их удочку.
Т о н я. Неужели и так бывает?
П а в е л Ф о м и ч. Не храбрись, не храбрись! Случается, нашего брата насчет вашей сестры пробуют, вас – тоже, умеете ли вы сердце на привязи держать… Тебе это не опасно, а все-таки – будь начеку!
Т о н я. Почему же это мне не опасно?
П а в е л Ф о м и ч. А из-за чего именно тебя директором нашей конторы назначили, а не подружку твою Лизку, хоть вы обе институт кончили? Не соображаешь?
Т о н я. Из-за чего же, Павел Фомич?
П а в е л Ф о м и ч. Потому что вид у тебя внушающий. Лицо… Ну, как бы тебе пояснить… Как на замке. Без секрета не всякий сунется.
Т о н я. Спасибо, Павел Фомич.
П а в е л Ф о м и ч. Взять хоть бы Лизку – ничего себе рожица, а что толку? В общем, знай про свое, никаким подвохам не верь, особенно если с подарками начнут к тебе подкатываться… Цветы, конфеты – мелочь вроде, а на этом нашего брата как раз и ловят. Поняла? Пусть знают: никому ничего здесь не обломится! Гони всех в шею – и все!
Т о н я. Как же так – гнать?
П а в е л Ф о м и ч. Научить? (Играет.) «Вы куда пришли, гражданин? Вы что себе позволяете? Вы в курсе, как такие дела на суде называются?» Ты ж физкультурница у нас, пловчиха. Кулаком по столу стукни, а уж если слов не хватит – просто кричи: «Милиция! Милиция!»
Т о н я. Прямо так и кричать?
П а в е л Ф о м и ч. А чего стесняться?
Т о н я. Неудобно как-то.
Появляется Л и з а.
П а в е л Ф о м и ч. Чего тебе?
Л и з а. Вроде кричал кто-то… Милицию звал…
П а в е л Ф о м и ч. Послышалось. Ступай, ступай. (Увидев, что Лиза мнется.) Что еще у тебя?
Л и з а. Да двое у нас каких-то… Ходят, рассматривают, во все закоулки влезают, да все в книжечку, в книжечку…
П а в е л Ф о м и ч. Чернявый и блондин?
Л и з а. Да.
П а в е л Ф о м и ч (Тоне). Они!
Т о н я (Лизе). А ты их спрашивала, что им нужно?
Л и з а. Заготовительным делом интересуются. С руководством хотят поговорить.
Т о н я (Павлу Фомичу). Вот видите! Похоже, плакат их заинтересовал! На работу хотят поступить!
П а в е л Ф о м и ч. Маскировка!
Т о н я. Почему обязательно маскировка?
П а в е л Ф о м и ч. Молода ты еще, потому так и говоришь!
Т о н я. А вот увидите – все окажется совсем не так, как вам чудилось… Новые кадры! Это же главное для нас! (Лизе.) Зови их, Лизочек, зови!
Лиза уходит.
Сами сейчас увидите.
П а в е л Ф о м и ч. Нет уж, инструкции я тебе дал, действуй!
Т о н я. Как? А вы?
П а в е л Ф о м и ч. Пойду капель желудочных приму. От таких дел расстройство нервов у меня всегда начинается… Хоть вины за мной нет – боюсь… Ты уж меня извини. (Уходит.)
Т о н я. Вот день-то…
Входит С е р г е й.
С е р г е й. Разрешите… (Увидев Тоню.) Постойте… Вы? Это – вы?
Т о н я (глядя на Сергея). Ой…
С е р г е й. А я вас искал! Я вас так искал! (В порыве берет ее руки в свои, дальше не знает, что делать, что сказать.)
Пауза. Входит О л е г, на ходу захлопывая свой альбом.
О л е г. Извините… О! Знакомы? Отлично!
Т о н я (испуганно выдергивает свои руки из рук Сергея). Нет! Нет!
С е р г е й (Олегу). Дело в том… (Тоне.) Простите, как вас зовут?
Т о н я. Тоня… (Быстро поправляется.) Антонина Петровна!
С е р г е й (Олегу). Оказывается, мы с Антониной Петровной…
О л е г (вполголоса). Не забывай, кто мы… Сам же настаивал!
С е р г е й. Мы…
О л е г (спешит ему на помощь). Мы рассчитываем на вашу помощь. Тонечка… Виноват, Антонина Петровна! Нет ли у вас брошюр каких-нибудь, плакатов, проспектов по сбору этого… Как его… ну, хлама всякого! Интересуемся!
С е р г е й. Погоди…
О л е г. Нет, ты погоди.
Т о н я (смотря то на Олега, то на Сергея). Вы… Вы не шутите? Вы – всерьез?
О л е г. Вот именно!
Т о н я. С удовольствием… Сейчас принесу. (Хочет выйти.)
С е р г е й. Постойте, куда вы? (Олегу.) Я тебе все сейчас объясню!
Т о н я. Не надо! Не надо! (Убегает.)
О л е г (Сергею). Что это все значит? Срываешь всю операцию.
С е р г е й. Зачем ты ее отослал?
О л е г. Здравствуйте! Сам предложил – камуфляж. Интересуемся заготовками. А под этой биркой… (Оглядывает кабинет.) По всей видимости, здесь был алтарь. Обследуем. (Быстро осматривает стены, делает заметки в альбоме, выстукивает, пытается отломать штукатурку.)
С е р г е й. Понимаешь – это она! Та самая! Кого я искал!
О л е г. Которая тебя из воды вытащила?
С е р г е й. И надо же такому случиться! Встретиться именно здесь! Что она тут делает?
О л е г. Как – что? Конторой этой заведует.
С е р г е й. Этой конторой?
О л е г. Вот именно. Нашла кого спасать! На свою голову…
С е р г е й. Олег, займи ее, задержи, я – сейчас!
О л е г. Куда ты?
С е р г е й. Я должен! Понимаешь, я должен…
О л е г. Опять за свое? Нам дело надо двигать! Смотри. (Отколупывает кусочек стены.) Похоже, здесь не штукатурка – побелка! Уже хорошо! Глянь на это несгораемое чудище – оно здесь тысячу лет стоит! А вдруг поленились маляры, с места его не сдвигали? Вдруг сохранилось за ним что-нибудь? Не может быть, чтоб хоть кусочек древней живописи где-нибудь не остался!
С е р г е й. Вполне допустимо… Я постараюсь быстро…
О л е г. Да плюнь ты, тебе говорю! Минуты сейчас нельзя упустить! Контакты уже налицо. Надо ковать железо дальше!
С е р г е й. Но сам-то я как себя буду чувствовать? Я… Я сейчас… (Убегает.)
О л е г. Чудак! (Осматривается.) Ну, где же тут, где? Братцы Черные! Живописцы древности! Неужели хоть следочка ваших трудов не осталось? Подскажите! (Пробует сдвинуть шкаф.) Тяжелый, дьявол… Фресочка, появись!
Появляется Т о н я с кипой брошюр. Олег отскакивает от шкафа.
Т о н я. Вот, пожалуйста… (Замечает отсутствие Сергея.) А… ваш товарищ?
О л е г. Воздуху ему вдруг не хватило. Вернется.
Т о н я. Он что… нездоров?
О л е г. Здоров, здоров, видно, встреча на него так подействовала. Человек с воображением, повышенная эмоциональность… Перейдем к делам.
Т о н я (показывая принесенную литературу). Все, что у нас есть: «Памятка заготовителю вторичного сырья», «Инструкция по приемке лекарственных растений», «Типовой договор на заготовки ягод и плодов», это на картофель, «Любительское кролиководство и нутриеводство», «Заготовка пушно-мехового сырья», «Грибы средней полосы», «Справочник по мясу»… Вы у нас по какому виду хотите работать?
О л е г. Мы?
Т о н я. Вы же сказали – наша работа вас заинтересовала…
О л е г. А… Да… да…
Т о н я. Откровенно сказать, у нас с кроликами больше всего не ладится… Не могли бы вы за них взяться? Осиновский заготпункт недалеко… Там и помещение есть, телефон, а ваш товарищ попутно мог бы заняться клюквой.
О л е г. Клюквой?
Т о н я. У нас в болотах ее видимо-невидимо, только сборщиков не хватает. Главная задача – привлечь население. Поможете нам?
О л е г. В смысле клюквы? Нам бы хотелось сперва ознакомиться, так сказать, в общей форме.
Т о н я. А что вас интересует?
О л е г. Решительно все! Кстати, вы в курсе, когда ваша контора в это помещение въехала?
Т о н я. Задолго до меня.
О л е г. А этот шкаф – он давно здесь?
Т о н я. По-моему, он всегда тут стоял.
О л е г. В ваших устах «всегда» – срок не очень большой, не так ли?
Т о н я. Ошибаетесь. Мне уже много лет.
О л е г. Например?
Т о н я. Скоро двадцать пять. Вы товарища своего не проведаете? Может, помочь ему нужно?
О л е г. Нет-нет, сам справится.
Дверь отворяется. В дверях – К о н с т а н т и н.
К о н с т а н т и н. Виноват…
Т о н я. Что тебе, Костя? Что-нибудь срочное?
К о н с т а н т и н. Нет… Потом… Когда освободишься… (Скрывается.)
О л е г. Давно на этом посту, Антонина Петровна?
Т о н я. Нет. Первые шаги делаю.
О л е г. Тем важней нам ближе познакомиться с вами!
Т о н я. Плакат наш читали?
О л е г. Не скрою – послужил путеводной звездой!
Т о н я. Ну вот, видите! А начальство мое упрямилось: зря, говорит, деньги выбросили! Как же без информации? Ничего составлен?
О л е г. Ваше творчество?
Т о н я. Я так хотела, чтоб все поняли – буквально по золоту ходим! Любой утиль взять – куда с ним деваться? А мы тут как тут, благодарим, да еще денежки выкладываем! Вот на вас, например, костюм уже старенький, обновы просит, сдали бы его нам, на вторсырье, – знаете, сколько из тонны обработанного шерстяного тряпья пользы выходит?
О л е г. Но я еще бросать его не собираюсь.
Т о н я. Сдавайте, сдавайте, не тяните. Двести новых костюмов выйдут, девяносто пар обуви валеной, тысячи метров нетканых материалов да вдобавок еще войлока технического сто двадцать кило. Здорово, правда? А макулатура бумажная? Металлолом? Покрышки? Кости? Это же в народное хозяйство какой вклад! Займитесь, займитесь! Хотя бы кроликами – очень стоит!
О л е г. Кроликами?
Т о н я. Я же вам говорила, – забыли?
О л е г. Уж больно номенклатура у вас широкая… Глаза разбегаются…
Т о н я. А как же! Вся закупка у населения – наша! Яйца, молоко, мясо, мед, фрукты, овощи, пушнина, шерсть… Короче – приусадебная продукция! Я бы вам все-таки посоветовала взять кроликов. Для стариков лучше занятия нет! Вы только представьте – крольчиха дает в год восемь окотов, каждый не меньше семи-восьми крольчат… Считайте на круг полсотни… Если десяток маток завести – пятьсот штук в год! Мясом – завались! А мех! Вы даже подумать не в силах, что из него получается! На экспорт даем и на внутреннюю торговлю. (Открывает дверь, кричит.) Лизочка! Лиза! Если не трудно, покажи, пожалуйста, образцы! (Олегу.) Вот увидите! Вы соблазнитесь, уверяю вас!
О л е г. Но я хотел узнать…
Т о н я. Сейчас все узнаете!
Входит Л и з а с ворохом предметов – все, что дает кролик: шуба, фетровая шляпа, сапожки.
Л и з а (дает все Тоне). Пожалуйста.
Т о н я. Лизочка, примерь лучше ты.
Л и з а. Опять?
Т о н я. На тебе все выглядит по-другому.
Л и з а. Прибавку буду просить. (Олегу.) Будьте свидетелем. (Надевает шубу, фетровую шляпу, сапожки, принимает позу.)
Т о н я. Какая у нас красивая Лизочка! Все на ней так смотрится. Правда? А ведь на поверку – обыкновенный кролик.
О л е г. Восторг! Какая линия, какая осанка! (Тихо, Лизе.) Кролик, вы прелесть…
Л и з а (Тоне). Вот видишь, придется в манекенщицы идти.
Т о н я. Все у нас будет! Все! Откроем ателье мод!
О л е г. Здесь?
Т о н я. Конечно! Будем устраивать смотры-конкурсы! Дешевые распродажи! Выставки кроликов!
О л е г. Здесь?
Т о н я. А где же еще? Это наша база. Другой пока у нас нет.
О л е г. Тогда уж лучше откормочный пункт здесь откройте.
Т о н я. Почему? Скот мы в специальном месте держим. Спасибо, Лизочка, извини, что побеспокоила.
Л и з а. Не забудь о прибавке. (Уходит.)
Т о н я (Олегу). Что же вам так не понравилось?
О л е г. Все-таки храм… Старина… Уваженья требует…
Т о н я. Когда это было!
О л е г. Искусство вечно! Над возведением этого здания трудились зодчие, художники… История шелестела здесь своими страницами…
Т о н я. Погодите… Почему вы мне все это рассказываете?
О л е г. Хочу посмотреть, как вы к этому отнесетесь.
Т о н я. Нашли занятие… Нет, в самом деле… Мы же про сегодняшний день говорили, что на будущее затеваем – значит, неинтересно это для вас?
О л е г. Будущее опирается на прошлое… И вдруг – склад!
Т о н я. Склады тоже нужны!
О л е г. Но ведь вам такую ценность доверили! А во что вы ее превратили? Картошка – и та не выдержала!
Т о н я. Опять картошка! (Пауза.) Скажите откровенно – кто вы?
О л е г. Обыкновенные люди. Влюбленные в прекрасное.
Т о н я. Только без комплиментов! Зачем приехали?
О л е г. Спасать то, что еще можно спасти.
Т о н я. Понятно. Что вам от меня нужно?
О л е г. Хотим, чтобы вы были с нами заодно.
Т о н я. Вот как? В каком смысле?
О л е г. Дело в том…
Шум за дверью. В кабинет врывается С е р г е й, в руках у него большой букет черно-красных гладиолусов и коробка с бантом.
С е р г е й (торжествующе, Тоне). Вот! (Протягивает принесенное.) Пожалуйста!
Т о н я. Что вы? Нет, нет!
С е р г е й. Если б вы знали, что мне пришлось совершить, чтобы добыть эту коробку и цветы! Населенный пункт, называется! Не смущайтесь, берите, берите!
Т о н я. Да нет же! Не надо! Не надо!
С е р г е й. Бросьте, бросьте… Сопротивляться просто смешно! Скромность украшает, но… учтите, я могу применить силу… Ну? Раз. Два…
Т о н я. Что вы делаете?
О л е г. Знаете что, Тонечка! Возьмите! Иначе он не отстанет. Он такой. Что вам стоит? Берите – и кончен бал! Куда вы? Мы вас не выпустим!
Т о н я (тихо). Милиция…
С е р г е й. Вы с ума сошли! При чем здесь милиция?
Появляется П а в е л Ф о м и ч.
П а в е л Ф о м и ч (Тоне). Ну, как ты тут? (Увидел Сергея и Олега.) Еще здесь? (Замечает коробку и цветы.) Что такое? Почему? Откуда?
Т о н я. Это… Это мне…
П а в е л Ф о м и ч. Тебе? За какие такие заслуги? Кто приволок это сюда? Кто осмелился?
С е р г е й. Я. И мне кажется, имею на то основание.
П а в е л Ф о м и ч (теряя самообладание). Вы… вы… (Тоне.) Я тебя предупреждал… Вот оно! Вот оно… Гони их, гони!
С е р г е й. Позвольте… За что?
П а в е л Ф о м и ч. Работник молодой… Неопытный… Ославить хотите? Да что ж это такое творится?
С е р г е й. Это наше личное дело с Антониной Петровной!
П а в е л Ф о м и ч. Вот уже как? Антонина! Говори! Не молчи!
Т о н я. Я – просила… Я – говорила…
О л е г. Человек признательность хочет выразить…
П а в е л Ф о м и ч (Тоне). Все точно! С этого все начинается. Хорошо, что застукал… (Кричит.) Милиция! Милиция!
С е р г е й. Подождите… Что вы делаете?
О л е г (Сергею). Остерегал ведь…
П а в е л Ф о м и ч. Милиция!
Появляется сержант милиции С е м е н о в н а, за ней – Р и м м а, за ними Л и з а и К о н с т а н т и н.
Р и м м а (увидев Сергея). Вот он! Вот он!
С е м е н о в н а. Настигли голубчика! (Всем.) Это же чистый разбой! В магазине шоколад стянул с витрины, десятку кинул – и ходу! В комсомольском парке цветов наломал!
Р и м м а. Гладиолусы! Самые редкие! Мальчишек приучила не трогать, а тут – взрослый человек!
С е р г е й. А чем я виноват, что цветочных магазинов у вас ни одного! На весь райцентр одна коробка с набором и та на витрине!
П а в е л Ф о м и ч. Что вам от нашего работника нужно, спрашиваю в последний раз?
С е р г е й. Я благодарен ей! Это азбука человеческих отношений!
П а в е л Ф о м и ч. Знаем мы эту азбуку! Ты – мне, я – тебе? А суд скажет – взятка, и будет прав! Забирайте свою провокацию!
С е р г е й. Как вам не стыдно? При чем тут взятка? Она мне жизнь спасла!
С е м е н о в н а. За жизнь – шоколад? Хорош… (Свистит в свисток.)
З а т е м н е н и е.
КАРТИНА ТРЕТЬЯ
Уголок городского сада. С танцплощадки доносятся звуки музыки. Слышно сухое пощелкивание выстрелов из находящегося неподалеку тира.
