![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vremya-imen-si-372036.jpg)
Текст книги "Время Имен (СИ)"
Автор книги: Алексей Ар
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)
– Нет! – Отбитый у планеты артефакт светился красками Фо-рига – матовой полусферой Врат; зеленью долины близ города, территорию которого ныне занимал Ладор; пестротой зданий, чья архитектура разительно отличалась о груэлльских построек; седой древностью… Возраст картины насчитывал более десяти тысяч лет. Спектры не врут – говаривала Эдэя…
От Картины Перемен исходили знакомые токи. Подобное Охотник испытывал лишь однажды – в храме Старых, куда его забросила воля Гранатова с арктурианской экспедицией. Но если подумать, при встречах с Т’харом мир пронзали схожие энергии. Николай запутался в собственной мнительности. Припереть бы великого Т’хара к стенке, да расспросить на уровне федеральных стандартов, много интересного показалось бы на свет.
– Зачем? – элементарность вопроса мгновенно разбила абстрактность теорий. На практике следует подумать о том, как убраться с планеты. На орбите по данным скан-системы крутились взрослые ребята. Тяжелая кавалерия багровыми искрами плыла на радарных экранах.
Димп присвистнул. Имелась у него пара задумок, реализуемых возвращением к урбанистическим прелестям Крайден-Лауда и сбором флота над торговым космопортом общего доступа.
***
– Две цели, пять, одиннадцать… тридцать две, – скупость цифр установила в рубке гробовое молчание. Электроника линкора застыла на пару с командой – мужчинами и женщинами, наученными противостоять врагу, но отнюдь не человеческой глупости.
– Что происходит?! – Арач приблизился к пульту управления, чтобы самому убедиться в появлении на такт-экране облака кораблей и оделить яростью подчиненных. Бесстрастная система идентификации аккуратно подписывала электронные отклики каждого стартовавшего с планеты транспорта; рядом с зеленоватыми огоньками целей плыли идеальные компьютерные строчки.
– Запрос оружейных палуб. – Старпом ткнулся головой в интерком. – Они ведут гражданские суда…
– И зачем?!
Риторическая окраска вопроса заставила помощника кивнуть. Он и сам понимал: Управление распнет за гражданские потери.
Охотник задумчиво хмыкнул: простота маневра начинала беспокоить. Двадцать катеров, скрываясь в корпусных изломах торговых посудин, с тоскливой легкостью преодолевали заслон. План задался: редкий капитан, узнав о мнимой инспекционной блокаде на орбите, не постарается ускользнуть от досмотра груза. Ошибки при оформлении бумаг, нелегальные перевозки, просроченные лицензии – Охотник при выборе кандидатов на бегство учел все нарушения. В результате, более пятидесяти единиц техники рванули с планеты куда глаза глядят.
– Линкора много, я один… – Насвистывая незамысловатый мотивчик, Николай собрал флот воедино. Отныне, безопасность зависела от скорости маршевых двигателей.
– Есть контакт! – рявкнул Арач. – Фиксируйте.
– Удаление треть астроединицы. Курс…
Линкор величественно развернулся, подставляя борт лучам светила.
– Хана… – Оператор осекся под взглядом командования и мрачновато закончил: – Они ушли в бросок под «покрывалом». Не отследить.
Песня спета. Николай с облегчением расстегнул нагрудные ремни безопасности. Бутылочка холодного пивка – достойная идея. Синтезаторы могут проявить толику расточительности, ввиду скорой дозаправки. Их примет родной порт и автоматы тех-сервиса. Пора залатать царапины, навестить систему Бенателлы.
Вернуться домой.
Глава 8
К цветоносным растениям необходимо относиться с любовью, – утверждали многоопытные зоологи – и тогда они раскроют потенциал. Элегантно простые, вычурные и разлапистые, неописуемо-экзотические – о полной коллекции флоры лишь мечтать. В жилом отсеке, где проводил свободное время Охотник, насчитывалось пятнадцать разновидностей.
Яркой радугой цветы занимали площадь в десяток квадратных метров – как яркий пример нецелевого использования пространства. В глубоком космосе, на сокрытой в скалах базе, прежде всего, полагалось думать о техническом наполнении объема. Но пребывать в четырех бронированных стенах димп не намеревался. Разуму требовалась зацепка, на которой можно остановить взгляд за обедом или при чистке амуниции… Помимо мертвой, пусть и прекрасной материи он хотел видеть нежно фиолетовые с золотистыми искрами лепестки арктурианских роз.
– Хетч. – Николай тряхнул ботинком, на который попал питательный раствор. Второй или третий час он занимался поливом оранжереи. Испытал сонм неприятных воздействий, проклял галактическую флору на протяжении сорока поколений… Достиг финала усталым и смурным.
Установив поливочный инъектор в стеновых креплениях, сместился назад – оценить результат. Влага, зелень и сосредоточие ароматических гармоний. Легкий шорох вентиляции избавил комнату от густых запахов. Чистый воздух ценился на порядок выше.
С легкой усмешкой Николай опустился в кресло. Момент бездействия… Работал исключительно разум, обрабатывая накопившуюся информацию. Куда не глянь, везде отголоски памяти. Эддала эль Таага, светлым облаком роившаяся меж антикварной мебели; Картина Перемен с чьим-то дьявольским ликом на переднем плане, и довеском – еще пятнадцать творений. Собранные воедино за пять локальных месяцев они составили удачную компанию цветам по части благоустройства охотничьей реальности.
Димп поерзал в бархатисто изменчивой глубине, вспоминая, чего стоили два последних артефакта. Их просто вынесли без всякого сопротивления, разве только дарственной надписи не оставили; ни риска, ни искомого боевого азарта. Причина проста: федеральные ценители раритетов вдруг осознали, что сопротивление, помимо утраты личного имущества, влечет травмы несовместимые с жизнью
Прозрение наступило девяносто три дня назад. Николай перепробовал многое. В попытках разогнать тоскливую хмарь, атаковал патрульные базы на секторальных границах. Охотно встречал ответную реакцию законников, которая день ото дня становилась все жестче. В противостоянии потерял двадцать три носителя и двадцать три раза прошел через смерть. Двадцать три неудачи – только номер «15» все легче принимал жертву. Под конец ему даже приглянулось там – среди боли возрождения. Альтернативой выступала другая сторона, неумолимо продвигавшая крик к «усам», чей хриплый гул звучал все отчетливей.
Он упрямо возвращался к реальному миру. В существование Дар Кор Рона не верили, а если и верили, то с оттенком фатализма – хетч может случиться с каждым, но только не с ними. В итоге теряли свои капиталы, редко, при излишней самоуверенности – жизни. Блокада транспортных и пассажирских линий с легким флером пиратства, травмирующий снос промышленных фабрик, сырьевых комплексов и военных заводов. С военными объектами он работал особенно тщательно, демонстрируя пик боевых возможностей. Охраняемые линкорами станции, регулярные гарнизоны из федеральных пехотинцев на секретных объектах – где-нибудь в немыслимой глуши каменисто чахлой планеты. С ними интересно… В битве при Аль-Наадаре он потерял пяти катеров.
Но зуд при виде постылой реальности требовал разнообразия: срыва арктурианского саммита; захвата модельной галереи с длинноногими гуманоидными красотками; контрабандных перевозок с последующим развалом экономики трех бизнес-секторов – всего не перечесть.
Финальным аккордом стала контрактная ликвидация. Он успешно выполнил 4 заказа – без эмоций, на рутине. Заказчикам понравилось, и они стали давить, требовать в безапелляционной манере хозяев космоса. Сглупили черти. Николай разослал по спейснету уведомление о закате карьеры ликвидатора и предупредил, что в случае обращения, он устранит заказчика. На сленге Черного Братства действо обозначалось емким термином «реверс».
Угрозе не вняли. Вчера, проверяя сетевую почту, он отыскал в дебрях информации знакомый код. Попал в десятку, учитывая проблемы со скукой. Репутация Кор Рона играла против хозяина. Но нашлись глупцы, подарившие ему надежду и полет в девятнадцатый сектор, на планету, прославленную в галактике, как фешенебельная зона отдыха. Место встречи и расчета. Охотнику предлагалось устроиться в гостинице и, сославшись на некоего Т.С. Джармена, набраться терпения в преддверии контакта. Завтра он отправится в путь.
Он развернул кресло и нащупал пульт дистанционного управления визора. Выудил из стойки пневмодоставки заказанное пиво.
Повинуясь команде, экран визора развернулся в треть стеновой панели – черной плоскостью застыл против Охотника и медленно, по нарастающей, замерцал фиолетовой глубиной. Тривиальный, хитрый, замысловатый, скрупулезный, аскетичный, карнавально-разгульный, деловой суррогат оконного проема – без него комната теряла половину эмоционального комфорта. Димп все чаще задумывался о простой красоте обыденных видов: изумруде тополей в рамке стекла, белизне тротуаров, звенящих от ребячьей беготни, каплях росы на соцветиях…
– Соберись, мясо… – Добротный глоток пива избавил от депрессивных мыслей. Пульт активировал галактический канал новостей.
Семь нот в знакомой последовательности разбавили голографическую заставку – аббревиатуру ФСН, всплывавшую из хаоса полупрозрачных образов. Следом резким контрастом появилось лицо диктора, миловидной дамочки неопределенного возраста. Рядом фигурировал знакомый портрет.
– Федеральная служба новостей. Сегодня в программе. – Женщина повернулась к виртуальной проекции. – Дар Кор Рон, миф или реальное лицо. Налоги и ценообразование, оценка независимых экспертов.
К диктору в студии присоединился крупный военный чин – прямой как стрела, убеленный сединами генерал Эзбед Фейхо, глава ЦУКОБовского отдела по связям с общественностью. В его подчинении находились пресловутый экскурсовод, лейтенант Меллиган, и еще сотня инструкторов, когда-то изрядно достававших Охотника. Они прошлое.
– Мирного космоса. – Эзбед источал уверенность.
– В эти дни тема галактической безопасности приобрела небывалую актуальность, – профессионально улыбнулась женщина. – И мы рады, что вы столь быстро откликнулись на нашу просьбу принять участие в передаче. Дар Кор Рон. Кто он? Сумасшедший; неподвластный логике маньяк; лицо, объявившее персональный крестовый поход; изощренный адепт Черного Братства.
– В оперативном реестре он фигурирует как альфа-объект, – нахмурился Фейхо.
Николай потянулся, польщенный услышанным. Объектами категории альфа считались преступники, чья ликвидация являлась первоочередной задачей Управления. С полной мобилизацией ресурсов и сил, обусловленных императивом «стирание». На памяти Охотника только один схожий случай: в 421 году ЦУКОБ клеймил альфа-кодом Эль’Хордана, пророка, объявившего крестовый поход и вырезавшего тридцать четыре планетарных системы. Хордан продержался ровно тридцать два дня; планетарные деструкторы на базе линкоров уничтожили планету, на которой он закрепился.
– Управление справится? – По лицу собеседника диктор убедилась, что задала правильный вопрос. Несколько мгновений Эзбед раздумывал над ответом и мрачнел.
– Аналитики разработали поведенческую модель объекта. Нам известны его пристрастия, тактика действий, основные прерогативы. Со всей уверенностью заявляю: подонок не уйдет от справедливой кары. Спасения нет; Федеральное управление безопасности – сила, способная перемолоть любого выродка, нарушившего Закон.
– Весьма образно. – Женщина несколько смутилась. – Вы…
Николай обесточил аппаратуру. Смотреть на патриотические песнопения Управления надоело. Федерации необходимо преподать урок и поубавить веру граждан в ЦУКОБ. Короткая показательная миссия… после того, как он навестит девятнадцатый сектор и разберется с заказчиком. Хетч должен случаться строго по плану.
– Альфа-объект. – Николай покачал головой. Адские плоды упорного труда. Для полного удовлетворения не хватало только сна – восьми часов без мыслей и стен.
Писк будильника прервал законный отдых, рассеял темноту. С методичностью автомата Охотник встал, оделся, отдал дань гигиене и позавтракал. Собрал походный кейс. Сколько раз он проделывал это за минувшие дни? Десять, сорок, сто? Движения отточены и скупы, а путь знаком до оскомины.
Покинуть комнату, достичь лаборатории, а затем и ангара. Остановиться среди запахов масел, ионизированного воздуха и теплого металла; пересчитать корабли. Провести рукой вдоль борта флагмана, нащупать оспины от ударов противника… Катера давно потеряли лоск, поистрепались в десятках боев, следы которых не смогли компенсировать автоматы техсервиса.
Николай приблизился к серости шлюзового люка. Напоследок, перед тем как закрыть герметизационную переборку, изучил рабочий беспорядок доков. Запчасти, куски брони, кабели, многократно чиненный инструментарий. Технократический уют, который он старательно пестовал. В очередной раз запомнил образ и прошел в рубку.
Пульт расцвел каплями индикаторов, система предупреждения двухцветной волной окатила ангарное пространство, дыхнул холодом выходной створ.
Нулевой отчет бросил катера вверх – на антигравах, по тоннелю переходнику в объятия космоса и астероидного танца. На пять-шесть минут обзорный экран заполонили каменные глыбы, давно лишенные статуса угрозы.
Охотник плавно вывел корабли из метеоритной зоны, – на том роль пилота и закончилась. Он активировал курс-программу, проверил для проформы последовательность навигационных меток и отправился на камбуз. Первый час полета скрасит обед, второй – дремота в ложементе пилота, последующие – резкий вой зуммера тревоги.
Выдернутый сигналом из сортира Николай постарался вникнуть в ситуацию. Система дальнего обнаружения зафиксировала в трех астроединицах от флагмана два крупных объекта. Через мгновение автоматика идентифицировала их, как тяжелый патрульный крейсер серии «Джет – 3000» и галактический пассажирский лайнер. Крейсер напоминал тусклый брусок, чьи широкие грани венчали полусферы оружейных палуб. Лайнер в контрасте смотрелся венцом кораблестроения – платформы-салазки двигательно-энергетических отсеков с установленным поверх болидом жилых палуб.
Николай на инстинкте перевел флот в планетарный режим и активировал маскировку. Застыл у пульта, готовясь к бою. На центральном экране серели две крохотных точки. Корабли дрейфовали, обмениваясь редкими сигналами, и игнорировали появление на сцене нового участника. Димп глянул на электронный отклик крейсера – патруль прозевал угрозу. Но что они забыли в пятьдесят третьем секторе – на участке, именуемом Гигантской Пустотой. Крейсер и лайнер. Загадка, которую хотелось решить…
Увеличив масштаб обзорного вида, Николай заинтересованно хмыкнул. Лайнер пока не интересен, тяжелый крейсер – вот задачка. В крайнем бою УКОБ атаковал, едва завидев Кор Рона, – бросил все силы в массированную атаку, что привело к доблестной ничьей. И если «Джет-3000» – штатная единица патруля, простое сопровождение для лайнера, без темной подоплеки, велики шансы, что они захотят повторить подвиг собратьев.
– Попробовать стоит. – Николай отдал флоту ряд команд. Проверил активность на патрульных каналах связи. Передачу не засекли. – Вы там чет совсем уточек не ловите.
Два катера мягко выдвинулись из общего строя. Точечный импульс двигателей отправил их к крейсеру в инерционном режиме. Быстрее никак – голографический экран, отображавший космическую чернь с россыпями звезд, при быстрой смене фона работал с перебоями. И для того, чтобы какой-нибудь олух вдруг не увидел на панорамных экранах любопытные аномалии, Николаю приходилось запастись терпением.
Медленно, дробя нервы, перед глазами Охотника разрасталась бронированная обшивка цели. Сварные швы, тусклые отсветы огней, крепления, сокрытые многочисленными тенями, и искомые плиты ангарных люков для запуска истребителей прикрытия. Тяжелый крейсер посудина мощная, но неповоротливая.
Идеально сидевшие в пазах створки конструкционно поднимались вверх – по направляющим. Николай изучил компьютерную модуляцию открытия ангара – шансы есть. В эфире тишина – «Джет» стойко игнорировал близость противника.
***
Жизнь практически кончена. Младший лейтенант Дрейк, ответственный за систему наблюдения, с зачатками недовольства обозрел рубку. Суета сует; чересчур бойкое поведение коллег – третьей вахты – нервировало в череде тест-проверок, взаимообмена рядовой информацией и споров о качестве минувшего ужина. Невозможно сосредоточиться и подумать о наболевшем.
Дрейк откинулся на спинку кресла. Ровное гудение приборов, мелькание данных на экранах, тонкий писк радарных синхрометок достали ничуть не меньше техника-связиста Анабеллы Кокс.
Стерва.
Позавчера в столовке ее напарник рассказывал, что она переспала с Беном Гозаром. Дрейк пару раз делал аналогичные намеки, но был послан в пеший поход по местам интимной славы. Сучья…
Изменение звукового фона срезало концовку яростной мысли. Радары зафиксировали нечто… Лейтенант постарался сосредоточиться на информационных мониторах, хранящих плавно угасавший отблеск-след. Единичный контакт. Дрейк списал метку на «галактический ветер», о чем и поставил отметку в вахтенном журнале. О том, как ошибся, он узнал ровно через пять секунд.
***
Николай снял маскировочное поле и направил флот в характерную, по отчетам аналитиков УКОБа, лобовую атаку. Боевой клин острием лезвия рванулся к патрульному крейсеру.
С похвальной быстротой работники Управления наполнили пространство электронной активностью. Их усилиями включился полный ассортимент подотчетных систем защиты-нападения.
Прицел взят. Ярко-красные рамки четкими линиями обрисовали выходные панели ангаров. Пальцы димпа дрогнули на гашетках. Он представил, что творилось по ту сторону – общая тревога, беготня персонала, многочисленные столкновения в коридорах и яростные крики, затяжной рывок пилотов к истребителям…
Безопасники уповали на скорость ответной реакции. На их стороне автоматика, что ведала открытием герметизационных створок, и отлаженная каскадная защита. Пилоты редко вспоминали о шлюзовых преградах – бросали машины на створ, что всегда открывался своевременно.
Едва ангарные люки дрогнули, димп задействовал аннигиляторы двух катеров, подобравшихся к цели. Серия импульсов испарила часть корпусной защиты и переклинила направляющие.
Истребители, разворотив броню переходников, вспыхнули миниатюрными звездами. Потускнели, обрастая багрово-черным валом огня, чьи языки прорвались к пустоте.
Крейсер, точно боксер в нокауте, неуклюже развернулся, отплыл от лайнера. Эфир трещал от команд – федералы спасали корабль. А лайнер, что вишенка на торте – стремительно окружен катерами и готов сотрудничать.
– Не томите… – Охотник приблизил лицо к экрану. Визор-связь явила предсказуемую картину. Твердые, слегка растерянные черты лица, разорванный воротник форменного мундира с лычками капитана – безмолвный эталон офицера галактического флота. Он упрямо молчал.
– Спишу на шок, – кивнул Николай. – Мне озвучить, или сами догадаетесь?
– Открываю стыковочный док. – Капитан словно лимон надкусил. Репутация Кор Рона взывала.
– Признателен. – завершил разговор димп. Облачился в броню, отдал команду катерам отойти в защитное маскировочное построение и перебрался к шлюзу. На стыковку автоматике понадобится не менее восемнадцати тактов.
Теснота кессона наполнилась легким гулом. Пробились сквозь открывавшийся люк завитки тумана. Он миновал стыковочный узел, приблизился к внутреннему переходнику, коснулся тумблера дверного привода… и отступил в сторону.
Некто из командного состава в изощренном пинке миновал герметизационную арку и, не встретив преграды, лягнул стенку. Опрокинулся на спину преисполненный удивления.
– Не вставай, – попросил Николай, перебираясь через тело. Герои, по неизвестным причинам верившие в собственную исключительность, находились всегда и везде. Умирали десятками, благо Костлявая равнодушна к героизму, но идею продвигали.
– Дар Кор Рон.
Николай едва достиг центрального коридора, а навстречу уже выдвинулась делегация из офицеров. Первым шествовал капитан.
– Через минуту рекомендую всем без исключения собраться в рубке. – Николай чуть приподнял лимы. Серой патокой колыхнулись проблески скуки. Но загадка оставалась, крейсер и лайнер, в дрейфе, на границе пустоты и глухомани. – Пройдемте, господа.
Офицеры вызвали подъемник командного модуля, затем оный доставил их на мостик, где трое младших офицеров корпели у пульта. При шорохе раздвигаемых гидравликой дверей вскочили, повернулись к гостям и застыли.
– Расслабьтесь. – Излучатели показали на дальнюю от входа переборку. – Там.
Команду выполнили незамедлительно. Из корабельных недр возникли испуганные пассажиры числом около пяти; насчет оранжевого роя с Фордоба Николай искренне сомневался. Он рассмотрел гуманоидов, выстроившихся напротив. Часть загадки по спарке УКОБа с пассажирским лайнером решена – единственное ожерелье у высокой дамы с идеальной фигурой стоило месячного валового продукта индустриально развитой планеты.
Изменчивая радуга чувственно-восприимчивых кристаллов и синие глаза под ниточками бровей. В них читалась откровенная похоть. Леди хотела испытать неизведанное, неисчислимое кредитами…
– Ты не настолько богата. – Николай взял ее на прицел. Женщина на мгновение задумалась и соскользнула в испытанный поколениями обморок. – Прям, драма…
Договорить помешал внезапный писк зуммера передатчика – точно гром средь ясного неба. Команда синхронно развернулась к визор-дисплею. Николай жестом указал капитану на кресло связиста.
– Лайнер «Загрот» на связи.
Димп мысленно присвистнул: Управление полнилось слухами о «Загроте» – чуде кораблестроения, специализирующемся на конфиденциальных перевозках. Дипломаты, королевские семьи, высокопоставленные чиновники, финансисты – дорогой и эксклюзивный контингент.
Николай отодвинулся в тень: сцена усложнилась. Он стянул с соседнего агрегата антипылевой кожух из синтет-ткани и задрапировался на манер тоги. На радаре полыхнула метка крейсера среднего класса.
– Не совсем то, что мне обещано, но сойдет, – раздалось из передатчика. – Пеш не отвечает, что можно списать на состояние крейсера. Придурок любит взрывать, диверсант хренов… Так что капитан поговорим напрямую. Принимайте на борт.
Капитан с неким фатализмом во взгляде посмотрел на Охотника. Николай пожал плечами и кивнул. Тайна безвременно почила – он нарвался на галактический гоп-стоп. Взглядом дал понять окружающим, что о Кор Роне следует молчать…
Вскоре центр управления с криками оккупировали 15 бойцов. Экипаж притиснули к полу, остальных – в том числе Николая – познакомили с бездонными дулами пульсаторов.
Элегантная леди с каменьями вновь потеряла сознание.
– Молчать и слушать. – Вперед выступил крепко сбитый брюнет в потрепанной форме пехотинца. – Сегодня у вас день грандиозного кредитного трансферта. Номера личных счетов помнят все?
– Не имеете права, – пискнуло оранжевое облако.
– Дрю, приложи его…
– С удовольствием. – Нападавший ринулся к фордобцу, вскинул приклад и растерянно спросил: – А куда?
– Идиот. – Брюнет нахмурился. – Первая группа – обыскать корабль, вторая – к пульту. Мониторьте крейсер. Если Пеш не проявится, они, глядишь, придут в себя.
Николай украдкой посмотрел на часы. Рейдеры работают по выверенному графику, что подразумевает планирование операции. Рейдерский захват срежиссировал кто-то, обладающий серьезными возможностями и связями.
– Приступим. – Мнимый пехотинец придвинулся к пассажирам. Исследовал карманы дородного, габаритами с аэростат, руппианца… – Знакомый планшет. Кодовый хранитель, да?
– Вас поймают.
– Не раньше, чем ты запустишь код в банковскую сеть. Следующий…
Рейдер достиг Николая. Остановился, изучая импровизированный балахон, и недоуменно покачал головой. Плавно, с ленцой, раздвинул полы необъятной одежды…
– Не…
Поднял взгляд и икнул.