![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vremya-imen-si-372036.jpg)
Текст книги "Время Имен (СИ)"
Автор книги: Алексей Ар
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)
Он подавил импульс рефлексов и позволил Янтарной зажать гашетку.
Сознание опрокинулось в огненно-красный смерч удара.
Свершилось. Адские жернова и стальные лезвия охраняли три извечных двери. Под завывание призрачных вихрей Николай разглядел створки… и узнал, корчась от тысячекратной боли. Потянулся к средней – на пределе, сквозь ад. Его отшвырнуло – номер «15» тянул поводок все сильнее, сопротивляться нет сил. Ему вновь отказано в жизни…
Искра мыслей заботливо подсказала: медлить нельзя, янтарная бестия вряд ли соизволит подождать в номере. Она исчезнет, не познакомившись с Дар Кор Роном. «И снова здравствуйте, б…». – Охотника рвануло к пустоте – черному проему в запутанном хаосе беловато-серых потоков энергии.
Его встретила радуга; ослепила, исполосовала… Стремительной тишиной ударила другая сторона – краски мгновенно стерлись, боль ушла.
Он привалился к стенке комнаты. Первая попытка в минус, но он не сдастся – вопреки и назло. Вернулась ясность мысли. Да и Тавия нашлась. По глупости или от излишней самоуверенности она задержалась в номере, устроила профессиональный обыск. Изрядный запас кредитов уже экспроприировала и не попадись ей бронированный кейс с амуницией, она бы успела скрыться. Но решила потратить время на взламывание не взламываемых замков.
Обыкновенная воровка. Сколько раз, в бытность оперативником ЦУКОБа, он слышал о подобных дамочках; работая в глубинке, они вычисляли богатых клиентов, завоевывали доверие и оставляли ни с чем. Изредка предпочитали ликвидировать клиентов – нет пострадавшего, нет своевременного обращения, и у местных безопасников, в большинстве случаев, глухарь. Вселенная большая.
Николай мельком глянул на кровать, отмеченную неприятной кляксой. Химическая взрывчатка, пристроенная под печенью носителя, в отсутствие жизненного биоритма растворила тело до кашеобразного состояния. Ни аналитики, ни специалисты патологоанатомы не разберутся.
– Любовь зла, старушка. – Николай присел подле Тавии, корпевшей над серебристо-неприступным чемоданом. Ее лицо ничуть не изменилось – столь же миловидно. Никаких намеков на холод.
– Хрень. Не жадничай, – пробормотала женщина, срываясь с места. Подхватила охотничье добро и торопливо направилась к выходу, оглянулась напоследок. Охотник двинулся следом – на первый уровень отеля, далее к свободному флаинг-транспорту и прямиком до космопорта.
В столь поздний час порт блистал люминесцентными огнями. В пустоте залов приткнулись десяток пассажиров, автоматические уборщики и редкий персонал. На пару с женщиной Николай выбрался к посадочным секторам, достиг легкого транспортного бота, используемого для внутрисистемных перевозок, и остановился.
У темного, очерченного секторальными маяками корабля вспыхнул бледный огонек фонарика. На миг выхватил из ночи лицо женщины, скользнул пятном по бетонке и уперся в шлюзовой люк.
– Сколько ждать-то…
Остаток фразы димп пропустил. Рывок к складским ангарам избавил от компании Тавии. Сроки сжаты, счет на минуты. Он проник на склад, отыскал и распаковал – изнутри – контейнер с носителем. Надсадно вздохнул, судорожно хватаясь за лим под боком. Другая сторона отпускала неохотно. У выхода столкнулся с охранником – худощавым мужичком с воспаленными глазами и физиономией землистого цвета.
Служивый ткнул фонарем в нос позднему гостю. Нервно сглотнул… и от удивления приоткрыл рот. Охотник проигнорировал препятствие.
– Куда прешь?! – Охранник метнул руку к плечу незнакомца.
Не прерывая движения, Николай обхватил затылок противника ладонью, отшвырнул. Мужчина отлетел к ближайшему контейнеру, где эхо глухого треска ознаменовало сползание тела на бетон. Охотник забыл об инциденте через несколько шагов, достиг корабля янтарной.
– Странно, не заперто… – Он развернулся, изучая внутренности шлюза. Прицел лима скользнул по сенсорам управления и замер на кнопке открытия герметизационной плиты.
Утробное шипение гидравлики открыло тонкую, наполненную матовым светом щель прохода. Сделав два шага по коридору, Охотник приблизился к рубке, откуда доносились неясные голоса.
– …фортовая, – закончил речь мужской басок.
– Удача не причем, Себ, – хладнокровно ответила Тария. – Простой расчет. Пара сопливых фраз делает из мужика парнокопытное.
– Не обобщай, – хмуро буркнул третий участник разговора. – И не трогай мои яйца. Мне доказывать нечего, ровно через неделю я буду на Эль-о-Дэре…
– Сволочь, – фыркнула женщина. После секундного молчания заговорила вновь. – Какие дифирамбы я пела – про цветочки там, небо. Он небось подумал, что стал центром Галактики…
– Он и стал. Посмертно.
– Вы бы видели. Растекся подчистую. Я, именем рогов Кардана, даже снимок памятный сделала.
– Умница. Я вот в пятьдесят втором…
Николай ступил в рубку:
– Вы, ребята, походу какие-то извращенцы….
– А… – Тария привстала. Да так и застыла с открытым ртом – не верила, боялась и не понимала. Нечто близкое к священному ужасу парализовало психику.
Двое других членов команды опомнились первыми. Один из них, бочкообразный крепыш, потянулся за излучателем. Охотник выстрелил навскидку. Лучевая игла с резким свистом разнесла противнику череп. Отброшенный на спинку кресла напарник Янтарной крутанулся вместе с сиденьем, выпал и приник к пульту, на котором и оставил росчерк из беловато-розовых капель.
– Ты пришел, Зор! – Тавия всхлипнула. – Они заставили…
– Извини, прерву на секундочку. – Новым выстрелом димп снес голову второму компаньону. – Теперь насладись картиной. Памятные фото не возбраняются.
– Зор, клянусь, я не виновата! – Тария испуганно заломила руки – Меня запрограммировали… Я не более, чем послушное орудие, пара рабочих ног и все. Зор, я все исправлю…
– Прикинь, в реальности нельзя предварительно сохраниться… А жаль.
Она умолкла. В глазах мужчины над бездонно-черным зрачком дула царствовала пустота – вакуум, абсолютная непроницаемость. Обилием слов янтарная попыталась зафиксировать внимание Охотника на своих губах. Пальцами нащупала рукоять пульсатора за спиной.
Тария прервала движение – в ее разум степным пожаром ворвался димп. Пробыл там доли мгновения. Выронив оружие, женщина с испуганным визгом закрыла лицо руками.
– Не смотри на меня!
– Как хочешь. – Николай пожал плечами. Янтарная погрузилась в лабиринт страхов и комплексов – пусть живет в мучении. – Цени, не убил. И спасибо, что указала путь.
Отыскав и забрав кейс с амуницией, Николай покинул мостик. Его ждали отель и мягкая кровать при стопроцентном отсутствии трагедий с неудавшимися романами. Сцена отыграна.
***
В девять утра, нарушая исконный порядок, неожиданно включился голографический проектор. Небесно-голубым шаром возник у дальней от кровати стены, расползся прямоугольным экраном и без перехода метнул в комнату разбавленные звуками цвета.
Готовый к нападению, захвату и умерщвлению Николай расслабленно откинулся на подушки. Стоило предупредить администрацию, дабы исключить столь резкие побудки… Развернутое электроникой изображение демонстрировало знакомый Охотнику корабль янтарной. В окружении зеленых мигалок патрульных гравитолетов бот смотрелся не очень. На передний план выдвинулась яркая блондинка; шум толпы, отфильтрованный аппаратурой, стих и стал слышен голос.
– Мы находимся в космопорту Стунрада, где сегодня ночью произошла трагедия. Согласно официальным данным, погибло двое внесистемников. Задержана подозреваемая… – Блондинка прикоснулась к вставленному в ухо наушнику. – Допрос неизвестной… – На левой половине экрана всплыло искаженное лицо Тавии. – …подтвердил первоначальную версию о ее причастности к серийным убийствам в фешенебельных районах города. Может ли случится так, что отныне нам нечего бояться? – Репортер заученным движением подалась вперед. – Наши источники в Управлении говорят – да. Дело закрыто. Грядет ли расцвет туристического бизнеса? Или причина упадка интереса к планете кроется отнюдь не в страхе потерять свои кредиты…
– В другом, – буркнул Николай, обесточивая проектор. Пора заняться чем-то стоящим: собраться, позавтракать и отправиться к изрядно утомившей базе. Подготовительный этап завершен; в свете интереса безопасников к личности Тавии окрестности курорта лучше покинуть.
“Никаких проблем”. – Николай распластался на вершине холма. Привычное место. И не менее привычное занятие – он покинул носителя и направился к патрульному комплексу. План прост – при отгрузке нелегальных партий товара командующий отправлял три четверти личного состава в трехдневную увольнительную, крейсерам на орбите давал приказ обследовать близлежащие сектора и в результате получал удивительную для форпоста ЦУКОБа свободу действий. Персонал привык, надо лишь соблюсти расписание, которого придерживался командующий в теневых махинациях. Сегодня день отправки. Через начальство базы Николай привел в действие обычный приказ.
Через полтора часа от КПП в сторону города потянулся караван гравитолетов. Сверкая округлыми боками и лобовыми стеклами, они дополнили пасторально-мирный пейзаж – серебро песка, изумруд холмов и мерные обелиски указателей. Проводив их долгим взглядом, Николай активировал миниатюрный передатчик. Собранный на коленке прибор смог поймать базовую частоту патруля, обеспечив димпа пятью минутами кратких переговоров крейсеров. Капитаны докладывали о начале рейда – связанные долгом и приказом выдвинулись к никому не интересному сектору.
Охотника разобрало любопытство: достаточно ли крепкими ругательствами поносили капитаны начальство. Или рутинный полет почитали за внеплановый отдых? За размышлениями он скоротал день. Светило медленно клонилось к горизонту.
Николай отбросил пластиковую бутыль. Тара с тихим шорохом канула в сумерках – густых кустарниковых тенях и переливчатых трелях живности. Он извлек из сумки «прыгунка» – игрушечного зверька, продаваемого в любом супермаркете и чуть модифицированного Охотником. В схему игрушки добавлен фиш – электронная имитация крупного теплокровного объекта.
Обманка запущена. Миниатюрный зеленый комочек, ловко избегая препятствий, скрылся в темноте. Дозору потребовалась целая минута на фиксирование – срок за пределами федеральных норм. Из КПП вывалились двое, с лимами наперевес. Но найти источник сигналов не смогли – явление не редкое. Ни одна система безопасности не обходилась без сбоев. Вторичная тревога, результатами которой стало обнаружение катастрофически большого ничто, подтвердила версию о сбое. После пяти ложных срабатываний часть сенсоров отключили.
Николай сбежал к ясно различимой в темноте дороге, что привела к цели – задворкам одноэтажного бетонного домика караулки. Осторожно приблизился к матово-белому проему окна. Коснулся плечом нагретой солнцем стены и остановился.
Ударом приклада высадил окно и забросил внутрь ребристо-черный цилиндр гранаты. Загрохотала опрокидываемая мебель… Черно багровым заревом из окон выплеснулось пламя; здание содрогнулось, извергнув темные молнии осколков, нестерпимый грохот и вал сизого дыма.
Николай отпрянул в сторону, пытаясь уклониться от бетонного крошева. Завыла сирена.
На плацу послышались редкие крики. Патрульные покидали казармы и, с трудом подчиняясь командам растерянных офицеров, пробовали сориентироваться. Но видели только мерцавший факел КПП.
– Формируйте оборону, мать…!! – Крик офицера захлебнулся на половине, срезанный лучевыми нитями.
К бою подключились излучатели.
«Два залпа… пять залпов…», – отрешенно считал полковник Родан Дорби. Происходящее на экране системы наблюдения не укладывалось в понимании. Кто, зачем? Неизвестный противник атаковал комплекс настолько эффективно, что за считанные минуты смог пробиться к складам… Склады! Логическая цепочка – Адолоин, торговля оружием, гибель клана Ан Доора – молнией пробила разум полковника.
Лоб покрылся холодной испариной. Святые блюстители, он испугался не нападения, а последствий. Когда патруль расследует инцидент и в ходе следствия всплывут губительные для Родана факты, жизнь закончится…
– Выход… – Дорби заметался по ставшему тесным кабинету. Выход есть, но решиться прибегнуть к последней воле… Он колебался, с тревогой посматривая на мониторы. Очередная лучевая бойня и мелькание тел помогли определиться.
Набор команд, ввод личной код-карты… Скромное цифровое табло на офис-панели украсилось цифрой «30». Тридцать минут – отчет запущен и необратим. Где-то в глубине комплекса активировался спасительный ядерный заряд, который уничтожит следы. Аналитики ЦУКОБа останутся ни с чем.
– Пора убираться…. – Дорби нервно потер ладонь о ладонь. Опомнился, рванулся к двери…
Встреча с целью явилась для Охотника полным сюрпризом. Занимаясь погрузкой на транспорт контейнеров с аннигиляторами, он лишь мельком посматривал на створ ангара и вот результат – перебежка к очередной машине закончилась столкновением.
Двое – Рос и неизвестный десантник – ударились в лобовую. На мгновение замерли. Димп правым хуком опрокинул противника в нокаут и вернулся к погрузке. С расписанием он не ошибся – аннигиляторы и лазерные орудия готовы к транспортировке. Оставалось только запихнуть контейнеры на гравиперевозчики и переместить к летному полю, где четыре грузовых корабля дожидались своей очереди.
Он не успел преодолеть и половины расстояния до грузовозов, как пространство вокруг расцвело фиолетово-алыми кустами разрывов. Десантники собрались.
Болью толкнулась левая щека, секундное онемение сковало руку… Гарь. К собственному удивлению, Николай понял, что тлеют его волосы.
Огненной волной захлестнуло головной аппарат колонны. Подставив осколкам бронированные тылы, Николай переждал ураганный наплыв пламени, зафиксировал на прицеле очаги сопротивления и всадил туда с десяток зарядов.
Таймер ядерной установки отсчитал двенадцатиминутный барьер.
– Режим погрузки!
С досадной неторопливостью киберы приблизились к опаленным машинам. Николай спрыгнул на бетонку; в выборе корабля придется действовать наугад.
Возьмет ближний. У оставшихся посудин иная роль – дальний свободный полет, если он успеет запрограммировать кибер-штурманов.
Плану помешал полковник Дорби.
– Нет! – Родан оглянулся на неизвестного, возникшего в рубке. Несмотря на страх в голосе, потянулся за излучателем. Охотнику пришлось разоружать, укладывать на пол – терять драгоценное время.
– У меня деньги, связи, что угодно… – Родан напрягся и внезапно заорал: – Не смейте меня убивать!
– Дар Кор Рон. – Николай повернулся к автоматам. Закончил быстрый ввод данных и склонился над полковником: – Запомнили?
– Да.
– Повторите.
– Дар Кор Рон.
– Удачи на допросе.
Удар отправил Родана в забытье, а Николая – к выходу. Едва он рискнул высунуться из шлюза, бок хлестнуло энергетическое лезвие; два вторичных луча алыми линиями расчертили шлюзовую камеру. Патрульные упорствовали.
Раскаленными сгустками оплыл металл переборок, пробитые гидравлические системы наполнили мир резким свистом.
Николай кубарем прокатился по бетонке, извернулся, пропуская смерть…
Таймер разменял три минуты.
Спеша к транспорту, Охотник выругался: на поле возникли бэлмы – боевые лазерные модули. Двигались стремительно, под прикрытием энергетических щитов, расстреливали любой объект, не внесенный в реестр опознавания.
Отфутболенный попаданием Николай достиг судна гораздо быстрее, чем намеревался. Броня выдержала.
– Шевелись, железо! – Он ударился о кибера, копавшегося у аппарели. Карго-отсек принял их одновременно, плюс контейнер с грузом. Не став выяснять куда закатилась тара, Николай отдал команду на закрытие герметизационной створки. Борт корабля отозвался тяжелыми ударами.
Осталась минута.
Коридоры, переборки… Рубка. Падение в ложемент удалось процентов на семьдесят, включение корабельных систем – на девяносто. Боль мешала телу исполнять команды с точностью автомата, но для подготовки к старту навыков хватило.
Индикаторы готовности украсили пульт зелеными огнями; черно-багровыми тонами развернулся панорамный экран. С поля, к сокрытому дымом небу, безмолвными эллипсоидами возносились грузовозы – согласно программе, направлялись в пограничные сектора. УКОБ перехватит, но потратит ценный ресурс – время.
Метка.
Вид на летное поле заслонил ослепительно-белый свет. От неожиданности Николай рефлекторно врубил у судна планетарные двигатели… и не услышал знакомого гула. Рев кольцевого огненного вала растворил звуки. Препятствия на пути энергии точно взрывались изнутри, превращаясь в облака пыли, что накатывали волной.
Николай дернул рулевую колонку, и ускорение перебило дыхание. Он с трудом оторвался от спинки ложемента, повернул голову… Языки белесого огня, что выступили по краям обзорного экрана, настроения не прибавили.
Через миг ядерный шквал захватит корабль.
– Давай! – рявкнул димп. Штурвал завибрировал в руках…
Раскаленные газы, достигнув верхних слоев атмосферы, сменили белизну на грязновато-желтые оттенки. Различить отдельные детали в пылевом месиве невозможно – вплоть до момента, когда корабль, сверкая фиолетовыми клиньями энерговыхлопов, разорвал огненную пелену. Взрыв метнул следом протуберанец, но пламя лишь бессильно скользнул по борту.
Космос. Тысячи искр, сотни туманных завихрений и провалы тьмы.
Николай отпустил штурвал. Вырвался – груз под боком, маршрут задан, погони нет – аспекты победы. Он с трудом скинул истерзанную броню и похромал в грузовой отсек. Проверил товар. Не найдя к чему придраться, сунулся в медотсек и в холодном свете плафонов, под бдительным оком кибера, ощерившегося блеском игл, отдал ряд команд автоматике. Пора возвращаться к «Паоме», а грузовозу покинуть порт и переместиться в пустынную местность близ горных отрогов для принятия товара. На время полета можно забыться, благодарное тело оценит.
Скалы, угрюмые каньоны и бледно-желтое солнце в зените выглядели убого. Транспорт, вопреки предчувствиям, находился там, где полагалось, смутными контурами выступая из скальных теней. Антигравы мягко опустили захваченный корабль в тридцати метрах от фрахта. Дальнейшее задача техники – перегрузка контейнеров, топлива и беглое тестирование летных систем.
Мимолетный отдых завершился. Димп занял кресло пилота и медленно поднял судно к бархатисто-черному небу. Финальной точкой песчаную пустыню резанул очередной взрыв; на месте экспроприированного корабля возникла ярко-синяя полусфера.
Николай отвернулся от призрачного света экрана. Взрыв базы усложнил ситуацию. На всех оживленных трассах ЦУКОБ выставит крейсерские кордоны, введет протоколы усиленного патрулирования и тотального досмотра. Но он справится, цель все ближе.
Глава 6
Вовремя сделанный глоток пива преобразил мироздание. Бил в десятку, актуализировал и умиротворял. Холодная бутылка темного стекла, родной горьковатый привкус и неторопливое течение секунд скрасили день.
Николай примостился на основании лазерного орудия, конусом выступавшего из борта корабля, и осмотрел ангар. Двумя идеальными рядами выстроились двадцать машин. Отлаженные многострадальными автоматами двигатели, многократно протестированная электроника, развернутая система вооружения из аннигилятора и четырех орудий. Мечта, конфетка.
На монтаж у киберов ушло 4 месяца; довеском на флагмане развернули систему жизнеобеспечения. Дышать хотелось полной грудью.
Николай провел рукой по орудийному дулу. Металл источал силу – таил угрозу и предупреждение. Корабли с их электронными мозгами ждали идей касательно места будущей игры.
Николай бросил опустошенную бутылку на звук монотонного голоса. Возьмет или нет? Отчетливый щелчок вынудил повернуться – посмотреть на робота, который, не прерывая доклада, перехватил тару и пристроил подле девяти идентичных посудин. Не промахнулся ни разу…
Набитая чипами жестянка предпочла чистоту и неторопливый монолог – доклад о состоянии базы. На информации о запасах туалетной бумаги Николай сдался:
– Утомил! – Никакого эффекта. – Прервать программу.
Николай помрачнел. На миг охватили сомнения: зачем он здесь, во глубине галактики, на безликом астероиде – сидит, гадает, с чего начать забаву, и пересчитывает новенькие катера. Не легче ли раствориться в Средоточии. Выстроить произвольный спектр и обрести независимость от прошлого, стать кем-то иным…
Тэо.
Нечто светлое трепыхнулось внутри. Пропало, срезанное холодным порывом, рожденным за гранью… Закончить начатое – первостепенная задача. Многоликость Средоточия утомляла. Федерация не менее приятна в качестве игровой зоны.
Необходимо определиться – куда и зачем?
Чем проще, тем лучше, Федерация понимает только наглядность. Ее слабое место – благосостояние финансовых воротил, вершителей, на чьих закромах держится костяк союза. У большинства из них есть схожая черта – коллекционирование. Перья звездных династий, Черные кресты отрочества, Семь шагов в бездну, Цветок Ра – не счесть диковинок, пришедших из глубины веков. Никто из ценителей не афишировал коллекций, и только архивы ЦУКОБа содержали приблизительные списки владельцев прекрасного – согласно федеральным правилам сохранности исторических ценностей.
Николай решительно покинул орудийный лафет. Ответы найдены. Сборы и подготовка оборудования для экспедиции заняли час. Отработанная стартовая процедура опустошила ангар, вернула тишину. Двадцать кораблей стройной чередой преодолели шлюзовой тоннель и нырнули в метеоритный пояс, что лавиной сигналов обрушился на внешние скан-системы.
Димп лихорадочно считал данные с сопряженных навигаторов. Машинерия справлялась – не блестяще, но в пределах нормы. В отсутствие живого груза, который необходимо беречь, совершала рисковые маневры. Обманчивое кружево, сотканное из камней, хлесткими волнами затмевало экраны. Флагман лидировал – при ручном управлении. Исполнив сложный пируэт, первым прорвался к чистому бархату вселенной. Холодное сияние звезд, вековая пустота и никаких преград вплоть до нулевых секторов.
Корабли, чуть потускневшие после астероидного хаоса, выстроились боевым клином и устремились в марш-бросок. Размыли черноту пространства жемчужными тонами гиперперехода. До административной зоны Федерации 30 часов лета.
Девятый сектор, вопреки близости к центральным секторам, на удивление захолустное местечко. Три-четыре индустриальных гиганта – планеты класса F и россыпь мелких аграрных колоний. За глаза их обитателей так и называли – копатели. Социоаналитики терялись в догадках. Но провинции обладали полезным качеством – мизерной плотностью населения и транзитными пассажирскими линиями. Лайнеры крупных перевозчиков периодически останавливались в портах, где из всех достопримечательностей – песчано-травянистые равнины, кубы диспетчерских зданий и непредсказуемо различные небеса. Николай догадывался о причинах. Официально они приземлялись на дозаправку, неофициально – подбирали теневых воротил, чьи базы прятались в укромных уголках.
Он выбрал непритязательную колонию, в режиме невидимости опустил корабли в хитросплетения горных лабиринтов, задействовал голографический экран и выбрался на свежий воздух.
Горная прохлада, сдобренная водяной свежестью, наполнила легкие, утомленные кислородной смесью. Он осмотрел пустынные пейзажи – камни, островки мха вокруг и небольшая искристая речушка неподалеку. Подошел к воде, макнул пальцы. Холодная. Брызги крохотными алмазами усыпали кисть. Внутри пустота.
Он вернулся на флагман и покинул тело. Другая сторона ударила неожиданно сильно – впервые появилось ощущение тяги к тому, что Погонщик не пожелал называть. Крик затухал? Не к месту сомнения – пройдет, сколько удастся. Он призраком окунулся в неизвестный мир. Предполагаемый объект захвата – среднего достатка аграрий, уставший от рутины, с робкой тягой к путешествиям, – готовый вкусить благ цивилизации в тепличных условиях ближних секторов и доставить Охотника на пассажирскую линию, что пролегала близ ЦУКОБа.
Объект он нашел через час, но процесс неожиданно затянулся. Долгие сборы переросли в долгие проводы – со столами, забитыми нехитрой снедью, под куполом ночи, отмеченным лунным маревом и трепетом костров. Он сам удивился, когда за полночь удалось вырваться из цепких лап родственников и вовремя поспеть на галактический лайнер, смотревшийся нелепо на пустынном летном поле. Расцвеченное внутренней иллюминацией судно ярким айсбергом возносилось над приземистыми домами.
После короткой процедуры оформления и натянутых экивоков офицеров, принявших запоздалых пассажиров, он занял каюту и приготовился бдеть, укрепляя связь с носителем. Тем и занялся на ближайшие часы полета. Знакомая пафосная речь ЦУКОБовского рекламного ролика сорвала с койки и бросила к шлюзу – на встречу с ничуть не изменившимся лейтенантом Меллиганом.
Николай замедлил шаг в герметизационном переходнике, присмотрелся. Туманная дымка окутывала безопасника с его извечным приглашающим жестом и камнеподобным ликом – история повторялась и, видит небо, Охотник едва не поддался зову памяти. Он вернулся. И куда? В начало пути…
– Заходите. – Лейтенант проявил чудеса тактичности. «Копатель» мялся в привычной деревенской нерасторопности…
– Зайду, – кивнул Николай, проходя и устраиваясь в посадочной ячейке. – Ой, зайду…
– Простите?
– Советуюсь с предками, мы аграрии суеверны…
– А…
Этим коротким, слегка досадливым «а» начался полет. Злодейка память услужливо напомнила детали: молчание, легкое недомогание при стыковке, спуск в гражданский космопорт общего доступа… Суета сует, привычная толчея, как ностальгия. Хватит! Соорудив для носителя правдивую цепочку памяти, он покинул тело, проследовал знакомым маршрутом и увидел вербовочный пункт.
– Сука… – не сдержался. Нервы тряхнуло. Николай провел рукой по черной офис-стойке, за которой копошился Сид 107 – раскладывал бланки, готовясь к приему созданий, мечтавших о десантной славе.
Резким шагом Охотник двинулся к выходу. В приоритете информационный отдел и только… Встречным курсом, по коридору белым элегантным видением шествовала Симона Альрес; ее имя вспомнилось с трудом, кроясь на задворках памяти. Доктор, симпатичная женщина, подруга суровых охотничьих дней медленно брела в неизвестность, сопровождаемая перебинтованным десантником. Вела под локоток, берегла… На миг, когда ее и димпа разделяло несколько сантиметров, она вскинула взгляд и посмотрела на него – точно могла видеть призрачный образ. Задержала шаг.
Легкое удивление коснулось Николая. Он торопливо направился прочь. Не оглядывался, пусть позади слышен едва знакомый голос – прошлое в прошлом. В настоящем – информационные архивы Управления.
Темноватый зал информ-отдела обеспечил Роса сведущим носителем, приоритетным доступом к терминалам и, в сухом остатке, объемным списком любителей экзотических безделушек. Этап завершен. Возвращение к катерам в череде смены безликих тел прошло без осложнений, точно череда вспышек. Расположившись в привычной теснине рубки флагмана, Николай заварил сублимат кофе и изучил полученные списки. Слепой перебор электроники высветил первого кандидата.
Некто господин Зласт, владелец фармацевтического холдинга – интергалактической структуры, что правила системой Леман II, и планетой с одноименным названием. Рай для бизнеса и маленьких удовольствий, подкрепленных деньгами.
«Вольемся», – резюмировал Николай, готовясь к марш-броску. Курс проложен.
***
Пить… Вахтенный диспетчер контрольной орбитальной станции ненавязчиво придвинулся к серебристым завиткам кофейной дымки. Вчерашняя оргия заставила забыть о правилах. Похмельно-наркотический синдром – дело хитрое. Тусклое вечернее освещение и размеренный гул аппаратуры в безлюдной рубке, десятки обзорных экранов с видом на чернь космоса только усугубляли ситуацию.
Пить.
Приятели, техники арктурианцы, советовали приберечь опохмелку. Он проигнорировал, а в результате уже седьмую минуту тянется к омерзительно дорогому импортному кофе.
Горячей струйкой кофейный напиток обжог гортань. В голове прояснилось… и диспетчер не поверил глазам: на радаре изумрудными точками возник строй кораблей. Расплескав питье, вахтенный на кресле подъехал к центральному визор-экрану. Челюсть поползла вниз: звездный фон разбавили неизвестные боевые катера, что смотрелись неприятно. Он и не видел таких никогда…
Диспетчер потянулся к снятой микрофонной дужке и опоздал; сигнал вызова пронзительной трелью разорвал пустоту зала.
Охотник нетерпеливо щелкнул по приборной панели. Вызов не принимали. Зеленовато-голубой шар планеты четким рельефом плыл в обрамлении звезд, создавал фон для орбитальной станции, подкрашенной матовыми бликами света. Контрольный пункт, причал, перевалочная база, ремонтный док – далеко неполный функционал технократического чуда. С планеты к станции белесыми кометами устремились пять челноков. Насыщенная жизнь, но связь мертва.
– Динь дон… – Николай не договорил. Передатчик высветил на дисплее бледное мужское лицо. – Сорвало что ли?
– Идентифицируйте себя, – неуверенно, с оттенком паники объявил вахтенный.
– Хм. – Димп задумался. – Ну, есть хорошие парни, а есть плохие. Я вот плохой. Зласта знаешь?
– Да.
– Дар Кор Рон предлагает товарищу Зласту через тридцать стандартных минут явиться к первому посадочному сектору центрального космопорта и предоставить в безвременное пользование Эддалу эль Таагу. Угрозы пропущу. – Охотник кивнул. – Время пошло.
– Но…
Связь прервалась. Ни к чему выслушивать суетливый набор фраз от постороннего лица. Диспетчер – никто и роль у него мизерная – запустить процесс.
Радар тонко пискнул, давая знать об изменениях в пространстве. Атмосферную дымку рассекли три десятка остроносых тактических истребителей. Среагировали оперативно, но… Столь малое число? При некотором размышлении Николай объяснил их количество внезапностью нападения.
Он запустил сценарий противостояния.
Обзорный экран распался на тактические фрагменты, которые доли секунды показывали строй противника. Полусферу фиолетовых звезд с черными сердцевинами корпусов в лобовой атаке – шли по учебнику. Серия команд разбросала катера по десятикилометровому периметру, чем дезориентировала противника. Хаотичность маневра не вписывалась в концепцию правильной обороны, служа доказательством некомпетентности.
Пилоты обоснованно решили, что преимущество в массированном нападении. Отточенный боевой разворот с полным опрокидыванием на борт, стабилизация курса и две цели легли в рамки электронных прицелов. Дрогнули в порталах орудийные стволы, боеголовки явили космосу хищный лик…
Чистое, привычное совершенство. Николай удовлетворенно вздохнул; подопечные машины исполнили невероятное и развернулись с перегрузкой, губительной для человеческих форм. Молниями прянули к ряду истребителей и, встав на ребро, проскользнули меж аппаратов противника. Скорость ответной контратаки заставила пилотов действовать подсознательно и восемь из тридцати кораблей изменили курс. Дали залп, ослепительными клинками пропоровший напарников.