![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vremya-imen-si-372036.jpg)
Текст книги "Время Имен (СИ)"
Автор книги: Алексей Ар
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)
– Зачем вам я?
– Поговорим об этом завтра, идет? Кстати, будешь уходить загляни к снабженцам; ЦУКОБ прислал твои вещи. – Гранатов несколько смутился. И для чего-то пояснил: – Эта их служебная волокита… Я посылал запрос давно.
– Разрешите идти?
– Иди.
Обратная дорога показалась несравненно легче. Коридоры; рабочая толчея, кипевшая на всех уровнях; вопросы по неохватному числу проблем… Суета, повседневная жизнь, гарантировавшая незаметность отдельно взятого субъекта в общей массе.
Никем не узнанный, не различимый за целеустремленно-деловыми манерами Николай достиг «запасника», как окрестили в Управлении отдел снабжения. Там без особых восторгов свернул в хранилище, препорученное автоматам, и мгновенно оказался в царстве холодного электрического света, особенно неприятного в полном безмолвии секции. Не мудрено: человеческий разум свободной планеты избегал рутинных обязанностей, с которыми могла справиться электроника.
– Введите код, пожалуйста, – пробасил одно-функциональный кибер за стойкой выдачи.
Николай механически исполнил требование, чтобы спустя минуту получить из люка доставки контейнер размером с дипломатический кейс. Не густо – он с трудом, по волчьи усмехнулся. Вся его жизнь уместилась в маленьком ящике, не прибавить, не отнять. Он двигался налегке… Всегда. Интересно, с чем ему удалось закончить страницу ЦУКОБовских реалий? Память не содержала никаких примечательных сведений.
Подчиняясь владельцу, контейнер раскрылся металлическими лепестками. Одну за другой Николай вынимал из него вещи и складывал тут же – в непробиваемом одиночестве автоматизированного зала. Статуэтка Ракха – изъеденная песком, почерневшая и в целом бесформенная. Как и всякий след древних сейю ее нашли посреди раскаленной пустыни, на постаменте из каменного дерева – только ее и более ничего. Глупцы утверждали, что это мистификация… Печатное, уже потрепанное издание с броским заголовком «Расслабься!». Безделушки, вроде коллекции брелоков; зубная щетка со сломанной ручкой; комплект белья; репродукция картины Вито Острова «Поле» и… Охотник забыл выдохнуть. Кассета – до боли знакомая. Он никогда, до поступления в ЦУКОБ, не расставался с ней.
– Вот ты где. – В его руках кассета показалась хрупкой декорацией. Он неохотно положил ее на пол… И одним ударом раскрошил на сотню осколков. Жалобно шелестя, откатилась прочь катушка, протянув за собой узкую коричневую полоску. Ушла туда, где чуть ранее поселились Мегос, СЕВС и еще тысячи подобных имен.
– До встречи, – процедил Николай.
Запихнув имущество обратно в контейнер, он с грузом наперевес устремился к открытому пространству улицы. Три минуты потребовалось на то, чтобы избавиться от давящих стен, проскочить центральный портал и окунуться в теплые потоки пряного воздуха. Он дышал – вбирал легкими чистоту и попутно наблюдал за успокоительным раскачиванием древесных крон, что маятниками бороздили синеву, искрившуюся флайтами… Далее их сменили образы, которых Николай упорно старался избегать. Электрическими покалываниями накрыла теплая волна, за ней явилось ощущение неизбежности предопределенного…
Эдэя.
Но не одна. К ее спектру примешивалось что-то новое, похожее на нее и одновременно другое. Узнать, что именно, Охотник не торопился. За его спиной мялась наименее желанная, с точки зрения встречи, родственница. Ей и флаг…
– Привет, Ник, – тихо сказала она. А голосок-то не изменился – все такой же чарующий, богатый интонациями.
– Мам, кто это?
Девочка, лет пяти – определился димп. Новое дополнение реальности – удивительно большое по обывательским меркам. Любопытно, когда Эдэя успела не просто обзавестись ребенком, но еще и взрастить оного до пяти лет? Хотя чему удивляться; скорость темпоральных потоков различных лучей Средоточия порой отличалась, как небо и земля.
– Мам, я ведь спросила…
– Девочка… вот… – Эдэя говорила почти шепотом.
– Поздравляю. – Николай так и не обернулся. Прижимая к груди контейнер, смотрел на божью коровку, оккупировавшую ребро тары, и считал. По истечению первого десятка красное в синюю точку пятнышко, как положено, унеслось в небо, чем и сдвинуло Охотника с места. Он удалялся, слыша за собой настойчивые требования: «Ну, мама».
Разговора не случится.
День обещал быть затяжным.
***
Трель визит-сигнала. Вторая трель… И третья, самая продолжительная. Кому-то не терпелось попасть внутрь росовской квартиры.
Николай рывком сел на постели, проследил за сползанием на пол темно-зеленого одеяла и частично проснулся – выплыл из черноты ровно настолько, чтобы мутноватым взглядом обвести пустые малахитовые стены и увидеть под потолком электронное табло часов.
8:15.
Утро очередного дня. И абсолютная сумятица в мыслях. Какого хрена он делал вчера? Димп мотнул головой, стряхивая остатки сна и вспоминая. По приходу домой перекусил, врубил акустику и занялся уборкой, заключавшейся в планомерном уничтожении интерьера комнат. Из этого процесса он запомнил только надсадное гудение давившегося утилизатора…
Одев штаны, проковылял на кухню. Поморщился при надсадном пиликании нового сигнала и облегченно перевел дух. Стол на кухне сохранен в первозданной неприкосновенности. Сохранились и кухонные агрегаты. В остальном… Стало намного просторнее.
– Здесь я, здесь. – Он открыл дверь на лестничную площадку, где затененный светом, бьющим в окна, томился Гранатов. При параде: форма, выправка, ничего лишнего… Кроме легкого недовольства. – Заходите. Не располагайтесь.
– Смешно. – Мар решительно ступил в прихожую. Изучил однообразную мимику заспанного Охотника и усмехнулся: – Чересчур аскетичная обстановка, не находишь?
– Вазу хочу прикупить, – буркнул Николай, отступая в кухонный блеск. Пол неприятно холодил ноги, заставляя искать пристанища… Но стул подождет; гораздо интереснее наблюдать за руками УКОБовца, тискавшими давешнюю папку. – Чаю, кофе?
– Я при исполнении. – Судя по глазам, Мар пошутил. – У тебя найдется мобильный компьютер?
– Вряд ли. – Николай смотрел за появлением на обеденном столе бланков, снимков, кристалл-отчетов… Гранатов их стремительно разделял: печатные документы в одну сторону, иные носители – в другую. Покончив с сортировкой, первую стопку подвинул Охотнику.
– Прислали из ЦУКОБа. Читай, я поясню. – Он расстегнул вверх мундира. И мысленно попросил десантных богов об успехе задуманного. – Времена не самые простые, Ник. Враги множатся, проблема сменяет проблему и не продохнуть… Но то лирика, не хмурься. Неизвестный противник планомерно уничтожает стратегически важные федеральные объекты, а мы не в состоянии противостоять.
– Не строится. – Николай уставился на отчет аналитиков, с ярко-красным резюме в графе «вероятностный прогноз». – Смахивает на шутку.
– К сожалению, нет. Ты читай, читай… Враг начал с приграничных секторов: система Ардора – планетарный комплекс по производству ракетного топлива; Ор’та-Норг – оружейные заводы; Криста – форт-поселение… Полный список в файлах, но…
– Но у меня нет компьютера, – согласился Николай. – Бумага надежней. – Он щелкнул пальцем по секторальной карте уничтоженных объектов. – Кто составил?
– Центр.
– Чушь, – хмыкнул Николай. Четкий спиральный рисунок перед ним не вызывал сомнений: враг действовал до идиотизма правильно. Согласно галактической формации, начал с окраин Федерации и планомерно продвигался к центру – административному ядру. – Следующий объект Фардорра. Сто третий сектор, ведомство оборонщиков.
– Да. – Гранатов склонился над картой. – Фардорра в нашей юрисдикции, но информация о ней ограничена. Военные решили наладить в системе комплекс верфей и вынуждено допустили к объектам простых смертных: рабочих, служащих, предпринимателей, которые создали на планете пригодные условия труда. Мало-помалу Фардорра из секретной зоны превратилась в сеть крупных городов закрытого типа…
– Поучительная лекция, – объявил Николай. – Итак, вы знаете цель.
– Именно. – Гранатов почесал подбородок. – Походит на спектакль, верно… Сперва мы не поверили, а когда поняли, что с нами не шутят, развернули императив «Блок» – специализированный театр оперативных действий. Накрыли Кристу столь плотным колпаком, что могли проследить за полетом отдельных электронов в чьей-нибудь заднице. Понагнали флот, гвардейские части…
– И не смогли, – закончил Николай. Коснулся снимков, запечатлевших развалины. Из вежливости спросил: – Подробности?
– Файл 18–94. Если кратко, то в 17:00, когда мы, образно говоря, сняли предохранители, комбинированная энергетическая волна разнесла город, и тех, кто не успел эвакуироваться. Мы только глазами хлопали. Понимаешь, космос чист на многие парсеки, рядом сипит простуженный пилот, а внизу без видимой причины рушатся здания, расползаются тела…
– Я знаю теорию. – Николай секунду поколдовал над бытовым синтезатором. Добыл холодного яблочного сока, отхлебнул половину бокала и довольно кивнул: – Источник излучения?
– Неизвестен. Удар накрыл форт куполом, с пиковой интенсивностью в геометрическом центре поселения.
– А что в центре?
– Здание филиала компании «Ордон». Центральный планетарный офис. Мы проверили, устроили досмотр персонала; результаты нулевые. Но в 17:00 форт перестал существовать.
– И через пять дней та же участь постигнет Фардорру. – Николай поморщился. У него возникало странное чувство, события ускорялись, приближая пропасть – стремительное падение навстречу мгле. Бешено стонал ветер, ломая реальность… – Повторю вопрос, зачем вам я?
– Давай по порядку. Атакуемые планеты находились в био-сканирующем поле. Ты в курсе возможностей?
– Вы могли отследить каждого биологически активного индивидуума.
– Да. – Мар готов был просверлить в Охотнике, изучавшем заоконные дали, дыру размером с блюдце. – Мы считали их! С пятисекундным интервалом. В момент удара полученное число всегда уменьшалось на единицу…
– Один из участников пропадал.
– В том-то и дело, мы проверяли всех. УКОБовские аналитики и психологи не безупречны…
– И что они постановили?
– Исчезнувшие подверглись ментальному программированию. После выполнения задачи ликвидировались. Только на что их программировали никто сказать не может.
– Или это обманка, чтобы запутать вас. – Николай полностью сосредоточился на окне. За стеклом мирным видением проплыл флайт с привязанным розовым воздушным шариком. Совпадений не бывает: Т’хар уготовил родственнику встречу с демонами, владеющими гипнозом, УКОБовец ведет речь о ментальной атаке… Понять бы в чем смысл.
– Вероятно. – Мар собрал документы. – УКОБ задействовал на Фардорре СР-27.
– Спецрезерв, – хмыкнул Николай. Он слышал о них. В противоположность Элите они всегда оставались в тени, появляясь на сцене лишь в экстренных случаях. Неизвестные, неучтенные – трепетные сгустки утреннего тумана, о которых не подозревало общество.
– И чем примечателен наш СР? – полюбопытствовал димп, возвращаясь к оконному натюрморту. Сок закончился.
– Он способен противостоять пси-воздействию. Обладает сильным потенциалом к ментоатаке… Но необходимо прикрытие.
– СР не работают в паре. И вы изумительно уклоняетесь от ответа. У ЦУКОБа достаточно спецов, готовых справиться с ролью. А вы нагружаете меня…
– Я бы не торопился с выводами. – Улыбка Гранатова не предвещала Росу ничего хорошего. – По задумке, СР в образе социнспектора полагалось навестить Фардорру, из первых рядов узнать, что за хрень происходит.
– А потом в 17:00 отбыть в ад, так что ли?
– Разумеется, нет… – Гранатов откашлялся. – Ты согласен?
– Причины, Мар, причины…
Вид у Гранатова стал чуть оптимистичнее:
– Загибай пальцы. В моем ведомстве у тебя единственного подготовка соответствует уровню СР. Ты свободен, чего нельзя сказать о моих людях… В данный момент ЦУКОБ переживает не самые лучшие времена. – Последовала пауза. – Ты слышал о Дар Кор Роне?
– Поверхностно.
– Не поверишь, но он превратил Управление в груду сплавленных обломков. Мотивов ноль….
– Возможно, стоило просто спросить его… – Николай разглядел среди ветвей дерева юркую мартышку.
– Бредишь? – Гранатов махнул рукой. – Растоптал бы и не заметил.
– Заметил, – не поворачивая головы, возразил димп. – Вы крупный мужчина.
– А… – Мар запнулся. – Свободных оперативников нет. Следишь за мыслью?
– Да. И пока ваши причины меня не удовлетворяют.
– Знаю. – Гранатов сунул руку в папку. Через мгновение на стол легли два голографических фото: смазанные очертания неизвестного корабля и восстановленная по ним модель судна. – Главная причина. Узнаешь?
Николай моргнул. Еще разок. Изображение крейсера над горбом коричневато-зеленой планеты показалось смутно знакомым. Вспомнить – заученным усилием подхлестнуть память; сосредоточиться на цепочках обратных воспоминаний и погрузиться вглубь… Он возвращался с Альфа-Омердаг, когда три неопознанных корабля атаковали его катер. Форма та же – до мелочей. Он наяву увидел их хищный рывок, затем распадавшиеся корпуса, чехарду переборок, синие тела…
Загадочный Враг, охотившийся на димпа.
Хоор?
Николай окаменел. Посмотрел на Гранатова… Мужчина невольно поежился, таким холодом повеяло от собеседника. В черных, подернутых корочкой льда, глазах мелькнули алые искры. «Показалось». – Гранатов тщательно застегнул воротник. Легкий дискомфорт коснулся сознания: он хотел быть, где угодно, но только не здесь – в обманчиво пустой кухне.
– Задание мое. – Николай сам удивился своим словам. – Откуда снимок?
– Первая цель. Единственный неучтенный корабль – вынырнул из ниоткуда и мгновенно исчез. Спасибо техникам – успели щелкнуть. В архивах ЦУКОБа подобный конструкт фигурировал лишь однажды – с твоей подачи.
– И вы решили, что таких совпадений не бывает. Я прибыл на удивление вовремя, а теперь еще и вокруг Эдэи кружить не буду…
– Забавно, верно? – Гранатов встал. – Жду тебя в тирском космопорту у служебного терминала, сегодня в 15:00.
– Давно хотел спросить… Почему вы занимаетесь мною лично?
– Другим ты не по зубам. – Немного погодя, уже на пороге, Мар с усмешкой добавил: – Инспектор.
– У вас бедная фантазия, – констатировал Николай.
– Вводная закончена, майор. – УКОБовец отступил к подъемнику.
– Полагаю, детали я узнаю в 15:00?
– Даже в 15:30.
На том беседа прервалась. Гранатов скрылся в шахте, оставив димпа наедине с тысячью гипотез. Мир в очередной раз поднялся на дыбы. Но Николай чувствовал – ответственный за свистопляску все ближе.
Глава 19
Пятнадцать часов тридцать минут.
Бар назывался замысловато «Трапезный барьер» и по содержанию не представлял ничего интересного. Одно из тысяч стандартных мест, где утомленный работяга мог набить желудок бесхитростной пищей и пропустить стаканчик безалкогольного напитка. Единственное, что отличало бар от подобных заведений – расположение. Зона ограниченного доступа, километровой секцией оккупировавшая часть спутникового кольца Земли, – исключительно для персонала УКОБа и подведомственных структур. У стойки Николай разглядел троих ремонтников, пятерых гражданских-кабинетчиков… Скучноватый рисунок.
Фиолетовым отблеском, переданным обзорным экраном, на столики лег старт очередного корабля…
«Четырнадцатый», – отметил Николай, придвигая к себе салатницу. Глупо терять драгоценные минуты на пустое ожидание, если обходительность автоматики позволяла насытить желудок. Несомненный плюс к нудноватой действительности.
Встреченный Гранатовым в тирском космопорту Охотник уже через несколько минут испытал полный комплекс радостей челночного перелета. По словам Мара выходило, что СР-27, сопровождаемый Атратом, найдет их в баре, откуда – после предварительного знакомства – новоявленные инспектора перейдут на спецборт и отбудут к Фардорре. Отменная расторопность. Но нюансов не счесть – солонка отказывалась находиться.
Игнорируя скептически приподнятую бровь Гранатова, Николай попытался разобраться с пультом… Не успел: вспышкой интереса накрыло появление в зале колоритной пары. Мимо столиков; усталых, разудалых, деловых спин посетителей шествовал хольгон. За пропасть минувшего он если и изменился, то самую малость. Движения скупы, тело наполнено силой; укрытые надбровными дугами пуговки глаз так же эстетично дополняли грушеобразный нос… Николай переключился на спутника Атрата.
Через секунду досадливо повернулся к невозмутимому Гранатову. Прозвище «Бегунок» вслух не прозвучало, но достаточно оценить мимику УКОБовца, чтобы убедиться в преднамеренности действа. За хольгоном изящно выступала женщина, укутанная в плащ; волны ткани обрисовывали ее фигуру заманчивыми частями: плечо, бедро, идеальная округлость груди… Жаль из-под капюшона виднелся только правильный, миниатюрный подбородок…
Николай вплотную занялся горячим. Звякнул подвигаемый табурет.
– Мирного космоса, – развеял замешательство Атрат. Профессия обязывала.
Николай на секунду оставил еду, посмотрел в янтарные глаза дамы, прикрытые пышными локонами цвета темной меди, и кивнул:
– Драсте.
– Рад встрече, – эхом подхватил Мар.
– Сэм, – без обиняков представил Атрат подопечную. Та сосредоточенно наблюдала за размеренной траекторией охотничьей ложки. Осознав, что ей не уделяют должного внимания, резко побледнела.
Удар. Обруч, стиснувший виски… Знакомые компоненты.
Николай с усилием загнал кусок тунца в правильное горло. Вкуса нет, но и боли тоже, что радовало в контексте. Иммунитет к пси-воздействию долговечен – спонтанная проверка пройдена. Чуток подумав, он приоткрыл в разуме крохотную лазейку. Немедля туда рванулась чужая воля…
«Лицом в тарелку!»
Гранатов удивленно приподнялся. Происходило что-то внеплановое, требовавшее команды на прекращение. Он вознамерился произнести необходимые слова, но затянувшееся молчание прервал димп. Тщательно протерев тарелку корочкой хлеба и проглотив последнюю, он с размаху приник лбом к очищенному пластику.
– Сэм, – очнулся Атрат.
– Он нагл, – бархатистым контральто сказала женщина. Но легкого приступа растерянности не избежала: человек сопротивлялся… и проиграл. Определенно проиграл – никаких сомнений.
– Он так-то твой напарник, – напомнил хольгон.
– Мне не нужна помощь. Эсеры работают одни.
– Приказы не обсуждаются. – Атрат преисполнился ледяной твердости. Вразумлять подчиненных он умел; Охотник помнил.
– Ник Рос, – представил спутника Гранатов. – Ведущий специалист КОМСКа и мой оперативник. Рекомендации превосходные.
Сэм фыркнула. Неисповедимы пути Средоточия. Экстра-воин, подготовленный для решения неразрешимых задач, оставался женщиной – красивой, знающей себе цену. Где-то под тоннами брони резвилось ее сердце… Николай пожал плечами. Плевать.
– Рос… – Эсер задумалась. – Рос, рос и не вырос, да?
– Сэм, – в унисон ответил Охотник. – А почему не восэм? Не доедала, что ли?
– Хватит! – почти одновременно рявкнули УКОБовские чины.
Гранатов продолжил:
– Док 17-МТ2, бот в вашем распоряжении. Связь по линии КОМСКа, плюс передатчики системного радиуса действия для экстренного вызова. Остальное узнаете из корабельного компьютера. Выполняйте.
– Подтверждаю, – кивнул Атрат.
Не обмолвившись и полусловом, Охотник с леди покинули бриллиантовые переливы зала. Ратуя за профессионализм, временно прекратили конфликт индивидуальностей и выдвинулись к посадочной зоне. Димп с легкой толикой раздражения изучал спину напарницы, шествовавшей перед ним. Раз за разом спрашивал себя: «Зачем?». Ситуация балансировала на грани злости, когда один лишний взгляд мог привести к неприятным последствиям. Слишком резкий переход, минимум подготовки и непредсказуемая компания.
Тоннель переходника, озаряемого стартовыми вспышками и огоньками спутниковых маяков, перекроил мысли. Впереди услужливо белел люк инспекционного бота, чьи формы размытыми линиями просматривались за полупрозрачными стенами.
Хорош аппарат – оценил корабль Николай. Ступив внутрь шлюза, по привычке метнул руку к пульту…и коснулся пальцев СР, опередившей напарника. Агент распределила роли ведомого и ведущего, но есть и бонусы. Вторые партии предполагают меньше ответственности. В ответ на недоуменный взгляд женщины он поднял руки в успокаивающем жесте. Кивком указал на подъемник к рубке. Медлить не следовало.
– Норма. – На мостике Сэм деловито осмотрела пульт, ложементы пилота-штурмана, развернутые к чреву командного подъемника, и два объемистых кейса, серебристой нелепостью приткнувшиеся посреди отсека – у маршевых контроллеров. – Полагаю, наша амуниция…
Женщина деловито устроилась в капитанском кресле и объявила:
– Распакуй багаж. – Ее пальцы занялись сенсорами комплекса связи. Через несколько секунд на экране появилось лицо УКОБовского диспетчера, что означало близкий старт.
Николай подхватил кейс с ярлычком «Рос».
– Минуточку… – Сэм повернулась к удалявшемуся Охотнику. – Ничего не забыл?
– Нет. – Он улыбнулся и обстоятельно вдавил кнопку, символизирующую жилой уровень. Створки подъемника плавно закрылись, отрезав эсер от потенциальной жертвы.
Диспетчер удивился, диспетчер выразил легкое нетерпение – у него четыре транспортника на векторе выхода… Николай покинул негостеприимную кабину и попытался сориентироваться в разветвлениях коммуникационной сети. Личные каюты экипажа дальше по коридору… Или нет? Слишком долго он не летал на малотоннажных; не мудрено и забыть планировку.
Ему повезло. Спустя десяток минут он разыскал то, что представлялось благоустроенной конурой – размер четыре на два метра, теоретически пригодна для жилья. Столик, вещевой бокс, откидная кровать и утопленный в стене овал зеркала, с приклеенной оберткой от конфет «Даяна». Когда-то сюда заходили люди – в обетованную каюту обетованного бота. И он не посрамит – разберет вещи, переоденется в служебное, лишнее запихнет в шкаф.
Николай осмотрел себя в зеркале и пессимистично хмыкнул – следовало ожидать. Гранатов со товарищи озаботились легендой – подсунули в меру потертую безразмерную униформу, что придала димпу образ бюрократа, погрязшего в безрадостном мире скупых цифр и отчетов. Но сожаления – пустая трата сил и нервов, коих немного в перипетиях настоящего. Исполненный смирения он покинул каюту с тем, чтобы вернуться на мостик.
Где-то на полпути, в прямой видимости от шахты транспортера, Охотник испытал ни с чем не сравнимое чувство резкого ухода в гиперпространство.
Желудок, бунтуя, покинул предназначенное место, вознамерившись глянуть на то, как невидимая рука швыряет хозяина к стене и грозится пробить им трафаретный контур в переборке… Смягчив удар руками, он ощутимо приник боком к стеновой тверди и задохнулся. Воздух раскаленным шаром улетучился из легких, алым маревом плеснуло в глаза…
Стартовать с подобной перегрузкой на оживленных планетарных трассах равносильно самоубийству. Чертова истеричка, подготовленная неизвестно кем.
Цепляясь за стену, Николай в противовес жалобному дребезгу органов распрямил согнутое болью тело. СР не просто испытывала напарника, она фанатела от простановки акцентов – кто есть кто. Великая магия субординации…
Охотник подобрался: выход на маршевый участок нивелирует неприятные аспекты путешествия и позволит достичь рубки в состоянии близком к нормальному. Горьковатый привкус во рту и дрожь в коленях – пустяки, по сравнению с возможностью отблагодарить напарницу.
Димп замер на пороге командного отсека, глотая заготовленные дифирамбы. Перед ним территория Порядка – блеск кожухов, отдраенный пол и образцовое поведение техники, запрограммированной Сэм. Куда не глянь – везде норма. Пульт переливался огнями исправной работы; жемчужные вихри броска штатно омывали параболический экран; невнятно бормотала Сэм… Присела на корточки подле открытого кейса и перебирала снаряжение, демонстрируя исключительно отрицательные эмоции.
Появление Охотника только ухудшило ситуацию:
– Где тебя носило?
– Внизу, – честно признался Николай. – Ты славно потрудилась.
Лишние слова. По брошенному исподлобья взгляду Николай понял, что контакт не состоится. Леди стиснула ручку кейса и встала:
– За пульт, майор. В случае чего, ищите меня на камбузе.
– На кой? Корабль в автоматическом режиме…
Перед ним мгновенно вырос изящный боевой силуэт. Янтарные иглы глаз пробили черноту охотничьих зрачков… Дыхание – тщательно контролируемое – било теплотой и мятным привкусом. Образец женщины с терпкой экзотической аурой. Леди знала, как пользоваться привлекательностью – оружием, не уступавшим рукопашному бою.
Николай в знак удивления приподнял брови. Он сама милота, которой невдомек, отчего взбрыкнула спутница.
– Давай объяснимся. – Леди приблизилась к димпу вплотную. Он сдержал порыв отстраниться, принял, как должное, холодные токи в душе. Ранее в голове зародились бы сотни видений: ужин при свечах, тихая музыка, взаимное раздевание – сперва глазами, потом чем придется…
Взгляда он не отвел. Средоточие щедро на испытания.
– Объясняй.
– Не досаждай. – Сэм глубоко вздохнула. Невероятный факт: она теряла хваленное самообладание. – Ты прикрытие, так что будь любезен: не пересекай границы роли. Я занимаюсь аналитической и боевой, ты – формально-технической стороной дела. Инспекторам не место на передовой. Они не подготовлены, но амбициозны. Это проблема.
– Полностью с тобой согласен, – закивал Николай.
– Нельзя разделять командование, – рыкнула женщина.
– С языка… – Николай отшатнулся. Молния выпада СР устремилась по восходящей и… скончалась в элитарном захвате.
Леди недоуменно хмыкнула. У Роса отменная реакция, что можно использовать. Но по итогу, социнспектор не чета эсеру. Его задача создать ширму – выполнить технический минимум и не сорвать операцию. Шансы есть – он подчинился и устроился за пультом, без затяжной пикировки. С победным блеском меж ресниц Сэм отступила к подъемнику. Раунд выигран – достойный старт…
Николай спиной ощутил бескомпромиссный уход дамы. Как говорится, с возу ушла… Дверные створки закрылись с легким шипением, тихой рассыпчатой дробью смягчил пустоту мостика затерянный в электронике прибор. И более ничего – равномерное гудение аппаратуры воспринималось за тишину, что гармонировало с неброским освещением, полумраком углов и одиночеством. Голубовато-зеленые пульсации экранов подстегивали мысль.
Николай расслабленно обмяк в кресле. Навстречу летела круговерть вселенной, предлагая подумать. Неплохо бы изучить детали задания, но СР…
Палуба взорвалась глухим перестуком. Рубку посетила искомая персона. Безмолвно достигла второго ложемента, обстоятельно устроилась, придвинула терминал компьютера и всецело углубилась в изучение данных, собранных УКОБом. Чувствовался легкий флер позерства – от Сэм исходили токи интереса к охотничьей личности. Но углубляться в анализ он не стал.
– Твое мнение? – Сэм кивком указала на дисплей. Профессионализм ее интереса не вызывал сомнений. – Я задала вопрос, майор.
– Я слышал. – Николай сел прямо. Потер челюсть в преддверии ответа. – С формально-технической точки зрения…
– Ашрун! – взорвалась СР.
– Не соглашусь, – возразил Охотник. – Ты прям крест поставила, прям нечистотами залила… Но спорить не буду, ты лидер. Главное, не забудь поставить меня в известность, когда вляпаемся.
Он бодро покинул глубину кресла. Игр «мальчики-девочки» на сегодня достаточно. В личной каюте – покой и отсутствие проблем. Здоровый сон, что позволит скоротать время.
***
Черный клин отточенным лезвием рассек белое марево.
– Прибыли, – нещадно раздалось из интеркома, установленного подле кровати. Дизайнеры каюты явно консультировались с кем-то из офицерского состава: любой звук, переданный с мостика, бил спавшего внушительным количеством децибелов. Будь добр сорваться и бежать, по пути определяя куда и зачем.
Выбитый криком из постели Николай перекатился на пол… и на корню истребил потребность бессознательно устремиться на зов Сэм. Он предпочтет неспешные сборы, перебиваемые зевками, и обстоятельное путешествие – от миниатюрной лежанки до рубки, куда прибудет спустя пять минут.
Сэм травмировала и за меньшее. Не оборачиваясь, процедила Охотнику, возникшему где-то позади:
– Пока ты собирался, нас могли прикончить.
– Но не прикончили… – Николай посмотрел на обзорный экран, разделенный черным женским силуэтом, и прикусил язык. Их действительно могли убить – разными способами, доступными умельцам Управления.
Они достигли отправной точки следствия – Фардорры, что желтоватым шаром повисла в пространстве… Редкие вкрапления звезд, газовые клочья, отброшенные в бесконечность, неяркие красноватые пульсации местного светила и корабли – десятки, сотни кораблей, стоявших на орбитальном приколе или же тусклыми искрами разлетавшихся в безвестных направлениях. Первыми заведовал УКОБ и департамент обороны, вторыми – гражданские пилоты, искавшие спасения
Паника. Хаос. Столпотворение у военных заслонов.
Ни Управление, ни штабное командование не желали упускать из сетей безопасности потенциального противника. С присущей основательностью, методично отлавливали беглецов – задействовали наличный парк десантных катеров, обеспеченный семью линкорами и двенадцатью тяжелыми крейсерами, не считая вспомогательных судов. Система кипела.
– Как в день благотворительности. – Николай упал в кресло.
Пристроив походную амуницию у ног, мельком изучил стрелы десантных транспортов и переключил внимание на более крупные суда. Ощерившиеся вооружением глыбы дрейфовали по желтому лику Фардорры, создавая грозный образ Федеральной мощи. Инспекционный бот заметили не сразу – грубоватый запрос пришел через минуту. Оборонщики выказали удивление: никто в здравом уме не летел к эпицентру намечавшейся катастрофы. Посланников земного ведомства КОМСКа спасло своевременное вмешательство командования УКОБа.
– Полетный коридор 12 секунд, по маяку, – холодно закончилась беседа, напоминавшая допрос. Понять служивых не трудно: десантникам и гвардейцам, помимо общей эвакуации собственников, уцепившихся за планету, придется спасать еще и ненормальных инспекторов.
– Конец связи, – отозвалась Сэм. Зафиксировала приборами посадочный сигнал и кивнула Охотнику: – Посмотрим, на что ты годен.
Николай ухватился за дубль-штурвал. Неожиданность передачи управления с лихвой компенсировало привычное ощущение поведения корабля. Прохладные удобные рукояти; тест-мониторинг систем… Планетарная поверхность, разраставшаяся в местность, изъеденную коррозией: дюны, ряды кустарника, присыпанного песком, скальные морщины и темное пятно столичного города – фабрики…
Сэм прищурилась, меряя спутника оценивающим взглядом. Он неплох, держит ровно… Жаль, штабник.
– Упали. – Николай активировал выпуск опорных стоек. Усилил накачку антигравов… Их крепко тряхнуло на финише – димп не рассчитал дистанцию и удостоился незабываемой усмешки леди.