Текст книги "Первая кампания (СИ)"

Автор книги: Алексей Александров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

Такие как он горят ярко, привлекая к себе массу внимания, но сгорают без следа. А огонь пожара никогда не станет послушным пламенем домашнего очага. Его не посадить на цепь, не приручить. Можно погасить, да. Сохранить оболочку, усмирив огненный дух. Но это будет другой, неинтересный Дивии человек.

Так что опасности нет… почти.

Впервые за долгое время Намхол облегчённо перевёл дух.

Рушить наивные мечты названной дочери он не собирался. Сам же в итоге и станет главным виновником. Лучше подождать – всё решится само. Некоторые иллюзии должны быть разбиты вдребезги рифами жизни, а раны нанесены. Раны – это опыт. Болезненный, но лучше запоминающийся. Необходимый.

Рука старого сахсара с любовью погладила украшенный позолотой и слоновьей костью приклад джезайла.

А если что-то пойдёт не так, он не станет медлить. Одним маркграфом больше, одним меньше – кто их считает, как и князей?

* * *

Новая встреча с князем всех князей произошла через три дня. По какой-то странной причине Компания Южных морей не торопилась отбивать свои серебряные рудники. Осоман Сухарат в полной мере воспользовался этими днями передышки, вывозя добытое самородное серебро. Зная, что серебряные рудники ему не удержать, он пошел на немыслимое – загнал под землю магов.

Разумеется, не за тем, чтобы они махали там кирками. Маги никогда не отличались особыми физическими данными. Им это и ненужно. Зачем работать мускулами, если есть магия?

Результат получился впечатляющим. Ручеёк серебра из долины превратился в сверкающий поток, частично сглаживая остроту обидных поражений и боль понесённых князем всех князей потерь. Правда, последствиями такой агрессивной выработки стало частичное разрушение рудников. Но разгребать последствия будет Компания, а не Осоман Сухарат.

Хватке этого человека можно только позавидовать.

Не знаю, отступил ли князь всех князей последним, или это просто красивая легенда, но появился он ближе к вечеру, во главе небольшого отряда личной охраны из сахсаров и магов.

Спешиваться Осоман Сухарат не стал. Бросил оценивающий взгляд на замерший вдоль дороги почётный караул из сахсаров, оруженосцев и рыцарей, и подъехал к Руяну, «изнывавшему» от жажды встречи с «любимым» дядей.

– Руян, мой дорогой племянник, – начал князь всех князей, после обмена приветствиями. На редкость короткими, что удивительно. – Надеюсь, ты простишь своего не очень удачливого в делах войны дядю за то, что он привел на хвосте всю армию Компании.

– Рано или поздно они бы всё равно явились, – флегматично признал очевидное Руян. – Мы их давно ждём. Поверь, дядя, встретим, как подобает! Отомстим за все поражения и беды.

Небольшая шпилька или мне показалось?

– Ничуть в этом не сомневаюсь, – важно кивнул Осоман Сухарат. – Можешь рассчитывать на полную поддержку с моей стороны. Но сейчас я должен покинуть Талхал и вернуться в Сихим, чтобы разобраться с тем, что происходит в княжествах.

Слова обнадёживающие, но мне слышится в них другой смысл: «Крутись как хочешь, дорогой племянник, а я умываю руки!».

На этом торжественная встреча завершилась. Ударив коня по бокам, князь всех князей двинул дальше. Задерживаться в лагере племянника он явно не собирался.

– Наконец-то этот парад лицемерия закончен, – тихо пробормотал я, наблюдая за тем, как свита князя всех князей пылит по дороге.

– Ты что-то сказал? – поинтересовался дремавший стоя Бахал.

– Я сказал, что наше долгое ожидание закончилось. Наслаждайся этим спокойным вечером. Завтра нам будет не до отдыха. Думаю, с утра начнётся.

Глава 19
Боевой жрец

Моё предсказание не сбылось. Компания дала нам ещё один день на подготовку, заявившись к Ховрану только ближе к вечеру. Отражаясь зловещим эхом от горных склонов, мерный гул паровиков заполнил долину. Но затем всё быстро стихло. Начинать бой перед лицом близящейся ночи Компания не стала.

Дивия исчезла незаметно, словно и не ночевала в моей палатке. На подушке остался черный волос и будоражащий запах её духов.

Странно, но вчера она что-то для себя решила и практически перестала прятаться. Впрочем, её молчаливого телохранителя я не видел. Убийственных взглядов не чувствовал. Похоже, она отыскала ему задачу подальше от лагеря.

– Готов? – спросил я, усаживаясь в пилотское кресло.

– Если честно, то нет. Непривычно, – отозвался Ардар, пристегиваясь страховочными ремнями.

– Значит готов, – подвёл я итог, проваливаясь в синхронизацию с дважды «Фениксом».

Привычка – дело привычки.

Мгновение темноты сменилось знакомым чувством слияния с машиной. Несмотря на усиленные тренировки, ощущения всё еще не те. Словно обувь, которая вроде бы подходит по размерам, но слишком новая, ещё не разношенная, и сильно отличается от старой. Из-за чего в ногах присутствует легкий дискомфорт, который пройдёт, когда поносишь новинку несколько дней.

Но этих нескольких дней у меня нет.

– «Феникс-1» всем «Фениксам», выдвигаемся на позиции. – Честно конфискованный у сахсара Руяна амулет донес мой приказ до бывших птенцов, заслуживших наконец-то право не называться птенцами.

Хор короткий отзывов с подтверждением, мы покидаем холм. Наше место в ближнем тылу, метрах в ста от лагеря. С постоянной сменой позиций.

Большинство площадных заклинаний не зря называют площадными. Их цель – место. После начала аркана, перенацелить его не получится. Сложный аркан даже в случае отмены жрёт определённый запас магических сил – такая у магии специфика. Так что подвижные цели, вроде тех же паро-магических големов, площадными заклинаниями выцеливают редко. Пытаются подловить при атаке, угадывая направление, но не когда они хаотично перемещаются где-то в глубине обороны. А направленные арканы, даже управляемые, дают определённый шанс увернуться, который возрастает с дистанцией. Да и дальность их уступает площадным.

Сопровождаемый гулом следовавших за ним машин, «Феникс» занял позицию.

Стоит отметить, согнанные на работы хадры не только копали землю, но и в целом меняли ландшафт долины, причём вручную. Вырубали густую растительность, расчищая сектора обстрела. Вывозили крупные камни, которые могли стать проблемой для паро-магических големов при маневрировании. Вернее, как вывозили. Их утаскивали ближе к руинам Ховрана, разбрасывая за вырытыми рвами или укладывали в рвы.

Наступить на подобный выступающий камешек или запнуться об него неприятно. Не скажу, что для опытного пилота паро-магического голема такие камни большая проблема, скорее – мелкая помеха. Но мелкая помеха тут, малая там – всё это размазывает внимание, отвлекает. А это в свою очередь быстро оборачивается большой проблемой в виде вражеских попаданий.

Начало светать. Легкая молочная дымка тумана заполнила долину. Далёкие развалины Ховрана тонули в его мареве. Из тумана на фоне светлеющего неба вступали только уцелевшие башни.

Артиллеристы расползлись по позициям, латники и так практически безвылазно ночевали в траншеях. Маги малого круга принялись за установку защиты. Лагерь на холме обязательно станет главной мишенью для атак вражеской магии, в нем не только ставка князя и большая часть магов, ни именно на холме обустроила позиции большая часть нашей артиллерии. Во-первых, место очень удобное. А во-вторых, собранные вместе пушки проще защитить, накрыв их общими чарами защиты.

Есть и минусы. Как и говорилось выше – холм и лагерь станут главной мишенью для вражеской магии. Но для этого магам Компании придётся подойти ближе, прячась в руинах Ховрана от огня пушек. Найти удачное место, нанести удар. Да не один, а несколько. Одним ударом, пусть и сильным, защиту малого круга не проломит даже полный круг. Такова специфика магического щита и меча.

Чаще всего перелом происходит, только когда защитники полностью истощают резервы маны. А для этого атакующим приходится порядком выложиться, потратив раза в три-четыре больше магической энергии.

Да, есть определённые нюансы. Ситуация, когда с одной стороны только маги, и с другой стороны только они же встречается нечасто. Да что там – фантастическая это ситуация. Атакующим может помочь своя артиллерия, атака паро-магических големов, да и простых латников не стоит сбрасывать со счёта, если те сумеют прорваться через оборонительные порядки к магам. Но это правило работает в обе стороны. Атакующим магам тоже следует беречься огня пушек, големов и латников обороняющейся стороны.

Бомбе, ядру, световому копью или обычной пуле плевать, в мага она летит или в простого смертного, если цель не защищена магическим щитом. А если защищена, то любое попадание ослабляет щит. Не пробьет первая пуля, пробьёт сотая, не сотая, так пятисотая – минута работы для взвода латников.

– Они идут, – бросил я, вглядываясь в молочную дымку. Лучшее время для медленного просачивания поближе к линии обороны – ты не видишь врагов, но и они тебя не видят.

– Туман, ничего не вижу, – пожаловался Ардар.

– Поверь, они идут, – усмехнулся я. Непривычно, что в кабине кто-то есть, и он тебе не особо мешает. – Скапливаются в руинах Ховрана, подтаскивают ближе пушки, спешно оборудуют позиции.

В подтверждение моих слов с запада донесся грохот. Одна из башен, торчавшая из тумана размытой тенью, ухнула вниз грудой обломков. Не иначе, не понравилась вражеским магам. Чем и почему – вопросы интересные. Несмотря на соблазн, Дивия увела своих людей из руин. По крайней мере, такой приказ она отдала. Сам слышал! До взрыва мин мы решили по возможности ограничить действия в Ховране, чтобы не привлекать к руинам особого внимания.

После разрушения башни вновь стало тихо. Осторожно заглянувшее с востока в долину солнце принялось активно разгонять туман. Не прошло и получаса, как от него осталась только легкая дымка, практически не мешающая разглядеть то, что происходит в руинах разрушенной столицы княжества.

А происходило следующее. Воспользовавшись туманом, колониальные пехотинцы прошли через руины, постепенно накапливались на восточных окраинах Ховрана для атаки.

Над долиной раздался одновременный свист десятков свистков, долетевших до «Феникса» отголосками приглушённого эха. Колониальная пехота Компании ринулась со стороны руин, словно приливная волна. Латник на поле боя уязвим, но он же – наименее приоритетная цель. Пока на поле боя есть маги и паро-магические големы, его главный враг – другой такой же латник.

Первая линия наших траншей потонула во вспышках выстрелов, добавив к оседающему туману серых ноток порохового дыма. Грохнули поставленные в капонирах перед траншеями небольшие трехфунтовые пушечки, хлестнув по наступающим тяжелой картечью.

Колониальные пехотинцы падали, но упорно бежали вперёд, не соблюдая даже подобия строя. Без прикрытия магов играть в атакующие колонны бессмысленно. Да и с поддержкой, после появления револьверных винтовок, это так себе идея.

Первые группы и одиночки достигли рвов. Сбрасывая в них вязанки тростника, латники начали залегать. Кто-то кто был побойчее или наоборот, наиболее трусливые, прыгали в ров. Глубина почти два метра, а на дне здоровые булыжники – удачи.

Полукопьё оруженосцев, всё те же знакомые «К-3–3», появились в остатках тумана на дороге, на полной скорости двигаясь к нашим позициям.

Слажено рявкнули основные, расположенные на холме батареи. Дорога пристреляна, туман не туман – почти три десятка стволов забросают её бомбами и ядрами даже в полной темноте. Муха может и проскочит, а паро-магический голем нет.

Шедшему первым во главе атакующего клина оруженосцу повезло. В него не попало ни одно ядро, да и бомбы грохнули с перелётом. Но его правому ведомому ветреная леди продемонстрировала свою аппетитную, но далеко не лучшую часть. Сколько он получил попаданий, каких именно – я не считал. Застал лишь финал. Потеряв щит, оруженосец поймал три ядра. Первое попало в корпус. Броню не пробило, но заставило голема покачнуться. Второе ядро, влетевшее вместе с первым, повредило правый манипулятор, выбив рунную глефу. А третье, прилетевшее следом, отскочив от дороги, поразило левую ногу. «К-3–3» повело в сторону. Слетев с дороги, он всей массой врезался в один разрушенных домов. С лёгкостью снёс стену и остановился, завалившись на развалины корпусом.

Второй ведомый атакующего клина так же поймал несколько попаданий, но особого урона они ему не нанесли. Решив, что с них хватит, оруженосцы начали отступать. Люк подбитого «К-3–3» распахнулся, пилот быстро покинул машину и скрылся в руинах, пока пушки не превратили неподвижную, лишённую защиты мишень в решето.

Достигшие рвов колониальные остались отдуваться за всю армию Компании. Поле боя постепенно тонуло в пороховом дыму, который закрывал его лучше утреннего тумана.

Через несколько минут всё затихло. Уцелевшие колониальные пехотинцы скапливались во рвах, или валялись среди мертвых, притворяясь убитыми. Дорога была пуста.

– Неужели отбились? Как-то слабо. Или ещё полезут? – непонимающе протянул Ардар. Я чувствовал, как он вращает башню из стороны в сторону.

Мне бы следовало удивлённо оглянуться на него, но при синхронизации это бессмысленно – я голема разверну, а не своё тело. Неужели столь опытный ветеран не понимает…

Не понимает!

Осознание пришло внезапно, словно вспышка. Несмотря на богатый боевой опыт, он у Ардара специфический. Как у большинства наемников и не только наёмников. Малые войны да бодания наёмных отрядов в Вольной марке. Если смотреть с этой стороны, то произошедшая короткая схватка тянет на полноценную битву.

Все наши битвы на Талхале, в которых сержант участвовал, были немногим дольше.

– Обязательно полезут. Это пока не атака, а лишь разведка боем, – пояснил я, поборов приступ удивления. Всё время забываю, что мой опыт прошлого-будущего – это только мой опыт. – Магам нужно подобраться поближе, артиллеристам где-то разместить в руинах пушки. Колониальных не жалко, вот их и бросили первыми, отвлекать на себя внимание. Да и то бросили далеко не всех.

По моим прикидкам, Компания отправила в эту атаку не больше пары батальонов…

А-а, это же колониальные полки! Они отличаются от обычных полков латников. У латников, что у наших, что у великогартских, всё чётко – в полку три батальона, в каждом батальоне десять рот по сто человек. А у колониальной пехоты Компании роты большие, по сто сорок, сто пятьдесят человек. Но этих рот в батальоне всего шесть. А самих батальонов два на полк.

Так что в первую атаку компания бросила на нас полноценный полк колониальной пехоты.

– Смена позиций. «Фениксы-2−3–4 и 5» смещайтесь налево, двадцать метров. Остальные уходят вправо, двадцать метров, – бросил я в амулет связи. Раз маги подтягиваются к линии фронта, то пора перестать изображать из себя неподвижные мишени.

Моё копьё стояло в третей линии, так что я мог контролировать весь этот паро-маго-механический балет. Хорошо, когда есть амулеты связи и ненужно указывать личным примером порядок действий.

– «Феникс-6» ты право и лево перепутал? – с усмешкой отметил я, заметив неправильный маневр. – Забыл, что ты больше не «Птенец-3», а «Феникс-6»? Это можно исправить.

Следуя примеру ведущего «Стилета», полукопьё быстро исправившего ошибку Аяра двинулось в нужную сторону.

Так-то лучше!

В руинах вновь началось оживление. Да какое! Земля задрожала. Над долиной повис грохот, словно заработала осадная артиллерия. Поднимая в небо столбы пыли, часть руин Ховрана стала разрушаться. Дома складывались, словно игрушечные карточные домики. Но в казавшемся хаосе виднелась строгая закономерность.

Маги Компании сообразили, что паро-магические големы – это не пехота, через руины на своих двоих они не пройдут, а единственная дорога под прицелом. Поэтому решили проложить новый путь. Задача сложная, но выполнимая, если не беречь магических сил.

Маги Компании их не берегли.

К счастью, дома складывались в стороне от наших взрывных подарков. Слева от дороги, ближе к горам. Но работали маги Компании на совесть, решив проложить настоящую дорогу, частично прикрытую теми же развалинами от губительного огня пушек, с лёгкостью простреливающих настоящую дорогу чуть ли не по всей длине.

Что же, глупо ожидать от Компании исключительно лобовых атак. Не удивлюсь, если это далеко не последний сюрприз. Может газом попытаются с воздуха ударить, может в тылу решатся пару копий высадить. Последний ход довольно рискован, но в качестве отвлекающего маневра, почему бы и нет?

Яркая вспышка разорвала небеса. Долина вновь вздрогнула, но от басистого громового раската. Сверху прямо на холм с нашим лагерем рухнул настоящий поток молний. Это притом, что на небе ни облачка!

Удар вышел быстрым, словно молния. Но таким же непродолжительным. Молнии пропали, гром прекратился, а лагерь так и остался стоять на своём месте. Разве что верхушка шатра Руяна слегка дымилась.

А-а нет, обман зрения.

Вражеские маги явственно показали – они здесь, рядом. Заодно проверили прочность нашей магической защиты.

– Руян? Вы как? – поинтересовался я.

– Всё в порядке, – бодро отозвался он. – Но уши заложило знатно. Дивия говорит, маги Компании обустраиваются на том самом месте, – сообщил он хоть и странную, но приятную новость. – Пока что их немного, меньше малого круга. Но есть некоторый шанс, что подойдёт кто-то ещё. Взрываем или ждём?

– Откуда Дивия знает? – встревожился я.

Мы же договорились убрать из руин всех наблюдателей. И как этот неведомый наблюдатель умудряется передавать сообщения? Амулетов связи Дивии никто не давал.

– Спроси чего полегче, но это развалины столицы ее княжества, – объяснил Руян, ничего не объяснив.

Вопрос остается открытым. Но ответ я вряд ли получу. Дивия явно следует принципу – должна быть в женщине какая-то загадка.

Главное, чтобы эта «загадка» не поломала наших планов.

– Ждём, – принял решение я.

Мин всего две. Взорвём одну, велик шанс, что Компания перевернёт Ховран вверх дном, но обнаружит вторую. Я бы так и сделал. К тому же, несколько магов – не такая жирная цель. Наверняка какие-нибудь адепты, проверяют местность насчёт магических ловушек. Ключевое слово – магических. Могут и мины обнаружить, а могут и не обнаружить, магии там нет. Алхимическая взрывчатка это всё же не совсем магия.

Где-то час ничего не происходило.

Уцелевшие колониальные пехотинцы первой волны сидели во рву тихо, словно мыши. Будь у нас больше магов, можно было ударить по ним чем-то площадным, превратив рвы в большие братские могилы. Но лучше не распылять магические силы перед решающим боем.

– Там минимум малый круг. Сейчас начнётся, – сообщил Руян.

А моё внимание привлек небольшой мерцающий огонёк на склонах гор. Так-так! Это же солнечный телеграф! Едва заметный, но если знать, куда смотреть, и использовать бинокль, то легко прочитать сообщение. Одной загадкой Дивии меньше – секрет раскрыт. Однако, высоко наблюдатель залез. Зато руины Ховрана как на ладони.

Если бы Дивия сказала, что её люди могут проделать что-то подобное, я бы амулета связи не пожалел для такого наблюдателя. Но она, привычно разыграла карту таинственности. Несмотря на наши более чем близкие отношения, пантера не торопится полностью посвящать меня в свои планы.

– Ждём, – повторил я. – Сейчас появятся големы.

Должны появиться! Сначала очередная волна пехоты, небольшие удары магией, чтобы хоть немного отвлечь наше внимание, а затем в бой бросят рыцарские копья.

Вновь от руин ветер донёс приглушенный концерт унтерских свистков, призывающих пехотинцев подняться в атаку. Казавшиеся ещё только что брошенными и забытыми руины ожили, выплеснув в долину сотни, если не тысячи людей в оливковой форме и разноцветных тюрбанах, слегка разбавленных пробковыми шлемами унтеров и офицеров.

Они ринулись вперёд, к мостам через ров, построенным телами первой волны и тростниковыми фашинами. В этот раз часть пушек на холме не стала молчать. Колониальные против воли скапливались на узком участке фронта, перед импровизированными «мостами» – сладкий пир для тяжелой картечи.

Дистанция великовата, картечь доставала на излёте. Но доставала! А картечь по плотному строю или толпе – это страшно. Люди падали, словно скошенные серпом снопы. Но кто выживал под губительной картечью и пулями, шли вперёд. Ручейком перетекая через ров. А из рва лезли те, кто уцелел в первой волне.

Может дхивальцы и считают всех «колониальных» предателями. Но это храбрые предатели.

А вот и главные действующие лица!

Паладины не появляются внезапно. Внезапность, это не про них. Нельзя спрятать гору. Особенно когда гора идёт в атаку.

«Жрец» князя Ринора Норома был заметен издалека. Жалкие, полуразрушенные домишки Ховрана не могли скрыть могучую машину. Он шёл размеренно. Но за этой размеренностью чувствовалась мощь абсолютного превосходства.

Я бы сказал, что земля дрожала от его шагов, но это будет враньём. Пусть и красивым. Земля дрожала от залпов расположенных на холме пушек, перешедших в надрывный непрерывный и испуганный гул.

На нас шел паладин – самая совершенная машина войны, созданная людьми…