Текст книги "Первая кампания (СИ)"

Автор книги: Алексей Александров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

Паладин медленно двинулся дальше. За ним пошли остальные оруженосцы и рыцари, не меньше трёх копий.

А он не спешит, внезапно понял я. Это самое осторожное наступление в истории!

Но и обвинить князя в трусости сложно. У брода скопилось слишком много магов, чтобы лезть напролом. Но что-то мне подсказывает – дело не в этом. Князь явно не горит желанием воевать. Вернее, не горит желанием действовать на острие атаки.

Разумный подход. Мне бы так.

Вскоре вслед за паро-магическими големами появились всадники. Часть устремилась дальше по дороге, за ушедшими вперёд копьями, другие двинулись к разгромленному лагерю.

Один из них подъехал ко мне.

– Ласс, вы в порядке?

Я наградил его по возможности мутным взглядом, молча кивнул и тихо застонал, всем своим видом показывая, насколько данное утверждение расходится с реальностью.

– Эй, там! Нужны носилки!

Вскоре меня уже грузили на откуда-то взявшуюся повозку.

– Трогай! – распорядился очередной незнакомый голос. – Да аккуратнее, не растряси ласса рыцаря.

Повозка тронулась, увозя меня на север. Первый этап «внедрения» прошел успешно – меня приняли за своего раненого.

Полежав немного, я решил, что хватит изображать умирающего, и аккуратно уселся, прислонившись спиной к борту телеги. Возница, смуглокожий дхивалец, настороженно оглянулся, и тут же потерял ко мне интерес. Жив и ладно.

Мы спустились к реке.

А славно Амрат тут погулял, быстро оценил я. Берег Дерага был усеян телами. Среди них суетились санитарные команды, выискивая раненых. Как ни странно, но кто-то даже находился. В основном с ушибами и всевозможными переломами. Счастливчиков, кто пережил даже скользящее попадание светового копья или огнесмеси вряд ли много.

В кювете у дороги перед самым въездом в джунгли обломки оруженосца.

Вот и «Сахсар-7» – еще одна жертва с нашей стороны.

Прямое попадание паладина продырявило корпус «К-3–3», словно тот был сделан из бумаги. У пилота не было и тени шанса. Сомневаюсь, что от бедняги сахсара хоть что-то осталось. Да упокоится он в милосердном Синем пламени.

Лагерь армии князя Норома появился как-то внезапно. Не знаю, сколько мы ехали. Но по ощущениям, не очень долго. Понятно, почему князь так быстро появился – он рядом стоял.

Ровные ряды палаток замерли, словно в строю. Трава справа от дороги была вытоптана и не рисковала подняться. Ещё недавно здесь стояли паро-магические големы.

Проигнорировав небольшую очередь, мои сопровождающие доставили меня прямо к входу в большую палатку. Из неё так разило медицинскими снадобьями, что сразу понятно, там либо полевой госпиталь, либо просто врач.

Именно последнее утверждение и оказалось верным.

– Кто у нас тут? – поинтересовался великогартский эскулап, с интересом разглядывая меня сквозь очки.

– Ла-ас Аг-гон Блэйр, – представился я, старательно имитируя заикания.

– На что жалуемся пока что здоровый? – вновь поинтересовался он.

Я улыбнулся краем губ, показывая, что оценил шутку.

– Нога. И лег-гкая к-контузия.

Главное, не забывать заикаться. И чтобы это выглядело достоверно.

– А что с рукой?

– Ожёг ихором. Не-ебольшой. По-окараснение кожи, пузы-зырей не-ет. Об-браб-ботал.

– Тогда оставим, – к моему несказанному облегчению быстро решил врач. – Вас много, а я один. Посмотрим, что там с вашими ногами.

Ножницы безжалостно кромсали ткань. Как я и думал, сохранять мою одежду в целости никто не собирается. Оно и к лучшему.

Грязные повязки полетели в ту же сторону, что и одежда.

– Да вам несказанно повезло, ласс, – только и присвистнул великогартец, изучая рану. – Сантиметр в одну сторону – и вам пришлось бы петь фальцетом, в другую – перебило бы артерию. А так, ничего, жить будете, если не помрёте. Но если пациент хочет жить – медицина бессильна.

Мне оставалось только мысленно мрачно хмыкнуть. Я эданец, притворившийся великогартцем, сижу в полевом госпитале Компании Южных морей. Если это везение, то очень странное. Впрочем, у самой ветреной из леди всегда было какое-то извращенное чувство юмора.

– Это мы быстро заштопаем, – продолжил он, обрабатывая рану. – Скоро бегать будете.

– Очень на это на-адеюсь.

И кто скажет, что я неискренен в этом утверждении?

Возился он и, правда, недолго. Сделал укол обезболивающего, от которого нога занемела, почистил рану, довольно ловко наложил швы, после чего замотал мою ногу вонючими бинтами, почему-то пахнущими гуашью. На этом врачебная помощь и закончилась.

Меня перенесли в палатку. Не отдельную, в ней имелось еще одно место. Но оно пустовало. Всё же я ласс и оруженосец, а не какой-то латник или сержант, что уж говорить о дхивальских колониальных пехотинцах. Последним, как я успел заметить, палаток не полагалось. Раненых укладывали под навесами, а то и вовсе прямо под открытым небом.

Устроившись на матрасе, я прислушался к ощущениям. В голове чувствовалась легкость, боль прошла.

Отлично! Засиживаться нельзя. Только на минутку глаза прикрою, чтобы с силами собраться. А потом…

С этой мыслью я как-то незаметно для себя и отключился.

Глава 10
Выбор оружия

Разбудил меня знакомый гул – копья князя Норома возвращались в лагерь.

С их прибытием всё вокруг резко ожило. Лагерь наполнился шумом и гамом. Мертвого можно было поднять. Неудивительно, что я проснулся.

Удивительно, что вообще заснул!

Поначалу я не сразу понял: что происходит, где нахожусь?

Попытка вскочить привела к тому, что нога стрельнула вспышкой острой боли, напомнив о ране и обстоятельствах её получения.

Я перевел взгляд на левую руку. Пошевелил пальцами. Повязку никто не трогал. Мои трофеи находились на законном месте, как и амулет связи.

В изголовье моего временного ложа обнаружился мой китель, на скорую руку почищенный от крови и грязи. Хорошо, что я не стал ничего подозрительного прятать по карманам. Могли бы возникнуть вопросы.

На кителе лежал ремень с потёртой кобурой, из которой торчала длинная рукоять АТ-33. Оружие мне оставили – значит, маскарад прошёл успешно.

Плохо, что вместе с оружием и кителем не принесли штанов и обуви. Это для меня сейчас куда важнее револьвера. Устраивать перестрелку в лагере Компании – затея изначально обречённая на провал. А бродить по нему в одном кителе и исподнем слишком подозрительно.

Хорошо, что на меня всё так же не обращают внимания. А с другой стороны, где мне брать одежду? Я не знаю, как в Компании всё устроено с интендантской частью. А тыкаться наугад – плодить всё те же подозрения.

Но штаны нужны, как и ботинки. Да и поесть не помешает. Насчёт сна не заикаюсь – выспался.

Накинув на плечи китель, и небрежно набросив на руку ремень с револьвером. Я выглянул из палатки.

Близилась ночь. Солнце готовилось к резкому прыжку за горизонт, забрав с собой удушливую жару и влажность.

Ночь – это хорошо. Ночью люди имеют глупую привычку спать. А перед сном снимают одежду и обувь. Не лучший вариант по чужим палаткам шариться, рискованный. Но иной возможности разжиться нужной одеждой и обувью я не вижу. А задерживаться в лагере нельзя.

Один-два дня всем будет не до меня. Думаю, завтра князь Нором нанесёт удар. Захочет пощипать отступающие от брода отряды князя всех князей. Но затем о гибели мага точно вспомнят. Начнут искать свидетелей. Пойдут опросы, вопросы, поиски. К этому времени Агон Блэйр должен исчезнуть, словно его и не было. Чем дольше я торчу в великогартском лагере, тем выше шанс нарваться на кого-то, кто знает настоящего Агона Блэйра. Силы Компании постоянно подходят, смешиваясь с силами князя Норома. Вон, пока я спал, лагерь явно разросся.

Желательно проделать всё тихо, не поднимая тревоги и не привлекая внимания. Но как это сделать, особенно без штанов?

Моё внимание привлекла довольно молодая девушка в дхивальской традиционной одежде, шедшая между палаток. Наученный опытом, первый взгляд я бросил на её ноги. Обувь – привилегия высших каст.

Результат спорный. Ноги девушки оказались замотаны какими-то тряпками. То ли местная разновидность обуви, то ли обычные полоски ткани. Зачем? А кто их разберёт?

По её одежде статус тоже не особо определишь. Ткань на первый взгляд дорогая, судя по узорчатому переливу, это шелк. Но золотой вышивки, столь любимой дхивальцами, нет. Да и украшений на ногах и руках что-то невидно.

Но больше всего в незнакомке мне не нравится направление движения. Она явно идёт в мою сторону!

Скрывшись в палатке, я улёгся на ложе. Это, конечно, не вооруженный конвой. Но лучше изображу раненого и больного. С него какой спрос?

Входной клапан палатки разошелся, пропуская незнакомку внутрь. Довольно смело вот так без спроса по лагерю шастать, да в палатки раненых лассов заходить. Особенно для дхивалки.

Да и общее поведение девушки настораживает. На запуганную служанку она не походит. Наложница или просто любовница какого-то влиятельного фольха? А что она в таком случае у меня забыла?

Знакомая? Самый поганый вариант! Не люблю бить женщин, но рука не дрогнет.

– Ласс Агон Блэйр? – уточнила девушка.

Нет, знакомым таких вопросов не задают – уже хорошо.

Молча кивнув, я поморщился, осторожно коснувшись повязок на голове. Словно это простое движение вызвало резкую вспышку боли.

Контуженый я, оставьте меня в покое.

– Мой господин, князь Ринор Нором, приглашает вас к себе.

Вот и разгадка смелости поведения. Она у нас приближена к главному телу лагеря. Похоже, очень близко приближена.

Князя Нором приглашает, а не требует вот прямо немедленно к нему явиться – это плюс. Но его интерес – это минус. Впрочем, этот интерес можно использовать. Да и отказаться от такого «любезного» приглашения нельзя. Когда тебя приглашают к фактическому командующему этим балаганом, то молодой оруженосец должен из штанов выпрыгнуть и спешно бежать на поклон к князю. А мне и выпрыгивать не нужно из-за их отсутствия.

– Я бы с-с радос-стью п-принял любезное п-приглашение князя. Но, б-боюсь, моя од-дежда пострадала, – выразительный взгляд на голые ноги, торчащие из-под тонкого одеяла.

– Это решаемо, – сочувственно кивнула незнакомка. – Вам немедленно доставят всё необходимое.

Покинув палатку она громко хлопнула в ладоши. Так она не одна, а с сопровождающими. А я их не заметил. Значит, точно непростая девица. Вон как чисто на великогартском разговаривает. Лучше княгини Дивии. Нужно быть с ней настороже.

А я ее хотел в висок рукоятью револьвера приложить, чтобы не шумела. Хорошо, что не пришлось.

Незнакомка произнесла что-то на дхивальском. Я тот ещё знаток языка, но за время, проведённое на Талхале, некоторые слова запомнил. И глагол «принести» уловил. На глагол «схватить» он совершенно не похож.

Что же, ради штанов и приличной пары ботинок я готов встретиться даже с князем Норомом. Особенно если меня пока что не раскрыли. Это лучше, чем по палаткам шарить, оставленные вещи искать. Возможно, что и безопаснее.

Причина интереса князя понятна – хочет узнать из первых рук, что случилось с погибшим магом. Лучше этот интерес удовлетворю я, а не посланные в разгромленный лагерь ищейки, которые, чего доброго, сунутся в джунгли и найдут спрятанные в гуще папоротника трупы.

Не нервничаем. Я, Агон Блэйр – раненый и контуженый оруженосец. Причем оруженосец Компании, а не князя Норома. Это я могу утверждать с уверенностью. Гербы на машинах могут быть весьма информативны, если обращать на них внимание.

Некоторое время ничего не происходило. Если бы не отчетливый силуэт девушки на ткани палатки, видимый в свете заходящего солнца, я бы решил, что посланница князя ушла. Но нет, стоит неподвижно перед входом. Совершенно тихо и без единого движения, словно какая-то статуя.

Ещё один штришок – деталь к портрету. Всё моё внутреннее чутьё вопит о том, что незнакомка очень опасна. А я привык ему доверять.

К «тени» подошла вторая «тень». Низко поклонилась, что-то передала. Клапан палатки вновь разошелся.

– Ваша одежда, ласс, – сообщила служанка, или кто там она князю Норому? – Поторопитесь. Нас ждут, – нетерпеливо добавила она, положив на землю вместительную стопку, одежды и пару ботинок.

Сразу видно, что меня «приглашают». Просто отказ не предполагается даже в теории.

Девушка вновь вышла. Я потянулся к оставленной одежде. Китель оставлю свой, а штаны не помешают. Хватит сверкать подштанниками.

Ткань на штанах так себе. Пошив грубый – явно на колониальных пехотинцев расчёт. Чего на них тратиться? Цвет от цвета моего кителя слегка отличается, более блеклый. Но в моём положении не стоит привередничать.

А ботинки ничего. На первый взгляд довольно крепкие. Правда, они с обмотками – непривычная штука. Но справлюсь – что тут сложного?

Быстро натянув доставленное на себя, я застегнул на поясе ремень с револьвером и нехотя выбрался из палатки. Проверим, позволят ли мне заявиться к князю с оружием.

– Вы готовы? – обожгла меня нетерпеливым взглядом девушка. – Идёмте, ласс.

Револьвер она проигнорировала. Что же, отказываться больше нет причины, как и возможности. На арест это точно не походит.

Арестованным не оставляют оружие.

Палатка князя Норома была несколько больше, чем прочие, но ненамного. На фоне шатра, который ставят для того же Руяна, это и вовсе образец скромности.

Внутреннее убранство этого полевого жилья мне оценить не удалось. Ринор Нором ожидал нас у небольшого костра, разведённого перед палаткой.

Князь Нором…

Много слышал об этом человеке. Как хорошего, так и плохого. Настоящая легенда колониальных войн. Удачливый наёмник, сколотивший небольшую частную армию внутри частной армии – Компании Южных морей. И самостоятельно завоевавший с помощью этой армии внушительный архипелаг. Не самый заселённый, но только по местным меркам. Мне бы в Вольную марку хотя бы десятую часть населения этого «не самого заселённого».

Но завоевать мало. Ринор Нором или как он себя теперь называет князь Ринор Нором, сумел удержать завоеванное. Подкупами, интригами, убеждением, а то и угрозами он смог оставить этот вкусный кусок за собой. Достижение в моих глазах куда более значимое, чем простой захват.

Князь был немолод. Тот странный рубеж между полной зрелостью и старостью. Когда тело всё еще крепкое, но тяжесть прожитых лет нет-нет, а напоминает о себе внезапными болями или ворчанием старых ран.

Его некогда тёмные волосы теперь украшали не просто нити седины, а целые пряди белизны, густо пробивавшиеся сквозь тёмный покров.

Кожа его потемнела под южным солнцем и загар въелся в неё до такой степени, что его легко можно было спутать с прирождённым дхивальцем. Да и черты лица, если присмотреться, говорили о небольшой примеси южной крови.

– Ласс Блэйр, полагаю?

Вопрос, а не утверждение. Значит, мы незнакомы.

Цепкий взгляд князя обшарил мою фигуру, задержался на ремне с револьвером, скользнул по повязкам и замотанной в бинты руке.

– Как ваши раны? – добавил он. Думаю, больше из вежливости, сомневаюсь, что его сильно беспокоит состояние какого-то оруженосца.

– Те-ерпимо, князь, – отозвался я.

– Не стойте навытяжку. Тем более вы ранены. Садитесь, – предложил Нором, указав на свободное место возле костра.

Присев, я с облегчением, причём не наигранным, вытянул вперед левую ногу.

Короткая прогулка вновь растревожила рану. И та мстила, стреляя острыми уколами боли.

Хорошо, что я не полез в джунгли, самостоятельно бы не дошёл. Тут сто метров прошли, а нога чугунная, хоть рану и зашили. А до дороги, где меня в теории могли найти, далеко не сто метров. Как представлю весь этот путь с дыркой в ноге, так страшно становится. Возможно, я бы сумел дойти или доползти… дней пять-десять. Каким-то чудом не сдохнув от потери крови или от истощения в джунглях. Но какой в этом смысл? Армия князя всех князей не станет меня ждать. Если не завтра так послезавтра вместо союзников на дороге будет не протолкнуться от военных колонн Компании.

До Долины, хотя бы Серебряной, мне в таких условиях ни за что не добраться.

– Что произошло? Как погиб ласс Голтар Зорн? – спросил князь, сразу же переходя к главному.

Но почему Зорн? Те два мертвеца назвали другую фамилию мага. Ласс Голтар Трагал с нас шкуру спустит, сказали они. Воспоминания слишком свежи, чтобы я ошибся. Это кто-то другой? Князь оговорился? Или он что-то заподозрил и таким нехитрым образом меня проверяет?

Но пауза затянулась, надо отвечать.

– Зорн? – я постарался, чтобы мой голос звучал неуверенно, благо это было несложно. – Во-озможно, князь имеет в в-виду ласса Голта-ара Трага-ала?

– Ах да! – усмехнулся Ринор Нором. – Как я мог забыть – конечно же ласс Трагал. Что с ним случилось?

Не верю я в его забывчивость. Он явно что-то заподозрил. А говорливым мертвецам спасибо. Не знай я фамилию мага, мог попасть впросак. С другой стороны, обойдутся без спасибо – другую дорогу могли выбрать.

– Была а-атака. Два копья. За-астали в ра-асплох.

Я понял, что в горле пересохло. Продолжать, особенно имитируя заикания, я просто не могу.

– Сетар! – щелкнул пальцами князь. – Принеси нашему гостю чего-нибудь освежающего. Да и про меня не забудь.

Моя сопровождающая, всё это время стоявшая у меня за спиной, да так тихо, что я успел забыть о её существовании, исчезла в палатке. Но тут же вернулась, неся в руках высокий кувшин и два небольших серебряных стакана.

В кувшине оказалось не вино, а тонизирующая вода – горько-кислый напиток с хинином и лимонами. Говорят, он помогает от малярии.

– Ласс Трага-ал притворился м-мертвым, а за-атем внезапным у-ударом уничтожил одного из р-рыцарей, – продолжил я повествование, пригубив напиток из стакана. – Но другой р-рыцарь су-умел до него д-добраться, и р-разрубил глеф-фой, хоть и получил с-серьёзные повреждения.

– Что случилось с пилотом повреждённого дхивальского рыцаря? – подобрался князь Нором. – Я его видел. Люк распахнут, значит, пилот сумел выбраться.

Какой глазастый. Знать бы, что он ещё заметил.

– Его з-забрал последний р-рыцарь полукопья.

Надеюсь, они не настигли моего покалеченного беглеца. Хотя, кто сказал, что покалеченная машина была одна? Мало ли сколько повреждённых рыцарей ушли с поля боя, прежде чем появился князь Нором.

– Понятно, – кивнул князь. – Вопросов у меня более нет, поэтому не стану вас задерживать. Отдыхайте, восстанавливайтесь. Я сообщу ландкомтуру вашего баллея, ласу Седику, что вы живы.

Демоны! Ещё одна фамилия, которая мне ничего не говорит. Очередная проверка? Сделаю вид, что не расслышал.

Нет, ночью нужно уходить. Где-то я допустил промашку. Возможно, не одну. Князь Нором явно что-то заподозрил. Но не уверен, что мои промахи не результат контузии.

* * *

– Что ты думаешь о нашем госте? – спросил Ринор, когда единственный свидетель гибели Трагала ушел.

– Он странный, – немного подумав, поделилась своими подозрениями Сетар. – Обмотки на ботинках намотал неправильно и затянул слишком туго. Его заикания выглядят наиграно и подозрительно. И с каких это пор ласс Седик стал ландкомтуром, когда он всего лишь племянник губернатора, известный всему Хальту своими дикими выходками и распутством?

– Не знаю, похвалить мне тебя или поругать, – с сомнением протянул Ринор, наградив жрицу задумчивым взглядом. – Заметила так много, но не увидела главного… АТ-33. Ни один великогартец из оруженосцев и рыцарей не возьмет этот револьвер личным оружием. Дурной тон и плохая примета носить оружие, которое называется так же, как паро-магический голем.

– И что это значит?

– Это значит, что мы только что познакомились с главным ночным кошмаром Компании в Дхивале. Нашим неуловимым Гарном Вельком. На Талхале только два «Дракона». Один у Велька, а второй у его заместителя. Один из этих «Драконов» валяется сейчас разбитым на поле боя.

– Почему ты решил, что наш странный гость, это именно Гарн Вельк? – заинтересовалась Сетар.

– А кому ещё хватит наглости на подобное? – усмехнулся Ринор, покачав головой. Даже он в молодости был не настолько безумен, чтобы лезть во вражеский лагерь. Впрочем, и в такие ситуации он не попадал. – К тому же, заместитель Велька значительно старше маркграфа, – добавил князь. – Уверен, после проверки разгромленного лагеря, Ришья подтвердит мои подозрения.

– Наши действия? – подобралась Сетар.

Ринор задумался, прикидывая возможные шаги. Выбирая лучший из них. Лучший лично для него и княжества Нором, а не для Компании Южных морей. От последней хоть и можно получить награду, но щедрой её посчитает только обычный наемник.

В деньгах Ринор не нуждался. Они лишь инструмент. А некоторые вещи не получишь ни за какие деньги. Но можно использовать подвернувшиеся возможности, включая людей.

– Кажется, наш гость понял, что я его подозреваю, – задумчиво обронил он, налив себе очередную порцию тонизирующей воды. – Значит, ночью попытается бежать. Усиль охрану нашей части лагеря. Особое внимание стоянке с големами. И моему «Жрецу». Эти незваные гости бывают такими наглыми – ничего святого.

– А машины Компании? – уточнила Сетар, не очень понимая причину приступа такой внезапной доброты со стороны господина.

– Пусть Компания о них и заботится, – хищно улыбнулся князь. – И вот ещё что, – добавил он небрежно. – Будет очень обидно, если перед побегом нашего гостя, какой-то мерзавец сумеет подпалить повозки с порохом, что прибыли днём. Те, что стоят в северной части лагеря, где расположились силы Компании. Представляешь, что будет твориться? Темнота, взрывы, хаос, паника! Для наведения порядка потребуется день, не меньше. А у меня приказ Компании «немедленно начинать наступление», несмотря на собравшихся у брода магов. Будет обидно, если всё сорвётся из-за подобного инцидента.

– Очень обидно… – согласилась Сетар, многозначительно сомкнув и разомкнув веки. – Особенно если виновник сбежит. Я прослежу, чтобы ночью о повозках с порохом позаботились должным образом. Сон моего князя священен. Ничто не должно его нарушить!

– Я знал, что могу на тебя положиться… Но вижу, тебя беспокоит что-то ещё?

– Меня беспокоит, что наш гость не сумеет покинуть лагерь. Он ранен и не обладает нужными, специфическими навыками.

– Думаю, ты зря беспокоишься. Он выберется, – небрежно отмахнулся Ринор. – Тишина этой ночи ему в этом отлично поможет. Проследи, чтобы ночь была тихой.