Текст книги "Первая кампания (СИ)"

Автор книги: Алексей Александров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

Сколько ради сохранения лица придётся положить жизней простых воинов, Руян уточнять не стал. Но кто сказал, что в ином случае этих потерь будет меньше?

– К тому же, дяде нужно время, чтобы вывезти всё добытое серебро, – добавил он, слегка сбив градус пафоса с решения князя всех князей.

Разговоры о сохранении лица – это хорошо, но серебро в сокровищнице – ещё лучше. Сомневаюсь, что добыча покроет потери Осомана Сухарата от неудачной военной кампании в центральном Талхале, но любой малый прибыток лучше убытка.

– Кстати, насчёт времени… – задумался я, вспомнив про пушки.

– Нет, – вздохнул Бахал, – опять этот пугающий взгляд. Ты только вернулся! Мог бы и подождать для приличия денёк другой, прежде чем идеями метаться.

Какой-то он нервный стал. Наверное, климат Дхивала плохо на него влияет.

– Я могу подождать, а Компания ждать не будет… Как поживают захваченные пушки?

– Нормально поживают, – настороженно пожал плечами Бахал, всё ещё не понимая к чему я веду. – Планировали их снимать, как последние сахсары закончат переправу.

– Снимай, – благосклонно кивнул я, но его это не обмануло. Почувствовав неладное, Бахал ещё больше напрягся, ожидая продолжения. Обмануть его ожидания было бы преступлением! – и перемещай вдоль дороги метров на пятьсот к северо-западу от нынешних позиций, фронтом в сторону брода. Про маскировку не забудь. Их не должны заметить, пока мы не откроем огонь.

– Хочешь подловить Компанию на переправе? – цокнул языком бывший наёмник. – Думаешь, они сломя голову ринутся в погоню, когда поймут, что армия князя всех князей вырвалась из западни?

– Посмотрим, – пожал я плечами. На такую удачу глупо рассчитывать, но всякое бывает. – Мы в любом случае сможем пощипать передовой отряд. Устраиваем быстрый огневой налёт и тут же отступаем, увозя орудия. Одно копьё и маги прикрывают отход. Ещё одно полукопьё приглядывает за севером.

– Рискованно, – вставил Руян. – Судя по твоему быстрому возвращению, князь Нором близко.

– Князь Нором очень близко, – подтвердил я. – Но он не придёт. Этой ночью в его лагере кто-то спалил все запасы пороха. Ему понадобится минимум день, чтобы навести порядок. Посчитать убитых и раненых. Подтянуть новые припасы.

– Так вот что это было за зарево⁈ – оживился Руян.

– Почему я не удивлён? – не особо искренне пожаловался небесам Бахал.

– Что вы на меня так восхищённо смотрите! – Мне стало неуютно, словно они поймали меня на чём-то постыдном. Например, на признании в любви к фольхам или императору. – Я тут совершенно не при делах. Случайность, не более того.

– Ага, стоит тебе где-то появиться, как тут же начинают происходить «случайности». – Бахал дёрнул пальцами, изображая в воздухе кавычки. – Обычно сопровождаемые взрывами. Вспомни заседание фольхстага.

– Откуда мне было знать, что мастеровые заложат мину!

– Тебе и не нужно ничего знать – достаточно просто где-то появиться, – привычно припечатал он, лишая меня последних оправдательных аргументов. – А там и взрывы следом подтянутся. Поэтому тебя и сослали подальше от Эдана.

После этого заявления Бахала лицо Руяна сделалось задумчивым.

– Хватит ворчать, ты же любишь взрывы, – отмахнулся я. Не хочется в очередной раз начинать этот надоевший спор. Шутка, сказанная дважды, перестает быть смешной. – Так что прикажи готовить орудиям новые позиции.

– А спать когда? – ворчливо поинтересовался Бахал, смирившись с неизбежным.

– Сон? Какая непозволительная роскошь.

Можно подумать, он лично будет киркой да лопатой махать.

– Но ты не участвуешь, – выдвинул он ультиматум, а Руян поддержал его важным кивком. – Сидишь в стороне, лечишься. Я бы тебе приказал в Долину гейзеров ехать…

– С каких это пор ты мне отдаёшь приказы? – удивился я.

– То-то и оно, – посетовал он, подавив тяжелый вздох. – Но насчёт не участия, я серьёзно. Не дури, Гарн. Раненый рыцарь – медленный рыцарь. А медленный рыцарь – мертвый рыцарь.

– И в мыслях не было в драку лезть!

Бывший наёмник наградил меня скептическим взглядом и заметил:

– Почему я тебе не верю? Может отправишься с обозом в Долину? – предложил он, не рассчитывая на успех.

– Обязательно отправлюсь, – подтвердил я, но тут же погасил вспыхнувшую в его глазах осторожную надежду: – Но только после боя. А его, так и быть, посмотрю со стороны.

Правда, в последний раз это плохо закончилось. Но молния в одно место два раза не бьёт…

Не бьёт же⁈..

Глава 13
День и ночь

– Гарн, ты ещё спишь? – нарушил мой сон Бахал, легко толкнув в плечо.

– Спал, – пожаловался я, не открывая глаз. Не люблю ранние побудки. – Что кричишь? Солнце ещё не встало.

Даже глаза открывать не нужно, чтобы понять – для рассвета слишком темно.

– У нас проблемы! – обрадовал меня Бахал, явно поставив перед собой задачу лишить меня законного отдыха.

Голос встревоженный, но лишь слегка. Значит, проблема не из разряда «капитан, всё пропало!». Просто какие-то непредвиденные сложности. И стоит меня из-за этого будить? Если только из вредности, чтобы не страдать в одиночестве.

– Жалуйся, – вздохнул я, тряхнув головой и отбрасывая в сторону тяжелый плащ, подаренный мне Руяном. За ночь он промок, но всё ещё дарил тепло.

Холодный воздух, прежде щипавший лицо, быстро добрался до тела, окончательно прогоняя остатки сна.

Ночь выдалась прохладной. В Дхивале такое часто бывает. Днём жара, что можно свариться на солнце, а ночью резкое похолодание.

– А сам не видишь? – Он развёл руки, приглашая меня оглядеться.

– Туман? – кивнул я. А что гадать, если разгадка белым маревом висит перед глазами.

Когда пропитанный влагой воздух охлаждается до точки росы, водный пар конденсируется в мельчайшие капли воды…

Откуда в моей голове параграфы учебника? Ошалевшая от ранней побудки голова чудит?

– Туман! – подтвердил Бахал, помогая мне встать. – С позиций пушек наш берег не видно, не говоря уже о другой стороне.

Белая стена висела в воздухе, окутав остатки лагеря густой, практически непроницаемой для света ватой.

– Он не магический, – с подозрением уточнил я, поводив перед собой рукой в попытке схватить частичку тумана.

Магам вполне по силам поиграть с естественным природным явлением, усилив или ослабив его эффект. Альвы такое особенно любят. И любой туман для меня словно флаг опасности появления ушастых.

– Нет, маги Руяна не чувствуют магического воздействия.

Слова Бахала слегка успокоили мою паранойю. Любой магически вызванный или усиленный туман легко считывается другим магом.

– Дозор к реке выслал? – поинтересовался я, машинально проверяя револьвер.

Какой же этот АТ-33 здоровый и неудобный! Жаль, что «Стража» пришлось бросить.

– Обижаешь! – возмущенно фыркнул Бахал, с интересом наблюдая за моими манипуляциями с оружием. – Конечно, выслал! И на правом берегу десяток всадников костры жгут, стоянку армии имитируют.

Так себе прикрытие. Все мы читали древние военные книги, а потому сомнительно, что Компания купится на обманку. Уверен, они точно знают, что на правом берегу Дерага практически никого нет. Просто не торопятся.

Либо ждут, что с севера князь Нором атакует, либо решили не рисковать с ночной переправой. Армия князя всех князей всё равно далеко не уйдёт, да и путь её известен.

Хоть Компания и победила в двух последних битвах, но без потерь не обошлось. Это не преследование потерявшей боевой дух и организацию толпы. Осоман Сухарат сохранил армию и она всё ещё способна больно удивить неприятеля.

Собственно, только этим в последние дни и занималась, сдерживая основные силы Компании в момент переправы. Вот враг и осторожничает.

Судя по розовеющим небесам, восход солнца близко. Солнечные лучи быстро разгонят туман. Но успеют ли они это сделать до начала переправы основных сил Компании – большой вопрос.

– Люди Руяна освоились с орудиями?

– Скорее, люди князя всех князей, – задумался Бахал. – Но да, освоились. Более или менее.

– Тогда делаем так… – я вновь тряхнул головой, прогоняя остатки сна. Яростно потер щеки. – Посадим возле реки кого-нибудь с амулетом связи. Пусть корректирует огонь.

Идея, которая пришла мне в голову, не отличалась оригинальностью. В том прошлом будущем в конце войны так часто делали, когда были свободные амулеты связи. Но случалось это не так часто.

– Эй, твой амулет неисправен, – напомнил Бахал. В его голосе проскользнули нотки неуверенности, словно он отыскал в моей затее какой-то изъян. – Амулет есть у меня, у Руяна и у Аяра. Еще один амулет связи находится у «Сахсара-1», что смотрит за севером. Остальные амулеты того… шагают на юг вместе с пажами. Для твоей идеи нам понадобится минимум два. Один у корректировщика, другой на позициях батареи.

– В чем проблема? – не понял я. – Руян встанет на позициях артиллерии. А Аяр отправится к Дерагу.

– А что делать со «Стилетом»? Или ты предлагаешь Аяра в оруженосце у реки поставить, чтобы точно прибили первым же ударом? – возмутился Бахал, мазнув ладонью по щетине на подбородке. Да, бритье нам бы не помешало. – Последний свободный пилот ушёл в твой АТ-3–3. Больше у нас тут никого нет.

– Уверен? – уточнил я, стукнув себя пальцами по груди.

– Эй! Ты обещал в тылу сидеть, в стороне от боя!

– Что мне мешает это делать, с удобством расположившись в кабине освободившегося «Стилета»?

– Шило в одном месте. – Не дал себя обмануть Бахал, вновь теребя ногтями отросшую щетину. – Тебя только пусти к големам – оглянуться не успеешь, а мы уже под стенами Хальта, готовимся взять город приступом.

– Ты переоцениваешь моё безу… мой тактический гений.

– Скорее, недооцениваю, – усмехнулся он, оценив мою шутку, замаскированную под случайную оговорку. – И тебе врач запретил напрягаться, пока рана не заживёт.

– Я не собираюсь напрягаться, прос…

– Не говори это слово! – резко перебил меня Бахал. – Отлично знаешь – в твоих устах оно звучит как проклятие! Недавно ты уже «просто» сбегал в рейд на северо-запад. Хватит! Пожалей мою седую голову.

– Она не такая седая. И тебе идёт, – напомнил я, не забыв слегка подсластить пилюлю.

Есть лёгкое серебро у висков. Но это появилось до нашей встречи. Так что пусть на меня не наговаривает. Ясно ведь, куда Бахал ведёт.

– Это пока! – отмахнулся он.

– Можешь спорить сколько угодно, но у нас нет выбора, – вздохнул я. Чего спорить, если всё предрешено? – К тому же, из нас двоих я самый главный. Зови Аяра, пусть двигает к реке. А я присмотрю за его «Стилетом». Не бойся, мамочка. Я буду хорошим мальчиком и в драку не полезу.

– Зарекалась свинья, – философски протянул Бахал, закатив глаза. – Да, только человек твоей кротости и миролюбия мог стать маркграфом, – подтвердил он, потянувшись к амулету. – Аяр, ты спишь? Просыпайся. Есть две новости, хорошая и плохая.

Интересно, это какую новость Бахал считает хорошей? Почему мне она неизвестна?

* * *

После «Дракона» и «АТ-3–3» «Стилет» чувствовался чем-то чуждым, неудобным. Словно костюм с чужого плеча. И размер вроде твой, но ощущения всё равно какие-то неправильные.

А ведь я немало отмахал на таких машинах! Года не прошло. Или прошло? Чувство времени с этой вечной беготнёй атрофируется напрочь. Иногда мне кажется, что Академия и наши приключения в Вольной Марке остались в какой-то другой жизни.

Рассвет наступил, но туман не спешил сдавать позиций. Видимость улучшилась, но лишь самую малость.

Если дать солнцу шанс, то оно быстро разгонит белое полотно. Но Компания не станет ждать. Я бы точно не ждал!

Пока тихо. Но это только пока.

Вот и сглазил!

В белом мареве появились тени. Группа всадников призраками вынырнула из тумана, с завидной поспешностью рыся в нашу сторону. Оставленный на правом берегу наш небольшой арьергард не стал затягивать маскарад с ложными кострами. Обмануть он мог разве что полных идиотов. Но врагов считать таковыми не стоит, даже если они ими на самом деле являются – это опасно для жизни. Переоценка врага, куда лучше недооценки.

С появлением всадников оживились сахсары, обслуживавшие пушки. Шесть орудий были поставлены справа от дороги и тщательно замаскированы. Как оказалось, зря. Туман обесценил многочасовой труд по тщательному обустройству позиций.

Руян прошелся вдоль пушек, отдавая последние приказы. Затем замер, явно выслушивая доклад Аяра по амулету связи. А иначе, зачем он за него схватился?

С моей подачи эта глупая привычка распространилась среди всех обладателей амулетов, словно заразная болезнь. На самом деле касаться амулета или держать его в руках не требуется. Лучше он от этого не работает, но и хуже не становится.

Жаль я не слышу, что там происходит.

Только лишившись амулета связи, начинаешь понимать, насколько это хорошая и нужная штука.

Положив конец тишине, дружно рявкнули пушки, отправив своим бывшим хозяевам утреннее взрывное приветствие. Не обычные круглые чугунные шары, а цилиндро-сферические заряды с новомодными ударными взрывателями. В отличие от колониальной пехоты, на артиллерии Компания явно не экономила. С учетом превосходства дхивальцев в магах и живой силе это неудивительно.

Шесть вспышек бледного света пробились через туман, словно далёкий сигнал маяка.

Алхимическая взрывчатка, это вам не чёрный порох. Впрочем, когда тебе на голову падают бомбы, разбрасывая во все стороны губительные осколки, меньше всего тебя волнует, чем они набиты.

Сахсары на позициях батареи ещё активнее засуетились у пушек. Стволы орудий стали подниматься. Видимо, первый залп лёг с приличным недолётом.

Надеюсь, они не на позиции наших наблюдателей бомбы положили?

Второй залп получился не таким слаженным, как первый. Но результат, похоже, Руяну понравился. Он что-то громко крикнул артиллеристам, и те, задрав стволы орудий ещё на половину деления, начали бить по готовности.

Пушки сделали по три, четыре выстрела, добавив в белизну тумана серых красок дыма. Попали или нет, а если попали, то куда, какой урон нанесли – ничего не видно. Но ещё на втором залпе из низины выскочило шесть четверок лошадей с двухколёсными передками для орудий.

Дав последний залп, пушки замолчали.

Задерживаться мы не собираемся.

Сахсары действовали чётко. Не прошло и трёх минут, а лафеты орудий оказались прицеплены к повозкам. Лошади с места пошли бодрой рысью, выезжая на дорогу и выстраиваясь в длинную колонну. Несколько пустых ящиков, вот и всё, что осталось Компании на память об утреннем приветствии.

Из тумана выскочили новые всадники. Четверка возглавляемых Аяром наблюдателей. Не останавливаясь, они умчались следом за повозками.

Стоявший чуть впереди «Дракон» Бахала выставил вперёд рунную глефу, подавая сигнал готовности. Но прежде чем мы начали движение, в тумане появились две большие тени. Рыцари или оруженосцы, не понять.

Ставлю на рыцарей. Для оруженосцев тени слишком большие.

Бахал выстрелил в первую из теней. Световое копьё на короткий миг проделало в тумане настоящую дыру, которая тут же затянулась, словно рана под рукой сильного целителя.

Я слегка помедлил, непривычно быть ведомым, но выстрелил следом. Ещё пять вспышек порвали туман. В ответ прилетело не меньше четырёх, но все они легли где-то в стороне. Мы всё ещё стоим в тени, с реки нас просто не видно. Приходится целиться по вспышкам световых копий – не самый надёжный ориентир.

Подступающие тени исчезли. Решив не искушать судьбу, рыцари Компании отступили к берегу, а то и вовсе ушли на тот берег. Откуда им знать, сколько здесь прячется пушек да рыцарей? Лучше выждать час другой, пока туман окончательно рассеется, разведать наши позиции, подтянуть силы и смести оборону одним решительным ударом!

Так что несколько дополнительных часов мы выиграли.

Не знаю, какие Компания понесла потери и понесла ли их вообще, но время тоже весьма ценный ресурс. Сомневаюсь, что силам князя всех князей у Серебряной долины это сильно поможет, но явно не помешает.

Выждав ещё немного, выигрывая повозкам с орудиями небольшую фору, «Дракон» Бахала двинулся вперёд, забирая чуть влево, к дороге.

Брод через Дераг остался за спиной.

* * *

У Серебряной долины мы надолго не задержались, привычно посадили магов Руяна в кабины големов и тронулись дальше. Оставлять своих людей дяде князь не собирался. Знал, что именно ими родственник заткнёт самые опасные участки.

Благородные люди – благородные отношения.

Я вернул Аяру его «Стилета» и стал пассажиром на «Драконе» Бахала.

Марш до Долины гейзеров прошёл гладко. Но двигаться пришлось быстро, на пределе возможностей паро-магических големов, забыв об остановках и не жалея ихора. Зато солнце ещё не успело уйти за горизонт, а мы прошли через руины Ховрана.

– Прибыли! – устало выдохнул Бахал, вытаскивая кристалл активатор из гнезда «Дракона». – С тебя бы премию стребовать за комфортный проезд, – повернулся он ко мне. – Да ты же всё равно ни кина не дашь.

– Где ты видел комфорт? – искренне возмутился я. – У меня от тряски рана чуть не открылась и голова болит. Так что обойдёшься без премии. Скажи спасибо, что я тебя не штрафую.

– Спасибо за доброту, твое Сиятельство.

Он потянулся, сладко хрустнув затёкшими суставами.

– Выбираемся что ли? Так жрать хочется, что спать негде. А самое обидное, не с кем, – сокрушённо вздохнул он, кивнув в сторону люка. – Только после вас. Оставлять тебя одного в кабине я не рискну.

– Да-да, переживаешь за Хальт. Твоя главная проблема – любовь к повторению несмешных, однотипных шуток.

– Я бы сказал, кто моя главная проблема. Да она обидится, лишив меня жалования, – донеслось мне в спину.

– Новая шутка? Почти смешная! Делаешь успехи, – усмехнулся я, нащупав ногой первую ступеньку лестницы.

– Делаю, когда не шучу, – согласился Бахал, выбираясь следом за мной из люка «Дракона».

Прыжок на землю отдался вспышкой острой боли. Раньше не обращал на это внимание, но ступеньки у «Дракона» могли бы и пониже располагаться.

Первое, что бросилось в глаза, а скорее впилось в нос – запах горячей еды. Ожидая нас, над кострами весело булькали своим аппетитным содержимым большие котлы.

У Руяна есть организаторская жилка! Приятно, когда сразу же после изнурительного марша тебя встречает горячая еда и теплая постель. Ладно, насчёт постели ему не пришлось сильно напрягаться. Наш лагерь в долине никуда не делся. Но тот факт, что он заранее отправил вперёд гонца, чтобы известить о нашем скором прибытии и распорядиться насчёт ужина говорит в пользу князя.

Моя школа!

Усмехнувшись этой несмешной шутке, я направился к выделенной мне палатке. Не такой большой, как у Руяна, там скорее шикарный шатёр, но всё равно довольно комфортной.

Хоть и проделал весь путь в почти забытом статусе пассажира, а чувствую себя словно после многочасового марша в кресле пилота.

Ужин прошел в молчании. Все слишком вымотались за эти дни. Даже у Бахала иссяк казалось бы бесконечный запас не смешных шуток.

Спасибо князю всех князей, у нас есть три-четыре дня на передышку. Главное, чтобы его вновь не пришлось спасать из западни.

Быстро приговорив тарелку с пряным рагу, я удалился в палатку, стянул с себя одежду.

После проверки повязки на ноге, взгляд зацепился за бинты на левой руке. Зачем я их всё ещё ношу?

Острый нож разрезал тонкие слои ткани. В свете единственной свечи сверкнули драгоценные камни трофеев, снятых с убитого мага. Явно дорогие игрушки. Если забыть про артефактные свойства, есть стоимость камней, золота и работы.

Но забыть про артефактные свойства не получится. По ободу перстней идёт тонкая, едва различимая цепочка рун.

Завтра покажу их Руяну. Моих знаний недостаточно, чтобы по рунным цепочкам определить возможности доставшихся трофеев.

С этими мыслями я задул свечу, наконец-то проваливаясь в сон.

Стойкое ощущение чужого присутствия разбудило меня где-то в середине ночи.

В палатке стояла полная темнота. Такая непроглядная, что я не видел противоположную сторону. Костёр, свет которого пробивался через серую ткань, давно прогорел, не оставив и углей.

Темноты я не боюсь. В отличие от тех, кто прячется под её плащом.

Чувство чужого присутствия не отпускало. В палатке явно кто-то есть!

Рука медленно потянулась к оставленному рядом с подушкой револьверу. Внезапно темнота ожила, соткавшись в гибкую фигуру, навалившуюся на меня всем телом.

– Дивия! Какого демона? – возмущенно выдохнул я, узнав девушку. – Я же мог тебя пристрелить.

– Но не пристрелил же, – безразлично пожала она плечами, оседлав мои бедра и прижимаясь всем телом.

– Ты что делаешь?

– А на что это похоже?.. – склонившись ниже, прошептала княгиня, обжигая мои губы горячим дыханием. – Помоги с этими проклятыми завязками на одежде!

– Мы разбудим половину лагеря! – предупредил я, пока руки против воли выполняли похожую на приказ просьбу. Узкий приталенный жакет полетел в сторону, сменившись тонкой шелковой рубашкой, которая мало что скрывала, не давая простора фантазии.

– Значит, сделаем всё очень тихо! – В темноте блеснули её белые зубы.

– А не пожалеешь? – криво усмехнувшись, уточнил я, чувствуя, как последние барьеры самообладания сдают под тараном безумного возбуждения. Мир сузился до пространства между нами, заполненного лишь дрожью предвкушения, оставив все проблемы за тканью полевой палатки.

– Лучше жалеть, о том, что было. Чем о том, чего не было, – дерзко бросила она, каким-то смазанным, змеиным движением избавившись от последней одежды и скользнув под тонкое одеяло.

Дальнейшие слова стали ненужными… лишними… бесполезными. Страсть, подобно дикому зверю, завладела нами с головой, увлекая в омут, вынырнуть из которого казалось невозможно. Но мы этого и не хотели, полностью посвятив себя страсти и ночи.