Текст книги "Новая раса (СИ)"

Автор книги: Александра Торн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

Глава 8

– Ну как? – спросил Тедди.

– Увлекательно, – отозвался Пол. – Это рекламная статья?

– Ну… в целом-то, да, конечно.

– Тогда вы достигли цели, – хмыкнул кондитер. – Если бы я был на пятнадцать лет моложе, то уже бежал бы подавать документы в этот университет.

Он отложил планшет и указал на пустую тарелку перед журналистом:

– Что думаете? Я намерен ввести новый десерт в меню.

– Очень вкусно, – признал Росс. – Я бы съел еще две-три порции. Я бы никогда не додумался сделать съедобную чашку из шоколада. Ее же не отличить от фарфоровой!

Пол самодовольно улыбнулся в усы и подал Тедди вторую чашку, из розового шоколада.

– Попробуйте этот вариант. Ягодный немного с кислинкой, а этот – со сливочным ванильным кремом и лепестками миндаля.

Росс запустил ложку в начинку. Крем таял во рту, лепестки миндаля слегка похрустывали, и некоторое время журналист был занят исключительно дегустацией.

– Откусите ручку, – посоветовал Пол. – Там сюрприз – миндальный крем.

– Как вам это приходит в голову? Ну, в смысле, десерты, рецепты… вы же как-то догадываетесь, что с чем можно сложить, а что нет?

– Я не догадываюсь, – с улыбкой ответил Агилар. – Умению сочетать продукты и разбираться в их свойствах учат в кулинарных школах. К тому же у меня есть преимущество, – он коснулся пальцем глаза. Тедди поежился. Он понимал, что у биомеханоидов нет чувствительности, но все равно – тыкать себя пальцем в глаз, бррр!

– То есть вы смотрите на продукт, и они вам подсказывают, с чем его мешать?

– Не совсем. Я могу определить его химический состав и органолептические свойства, а потому…

– Но это же читерство! – возмущенно вскричал Тедди.

– Должна же быть какая-то польза от этих штук лично для меня, не так ли? Но вообще у меня довольно большой опыт. Я стал готовить еще в учебке, когда мне было пятнадцать.

– А вам разрешали?

– Почему нет? – поднял бровь Агилар. – У Корпорации нет цели вырастить диких, неприспособленных к жизни в социуме существ. Даже у отказников, даже у таких, как я, была достаточно нормальная жизнь, насколько это возможно.

Это прозвучало с такой неожиданной горечью, что кондитер отвернулся и замолчал. Росс отвел глаза. Сколько еще существ живут этой «достаточно нормальной жизнью», считая дни до окончания обязательного контракта? А ведь некоторых, таких, как эпсилон-навигаторы, не отпускают до шестидесяти – Тедди как-то читал интервью одного из них.

– Зато теперь вы можете делать все, что хотите, – неловко пробормотал журналист.

– До тех пор, пока не нарушаю закон.

– Ну, никому нельзя нарушать закон.

– Я не об этом. Корпорация никогда не отпускает существ навсегда. Любого из нас можно найти, если не взломать клеймо.

Росс невольно бросил взгляд на плечо Пола.

– Но вы же говорили, что для существа это смертельно опасно?

– Есть те, кто идет на риск. Желание быть свободным сильнее страха.

– Вы свободны, – быстро сказал Тедди. Пол невесело улыбнулся.

– Никто из нас не свободен так, как вы, люди. В каждое клеймо встроен чип-трекер. В клеймах хранятся записи обо всем, что с нами происходит, обо всем, что мы делали на службе – хотя, к счастью, считать их может только спецсканер. Многие готовы рискнуть не для того, чтобы присоединится к террористам, а для того, чтобы наконец понять, каково это – стать свободным. Свобода, Тедди, – тихо сказал Пол, – это единственное, что по-настоящему бесценно.

– Тогда почему вы не попытались избавиться от клейма?

– Потому что струсил.

– Что⁈ – поперхнулся журналист.

– Я слишком хотел пожить такой же жизнью, как вы, люди. Не достаточно нормальной, а просто нормальной.

– Вы так говорите, как будто мы вообще разные биологические виды, – несколько обиженно сказал Тедди: его задевала интонация, с которой Пол говорил это свое «вы, люди».

– Может, и не совсем разные, но в глубине души многие существа думают так же. Просто вам не говорят, потому что вы – хозяева положения.

– Я не считаю, что существа – это нелюди, а люди их хозяева, – резко сказал Тедди. – И не считаю, что обязательно всех делить на нас и вас.

– Хозяева и рабы, – пожал плечами Агилар. – Так говорила Команданте Эсме Ла Роха[1], одна из вас, из тех, кто не хотел иметь рабов. Но она при этом не питала иллюзий.

Тедди возмущенно вспыхнул; однако разговор заходил на опасную территорию, а он не хотел ссориться с Полом. Поэтому он решил оставить болезненную для кондитера тему и спросил:

– Но раз за всеми существами так пристально следят, то как они ухитряются ломать клейма?

– Никто лично не следит за нами круглые сутки, – со смехом ответил Пол. – Вы же не думаете, что некие люди сидят за мониторами, своими глазами ежеминутно отслеживая перемещения огромного числа существ?

– Эээ… нууу… мне казалось, что в этом и смысл трекеров в клеймах. Разве нет?

– Все данные поступают в систему наблюдения, и при необходимости эту информацию можно запросить. Но круглосуточно надсмотрщики с хлыстом за нами не бегают. Так что, если подойти к вопросу достаточно разумно, то вполне можно спланировать взлом клейма, не привлекая внимания. Сложность тут в другом – как только клеймо взломано, существо исчезает из системы, и она это фиксирует.

– То есть раздается сигнал тревоги, и все сразу понимают, какое существо пропало?

– Именно. Также фиксируется точка, в которой это произошло. Потому сразу после взлома клейма всем участникам операции нужно бежать как можно дальше и как можно быстрее.

– Тогда почему всех взломщиков до сих пор не переловили?

– После нескольких инцидентов взломщики клейм усвоили урок и стали очень быстро бегать. Еще на службе, – задумчиво сказал Пол, – я слышал о человеке или существе по кличке Доктор Свобода, у которого или у которой не умерло ни одно существо во время взлома.

Тедди вздрогнул. Как можно идти на смертельный риск ради неизвестного какого результата, да еще и делать это в каком-нибудь подвале, доверившись неизвестно кому!

– Говорят, Доктора Свободу так и не поймали, – добавил Агилар. – Но я покинул службу и больше не слышал о нем или о ней.

– Странно, что ее или его не ловят. Это же должна быть цель номер один!

– Ловят, скорее всего, и рано или поздно поймают. Борьба с «МТ» – дело безнадежное, и всех ждет судьба Эсме Ла Рохи.

– Но она же не террористка! – возмутился Росс. – Ей даже памятники ставят, хотя…

– Хотя она погибла в бою с военными силами Корпорации. Просто Николия Тадич была отнюдь не идиоткой и знала, когда выгодно признать своего врага достойным уважения. Посмертно.

Росс угрюмо замолчал, колупая ложечкой десерт. Разговор упорно шел куда-то не туда, и журналист чувствовал, что никак не может понять Пола.

– Ну ладно, – мягко сказал кондитер, – не будем обсуждать дела далекого прошлого. Давайте лучше поговорим о десерте. Вы готовы пробовать следующий?

– Вы сделаете из меня конченного сладкоежку, – проворчал Тедди. – А я вообще-то не люблю сладкое.

– Именно поэтому я и тестирую десерты на вас. Ну так что, следующая чашка? Черный шоколад, мятный крем и апельсиновое конфи?

– Давайте, – со вздохом согласился журналист.

* * *

Группа была готова. Мария выделила им некоторое количество лекарств, еды, одноразовые телефоны и, разумеется, деньги. За вывоз семи человек пришлось заплатить восемьсот тысяч динар – расценки росли, как на дрожжах, и хотя бюджет пока это выдерживал, эвакуация становилась серьезной проблемой.

– Они ждут, мадам, – напомнил Исио. Фиалковская подошла к Элии Ройя, главе группы, и протянула ей руку. Элия крепко ее пожала.

– Будьте осторожны, – сказала Мария. – Постарайтесь добраться до Стагмора кружным путем.

– Да, мадам, – ответила Элия. – Жаль, что Карло Ровере не может уйти с нами.

– Ему нужно время на восстановление. Не волнуйтесь – мы о нем позаботимся.

– Надеюсь, нам это не повредит, – вздохнула Элия. – Нельзя сейчас оставлять следы.

– Вы правильно сделали, что привели его. Нам нужны все, кто готов бороться.

– Я постаралась его проверить. Если бы была хоть тень подозрения – я бы его не привела, – сказала Элия и неуверенно улыбнулась Фиалковской. Они все как будто немного ее побаивались. – Спасибо. Для нас было честью поработать с вами.

– Ну что вы, что вы, – неловко пробормотала Фиалковская. Элия кивнула группе, и они двинулись к тоннелю, ведущему по поверхность, сквозь живой коридор остальных людей и существ, на ходу пожимая руки и прощаясь.

– Вы уверены, что нужно их вывозить, мадам? – негромко спросил Исио. – Нас ищут, и, возможно, нам понадобятся все наши силы при столкновении с «МТ» и Эль Шадияр.

– Я постараюсь сделать все, чтобы до столкновения не дошло. Здесь почти девяносто бойцов. Обнаружить такое количество людей и существ гораздо проще. Особенно если искать.

– Что говорит Папа?

– Пока ничего. Ему нужно затаиться – этот принц, который вел расследование на Тар Мариат, как-то узнал про его причастность.

Лютер сообщил ей об этом недавно, в коротком сообщении по шифрованному каналу. Мария так и не узнала, откуда к нему поступает эта информация, но теперь, помимо досады, это вызывало опасения – агент, который сливал сведения Магринье, мог быть двойным. Кто знает, не провокация ли это, затеянная службой дознания «МТ»?

– Нужно пересчитать наши припасы, – сказала Фиалковская. – Что там с хладагентами?

– Запасов пока хватает на хранение продуктов и лекарств, – ответил Исио Торо. – О хладагентах можно не беспокоиться в ближайшие три недели. Но вот насчет пресной воды нужно что-то решать. Я высылал людей на закупку, но это становится все более рискованно. Много небольших групп, скупающих воду и продукты, в конце концов могут привлечь внимание.

– Будем экономить, – вздохнула Мария. Они направились к тоннелю, где был организован склад продукции: ящики с синтетической пищей и контейнеры с питьевой водой. Вообще воды тут было в избытке, но для питья она не годилась, хотя они приспособились использовать ее для стирки.

– Мадам, – окликнули Фиалковскую. Мария обернулась и с досадой увидела Авилеса, который караулил ее неподалеку от входа в тоннель.

– Что вам? – с холодком спросила она.

– Мне хотелось бы кое-что обсудить с вами. Наедине.

«Может, Лютер прислал его, чтобы он шпионил за мной?» – подумала Мария. Исио вопросительно посмотрел на нее, готовый прогнать надоедливое существо.

– Идемте, – сказала Фиалковская. Она прошла мимо хранилища продуктов, склада с оборудованием и свернула в соседний узкий тоннель. Исио следовал за ней, хотя на лице Авилеса на миг мелькнуло раздраженное выражение. Однако Мария не собиралась беседовать с ним наедине.

– Говорите, – велела она, повернувшись к Гектору. Исио включил небольшой нагрудный фонарь – Мария, в отличие от существ, не видела в темноте.

– Я все еще думаю о том, что было бы полезно расставить на принца ловушку, – заявил Авилес.

– Чтобы привлечь максимальное внимание спецслужб после похищения его высочества?

– Галлан похищал высокопоставленных персон не один раз и весьма успешно.

– Если ваш образец для подражания – Фредерико Галлан, – холодно заметила Фиалковская, – то, боюсь, вы не найдете много сторонников.

– Галлан убивал своих, – проронил Исио.

– Да, но я говорю не том, как он кончил, – сказал Авилес. – Я говорю об эффективности его тактики. Вы же готовы признать, что Галлан долгие годы был угрозой номер один, и «МТ» ничего не могла с ним сделать?

– Допустим, но я все еще не понимаю, зачем нам ловить вад-принца.

– Вы ничего о нем не знаете?

Фиалковская переглянулась с Исио.

– Нет. Мне только сообщили, что он личный агент султана.

– Во время службы у меня было несколько миссий в султанате. Не в колониях, – подчеркнул Авилес, словно это говорило о его превосходстве, – а в самом султанате, на Аяле. Я работал в столице Эр-Руммала, с допуском во дворец Лейлат.

– И встречались там с принцем?

– Нет, но ходили слухи, что по АльНилам – не человек, а существо, сделанное по спецзаказу для султана.

– Вы это прямо на ходу выдумываете? – поинтересовалась Мария. – Если верить слухам, то все наше правительство – сплошь тайные существа спецназначения.

– Я не о газетных сплетнях и не о статейках на сомнительных сайтах. Об этом поговаривали те, кто работал со мной, а не слабоумные журналисты, сочиняющие сенсации за банкой пива. Они видели принца в деле… и вас разве не удивляет, что сына султана назначили спецагентом?

Вообще-то Фиалковская действительно над этим задумывалась, но у нее было слишком много хлопот, чтобы задаваться вопросами насчет профессионального самоопределения султанских сыновей.

– Может, это была его мечта с детства, – пожала плечами Мария. – Он всего лишь младший сын, а не наследник престола.

– Но если это правда? Только представьте, что будет, если АльНилам, законный сын султана, член правящей семьи – существо, созданное в нарушение всех законов Аялы! Да еще и по спецпроекту – вы же должны понимать, что это значит! Что будет, если мы это докажем, а? Что до его клейма – разве вы не сможете его взломать и отключить?

Фиалковская задумалась. Если это правда – то идея крайне соблазнительна. После всего, что она узнала, ее совершенно не удивляло наличие существ, сделанных по спецзаказу, в том числе напичканных киберустройствами в нарушение Конвенции и целого стога законов, запрещающих подобные фокусы. Ее даже не удивило бы то, что принца вырастили из эмбриона с эмбриофермы. Но все дело в том, правда ли это. Откуда существу Сай Ашерон знать такие интимные подробности о вад-принце?

– Мадам, – кашлянул Исио, – на два слова.

Несколько удивленная, Мария последовала за ним вглубь тоннеля. Торо остановился на таком расстоянии, чтобы видеть Авилеса, и коснулся пальцем губ.

«Что такое, Торо?» – беззвучно спросила Фиалковская.

«Это имеет смысл, – сказал эпсилон. – Вы же хотели сделать Авилеса добычей для отвода глаз вад-принца?»

«Это несколько другая задача, чем ловить спецагента на живца».

«Да, но он сам предлагает себя в качестве наживки. Пусть вад-принц гоняется за ним, а он – за принцем, пока мы будем заниматься делом».

«А что будет, если они наконец друг друга поймают?»

«Я приставлю к Авилесу верного вам человека – или существо…»

«Существо он сразу заподозрит».

«Тогда человека. Он завербуется в группу Авилеса и проследит за тем, чтобы принц смог поймать наживку, но не смог проглотить».

«Что ж, хорошо, – поразмыслив, решила Фиалковская. – Устройте это. Мне не нравится присутствие Авилеса. Очень жаль, что мы так и не смогли узнать, что же произошло в Альмонзее».

Лицо Исио, всегда невозмутимое, на миг исказилось от ярости.

«Я не позволю ему причинить вам вред».

«Я знаю, – Мария коснулась его плеча. – Но мы должны подумать об остальных. О том, чтобы он не причинил вред другим. Мне кажется, этот Сай Ашерон слишком себе на уме, и его не заботит, что будет с остальными».

«Хорошо, мадам. А если он прав, и вад-принц – действительно спецзаказ?» – помедлив, спросил эпсилон.

«Тогда мы получим очень ценный приз – и очень опасный. Я смогу отключить его клеймо и трекер в нем, но се равно нужно будет хорошенько продумать наши действия на случай, если, паче чаяния, Авилес не солгал».

Глава 6

17 июня 214 года NPrE

«Поразительно, что делается с людьми, когда им отдает приказы особь королевских кровей», – заметила Фан, когда шла вместе с Аксом к месту происшествия, над которым еще поднимался черный дым.

«Ну ладно тебе. В конце концов, так быстро улики мы даже в Альмонзее не находили».

«Это не вызывает у тебя подозрений?»

«Не думаю, что у принца сейчас есть время заниматься подлогами. До конца стоянки в Таулане всего несколько дней, а он очень хочет найти Авилеса».

«На что ему сдался этот террорист… Занимался бы своей миссией, так ведь нет. Вмешивается в наше дело и еще возмущается, когда ему задают закономерные вопросы».

«Давай не будем привередничать. Они ведь нашли машину – всего за два дня».

Майор только вздохнула в ответ.

Скорость, с которой тауланская полиция выполнила скромные пожелания вад-принца, поражала. Когда Акс обратился в местное управление, ему с кислым видом пообещали «что-нибудь предпринять»; когда его высочество написал шефу тауланской полиции пару строк, то уже через два дня полицейские нашли машину, на которой, вероятно, Авилес уехал из башни Цейхин.

Автомобильный номер оказался краденным, как Фонтейн и предполагал. Настоящая машина с таким номером принадлежала учительнице младших классов и во время инцидента в ресторане мирно стояла на парковке перед школой в другом конце города. Трекер из автомобиля террориста был извлечен, как и в случае с машинами на Альмонзис. Так что полицейские занялись видеоанализом – попытались вычислить авто по записям с камер наблюдения. Впечатленный письмом от вад-принца, шеф полиции бросил на эту задачу всех, кто мог смотреть в экран, и всего через два дня Акс, Фан, АльНилам и его слуга приехали на окраину Таулана, где под мостом дымились остатки автомобиля.

Была уже половина девятого вечера, и в городе потихоньку смеркалось. Криминалисты и полицейские зажигали фонари, чтобы обследовать место преступления. Его очерчивали ярко-красные, фосфоресцирующие в сумерках кордоны. Перед кордоном Фонтейна и его спутников встретил капитан тауланской полиции. Он торопливо опустился на колено перед принцем, но тот жестом велел ему встать.

– Ахмед ибн-Расул аль Меджид, – коротко представил капитана АльНилам. – Глава отдела по контролю за автотрафиком. Саид Фонтейн и саида Фан – представители «МТ Экспресс».

– Добрый вечер, – сказал Меджид и широким жестом обвел сгоревший остов машины, словно торговец, предлагающий дорогим клиентам все самое лучшее. – Автомобиль подозреваемого – «Виола Аллегра», двести девятый год выпуска. Номера сбиты, трекер извлечен, но нам удалось найти в архиве запись угона, – он кашлянул. – Мы надеемся, что вы сможете как-то объяснить э… произошедшее.

Меджид протянул Аксу планшет с открытым видеофайлом. На фрагменте записи с камеры наблюдения было видно, как сам по себе взломался замок на дверце, она распахнулась, захлопнулась, и «Виола Аллегра» выехала со стоянки перед торговым центром на окраине.

– Рисковые ребята, – заметила Фан. – Кататься по городу в угнанной машине с работающим трекером до того, как его вытащит пильщик – это надо быть очень уверенным в своей безопасности.

– Куда она направилась? – спросил вад-принц.

– Выехала из города и затерялась, эфенди, – почтительно ответил Меджид. – Системой видеонаблюдения оборудованы только междугородние шоссе, а она съехала с него прямо в луга. Но это еще не все, – капитан открыл следующий файл.

На записи с камеры около моста снова появилась «Виола Аллегра». Она остановилась под мостом. Дверца снова сама собой открылась и захлопнулась, а затем то же самое произошло с крышкой багажника. Из него сам по себе выплыл огнемет (Акс узнал старую военную модель ФТР-17, которые массово списывали еще когда он был капралом). После этого огнемет скользнул в сторону и стал виден нечетко, словно рядом был некий источник помех. Огненная струя ударила в капот машины, и вскоре под мостом запылал нешуточный костер. Когда пламя занялось как следует, в него полетел огнемет. Жар был таким, что на записи пошли помехи, и разглядеть, что происходит вокруг пылающей машины стало довольно трудно.

– В машине есть труп? – спросила Фан.

– Нет, саида. Она была пуста, когда ее подожгли.

– Благодарю, капитан, – АльНилам кивком отпустил Меджида, и тот отошел к кордону. Якзан с кислым видом осматривал остов автомобиля. Никакого биоматериала на нем не осталось ни внутри, ни снаружи. Огонь был самым лучшим способом замести следы, и террористы активно им пользовались.

– Куда же он делся? – пробормотал Фонтейн. – Не по воздуху же Авилес отсюда улетел.

– Мог уйти пешком, – сказал вад-принц. – Жилых домов здесь нет, свидетелей тоже. Отличное место, чтобы спалить машину. Непонятно только, почему он решил заняться этим именно сегодня и именно здесь – после того, как уже успешно скрылся и мог запросто оставить авто в полях.

– Кто-нибудь с шоссе заметил бы, – усомнилась Фан.

– Высота стеблей сарантана – метров восемь, – ответил Мурад. – Ее увидели бы разве что с воздуха, и то не факт.

Фонтейн подошел к бетонному ограждению набережной. Таулан разделяла на две почти равные части река Камия, стремящаяся с гор в долину. Люди построили множество каналов, отводящих воду, чтобы избавить себя от опасности наводнения и обеспечить водоснабжение города. Мост на двух массивных квадратных опорах поднимался каналом, часть которого уходила в подземное русло. Фонтейн слышал, как под ногами глухо шумит вода.

Вокруг тянулись полузаброшенные склады. Где-то вдали виднелась вышка охраны, но, как сказал Ан-Файяз по дороге к мосту, в этом районе Таулана иногда никого не бывает неделями. Место для террористов довольно удачное, но вопросом, который вслух произнес АльНилам, задавался и Аксель. Что это за странная акция? Какой-то сигнал для своих? Или Авилес намеренно привлекает их внимание, чтобы… что? По прошлому общению Фонтейну не показалось, что этот тип склонен к самопожертвованию.

Шеф СБ экспресса перегнулся через ограждение и осмотрел канал. Вода была похожа на черное масло. По обе стороны искусственного русла тянулись забранные решетками проемы, в которые вполне мог пролезть Авилес. Жаль, с моста не разглядеть даже зрением стрим-десантника, есть ли следы взлома.

– Эй, Акс, здесь дверь! – воскликнула майор. Фонтейн обернулся. Фан, вад-принц и его слуга собрались около опоры моста, и Акс поспешил к ним.

Дверь была довольно высокая и широкая, металлическая или обитая металлом, с длинным поручнем вместо ручки и табличкой на уровне груди Акса – то есть на уровне глаз для людей обычного роста. Мурад подтолкнул парящий рядом фонарь ближе к табличке. Под строками на фахти значился перевод на конти: «Служебный вход. Только для персонала. Не входить!»

АльНилам с интересом изучал на замок – большой квадратный короб из металла, со сканером для пальцев, сенсорной панелью и разъемом для карт. Принц перевел взгляд ниже, к порогу, присел на корточки и едва не столкнулся лбом с Фан, которая сделала тоже самое.

– Ну что? – спросил Фонтейн. – Есть следы взлома?

– Дверь открывали. Недавно, – майор провела пальцем по полукругу, который едва угадывался на бетоне набережной. – Она то ли слегка провисла, то ли ею очень редко пользуются. Однако не похоже, что замок взломан.

Вад-принц распахнул длинную бесформенную куртку, под которой оказался мешковатый комбез, выудил из сумки на ремне небольшой пенал, достал из него тонкий стек и сунул в разъем. Фонтейн изумленно заморгал и почти робко спросил:

– Может, лучше позвать специалистов?

– Неа, – беспечно отозвался АльНилам, поворошил стеком в разъеме, и на панели вспыхнула какая-то надпись. Затем на сканере запульсировал значок, смысла которого Акс не понял, и в замке что-то щелкнуло.

– Что вы наделали?

– Активировал аварийный доступ. Зачем терять время на вызов специалистов, да?

Его высочество сунул орудие взлома в сумку и дернул дверь за длинный поручень. Она даже не шелохнулась. Мурад отстранил его и взялся за дело сам. Могучий якзан смог сдвинуть дверь на десяток сантиметров; внутри что-то заскрежетало.

– Заблокировано, – сказал Мурад, утирая лоб. – Те, кто входил, чем-то забаррикадировали дверь.

– Позвольте-ка, – Фонтейн занял место якзана, посмотрел в щель и разглядел толстую цепь, обмотанную вокруг поручня с другой стороны двери. К чему была привязана цепь – Акс не разобрал. Он взялся за наружный поручень и потянул дверь на себя. Сначала она шла туго, внутри что-то скрипело, и вскоре поручень стал выгибаться в его руках. Тогда он сунул ногу в увеличившуюся щель, уперся рукой в стену, плечом – в дверь и навалился на решение задачи изо всех сил. Наконец изнутри донесся скрежет, звук лопнувшего металла, и Фонтейн распахнул дверь. На полу перед ней валялся искореженный поручень, обмотанный цепью, которая крепилась к большому валу.

[1] Эсме ла Роха (Эсмеральда Каррильо Фуэнтес), 20–59 гг NPrE, глава организации «El Umbral», боровшейся за равноправие существ и людей.