Текст книги "Новая раса (СИ)"

Автор книги: Александра Торн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 21 страниц)

– А вы что, собирались унести ее на себе? – изумленно просипел Росс. Впрочем, в принце он уже не сомневался, но как тот собирался тащить бессознательное тело?

– Это очень ценный приз, но после взрыва в нее сразу же вцепился ее эпсилон, а с психокинетиками я предпочитаю не связываться.

У Тедди сразу появилось много вопросов, тем более что ему казалось, будто он слышал голос Авилеса. Но вад-принц так быстро тащил журналиста за собой, а нога снова стала так болеть, что у Росса хватило сил только на один:

– Как они нас нашли? Ну, в смысле, Фонтейн и его солдаты?

– По сигналу, который передает Мураду мой чип.

– Но террористы же вырезали его и бросили его в тоннелях.

– Ну, у меня есть еще один, – посмеиваясь, сказал АльНилам.

«В клейме», – журналист уже был почти уверен, что принц тоже существо, но как это совмещается с тем, что он сказал про гермафродита? У Тедди до сих пор мурашки шли по телу от одной только мысли – а ведь кто-то додумался такое сделать с эмбрионом специально, если АльНилам и вправду существо! Хотя почему – кто-то? Наверняка это его отец-султан, но… зачем⁈

Иногда до общественности доносились слухи о неких особенных существах – сделанных Корпорацией по заказам президентов, королей или миллиардеров. Но ни один из этих слухов никогда не подтверждался, а порождали эти сплетни те же сайты, где публиковались статьи о заговоре инопланетян или порталах в ад.

«Это в любом случае незаконно. Официально корректировать можно только больных, а не…» – Росс скосил глаза на криокейс, и по его спине пробежал холодок. Но почему же никто не хочет задуматься над такой простой математикой – если всех существ делают стерильными, то они не могут передавать свои патологии потомству. Однако в таком случае существ должно становиться все меньше, а их было все больше и больше.

«Никому не выгодно», – горько подумал Тедди. И Пол прав – все существа рабы, а общество радостно игнорирует очевидное, потому что это так удобно.

Росс споткнулся, и принц тут же подхватил его и даже не покачнулся, хотя был ниже на голову. Никто не подумает на АльНилама – невысокого, худощавого, хрупкого с виду; но, опираясь на плечи вад-принца, Тедди чувствовал под его комбезом сильные, твердые мышцы – такие появляются вовсе не от занятий в фитнес-клубе пару раз в неделю. Но как султан додумался сделать такое с одним из своих детей⁈

– Что же мне с вами делать? – пробормотал принц, когда они наконец добрались до лестницы. Снизу даже сквозь закрытый люк доносились крики и звуки боя.

«Я – обуза», – подумал журналист и прошептал:

– Оставьте меня где-нибудь здесь. Тут тихо, может, никого нет…

– Нужно сходить на разведку, посмотреть, как там дела, но что, если не все террористы завязли в драке? – пробормотал АльНилам. – Хотя вряд ли они станут искать нас – на это у них уже нет времени. Ладно, идемте.

Третий этаж был темным и безлюдным; его окольцовывала галерея с перилами, с которой открывался обзор на ангар на первом этаже. Едва вад-принц открыл люк, как отчаянные вопли резанули Тедди по ушам, и журналист испуганно съежился.

– Не бойтесь, – сказал АльНилам. – Это кричат террористы, – он прикрыл глаза и как будто впал в транс на несколько секунд, а потом вдруг улыбнулся так нежно, что Тедди стало не по себе. С чего бы нормальному человеку так улыбаться, слушая звуки резни?

– Пошли, – сказал вад-принц. – Подождем их внизу, в более комфортных условиях.

– Вы не будете искать Марию? – спросил Росс, сползая по лестнице следом за принцем.

– Разве вам хочется, чтобы я поймал тех, кто намерен все-таки сказать правду и сорвать покровы с преступлений Корпорации? – насмешливо спросил АльНилам. Тедди не нашелся с ответом.

Спустившись, АльНилам подошел к перилам, огораживающим галерею. Росс последовал за ним, бросил взгляд вниз и оцепенел. Сухая теплая ладонь закрыла Тедди глаза.

– Вам не стоит смотреть, как он убивает, – мягко шепнул АльНилам, – вы не сможете относиться к нему так же, как раньше. Идемте.

Журналист покорно позволил увлечь себя в пустую комнатку и усадить на койку. Перед глазами все еще стояла картина – как будто репортаж прямиком из ада: проход между цистернами, усеянный телами, и несколько существ рубят террористов, а те даже не могут толком оказать сопротивление. И среди этих существ – Пол, который резал людей вокруг так методично, словно они были мишенями в тренировочном зале. Кондитер двигался так легко и быстро, что террористы вокруг него, казалось, падали сами.

«Так вот от чего Пол отказался, – вдруг осознал Тедди. – Вот то, для чего их делают, то, чем он не хочет быть…»

Его плеча нежданно коснулась ладонь принца, который почти ласково произнес:

– Он делает это потому, что боится за вас.

– Он убивает их из-за меня, – горестно прошептал Тедди.

– Нет, из-за своего страха за вас. Он боится, что они причинили вам вред. Мурад сейчас тоже с ними не нежничает.

Это имя неожиданно вырвало Росса из оцепенения.

– Мурад здесь?

– Конечно. Как бы еще солдаты экспресса нашли бы нас так быстро? Мой якзан отследил сигнал чипа и привел их сюда. Надеюсь, – чуть нахмурился вад-принц, – ему не пришлось пообещать им слишком много за их помощь.

– С чего бы ему что-то обещать? Защищать пассажиров экспресса – это их прямая обязанность!

– Если бы все было так просто, – вздохнул АльНилам и опустился на корточки перед кейсом. – Тем не менее, эмбрионов мы нашли и можем вернуть их родителям. Это уже хорошо.

– Их рекомбинируют? – спросил Росс.

– Да. Точнее, пять уже рекомбинированы, остальные… в любом случае, поскольку у них у всех есть официальные диагнозы, то рекомбинации им не избежать.

– Это омерзительно, – прошептал Тедди.

– По крайней мере, когда их достанут из митра-куба, они окажутся в своих семьях, а не неизвестно где. К тому же мы не знаем, собирались ли вообще террористы их выращивать.

– Погодите! Но если там десять эмбрионов с ферм, то откуда у них родители? – тут же уцепился журналист.

– Из программы усыновления. К тому же некоторым парам сообщают, что у них было два эмбриона, а не один. А еще есть программа поддержки отказников и, наконец, просто воспитательные дома для сирот Корпорации. Ну то есть для тех эмбрионов, от которых отказались родители.

Тедди замер, пытаясь представить, какое количество подложных документов и сведений таится в системах перинатальных центров. Если хоть что-нибудь выплывет наружу…

– Мурад! – звонко воскликнул АльНилам. Дверь отлетела к стене, как от пинка, и в комнату ворвался якзан.

– Эфенди! – хоть его голос и был все так же бесстрастен, на физиономии отразилась целая гамма чувств: от облегчения до гнева, когда Ан-Файяз разглядел, в каком виде находится свет его очей. На Росса он обратил не больше внимания, чем на табуретку, и устремился к принцу, на ходу вытаскивая из бокового кармана рюкзака кайту.

– Не надо, – шепнул АльНилам и прильнул к Мураду, – ему можно…

Якзан обнял принца и крепко прижал к себе, словно хотел спрятать в своих руках. Тедди обалдело на них таращился. Он и представить себе не мог, что принц якзану не только господин и повелитель, но и друг, за которого так переживают!

АльНилам устало прикрыл глаза и пробормотал:

– Я их вернул. Детей, которых они украли. Фиалковская, правда, улизнула, но долго она не пробегает.

– Хорошо, эфенди, – тихо сказал Мурад. – Но все же наденьте кайту. Сюда идут остальные, за этим, – он кивнул на Росса.

Собрав всю оставшуюся храбрость в кулак, журналист решился выйти из комнаты, хотя боль в ноге проснулась сразу же, как только Тедди сполз с койки. Прихрамывая, он поковылял к выходу, в дверях столкнулся с Полом Агиларом и отшатнулся.

– Тедди! – хрипло выдохнул кондитер, смерив его пронизывающим взглядом. – Кто это с вами сделал⁈

Росс попятился обратно в комнату. Перед ним снова встала картина резни, и Пол… Журналист покачнулся, в глазах на миг потемнело. Кондитер подхватил его и прижал к жесткой броне. Тедди зажмурился.

«Он убивал их из-за меня», – подумал он.

– Все закончилось, – шепнул ему кондитер. – Вы в безопасности. Я отведу вас к машине, и мы вернемся в поезд.

– Авилес, – бессвязно пробормотал Тедди. – Авилес это сделал… со мной и с принцем…

– Ясно, – процедил Пол. – Я запомню.

* * *

– Ну что ты за существо такое, – проворчала Фан. – Не оставил мне никакого шанса на хорошую драку!

– Извини. В этот раз террористы слишком быстро кончились.

Майор присела на корточки посреди валяющихся между цистернами тел.

– Надеюсь, ты догадался не убивать хотя бы пару штук, чтобы было кого допросить?

– Пленных уже грузят в один из фургонов. Тебе хватит одиннадцати человек для развлечения на ближайшие дни?

– Вполне. Кстати, вот тот тоже еще дышит.

Фонтейн дал знак своим солдатам, чтобы вытащили везунчика наружу и оказали первую помощь. Фан поднялась.

– А где главари?

– Удрали, – Акс кивнул на люк, который вел в подвал, он же бомбоубежище. – Мои ребята уже проверили на предмет бомб и засад. Все чисто, можем спуститься и посмотреть, как главарям это удалось.

– Среди трупов нет Авилеса.

– Думаю, он сбежал вместе с ними. Такое существо для террористов слишком ценная добыча, чтобы оставлять его нам.

– Ага. Пока больше похоже на геморрой размером с кулак, – фыркнула майор. – Как твои пассажиры?

– Агилар доложил, что нашел журналиста. Вместе с Риверой он сейчас везет его в поезд. Принц сказал, что присоединится к нам. Вот, ждем. Так что, ты с нами?

– Конечно. Должен же кто-то удержать тебя от зверского убийства важных свидетелей.

– Между прочим, – фыркнул Акс, – как минимум треть, если не больше, перебил кондитер.

– И этому существу вы доверили изготовление пончиков и эклеров! – покачала головой Фан. – Какая расточительность!

«Доложу об этом Анне Дмитриевне. Она должна знать, на что способен наш новый шеф-кондитер», – подумал Фонтейн. Пока он не увидел Сай Ашерон в деле, то еще мог уговаривать себя, что повар безопасен для экипажа и пассажиров. Но теперь… Акс взглянул на покрытый трупами пол. Агилар никого не оставил в живых. Фонтейн и Ривера хотя бы старались убить не всех.

Наконец их изволил почтить своим присутствием его высочество. Он довольно бодро спустился по лестнице, неся в руке криокейс с эмбрионами. Лицо АльНилама было закрыто кайтой, а сам он – закутан в черный балахон поверх комбеза. Ан-Файяз следовал за вад-принцем.

– Благодарю, – царственно изрек его высочество и протянул Акселю руку. Тот не очень уверенно ее пожал. – Ваша помощь бесценна – не считая того, что вы приказали Мураду подорвать погрузочные ворота гранатой, и в результате лидер группировки успешно от меня сбежала.

Якзан виновато засопел. Фан раздраженно спросила:

– Может, солдаты проводят вас к броневикам на дороге? Вы уже пострадали достаточно сильно…

– Я пострадаю еще сильнее, если не поймаю наших беглых борцов против корпоративного духа.

– Вы все еще мой пассажир, ваше высочество, – сказал Фонтейн, задетый его словами. – Я отвечаю за вашу безопасность.

– Спасибо, – мягко произнес вад-принц. – Я очень благодарен вам за то, что вы так быстро пришли за нами. Много ваших солдат пострадало?

– Восемь ранено, убитых нет.

– Хвала Аллаху. А теперь не будем медлить. Они не могли уйти далеко.

Подвал с генератором был одновременно бомбоубежищем. Многое заключалось в этом слове – начиная от первых конфликтов за колонизируемые планеты и заканчивая гражданской войной в Эр-Руммале. Безобразная драка за власть, как помнил Акс, длилась пятнадцать лет и закончилась в 37 году воцарением клана Аль-Джайлим. В наследство от гражданской войны колониям султана достались бомбоубежища с тайными ходами, которые тянулись порой на километры.

– Почему вы решили, что глава группы смогла сбежать именно из-за взрыва? – с некоторой обидой спросил Фонтейн, пока они спускались по бетонной лестнице.

– Потому что в этот момент я отнимал у нее эмбрионы, – принц покачал кейсом, – и рухнувший на голову потолок помешал мне забрать мадам с собой.

«Чего ради мы так волновались, – фыркнул Акс. – Могли бы подождать, пока его высочество сам их всех убьет, и просто вызвать ему такси!»

– Деваться им некуда, – сказала Фан. – Я написала коллегам, ваш якзан связался с кем-то с вашей стороны, так что на всех ближайших грузовых станциях их ждут засады.

– Они могут затеряться среди местного населения. Судя по куче трупов на станции, сбежавших, помимо лидера ячейки и ее эпсилона, немного.

– Кого? – резко вскинулась Фан. Принц коротко рассказал им, что происходило с ними на станции. Майор после его рассказа заметно помрачнела, да и Акс тоже не видел повода для радости в том, что глава ячейки, некая Мария, удрала в азратские леса в компании двух существ, одно из которых – Сай Ашерон.

«Медом им там, что ли намазано?» – с досадой подумал Акс. Он раньше не припоминал, чтобы среди террористов было такое количество существ. Им же сначала нужно взломать клеймо, а это не так-то просто сделать. Не могут же они все брать талончики в очередь на прием к Доктору Свободе! Этот тип должен все-таки еще и спать.

Генератор внизу издавал слабый, ровный гул. Фонтейн с интересом осмотрел силовое поле вокруг генератора – двести лет назад оно, конечно, не было таким эффективным, как современное, но ведь до сих пор работает!

Слева от генератора были беспорядочной грудой свалены контейнеры – среди них валялось несколько пустых. Солдаты Фонтейна открыли несколько других – там были комплекты выживания, вроде тех, которые выдают беллаторес на планетах Фронтира: набор питательных тюбиков, медикаментов, инструментов, компакт-палатка и прочее. Чуть дальше над полом парил гравибайк, а рядом с ним на полу виднелись якорные станции для еще четырех.

– Они запаслись на случай внезапной атаки, – сказала майор. – Подготовили байки – наверное, специально для этой Марии и ее охраны.

– Тогда почему один остался здесь?

– Может, ты убил одного из ее телохранителей.

Фонтейн повернулся к вад-принцу и его якзану. Мурад показывал его высочеству схему оросительной станции на планшете. АльНилам вертел трехмерную проекцию над экраном то так, то этак, но пока никаких признаков подземного хода не обнаруживалось.

– Ход, я смотрю, совсем тайный, – заметила майор, подходя поближе.

– Это реконструированный план, – ответил Мурад. – Оригинал не сохранился. Инфоцентр Туалана пострадал во время войн за трон.

– Но я смогу найти его сам, – сказал вад-принц. – Если обойду помещение.

– Каким это образом? Будете простукивать пол, стены и потолок, как в древних фильмах показывают?

– У меня есть скан-дроны, – сказал Аксель. – Они пока в машинах, но я распоряжусь доставить их сюда.

Вад-принц закрыл план станции, осмотрелся и заскользил к одному из четырех коротких и широких коридоров, которые под прямыми углами расходились от центра бомбоубежища. Там симметрично располагались помещения для хранения припасов, оружия, лекарств и прочих необходимых вещей. Были и комнаты с трехэтажными койками и тумбочками, прикрученными к полу и стенам. АльНилам шел по коридору мимо них. Мурад, как послушная собачка, последовал за ним, и Фонтейну с Фан ничего не оставалось, кроме как присоединиться к их компании.

– Похоже, что наш Авилес перенял у Галлана вредную привычку чуть что бросать своих и драпать изо всех сил, – вполголоса заметил Акс.

– Страшно далеки они от революционеров прошлого, – хмыкнула Фан. – Эсме ла Роха от их деятельности в гробу бы перевернулась.

– Но она не была террористкой, – возразил Фонтейн. Ее поступок изучали во всех училищах как пример удивительного мужества и тонкой тактики, благодаря которым Эсме почти сутки удерживала форпост на Майяне, прикрывая отход своих – одна против взвода солдат Корпорации.

– Какие времена – такие и революционеры, – процедил вад-принц. Он шел вдоль стены, касаясь ее кончиками пальцев, но почему-то глядя в пол, как будто зрение ему мешало найти что-то важное.

– Вы узнали, что Мария хотела сделать с эмбрионами? – спросила Фан.

– Она планировала швырнуть их на стол Континентального Совета и обличить вашу Корпорацию в неких преступлениях против Конвенции. Эмбрионы, по мысли Марии, должны помочь в дискредитации «МТ» и привести ее к тому же концу, что и «Арс Механу».

– Чушь, – фыркнула Фан. – Империя Сандовалей рухнула потому, что из-за ее устройств миллионы погибли и миллионы стали калеками. Что она надеялась доказать, размахивая краденными эмбрионами?

– У Авилеса тоже куда более трезвый взгляд на эту проблему, – сказал принц. – Он просто хочет продать сворованное подороже.

– Он случаем не упоминал кому именно?

– Нет.

Фан поджала губы и постучалась в сознание Акса.

«Энрике Сальваторе хочет устроить аукцион, – уверенно заявила она. – Если кто-нибудь сможет успешно повторить процесс рекомбинации, то монополии „МТ“ на коррекционные процедуры придет конец, а все с этим – придет конец контролю за генномодификациями в целом».

«Ну вряд ли прямо сразу конец, – усомнился Фонтейн. – У Сальваторе в случае успеха были бы только эмбрионы и порошок из контейнера. У покупателя ушли бы годы, чтобы понять, как устроена рекомбинация ДНК. Это же не куличи в песочнице лепить, тут нужна хоть какая-то инструкция».

«Инструкции они тоже попытались украсть», – ответила Фан; у Акса чуть глаза на лоб не вылезли.

«А тебе можно это говорить⁈»

«Нет. Но ты же никому не скажешь?»

«Черт… – Фонтейн перевел дух. Вот если бы Сальваторе удалось добыть еще и инструкции, а потом продать их конкурентам „МТ“… – Но им же не удалось, да?»

«Не удалось».

– Общаться мысленно при посторонних все еще невежливо, – отстранено сказал АльНилам. Его ладонь легла в центр стенной панели. – Это здесь.

– Ход? – недоверчиво спросила Фан. Принц кивнул. – Как вы узнали?

– Эхолокационные устройства в комбезе, – АльНилам передал кейс якзану и пробежался пальцами по панели и стене вокруг. – Ага, – он нажал на стену несколько раз, и панель со слабым скрипом уехала в пол.

– Сержант Ндиай, – сказал Фонтейн, вглядываясь в теряющийся в темноте коридор, достаточно широкий и высокий, чтобы проехать по нему на гравибайке. – Пришлите сюда десяток солдат.

Вскоре они уже шли по тайному ходу, тщательно проверяя его на предмет ловушек, бомб и растяжек. Но террористы, очевидно, слишком торопились покинуть станцию, так что до самого выхода солдаты Акса ничего не нашли. Тоннель, кстати, оказался не таким уж и длинным – Фонтейн думал, что он протянется чуть ли не до ближайшей грузовой станции, однако, когда в землю ушла вторая панель, они все оказались у опушки леса. Принц вышел из тоннеля следом за Аксом, осмотрелся и с досадой сказал:

– Вот и все, след потерян.

Вокруг колыхались высокие темно-вишневые травы. Террористы на гравибайках проскользнули над ними, не оставив ни единого следа. Скорее всего, они укрылись в густом лесу, где вокруг стволов деревьев стелился сероватый азратский туман.

– Я вызову скан-дроны, – сказала Фан. – Прочешем местность вдоль и поперек. Далеко им не уйти.

– Авилес не виден на камерах наблюдения и средствах слежения, – напомнил ей Акс.

– Авилес не виден, зато остальные видны. Или ты думаешь, что он может как-то распространить эту невидимость на других? – нахмурилась майор.

– Кто ж его знает, на что он способен.

«Я спрошу у Агилара», – мысленно добавил Аксель.

«Отлично. Заодно поинтересуйся у него, почему это он не увидел своим замечательным дополнительным оборудованием, что в станции был скрытый подъемник, опускающийся прямо в бомбоубежище».

«Он и тоннель нечетко видел, – возразил Фонтейн. – Не думаю, что он стал бы скрывать от нас информацию. На этот подъемник террористы могли затащить Росса, над которым Агилар трясется, как курица над яйцом».

«Тоже верно», – вздохнула Фан и обернулась к принцу:

– Я организую для вас передачу всех данных со скан-дронов. Как только засечем террористов – выдвинемся на перехват.

Глава 17

19 июля 214 года NPrE

«Дискредитация», – думал Фонтейн. Почему-то эта мысль не давала ему покоя, хотя Корпорацию пытались облить грязью тысячи раз. Если бы спецслужбы «МТ» реагировали на все статейки, которые кропают журналисты вроде Росса, то Фан только тем и занималась бы, что душила свободу слова.

Но сейчас речь шла не о выдумках слабоумных работников прессы. По какой-то причине султан Эр-Руммала отправил за украденными эмбрионами не просто агента Эль Шадияр, а ни много ни мало – вад-принца, собственного сына. Неужели его величество так обеспокоен судьбой десятка обычных рекомбинированных эмбрионов, до которых никому нет дела, кроме их родителей? Личных агентов не посылают для выполнения задачи, с которой успешно справился бы любой из Эль Шадияр, и чем дальше, тем больше Фонтейн убеждался в том, что эмбрионы тут вообще не главное.

«Может, эта женщина, Мария, украла что-то еще? То, что может действительно пошатнуть Корпорацию?» – в то, что одна террористка сможет обвалить «МТ» так же, как в свое время рухнула «Арс Механа», Акс не верил. Но что, если, например, правда о Сай Ашерон выйдет наружу?

«Хотя знаю ли я хоть каплю правды о Сай Ашерон?» – размышлял Акс, надевая белую форменную рубашку. «МТ» не держала Сай Ашерон в клетках в тайных лабораториях – нет никакого смысла вкладывать столько средств в создание эксклюзивных существ, а потом запирать их в подвале. Корпорация даже не пресекала самые невероятные слухи, которые ходили об этих существах. Может, это было одно из орудий устрашения – как стрим-десант, который специально при рекомбинации наделяли звероподобной внешностью.

«Противник должен жидко сраться от одного вашего вида», – любил повторять сержант из учебки; и глядя на себя в зеркало, Фонтейн не мог с ним поспорить. Он отрастил аккуратную бородку и усы, но удрученно отметил, что приятнее от этого его рожа не стала.

Аксель накинул китель, вышел из купе и спустился в рабочий кабинет. В такую рань даже диспетчера еще не было на рабочем месте. Оно и к лучшему – им всем нужно было обсудить такие вещи, о которых лучше не говорить вслух. Последнее, чего хотела Анна Дмитриевна – чтобы все узнали, что террористы захватили пассажиров поезда. Власти Азрата не желали, чтобы куда-нибудь просочились слухи о феерическим провале местных спецслужб, под носом у которых огромная террористическая группировка разгуливала по Таулану, как у себя дома. Эль Шадияр и вад-принц тряслись над своей секретностью, Фан – над своей…

Да еще и Феликс Ривера изъявил желание поговорить с Фонтейном сегодня с утра. Но тут все ясно – экс-десантник пекся о безопасности юного Росса, и Акс уже стал надеяться, что Ривера заберет эту обузу домой, желательно вместе с Агиларом. Он хотел сосредоточиться на этом (а еще, черт возьми, наконец подумать о поимке дилера с гайшаном, будь он проклят, другого времени, что ли, не мог найти⁈) – но мысли, словно по кругу, вернулись к тому же вопросу – что еще, кроме эмбрионов, украли террористы в султанате?

«Нечто более опасное, чем использование биомеханоидов для создания Сай Ашерон», – неожиданно подумал Акс. Но тогда почему в погоню за ворами не отправились агенты «МТ»? Или украденное так компрометирует и Корпорацию, и султанат, что даже агентам службы дознания «МТ» нельзя и на метр приближаться к этой тайне? Может, это доказательства некоей связи, порочащей «МТ» и Эр-Руммал – еще более порочащей, чем нарушение первых статей Конвенции? Впрочем, что мешает Корпорации нарушить еще десяток-другой статей, раз уж она взялась за это дело?

«Если „МТ“ действительно нарушает закон, то защищать ее – значит покрывать преступления», – Акс тяжело оперся кулаками на рабочий стол; он жалобно скрипнул и накренился. Неужели для «МТ» пришло время ошибок, которые сделала «Арс Механа»?

Фонтейн никогда не сомневался в Корпорации – вот он, огромный, сильный, здоровый мужчина, угрюмо глядящий на свое отражение в полированной поверхности стола. А мог бы родиться жалким обрубком человека – синдром Фудзивара, который значился в его медкарте, приводил к тому, что у новорожденного не было рук и ног. И что за существование ждало бы его, если бы не ранняя диагностика в перинатальном центре «МТ» и не рекомбинация ДНК?

За все хорошее надо платить – и он всегда презирал тех, кто хотел получить что-то важное бесплатно или неблагодарно вопил, когда требовалось расплатиться за подаренную нормальную жизнь. Его, Акса, сделали стрим-десантником, и двадцать два года он провел на службе, дошел до капитана, но когда в сорок лет он решил, что не будет продлевать обязательный контракт – никто и слова ему не сказал. Существа – не рабы, а «МТ» – не рабовладелец. Ведь так?

Но тогда почему не отключают их клейма – тех, кто ушел со службы? Почему «МТ» продолжает за ними следить и сохраняет за собой право призвать любое существо к выполнению долга – перед человечеством и во имя всеобщего блага?

Звонок в дверь отвлек его от мыслей, которые вели в опасном направлении. Поскольку диспетчера еще не было, то Акс сам открыл Феликсу Ривере и впустил героя осады Галаада-4 в свой кабинет.

– Доброе утро, сэр, – сказал шеф охраны Россов. – Надеюсь, мой визит потревожил вас не слишком рано?

– Нет, все в порядке. Хотите кофе?

– Спасибо, не откажусь, – Ривера осмотрел мебель, счел любимое кресло Акса самым прочным и аккуратно опустился на сиденье. – Мне бы хотелось обсудить вопрос безопасности мистера Росса.

– Конечно.

– Полагаю, что пока вы и майор Фан не нашли всех террористов, вывозить мистера Росса с Азрата – не самое разумное решение. Наиболее безопасным местом мне представляется ваш экспресс.

Фонтейн покорно вздохнул и протянул Ривере чашку с кофе. Что ж, придется потерпеть еще несколько дней…

– Согласен с вами, сэр. Мы обеспечим круглосуточную охрану мистера Росса.

– Будете ли вы против, если я предложу услуги моих людей? Это наша прямая обязанность, однако мне бы не хотелось…

– Все в порядке, – поспешно сказал Акс, обрадованный тем, что не придется отвлекать солдат от основной задачи. – Я распоряжусь насчет размещения ваших людей в нашем вагоне.

– Благодарю, – кивнул Ривера и с некоторым любопытством осмотрел кабинет. – Давно здесь служите?

– Пять лет, сэр. Перешел в экспресс сразу после окончания обязательного контракта.

– Не стали продлевать?

– Нет, сэр.

– Мне тоже не следовало, – проворчал Ривера. Акс в удивлении на него посмотрел.

Галаад-4 стал наглядным примером для всех остальных колоний – что будет с теми, что решит стать независимым от Аялы. Смелости властям Галаада придало то, что на планете неожиданно нашли залежи тимерида – ценного сырья, необходимого для создания брони стрим-поездов. Ни «МТ», ни Континентальный Совет не оценили галаадскую шутку насчет независимости и послали на усмирение бунта корпус под командованием полковника Риверы. Он решил галаадскую проблему всего за полгода – и бесследно исчез после получения всех наград.

«Ему тогда было пятьдесят восемь, – припомнил Акс. – Значит, сейчас уже семьдесят три. Неужели все это время он работал на Россов вместо того, чтобы…»

– А вы, сэр, – решился спросить Фонтейн, – когда ушли на гражданку?

– В сто девяносто девятом.

«Сразу же после Галаада?»

– Но почему?

– Каждый пытается искупить свои грехи как может, – ответил Ривера и поднялся. – Подготовлю моих людей. Как только вы сообщите, что готовы нас принять, мы тут же прибудем в поезд.

– Хорошо, сэр, – пробормотал Акс. Он проводил бывшего десантника до двери и уселся за стол, включил терминал. Скоро должны были прийти принц с якзаном и Фан – и это наконец отвлекло бы его от того, над чем не стило размышлять.

Но все же жуткий невыразительный взгляд биомехнических глаз Агилара до сих пор преследовал его, и он снова слышал насмешливый голос: «Сай Ашерон не отпускают со службы – никогда».

* * *

«Я найду его и убью», – думал Мурад, раскладывая на постели одежду, которую выбрал для вад-принца. АльНилам сидел на своей половине кровати, завернувшись в покрывало, пил кофе и листал на планшете отчеты полиции и Эль Шадияр. В кудрявых волосах все еще поблескивали капельки воды после душа; под глазами лежали синеватые тени.

Ирфан плохо спал, хотя Мурад дал ему успокоительное. Ночью он проснулся от того, что АльНилам стонал во сне. Пришлось сделать ему укол.

– Ну что ж, все ожидаемо, – заключил вад-принц и отложил планшет. – Гора трупов – и ни одного сюрприза. Ох, стрим-десант только допусти до дела – ни одного свидетеля не оставят!

– Человек десять или двенадцать уцелело.

– Человек! – фыркнул АльНилам. – Вот именно! Ничего интересного: все они – люди. А судя по результатам допросов, кроме Авилеса, в этой банде героев было еще два существа.

– Все трое существ исчезли вместе с Фиалковской. Удивительное совпадение.

АльНилам взглянул на ноутбук, где непрерывно, в реальном времени, транслировалась запись с дронов-невидимок. Они по квадратам обшаривали местность вокруг выхода из потайного тоннеля под оросительной станцией.

– Пять гравибайков, – пробормотал вад-принц. – То ли они заранее планировали побег от остальных, то ли им кто-то сливает сведения. Причем второй вариант кажется мне все более и более реальным.

– Кто-то из экспресса? Или с нашей стороны?

– Или со стороны Корпорации.

– А этим-то зачем? – удивился якзан.

– Мы мало что знаем об играх на самой вершине «МТ». Корпорацией больше двухсот лет правит одна семья, помешанная на секретности еще больше, чем моя. Кто знает, может, младшие члены семейства затеяли передел власти.

Ан-Файяз неторопливо обдумал все варианты, пока отпаривал складки на черном широком муште его высочества.

– Хотелось бы, конечно, чтобы это был раскол в рядах террористов…

– Но одно другому не мешает, – АльНилам долил себе кофе из кофейника и зарылся поглубже в покрывало. – Все пленные террористы – обычные пешки с промытыми мозгами. Сбежали при этом трое существ. Выглядит так, словно именно существа стояли во главе группировки. А руководит всем процессом Лютер Магринья – тоже существо-беллаторес. Как-то это… своеобразно смотрится.

– А как же Мария Фиалковская? Пленные говорят, что лидер – это она.

– Тоже интересный вопрос, – вад-принц выпил кофе, посмаковал, прижмурившись от удовольствия. – С ней рядом все время находился Исио Торо – эпсилон-психокинетик. Магринья, наверное, чуть не удавился от радости, заполучив такой редкий подарок. А потом еще и Сай Ашерон!

– Поразительное везение, эфенди, – согласился Ан-Файяз. – А потом они захватили еще и Шуфрира, и главу генноинженерной лаборатории.

– Фиалковская тоже ценный приз – биоинженер высокого класса, доктор наук, руководитель «Биороники». Может быть, – хмыкнул АльНилам, – она и есть тот самый Доктор Свобода, который иногда мелькал в сводках Эль Шадияр.