Текст книги "Возвращение повелителя. Книга III (СИ)"

Автор книги: Александр Владыкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

– В каких долях вы, ваше сиятельство, или точнее – имперская канцелярия, которую вы сейчас представляете, хочет предложить мне распределять накопители? – не стал тянуть я резину, сразу перейдя к сути дела.

Спорили довольно долго. Не благородный князь этот Алексей Тверской, а какой-то торгаш-гном просто! Впрочем, я ему в этом плане не уступал. В итоге сошлись на том, что тридцать процентов накопителей останется у меня, и я могу поступать с ними, как мне заблагорассудится. Могу сам использовать, могу с отцом делиться. Двадцать пять процентов идут на открытый аукцион. Тридцать пять процентов по цене аукциона минус тридцать процентов выкупает у меня империя. И оставшуюся десятую часть приобретает князь Тверской по той же цене, что и империя, то есть – со скидкой.

– Имперская канцелярия пришлет своего представителя-контролера ко мне, чтобы сверять количество и объем накопителей? – спросил я в конце нашего торга.

– Что вы, князь⁈ – деланно возмутился Алексей. – Как можно⁈ Достаточно вашего слова, что все будет происходить так, как мы с вами договорились!

Как же… Так я и поверил, что ты мне доверяешь, подумал я. Наверняка, ждешь, что я начну мухлевать с количеством или размерами кристаллов, ты об этом узнаешь от моей милой секретарши Любочки, которую все еще считаешь верной тебе, и потом, воспользовавшись этим, постараешься вырвать у меня дополнительные поставки для себя любимого.

– Все, – завершил нашу встречу, вставая, князь Тверской. – Я прямо сейчас возвращаюсь в Москву, и уже к вечеру все будут знать, что ваше княжество находится под покровительством и защитой империи. Так что можете спать спокойно, не ожидая больше нападений. Один или с вашей милой подчиненной, – не удержался он от очередного скабрезного намека на мою, известную ему, близость с имперской шпионкой.

Правильно ли я поступил, задумался я, когда автомобиль с князем Тверским покинул пределы моей резиденции. Пожалуй, все-таки на данном этапе правильно. Мне столько накопителей, сколько я могу получать из Мезинары, не нужно. Отказался бы делиться, и на меня с отцом ополчились бы все – и другие владетели, и империя. И тогда пришлось бы мне, несмотря на все мои возможности, уходить в Мезинару. А этого делать нельзя. В моих планах объединить земные технологические достижения с магическими мезинарскими и, используя этот симбиоз, сначала вернуть себе власть в моей бывшей империи, потом захватить в Российской, а там и с миром некромантов покончить. Последовательность, конечно, может подвергнуться некоторой корректировке, но в целом так.

А пока… Пока нечего мне в Нижнеуральске задерживаться. Управляющий с делами справляется, так что я могу позволить себе вернуться в мое мезинарское герцогство. Дней пять здесь проведу, а потом, пока портал не закрылся, назад. И, в первую очередь, займусь там артефактами, создающими сопряжения, – мне теперь нужна будет постоянная и надежная связь между двумя моими «разномирными» владениями.

Глава 15
Суматошный месяц

Следующий после моей продуктивной беседы с князем Тверским месяц прошел в такой суматохе, что я даже не заметил, как он пролетел.

Естественно, сразу после его убытия я посчитал нужным связаться с отцом и поставить его в известность, что наша монополия на мощные кристаллы-накопители приказала долго жить, и обсудить дальнейшие действия в связи с этим. Не то чтобы его мнение могло что-то изменить в сложившейся ситуации, но предупредить его о случившемся даже не столько в качестве родителя, сколько просто партнера стоило. Однако связаться с ним не получилось. Нижегородский владетель находился в Москве, и поговорить с ним нормально, то есть без намеков и иносказаний, было невозможно. Причина этого заключалась в том, что, как он меня в свое время предупредил, имперская служба безопасности, по слухам, нашла способ не только перехватывать на территории столицы сигналы любых кодированных коммутаторов связи, но и расшифровывать их. Точно ли так обстоит дело, никто доподлинно не знал, но рисковать не стоило. В результате пришлось воспользоваться услугами «доверенного гонца», которого отец ко мне и направил.

Оказался им, к моему немалому удивлению, мой младший единокровный брат «дипломат-Николаша». Он прилетел в Нижнеуральск уже через день, да не один, а в компании моей «любимой» сестрички Верунчика. Вот это было для меня уже полной неожиданностью, потому как если до своего похищения она меня так не жаловала, что, как говорится, «просто кюшать не могла», то после него и всех связанных с ним событий явно боялась. И вот – поди ж ты!

Оба они тоже были в Москве вместе с отцом, так что его выбор Николаши в качестве посыльного был более или менее объясним – кому еще доверять, если не собственному сыну и наследнику. Что же касается сестры, то она под нажимом матери, считавшей, что хорошую партию для замужества Нижегородская княжна может найти только в столичной академии магии, все-таки была вынуждена отправиться в столицу, чтобы продолжить свое обучение в этом самом престижном учебном заведении. Меня, к слову, туда отправлять никто никогда не собирался. Ну да, я же считался слабаком, который, кроме щита, ничем не владеет. Впрочем, Николаша тоже в академию поступать не собирался. В его случае причина была другой – отец был уверен, что ничему путному там не научат, что лучшее образование можно получить в домашних условиях и, вообще, раз Николай теперь наследник, то ему нужно больше времени делам княжества уделять, а не изучению магии.

Общение с родственниками, что опять же меня несколько удивило, прошло во вполне дружеской и, я бы даже сказал, семейной обстановке. Я вкратце передал брату содержание разговора с князем Тверским и свое решение пока спустить Юрию Смоленскому его враждебные действия.

– Андрей, – задумчиво по своей привычке произнес младший брат. – Я уверен, что ты поступил совершенно верно, и нисколько не сомневаюсь, что отец будет придерживаться того же мнения. Сейчас не время ввязываться в противостояние с князем Юрием. Конечно, его авторитет после тех событий с похищением Веры заметно упал в Высшем Совете Аристократов, но ведь несомненно доказать его причастность к преступлению отцу так и не удалось. Все, что у него было, это запись показаний бандита. Кроме того, и вес нашей семьи после того, как императрица демонстративно отобрала у отца Нижнеуральскую область и, преобразовав ее в княжество, передала тебе, тоже далеко не тот, что был раньше. Начни ты сейчас боевые действия против Юрия, в них пришлось бы принять участие и отцу, наверняка тут же кто-то из других князей или бояр выступил бы на стороне Смоленска… В общем, такая кутерьма завязалась бы, что непонятно, чем она могла бы закончиться. Но боюсь, что ничем для нас хорошим. Что же касается накопителей, то всю информацию о них я отцу передам. Думаю, и того количества, что он сможет выкупать помимо аукциона, нам будет достаточно, чтобы через несколько лет заметно потеснить конкурентов. Все-таки доставаться они нам будут значительно дешевле, чем остальным. Плюс стабильность поставок…

– И еще, – закончил он нашу беседу. – Я хотел сказать тебе, Андрей, что я всегда и во всем буду тебя поддерживать. Можешь на меня рассчитывать в любой ситуации. Надеюсь, что и я тоже могу надеяться на твою помощь и дружбу.

Ну, дипломат! Что тут скажешь? Быстро просек ситуацию, понял, что я, хотя и сейчас уже далеко не последний из удельных владетелей империи, еще только набираю силу, и решил заранее заключить со мной союз. С другой стороны, почему бы и нет? С Николашей у меня никогда никаких ссор не было, а то, что он совсем не дурак, это факт, который не может не радовать.

С Верунчиком же получилось забавно. Все то время, что мы общались в малой гостиной моей резиденции с Николашей сестренка сидела на диване в сторонке тихо, как мышь под веником. Только один раз оживилась. Когда шпионка-секретарша Любочка, которая почему-то решила на этот раз заменить служанку, прикатила нам столик с чаем и легкими закусками. Оценив фигуру младшего лейтенанта имперской службы безопасности в деловом костюме (узкая юбка по колено, блузка, жакет), Вера бросила на меня взгляд, в котором читалось «и ты тоже, все вы одинаковые!». Похоже, мужчины теперь вызывают у девушки далеко не самые романтические ассоциации.

Да, то, что отец лично подбирает себе симпатичных секретарш и что их «функциональные обязанности» несколько шире, чем должны были бы быть в соответствии с контрактом, ни для кого секретом не было. Как и то, что менял отец их с завидной регулярностью. Худосочную шатенку сменяла пышная блондинка, потом на ее место приходила спортивная брюнетка и так далее. Отец как-то бросил вскользь, что так часто меняет своих помощниц, чтобы ни одна из них не могла слишком досконально узнать о всех делах в княжестве. Ну, может, и так, хотя мне кажется, что причина тут в другом. Впрочем, меня это не касается.

Так вот, возвращаясь к Верунчику. Просидев все время визита ко мне в молчании, она уже при расставании вдруг все-таки решилась объяснить мне, на кой она в Нижнеуральск пожаловала, увязавшись за братом.

– Андрей, – потянув меня в сторону от лимузина, в который уже сел Николаша, смущенно сказала она. – Я очень благодарна тебе за то, что ты меня спас от тех скотов. И за то, что убедил отца не обнародовать весь допрос подонка, который вместе с другими меня насиловал. Не знаю, как бы я пережила, если бы это стало всем известно. Прости меня, что я когда-то пыталась отравить тебе жизнь в Нижнем Новгороде. Я теперь понимаю, что ты мог за это со мной сделать, но не сделал. И моя мама… Она тоже тебе очень благодарна. Она пообещала мне, что больше не будет стараться тебе навредить…

Навредить – это убийц ко мне подсылать? Какое-то очень уж мягкое определение, подумал я, чуть скривившись при этих словах Верунчика. Что же касается якобы испытываемой моей мачехой благодарности, то ни разу не верю. Многоуважаемая Людмила Валентиновна слова такого не знает как «благодарность». С другой стороны, пожалуй, сейчас ей рисковать, заказывая меня разным наемникам, и действительно смысла больше нет. Я теперь отрезанный ломоть – удельный князь, претендовать на наследство ее любимого сынули Николаши больше не могу, а в рациональности мышления этой даме не откажешь.

– Не мсти ей, пожалуйста, – подняла она на меня глаза, заметив мою мимику. – Она, правда, больше не будет. А тебя я хотела предупредить, что в академии ко мне почему-то очень благосклонно отнеслась наследница престола, Великая княжна Екатерина Михайловна. А ведь она учится на три курса старше, да и кто я по сравнению с ней? Она уже дважды начинала меня расспрашивать о тебе. Как бы невзначай, но мне показалось, что она собирает о тебе все сведения, какие только может. И не думай, я ей ничего не рассказала из того, что видела тогда в той квартире, когда ты труп поднял и заставил говорить.

Сведения обо мне Катя собирает… Ну-ну. Пусть, если ей так хочется. Как это ни странно, но нападение Юрия Смоленского пошло мне на пользу. Если раньше еще была опасность, что мои, скажем так, несколько необычные и избыточные по земным меркам магические и иные способности могли стать для меня, узнай о них слишком многие, проблемой, то теперь, когда от меня, по сути, будет зависеть, насколько быстро и успешно будут развиваться в империи промышленность и наука (спасибо накопителям), на это просто закроют глаза.

Мое княжество объявлено «особо значимым для империи», да и аристократы, которые смогут приобретать мои мезинарские кристаллы, не позволят меня никому тронуть. Будь это хоть любой из них, хоть сама императрица со всей своей канцелярией и службой безопасности. По крайней мере, до поры до времени – пока кому-то не придет в голову больная мысль, что поставки накопителей можно организовать и без меня.

Кстати, идея с общедоступным аукционом оказалась еще и прибыльной. К концу этого суматошного месяца мой управляющий Юрий Смыслов доложил мне, что по результатам открытых торгов кристаллы были проданы в два раза дороже, чем я раньше получал за них от отца. Надо будет еще, пожалуй, добавить услугу их обратного выкупа после исчерпания энергии. Тогда мне не придется их в Мезинаре приобретать.

Проводив Николашу с Верунчиком, вернулся в Мезинару, где меня терпеливо дожидалась вся моя свита. Благо портал пока был открыт. Решил этим воспользоваться и вплотную занялся артефактами создания сопряжений, логично рассудив, что быстрее пойму принцип их действия на уже существующем проходе между мирами. Тут меня ждало определенное разочарование.

Напомню, что я захватил три артефакта. Одним, главным, пространство «прокалывалось», а двумя другими потом эта дыра расширялась, собственно и создавая сам портал. Так вот создать прокол так, чтобы он вел в желаемое место, было невозможно. Один раз я попал из Мезинары куда-то то ли в Африку, то ли в дебри Латинской Америки, пару раз в океан, еще один раз в абсолютно неизвестные мне горы. В общем, тыкать можно до бесконечности и так никогда в Нижнеуральск и не попасть.

Тогда я пошел другим путем. Установил все три артефакта на уже существующий портал. Тот сразу восстановил стабильность, а то уже моргать начал. Потом я начал его двигать в сторону замка убиенного нами барона Зинда, в котором находилась башня, где заряжались кристаллы. Процедура вышла нудная и долгая. Сдвигаешь в сторону крайний артефакт, приближая вход в портал метров на двести к нужной точке. На большее расстояние нельзя – сопряжение начинает терять стабильность. И тут же нужно двигать и центральный, чтобы он был точно между крайними. Следом переносишь артефакт с другой стороны, и снова центральный. И такими вот приставными шагами постепенно добрался до замка. С трудом, но удалось разместить портал в его внутреннем дворе, подальше от любопытных глаз. Радовало только то, что закрываться поддерживаемое артефактами сопряжение даже не думало.

В Нижнеуральске поступили проще. Никуда сдвигать там портал я даже пробовать не стал. Просто приказал обнести территорию вокруг него высокой стеной и выставить охрану. Спецобъект, въезд и вход только по специальным пропускам. Всё, мой план обеспечить надежное сообщение между двумя моими владениями – на Земле и в Мезинаре осуществился. Теперь жить станет значительно легче. И торговлю постоянную можно налаживать, и войска в случае нужды перебрасывать. Красота!

Первыми этой красотой воспользовались, между прочим, Венира с Ди, которые сразу же устремились в загул по нижнеуральским магазинам. Ну, тут, как говорится… В общем, кто бы сомневался. А вот Сигра к ним не присоединилась. Странно. Вроде бы все три девушки рождены в Мезинаре, но две сразу в технологическом и куда как более развитом мире освоились (Венира так и вовсе явно предпочитает Нижнеуральск своему замку), а третья – ни в какую. Зато она полностью воспользовалась теми тремя днями, что Ди не было рядом со мной. Так-то вроде бы и не ревнует меня моя варна-оборотница к моей барне-вампирше, но ночи без конкурентки на место в моей постели ей понравились.

Ответственным за портал а заодно и комендантом замка назначил Михаила. Того самого, который стал первой «жертвой» любвеобильный баронессы Ронды. Спокойный, ответственный, а то, что магией не владеет, так для поддержания сопряжения этого и не требуется – артефакты достаточно энергии из атмосферы Мезинары вытягивают и в подзарядке не нуждаются. Может быть, бароном его со временем сделаю, но пока торопиться не буду.

Отвлекали от работы, конечно. То Гасра с новыми идеями, какие еще земные товары можно в Мезинаре выгодно продавать (ей Ди с Венирой экскурсию по Нижнеуральску для этого организовали), то местные феодалы. От последних просто отбоя не было. То один, то другой, узнав, что в Строумхудре меня нет, приезжали в замок Руслана и Вениры, чтобы лично засвидетельствовать мне свое «глубочайшее» уважение и «всемерную» преданность. Приходилось всех их принимать. А куда деваться? Сюзерен должен быть милостив к своим вассалам, если хочет жить спокойно. Даже если еще официально ни он, ни они таковыми друг для друга не являются. Еще есть вариант головы рубить, это тоже хорошо действует, но пока рано – надо разобраться, кого стоит казнить, а кого – нет.

Что еще король решит? Утвердит мой захват или войной на меня пойдет. Последнее, конечно, вряд ли – все произошло в соответствии с обычаями Мезинары, по которым победитель получает владения побежденного, но я же его дочь сделал безземельной вдовой, так что может и вспылить наш Гондонгвиларг-Сильный. Если бы я еще ее в жены взял, то другое дело, но я отказался. Да еще и ночь с ней провел. Тоже все по обычаю, но…

Об этом я и размышлял, сидя в удобном кресле (доставили мне из Нижнеуральска, наконец, нормальную мебель), когда прибыл гонец от графа Скоробогатова.

– Ваша светлость, – гулко ударив кулаком в железной перчатке по такому же нагруднику, чуть не проорал этот местный персонаж. – Граф Скоробогр (когда же в Мезинаре перестанут всячески земные имена и фамилии коверкать?) приказал передать, что к Строумхудру приближается отряд под королевским знаменем!

– Большой? Сколько в нем боевых магов? Есть ли архимаги? Сколько воинов? – встрепенулся я.

– Нет, – пояснил гонец. – Граф сообщает, что это, судя по всему, посольство. Не войско. Ее высочество принцесса Ринерва с несколькими придворными и отрядом сопровождения!

Принцесса Ринерва? После того, что было? Любопытно. Но ее присутствие, без сомнений, говорит о том, что война отменяется. Вместо нее меня ждут переговоры и торг за полномочия и налоги. И может быть, боевые действия были бы даже менее утомительными.

Глава 16
Интерлюдия
Принцесса Ринерва

В столицу Кинда Киндраген после своего позора в Строумхудре, где она сначала стала пленницей собственных подданных, а потом ей пришлось пройти через ритуал «карнары», которому ее подверг победитель ее мужа, еще совсем недавно никому не известный мэтр Андр, Ринерва возвращалась в сопровождении небольшой свиты и почти без остановок.

Нет, она не так уж и спешила к своему отцу, но быстрая езда, как и всегда, почему-то помогала ей собраться с мыслями, а это сейчас было необходимо. Стоит ли рассказывать отцу в деталях о том, что произошло в герцогстве? Какая будет у него реакция, если она признается, что уже примеряющий герцогскую корону ее мужа Андр принудил ее по древнему обычаю провести с ним ночь?

Скорее всего, взбеленится, хотя сам же этого пришлого из Незии мага и послал в Строумхудр для защиты графства от притязаний ее покойного мужа – герцога Шнорграма. Но король поручил ему только защиту владений пропавшего в сопряжении графа РуслаРа и графини Вениры, а отнюдь не захват герцогства. Это – во-первых. А во-вторых, какие бы ни были освященные временем традиции в Мезинаре, но подвергать ее, дочь короля, «карнаре» было все-таки явным перебором и проявлением неуважения к монарху.

И что будет, если она слишком разоткровенничается, спрашивала себя, откинувшись на подушки в своей карете, Ринерва. Ее отец пошлет против наглеца войска и двоих – троих боевых магов. И? И она была уверена, что их постигнет та же участь, что и войско ее мужа. Это, помимо того, с какой насмешкой на нее будут смотреть жены аристократов.

Сражение на лесной дороге она сама, конечно, не видела, но воины из ее свиты передали ей все слухи, которые о той бойне распространились в Строумхудре. Мэтр Андр легко разбил отряд опытных наемников, убил каким-то жутким заклинанием ее супруга, захватил в плен его магов и при этом не потерял ни одного собственного дружинника. Кроме того, в схватке он использовал не только собственную магию, но и иномирное оружие, которого у него оказалось в избытке и которым его бойцы, как выяснилось, умели отлично пользоваться.

А если к этому добавить еще и то, что в лесу были оборотни, удивительным образом состоящие, судя по всему, у него на службе, да еще вспомнить про леди Диану, которая на самом деле никакая не леди и не Диана, а барна-вампирша Ди, то тут было, о чем подумать.

Сколько еще у этого Андра может быть разных сюрпризов припасено? И чем закончится противостояние ее отца с этим пока еще самозваным герцогом? Огромными потерями, бунтами вассалов и черни, ответила Ринерва на свой же вопрос, а потом еще и вторжениями соседей в ослабленное королевство.

Кроме того… тут Ринерва могла себе признаться, были еще два момента, которые она не могла сбросить со счета.

Первый очень личный – ночь с Андром доставила ей немалое удовольствие. С ним она впервые почувствовала себя не принцессой или герцогиней, которой ее партнеры стараются всячески угодить и в результате, как она теперь поняла, только портят все, а женщиной, которую, не особо спрашивая ее согласия, берет сильный мужчина. Берет не потому, что она дочь короля и для него это и честь, и возможность получить в будущем какие-то преференции, а потому что хочет ее здесь и сейчас и ему глубоко наплевать, к каким негативным последствиям это может привести.

Вторым моментом было то, что Ринерва нисколько не сомневалась, – амбиции мэтра Андра простираются значительно дальше герцогской короны. По его поведению в тот день, когда он прибыл в Строумхудр после победы, а потом ночью и следующим утром она поняла, что он нисколько не пребывает на седьмом небе от счастья, что получил шанс из мелких дворян сразу скакнуть в герцоги. По мэтру Андру было видно, что он просто взял то, что считает лишь малой частью того, что заведомо принадлежит ему. Очень странное поведение для беглеца из захваченного светлыми эльфами королевства, но факт оставался фактом – молодой маг явно метил куда выше. А это значило только одно – с ним лучше иметь хорошие отношения, и уж врагом его точно становиться не следует. Вон, ее муж попробовал, так от него не осталось даже тела, которое можно было бы похоронить в родовой усыпальнице.

– Пожалуй, после смерти батюшки моему старшему единокровному братцу королем Кинда может и не получиться стать, – пробормотала Ринерва. – И для меня это даже к лучшему. Брат меня ненавидит. Как, впрочем, и я его. Конечно, Андр отказался взять меня в жены, чтобы получить неоспоримые права на Строумхудрское герцогство, но когда на кону будет корона Кинда, он может и передумать, а уж я постараюсь подтолкнуть его к такому решению…

Нет, ничего такого, что может вызвать гнев отца на Андра, она рассказывать не будет. Наоборот, как и обещала, постарается поддержать его притязания на герцогскую корону.

С этой мыслью девушка прикрыла глаза и прилегла на диван кареты, предавшись воспоминаниям о ночи, проведенной с удивительно самоуверенным молодым магом.

* * *

Во дворец Гондогвиларга-Сильного Ринерву пригласили утром на следующий день после ее приезда в столицу. Да, сразу же по прибытии спешить к отцу девушка не стала. Зачем? Уже к ночи информация о том, что рокош герцога Шнорграма с треском провалился, а сам он погиб, станет ему известна. Воины ее свиты расскажут об этом своим друзьям, те своим, а там и до королевского дворца слух дойдет.

– Принцесса Ринерва! – объявил глашатай.

Тронный зал полон аристократов, головы всех повернуты к двери, с нетерпением ждут вдову неудачника Шнорграма. Кто-то мечтает расширить за счет Строумхудрского герцогства свои владения, а кто-то собирается претендовать на ее руку, чтобы одним махом и с монархом породниться, и богатый домен получить. Ринерва окинула эту картину презрительным взглядом и с гордо поднятой головой прошла по освободившемуся проходу к невысокому помосту, на котором на тронах восседали ее отец-король с ее мачехой – королевой Бертраной.

– Дочь моя, – опережая короля и нарушая этим этикет, с притворным сочувствием произнесла первой королева. – Нам с твоим отцом очень жаль, что ты в таком юном возрасте уже познала горе вдовства. Мы сделаем все возможное, чтобы ты как можно быстрее забыла о постигшем тебя несчастье, но согласись, что твой достойный покойный муж сам в изрядной степени виноват в своей гибели. Отказавшись признать решение твоего отца и объявив рокош, он поставил себя вне закона. И хотя по обычаям и имел на это право, все равно…

«Вот сволочь, – подумала Ринерва. – Рада, что может меня уколоть. Ну, ничего, мы еще посчитаемся. А что касается моего „достойного“ покойного мужа, то это же ты убедила отца выдать меня замуж за это ничтожество. Но больше такого не повторится. Первый брак заключается по воле родителей, но ко второму они принудить дочь уже не имеют власти».

– Да, матушка, – перебила королеву Ринерва, которой называть мачеху матерью было неимоверно противно. – Я лишилась мужа, но зато я вернула себе титул принцессы и теперь выберу себе спутника жизни сама, по своему вкусу.

– Замолчите обе! Бертрана, Ринерва! – тихо, чтобы только две женщины это слышали, прошипел король и продолжил уже громко. – Дочь моя, я сожалею о случившемся тем более, что сам поручил мэтру Андру оборону графства от притязаний твоего погибшего мужа. Разумеется, я не желал смерти Шнорграму, но это война, на которой подобное всегда может случиться. О том, как это произошло, ты нам подробно расскажешь позже, а сейчас нам следует обсудить важный вопрос… – Гондонвиларг сделал многозначительную паузу. – Нам нужно решить, кто будет следующим герцогом Строумхудрским. Будешь ли ты, Ринерва, в качестве его вдовы претендовать на право выбрать себе мужа, который и получит от меня титул покойного Шнорграма? Это несколько противоречит нашим обычаям, на твою руку и герцогство впридачу может законно претендовать только победитель твоего мужа, но думаю, что никто против небольшого нарушения древних традиций в данном случае возражать не будет?

По зале прошел легкий гул. Одни, те, кто не мог по различным причинам (были или очень старыми, или женатыми и не имели сыновей подходящего возраста) претендовать на руку Ринервы, глухо выражали свое недовольство, другие наоборот – выражали свое одобрение, надеясь стать избранниками принцессы.

Идиоты, подумала девушка. Тот, кого я выберу, должен будет возглавить войска, которым будет поставлена задача выбить из герцогства Андра, а это, без сомнений, смертный приговор.

– Нет, ваше величество, – так, чтобы ее хорошо услышали все, ответила Ринерва. – Я не буду претендовать на Строумхудрское герцогство. Что же касается нового мужа, то я слишком потрясена гибелью моего дорого супруга и уверена, что в ближайшее время вступить в брак будет свыше моих сил.

– Что ж, – Ринерве показалось, что отец доволен ее ответом. – Быть посему. Тогда прошу моих верных вассалов высказаться вот по какому вопросу. Сегодня утром из Строумхудра прибыл гонец. Да! Мэтр Андр наконец-то сподобился известить нас о том, что предотвратил рокош. Я ему еще выскажу потом свое неудовольствие этой задержкой. Однако это не главное. Главное заключается в том, что в соответствии с обычаями Мезинары он, хотя и не является подданным Кинда, просит признать его новым герцогом Строумхудрским!

Король поднял руку, призывая собравшихся, которые начали громко выражать свое негодование, к тишине.

– Это еще не все. Мэтр Андр также извещает меня, что король Верхнего Драура объявил Строумхудру войну! Не Кинду, – Гондонгвиларгу вновь пришлось прибегнуть к жестам, чтобы успокоить аристократов. – А только герцогству Строумхудрскому. За тот разгром, которому пропавший супруг графини Вениры и вышеназванный мэтр Андр подвергли одного из его родственников. Вот так вот. Как поступим? Сразу предупреждаю, что посылать против темных эльфов королевскую армию с боевыми магами я считаю нецелесообразным. У нас есть проблемы и на других границах.

Интересно, подумала Ринерва, Андр сам спровоцировал темных эльфов на объявление войны, чтобы герцогство стало слишком опасным владением для тех, кто мог бы на него претендовать, или ему просто повезло, что все так сложилось? Однако момент был крайне благоприятным для того, чтобы высказаться в пользу мэтра Андра, и Ринерва его не упустила.

– Отец, ваше величество, – заговорила она. – Если мне в качестве бывшей властительницы герцогства, будет позволено высказаться первой, то я бы в сложившейся ситуации признала мэтра Андра герцогом, и пусть он сам отбивается от войск Верхнего Драура. Если он победит, то мы прирастем новыми территориями, а если проиграет, то тогда ты получишь возможность лишить его домена и передать герцогство своему избраннику, который без труда справится с темными эльфами и освободит захваченные ими земли. Они ведь к этому времени будут уже ослаблены.

Предложение Ринервы было принято почти единогласно. Робкие возражения последовали только от архимага Виндрага, который выразил сомнения, стоит ли оставлять только что получившего власть в Строумхудре герцога Андра без поддержки и не придется ли позже с потом и кровью выковыривать темных эльфов из захваченных ими замков и самого Строумхудра, который они еще и разграбят до нитки? Его не послушали. И аристократы, и Гондонгвиларг сочли план принцессы изощренной местью убийце своего мужа.

Хотел герцогство? Пусть получит вместе с войной. А потом его как не сумевшего защитить королевство и собственных вассалов и подданных лишат титула. Если еще жив останется. О том, что пришлому из Незии магу удастся одержать победу, никто даже не думал. Сильной дружины у Шнорграма, опиравшегося не столько на воинскую силу, сколько на деньги торговцев и родственные связи с королем, не было. Собрать собственную у новоявленного герцога быстро не получится, а армия Верхнего Драура это не отряд наемников – там одних архимагов будет не менее трех.

И вот когда он погибнет или опозорится, то, как мечтали аристократы, можно будет и о том, чтобы занять место герцога Строумхудрского, задуматься. Король тоже был совсем не против, чтобы мэтр Андр куда-нибудь сгинул. Без него заполучить в свою постель графиню Вениру будет гораздо проще.

– Это все хорошо, – завершая Совет, произнес Гондонгвиларг. – Но нужно, чтобы герцог Андр в ближайшее время принес мне оммаж. Разумеется, сам он в преддверии войны в столицу прибыть не сможет, но вместо меня принять его клятву верности сможет мое доверенное лицо. Кто им станет? – король обвел взглядом своих вассалов.

– Если пожелаете, ваше величество, – вновь подала голос Ринерва. – То в качестве вашего представителя могу выступить я. Увидеть виновника моего вдовства на коленях передо мной мне будет приятно!

* * *

Строумхудр встретил принцессу Ринерву настежь распахнутыми воротами, перед которыми стоял однажды виденный ею граф Скоробогр. Правда, Андр называл его почему-то странным именем «Скоробогатов», но девушке такое произнести было сложно.