Текст книги "Искра Свободы 6 (СИ)"
Автор книги: Александр Нова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)
Глава 6
Течение несет на юг
Прошло ещё три дня. Рука почти зажила: пальцы слушались прекрасно, и только при резком движении вспыхивало тупое напоминание о том, чем заканчиваются встречи с тварями ранга выше привычного. Очевидно, «Улучшенной Регенерации (Е+) (5/5)» необходимо ещё дней пять, чтобы устранить все последствия.
Сразу после завтрака меня нашла Мари. Она появилась так внезапно, будто специально ждала, когда я отложу ложку.
– Мои вернулись, – вместо приветствия сказала торговка и протянула мне тяжёлый мешочек. – Вот остаток ОР, который мы должны за алхимию.
Я кивнул и повесил мешочек на пояс, даже не став пересчитывать, – дети звёзд вели дела честно.
– И, как ты просил, список потребностей соседних племён, – Мари протянула мне несколько листков бумаги.
Я взял документ и внимательно прочитал. Ничего нового: ткани, верёвки, котлы, портняжные иглы, специи. Но объёмы ежемесячных поставок, написанные мелким почерком возле каждой позиции, меняли всё. Речь шла не о разовой закупке. И не о шансе сорвать куш на одном удачном рейсе.
Я смотрел на цифры и видел рынок. Живой, повторяющийся, требующий регулярных поставок. Куш кончается, едва его успеваешь пересчитать, рынок кормит каждый месяц. Если не облажаться с логистикой и не нарваться на того, кто решит, что чужой груз – удобная добыча.
– Сможешь привезти?
Вопрос Мари прозвучал спокойно, почти сухо. Но я уловил ощутимый оттенок заинтересованности. И жажду наживы. Вместо ответа я ещё раз пересмотрел список и прикинул стоимость и вес товара.
Двести лоренов за мясо Кукловода внезапно стали выглядеть скромной суммой. Две тысячи за артефакт (D) ранга – крупной, но конечной цифрой.
Только вот зелёная плоскодонка для такого потока годилась примерно так же, как карман для мешка зерна. Нужно было нормальное судно: грузоподъёмность хотя бы в пять-семь тонн, какой-то парус или артефактный движитель, если здесь такие имеются. И бумага от епископа.
– Скажем так: я очень заинтересован и сделаю всё, что в моих силах, – ответил я торговке, уже проявляющей признаки нетерпения. – Но гарантировать ничего не могу.
Лицо Мари недовольно скривилось:
– Вы, люди, всегда так говорите, а потом ничего не делаете, – отрезала торговка и, демонстративно развернувшись, ушла.
Я в ответ пожал плечами и пошёл искать Лиса. Дела в племени «Сумеречных охотников» завершены, пора отправляться назад, в Монтлион.
Охотника я застал на краю поселения, где он с Амели стрелял по мишеням. В сухом воздухе мерно хлопала тетива, а стрелы одна за другой втыкались в потемневшее дерево.
– Поднимает «Луки (F)» до четвёртого уровня, – прояснил происходящее Лис.
– А как же «Иммунитет (F)»? – удивился я. Мне казалось, в прошлый раз я достаточно сильно испугал девушку и она не должна пренебрегать своим здоровьем.
– Отец отдал мне долю, которую получил за Кукловода, – несколько смущённо ответила Амели. – Так что хватило на всё.
Она отвернулась к мишени и наложила новую стрелу на тетиву.
– Тебе ещё много времени нужно на поднятие навыка? – спросил я. – Можно отправляться в обратный путь. Задерживаться у детей звёзд мне бы не хотелось.
Девушка на мгновение задумалась, словно прислушиваясь к себе.
– До обеда точно. А может, и до вечера, – ответила проводница. И безапелляционно добавила: – В ночь я никуда не поплыву. А если выйдем в обед, но до темноты не пройдём Конфлюан, встанем на ночлег. На этом участке ночью слишком опасно.
Я примирительно выставил руки:
– Да, я помню про речных монстров. Мы тогда с Лисом уложим трофеи в лодку, чтобы выплыть сразу после обеда, если ты успеешь закончить.
– Нет-нет, – сразу же возразила Амели. Она даже опустила лук. – Вы так всё уложите, что лодка перевернётся на первой же волне. Можете пока всё на пирс перенести, а укладывать только под моим присмотром.
– Как скажешь, – ответил я и протянул Лису ядра на 500 ОР. – Возвращаю долг. Что качать думаешь?
Охотник ответил сразу, он явно составил план заранее:
– «Иммунитет (F)» до пятого, «Армированную Кожу (Е)» до второго и «Усиленный Скелет (Е)». Я бы хотел поднять «Улучшенное Зрение (Е)» до пятого, но Интеллекта не хватает.
Я кивнул и посмотрел на свои оставшиеся ядра. Учитывая добычу с Кукловода, смысла оставлять часть ядер на продажу нет. Лис с Амели вернулись к стрельбе, а я, сев неподалёку под деревом, методично поглотил все ядра, а потом изучил «статус».
У меня было более трёх тысяч ОР. Я планировал поднять на максимум следующие модификации: «Армированная Кожа (Е) (⅘)», «Усиленный Скелет (Е) (⅘)», «Время Охотника (Е) (⅗)» и «Живучесть (Е) (⅗)». После этого должно остаться чуть больше 400 ОР. Я колебался между «Улучшение Тела (Е) (⅗)» и «Улучшенное Зрение (Е) (⅗)». Я мог поднять только что-то одно и всего на один уровень. В итоге остановился на «зрении». На выбор Система мне предоставила два варианта.
1. Динамический диапазон чувствительности. Даже если прямо в глаза светит мощный прожектор, вы не ослепните и будете видеть всё вокруг и что находится за прожектором. Вас нельзя ослепить, в т.ч. и резкой сменой уровня освещённости, но достаточно мощный источник может выжечь сетчатку глаза.
2. ×3 плотность фоторецепторов и расширяет диапазон фокусировки. Существенно повышает детализацию картинки и разрешающую способность глаза во всех доступных диапазонах. Существенно улучшает определение расстояния на глаз. Теперь вам не нужен бинокль.
Бинокль в глазах соблазнял, но я остановился на п. 1. Подзорную трубу можно купить, а вот невозможность ослепить – нет.
После всех вложений мой «статус» выглядел следующим образом.
Общее:
• Имя: Эллади Фир
• Искра: Е+ ранг
• Очки развития: 49
• Деньги: 15 лоренов
Атрибуты:
• Сила: 14 / 19
• Интеллект: 17 / 19
• Ловкость: 17 / 19
• Здоровье: 14 / 19
Модификации:
• Улучшенная Регенерация (Е+) (5/5)
• Армированная Кожа (Е) (5/5) (+1)
• Усиленный Скелет (Е) (5/5) (+1)
• Время Охотника (Е) (5/5) (+2)
• Улучшенное Зрение (Е) (⅘) (+1)
• Улучшение Тела (Е) (⅗)
• Живучесть (Е) (5/5) (+2)
• Контроль Боли (Е) (5/5)
• Наследие Героя (Е) (5/5)
• Улучшенный Иммунитет (F) (5/5)
• Ускоренный Отдых (F) (5/5)
• Системные Операции (F) (⅘)
• Амбидекстр (F)(5/5)
Навыки:
• Древковое оружие (F) (⅖)
• Щит (F) (⅖)
• Наблюдательность (F) (5/5)
• Клинковое оружие (F) (5/5)
• Полевая медицина (F) (5/5)
Выглядело неплохо, но складывалось ощущение, что я упираюсь в потолок. По-настоящему интересных модификаций и навыков практически не осталось. Ну или я их пока не встретил. Значит, нужно смотреть в сторону (D) ранговых улучшений. А для этого необходимо поднять уровень Искры также до (D) ранга. И прежде всего получить «Дух Господень», который просто так не раздают.
Почившему епископу Матьё д’Орвелю это улучшение выдал вроде как сам Владыка. Из-за чего началась войнушка, в которой почти полностью погиб баронский род. В общем, выглядит как задача со звёздочкой. Но если получится наладить торговлю с искажёнными, то деньги потекут рекой. А золото, как известно, открывает ворота любой крепости.
Закончив с делами Системными, я отправился к Гюго. Вождя я нашёл рядом с залом не-бога. Мы обменялись приветствиями, и я сообщил, что планирую уплыть.
– Твои трофеи, человек, мы перенесём на причал до обеда. Лодка готова.
– Спасибо. И… есть ещё одно дело, – медленно произнёс я. – Один могущественный человек хотел бы нанять нескольких детей звёзд себе на службу. Чем они будут заниматься, я не знаю. Единственное требование, которое мне проговорили – это отсутствие у искажённых внешних отличий от людей. А с этим у вас вроде как стало всё очень хорошо.
Вождь помрачнел, и это меня сразу же насторожило. Уголки его рта опустились, а взгляд потяжелел. Может, я нарушил какой-то запрет или традицию искажённых?
– С внешними признаками есть проблема, – расстроенно произнёс Гюго. – Первоотец их убирает, но они возвращаются. Не сразу, но через какой промежуток это произойдёт, предсказать нельзя. У кого-то через неделю, у другого через месяц. А у кого-то не возвращаются вовсе.
Это всё меняло. Тащить в графство искажённого, который в любой момент может измениться, и все увидят, что он не человек, опасно как для самого искажённого, так и для меня. Инквизиция разбираться не станет, запишут в соучастники и меня, и Лиса, и Амели. А за сотрудничество с искажёнными приговор один.
– А что Первоотец говорит? Сможет исправить проблему? – поинтересовался я.
– Это самое печальное. Первоотец не уверен, что в текущем своём виде в силах с этим что-то сделать, – ещё более мрачно ответил Гюго.
Влезать в дела не-бога у меня желание отсутствовало, так что я подбодрил Гюго настолько убедительно, насколько вообще можно подбодрить после подобной новости, и зашёл в зал разумного артефакта, чтобы попрощаться с Лирой.
Ярко-бирюзовые глаза сразу остановились на мне, и маленькая жрица приветливо улыбнулась.
– Что ты сегодня расскажешь интересного, человек? – задорно спросила она.
– Сегодня или завтра с первыми лучами солнца я уплываю, – ответил я.
Улыбка Лиры потухла. На несколько секунд. Совсем ненадолго, но этого хватило, чтобы я почувствовал себя так, будто отобрал у ребёнка подарок. А потом зажглась вновь и, кажется, стала ещё ярче.
– Значит, когда приедешь в следующий раз, сможешь рассказать новую историю?
«Надеюсь, что нет. Как-то утомился я от приключений», – подумал я, но всё равно улыбнулся.
– Если со мной что-то случится, обязательно расскажу.
Лира обняла меня. Легко и совершенно по-детски, будто сомнений в моём возвращении у неё вообще не существовало. Её иссохшая рука снова была в полном порядке. Да и вообще девочка выглядела здоровой и полной сил. У детей звёзд явно есть свой аналог «Улучшенной Регенерации».
– Отлично! – бодро ответила Лира. – А ещё Первоотец сказал, что после случившегося с Кукловодом хочет пересмотреть обычаи племени и, возможно, назначить ещё одну жрицу. Но для этого нужно много ОР и энергии из картриджей, так что вряд ли это произойдёт в этом году.
Лира подняла палец. Причём с таким торжественным видом, будто собиралась огласить решение вселенской важности.
– Но! Если это всё же случится, я хочу путешествовать с тобой, человек. Хочу посмотреть ваш мир.
– Наш общий мир. Почему бы и нет? – легко ответил я.
Лира уже доказала, что она надёжный друг. Кроме того, я искренне надеялся, что моя дорога приключений закончится с покупкой корабля и организацией торговой компании. Дальше хотелось приключений исключительно финансовых: с таможней, ценами на товар и недобросовестными поставщиками. Без чудовищ, инквизиторов и попыток меня убить.
На поверхности не-бога мигнула руна, и Лира заторопилась к артефакту.
– Мне пора опять отвечать на какие-то важные вопросы Первоотца, – с тяжёлым вздохом сказала жрица. По её лицу было видно, насколько высоким она считает приоритет этих самых «важных вопросов».
Я помахал Лире на прощание и пошёл собирать вещи.
* * *
Амели пришла примерно через час после обеда и сразу же развила кипучую деятельность. Она буквально ворвалась к нам, словно за её спиной горело всё поселение.
– Выплываем немедленно, если хотите куда-то успеть. За оставшееся время должны пройти Конфлюан и спуститься ниже по течению. Там уже безопасно, и река широкая: сможем всю ночь спокойно плыть, а завтра будем в Монтлионе.
Мы с Лисом только переглянулись и вопросительно посмотрели на Амели.
– Я хочу отсюда уплыть. И чем быстрее, тем лучше. Отец достал своими наставлениями, – выпалила девушка.
Причина внезапной спешки сразу стала значительно понятнее.
Я улыбнулся, и мы все втроём поспешили на пристань. Там по указаниям Амели расположили груз в лодке. Буквально минут за пятнадцать. И уже собирались отплывать, когда мой взгляд скользнул по пирсу. Огюст таки пришёл провожать свою дочь.
Он стоял чуть в стороне с видом человека, который совершенно случайно оказался здесь именно в момент нашего отплытия. Старый охотник подошёл к Лису, крепко пожал ему руку и, пристально глядя в глаза, произнёс:
– Вернёшь дочь – спасибо. Не вернёшь – я тебя найду.
Лис совершенно серьёзно уточнил:
– А если она сама не захочет возвращаться?
Огюст замялся, не найдя что ответить. Похоже, он впервые понял, что его дочь выросла и теперь всё несколько сложнее, чем когда он с ней ходил по лесам. Старый охотник сделал вид, что у него всё под контролем, и молча отошёл.
Лира тоже стояла на причале. Серебряная фигурка кошки висела поверх одежды, отражая солнце ярко-бирюзовыми глазами синхронно с глазами самой жрицы. На мгновение показалось, что за мной одновременно наблюдают две пары одинаковых глаз.
– Эллади, ты потерял уже двоих. Старого и Длинную. Да, я помню, что они живы. Но теперь не ходят с тобой по дорогам, и я не могу послушать истории их приключений. Надеюсь, этого, – Лира ткнула пальцем в Лиса, – не потеряешь.
Я приложил два пальца к виску, шуточно отдавая честь:
– Есть, мэм, не потерять, – весело ответил я.
– Давайте уже на вёсла, и так опаздываем! – начала командовать Амели.
Я ещё раз на прощание улыбнулся Лире и налёг на весло. Левая рука немедленно отозвалась неприятными ощущениями, строго дозированными «Контролем боли». Под кожей будто провернули тупой нож – недостаточно сильно, чтобы я бросил весло, но вполне ощутимо, чтобы я моментально передумал геройствовать. Я зашипел сквозь зубы и дальше использовал только правую руку.
Лодка медленно вышла из заводи в большую реку, нас подхватило течение и понесло на юг. Поселение детей звёзд осталось за кормой и постепенно растворилось между деревьями.
* * *
Часы шли, и ничего не происходило. Мы проплыли Сен-Бернар, несколько хуторов, и когда солнце уже коснулось горизонта, оказались возле Конфлюана. Вода наливалась медью, тени от растущих на берегах деревьев вытягивались поперёк реки, и вечерняя прохлада понемногу вытесняла дневное тепло.
Сразу за городом реку перегородила толстая верёвка, натянутая от берега к берегу так, что обойти её можно было разве что пешком по дну. У замковой пристани теснились сторожевые лодки, и на пристани люди торопливо поднимали флаги, явно передавая нам какое-то сообщение.
– Требуют пристать к берегу для досмотра, – посмотрев на флаги, сказала Амели.
И, не дожидаясь возражений, начала править к замковому пирсу. Я встал в полный рост, чтобы стража видела не только шлем, а весь доспех целиком, стараясь заранее произвести впечатление. Через несколько минут лодка уткнулась в причал.
На берегу нас ждал плотный мужчина в полудоспехе и в зелёно-белых цветах барона и смотрел на меня с явным пренебрежением.
– Документы. Живо объясняйте, откуда плывёте и что везёте, – потребовал он вместо приветствия.
Я вытащил сложенный лист и протянул его, не повышая голоса.
– Я посланник Церкви. Везу трофеи твари ранга (D-) в Монтлион, в собор Святого Валериана.
Начальник развернул документ, пробежал глазами, увидел подпись настоятеля Савара. И всё равно не убрал с лица привычное выражение человека, которому все должны.
– Пошлину никто не отменял. Могу задержать вас всех до выяснения и бросить в темницу: место найдётся.
Амели за моей спиной едва слышно выдохнула через нос. Судя по звуку, мысли у неё были очень недобрые.
– Я везу стратегический груз, задержание которого означает вмешательство в дела Святого Престола, – ответил я ровно. – Назовите своё имя, чтобы я отметил его в отчёте его преосвященству Этьену де Монфору.
Я выдержал паузу, стараясь выглядеть как человек, который проделывал подобное уже десятки раз и прекрасно знает, какие именно последствия ждут слишком ретивого таможенника. Хотя юридическая основа у моего заявления болталась где-то между «сомнительная» и «я сейчас это придумал», проверять никто не рвался. Особенно после того, как прозвучало имя нового епископа.
Начальник пожевал губу, однако полностью сдаваться не стал и указал на ящики.
– Бумагу видел. Теперь хочу видеть груз. Откройте один.
Лис поддел крышку. Внутри, переложенная тряпьём, лежала клешня Кукловода. Желание заглядывать глубже у стражи резко уменьшилось, зато ценность груза начальник оценил сразу. Взгляд стал другим: цепким, расчётливым. Он словно считал, какую взятку можно стребовать с нас. Цифра ему явно понравилась, но как только взгляд переместился на мою бумагу посланника Церкви, потом на доспех, выражение лица с предвкушающего сменилось на унылое.
А потом начальник прищурил глаз, словно что-то вспомнив, и требовательно протянул руку к бумаге. Я молча передал ему документ.
– Эллади Фир… – протянул начальник, перечитав документ ещё раз.
Он поднял взгляд на меня и произнёс уже без грусти в голосе:
– Мне нужно доложить начальству. Не каждый день у нас тут посланник Церкви с таким грузом плавает. Ждите.
И здесь уже напрягся я. Может, молодой барон опять какой-то указ в отношении меня издал? Или просто кто-то, тот же Арно, вдруг захотел со мной поговорить? Ладно, посмотрим, что будет.
Мы остались у причала: лодка тёрлась бортом о сваи, стража переминалась на месте, а начальник, будто боясь что-то упустить, ещё раз сверился с бумагой и отправил двоих гонцов в замок. Один унёсся вверх по лестнице с моим документом, второй – ещё куда-то, похоже с устным докладом.
Часы тянулись медленно. За это время солнце успело окончательно скрыться за горизонтом, река потемнела. Наконец с замковых стен донеслись голоса и стук каблуков. Вернулся один из гонцов. А вместе с ним вышел и лейтенант Ирвин. Вот только инквизитора под прикрытием мне здесь не хватало!
Глава 7
Числа не сходятся
Ирвин подошёл и протянул руку для рукопожатия. На лице у него играла настолько непринуждённая улыбка, будто встретились мы не на заставе под взглядами стражи, а случайно столкнулись в трактире. Я замешкался на мгновение, но руку ему пожал крепко. Ладонь инквизитора оказалась сухой и горячей, а хватка – нарочито дружеской.
– Совсем забыл старика, Эллади. Давно в гости не заходил.
Говорил Ирвин громко, чтобы услышал начальник заставы. Но тот оставался спокоен.
– Меня повысили, первым лейтенантом назначили, – словно старому знакомому продолжил рассказывать инквизитор. – Твои бумаги в порядке, с таким грузом задерживать тебя никак нельзя. Извини этих бестолочей за излишнее рвение.
Ирвин повернулся к начальнику заставы и, буравя его своим фирменным взглядом, начал отчитывать:
– Я только что получил личный приказ господина Арно: Эллади Фира пропускать без досмотра. Если такое безобразие ещё раз повторится, получишь плетей. Всё понял?
Вот тут лицо начальника побледнело. Причём гораздо сильнее, чем следовало бы от такой угрозы. Куда-то разом исчезли и высокомерие, и скука, и желание заработать на чужом грузе. Неужели Арно начал жестить в последнее время?
– Всё понял, господин лейтенант, – чуть дрожащим голосом ответил начальник.
Ирвин удовлетворённо кивнул, сделал шаг ко мне и, крепко взяв за руку, словно для прощания, наклонился к уху и прошептал:
– Мне доложили, что ты торгуешь с искажёнными. Видел что-то интересное?
Теперь, когда нас никто не слышал, тёплая интонация из голоса инквизитора исчезла. Я кинул быстрый взгляд на Ирвина. Инквизитор интерпретировал мой взгляд по-своему. В глазах лейтенанта не осталось и следа показного дружелюбия.
– Если заикнёшься сейчас о деньгах за информацию или станешь всё отрицать, отправлю в подвал на дознание, – предупредил он.
– Ничего странного не видел, – поспешно ответил я.
– Как выглядят те, с кем ты встречался? – спросил Ирвин, и мне стало понятно, к чему всё это. Он хочет проверить слова Северина из другого источника.
– Как искажённые. Зрачки вертикальные, чешуя. Всё как обычно, – ответил я, подпустив удивления в голос. – А что?
– Не твоё дело, – оборвал меня Ирвин. – И завязывай торговать с искажёнными. Ты хоть и посланник Бога, и тебе многое сходит с рук, но якшаться с этими тварями в человечьем обличье не стоит. Владыка такого не любит.
В резко подобревшего инквизитора я не верил. Слишком хорошо помнил, как именно Орден проявляет доброту. А вот в то, что мой статус посланника бога таки даёт какие-то поблажки перед Орденом, – вполне. Я уже хотел задать вопрос о широте поблажек поблажек, но инквизитор отстранился.
– Чего стоим, посланника задерживаем⁈ – заорал Ирвин на стражу. – Верёвку живо убрали!
Люди барона засуетились, Ирвин вернул мне документы, мы погрузились обратно в лодку и уже через несколько минут снова плыли по реке.
Когда лодка вышла в фарватер, Амели облегчённо вздохнула. А потом посмотрела на взошедшее Око Владыки и зло сплюнула за борт.
– Бумаги у тебя, командир, так себе. Кучу времени потратили, – раздражённо буркнула Амели. – Нужно срочно становиться на ночлег, здесь река всё ещё опасная.
Амели встала в полный рост и оглянулась по сторонам, словно искала какой-то ориентир. Лодка под её ногами качнулась, но девушка удержала равновесие, даже не задумавшись.
– К счастью, рядом есть развалины, в которых торговый люд ночует. Буквально через километр, вход с воды, выход на берег. А если повезёт, то те два бревна, что там вместо причала, под нами не развалятся.
Умение Амели успокаивать спутников по-прежнему оставалось на недостижимой высоте.
Мы молча навалились на вёсла. Конфлюан остался за спиной тёмным силуэтом с редкими огнями, и вскоре Амели кивнула на тёмный силуэт на берегу. Похоже, ещё одни руины времён Войны Трёх Святых. При свете Ока обломанные стены напоминали почерневшие зубы какого-то утонувшего исполина.
Причал оказался на удивление удобным: длинный канал, глубоко входящий в руины. Мы заплыли под полуразрушенный свод, привязали лодку к большому камню и расположились на ночь. Водные каналы уходили дальше в глубину помещения и терялись в темноте. Даже «Улучшенное Зрение (Е) (⅘)» не сразу смогло разобрать, где заканчивалась вода и начинались чёрные провалы разрушенных коридоров.
Пахло сыростью, старым камнем и речной тиной. Где-то в трещинах негромко шуршала какая-то мелкая живность, но после историй про речных монстров этот обыденный шорох даже успокаивал.
Мне выпала последняя вахта и я стал готовится ко сну. Снял шлем, посмотрел на левую руку. Она всё ещё плохо держала нагрузку. Пальцы слушались превосходно, но в мышцах после любого резкого движения появлялась неприятная слабость. Да и наруч отсутствовал – дети звёзд починить его не смогли – так что он лежал в рюкзаке, помятый и ожидающий ремонта в Монтлионе.
Произошедшее на заставе, особенно пристальное внимание Ордена, мне не особо понравилось, так что доспех я снимать не стал. Лишь ослабил ремни и завернулся в плащ поудобнее. Несмотря на опасения, в сон провалился почти сразу.
Когда наступило время моего дежурства, меня разбудил Лис.
– Всё спокойно, – доложил охотник, лёг рядом с Амели и закрыл глаза.
Я зевнул, сел возле пролома в стене и начал наблюдать за округой. Света Ока Владыки вполне хватало для «Улучшенного Зрения (Е) (⅘)», чтобы прекрасно видеть прилегающую территорию.
Местная луна медленно ползла по небу, уже собираясь зайти за горизонт, когда «Наблюдательность (F) (5/5)» привлекла моё внимание к странной тени. Присмотревшись, я понял, что тень движется вдоль берега. А ещё через минуту увидел силуэты. Шестеро человек. Уже почти у входа в руины.
– Тревога! – прокричал я по мыслесвязи, надевая шлем и затягивая ремни на доспехе.
Лис проснулся мгновенно и схватился за лук. Амели отреагировала более заторможенно, но тоже беззвучно потянулась за оружием. Больше мы ничего сделать не успели.
В пролом влетел тёмный предмет. Он стукнулся о камень, повернулся на пол-оборота – и мир разорвался.
Нестерпимо яркий свет ударил так, будто внутри руин вспыхнуло второе солнце. Камень, свод, лодка, силуэты людей – всё побелело разом. Одновременно в уши вонзился удар, от которого челюсть свело, а пол под ногами будто качнулся в сторону. Звук не просто оглушил. Он на мгновение выбил из головы все мысли, оставив вместо них один протяжный звон. Мыслесвязь с Лисом и Амели на мгновение пропала, словно они потеряли сознание.
Благодаря «Улучшенному Зрению» вспышку я проигнорировал. Сквозь белую стену я видел, как двое в кирасах и закрытых шлемах уже врывались внутрь. В правой руке каждого по тяжёлому шестопёру. В левой – щиты, которые они держали высоко, у самых глаз, закрываясь от света, который на секунд пять-шесть и их бы ослепил.
Мысли вязко продирались сквозь оглушение. Приходилось вытаскивать их одну за другой из густой смолы. Но мне хватило сообразительности, чтобы понять: противник считает меня ослеплённым и при этом сам закрыл себе обзор.
Активирую «Наследие Героя (Е) (5/5)» и, подхватив Астру и Тенебру, прыгаю вперёд. Сила навыка разом наполняет мышцы, но звон в голове никуда не исчезает. Мир качается под ногами. Несмотря на 27 Ловкости, приземляюсь неуклюже, но всё же достаточно твёрдо, чтобы нанести удар.
Никакой красоты и филигранно выверенного укола. Не в таком состоянии. Размашистый рубящий удар Астры, и лезвие золотого клинка проходит сквозь плоть с вязким сопротивлением, рассекая бедро ближайшего нападающего до кости. Из разреза толчками выходит кровь, человек заваливается, но упасть не успевает.
Сзади раненого подхватывает подхватывает под мышки невысокий человек без щита, в лёгкой кожаной броне и оттаскивает назад. Место раненого тут же занимает другой боец. В таком же шлеме и кирасе. С таким же щитом. «Наблюдательность (F) (5/5)» отмечает, что даже уровень прокачки навыка «Щиты (F)» как у остальных.
Это не банда. Однотипно экипированный и обученный отряд. Неужели Орден пришёл за мной?
Времени на размышления мне не дали: прикрывшись щитами, двое бойцов выдавили меня назад, а через несколько секунд рядом с ними оказался третий. Щиты противников сошлись клином, они давили, стараясь зажать меня у стены и лишить свободы манёвра. Металл скрежетал о металл, пространство вокруг меня с каждой секундой сужалось.
Враг бил шестопёрами с замаха, медленно, но каждый удар, приходившийся в доспех, ощущался весомо. Воздух гудел, когда очередная железная голова проходила мимо. Металл звенел, когда одна из них достигала цели. Будь у меня обычный доспех, а не из пластин Пятирога, давно бы уже промяли броню, а то и пробили. Но и так попадания отдавали в рёбра и суставы, словно меня пытались раздробить. Противник наседал настолько плотно, что даже с «Наследием Героя (Е) (5/5)» справлялся я с трудом.
– Лис! – прокричал я по мыслесвязи.
Но ответа не последовало. Я ощущал, что мой друг жив, но его мысли ещё спутаны.
Левый поднимает шестопёр и делает шаг вперёд, но уйти я не успеваю. Приходится задействовать левую руку. Тенебра чертит короткую дугу в воздухе и наносит укол в кисть атакующего. Укол выходит смазанным, скользящим. Я ощущаю сопротивление, «Армированная Кожа» противника не позволяет сделать глубокий разрез. Но и удар шестопёра отклоняется, проходит мимо.
А в следующий момент центральный противник бьёт по Тенебре щитом. Удар примитивный, но вся его сила через клинок передаётся в руку, и она не выдерживает. Простреливает приглушённой болью, и шпага сама вылетает из руки. Тенебра звякает о камень где-то за спиной.
Противник понимает мою слабость мгновенно. Я вижу это даже не по лицам – лиц не видно, – а по тому, как синхронно меняются их движения.
Левый шагает на полкорпуса вперёд, уже не прячась за щитом, и наносит удар не в шлем, куда вполне мог достать, а в левое предплечье, где отсутствует броня. Я успеваю довернуть корпус и подставить плечо. Доспех принимает удар, шестопёр с грохотом врезается в пластину, а благодаря «Усиленному Скелету (Е) (5/5)» сустав не разваливается на куски, но левая рука на миг становится чужой.
Центральный тут же прикрывает товарища щитом, правый коротко бьёт шестопёром сверху, заставляя меня отступить ещё на шаг к стене. За спиной уже чувствуется холод камня. Противники больше не атакуют вслепую. Они работают по моей слабости – левой стороне.
– Лис! – снова кричу я.
Ответ приходит вялый, но уже осознанный. Охотник встаёт на колено, накладывает стрелу на тетиву, отводит левую руку. Сейчас кто-то из тройки получит стрелу, и резвости у противника поубавится.
Но свист приходит с другой стороны.
Стрела входит Лису в бедро с мерзким звуком. Лис не кричит, только выдыхает сквозь зубы и падает набок, за камень. Стрела соскальзывает с тетивы блочного лука и улетает куда-то в бок.
Амели, не поднимаясь с места, «щучкой» ныряет в воду и исчезает в чёрном канале. Только круги расходятся по поверхности и почти сразу растворяются во мраке. Впрочем, её понять можно – это не её бой.
– Жив. Стрелять могу, – доложил по мыслесвязи Лис. И пробует высунуться из-за камня.
В него мгновенно прилетает ещё одна стрела. С характерным «дзинь» рикошетит от шлема охотника, оставив на металле свежую царапину, и Лис снова прячется за камень. Понятно: охотника прижали, стрелять ему не дадут.
– Меняю позицию, – доносится от Лиса.
А через мгновение ещё одна стрела летит в его сторону.
– Чиркнуло по руке, несерьёзно. Зажали, не выйти, – отчитывается Лис.
Похоже, справляться придётся одному. И противники это тоже прекрасно понимают.
Левый делает короткий замах, центральный закрывает его, правый целится мне в колено, чтобы обездвижить. Ещё мгновение, и меня прижмут к стене. А там, лишившись манёвра, даже «Наследие Героя» не поможет: одной рукой против троих бойцов я не вывезу.
Активирую «Время Охотника (Е) (5/5)». Мир замедляется, а время работы навыка, наоборот, устремляется вперёд.
Двадцать пять секунд.
У меня есть всего 25 секунд, чтобы переломить ситуацию в свою пользу.
Используя ускорение, ухожу от всех атак и вырываюсь из западни. Между щитом левого противника и стеной возникает щель – в обычном времени почти не существующая, – и я проскальзываю в неё. Оказываюсь позади бойцов. Уколоть в спину не успеваю – враг синхронно разворачивается вслед за мной.
Но этого недостаточно. Секунды тают, я бью, колю, уворачиваюсь, царапаю кирасы… И ничего не меняется. Строй не рассыпается. Противник работает как единый механизм, в котором я не вижу ни одного зазора.
Пятнадцать секунд.
Левый снова замахивается, и удар устремляет в шлем. Если попадёт, на этом всё и закончится. Начинаю отклоняться, когда вижу, что шестопёр меняет траекторию и уходит в корпус. Дыхание на мгновение сбивается, но я под ускорением, и воспользоваться этим преимуществом враг не успевает.
А я понимаю, что это уже не первый раз. Плечо – предплечье – колено – корпус. Вместо смертельного удара наносят калечащий или обездвиживающий. Задача противника – не убить меня. Задача – взять живым. Цепочка в голове выстраивается предельно ясная: подвал, допрос, Ирвин, Орден.
