Текст книги "Искра Свободы 6 (СИ)"
Автор книги: Александр Нова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)
Я посмотрел на неё и не удержался от улыбки. Ну конечно. Я сунул Лире в руки бесполезную безделушку и теперь ждал, что она сама догадается, зачем люди вообще такие вещи дарят. Помнится, мой прошлый подарок – кинжал, она приняла без вопросов.
– Ничего особенного он не значит. Увидел, что у котёнка глаза такого же цвета, как у тебя, и купил. Хотел, чтобы ты улыбнулась. Чтобы, глядя на него, вспоминала обо мне. В этом, наверное, и есть смысл таких подарков – остаётся вещь, а с ней память о человеке.
Лира ещё раз посмотрела на котёнка, затем на меня. Видимо, мой ответ не сильно прояснил ситуацию. Зато искать в подарке тайный смысл она перестала.
– Странный у вас обычай, – заключила девочка и надела кулон на шею.
Серебряная фигурка легла на плащ, и два крохотных сапфира почти точно повторили цвет глаз маленькой жрицы. Немного повозилась, устраивая его поудобнее, и добавила:
– Пока не мешает, буду носить. На память о странных человеках.
От Лиры это, пожалуй, вполне могло считать высшей формой благодарности.
* * *
Следующие три дня тянулись медленно и однообразно. Лис всё время проводил с Амели. А я берег свою руку, как хрустальную вазу, и скучал, убивая время в ожидании, пока «Улучшенная Регенерация (Е+)» не срастит кости.
Первые сутки я ещё дисциплинированно проверял состояние повязки, оценивал отёк и мысленно отсчитывал этапы восстановления. На вторые это начало надоедать. На третьи пытался ускорить регенерацию угрозами.
Несмотря на спутники, ИИ в артефактах и прочие прелести, интернета не завезли. Так что страдать от скуки приходилось жёстко. В основном я сидел в тени дерева и смотрел на облака. Как назло, даже дремать не выходило – «Улучшенный отдых (F) (5/5)» позволял полностью выспаться за четыре часа.
Но к утру четвёртого дня, когда кости в моей руке уже неплохо схватились, ко мне пришла Лира.
Солнце только вышло из-за горизонта, как раздался стук в дверь. Не настойчивый, но такой частый, что сомнений в личности гостя почти не оставалось. Я открыл. На пороге стояла Лира с серьёзным лицом.
– Ты нужен Первоотцу, – заявила она безапелляционно.
– Прямо сейчас?
– Он не уточнял, но я ждать не хочу. Мне интересно, что он там задумал, – не моргнув глазом, бойко ответила жрица не-бога.
Похоже, не только мне здесь скучно.
– Так что пошли. Займешься своими делами потом, – Лира схватила меня за рукав и потащила. Хорошо, что я уже успел умыться и позавтракать.
Я позволил Лире себя увести. Девочка шла быстро и уверенно. Мы спустились по узкому проходу в пещеру, где стоял Падший Алтарь. А рядом с ним, прямо на каменном полу, сидел человек, которого я никак не ожидал увидеть здесь живым, целым и совершенно свободным. Я остановился так резко, что Лира, всё ещё державшая меня за рукав, едва не упала.
Северин Брен. Дознаватель Ордена Карающей Длани Владыки Эллиона. Фанатик с промытыми мозгами, беззаветно преданный Владыке.
Северин сидел спокойно. Спина прямая, взгляд ровный. Ни цепей, ни верёвок, ни малейшего намёка на принуждение. Он сидел и смотрел на нас так, будто мы опоздали на заранее назначенную встречу. Именно отсутствие цепей нервировало сильнее всего.
Пальцы правой руки легли на рукоять Астры, мышцы напряглись, когда Лира спокойно, почти буднично произнесла:
– Не надо. Северин теперь свой.
Я замер, не убирая руки с оружия.
– Как это – свой? Он же орденский.
По моему опыту, подобные характеристики не менялись за день-другой. Вместо ответа Лира подошла к Алтарю, коснулась его ладонью и чуть склонила голову, будто прислушиваясь к голосу, которого никто другой не слышал. Когда она заговорила снова, её устами говорил Первоотец, хотя голос оставался Лирин:
– Я покопался в его голове. Теперь он истово верит в меня, а не во Владыку.
Сказано было так буднично, словно Первоотец не переписал человеку мировоззрение, а переставил пару книг на полке. Северин кивнул, не меняя выражения лица.
– Всё верно. Первоотец открыл мне глаза. Владыка – ложь, которая слишком долго держала нас в цепях. Я служу Первоотецу. И готов отдать за него жизнь без малейших сомнений.
Ни дрожи в голосе. Ни внутренней борьбы на лице. Даже фанатичный блеск в глазах никуда не делся. Но теперь у фанатизма оказался другой адресат.
Я смотрел на Северина и чувствовал, как реальность вокруг словно даёт трещину. Дознаватель, который ещё недавно был готов без раздумий лечь костьми за Владыку, теперь с той же ледяной уверенностью говорил о служении его главному врагу.
И ведь Северин не притворялся. Не играл роль. Верил. В этом и заключалась самая неприятная часть.
По спине пробежал холодок, и я в очередной раз порадовался, что у меня есть ментальная устойчивость. Мою личность так просто не перепрошьёшь. Ну или за меня просто всерьёз ещё не брались. Последняя мысль понравилась мне значительно меньше первой.
Потому что вот он – человек, чья преданность была абсолютной. И теперь эта абсолютная преданность смотрит в противоположную сторону с той же верностью, с какой раньше чтила местного бога. Сам Северин при этом выглядел совершенно нормально. И, пожалуй, именно это делало происходящее по-настоящему жутким.
Лира убрала руку с Алтаря и обернулась ко мне.
– Северин вернётся в Сен-Бернар. Доложит, что не сумел взять тебя в плен, но проследил за тобой и вышел на дозор искажённых. Наблюдал за форпостом около недели. Никаких изменений не обнаружил.
Версия звучала достаточно просто, чтобы в неё поверили, и достаточно близко к правде, чтобы Северина не поймали на несоответствии какой-то мелочи. Дознаватель чуть наклонил голову в знак согласия.
– Ещё придётся упомянуть, что ты вёл дела с искажёнными. Иной версии никто не поверит. Слишком много следов и записей.
Я перевёл взгляд с него на Лиру.
– А внушение надёжное?
Северин ответил сам, всё так же ровно:
– Оно не вечно. Через месяц, от силы два оно спадёт. До этого я геройски погибну, защищая интересы Владыки. Тогда никто не заподозрит ни меня, ни тебя, Эллади.
Дознаватель говорил о собственной запланированной смерти тем же тоном, каким кто-нибудь другой сообщил бы дату отъезда. Я невольно всмотрелся в его лицо, пытаясь найти хоть намёк на страх. Не нашёл.
Лира снова коснулась Алтаря. На этот раз её голос стал чуть тише.
– Теперь о главном. Я сумел взломать ключ привязки на кольце с рубином.
Глава 5
Это мой выбор
Лира немного поморщилась: похоже, следующие слова не-бога ей не очень понравились.
– Кольцо принадлежит предателю. Тому, кто убил Илларда Ферона.
Лира сделала короткую паузу, словно Первоотец давал ей время вдохнуть.
– Найди его и убей. В награду я дам тебе ключ к артефакту Илларда, который находится у предателя. Артефакт ранга ©. Диск, имплантируемый, – это слово Лира произнесла по слогам, повторяя за не-богом, – в височную кость. Никто не сможет его обнаружить. Артефакт даёт полную защиту от чтения мыслей и ментального контроля. И эту защиту не заметит никто. Даже Владыка.
Я молчал. Такой артефакт мне нужен. Очень. Одного взгляда на Северина достаточно, чтобы понять ценность предлагаемой вещи. Вернее, бесценность.
Звучало настолько заманчиво, что я был готов согласиться без всяких вопросов и дополнительных условий. Но что-то внутри цеплялось за слова «предатель» и «убить», отказываясь принимать всё сказанное без рассуждений.
– Подожди, – медленно произнёс я, глядя на Лиру, а через неё на того, кто сейчас говорил её ртом. – И ты хочешь, чтобы я убил кого-то из мести? За Илларда?
Об остальном я промолчал. Не-бог – это ведь суперкомпьютер с самоосознанием. У него в голове – ну, или в том, что у него вместо головы, – сидит ИИ, который пережил войну. И он хочет мести?
А дальше что? Скайнет, Сара Коннор и конец света по расписанию? Стоп. Это ведь уже было. Алтари бунтовали. За это их и назвали Падшими. А война вошла в историю как Война Трёх Святых.
Шутка внезапно перестала казаться смешной. Я не собирался разжигать новую войну.
Лира нахмурилась, снова коснулась не-бога ладонью. Голос, когда она заговорила, стал чуть суше, будто Первоотец устал объяснять очевидное неразумному ребёнку.
– Мстить я не планирую. Моё задание продиктовано исключительно практичностью.
Ну конечно. Самое успокаивающее, что может сказать древний ИИ, уже развязавший одну войну, оправдывая своё предложением кого-нибудь убить. Я почти слышал продолжение: «вероятность катастрофических последствий не превышает допустимых значений».
– Ложь Северина сейчас отведёт опасность от детей звёзд. Владыка получит удобную версию и на время успокоится, – продолжил не-бог. – Но статистические отклонения никуда не денутся. Рано или поздно он их заметит снова.
Я невольно посмотрел на Северина. Живая заплатка на дыре, которую рано или поздно всё равно обнаружат. Жрица чуть склонила голову, словно прислушиваясь к машинному разуму, и почти сразу заговорила вновь:
– И тогда пришлёт сюда предателя лично. Если нет, то проконсультируется с ним. А предатель сразу поймёт, что я уцелел и меня снова включили.
Лицо Лиры оставалось неподвижным, но голос её, копируя интонацию не-бога, стал заметно жёстче.
– После этого сюда придут уже не дознаватели. Придут те, от кого не спрячешься.
Говорил Первоотец без угрозы, только перечислял факты.
– А иначе Владыка узнать не может? Чем этот предатель такой уникальный?
– Он был ближайшим другом и сподвижником Илларда. Он знает очень много секретов Республики. Наших планов и задумок. Но делится этим знанием он ни с кем не станет. Будет его продавать по крупицам. Поэтому даже сейчас предатель знает гораздо больше Владыки.
Понятно. Не обычный предатель, а ходячий архив, который сам решает, кому и какую страницу открыть.
– Выходит, ты хочешь убить его превентивно.
– Именно. Ты получишь артефакт, предатель – по заслугам, а я – гарантию, что мой след останется холодным ещё долго.
Что ж, это уже походило на правду. Расчётливую и совершенно бездушную. То есть именно такую, какую и ожидаешь услышать от древнего компьютера. Пожалуй, это даже успокаивало.
– Имя у этого предателя есть?
– Джулиано де Ренн, – ответил не-бог устами Лиры.
Я как раз слышал об одном Джулиано де Ренне – капитане роты наёмников «Стального Феникса». А Этьен говорил, что Джулиано бессмертный. И что по слухам, он застал Войну Трёх Святых. Какое удачное совпадение. И очень подозрительное. Не будет предатель столь явно выставлять себя на показ.
– Как я узнаю этого предателя? – спросил я. – Лицо можно изменить. Или подобрать внешне похожего человека и выдать его за себя.
Лира немного поморщилась.
– Положи руку на Алтарь, – произнесла жрица.
Я выполнил просьбу не-бога, и он сразу же оказался в моей голове.
– У «Системных операций (F)» есть некоторые недокументированные возможности. Я загружу в эту модификацию два ключа. С помощью первого ты разблокируешь артефакт Илларда.
Всё как обычно. В любой сложной системе полно «недокументированных возможностей». Иногда это действительно что-то полезное. Но чаще – дыра в безопасности. Интересно, насколько дырявая местная Система?
– Второй позволит определить предателя. Достаточно коснуться открытого участка его кожи, и Система тебе скажет, что это нужный человек.
Я невольно представил, как пытаюсь невзначай пожать руку бессмертному наёмнику. Выглядело реализуемо.
– Не переживай, человек, эти ключи просто так не найти. А если за тебя возьмутся как следует, то и без них обнаружат достаточно поводов пытать тебя в подвале. Загружать?
Не успело согласие до конца сформироваться в моей голове, как я ощутил два коротких импульса. Данные пошли. А в следующий миг не-бог выкинул меня обратно в реальный мир. На этот раз обошлось без головной боли. Отделался головокружением.
Я ожидал продолжения, но его не последовало. Божественный квест выдан, аудиенция завершена. Мой взгляд зацепился за Северина.
– Раз мы на одной стороне, думаю, тебе стоит знать, что в баронстве Монфор есть резидент Ордена, – произнёс я. – Официально он лейтенант барона. На самом деле инквизитор. Зовут Ирвин.
Северин слегка улыбнулся.
– Спасибо, брат по вере. Это ценные сведения, – Брен помедлил немного и добавил: – Если тебе будет нужна помощь, обращайся.
«Брат по вере» резало слух. Особенно из уст человека, который совсем недавно с удовольствием выбрал бы дровишки для моего сожжения.
Я кивнул, положил кольцо с рубином в контейнер и вышел из пещеры, оставив Лиру, не-бога и дознавателя. Нестерпимо хотелось подышать свежим воздухом. Без примеси интриг, предателей и заказных убийств.
Снаружи пахло лесом, землёй и речной водой. Я вдохнул полной грудью и успел сделать от силы десяток шагов, когда из-за поворота вынырнул Лис.
– Я как раз тебя ищу. Дети звёзд закончили с Кукловодом, – сообщил он. – Пойдём, покажу.
Свежий воздух и правда помогал, но мысль о том, что где-то рядом лежат трофеи, действовала куда сильнее. Материальные ценности удивительно хорошо отвлекают от экзистенциальных вопросов.
Я кивнул, и мы свернули в боковой ход – неглубокую пещеру, которую местные использовали как склад. На каменном полу дети звёзд аккуратно разложили всё, что удалось вытащить из твари. Здесь же я обнаружил и Амели. Похоже, они с Лисом вообще не расстаются.
Лис указал на трофеи.
– Панцирь сняли аккуратно, ничего не повредили. Клешни тоже. Яд слили. Мясо высушили, получилось почти двадцать килограммов.
Я приподнял бровь.
– Мясо?
– Ну да. Это же тварь (D-) ранга с мясом, которое можно есть. Обычно оно отравлено, но Кукловод вырабатывает яд для врагов, а само мясо у него пригодно в пищу. Это редкость. По 10 лоренов за килограмм точно пойдёт.
Я ещё раз посмотрел на высушенные куски. Знание, что несколько часов назад они были частью ядовитой твари, аппетита не добавляло. Но двести лоренов – вполне.
Я осмотрел все трофеи ещё раз. В сумме выходило около семидесяти килограммов. А кроме них у нас доспехи, оружие, припасы. На спине мы всё это не утащим, даже если очень захотим.
Амели внимательно следила за моими раздумьями и, похоже, пришла к выводу, что момент подходящий.
– Я свою плоскодонку в бою с «Речными псами» потеряла. Хочу забрать трофейную зелёную лодку. Но это общая добыча, так что давайте я вас с этим грузом довезу до Сен-Бернара бесплатно, а вы мне лодку отдадите. Она вам всё равно не нужна.
– Это вариант, – сказал я. – Только не до Сен-Бернара, а до Монтлиона.
Амели нахмурилась. Сделка явно перестала казаться ей выгодной.
– Это же графский город! Как я оттуда вверх по течению буду добираться обратно?
Я отвлекся от трофеев и посмотрел на проводницу.
– Так тебе нужна лодка или нет? Кроме того, может, мы и сами обратно захотим в Сен-Бернар отплыть. Тогда мы с Лисом на вёсла и сядем.
Ангваль помолчала, что-то прикидывая.
– А как Конфлюан проплывать будем? Замок барона всю речную торговлю контролирует, нас точно остановят.
– Я посланник Церкви. Везу стратегический груз (D-) ранга. Любая попытка меня задержать будет расцениваться как вмешательство в дела Святого Престола. С соответствующими последствиями.
Только закончив говорить, я понял, что произносил речь официальным тоном, делая ударения в нужных местах: «Церковь», «Святой Престол», «последствия». При такой подаче сухая юридическая справка должна пробивать до костей, а особо впечатлительные сразу представили бы себе подвалы и эшафоты. Даже недолгое пребывание в доблестных рядах Инквизиции оставило на мне неизгладимый отпечаток: умение запугивать словом.
Амели посмотрела на меня с лёгким недоумением.
– Это вообще как? Церковь же ненавидит искажённых.
– Злоупотребляю служебными полномочиями, использую коррупционные схемы и личные связи, – небрежно бросил я. Осталось только добавить «все так делают», но я сдержался.
Ангваль чуть прищурилась.
– Ясно.
По интонации проводницы было понятно, что ничего ей не ясно, но особого дела до этого нет.
– Раз бумаги у тебя есть, можно и в Монтлион.
– Если мы решим обратно, это тоже в счёт нашей доли в лодке.
Амели хмыкнула.
– Ты очень жадный для рыцаря, Эллади. Но я уже согласилась, не нужно напоминать.
– Я не рыцарь. Полный доспех по случаю приобрёл, и только.
Она покачала головой, но спорить не стала. Лис усмехнулся. Я ещё раз глянул на трофеи и порадовался, что проблему транспорта удалось решить так легко.
– Лис, на пару слов, – позвал я охотника.
Мы вышли из пещеры под сень вековых деревьев, оставив любопытный нос Амели позади. Под плотной кроной царил зелёный сумрак. Сверху шуршали листья, где-то совсем рядом перекликались птицы. Отойдя метров на сто от пещеры, я начал разговор.
– Я взялся за одно дело. Естественно, опасное. Прямой выгоды ты с него не получишь. Как мне отплатить за твоё участие? Или, может, у тебя другие планы?
Охотник остановился и посмотрел на меня с недоумением.
– Другие планы? Командир, давай напрямую.
Вот за эту откровенность я Лиса и ценил.
– Если у тебя с Амели всё серьёзно, может, ты решил найти более спокойное занятие, – ответил я.
– Завести семью, детишек там, да? – усмехнулся охотник. – Это дело неплохое, но с тобой выгодно работать, командир. Рискованно, но я за эти несколько месяцев заработал больше, чем за всю остальную жизнь.
Лис посмотрел куда-то вдаль, словно хотел разглядеть там будущее.
– Так что мой ответ такой: куда ты, туда и я. Ты всегда платил щедро. И не только монетами. Одна Искра (Е) ранга чего стоит, – Лис снова улыбнулся и перевёл взгляд на меня. – А по деньгам… иногда бывает, что выходишь в ноль, тратишь всё заработанное на ремонт и лечение. Так что даже если в этот раз я ничего не получу, то особо не расстроюсь.
Никаких клятв, торжественных обещаний и прочей героической ерунды. Именно поэтому слова Лиса значили для меня так много.
– Спасибо, друг, – ответил я. Мы крепко пожали друг другу руки.
Артефакт © ранга, ориентировочно, стоил 20 тысяч серебром. Доля Лиса составляла около 3 тысяч. Столько денег у меня нет. А брать на себя долг в таком объёме я не хотел. Если бы Лис отказался, я занялся бы этим делом сам.
Заставлять работать Лиса совсем бесплатно я не собирался. Скорее всего, в процессе мы заработаем ещё что-то и большую часть этих денег я отдам ему. Кроме того, у меня даже появилась мысль, как его отблагодарить по-настоящему. Но это дело будущего. Надеюсь, не очень далёкого.
Лис вернулся в пещеру и, забрав Амели, куда-то ушёл вместе с ней. А я оперся о молодое дерево, которое ещё не доросло до того, чтобы стать домом, и огляделся.
В поселении незаметно продолжался обычный день. Кто-то таскал корзины, где-то стучал топор, дети носились между деревьями, будто никаких дознавателей, Кукловодов и древних интриг в мире вообще не существовало. Удивительно полезное зрелище. Стоило несколько минут посмотреть на разумных, занятых нормальными делами, и собственные проблемы трансформировались в задачи. А задачи нужно решать. Желательно по одной и в порядке выстроенных приоритетов.
Джулиано де Ренн никуда не денется, Первоотец тоже. А вот Северин – очень даже. Дознаватель собирался покинуть поселение, и перед его отбытием я хотел выдать ему задачу кое-что найти для меня в архивах Ордена.
Пришлось немного побродить по пещерам и подземным ходам, но несколько раз спросив у местных, я всё же вышел на пристань, где так и болталась на привязи трофейная зелёная лодка. Северин находился здесь и уже грузился в лодку. Я чуть не опоздал.
За последние дни дознаватель успел обрасти щетиной, одежда была грязной и местами порванной, так что на человека, который неделю ползал по лесу, выслеживая искажённых, он вполне походил.
Северин тепло улыбнулся мне и указал на лодку.
– Дети звёзд отвезут меня ниже по течению на полкилометра, там я поднимусь в горы и уже оттуда пойду пешком до Сен-Бернара.
Я кивнул. Всё должно выглядеть реалистично.
– У меня есть к тебе просьба, Северин. Если получится, собери сведения о «Стальном Фениксе» и его капитане, Джулиано де Ренне.
Брен почесал щетину, раздумывая.
– Для этого мне нужно вернуться в филиал Ордена, в Монтлион. Но это от меня не зависит. Если отправят, то, безусловно, посмотрю, что накопилось в архивах Инквизиции на этих ребят.
– Найденное можешь оставить в соборе Святого Валериана на моё имя. Или самого меня там спросить, возможно, я как раз тоже вернусь в Монтлион.
– Только вряд ли я смогу получить доступ к секретным архивам. Я всего лишь дознаватель, – с грустью прояснил Брен.
– Этого и не нужно. Лишние следы нам ни к чему. Да и вообще постарайся не геройствовать.
Последние слова вырвались почти случайно. Северин уже собирался ответить, но я вспомнил его совершенно спокойное «через месяц, от силы два» и решил кое-что уточнить.
– Если ты не погибнешь в оговоренный срок, то что тогда будет? Снова решишь, что Первоотец – враг, дети звёзд – искажённые, а меня нужно тащить на допрос?
Северин поправил перекрутившийся ремень заплечной сумки и ответил, словно вопрос касался не собственной смерти, а удобства дорожного снаряжения.
– Вероятно. Именно поэтому я должен умереть раньше, – Северин произнёс это совершенно спокойно и добавил: – Желательно так, чтобы моя смерть не вызвала вопросов у Ордена.
Вот уж действительно грамотное планирование. Найти задание посложнее, героически погибнуть, получить посмертную благодарность начальства и заодно навсегда закрыть вопрос о том, почему дознаватель несколько недель докладывал Владыке заведомую ложь.
Мне эта логика не нравилась только одним. Тем, что Северин умирал. Несмотря ни на что, он мне жизнь спас.
– Можно сделать иначе. Инсценировать смерть, а самому исчезнуть, – произнёс я после короткого раздумья. – Дети звёзд тебя спрячут.
Северин медленно покачал головой. Ни удивления, ни надежды на его лице не появилось.
– Когда внушение исчезнет, я постараюсь сбежать и передать Ордену всё, что знаю. Значит, придётся либо держать меня пленником, либо снова менять разум.
– Первоотец уже сделал это один раз. Наверное, сможет повторить, если понадобится.
– Сможет, – легко согласился Северин. – А потом ещё раз. И ещё. Каждый раз, когда прежний Северин начнёт возвращаться.
Слова легли между нами жирной чертой, отсекающей любые варианты. Я предложил очевидное решение. А Северин всего одной фразой заставил посмотреть на него с другой стороны.
Несколько дней назад я сам сидел возле не-бога и пытался понять, что именно делает меня мной. Владыка засунул мне в голову чужие воспоминания о фехтовании, возможно, изменил ещё что-то, чего я не заметил. Тогда я пришёл к удобному выводу: неважно, из каких деталей меня когда-то собрали, решения сейчас принимаю я, значит, я – это я.
И вот передо мной стоял Северин Брен. Его воспоминания остались прежними, характер, похоже, тоже. Даже фанатизм никуда не делся. Первоотец заменил всего одну фундаментальную деталь – объект веры, – и теперь Северин совершенно искренне собирался умереть ради того, кого ещё несколько дней назад считал врагом.
По моей логике всё получалось просто. Решение сейчас принимал Северин, значит, это было его решение. Только вот я точно знал, кто залез ему в голову и сделал так, чтобы именно это решение казалось правильным.
– Тебя самого это вообще не беспокоит?
– Беспокоит. Но прежний я считал свою веру правильной точно так же, как я сейчас считаю правильной нынешнюю, – произнёс Брен. – Доказать, какая из этих двух версий меня – настоящая, я не могу. Думаю, не сможешь и ты.
Спасибо. Вот именно этой мысли мне для полного счастья и не хватало.
– Поэтому я выбираю исходя из того, что считаю правильным сейчас, – продолжил Северин.
Я открыл рот, собираясь возразить, и закрыл обратно. Возражать было нечего, кроме совершенно иррационального желания не позволять человеку убивать себя только потому, что древний компьютер переставил у него в голове несколько очень важных переключателей.
Северин протянул мне руку. Я пожал её. Дознаватель сжал мою ладонь спокойно и уверенно. На секунду мне захотелось удержать его кисть. Будто такая глупая мелочь могла оставить его здесь, на пристани, и отменить всё, что он уже для себя решил.
– Не беспокойся, брат. Это мой выбор, – произнёс Северин и отпустил руку. – А сведения о «Стальном Фениксе» я тебе передам, как только соберу достаточно.
Я смотрел вслед «брату по вере», пока лодка не скрылась за деревьями. Фраза должна была меня успокоить, но почему-то после неё стало только хуже.
