Текст книги "Абсолют. Время перемен (СИ)"

Автор книги: Александр Гончаров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

Глава 20

Для обсуждения плана по освобождению своих друзей Баэль выбрал укромное место под раскидистой елью, откуда практически не было видно догорающего костра шукшей. Через некоторое время к нему присоединились Сван, его собрат Хован, девушка Лана, оказавшаяся невысокой темноволосой красавицей, с крепкими ногами и руками, которые белели на фоне тёмного леса, так как её тело едва было прикрыто в интимных местах. Такой наряд она объяснила нежеланием носить с собой одежду в зубах и часто переодеваться. Кроме того, к ним присоединились два коренастых блондина, лица у них покрывали бороды, заплетённые в косу, их тела были переплетены жгутами мускулов, а из одежды присутствовали только набедренный повязки. Они представились как Ждан и Нук. Особое внимание альв обратил на последнего прибывшего. Им оказался поистине огромного размера парень. Его рост был примерно четыре с половиной локтя. Мышцы покрывали тело, как каменные валуны. Живот немного выдавался вперёд, но толстым его назвать было нельзя. Русые волосы, серые, строгие глаза, которые внимательно смотрели на мир из–под широких надбровных дуг и высокий лоб дополняли образ этого великана. Сван представил его как Малош.

Баэль не знал, насколько он может доверять этим людям, и как далеко они готовы пойти, чтобы выручить его друзей. Но все сомнения рассеяла Лана. Девушка оказалась весёлой и разговорчивой. Хоть ситуация и не располагала к веселью и длинным разговорам, но из её краткого рассказа, представлявшего всех собравшихся, альв понял, что шукши пару месяцев назад уничтожили всех жителей маленькой деревни, в которой жила девушка со своей семьей. Сама она со своим отцом и братьями занималась гончарным делом. Мужчины изготавливали посуду, а она разрисовывала. Вернувшись с реки, где она собирала кварц для глазури, она нашла только пепелище и трупы.

Малош жил в небольшом городке. Был лесорубом и углежогом. Постоянно был в лесу, поэтому избежал участи своих соседей. Когда пришёл с очередного рейда в лес, увидел ту же картину, что и Лана – пожары, кровь и тела убитых земляков. Пошёл в соседнюю деревню в надеже найти кого–то живого, но там нашёл только плачущую Лану. О том, что она перевёртыш, узнал, когда вышел из лесу, увидел её и, обрадованный, бросился через кустарники напролом. Девушка испугалась шума, обернулась в рысь и бросилась на парня. Тот, не ожидая такого, сам обернулся на медведя, и стал от неё убегать. Так они и познакомились.

Ждана и Нука, охотников на бизонов и диких быков, ребята встретили позже. Но эти просто ушли от своих родных, когда узнали, что стали перевёртышами. С наездниками же вся эта компания повстречалась два дня назад. Узнав от Свана, что в отряде Лекса есть альв, который что–то знает об особенностях природы оборотней, решили догнать его и попросить помощи, или хотя бы каких–то разъяснений о том, как жить дальше, чтобы род людской их не чурался. Ну а дальше – Баэль всё уже знал.

– Каких–то глубоких знаний о вашей сущности я не знаю, – начал альв, – Ведаю, что, попробовав человечины, оборотни обречены на безумие и постоянное пребывание в личине зверя. Что–то подробнее, я так думаю, можно будет узнать от магистра Аг’Во. Он ждёт меня и моих друзей в столице, в Лок–Райдхани. Но он ждёт меня вместе с моими друзьями.

– За этим дело не станет, – перебил его старший охотник на бизонов, Нук, – мы наслышаны о бесчинствах, которые творят шукши. Поэтому поможем спасти твоих друзей. Вот только боязно нападать в личинах зверей. Вдруг изведаем их крови и останемся зверями?

– Это маловероятно, – сказал Баэль. – Я пока лежал связанный возле них, немного изучил их ауры и жизненные потоки. Мой наставник, Аг’Во, рассказывал, что шукши добывали магический металл, а он пагубно воздействовал на ауры шукшей, изменяя их и делая … не такими, как люди или альвы. Поэтому их и держали в степях в изоляции от всех остальных. Но если мне не верите, можно будет простым оружием с ними биться.

– Мы хорошие лучники, – сказал Нук, – можем проредить шукшей в начале боя.

– А я не боюсь их рвать в личине медведя, – неожиданно сказал Малош. Его тихий бас был на удивление мелодичным, что сразу услышал свои музыкальным слухом Баэль. – Я уже убил несколько серокожих, пока шёл из своего города. Когда у меня в глазах стоят разорванные и искалеченные тела наших детей…

Ладони великана сжались в кулаки так, что жилы затрещали, он начал громко дышать, на глазах покрываясь шерстью. Лана тут же подскочила к нему, обняла его за шею, начала гладить по голове и шептать ему что–то успокаивающее в ухо. Малош начал успокаиваться и приобретать человеческий вид.

Выслушав всех, Баэль предложил план освобождения своих друзей. Сначала нужно было уничтожить дальних часовых, за это брались оба охотника и Сван. Баэль и Хован убирают дозорных в лагере. Лана режет путы у Гарда. Его мощные копыта и рога будут, кстати, в этом сражении. Малош следит за спящими врагами. Не споря, все пришли к единому мнению, что никого из шукшей оставлять в живых нельзя. Предстояло заняться здоровьем как сильно раненного Марка, так и его сестры, и гнома. В каком они состоянии, Баэль не знал. И что предстояло делать для того, чтобы они смогли продолжить путь – тоже. Согласовав все условные сигналы и места каждого для начала атаки, все тихо разошлись.

Баэль и Хован взяли в прицел дремавших у костра шукшей и стали ждать сигнала. Когда трижды ухнул условным сигналом ночной филин, они оба пустили стрелы. Стрела альва попала в артерию на шее шукша, и тот беззвучно завалился на бок. Выстрел Хована был не столь удачным – стрела попала чуть выше сердца, шукш хрюкнул, схватился за стрелу, но вторая стрела, выпущенная Баэлем, угодила ему в рот, и неудачливый дозорный заснул вечным сном. Его тело упало в костер, тем самым немного приглушив, исходящий от него свет. Размытыми тенями в лагерь ворвались все участники ночной атаки. Охотники и наездники просто со всего размаху всаживали свои длинные кинжалы в спящих шукшей, зажимая им рты. Баэль орудовал кривым мечом шукшей, а Малош в личине медведя своей когтистой лапой сворачивал спящим врагам шеи или разрывал глотки. Лана, быстро перерезав путы Гарда, приобняла его за шею стала в стороне с двумя кинжалами наготове.

Всё было практически завершено, когда вдруг от неясного шума проснулся шукш, который спал недалеко от носилок, на которых лежали гном и близнецы. Подняв голову и поняв, что происходит, он заревел диким ором, выхватил кривой меч и кинулся на нападавших. От его крика проснулись остальные шукши. И хоть количество людей и шукшей было примерно одинаковое, последние были больше тренированы для убийства. Два шукша с лёгкостью сдерживали охотников и наездников, трое нападали на Малоша–медведя и присоединившегося к нему оленя, а двое атаковали Баэля. Так как оружия для альва было незнакомым, он с трудом отбивался от нападавших. Медведя короткими тычками широких пик загоняли к костру. Малош отважно кидался на врагов, но те наносили ему болезненные уколы и уклонялись от ударов его могучих лап. Олень, в свою очередь, также пытался насадить на рога вёртких шукшей, но небольшой размер поляны не позволял ему это сделать, не навредив кому–то из друзей. Всё поменялось, когда в гущу сражения ворвалась крупная рысь. Она прыгнула одному шукше на спину и буквально разорвала ему шею. Один из тройки нападавших на медведя попытался рубануть её листообразным наконечником пики, но этим только разозлил огромного медведя. Малош с рёвом кинулся на обидчика Ланы, нисколько не обращая внимания на удары, сыпавшиеся от последнего шукша. Мощным ударом лапы он буквально снёс голову второму шукше из этой тройки, третьего же сбил с ног олень, а покончил с ним Малош, разодрав ему грудь лапой.

Когда обернувшиеся в зверей Малош и Лана пришли на помощь своим друзьям, победа была делом времени. Дольше всех продержался вожак шукшей. Вооружённый двумя кривыми мечами он виртуозно отбивался от наседавших двух охотников и Свана. Точку поставил Баэль, вогнав стрелу в глаз шукша.

Тяжело дышащие люди и звери дико взирали на место побоища. Для них всё ещё было неприемлемо так обращаться с разумными. Новые реалии их мира никак не хотели укладываться в сознание. Обернувшиеся в людей Лана и Малош попытались руками немного прикрыть свою наготу. И если девушка была относительно цела, если не считать двух–трёх небольших порезов, то тело великана было сильно иссечено. Скорее всего, оружие шукшей обладало каким–то особыми свойствами, раз могло пробивать шкуры у оборотней. «Нужно будет об этом рассказать магистру Аг’Во», – подумал альв.

Отбросив оружие, альв склонился над Малошем, когда тот свалился без сознания под ноги друзей. Молодой маг вызвал зелёное свечение в своих руках и принялся восстанавливать посеченное тело, разорванные жизненные каналы и латать истончившуюся ауру. Через небольшой промежуток времени глубокие раны начали стягиваться и превращаться в белые, едва заметные шрамы, а мелкие порезы вообще исчезли. Малош глубоко вдохнул и открыл глаза.

– Что с Ланой? – прохрипел он.

– Со мной всё в порядке, медвежонок, – улыбаясь, ответила девушка, прикрывая своё тело каким–то грязным плащом.

Великан увидел потёки крови на её теле, испуганно вскочил на ноги, нисколько не стесняясь своей наготы, схватил за руки Баэля и с бездонной мольбой в глазах сказал:

– Спаси её, маг, вечно буду тебе благодарен! Проси, что хочешь, только спаси!

– Да у меня все хорошо, Малош. Если сравнивать с тобой, я только царапинами отделалась!

Баэль подошел к девушке, провел рукой вдоль видимых порезов на боку и на бедре. Они были маленькими, поэтому затянулись без следа.

– Под плащом есть раны? – спросил альв.

– Нет, там ничего нет, – смущенно сказала Лана, больше закутываясь в плащ.

Баэль кивнул головой и принялся врачевать охотников и наездников. Те отделались неглубокими ранами, хоть их количество и было внушительным. Закончив с лечением оборотней, Баэль направился к своим друзьям. Шум сражения не привёл их в чувства. Альв попросил оборотней помочь перенести носилки ближе к костру, который практически погас. Но его быстро сделали больше, подбросив дров, и очистили от трупов шукшей место подле него.

Баэль попытался привести в чувство сначала Линни. Так как его собственные силы были на исходе, а помощь гнома была бы не лишней. Но все усилия альва заканчивались ничем. Такое ощущение было, что он упирается в какую–то стену, а как пробить её, не знал. Уставший от большой потери сил, как магических, так и физических, Баэль присел возле носилок гнома. Лана принесла ему попить воды. Альв благодарно принял флягу и в задумчивости уставился на гнома. В ярком свете костра он вдруг увидел, как глаза Линни быстро двигаются под закрытыми веками, иногда останавливались на короткий миг и как бы смотрели на бороду. Баэль склонился над гномом и начал шарить на его груди. Там ничего не было. Он потом прощупал бороду, но и в ней ничего не нашел. Когда, в отчаянии, альв уже хотел отказаться мысли, что Линни на что–то хочет указать, его пальцы сквозь густую бороду нащупали на шее друга кожаную пряжку. Баэль попросил Лану помочь ему. Она запрокинула голову гнома, и под бородой ниже кадыка их взорам открылся какой–то чёрный камень в серой оправе. Альв, недолго думая, разрезал ремень и осторожно снял амулет. Глаза гнома перестали бегать под веками, потом медленно открылись, Линни глубоко вздохнул и спросил:

– Есть чего–нибудь пожрать?

Баэль, устало улыбнувшись, подал ему руку и сильно обнял его, когда гном привстал с носилок.

– Ну вот, теперь всё будет хорошо, – отстраняясь от друга, сказал альв. —Сейчас ты набьёшь брюхо, и мы займемся Гедой и Марком.

– А что с ними? – удивлённо спросил гном.

– Пока не знаю. Во время боя Марка сильно ранили, а Геда потеряла сознание. Скорее всего, она не дает ему уйти в мир предков. Как–то его поддерживает. Без помощи твоей Огненной реки я не смогу ничего сделать. Я потерял много сил, когда вместе с нашими спасителями сражался с шукшами. Когда тебя пытался привести в чувство, какая–то неведомая сила вытягивала из меня остатки моей жизненной силы.

Гном оглядел место побоища, недолго останавливаясь на лицах оборотней. Чуть дольше задержался на Сван, узнав того. Потом сказал:

– Я готов открыть тебе Огненную реку, если ты сам в силах её использовать. Только смотри, не иссуши себя. Мы не сможем тебя откачать, если ты сам себя истощишь.

– Я думаю, полклепсидры времени не решат ничего, – ответил Баэль. – Лана, сможешь накормить моего друга? Я посмотрю в вещах шукшей: может, там есть моя фляга с нектаром. А парни пусть пока прикопают их тела. Сейчас немного придём в себя и займёмся близнецами.

Все согласились с предложением альва и принялись за работу. В вещах шукшей нашлись и припасы, которыми снабдили в дорогу наездники оленей, и немного нектара в фляге Баэля. Когда жующий Линни подошёл к сидевшему возле носилок близнецов альву, круги под его глазами, появившиеся после магического лечения, практически исчезли.

– Ну что, – чавкая, сказал гном, – Приступим?

– Пожалуй, да. Ты готов?

– Как никогда! – ответил Линни, вытирая жирные руки о штаны.

И два столь разных мага принялись за дело, за успешный исход которого, оба сильно переживали.

Глава 21

Первым делом Баэль обыскал Марка на предмет наличия на теле каких–нибудь амулетов. Потом он кивнул головой гному, воздел руки над телом парня и вызвал зелёное свечение. Гном просто положил руки на плечи альва, закрыл глаза и занялся подпиткой целителя, черпая и передавая силу Огненной реки в ауру Баэля.

Главная трудность, с которой столкнулся Баль, была рана позвоночника Марка – удар меча шукша повредил его, практически перебив в районе груди. Альв очень медленно восстанавливал жизненные каналы раненного, стараясь не пропускать ни одного разрыва. Наблюдающие волшебство оборотни заметили, что цвет поля, которым окружил альв тело Марка, стало приобретать ярко– изумрудный цвет. Под закрытыми веками глаза мага бегали с такой скоростью, будто он наблюдал полет какой–то очень быстрой птицы. Лана, которая сидела ближе всех к носилкам, тихо ойкнула, когда увидела, что и альв, и гном, и носилки с Марком вдруг немного поднялись над землёй, а изумрудное свечение стало настолько ярким и плотным, что всех троих было практически невозможно разглядеть.

Всё закончилось внезапно. Марк громко вскрикнул, его тело выгнулось дугой, и он открыл глаза. Увидев возле себя непроглядную изумрудную пелену и склонившихся над ним с закрытым глазами альва и гнома, он громко вздохнул и привстал с носилок. Баэль медленно открыл глаза и опустил руки. Свечение исчезло. Потом открыл глаза Линни и тоже сделал глубокий вдох. Когда он увидел сидящего на носилках Марка, его лицо озарила счастливая улыбка.

– Ну, слава Создателям! – громыхнул гном, – Я уж думал, что не выдержу потока Огненной реки. Как ты понимал, что тебе делать? – обратился он к Баэлю.

– Не знаю, – устало потирая виски, ответил тот. – Я видел повреждённые жизненные каналы и разорванную ауру. Потом начал их сшивать, как меня учил магистр Аг’Во. Когда моих сил казалось недостаточно, я просто через тебя подтягивал недостающую мне силу. Природу всего этого и особенности использования тебя, как проводника силы, я не знаю. Просто чувствую и всё. Сегодня для меня главное – результат. Марк – жив и здоров. А все научные исследования и фиксацию в наших трактатах или у гномьих архивариусов оставим на более подходящее время. Теперь займёмся Гедой.

Баэль устало встал, опёршись на плечо гнома и подошёл к девушке. Он обратил внимание, что быстрое движение глаз у неё прекратилось. Выражение лица из сосредоточенного стало каким–то умиротворённым. Грудь её стала вздыматься чаще. Альв положил руку ей на голову и вновь окутал всех зелёным свечением. Но девушка быстро открыла глаза, увидела склонённого над ней Баэля, потом быстро отыскала сидевшего и устало улыбающегося брата. Когда она поняла, что всё позади, счастливо заплакала, обняв альва и положив голову ему на плечо.

– Ну, будет тебе, – сказал гном. – Всё сделано. Сейчас альв разберётся, готовы ли вы продолжить путь. Потом обзнакомимся с этими голыми ребятами, – Линни кивнул на оборотней, – поедим, и в дорогу. Мы много потеряли времени. Даже не представляю, где мы. Кто–то подскажет, как далеко мы от Лок–Райдхани?

– В двух днях пути, – ответил Сван. – Вы немного отклонились. Шукши, скорее всего, вели вас в обход, чтобы не нарваться на поисковые отряды людей. Где—то ближе к границе со степью их ждёт группа шукшей с ездовыми ящерами. Так что надо вам поторопиться. Я думаю, они скоро могут пойти навстречу этому отряду, чтобы ускорить встречу. Поэтому советую вам побыстрее направиться к вашей столице. Мы попробуем увести ваших преследователей, если они захотят идти по вашим следам.

Брат с сестрой медленно встали, испытывая свои силы и возможности. Долгое пребывание между жизнью и смертью обессилило их. Поэтому какое–то время они ещё потратили на восстановление сил, проверку работоспособности рук и ног, ну и способность желудка принять большое количество еды. Не сильно при этом, отставая от гнома, который опять с жадностью поглощал мясо, потом варёные овощи, запечённую рыбу, которую наловил Малош в ближайшей речке. Только ближе к обеду близнецы сказали, что готовы идти.

Перед началом похода Баэль попытался осмотреть труп мага–полукровки, которого вёз Гард. Но получил ментальный удар такой мощности, что его кожа пошла серыми пятнами, волосы стали какими–то безжизненными, а нос и уши еще больше заострились. От полученного удара альв упал на спину и едва не потерял сознание. Только остатки нектара как–то привели его в чувство. Тело мага решили сжечь, используя силу Огненной реки, чтобы потом не получить каких—то неожиданностей на свою голову.

Охотники как смогли убрали следы их пребывания. Всё было не убрать, но попытаться сбить с толку шукшей надо было. Четвёрка послов вождя Ярга тепло попрощалась с оборотнями и пошла по руслу речушки, предварительно найдя своё оружие (особенно радовался Линни – его топор был заботливо замотан в кусок кожи, и тщательно спрятан в одном из баулов), отобрав необходимые вещи и нагрузив их на не очень довольного Гарда. Одно дело – гордо нести на себе благородного всадника, и другое – выполнять функции тягловой лошади.

Геда с грустью вспомнила спину Лекса, которая постоянно была впереди отряда по пути их следования, как надёжный маяк в ненастную погоду. Теперь впереди шёл альв, держащий в руках свой лук, постоянно прислушивающийся к окружающим звукам. Темп, который он задал, не нравился гному. И тот постоянно бурчал, взывая к совести альва. Мол, близнецы только что в себя пришли, а он бежит, как олень–первогодок. Нужно было бы ребят поберечь. Не ровен час, упадут без сил, кто их тащить будет? Но Геда с Марком хоть и выглядели болезненно, заверили гнома, что пока в силах выдержать темп альва. И только ближе к ночи, когда удалось выйти на тракт, ведущий к столице, Баэль скомандовал привал.

Наскоро перекусив, распределив дежурства, все завалились спать. Первым дежурить остался Баэль. Хоть он и потратил много сил и энергии на лечение близнецов, но глоток нектара и любезно предоставленная гномом возможность черпнуть сил из Огненной реки сделали своё дело. Тем более, рядом был верный Гард, с которым они проболтали часть ночи. Альв чувствовал бодрость, сна не было ни в одном глазу, и он продежурил практически до самого утра, разбудив гнома за пару клепсидр до того момента, как встало солнце. Все–таки ему нужен был сон, ведь ему ещё были неизвестны последствия от частого использования сил Огненной реки. Из опыта он знал, что после длительного бодрствования благодаря свойствам нектара, организм отключался на несколько дней. И пробуждение после этого было очень болезненное. Но рядом всегда были наставники или сам магистр Аг’Во, и от них всегда можно было получить помощь.

Признаки приближения столицы увидели к исходу следующего дня. Чаще стали попадаться обозы, идущие в сторону Лок–Райдхани. Один раз даже увидели необычный отряд гномов. Они быстро проехали на мохнатых крепких пони, подозрительно бросая взгляды на странную компанию, состоящую из альва, гнома, двух человек и одного оленя. После выхода на тракт все единогласно решили не ввязываться в разговоры со встречными путниками, чтобы не привлекать к себе внимания. Их миссия была в какой–то степени секретной, да и неизвестно, что произошло за время их отсутствия.

Уже на подходе к городу уставших путников нагнал отряд альвов, восседавших на могучих оленях. Старший в группе подъехал к устало бредущей группе и предложил Баэлю присоединиться к его отряду. На что тот ответил отказом, немало смутив главу альвов. С пренебрежением окинув грозно стоящего с топором на плече Линни и насупившихся близнецов, старший альв дал команду в путь.

После встречи со своими соплеменниками Баэль очень долго шёл, пребывая в глубокой задумчивости. Какой смысл приобрели старые предназначения, как рассматривать статус в зависимости от владения магических способностей, как оценивать действия Бога Степей Акхорна, как расценивать отношения к гномам и людям через призму дружбы с Линни и близнецами, как он будет выглядеть в своём лесу в глазах родичей, приняв сторону своих новых друзей, что сейчас правильно, а что – нет? Целый рой вопросов поглотил его разум, выводя из равновесия. Это состояние сильно смущало Баэля и не давало сконцентрироваться на чём–то конкретном. Его эмоции передавались Гарду, и олень периодически останавливался, пытался заглянуть в глаза альву, требуя от него ласки и внимания. Всё это не осталось без внимания у остальных участников путешествия.

– Предлагаю сейчас остановиться на ночлег, – предложила Геда. – Наш поход заканчивается. И мы не знаем, что нас ждёт завтра. За эти дни мы многое пережили вместе. Многому научились. Многое дали друг другу. Что будет после доклада Стоящим–с–Богами? Никто не знает. Сегодня у нас есть возможность вместе посидеть у костра. Вспомнить нашего следопыта. Проговорить всё, что мы услышали и увидели во время похода. Не забыть ни одной мало—мальской детали, чтобы смерть Лекса не была напрасной.

Предложение Геды поддержали все. Пройдя недалеко в сторону от тракта, нашли удобное место для ночлега. Баэлю удалось подстрелить дикую индейку, Линни каким–то чудом отыскал поляну с грибами. Близнецы принялись стряпать ужин. Беседа протекала в лёгкой, непринуждённой обстановке. Гном предложил близнецам попрактиковать использование своих магических способностей. Но те дружно отказались, сославшись на усталость и нежелание привлекать к себе внимание случайно проезжающих по тракту путников. Альв тоже не захотел практиковаться с Огненной рекой. Сказал, что напрактиковался вдоволь уже. Ему б отдохнуть под сенью Серебряного леса. Кроме того, у него появилась кое–какая информация об особенностях оборотней. Её он почерпнул, когда занимался лечением Малоша. Эту информацию необходимо как–то обработать, донести до наставников и сделать соответствующие выводы. В том, что эта информация имеет значительную ценность, Баэль не сомневался. Но вот вникнуть в суть этой информации ему не позволяло отсутствие опыта и знаний.

Геда высказала вслух о своих переживаниях за оборотней. Удалось ли им уйти целыми от погони? И где они сейчас? Что их ждёт? Марк успокоил сестру, напомнив о природной силе и выносливости оборотней. Никаким шукшам их не догнать, особенно когда оборотни в звериной личине. Да, оружие шукшей может наносить вред оборотням, но все ли шукши снабжены таким оружием?

Так, переговариваясь и вспоминая все события, которые они пережили за время похода, друзья улеглись отдыхать, оставив на первое дежурство Линни, который периодически запускал ложку в котелок с грибной похлебкой. Завтра будет замок, отчёт перед магистрами, отдых на мягких кроватях, свежеиспечённый хлеб. А пока – последние дежурства в этом походе под аккомпанементы цикад, ночных птиц и под запах диких трав.