Текст книги "Абсолют. Время перемен (СИ)"

Автор книги: Александр Гончаров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 20 страниц)

Глава 7

Тёмные альвы накрыли стол фруктами, графинами с вином и нектарами, и, удаляясь, плотно закрыли дверь.

– Да, мой мальчик, умеешь ты пустить пыль в глаза, – начал старый магистр, пощипывая виноград, – Оно и понятно: зачем выдавать свои тайны? Но и нас за дураков не стоит держать. Я, например, сразу понял, что твой альвёнок – для отвода глаз. Ты последние лет пятьсот не делился всеми своими достижениями ни с кем, кроме своей разлюбезной Элитии. Ну да ладно. Если ты решил что–то скрыть, значит, это того стоит. Времени у нас было маловато, чтобы найти, понять специфику, подучить одарённых. Я, честно говоря, не сильно и искал. Мне больше было интересно работать в открывшихся перспективах возможностей Абсолюта. Вы же знаете, что в каждом мире свои уникальные грани пояс открывает по–разному.

– Ты не прав, учитель, – начал Великий Магистр, – моя скрытность вызвана желанием предотвратить утечку моих возможностей из Золотого леса. Вы ж не можете дать гарантии, что все ваши подданные, присутствовавшие на демонстрации возможностей, не являются пособниками Акхорна, или под пытками не предадут нас? Мои тёмные альвы преданы только мне. В них я уверен полностью. И, во избежание попадания информации к шукшам, предлагаю оставить всех ваших подопечных у меня. Здесь они будут в безопасности.

– То есть ты хочешь отгородиться от всего мира в своём Золотом лесу, оставить на растерзание Акхорна и его оков всех людей, гномов, светлых альвов? Я не узнаю тебя, мой мальчик, – хриплым голосом сказал О’Рург, – Мы оставлены здесь не только как Наблюдающие, разреши тебе напомнить. Наше предназначение – развитие Алан'Ивура. Мы не зрители, мы – продолжатели дела Создателей. И если мне суждено уйти к предкам, сражаясь с Акхорном, я сделаю это не раздумывая. Так что предлагаю обсудить наши действия по искоренению проблемы по имени Акхорн. А не распределению одарённых по сферам влияния магистров. Этот мир только вступил в пояс Абсолюта.

– Магистр О’Рург, моя цель – сохранение мира в Алан'Ивуре, и предотвращение ненужных смертей среди его обитателей, – играя желваками начал Мэнэлтор, – Что касается альвов, будь то светлые или тёмные, не мне вам всем тут присутствующим рассказывать об их нынешней численности и способности к деторождению. За последние четыре года у темных родился ОДИН ребенок, а у светлых – два. Бросать альвов в бойню без подготовки я не собираюсь. За время существования мы успели подготовить всего тысячу бойцов. Это очень мало на фоне десятков тысяч шукшей. Они плодятся, как насекомые. Сейчас в школах егерей обучаются наездники оленей. Я хочу их использовать для защиты границ леса. И я этого не скрываю. На сегодняшний день наездников в десять раз больше, чем тёмных альвов. И с рождаемостью у них всё в порядке.

– И ты решил их использовать, как живой щит? – спокойно спросил Иггон, – Ведь люди такие же наши подданные, как и альвы. А то, что при создании альвов не учли влияние пояса, кто ж такое мог предвидеть? Я считаю, что не отгораживаться от шукшей надо, а создать им условия жизни такие, чтобы они не просто были шахтёрами, а полноценными жителями этого мира. Со своими радостями в жизни, своими ценностями и своими перспективами .

– То есть не ограждать их кристаллами Виктуса? Но ведь они всё равно будут впадать в бешенство, – перебил Иггона МакКус, – И разве шукши виноваты, что их создали такими? Акхорн использует их в своих интересах, стравливает с людьми и гномами, разжигает вражду между шукшами и другими народами. Чтобы вызвать панику и страх. Вот и приходится вождям принимать решения, учитывая только свои интересы. Мы же молчим. Наблюдаем. Потому что сами не знаем, как быть. Ситуация с Иерархом для нас нестандартная.

– Значит надо восстановить порядок, который был до Исхода, – начал Аг’Во, – а для этого необходимо, прежде всего, активировать кристаллы Виктуса, если они ещё целы. Если Акхорн их уничтожил, необходимо придумать похожие амулеты. Сможешь взять на себя это, магистр О’Рург?

Старый магистр посмотрел куда–то в сторону. Немного помолчал, потом сказал:

– Если удастся добыть один кристалл Виктуса, я могу попытаться скопировать его, или создать что–то подобное. Я всё–таки не Верховный Иерарх. У меня нет той силы и тех знаний, которыми обладал Виктус. Но попробовать могу.

– Значит, необходимо найти и принести один кристалл Виктуса. Я попробую это сделать, – сказал МакКус.

– Когда шукши вернутся в границы своих степей и не смогут причинять ущерб, – продолжил Аг’Во – необходимо пленить Акхорна и заключить его в кокон сна на ближайшие двадцать тысяч лет. Капсула восстановления позволит это сделать. Пусть его судьбу решают Верховные Иерархи.

– Не забывая, Аг’Во, что Акхорн – тоже Иерарх. – перебил магистра Мэнэлтор, – Его силы на много превосходят наши. И никто не знает, чего он достиг за последние века. Кроме того, не стоит сбрасывать со счетов Лидию. Она очень сильный соперник. Ну и Рэмиус. Если и он примкнет к Акхорну, тогда наши шансы устремятся к нулю.

– Что ты предлагаешь? – спросил Иггон, – Набеги шукшей участились, количество погибших и угнанных в степи увеличивается с каждым днём. Мы сидим и размышляем, получится или нет. Не разбив яйца, яичницу не приготовить. Что ты думаешь предпринимать, Великий Магистр? – сделал ударение на титул Иггон.

– В первую очередь, предлагаю ещё раз связаться с Акхорном. Сейчас у нас хороший потенциал. Кроме того, я не зря потратил столько времени и сил на создание защитного поля Миэллерона. Мэллорны сейчас в очень хорошем состоянии и будут дополнительным подспорьем для нас. Ну и наши одарённые. Линни и Фел очень … интересные ребята. Нужно продумать их роль во время сеанса связи. Ну а мои альвы – маги жизни. Будут поддерживать нас.

– И быть наготове, чтобы отключиться, когда это нужно будет, – вставил Аг’Во, – без помощи моих Тириэля и Баэля я тут бы не присутствовал.

– Я подберу из моих тёмных альвов несколько сильных магов, проинструктируешь их.

– Не верю я, что Акхорн раскается, и смерть Рольтофа – доказательство моих слов, – сказал Иггон, – но, если все выступают за контакт с ним, мне остаётся только подчиниться большинству.

– Мой мальчик, наш народ всегда выступал за мирное решение любых конфликтов, – начал О’Рург, – просто история войн – это история скорби, слёз, потерь и внутреннего опустошения. Может быть, внутри Акхорна еще есть струны, благодаря которым нам удастся предотвратить кровопролития.

– Значит, решили, – подвёл итог Мэнэлтор, – проведём сеанс связи с Акхорном, а сейчас я хочу предоставить вашему вниманию некоторые занятные вещицы, которые мне удалось добыть. Ну и хочу явить вам единственного рождённого тёмного альва за последние четыре года. Пройдём, друзья мои.

Великий Магистр встал и повел гостей на второй этаж башни. Это был обычный этаж с алтарём для связи, с нишей для восстановления сил, но рядом с нишей был ещё один проем, завешенный гобеленом. Мэнэлтор взмахнул рукой, и иллюзия гобелена рассеялась. За ним была дверь, украшенная в альвийском стиле. Хозяин башни сделал ещё несколько пассов руками и отворил дверь. Перед глазами гостей предстала большая комната, которая никак не вписывалась в существующие размеры башни.

– И где эта комната находится? – спросил Аг’Во.

– Всё находится в Миэллероне. Сюда есть доступ только у меня. Все переходы настроены на мою ауру.

Комната была уставлена столами, всевозможными этажерками и подставками. Большинство из них были пустые. Но на некоторых располагались всевозможные вещи.

– Эти предметы были сделаны спонтанно, с использованием дикой магии. Свойства многих из них ещё не до конца изучены. Я начал их собирать во избежание проблем от их использования. Например, это меч Хокдрама. Мастер, его создавший, пропустил через себя дикую магию, наделил меч свойством, разрушать любую преграду и умер. Я изъял эту вещь, чтобы она не попала в плохие руки. Или вот плащ, – Мэнэлтор подошёл к подставке, на которой висел альвийский плащ разведчика. – Его сделал Лаэналия. Он обладает исцеляющими свойствами. Стоит больного или раненого накрыть этим плащом и особым образом впустить в него энергию, происходит процесс исцеления. Что самое интересное, девушка после создания этого плаща тоже умерла. Вот амулет Дика, его создал один северянин. Его носитель может общаться с любым животным. Ну как общаться, понимать мысли, страхи животных, давать команды.

– Его создатель тоже умер? – спросил Аг’Во.

– Нет. Остался жив. Но после создания этого амулета полностью потерял все магические способности. А вот занятная вещица. Уздечка Сиггурна. Если под нее хватит сил настроиться, можно превращаться в пони.

– Почему в пони? – прикоснулся к уздечке МакКус.

– Ну, не знаю. Высвобождение дикой магии не поддаётся контролю, вы же прекрасно это знаете. Поэтому создатели подобных вещей никогда не знают, что получается в итоге. И зачастую ведёт к смерти. К сожалению. Я подготовил свободные места для других артефактов. Они постоянно появляются то тут, то там. Мои помощники узнают о месте их появлении, и я сразу принимаю решение, несут они опасность, или нет.

– А какую опасность несёт это зеркало? – спросил Иггон, беря в руки небольшое зеркало в серебряной оправе. – Морщины в нём не видны, или наоборот – старит?

– Не смейся, Иггон. Это зеркало может создавать смертоносные лучи, не хуже амулетов смерти.

Иггон осторожно вернул зеркало на место и отошёл от столика, на котором оно располагалось.

– Вы, надеюсь, понимаете, что этот мир ещё не готов к подобным вещам?

– Но обо всех таких артефактах узнать—то не получится, – сказал МакКус. – Я думаю о многих вещах просто умалчивают.

– Согласен, и это одна из наших первоочередных задач, после решения вопроса с Акхорном – поиск и систематизация артефактов.

– Может быть, стоит им дать больше свободы? Ты хочешь всё отобрать и решать потом, достойны ли они владеть подобными артефактами? – тихо сказал старый магистр.

– Всё познается со временем, не мне тебе говорить подобное, учитель. Этот мир молод, ему ещё много предстоит научиться и через многое пройти. Наша же цель – не дать расам, населяющим Алан'Ивур, себе навредить. Ну и главное, кого я хотел вам показать – Бейро. Единственный ребенок, родившийся у тёмных альвов за последние четыре года.

Мэнэлтор подвёл гостей к карте Алан'Ивура, висящей на стене, опять взмахнул рукой, и перед глазами магистров открылось большое панорамное окно. За окном была комната, в которой играл с котёнком маленький альвёнок. Чуть дальше от окна сидела пожилая альвийка и что–то вязала, периодически бросая взгляды на резвящегося ребенка. Она почувствовала чьё–то присутствие и посмотрела в сторону панорамного окна. Великий Магистр позволил ей увидеть себя, женщина облегченно вздохнула и расслабилась, продолжая что–то вязать.

– Не слабая охрана? – поинтересовался МакКус.

– Если кто–то доберётся до них, значит я – мертв, мэллорны уничтожены и мои триста егерей тоже убиты, или выведены из строя.

– Чем ценен этот ребёнок, кроме того, что он – единственный рождённый альв за последние годы? – спросил Аг’Во.

– Я не изучил всех его способностей. Он только начинает проявлять себя. Но я точно понял, что у него огромный магический потенциал. И как его развивать – это уже мы сможем решить.

– Не много ли мы решаем за наших подданных, Мэнэлтор? – спросил О’Рург. – Может быть, стоит дать им самим решать за себя? Что им делать, куда идти?

– Чтобы появился второй Акхорн, или ещё кто похуже? – ответил Великий Магистр. – Иерархи и так не давали им достаточных свобод, боясь последствий, полученных из опыта других миров. Каждый Иерарх создал практически идеальное общество для преследования собственных интересов. Добился своих целей, и ушёл домой, почивать на заслуженных лаврах победителя. Нас оставили наблюдать. А на последней встрече Экон сказал, что пояс Абсолюта очень сильный, с какими–то аномалиями. К чему могут привести эти аномалии, он не знал. Но дал совет, что нам необходимо с осторожностью относиться ко всем нестандартным проявлениям магии. Поэтому я решил изолировать все эти артефакты, особо одарённых гномов, альвов и людей.

– Что–то в твоих словах есть. В любом случае, необходимо сначала решить вопрос с Акхорном и его шукшами. А потом думать, что делать с магическими всплесками, – задумчиво сказал Аг’Во.

– Тогда возвращаемся к алтарю связи, – сказал Мэнэлтор, – зовём наших одарённых, рассказываем им, что делать, и пытаемся связаться с Акхорном.

Интерлюдия

В красиво убранной комнате на большой кровати рожала совсем юная альвийка. Её кожа была очень бледной, черты лица изящны, но очень заостренные от какого–то недуга, волосы были тусклыми, а взгляд замутнённым. Ещё совсем юной её выкрали из родного леса и держали в заточении. Её постоянно пичкали одурманивающими напитками, практически насильно кормили, чтобы она не умерла от истощения. Когда девушка достигла детородного возраста, Стоящая–с–Богами Лидия начала давать ей разные снадобья, влияющими на сексуальное влечение. Под их воздействием альвийку в положенное время насиловали самые крепкие шукши. Но забеременеть ей удалось только после применения амулета, в основу которого Иерарх Акхорн заложил магикум и некоторые свои наработки в области жизненных сил. Когда стало понятно, что девушка забеременела, её поместили в красивую тюрьму, но продолжали пичкать настойками, подавляющими волю. Акхорну очень нужен был этот ребенок.

И вот, когда настал час рожать, в комнате собралось очень много зрителей. В первую очередь это были шукшини–повитухи, Лидия, сам Акхорн и один полукровка с сильными магическими способностями целителя. Разум альвийки не давал команд на борьбу за выживание, поэтому девушка просто стонала и делала незначительные потуги, чтобы родить. Больше природные инстинкты заставляли её что–то предпринимать, чем собственная воля. Ведь рождение ребенка у альвов – это всегда был большой праздник и значительное событие для всего народа.

– О, Всемогущий, – обратилась к Акхорну одна из повитух, – она не сможет сама родить, плод очень крупный. Её сил едва хватило, чтобы выносить этого ребенка. Нужно что–то предпринимать.

– В таком случае, Хороз, – обратился Иерарх к полукровке, – поддержи её силы, а вы вскроете её чрево. Если навредите плоду, вас ждёт смерть. Приступайте.

Полукровка зашёл за спинку кровати, взял прикрученные к стойкам руки девушки в свои ладони и закрыл глаза. Черты лица альвийки немного расслабились, и она перестала стонать. Маг открыл глаза и кивнул повитухам. Одна из них взяла с тумбы небольшой нож и начала операцию. Вскоре в комнате раздался громкий плач. Маленькое тельце завернули в серое одеяло и передали Акхорну. Он с довольной улыбкой покинул комнату.

– Что делать с ней? – спросила одна из повитух, кивнув на ещё живую альвийку.

Из руки Лидии вырвалась небольшая чёрная молния и ударила в сердце девушки, прерывая её существование.

– Отправьте на нижние копи. Там давно не было свежатины, – сухо ответила Наблюдающая и покинула комнату.

Глава 8

На втором этаже башни Создателей Миэллерона собрались все, кто должен был участвовать в сеансе связи с Акхорном. Перед алтарём сидел Мэнэлтор в изумрудном плаще–артефакте, который недавно рассматривали в тайной комнате. За его спиной стояли три тёмных альва – самые сильные маги жизни Золотого леса. Сразу за ними удобно расположились на стульях магистры Иггон, МакКус, Аг’Во и О’Рург. За ними, укрытые плащами альвов–разведчиков, стояли близнецы, Марк и Геда, гном Линни, Фел, светлые альвы Баэль и Тириэль. Такая мера была вызвана желанием оставить хоть какую–то возможность прийти на помощь Мэнэлтору, ну, или уцелеть, если атака Акхорна сметет всех магистров.

Для увеличения силы Марку достался меч Хокдрама. Линни сжимал топорище своего чудо–топора. Фел зажал в руке свою свирель. Остальные присутствующие надеялись только на свои собственные силы и невидимость от плащей альвов.

– Я начинаю вызов, – сказал Великий Магистр и положил ладони на кристаллы связи.

В зале наступила гнетущая тишина. Ничего не происходило, только слышалось потрескивание в кристаллах и сопение присутствующих. Мэнэлтор откинулся на спинку кресла и убрал руки от алтаря.

– Необходимо принудить его ответить на призыв, – сказал Великий Магистр, – Аг’Во и МакКус. Давайте сначала вы со мной будете участвовать в вызове. Если Акхорн не откликнется, тогда подходите Иггон и ты, учитель.

К Мэнэлтору подошли первые два магистр, положили руки на алтарь. Все закрыли глаза и начали призыв. На лбу у Великого Магистра появились бисеринки пота. Воздух вокруг алтаря задрожал и начал уплотняться. Появившееся облако начало приобретать черты человеческой фигуры. В этот момент последние два магистра стали рядом с Мэнэлтором и положили руки ему на плечи. Облако окончательно сформировалось, и перед магистрами появился Акхорн.

– А ты настойчив, Мэнэлтор, – загремел в башне Создателей голос Иерарха, – Аг’Во рассказал, чем закончился наш с ним разговор?

– Я приветствую тебя, Иерарх. Да, мне всё известно, – ответил Великий Магистр, – поэтому мы решили ещё раз с тобой связаться и получить ответы на многие вопросы. Зачем ты посылаешь своих шукшей в кровавые набеги? Зачем ты создал амулеты смерти, одним из которых был убит Наблюдающий Рольтоф? Зачем ты напал на Иггона и Аг’Во во время сеанса связи? Ты готов держать ответ, Иерарх?

– Готов ли я? Не забывайся! Я –Иерарх, Бог, Создатель! А ты – всего лишь Стоящий–с–Богами. Я вижу, что спесь Элитии передалась и тебе! Но это поправимо!

Акхорн поднял руки на уровне груди и из алтаря в грудь Мэнэлтора ударил серый луч. Великий Магистр отлетел от алтаря, окружавшие его магистры также были сбиты с ног.

– Неужели вам не понятно, ничтожества, что вы против меня – ничто, букашки! – загремел голос Акхорна, – Мое предназначение – быть единственным Богом в этом мире! И никто меня не в силах остановить!

Произнося эти слова, Иерарх наносил удары серыми молниями по пытающимся подняться на ноги магистрам. Над поверженным Мэнэлтором наклонились его тёмные альвы—маги, пытаясь привести в чувство своего господина. Иггону удалось уклониться от молнии Акхорна и ответить своим магическим ударом. Фигура Иерарха, казалось, уплотнилась и её движения немного замедлились, что позволило МакКусу встать на колени и ударить своей силой. Но это только разозлило Акхорна ещё больше, и он повернулся к двум магистрам так, чтобы было удобно защищаться от них и наносить свои удары в ответ. В этот момент из воздуха возник сияющий белым светом меч и полетел в сторону Иерарха. Достичь своей цели ему помешала Лидия. Она появилась в облаке рядом с Акхорном, держа перед собой как щит полукровку. Меч ударил в грудь несчастного и тот загорелся белым пламенем. Меч упал за алтарь. Для Лидии и Акхорна стало понятно, что в башне есть ещё кто–то, спрятанный от взоров магией. И они оба начали хаотично метать молнии во всех направлениях.

– Нужно разбить кристаллы связи, – прохрипел О’Рург, силясь встать на ноги, – мощь Акхорна запредельна для каждого из нас.

В облаке рядом с Акхорном и Лидией начали появляться фигуры в серых плащах с капюшонами. На груди у каждого сияли амулеты. Из них начали бить лучи. Под удары этих лучей первыми попали тёмные альвы, склоненные над Мэнэлтором. Они стояли спиной к алтарю и не видели подошедшую к Серому Иерарху подмогу. Лучи заставили выгнуться альвов от боли и дико вскрикнуть. Поражённые в спину маги—целители замертво упали на Великого Магистра. В это момент из воздуха в облако начали лететь молнии. Это вступила в бой Геда. Она перемещалась по помещению в плаще и её было тяжело поразить. Светлые альвы вместе с магистром Аг’Во пытались помочь поверженным МакКусу, О’Рургу и Мэнэлтору, окружив тех защитными полями изумрудного цвета. В этом вихре молний раздалась громкая грустная мелодия, от которой движения всех в облаке и в башне стали медленными, полукровки начали опускать руки и смотреть невидящим взглядом куда–то в даль. Разъяренный Акхорн зажал одной рукой висящий на шее амулет, закрыл глаза и поднял вторую руку с разведенными пальцами, как бы желая сжать всех в башне в свой кулак. Защитные чары от плащей начали ослабевать и все, кто был спрятан от взоров начали проявляться. Из всех магистров меньше всего пострадал Аг’Во. Он удерживал защитный барьера над собой и Мэнэлтором. Над лежащими без сознания МакКусом и О’Рург держали защитный барьер Баэль и Тириэль, но их силы были на исходе. Иггон силился подняться, но его ноги отказывались подчиняться ему. Марк и три тёмных альва лежали на полу без сознания. Геда, попавшая под чары играющего на свирели Фела, стояла, опершаяся на уцелевший стул. Линни, стоя на коленях, опершись на свой топор, мотал головой. В облаке без движения и каких–либо признаков жизни замерли все полукровки и Лидия. Акхорн, когда защитные чары плащей спали и проявились все участники битвы, открыл глаза и оценивающе окинул взглядом всех своих противников. На фигуре играющего на свирели Фела его взгляд остановился. Иерарх, не отрывая одной руки от амулета, направил другую руку на пастуха.

– Иггон, все кто в силах, разбейте кристаллы связи! – вскрикнул Аг’Во, перемещая свой защитный барьер на Фела.

Иггону удалось подняться на ноги и подойти к алтарю.

– Магистр! – крикнул Линни, – Вместе!

С этими словами гном поднялся на ноги и со всех сил бросил свой топор в алтарь. Иггон по пути к алтарю подобрал лежавший меч Хокдрама и нанес удар по кристаллу, в который прилетел топор Линни. От этих двух ударов кристалл связи рассыпался и облако развеялось. Все, кто стоял в башне на своих ногах, упали от бессилия на пол.

Магистр Аг’Во оценивающе осмотрел башню. Из всех присутствующих только Фел и Геда выглядели просто уставшими. Остальные либо лежали без сознания, либо стонали от полученных ран.

– Иггон, ты как себя чувствуешь? Помощь нужна?

Иггон отрицательно помахал головой, с трудом поднялся и поплелся к столу, на котором лежали фляги с нектаром. Сделав приличный глоток, он сфокусировал взгляд на МакКусе и О’Рурге. Если первый постанывал и подавал какие–то признаки жизни, то второй лежал с задранной вверх бородой, а бледная до синевы кожа говорила, что дела его совсем плохи. Иггон подошёл к Фелу и протянул ему флягу. Тот автоматически взял её в руки и вопросительно посмотрел на магистра.

– Сделай один хороший глоток, немного посиди и начинай играть, как тогда, когда ты лечил кого–то из своих родственников. И даже ещё лучше надо играть. Ты видишь, что тут творится.

Фел кивнул головой и сделал всё, как велел магистр. Аг’Во подошёл к Баэлю и Тириэлю. Они оба, обессиленные, сидели на полу, прислонившись к алтарю.

– Вы тоже выпейте нектара и посмотрите, что там с гномом, – сказа магистр, – без его помощи мы можем потерять многих.

– Я сейчас встану, – сказал Линни, – немного отдохну и встану. Когда я был под прикрытием плаща, в меня попала случайная молния Стоящей–с–Богами. Вернее, она попала в мой топор. Может быть, это меня и спасло. Баэль, дай и мне своего чая, или что ты там пьешь. Я смотрю, он тебя взбодрил хорошо.

Баэль, уже немного оживший от порции нектара, протянул гному флягу. Тот сделал несколько сильных глотков и тоже почувствовал прилив сил.

– Нектар даст вам сил и энергии на какое–то время. Но потом вам нужно будет всем отдохнуть, – сказа Аг’Во, – Хотя, вы и так свалитесь в тяжком сне. Что там с Великим Магистром?

Баэль вместе с Тириэлем сняли с Мэнэлтора тела тёмных альвов, которые ценой своей жизни спасали своего сюзерена. Аг’Во положил руку на грудь Великого Магистра и начал проверять его состояние. Через некоторое время он убрал руки и сказал:

– Мэнэлтор получил очень сильный удар. Все его жизненные потоки нарушены. Но всё не безнадёжно. Линни, ты уже в состоянии нам помочь с силой Огненной реки?

– Да, магистр. Вполне. Только надо распорядиться, чтобы принесли мяса, ну и другой еды. А то тут много кому надо помочь. А за эти два дня на рыбе я как–то не очень хорошо себя чувствую.

– Не переживай. По поводу восстановления сил сейчас Магистр Иггон распорядится. Иди, мой друг, от тебя сейчас толку немного будет. МакКус пока может подождать, О’Рургу мы вряд ли чем–то сможем помочь. Фел, начинай играть.

– Магистр, а как же Марк? – обеспокоенно сказала Геда, – Я чувствую, что он жив. Может ему стоит тоже дать нектара?

– Не переживай за брата, – успокоил девушку Иггон, – я его осмотрел. Весь удар амулета смерти принял меч. Парень просто потерял сознание от перенапряжения. Ему сейчас немного вольют сил маги, а потом, когда он очнётся, тогда и нектар ему будет, и мясо. Я пойду, распоряжусь.

Иггон покинул башню, плотно прикрыв двери. Линни подошёл уже бодрой походкой к Аг’Во и светлым альвам, которые уже начали процесс лечения Великого Магистра. Руки мага–целителя в такт мелодии Фела двигались над грудью Мэнэлтора. Ассистенты же просто положили свои руки на плечи раненого и тоже закрыли глаза. Процесс восстановления длился вот уже больше половины клепсидры. Светлые альвы едва держались, чтобы не упасть. На лбу у магистра Аг’Во выступил мелким бисером пот. В какой–то момент он одной рукой схватился за руку гнома и сказал:

– Линни, помогай.

Гном открылся Огненной реке, и процесс лечения Великого Магистра начался с новой силой. Музыка, играемая Фелом, зазвучала громче и быстрее. Тело Мэнэлтора поднялось с пола и начало парить в воздухе. С его рук начали соскальзывать разноцветные искорки. А потом всё резко прекратилось. Музыка умолкла, Аг’Во открыл глаза и просто взял руку раненого в свою руку и стал всматриваться ему в лицо, светлые альвы в изнеможении сели на пол и невидящими глазами уставились в пространство. В этот момент зашёл Иггон в сопровождении нескольких тёмных альвов. Оценив обстановку, он флягу с нектаром сначала Баэлю, а когда тот сделал глоток, силой отобрал у него сосуд и отдал Тириэлю. Старший альв был более сдержан, и после хорошего глотка сам вернул нектар. Аг’Во протянул руку к фляге и сделал несколько глубоких глотков.

– Это – тоже целители, – представил вошедших Иггон, – они сейчас устроят МакКуса в нише восстановления. Что с Мэнэлтором?

– Он был весь разорван на мелкие части, – ответил Аг’Во, – Мы запустили все процессы по его исцелению. Сейчас бы его в капсулу восстановления. Но туда долго идти. Будем своими силами его поднимать. Но я думаю, что он скоро сам займётся свои лечением, – и уже грустно добавил, – Да, опять попасть в такую же ситуацию.

– Мэнэлтор сам настаивал на сеансе связи с Акхорном, – сказал Иггон, – Да и О’Рург что—то говорил о канонах и о самосознании Иерарха. А тот, недолго думая, вывел из строя самого сильного Наблюдающего, а его свита помогла ему расправиться с нами. Нужно уже думать и поступать как они. Если мы будем надеяться, что Акхорн будет соблюдать каноны, следовать правилам чести, то нас он быстро раздавит.

– Не уверен, что нам дадут опомниться и прийти в себя, – ответил Аг’Во, – Скорее всего в ближайшее время Акхорн двинет своих шукшей на Лок—Райдхани, потом на Ревез. Потом будет очередь Серебряного леса. Ну а гномов он просто загонит под землю. Никто в этом мире пока не готов противостоять Акхорну.