Текст книги "Галопом по космоворотам (СИ)"
Автор книги: Александр Бычевский
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 25 страниц)
3
«Добро пожаловать в палаточный лагерь «Центральная Очередь». Проходите. Не задерживайтесь. Время в ожидании составляет: неизвестно. Неизвестно. Неизвестно…», – после характерного звука зажеванной пленки и перемотки сообщение воспроизводилось заново.
Доку доводилось видеть видеозаписи с хиппи, оцепленными полицейскими кордонами, но даже те любители астероида не могли состязаться с этой межвселенской тусовкой. То, что их так много – ещё пол беды, к огромному количеству пришельцев так или иначе привыкаешь, когда частенько бываешь в космопортах Луны. Но это записанное убогонько синтезированным голосом сообщение – вынуждало паниковать, ведь: «Время в ожидании составляет: неизвестно». Зато Джонни известно два неоспоримых факта. Первый: он ненавидит такие сборища, где нужно передвигаться так медленно, что сжатая от злобы челюсть быстрее сотрет зубы в порошок, чем пойдешь в привычном темпе. Второй: с помощью мозговышибателя он сможет убрать всего четыре путающихся под ногами пришельца. «Дерьмо! Этого не хватит даже для того, чтобы прорваться к палаткам, где можно свободно дышать!», – сокрушался Джонни, разглядывая палатки и шатры разных форм. Н. Хьюго же горделиво улыбался, потому что метко подметил увиденное с помощью ругательства. Однако это приятное ощущение расползающееся по всему телу застряло в области затылка. Что-то холодное и железное уперлось туда. На лбу прорисовались испарины. Он чувствовал себя пойманным в ловушку. Когда ты корабль, у которого много пушек – для тебя не существует ловушек, но здесь, в лагере, где металлический голос звучит до боли знакомо – молодой человек жалеет, что не может улететь. Ему одиноко без голоса капитана Сары, командующего: «Хьюго! Вытащи нас поскорей отсюда!», – и в следующий миг, его мозг, сверившись с навигационными картами, радарами и локаторами – знал, что делать. Здесь же у него есть Док и Джонни, но помогут ли эти двое отделаться от чувства, которому Н. Хьюго не смог подобрать определение? Стало слишком зябко. Чтобы не окоченеть и отвлечься от железки, приставленной к затылку, он нашел в себе силы сказать:
– Мы прибыли на Землю, теперь нам нужно встать в очередь на получение бланка «И9-Д1-НА-Х-Игрек»!
– И где по-твоему начало этой чёртовой очереди? – брюзжал Док.
Джонни ткнул пальцем в сторону парящего в воздухе указателя, гласящего: «Очередь, начинается тут».
– Может что-нибудь придумаешь?
– Дай мне время, Джонни.
Н. Хьюго сумел вернуть контроль над разрастающимся чувством паники, а раз ситуация взята под контроль, то самое время заняться важнейшим вопросом:
– Может быть Герман?
– Нет! Подожди, не мешай! – отмахнулся Док.
Джонни посмотрел на Н. Хьюго и прошептал: «Нет», – чтобы тот не отвлекал Дока, который судя по танцу бровей спорил о чем-то сам с собой. На самом деле, он слушал скулящий шепот паники, заполонивший все пространство, которое недавно занимал великий ум: «Только не говори, мне, Саймон Кубовски, что мы будем жить до конца своих дней в палаточном городке со сраными межгалактическими хиппи!?», – навзрыд произносила она, голосом Марты. «Отстань, пожалуйста, не мешай думать», – лениво отбивался Док. Шагая вглубь лагеря и наблюдая за симпатичной девушкой, Док сделал единственный верный вывод: «Представители одних видов из разных вселенных кучкуются друг с другом». И судя по количеству этих самых видов – этот лагерь огромен так же, как смытая в УниТаз вселенная. Ещё Док заметил смелые попытки отчаянных новичков кидаться на полицейские кордоны. Он сразу откинул эту идею, ведь офицеры не гнушались использовать паралитическое оружие.
– Мы по уши в дерьме, – обреченным полушепотом простонал Док.
– Может быть Оливер? – парочка уставилась на него так, словно он предложил назваться Адольфом, но оказалось дело вовсе не в выборе имени.
Два Д, обернувшись на Н. Хьюго увидели, что находится за кротовой норой. Никаких очередей. Пришельцы выглядели так непринужденно и счастливо, словно быть бюрократом не так уж и плохо. Док не верил глазам. Ведь надо быть умалишёнными или на каком-нибудь допинге, чтобы жить здесь! К тому же их охраняло такое количество стражей порядка, что можно начать войну с унийцами и даже её выиграть.
– Да ты издеваешься!?
– Не знаю, Создатель, имя Оливер не кажется мне издевательством, но раз ты против, – обиженно проговорил Н. Хьюго.
К троице подполз огромный ящер, чья чешуя походила на каменную броню. Рука Джонни потянулась к мозговышибателю, но Н. Хьюго его остановил.
– Туристы-с, – язвительно шипел ящер. – И всем-с нужен-с бланк-с? Приходите-с к в гости-с к нам-с, у нас завалялась пара штук-с!
Ящер вильнул хвостом в сторону палаточного городка, шпили которого едва-едва достигали головы Джонни. Около центрального шатра, который принадлежал влиятельнейшему из ящеров стоял вертел с огромным угольком, напоминающим тучного человека. Док хотел что-то ответить, но Серебряный не лез за словом в карман.
– Шел бы ты отсюда нахер? Со своими «парой штук бланков», пока я не всадил «пару штук пуль» тебе под хвост, – проговорил он и прицелился ящеру в область хвоста.
– Я, Прохвост-с I из рода-с Прохвостов-с каменистых-с, у меня-с очень-с богатая-с родословная-с, а ещё… – Док сам потянулся за мозговышибателем, но вмешался Н. Хьюго.
– Простите, сэр, Прохвост I, что вы хотели? – ящер довольно облизнулся.
– Подсказать-с, где-с взять-с палатку-с, еду и все-с, мы одна-с большая-с коммуна-с, – Док перебил его.
– А тот толстый человек тоже часть «большой коммуны», сраные людоеды!?
– Кто-с такие-с людоеды-с? – недоуменно шипел ящер. – И о каком-с толстом-с человеке-с идет-с речь?
– Тот, который на вертеле у вашего красивого шатра? – указал мозговышибателем Серебряный.
– Ах это-с? Это-с же «питательный-с жировик-с» из магазина-с, это не человек-с, лишь похож-с по форме-с, – обиженно шипел ящер, смотря огромными глазами на мозговышибатель.
– Ладно, хорошо, – Джонни убрал пистолет в кобуру. – Прохвост I, сколько вы уже в этой очереди?
– Около-с трёх лет-с, а если-с быть-с точным-с…
– У нас нет трёх лет, – взмахнул рукой Док.
– А тут ни у кого-с их нет-с. Вот там, – ящер вильнул куда-то в сторону полицейского кордона, – приобретете-с палатку-с, да еду на сегодня-с, а потом-с приходите-с к нам. И поверьте-с это лучше, чем к людя́м-с!
– С? Спасибо-с, – произнес Док тем самым заставив Джонни быстро моргать, словно пытаясь сопоставить это поведение и «великий ум».
– Может быть Ящер? – ящер и два Д недоуменно посмотрели на Хьюго, тот поджал нижнюю губу и отвел взгляд куда-то в сторону вертела.
– Иди с Прохвостом, Хьюго, он выглядит дружелюбным, – с пугающе беспристрастной интонацией проговорил Док. – А мы пока с Джонни сходим и приобретем палатку и еду на сегодня.
– Кубовски, – разочарованно произнес пират, словно Док не поверил не единому слову Прохвоста и хочет избавиться от молодого человека.
– Что? Я серьезно, пусть идет! Мы скоро будем, Хью, а ты пока у ящеров про имена поспрашивай?
Прохвост I пополз рядом с одухотворенным Хьюго, а два Д поплелись в сторону кордона на который указал ящер. Док продирался через разношерстных пришельцев, стараясь не вдыхать носом межвселенскую вонь. До этого момента, он думал, что так способны вонять лишь носки Уолли, да космопорты с рынками, но привыкать к вони лагеря «Центральная Очередь» он не собирался не за какие коврижки. Джонни едва поспевал за ним, понимая, что Кубовски убегает не сколько от себя, сколько от вопроса: «Ты серьезно считаешь, что оставлять Н. Хьюго с первым встречным ящером – хорошая идея?». И чем ближе они приближались к кордону, на который хвостом указал ящер, тем больше им казалось, что Прохвост не зря носит своё имя. Их обдурили. Никакого магазина нет. Лишь офицеры и полчища пришельцев из-за которых невозможно ничего разглядеть. «Простите, офицер?», – обратился Док к парнишке, лицо которого казалось до того простодушным, что он невольно улыбнулся. Улыбка стала шире, когда он вытащил палец из носа и вытер остатки соплей о модную броню. Парень смирил Дока взглядом человека, который устал ждать, когда его наконец-то сменят.
– Чьёй надбдновна? Говори? А?
Док вопрошающе посмотрел на Джонни, словно тот обязан понимать любой говор. Пират улыбнулся своей знаменитой улыбкой.
– Ейто самова, земеля? Где нам разжиться палаткой, да жратвой, а?
Земеля улыбнулся своим наполовину беззубым ртом.
– Ну, ейто самова, гляди, – земеля взял дубинку в руки, чтобы использовать как указку. – Тут ходить прямо буш, потом значит вправо поворачивать, дойдешь до упора, а потом, влево поворачивать буш. Получишь там его? Как там его? Ну там, как его? – напарник выдохнул устало и произнес: «Разрешение». – Разрушение! – земеля дебильно хихикнул. – Разрешение на размещение получишь, печатку поставишь, и усе!
– А магазин-то где?
– Ай, да там недалеко, главное, прямо ходи, потом вправо поворачивай…
– Понял-понял, тебе захватить чего в магазине?
– Не, смена ща кончится, сам ужо дойду, но спасибо тебе на добром слове.
Док несколько секунд хлопал глазами, пока не прохлопал Джонни. Убегая он обронил: «Покедова!», – земеля ответил тем же.
4
По дороге в указанное место Док пристал с расспросами к Джонни, но тот на всё ответил лишь одной фразой: «Вырос в деревне». Из этого Док сделал вывод, что, не смотря на технологический прогресс, всё же на Земле есть места, куда не добралась цивилизация. И будь он проклят, если отыщет свою вселенную и не увезёт Марту в подобную деревушку! Правда такие романтические мечты быстро бы разбились о суровую реальность, но прочитав в мечтательных глазах Дока надежду, Джонни решил не спускать его с небес. К тому же это сделала какая-то бабка в очереди, которая тянулась к магазину.
– Куда прёте, не видите, я стою!
Джонни улыбнулся старушке так, что та почувствовала себя снова молодой. Её фантазия сотворила с ним всё то, что запрещает церковь, в которую она ходит по выходным, чтобы посмотреть на богомерзкого пони. Несмотря на отпугивающий внешний вид он своими речами мастерски играет на струнах каждого пришедшего.
– Простите, леди, – галантно поклонился Джонни.
Старушка раскраснелась, а после начала интенсивный рассказ, украшенный тысячей и одним эпитетом в адрес соседки, которая по заверениям очарованной «та ещё сука». Искатели делали вид, что слушают и изредка говорили «ага-угу». Док думал над тем, не вёл ли он себя подобным образом, будучи стариком? А намётанный взгляд Джонни увидел нечто прекрасное. Торговец нелегальным. Тот украдкой приоткрывал подол пальто, а после звонко цокал, словно делает одолжение, что показывает всякую чушь, которую хочет толкнуть втридорога. Но прекрасно в торговце не то, что он карикатурен, а то, что на таких торговцах и держатся вселенные. У них можно узнать много полезных сведений. Раздобыть что-нибудь этакое, да ещё и к тому же нехило налакаться за их счёт (пообещав провернуть завтра сделочку, но так и не явившись).
– Как она могла отравить моего мальчика!? – возмущалась старушка.
– Отравить? – история приобрела интерес в глазах Дока.
– И что, что это пришелец с планеты 111?! И что, что он сожрал её мужа!? Он же такой пусечка, а она тварь… – Док кивал, поддакивая, что соседка та ещё тварь.
– Как она посмела отравить такую красоту!? – произнес Джонни так, словно отдал бы мозговышибатель, чтобы забыть эту «красоту».
На их фоне 111-ых адские гончие – лапочки, которых хочется кормить с рук, а эти твари: пышут огнем из носа, как паровозы, глазенки бездушные, а тело похоже на один большой огненный шар в который кто-то воткнул длинные спицы, которые они криво-накриво сгибают, когда передвигаются. И как только эта милая старушка уживалась с тварью, что сжигает и сжирает всё, что попадается на глаза? К сведению, это единственные в старой вселенной существа, убийство которых не карается, а щедро вознаграждается. Именно так Джонни познакомился с выходцем этой злосчастной планеты. То произошло задолго до Кейт. После встречи с пришельцем Джонни потерял: свой любимый корабль, свою любимую команду (он жалел, что не позвал Гарри), и свою поистине обаятельную улыбку, какой помнил её сам. Он так и не сумел убить ту тварь и простить себе смерть друзей, а потому планировал коротать дальнейшую жизнь за стойкой бара, наматывая сопли на кулак и ныряя на дно стакана. Удача слишком сильно любит Джонни, а потому в один из сумрачных дней, она подсадила за соседний стул воплощение грации, которому пытался присесть на уши Гарри. Вглядевшись в потухшие глаза Джонни, Кейт улыбнулась так, что все произошедшее показалось дурным сном, который своей заботой и нежностью она поможет забыть.
Док поглядывал на Джонни, видя, что глаза пирата блекнут, словно в них некогда потух огонёк надежды, который он искусно разжигал с помощью кого-то потерянного в космовороте.
– Всё в порядке, парень?
– А? – отвлекся от собственных мыслей Джонни, а после встрепенулся. – Да, всё хорошо, Саймон. Я отойду?
Док не привык, что его называют по имени, но опомнившись, он решил, что не стоит мучать паренька раз тому нужно побыть одному. Ему и самому хочется побыть наедине, но эта старая кляча будто не собиралась замолкать. Зудящее чувство тревоги подсказало, что нужно всё-таки спросить, куда направляется Джонни. Тот словно прочитав мысли Дока обернулся.
– У меня чутьё, Саймон.
– Это тебе будет дорого стоить, Джонни, я не выдержу же с этим Хьюго, ящерами и вселенная знает, чем ещё!
– И старой сукой! – проговорила старушка, намекая на соседку.
– Да! И той старой отравительницей! А она здесь причем!? – старушка захихикала.
Джонни пожал плечами, а после зашагал в сторону торговца. Заприметив обаятельного покупателя, тот прогнал какого-то мерзкого пришельца, который просочился в слив канализации, оставив после себя на асфальте лишь фиолетовую слизь.
– Могу достать, всё, что пожелаешь, но мне не нужны талоны, парень, – подмигнул торгаш.
Его лицо с этим накладным носом выглядело нелепо, а огромные очки выдавали в нём идиота или гения, который не смыслит ничего в маскировке или знает про неё всё. Джонни решил не смеяться, по крайней мере пока не отойдет от него подальше и не выведает, чего может предложить торговец.
– И что тебе нужно? – улыбнулся пират.
Торговца так не очаровывала даже улыбка собственной жены. На секунду он задумался как выудить какую-нибудь историю-другую из уст Серебряного, но вовремя спохватился. Вспомнив что где-то далеко его ждёт жена и четверо детей, поэтому решил не испытывать судьбу. Снова. К тому же после последнего очарования жена всадила нож ему в ногу, промахнувшись на считанные сантиметры от самого сокровенного и проклятого, по мнению торговца.
– Да так, припугнуть одного ублюдка, – подмигнул торговец.
– Пугать ублюдков всяко лучше, чем стоять в очереди. Что за ублюдок?
– Встретимся в конце улицы Мейбл через двадцать часов, – торговец призадумался. – В том конце, что около Пятой авеню.
– Туда столько добираться? – торговец лениво кивнул.
– Плюс-минус час, двадцать – это с запасом или недобором, как повезёт, – таинственно улыбался он.
– И какой мой интерес?
– А ты приходи и узнаешь, – торговец поправил накладной нос и пошел в другую сторону от Джонни. – Двадцать часов.
Примерно через час после возвращения к человеку, который собирался научиться шипеть на ящерином, только чтобы выбрать подходящее имя – искатели бланка сытно пообедали, перекурили, и задумались о своем: «Девятнадцать часов с такими очередями, и какого хера я рассиживаюсь здесь?», – размышлял Джонни, смотря на то, как Хьюго зеленеет и откашливается после каждой затяжки. «Я до сих пор не привык к новой молодости. Нужно бы выяснить есть ли я в этой вселенной и разжиться анигилятроном, ну или на крайний случай сделать его», – Док тоже не понимал на кой ляд Н. Хьюго давится дымом, но эта мука молодого человека почему-то веселила его. «Интересно, если я возьму имя Мальборо и буду постоянно курить Сара будет меня любить? Ого, я такой прозаичный!», – размышлял Хьюго.
– Может Мальборо?
– Брось бяку, – Джонни ударил Хьюго по руке, тот обиженно поджал губы.
– Команннда! – ящеры, Док и Хьюго посмотрели на Джонни так, как смотрят на настоящих капитанов, но он сменил тембр голоса с «геройской бравады» до «делового». – Предлагаю сделать лагерь почтеннейших ящеров местом встречи, а пока заняться поиском альтернативных способов покинуть эту вселенную.
– К чему ты клонишь? – Док знал к чему, но хотел, чтобы Джонни объяснил это для Хьюго.
– Вот у Хьюго цель – найти себе имя. Ему нужно остаться в этом лагере, чтобы искать его, или я не прав? – все кивнули. – У меня чутье на сомнительные сделки и добираться до Пятой авеню… – Прохвост и ящеры недовольно закачали головами. – По меньшей мере девятнадцать часов. Тебе есть чем заняться Док или ты отправишься со мной?
– Нет смысла отправляться всем в одно место, ты верно сказал: Хьюго нужно имя, пусть ищет его, а я поищу свой дом и анигилятрон…
Мальчишка запертый внутри обаятельного пирата озарил всех светом своих голубых прожекторов: «Ты же дашь мне из него пострелять?», – Док как-то обомлел и кокетливо кивнул.
– Тогда решено. Прохвост? Присмотри за Хьюго. – Прохвост вильнул хвостом прошипев что-то на ящерином, Хьюго засмеялся.
– Может Джонни? – на прощанье спросил молодой человек у Дока.
– О, поверь, тебе не стоит брать себе второе имя по типу Джонни, а то будет путаница. Кейт мне рассказывала, что в её классе учились двадцать Александров на разный манер: Алехандро, Сандро, Саня, Шурик, и прочие, поэтому подумай ещё раз.
– Ну и ладно…
Из-за жалобного вида Хьюго внутри Дока что-то сжалось. Он и Джонни знали, что как только молодой человек выберет себе имя, то ему захочется выбрать что-то ещё, а потом ещё. Человеческая природа возьмет верх над остатками того, что осталось от блестящего компьютерного чипа. Поэтому они постарались, как можно скорее унести ноги.
– Может быть Рудольф? – Хьюго улыбался так, как улыбается ребенок, которого оставили одного дома.
– Пойдем-с поищем-с тебе-с более-с подходящее-с имя-с, чем у оленя-с, – прошипел Прохвост и резво засеменил лапами, оставляя Хьюго с догадками о том откуда ящер знает, как зовут оленя у Санты?
5
– Я совсем не умею заполнять бумажки, – с неслыханной таксисткой грустью произнес пират. За годы работы она никогда не видела, чтобы улыбка человека выглядела настолько жалко.
– Может у тебя есть что-нибудь на обмен? – её брови подпрыгнули два раза намекая на мозговышибатель.
– Могу дать один патрон.
Таксистка с сомнением посмотрела на вымученную улыбку. Затем заглянула в глаза Джонни. В них пряталось что-то неуловимое. Недоступное пониманию. Не оставляющее ничего, кроме как согласиться. То с каким выражением лица он потянул за откидной рычаг крепления барабана и вытащил оттуда одинокого друга – напоминало таксистке расставание отца и сына. Пират старался держаться как можно мужественнее, когда отдавал патрон.
– Спасибо? – как-то неуверенно проговорила таксистка, не видев ничего более странного за последние пару лет.
Пират ничего не ответил, занимая голову мыслями о том, где разжиться патронами, а потом устало махнул рукой. «Три штуки – тоже сносно», – произнес Джонни и плюхнулся поудобнее на заднее сидение.
Машинка поднялась на высоту второго этажа и тут же влетела в пробку. Облететь её не представлялось возможным: по правую и левую руку тянулись дома и гостиницы, где останавливались смирившиеся с положением дел; сверху виднелась едва заметная голубая рябь, чье надоедливое жужжание ничем не отличалось от любого другого энергетического поля. Слушай завывания таксистки в такт электронной долбежки, Джонни спасся, провалившись в сон. Очнулся он где-то недалеко от лагеря «Восточная очередь». Четыре часа в чертовой пробке, а улица Шекли ещё даже не показалась на горизонте! Таксистка энергично рассказывала о том, что добраться до улицы Шекли нельзя по воздуху, поэтому пирату придется взять повозку. Он не стал вдаваться в подробности, потому что хотел поскорее вдохнуть свежего воздуха.
Запах свежескошенной травы пробудил воспоминания о далеком доме. Когда ты растешь в деревне, где нет никакой валюты, только старый-добрый бартер – ты знаешь, что при должном рвении всегда можно что-нибудь да выменять. Иногда настолько роскошное, как первые «поистине умные часы». Отцу Джонни они пришлись по душе, ведь хранили в себе всю библиотеку вселенной. Он читал перед сном сыну многочисленные истории о приключениях, пиратах и всем остальном. Увидев, как две блестяшки Джонни поблескивают от слова «приключение», а с лица мальчонки не сходит мечтательная улыбка – отец сделал то на что не решился сам: отправил сына к родственникам в столицу. И сейчас, стоя перед огромными железными воротами, скрывающими лагерь «Восточная очередь», сын жалеет, что отец давно предан земле. Старику бы понравились эти зеленые луга, пестрые цветы и нимфы всех рас и размеров. Прежде, чем войти Джонни запустил руку в карман, чтобы найти что-нибудь подходящее для обмена. Пачка сигарет, несколько российских дореволюционных монет, колода карт и от конфеты фант. Вряд ли такое выменяешь на что-нибудь сносное. В другом кармане ютились: грецкий орех, заколка Кейт и зажигалка. Ещё на нем одета куртка, которую ему подарил друг, умерший от пришельца со 111 планеты и часы, показывающее в этой вселенной лишь надпись «нет сигнала». Задумавшийся Джонни не заметил, как к нему подкрался извозчик.
– Вам в какой-то конкретно палаточный уголок или… сэр? – учтивая манера старика располагала, но Джонни знал, что водители любого транспортного средства, вне зависимости от габаритов – обдерут тебя до нитки, поэтому недоверчиво ответил: «В конец улицы Шекли».
– Пятая авеню или пересечение с улицей Адамса, сэр?
– Пятая.
– Двести талонов и домчу за шесть часов, сэр!
Серебряному хотелось расчехлить мозговышибатель и отправить вымогателя к праотцам, но стоявшие неподалеку офицеры жадно облизывающиеся при взгляде на распознанный помысел – отбили это желание. Если мозговышибатель достанется кому-либо как трофей, то точно не двум тучным бюрократам.
Вымогатель снял шляпу, провел рукой по прилизанным седым волосам и улыбнулся так, будто у Серебряного нет иного выбора, кроме, как обнищать ещё на один патрон.
– Ладно, сто пятьдесят, если найдешь их за час, – без капельки прежней учтивости произнес старик.
– В карты не играете? – обратился к офицерам Серебряный. Те самодовольно кивнули. – Запрягай лошадей!
– Да ты самоуверен, парниша!
Все, кто знали Серебряного – не играли с ним в карты из-за ловкости рук, которой позавидовал бы даже сам маэстро Мудини, показывающий фокусы со своими мудями, но зато какие! «Пропажа яйца», «летающий хер», «хер за воротник», и многие-многие другие, которые и в подметки не годятся тому, как Джонни меняет карты на глазах офицерья. Один из них подметил что-то необычное и попросил показать, что у Джонни спрятано в руке, тот раскрыл ладонь и показал тому орех. Другие игроки засмеялись над ним, а пока смех разносился по уютной улочке с межвселенскими кафе на стол запрыгнула белка. Видок у нее отчаянный. Повязка на глазу, как у пирата, несколько шрамов украшающих брюшко и два вставных, золотых зуба. Она с замиранием хвоста смотрела на орех. Джонни понимал, что если не даст взятку, то та, как на духу выложит все трюки обладателя ловких рук, которым уже вряд ли бы позавидовал знаменитый Мудини.
– Достопочтенные офицеры, – почтительно трещала белка. – Меня зовут Рарм, и я ветеран второй совиной… – один из офицеров взоржал.
– Ветеран!
– Да закройся ты, Эрик! – рявкнул старший.
– Спасибо, вам, полковник, – белка учтиво поклонилась. Джонни кивнул всем остальным, чтобы они, последовав его примеру положили карты. – Сидя на своем посту, я увидел это чудо, которое не видел со времен, как попал в эту вселенную… Ох, если бы хозяин ореха дал бы мне это великолепие… Я бы рассказал ему о том, кто скрывается под кронами деревьев! – все за исключением пирата посмотрели на деревья за забором лагеря, пытаясь рассмотреть какой-нибудь силуэт.
Пухлый офицер, почесал щетину и пожал плечами, старший офицер вскинул брови и кивнул Джонни. Тот наиграно закатив глаза легонько кивнул и протянул белке орех.
– Возьми, Рарм, но прежде, расскажи, кто скрывается под кронами?
– Как вас зовут, о, щедрый спаситель?
– Джонни, – обаятельно улыбнулся пират.
Если бы сейчас офицеры уличили его в жульничестве, то простили бы всё из-за улыбки, от вида которой у официантки подкосились ноги. Споткнувшись она уронила поднос с едой на голову свиножиров с планеты Свиней, которым плевать уронила ли она еду или нет – они будут мерзко слизывать её друг с друга, да даже если бы она упала на кафельный пол в бюрократическом туалете.
– СОВЫ, СРАНЫЕ СОВЫ, ОНИ НА ДЕРЕВЬЯХ, ДЖОННИ! – наигранно паниковала белка. – СЕРЖАНТ ОБЕЩАЛ МНЕ, ЧТО МЫ ВЕРНЕМСЯ ВМЕСТЕ ДОМОЙ! У НЕГО ДУПЛО НЕДАЛЕКО ОТ ТОГО, ГДЕ ЖИЛА МОЯ СЕМЬЯ! МЫ ХОТЕЛИ ДРУЖИТЬ СЕМЬЯМИ И ДОБЫВАТЬ ОРЕШКИ, НО СРАНЫЕ СОВЫ… ОНИ ПОДЛЕТЕЛИ, КАК БЛИЗКО, ЧТО МЫ НЫРНУЛИ В КОСМОВОРОТ…
– Белки добрались до кнопки? – недоверчиво спросил Серебряный.
Все посмотрели на белку, та нарочито затряслась, указывая трясущейся лапкой на деревья:
– НА ДЕРЕВЬЯХ, МАТЬ ТВОЮ, ДЖОННИ!
Рарм вырвал орех и рванул в противоположную сторону от лагеря «Восточная очередь», через несколько метров к нему прибились другие белки, которые прыгали через друг друга и весело трещали о том, как ловко одурачили человека. Джонни улыбался от мысли о том, что подобные кадры есть не только в его вселенной. Однако радостное настроение не распространялось на остальных сидящих за столом. Офицеры со злобой смотрели друг на друга, не понимая, как проиграли все, кроме собственных трусов. Джонни спешил, поэтому оставил им обмундирование, удостоверения, да в общем-то всё, кроме талонов. Он даже сделал то чего не делал, когда оставлял дураков с носом – заплатил за заказанные напитки и блюда.
