Текст книги "Если бы я был вампиром. Дилогия"

Автор книги: Алекс Кош

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 57 страниц) [доступный отрывок для чтения: 24 страниц]

– Предлагаю вам аванс – десять тысяч долларов. – Девушка откуда‑то из‑под прозрачного пеньюара достала пачку банкнот. Право слово, будто попал в средней руки детектив.

– Вы знаете, и аванс мне уже давали, – не сдавался я.

– Знаю, как не знать, – ослепительно улыбнулась Вельма. – Я также знаю, что у вас его уже нет.

– Вам становится легче от этого знания? – вновь начал беситься я.

– Нет, что вы, – царственным жестом отмахнулась Вельма. – Наоборот, меня весьма угнетает то, как вас обманули.

Я насторожился:

– Обманули?

Вельма хитро прищурилась:

– Именно обманули.

– И кто же?

– Только ради вас, мой дорогой, – всё тем же царственным тоном протянула она. Вот ведь достала‑то. Даже слушать противно.

– Ну! – грубее, чем следует говорить даже с такой самовлюблённой стервой, поторопил я.

– Мне неприятно знать, что вас так легко обводят вокруг пальца. Сначала платят деньги за работу вперёд, а затем делают так, что вы их лишаетесь, тем самым становясь их должником.

Ах вот значит как. Вообще‑то довольно логично. Такой организации, как Агентство, ничего не стоит проделать подобное. В это можно поверить, но можно ли доверять этой непонятной Вельме? Кто она, вообще, такая?

– Простите, а доказательства?

– Всё просто, достаточно вспомнить слова вашего знакомого Алексея о том, что деньги всё равно уже не вернуть. И о том, что эти деньги не сможет вернуть даже он. Он же капитан. Неужели он не смог бы разобраться с каким‑то участковым или охранником? Конечно, смог бы, если бы эти люди не были под крышей у людей сверху. Верно?

– Верно‑то оно верно, но я могу вам таких причин придумать сколько душе угодно, – всё ещё пытался спорить я.

– Если моих объяснений вам недостаточно, спросите у них сами. Вы же не дурак, вы сможете увидеть, если они будут вам лгать. Вы ведь не дурак?

Интересно как. Не иначе она пробует на мне разные методы воздействия, причём все одновременно. Сначала пряники, затем берёт на «слабо» и «ты же не дурак?», а дальше, я полагаю, будет кнут.

– Допустим, я соглашусь, – решил я изменить тактику. – Обещаете ли вы ответить на мои вопросы? А то что‑то больно много у меня их накопилось.

– В меру своего разумения, – тут же заворковала Вельма.

– И что же я должен сделать? – наконец задал я главный вопрос.

– Всё просто. Вы должны помочь удалить с моего пути одного человека.

Я слегка опешил:

– То есть ты предлагаешь мне стать наёмным убийцей?!

– Да, – ничуть не смутилась Вельма. – А что здесь такого? Тем более, этот человек тебе знаком и ты с ним не очень то ладил во время своей последней встречи.

– И кто же это? – как бы невзначай спросил я.

– Ты его встречал несколько раз. Один раз перед Посвящением… другой раз на дискотеке…

Колдун, что ли? Вот учудила. И с чего она взяла, что я способен с ним разобраться? Хотя… будь у меня такая возможность, я бы с удовольствием врезал ему пару раз. Но чтобы убить? Только при самообороне, да и то если нет другого выхода.

– А почему именно я? – как‑то жалко спросил я, уже догадываясь об ответе.

– Потому что ты единственный, кто остался жив после стычки с ним. И ты знаешь кое‑что о его способностях, а я знаю кое‑что о твоих.

Ага. Что же ты знаешь‑то? Чего такого я умею на данный момент, чего не умеет рядовой обыватель?

– Ясно, – кивнул я, приняв решение ни в коем случае не соглашаться. – А время подумать у меня есть?

– Есть, конечно, – обрадовалась Вельма. – Только есть одна проблемка.

Началось.

– И что же это за проблемка? – внутренне подобрался я.

– Мелочь такая. Тебе понравилось, как мои девочки убрались у тебя в комнате? И электричество, и сантехнику починили… – Она сделала вид, что задумалась. – Кстати, тебе пирог понравился, который я тебе оставила?

– Да так себе, – слукавил я. Комплименты ей делать, вот ещё.

– Просто кроме начинки из ягод там было кое‑что ещё, – как будто сожалея, сказала Ведьма. – Кое‑что, что может убить тебя через… – она посмотрела на наручные часики в виде змейки, – через десять минут, если у меня часы не отстают.

– Что?! – Я вскочил на ноги. – Ах ты мерзкая…

– Попрошу без выражений, – неожиданно жёстко сказала Вельма. – А то я могу и забыть о том, что ты мне нужен, и обижусь.

Вот ведь змея. Это она, значит, сначала сладко мне мозги пудрит, а потом такое. Ну тварь. Если бы я был таким же, как всего неделю назад, если бы… я бы тебя на кусочки. Чтобы ты своим ядом мне…

– Видимо, мне придётся согласиться, – как можно ровнее произнёс я, садясь обратно на пол. – Теперь ты дашь мне противоядие?

– Не ты, а вы, – поправила меня довольная Вельма. – Так‑то лучше. А что касается твоего вопроса… нет, конечно, что же я, дурочка, что ли? Я лишь временно приостановлю действие яда, а противоядие ты получишь, когда выполнишь свою работу.

«Дрянь», – зло подумал я. И чего им всем от меня надо, а? Теперь ещё эта злобная ведьма. Интересно, а почему их вообще ведьмами называют? Ничего особенного и магического я не видел. Только вывели меня из Агентства странным образом. А вот яд подсыпать голодному человеку в пирог, так это любая дурочка сможет. Эх, попадись она мне всего неделю назад…

– А если вы блефуете? – решил рискнуть я.

– А если нет? – усмехнулась Вельма. – Впрочем… зачем утомлять себя сомнениями? Яд убьёт тебя через пять минут, но действие его ты можешь ощутить уже… сейчас.

Неожиданно у меня закружилась голова и разболелся желудок.

Что это, самовнушение? Помнится, о чём‑то подобном я читал… но, чтобы так быстро? Нет, не похоже. А значит, мне действительно некуда деваться.

– Вынужден согласиться на ваше заманчивое предложение, – пробормотал я, однако девушка услышала.

– Замечательно, сейчас я накормлю вас ужином, а затем введу в курс дела, – как ни в чём не бывало защебетала Вельма. – Заклинание я уже подправила, так что жить вам ещё как минимум до завтра.

Ага, а как максимум до послезавтра… Задушил бы, честное слово. Но это только в фильмах главные герои обещают, что всё равно доберутся до злодея, отомстят. Дураки. Лучше не показывать виду, что что‑то готовишь. Но и подлизываться не стоит. Всё равно она не поверит в неожиданную покладистость.

– Спасибо, я не голоден, – проскрежетал я, давя в себе обещания страшной мести. Успею ещё высказать всё, что думаю. А пока чувства придётся задвинуть поглубже. Если, конечно, я не хочу вновь стать мячиком в игре этих людей. Только трезвый ум поможет мне выпутаться из этой заварушки. Если это вообще возможно.

– Неужели ты мне не доверяешь? – демонстративно «обиделась» Вельма.

– Боже упаси, – всплеснул я руками. – Просто не хочу кушать, и всё тут. Лучше бы поподробнее рассказали о моей, так сказать, «работе». Или о том, как вы меня из Агентства вытащили, или о перстне, который вы мне на палец надели, предварительно огрев камнем по голове.

Должно быть, мне удалось каким‑то образом выбить ведьму из колеи, потому что очередного издевательского ответа не последовало.

– Давайте об этом потом, – отмахнулась она.

Ага. Значит, ей есть что от меня скрывать.

– А почему это вы решили, что я не смогу вывести ваш яд из своего организма, душа моя? – решил я добить её окончательно. – Если уж я смог, как вы сказали, дать отпор вашему дружку, то яд для меня точно пара пустяков.

Вельма вновь злорадно усмехнулась. Что‑то я сказал не так. Чувствую, сейчас выяснится очередная гадость.

– Всё не так просто. Яд имеет в своей основе вовсе не химическое соединение. Вернее, не только химическое, но и магическое. Скромное заклинание, убивающее наповал любое живое существо, оно опасно даже для моего знакомого, что уж говорить о вас.

«Магическое, фигическое», – передразнил я про себя. Вельхеора на тебя нету. Он бы тебе показал, что такое настоящее заклинание. Дилетантка недоделанная. Выучила пару заклинаний и считает себя всесильной. Правда, я и того не умею…

– Я так и понял, что это непросто. – Я решил сделать вид, что нечто подобное я и предполагал.

– Можете устраиваться в своих апартаментах. Вы, наверное, устали с дороги, так что отдыхайте до завтра. А завтра вы узнаете подробности своей работы.

– Слушаюсь и повинуюсь, – покорно вздохнул я, поклонившись ведьме.

– Не паясничай, – одёрнула она меня. – Свободен.

«Дура», – уже беззлобно подумал я.

– Кстати, а что мне говорили о предстоящем Посвящении? – неожиданно вспомнил я, уже находясь почти за дверью.

– Завтра узнаешь, – ответила Вельма, и дверь захлопнулась прямо перед моим носом.

Размажет меня завтра по стенке Колдун, и ей на орехи достанется. Интересно, чего они не поделили? Мне казалось, что они из одной секты, а тут выяснилось, что это не так.

Я повернулся, вышел из комнаты и только тут осознал, что не знаю, куда мне идти. Вернуться, что ли, спросить или самому поискать?

Мучался с выбором я недолго, потому что неизвестно откуда вынырнула одна из девушек, приехавших со мной на машине. Хотя я могу и ошибаться, потому что лиц их я всё равно не запомнил почему‑то. Несмотря на то что они были весьма недурны собой.

– Пойдёмте, я вас провожу в вашу комнату, – пискнула девушка.

– Куда ж деваться‑то? Веди, – согласился я.

И мы пошли. Путь был долог. Мы спустились по лестнице на второй этаж, и моя провожатая толкнула ближайшую дверь.

Хоромы мне предоставили так себе. Нет, по сравнению с моей квартирой просто номер люкс. Но ведь я успел побывать в гостях у Кельнмиира и посидеть в заточении во дворце Императора. А по сравнению с шиком того мира это просто помойка какая‑то, честное слово. Какие‑то жалкие две комнатки, не считая ванной и туалета. Даже кухни, и той нет. Позор‑то какой. Телевизор всего один, и тот всего лишь в одну стену. И кровать пятиместная.

– Спасибо за познавательную прогулку, – я галантно поцеловал ручку даме.

Девушка слегка покраснела. Вот чудо‑то, а я думал, что зомби не умеют краснеть.

– Если хотите, я могу вам налить ванну, – робко предложила девушка.

Я слегка опешил:

– Зачем? Я что, немощный, что ли? Сам уж как‑нибудь налью.

– Ну, тогда спинку потру, – не сдавалась провожатая.

– Я очень стеснительный, – признался я. – Так что лучше уж я сам.

Девушка окончательно смутилась.

– У нас тут ночи холодные… – начала она и замолкла, выжидательно глядя на меня из‑под длиннющих ресниц.

– С таким ворохом одеял, что лежит на кровати, тут и при минус сорока согреться можно. Что уж говорить о ночах августа.

Девушка надолго замолчала, видимо подыскивая слова.

– Я вам что, не нравлюсь? – наконец обиженным тоном осведомилась она.

До меня наконец дошло. Так вот она о чём!

И я неожиданно рассердился! Казалось бы, красивая девушка предлагает провести с ней ночь. Чего злиться‑то? Да ведь не по своему она желанию ко мне в постель лезет. Приказали ей, вот она и выполняет волю своей этой… кто она там? Наставницы или учителя. Помню, как‑то показывали по телевизору сектантов. Так там точно такие же девушки. Молодые, которым ещё жить и жить, взрывали себя ради каких‑то «высших» целей. Я тогда, помню, так бесился. Какие же сволочи детям мозги пудрят! Хм… вообще‑то я сам годами не обременён, но то я, а то наивные девушки. И вот теперь эта девушка вынуждена ложиться под меня, потому что так сказала эта… ведьма – Вельма.

– Дурочка, зачем тебе это? – сердито спросил я. – Зачем?! Неужели они могут тебя так запросто заставить лечь с совершенно незнакомым человеком?

У девушки на глаза навернулись слёзы.

– Никто мне ничего не приказывал, – тихо прошептала она. – Вы мне просто нравитесь.

Я с недоверием посмотрел на неё.

Справа от меня стояло зеркало. Я подошёл к нему и скептически окинул себя взглядом: худой, тёмные круги под глазами, одежда, как всегда, мятая. Это таким я ей понравился?

– Не заливай, – устало сказал я, отрывая взгляд от зеркала. – Иди, найди себе какого‑нибудь красивого парня своего возраста и брось ты эту секту чёртову.

Девушка, уже успевшая стереть слёзы с лица, посмотрела на меня странным взглядом и вышла, гордо подняв курносый носик. Или не курносый? Не могу вспомнить… какое‑то лицо у неё незапоминающееся.

Я повалился на кровать и раскинул руки в стороны.

«Ну что, наёмный убийца, как будем жить дальше? – обратился я к себе. – Не жить тебе завтра. И ведь самое странное, что тебя это не пугает. Уже просто сил нет пугаться и удивляться. А девушку зачем прогнал, спрашивается? Какая разница почему? Главное, что она могла бы скрасить тебе этот вечер. Возможно, последний вечер. А может, она не врала? Вдруг ты ей действительно понравился? Вот такой страшный и болезненно худой…» Кстати о худобе, кушать‑то ведь хочется.

На столе обнаружилось жаркое. Свежее, даже ещё горячее.

Всё предусмотрели.

Я повернул зеркало к кровати и начал сосредоточенно жевать, периодически поглядывая на своё отражение.

Как всё‑таки приятно видеть своё отражение. И как непривычно, что моё отражение не корчит мне рожи. Вот смотрю на себя, а сам подсознательно ожидаю, что вот‑вот моя физиономия скорчится в ехидной усмешке.

– Вельхеор, интересно, а ты мог бы здесь появиться? – спросил я у отражения, – Появиться и помочь мне. А заодно рассказать о том, чем закончилась ваша стычка с дядей Кельнмиира.

Естественно, моё отражение промолчало. Почему‑то мне стало совсем грустно.

Всё интересное из моей жизни куда‑то исчезло. Я больше не боюсь света, не брожу по другому миру, никто на меня не покушается. Оно, конечно, много спокойнее, но обычная жизнь стала какой‑то пресной. Если можно назвать обычной жизнью моё нынешнее состояние. Поправлюсь, меня угнетает то, что завтра меня убьют, а ничего поделать с этим я не могу. Только если попробовать договориться с Колдуном. Но он не выглядел особенно расположенным к беседам, когда я его видел в последний раз.

А тут ещё эти девушки… Та, которая только что ушла, ещё ладно. Сомневаюсь, чтобы она говорила правду и я ей действительно понравился. Тем более мне всё равно больше всех девушек, вместе взятых, нравится Лида. А я ей… в общем‑то, она особого отвращения по отношению ко мне тоже не выказывала. Скорее даже наоборот. Вот только всё это было во время её задания. Правда, она говорила, что я ей нравлюсь. Но стоит ли ей верить? Кстати, что‑то есть похожее между Лидой и той, что только что ушла. Обе они говорили, что я им действительно нравлюсь, но доверять им или нет, я не знаю. А когда я чего‑то не знаю, я предпочитаю ничего не делать. Эх, где же мой молодецкий задор… Стоп! Что‑то я стал говорить, как старик какой‑то. Это при моих‑то двадцати с небольшим. М‑да, а я ещё завидовал Ромиусу, прожившему без малого три сотни лет. Я за свою‑то жизнь совершенно разучился доверять людям, что же говорить о них? Ромиус, Кельнмиир, Вельхеор, как же они живут вообще?

Я сам не заметил, как тарелка опустела.

Надо же так проголодаться. Мясо съел прямо с костями.

Выпил пакет сока, который нашёл в холодильнике, который, в свою очередь, нашёл в соседней комнате, разделся и лёг в постель.

Уснул я моментально, что удивительно, ведь завтрашний день я могу и не пережить. Я только закрыл глаза и сразу же начал падать в темноту.

Глава 21

Сон мне снился странный. Не просто странный, а невероятно странный. Просто чудо какое‑то. В прямом смысле слова.

Началось всё как обычно. Бредовые отрывки сонной чуши вперемежку с обрывками событий прошедшего дня: злорадный смех Вельмы, глаза Ланы, полные слёз. Потом – Лана стоит над могилой. Я откуда‑то знаю, что это моя могила.

Обычный сон. Но потом всё пошло как‑то не так.

Появилось ощущение, будто я просыпаюсь. Но я не мог проснуться, ведь окружающее всё так же нереально! Вокруг тёмные стены, ни единого окна, ни единой щёлки или трещинки. Почему‑то именно это помещение меня напугало куда больше, чем всё прочее, в том числе и видение собственной могилы.

Я видел себя как бы со стороны, как это обычно бывает в снах, и уже одного этого хватало, чтобы понять, что я всё ещё сплю. Но что‑то в этом сне было не так. Обычно каким‑то уголком сознания ты всегда знаешь, что это сон. Именно твой сон, потому что… не знаю, как объяснить, но сон именно твой. А здесь было что‑то тёмное и чуждое. Как будто кто‑то злой ворвался в мой сон и творит, что хочет.

– Виктор! – раздался знакомый мне голос.

Я быстро обернулся и увидел… зеркало. То самое, что стояло в моей «камере заключения» во Дворце. Моё отражение игриво подмигнуло мне.

– Соскучился? – вновь послышался знакомый голос. Собственно, это был мой голос.

– А чего ты в зеркале? – вместо приветствия спросил я, так и не поняв, что же происходит.

Зеркало треснуло посередине, и по нему побежали трещины. Я не успел даже отскочить, как оно развалилось и упало на пол мелкими осколками.

Только не говорите, что я опять виноват. Опять я что‑то не то сказал.

– Так лучше? – раздалось из‑за спины.

Я, уже не торопясь, вновь повернулся, и моему взору предстал я сам, сидящий в чёрном кожаном кресле. Если учесть, что во сне я всё видел как бы со стороны, то выглядело всё как странный фарс.

– Вельхеор? – не очень уверенно спросил я.

– А то кто же, братишка! – вскричал Вельхеор и толкнул меня в грудь.

Я нелепо взмахнул руками и упал… в мягкое кресло.

– Мне почему‑то кажется, что ты меня вспоминал недавно, – деловито уточнил он.

– Было дело, – не стал отпираться я. – А ты откуда знаешь?

Вельхеор улыбнулся, и я впервые обратил внимание на то, что из‑под верхней губы у него торчат очень изящные клыки.

– А как, по‑твоему, я сюда попал?

– Куда? – уточнил я.

– В твой сон, куда же ещё, – ответил Вельхеор.

– Сон… – пробормотал я. – Значит, я всё‑таки сплю…

Мне почему‑то подумалось, что я могу неожиданно проснуться и так и не узнаю о том, что у них там случилось. Вельхеор от моего вопроса отмахнулся.

– Ничего интересного. Мы с Кельнмииром надавали по заднице его дядюшке, Сорняка отправили озеленять пустыни к югу от Литы, а с Зикером разбирается Ассамблея Ремесленников, у них там свои дела.

Я ожидал продолжения, но его не последовало.

– Собственно, я не за тем сюда явился, чтобы последние сплетни тебе рассказывать. – Вельхеор подался вперёд. – Как я понимаю, тебе грозит опасность?

– Это ещё мягко сказано, – согласился я. – То есть ты хочешь сказать, что явился, чтобы помочь мне?

– Именно, – согласился Вельхеор. – Чтобы помочь тебе, себе и всей Ассамблее. Там сейчас создана специальная комиссия для исследования феномена «братьев».

– А почему «братьев»‑то? – удивился я. – Какие же мы братья?

– Откуда я знаю, – сказал Вельхеор. – Суть в том, что мы с тобой должны быстро решить две основные проблемы. Первое – выяснить, что обуславливает нашу с тобой связь, и второе – спасти твою шкуру. И это притом, что тебя могут разбудить в любой момент, да и сам ты можешь случайно проснуться.

Я согласно кивнул.

– Итак, что ты делал сегодня перед тем, как лечь спать? – грозно спросил Вельхеор, будто я собирался что‑то утаивать.

– Покушал я, поразмышлял о горемычной своей судьбе, выпил соку и лёг спать, – отрапортовал я.

Вельхеор почесал затылок:

– Так, это нам не поможет. Хорошо, вспомним самое начало нашей истории. А что ты делал в промежуток времени перед тем, как начал бояться света и перестал видеть своё отражение?

Тут мне пришлось задуматься.

– Я… ездил в Киев… стоп. Нет, ни в какой Киев я не ездил. Меня же ссадили с поезда и загипнотизировали. Или загипнотизировали, а уже потом ссадили с поезда? В общем, в Агентстве считали, что именно после гипноза всё и началось.

– Гипноз? Хм… близко, но что‑то не то, ведь сегодня тебя не гипнотизировали?

– Нет. Это точно, потому что Нестеров мне говорил, что у меня выработалась защита. Меня теперь так просто не загипнотизируешь, – ответил я и удивился, у меня миллион вопросов в голове, а вместо того, чтобы их задать, я отвечаю на вопросы Вельхеора.

Я собрался задать Вельхеору соответствующий вопрос, но тот опередил меня и дал чёткие указания. Ослушаться его я почему‑то не смог.

– Значит, так, попробуй определить то место, в котором на настоящие воспоминания накладываются воспоминания о поездке в Киев, – сказал он странным голосом.

– Попробую, – согласился я.

В голове начали прокручиваться воспоминания того дня. Если вспомнить слова Сергея Ивановича о том, что меня с поезда высадили, значит, скорее всего, пока я спал, меня и взяли. Точно. Я припоминаю. Ко мне в поезде подсел странный мужик, здоровый такой и нервный. А потом я заснул, а проснулся уже, когда поезд подъезжал к Киеву… кажется. Вот сейчас я начинаю понимать, что остальные воспоминания будто не мои. Какие‑то неправильные, липовые. А тот мужик… чёрт! Это же Нестеров был! Он мне вколол что‑то, когда я уже засыпал.

– Мне нравится ход твоих мыслей, – подбодрил меня Вельхеор.

«Опять мысли читает», – вяло подумал я.

– А то как же? Время‑то не ждёт, – попытался оправдаться вампир. – А теперь вспомни, о чём ты думал, когда тебе вкатили этот наркотик?

Я разве говорил что‑то о наркотиках?

– Это и так понятно, – отмахнулся Вельхеор. – И как я сам не догадался?

Больше он почему‑то объяснять не стал.

Я послушно продолжил вспоминать. Я читал книжку Барбары Хембли о вампирах. Помню, меня тогда это очень захватило…

Вельхеор хмыкнул, но промолчал.

А потом я начал засыпать и решил помечтать, а что было бы, если бы я был вампиром…

– Вот оно! – хлопнул в ладоши Вельхеор. – То, что я искал. Ты обратился ко мне, думая о вампирах. Причём именно в тот момент, когда тебе вкололи наркотик. А ваши наркотики, насколько я понимаю, что‑то с восприятием мудрят. Вот и получилось, что ты открыл канал связи со мной.

– Замечательно, – как‑то совсем вяло проговорил я.

– Конечно, замечательно, – согласился Вельхеор. – Вот только получается, что и сейчас тебе что‑то вкололи.

Наивный. Зачем вкалывать, когда можно просто подсыпать в пищу или в сок. Точно, в сок!

– В сок? – Вельхеор всё так же беззастенчиво копался в моих мыслях. – Ловко. Теперь всё ясно. И перед сном ты думал о вампирах?

Ага, причём о конкретных. О тебе и о Кельнмиире.

Я даже не стал утруждать себя речью. Зачем, если твои мысли всё равно читают?

– С этим тоже разобрались. – Вельхеор потёр руки. – Хорошо. Что касается опасности… Нет, можешь не рассказывать.

И не собирался. Почему‑то мысли не идут никуда. Просто стоят на месте.

– Так вот, просто прими какой‑нибудь сильнодействующий наркотик и как можно громче подумай обо мне.

Вельхеор просто‑таки лучился самодовольством.

– Вроде бы все проблемы решили.

Я вяло кивнул, а в голове промелькнула лишь одна мысль по поводу того, как это так – громко думать?

– Ах да, – о чём‑то вспомнил Вельхеор. – Отомри.

Ото мри… о чём это он?

– Слушай, Вельхеор, а почему это я вдруг вспомнил о поездке в Киев то, чего раньше не помнил совершенно?

– Гипноз, – пожал плечами Вельхеор.

– Гипноз? – переспросил я. – Но ведь я же не подвержен гипнозу.

– Не смеши меня. – Вельхеор усмехнулся, в очередной раз показав свои белые клыки. – Моемугипнозу подвержены все.

Мне осталось лишь поверить ему на слово.

– А откуда ты про наркотики знаешь? – опомнился я.

– Интересно, а что, по‑твоему, я делал в вашем мире?

А ведь действительно, что он делал в моём мире? Он ведь так и не рассказал.

– Наркотики глотал? – наивно спросил я.

– Дурак, – ответил Вельхеор, но как‑то беззлобно. – Телевизор я смотрел.

– Ага, – ухмыльнулся я. – Ты влез в моё тело только для того, чтобы посмотреть телевизор. Так я тебе и поверил.

Вельхеор ничуть не смутился:

– Не только, конечно. Я ещё в библиотеке посидел, газеты почитал, музыку послушал, с людьми пообщался.

– Да? А Кельнмиир говорил, что ты хочешь у нас тут разрушения жуткие учинить, – изобличил я его.

Вельхеор расхохотался.

– Разрушения жуткие? Не смеши, вы с этим и сами справляетесь так, как не справится и сотня таких, как я. А Кельнмиир… он всё по себе мерит. Глобальность – это ведь черта, присущая его клану. Мой же клан предпочитает локальные пакости, да и то только когда это необходимо для достижения сугубо личных целей.

– То есть ты такой весь лапочка, – сделал вывод я.

– Отнюдь. Питался я весьма сытно – по человеку в день. Прямо‑таки шикарно.

– Хоть это не скрываешь.

– А чего мне скрывать‑то? – удивился Вельхеор. – Это здоровые потребности организма.

Я на секунду задумался, собираясь с мыслями.

– Слушай, так что же там у вас произошло‑то? Кельнмиир больше не держит на тебя зла? А за Кельнмииром всё так же охотятся? Император его не амнистировал?

– Что ж, начну всё по порядку, – Вельхеор встал с кресла и начал ходить напротив меня взад‑вперёд. – Кельнмиир, конечно, не извинился передо мной, но свою ошибку понял…

Тут голос Вельхеора исчез, а комнату заволокло туманом.

– Стоп! – вскричал я. – Только не сейчас.

Но было поздно. Я принудительно выныривал из сна, а точнее, меня из него кто‑то нагло выдернул. Комната исчезла, и ко мне медленно пришло осознание того, что я лежу в постели. Не один…

Не один?!

Я вскочил как ошпаренный и скатился с кровати.

– Ну что ты? – мурлыкнула незваная гостья.

Я уже собрался было объяснить настырной девушке, что не нуждаюсь в её услугах, но быстро понял, что это не она. На кровати возлежала главная ведьма – Ведьма.

– Не то.

– Ты меня боишься? – игриво спросила она.

– Не то слово, – покривил я душой.

– Зря. Я могу быть очень нежная…

– Противоядие давай, а там поговорим, – не растерялся я.

– Противный, – сделала вывод Вельма.

– Тогда нам не о чем говорить.

– Тогда собирайся, пора ехать, – в тон мне резюмировала она.

Я уже собрался объяснить, что пусть она идёт вперёд, а я тут быстренько поглажу шнурки и сразу за ней, но как‑то не сложилось.

В комнату вошли три девушки характерной незапоминающейся красоты. Как‑то сразу стало не до пререканий. Тут аж четыре девушки, а я голый почти.

Я отчаянно ухватился за одеяло, но, как назло, на нём возлежала Вельма, и одеяло не поддалось. Отчаянно обежав взглядом окружающее меня пространство и поняв, что стыдливо прятаться за ближайшей дверью (в десяти метрах от меня) уже поздно, я гордо встал во все свои метр восемьдесят и тактично откашлялся:

– Хм. Девушки, вас стучать не учили?

Девушки не обратили на меня никакого внимания. Только мельком окинули брезгливыми взглядами и обратились к Вельме:

– Всё готово. Можно ехать на встречу.

– Замечательно, выдайте этому… гм, – Вельма обидно усмехнулась, – орлу его новую одежду.

– А чем вам моя старая одежда не угодила? – обиделся я.

– Сам увидишь. Тем более это не твоя одежда, мы тебя переодели, когда в кровать укладывали, не помнишь?

С чего бы мне помнить‑то? Мне почему‑то кажется, что, когда они меня укладывали в кровать, Вельхеор был уже изгнан. А я и вовсе в это время по Лите гулял и красотами наслаждался.

Я решил промолчать, тем более в этот момент увидел мою новую одежду. Дара речи я лишился сразу же и довольно надолго. Вот слов совсем не было, одни чувства, вернее, плохие предчувствия.

Что это была за одежда? Нет, она была довольно таки носимая. Когда её разложили на кровати, моему взору предстал ослепительный, вызывающий наряд. Он состоял из рубашечки зелёного цвета с красным отворотом и… юбки. Вот‑вот. Именно юбки.

– Это… мне? – всё ещё не веря, спросил я слегка дрожащим голосом.

– Тебе, тебе, – подтвердила Вельма.

Девушки, решив, что я полностью отвлечён разглядыванием одёжки и их не вижу, тоже хихикнули в кулачки.

Ага! Значит, они всё‑таки не зомби. Просто порядки у них строгие.

– А ничего более… как бы это сказать, мужского не было? – стараясь не сорваться на нервный смех, уточнил я.

– Самое оно, – откровенно издевалась Ведьма. – Будешь у нас орлом… голубым.

Тут все девушки не выдержали и расхохотались. Обидно так.

У меня тут же возник резонный вопрос, над которым я раньше почему‑то не задумывался. И кто придумал, что девушек бить нельзя? Вот я бы щас…

– Одевайся давай, – резко перестав смеяться, сказала Вельма. – Время идёт.

– Спешу и падаю, – пробурчал я, отвернувшись от девушек, чтобы не видеть их издевательских усмешек.

Как оказалось, это я сделал зря. Меня тут же подхватили за руки за ноги и швырнули на кровать. И откуда в них сил‑то столько?

В течение следующих пяти минут я подвергся унизительнейшей процедуре одевания. Большего унижения в моей жизни ещё не было. Пусть девушки за всё время не проронили ни слова, всё равно я чувствовал, что они надо мной смеются и издеваются. Когда же меня наконец отпустили, я нарочито медленно встал с постели.

– Вот так‑то лучше, – резюмировала Вельма, оглядев меня с ног до головы. – Очень миленькая девушка из тебя получилась, вот только личико тебе подправим немного, и будет совсем хорошо.

Я сделал два шага к ближайшему зеркалу, делая вид, будто мне действительно хочется посмотреть на то, во что меня превратили.

– Посмотри, посмотри, – кивнула Вельма, встав рядом с зеркалом.

Я неторопливо подошёл к зеркалу и, так и не взглянув в него, прыгнул на Вельму, твёрдо решив если не вышибить несколько зубов, то хотя бы успеть поставить синяк на красивеньком личике, прежде чем мной займутся три её прислужницы.

Я даже не успел понять, почему там, где должно было быть её лицо, оказалась бетонная стена. Лишь когда я спустя несколько секунд поднялся с пола, пришло очень неприятное понимание. Понимание того, что никакой стены не было, ведьма так и стояла на том же месте.

– Больше так не делай, – посоветовав она мне, как бы невзначай проведя своим тоненьким пальчиком по моей руке.

Я судорожно отдёрнул руку, потому что её прикосновение напоминало прикосновение к коже сухого льда. Следов нет, но боль, напоминающая ожог, просто адская.

– Посмотри в зеркало, – приказала Вельма.

Именно приказала, тут уже не было никаких сомнений.

Я поднял глаза и посмотрел. Примерно так, как я и предполагал. Сразу вспомнилась реклама, помните? «Он же из шоу! – Какого шоу?..» Не помните? И слава богу.

Вельма встала позади и положила руки мне на плечи.

– Расслабься, котёночек, – промурлыкала она. – Сейчас мы из тебя такую конфетку сделаем. Тебе какая актриса нравится?

– Памела Андерсон, – огрызнулся я.

Ой, лучше бы я молчал! Кто же меня за язык‑то тянул?!

– Замечательно, – как‑то подозрительно обрадовалась Вельма, – Закрой глаза.

Я демонстративно уставился в зеркало, стараясь даже не моргать, за что тут же получил тычок «сухим льдом» под рёбра. Пришлось скорчиться, выругаться и всё‑таки закрыть глаза.

– И веа ин сумит дес охре, – напевно шепнула мне на ухо ведьма. – Можешь открыть глаза.

Я, начиная что‑то подозревать, медленно приоткрыл один глаз.

– Еб… – дальше не цитирую, но высказался я очень красочно и витиевато. Сам даже не подозревал, что могу так ругаться.

Из зеркала на меня смотрела Памела Андерсон. Со всеми её… хм… достоинствами.

Я начал судорожно водить по лицу руками – на ощупь вроде бы моё родное лицо. Провёл по волосам – всё тот же парик, если дёрнуть посильнее, то он тут же оторвётся. Дальше руки, подрагивая, опустились на главное достоинство кинозвезды, но и тут ничего чужеродного не обнаружилось. На ощупь всё осталось, как и прежде – какие‑то бумажные шарики под непонятным лифчиком.