Текст книги "Пока боги спят (СИ)"

Автор книги: Алекс Елин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

  – Говорят, его мать была ведьмой, может быть он мог видеть будущее и знал, кем вы оба станете? – рядом с друзьями стояла мероэ. Женщина подошла совершенно бесшумно. Оба друга мгновенно вскочили на ноги.

  – Ваша милость, – они склонили головы в приветствии.

  – На вас печати власти и славы, – улыбнулась жрица. Странно, как такую красивую женщину родственники могли отпустить в школу жриц Лоули? – Это видно. Вы добьетесь многого, и вы справедливы. Но такие люди должны быть преданы лишь короне, вот в чем разгадка. Вы так не думаете? – еще одна улыбка на прекрасном, ледяном лице. Наверное, ей было около сорока – пятидесяти лет, ровесница двух друзей, но ее голубые глаза говорили, что она повидала слишком многое, и видит куда больше обычного человека. – Задумались? Это хорошо. А еще думаете, человек ли я? – уже саркастически улыбнулась жрица, и взглянула прямо в глаза Рику.

  – А... – замялся Стюарт.

  – Человек, – немедленно ответил Рик. – И очень красивый человек, – его изумрудные глаза с вызовом смотрели на мероэ, а губы изогнулись в нахальной улыбочке.

  – Придурок, – это Грейсстоун бросил своему неугомонному другу.

  – И мне ты нравишься, полковник, – усмехнулась жрица, коснувшись нагрудного кармана на форме Увинсона. – Но сейчас не до этого, король умер, королева скоро выйдет. Потом мы поговорим с тобой, – она разгладила клапан нагрудного кармана на комбинезоне Рика и многообещающе улыбнулась. Жрица развернулась и удалилась прочь, лишь легкий запах полыни и свежего ветра остался облаком около обалдевших друзей.

  – Ну, ты совсем сдурел! – Стюарт пихнул Рика в бок.

  – Мне она нравится, люблю таких сильных и уверенных в себе женщин, – немедленно отозвался полковник. – К тому же она – блондинка!

  – Да она тебе кости все переломать могла в один миг! – в очередной раз поразился наглости друга Стю. Да, именно из-за этой наглости им двоим на голову и сыпались самые разные неприятности, приключения и медали. Правда, неприятностей было неизмеримо больше.

  – Вообще-то, я – командир Первого отряда Фритауна и прекрасно умею драться! – самодовольно хмыкнул Рик. Когда он не командовал, то был в чем-то простым шкодливым и наглым мальчишкой, способным забраться на верхушку самого высокого дерева с сачком: чтоб одну из лун достать и притащить домой! Вместо ночника, не иначе.

  – Вообще-то, она – мероэ, и бой Лоули – ее любимое развлечение, куда более любимое, чем молитвы и прочие ритуалы! – Стюарт тоже полез бы на дерево за своим другом, но не прекратил бы его убеждать, что тут одним сачком не обойдешься... К нему надо еще длинную жердь привязать. Старый друг был куда более разумным и практичным.

  – Жалеешь, что женился так рано? – подколол его Рик.

  – Нет, а вот ты – сошел с ума, – фыркнул Стюарт.

  5

  Стюарт Грейсстоун когда-то тоже любил хорошо провести время с женщинами, никогда не упускал своего случая. Такие как они с Риком, жили одним днем, понимая: завтра может не наступить никогда, надо пользоваться тем, что у тебя есть здесь и сейчас, надо жить мигом и не отдавать ни секунды жизни, которую оба безумно любили.

  Однажды Стюарт встретил очень хрупкую и совершенно беспомощную (как ему тогда казалось) девушку Анну, которая сидела на скамейке в парке Всех Богов Света Розми во Фритауне и плакала. Она потеряла сережку, подаренную ей строгими родителями на недавний день рождения. Ее синие глаза были полны такого отчаяния и даже страха, что сердце бравого Стюарта Грейсстоуна дрогнуло.

  Он немедленно предложил поискать серьгу вместе.

  Оба молодых человека на четвереньках обползали треть всех газонов огромного парка, лежавших по пути следования Анны. Они заглянули под каждый кустик, Стюарт даже потоптал пару клумб – вдруг серьга упала в цветы, когда девушка наклонилась их понюхать? За этим занятием их и застали полицейские. Молодым людям пришлось срочно убегать от патруля.

  Тихо хихикая, зажимая рты, и шикая друг на друга, они пересидели облаву в густых зарослях колючей сирени, ободрав себе руки и оставив в кустах пару заколок Анны и клок формы Стюарта. Потом молодые люди еще долго выбирали из волос друг друга сучки, листья и гусениц, живших тут, несмотря на все усилия работников парка. Анна отмывала ноги в фонтане (во время бегства ей пришлось снять босоножки на высоком каблуке, которые теперь торжественно вручил ей Стюарт). Капитан Грейсстоун с важным видом, хихикая и фыркая, стоял на посту – высматривал полицейских, которые могли оштрафовать молодых людей за такое варварство – отмывание ног в фонтане! После новые знакомые еще долго гуляли вокруг центрального искусственного озера, в котором были установлены статуи всех богов Света. Анна торжественно вышагивала по мраморному парапету, Стюарт вел ее за руку.

  Над городом разгорался золотой закат, а в звоне струй воды обоим чудился мелодичный перезвон серебряных колокольчиков .

  Серьгу они так и не нашли: парк был огромным, зато Стю сделал на заказ такие же. Он вручил девушке пару сережек через пять дней, когда они договорились встретиться еще раз в этом же парке.

  Как истинная леди, Анна не могла принять подарок подобной стоимости от мужчины, которого ей не представили, с которым она познакомилась в парке, но т.к. она до смерти боялась разочаровать свою строгую мать, то была вынуждена осчастливить почти незнакомого офицера, приняв его дар. Как не предупреждала ее мать, молодой человек не стал требовать с нее поцелуев или допускать вольности, он вообще исчез из ее жизни на год.

  Анна была крайне удивлена тем, что ее отважный спаситель не явился на третью встречу, о которой они условились. Девушка прождала его до самого заката на скамейке, а потом пошла домой. Почему-то ей было очень больно, а глаза ее жгли непрошеные слезы.

  Секрет исчезновения влюбленного молодого летчика был прост: Стю и Рик как раз тогда угодили в Нерейду. За очередную драку с участием их командующего – тот по странному стечению обстоятельств был на другой стороне дерущихся. Дражайший генерал Тар получил несколько раз кулаком по челюсти от Стюарта и заработал перелом руки от Рика. Утром, прямиком с гауптвахты, обоих наглецов первым же самолетом отправили в Нерейду. Монстров гонять. И думать о своем поведении. Правда, Тар требовал их головы на блюдечке или же отправить Увинсона в Миранду до конца его дней, но вмешался тогда еще генерал Дженси, и отправил молодых балбесов всего лишь в Нерейду. Благодарности, правда оба не испытывали, полагая, что были правы.

  Лишь год спустя Анна получила письмо от Стюарта.

  Каким образом он узнал ее адрес, чего ему это стоило, и сколько времени он собирался с духом, чтобы ей написать – Анне так никогда и не стало известно. Лишь Рик был свидетелем душевных мук друга, да бутылки дрянного бурбона и не менее дрянной текилы. Оба друга хранили сию тайну от всего света.

  В письме Стюарта было предложение руки и сердца...

  К тому времени гордая ноэлла Анна уже слышала о тогда еще капитане Грейсстоуне от своих друзей, восхищавшихся бравым летчиком, в очередной раз спасшим Розми. Другом семьи Анны был отец Стюарта, весьма гордившийся своим сыном, но продолжавший порицать его во всем: молодой Грейсстоун пошел на службу пришельцам, а не был занят борьбой с ними. Хвала всем богам, что даже на таком позорном поприще младший сын Генри Грейсстоуна не опозорил семью... Ну, как не опозорил... Служил-то он прекрасно, был героем, только очень часто попадал в передряги и лишался званий, а так, конечно, молодец! Еще бы только страной не правили ненавистные Уайтроузы!

  Анна правильно рассудила: выйди она замуж за этого капитана, хорошего происхождения, это будет блестящая партия! Родители не смогут противиться, ведь они были в довольно хороших отношениях с Грейсстоунами. К тому же, сердце Анны странно трепетало от одной мысли о серых глазах Стюарта и о задорных ямочках на щеках, появлявшихся у него при улыбке. Этого трепета Анна не могла объяснить ни себе, ни матери.

  Нет, конечно же, она его не любила! Слишком много чести. Всего лишь выгодная партия. Не более того. Да. Наверное, именно поэтому место ответного письма Анна купила билет на самолет до Нерейды и дождалась капитана на лестнице у его квартиры.

  – Я подумала, что письмо с ответом будет идти слишком долго, – заявила она своему будущему мужу.

  Свадьба Анны и Стюарта состоялась в Нерейде, через день после ее прилета, в крошечном храме Венеры на аэродроме.

  Родители Анны разве что не прокляли дочь, отказавшись с ней общаться. И хоть рождение внучки их смягчило, но Стюарта они начали принимать у себя лишь после того, как много лет спустя он спас их семью от арестов и обвинения в государственной измене. Для этого он рискнул своим будущим и поручился за них.

  С мужем Анна провела год в Нерейде – городе вечных туманов. Потом она отправилась вместе с ним на базу ВВС в Великие Горы, на границу с Керши, куда направили обоих друзей. Там она пережила два нападения на базу, два плена мужа. Сын Грейсстоунов родился в спокойной Ариэль, и был похоронен через несколько лет уже во Фритауне. Второй сын родился и умер в столице. Дочь Стюарта и Анны родилась на базе на границе с неспокойным Алсултаном, в котором Стю тоже побывал в плену, откуда они на пару с Риком сумели сбежать.

  Вместе Анна и Стю пережили очень многое. Смерть сыновей их лишь сблизила. Только детей у Грейсстоунов пока больше не было – они еще боялись вновь пережить страшную трагедию. Впрочем, и из Фритауна они уже никуда не уезжали – Стюарт словно прописался в Первом отряде, даже пережил низвержение друга (Рика Увинсона, естественно) обратно в Нерейду, откуда тот победоносно вернулся сразу командиром «Приговоренных» .

  Грейсстоуны были странной парой.

  Никто из окружающих не мог понять, как дочь таких утонченных аристократов могла связаться с отъявленным головорезом и любителем приключений? Как Анна терпела попойки мужа и его друга? Как она не боялась отпускать на них Стюарта? И как Стюарт терпел свою жену – истинную леди, способную запилить кого угодно за малейшее отклонение от правил хорошего тона и поведения в приличном обществе?

  Если Анна и доставала мужа время от времени, то он хранил это где-то глубоко в душе, признавая за ней право, его пилить по любому поводу. Ведь она прилетела к нему в Нерейду, когда он был в опале, она согласилась на комнату на базе на границе с Керши. Она сама убирала эту комнату, стирала его вещи, готовила ему обед. И пусть это у нее получалось не сразу, ведь Анна не привыкла ничего делать по дому своими руками, родившись в семье потомственных ноэлов. Она перевязывала его раны, и раны еще сотни других военных, когда их базу разбомбили. Она не сбежала, а просто была рядом с ним. И даже вполне мирно уживалась с Риком, что было и вовсе немыслимо!

  Стюарт принимал ее такой, какая она есть, а когда супруга изводила его сверх всякой меры, просто шел напиваться к своему другу. Утихомирить жену после таких попоек он всегда умел.

  6

  Талинда долго плакала у тела деда.

  Она его очень сильно любила. Отца и мать так не любила, как дедушку, человека ее воспитавшего, словно бы знавшего, что именно на ее хрупкие плечики ляжет священное бремя властителя Розми.

  Дед с самого раннего детства готовил девочку к короне, это она понимала уже пару лет как. Только ей не нужна была власть. Она никогда не хотела короны Розми. Она хотела лишь жить простой жизнью простого историка...

  Девушка в последний раз взглянула на изможденное, усохшее тело деда, глубоко вздохнула. Поцеловала в лоб.

  Все.

  Она – королева.

  Отныне чтобы не случилось с Розми – это случилось с ней.

  Дед оставил инструкции: кого убрать сразу, кого убрать позже, кого убить, кому доверять, кому не доверять, а кого скрывать. Их ей вручил генерал Бодлер-Тюрри сразу, как только дед потерял сознание.

  Она сама сможет решить следовать ли этим инструкциям, но ей всего лишь восемнадцать лет, и... и ей некому больше помочь. Надо действовать, и действовать незамедлительно, потому что другие ждать не будут. Надо отдать приказы. Надо. И пусть твоим первым приказом будет убийство, но иначе ты не удержишься у власти, и Розми сгинет. Это так.

  Талинда вздохнула, вставая со смертного ложа великого короля Джонатана II. Она его внучка. Она выдержит все.

  Несколько десятков шагов к большим двойным дубовым дверям. Открыть их, пройти мимо охранников, вытянувшихся по стойке смирно. Они уже все поняли. Они верны ей, если верить деду. Еще одни двери, из личного кабинета деда в его приемную, где нет никого, кроме все тех же охранников. Двери на выход из покоев дедушки, в коридор.

  Вновь охранники, вытягивающиеся по стойке «смирно». Широкий коридор, пол которого устлан зеленой ковровой дорожкой, запах нарциссов, что стоят в вазах на узких столиках. Опять охранники. Широкая мраморная лестница, ведущая на первый этаж.

  Девушка и сама того не замечала, как ее плечи гордо расправились, спина выпрямилась, подбородок поднялся вверх. Даже хромающая походка стала тверже, увереннее. Губы плотно сжались, а серо-зеленые глаза слегка сощурились.

  По парадной лестнице она спустилась на первый этаж. Еще от покоев деда за ней следовали неслышными тенями два телохранителя, которые отныне будут сопровождать ее неотступно. За ними шли глава спецслужбы охраны – Майкл Фокс и генерал Бодлер-Тюрри. Она их не замечала. Так же как и не ощущала короны, которая так и оставалась у нее на голове с момента коронации.

  Королева спустилась в парадный вестибюль дворца, пол которого был выложен черно-белыми мраморными плитами, а посередине журчал небольшой изящный фонтан, сделанный из белого мрамора. Из вестибюля вели двери в дворцовый парк, туда, где можно затеряться, где можно оплакать страшную потерю! Но нельзя! Нельзя, отныне ты не принадлежишь себе, Талинда I, у тебя даже имя, выбранное не тобой, тебя нет! Забудь то, о чем мечтала! Только Розми! ВСЕ!

  Высокие дубовые двери в коридор на первом этаже, еще охранники. Платье развивается сзади от стремительных шагов, благо еще действует обезболивающее. Еще одни двери, но уже в желтую залитую заходящим солнцем гостиную, где толпится народ, все те, кто был призван засвидетельствовать ее приход к власти. И ей надо убрать двоих из них сразу: министра финансов и верховного жреца Всех Богов Света Розми. Они служили Джонатану II, но не будут служить Талинде I, потому что первый – боялся лишь ее деда, а второй зол на нее и отныне боится ее. Он рассчитывал сам править за спиной короля Джеффри, но такого не случилось – Джеффри погиб. Интовар прекрасно понимал, что Талинда все помнит, она не простит его и отстранит от должности, он же попытается поднять восстание и убедить всех, что ее власть незаконна.

  – Полковник Увинсон, подполковник Грейсстоун, – с порога обратилась к офицерам королева, пока она верила только им, – арестуйте господина Келлой и жреца Интовара! Немедленно!

  – По какому праву? – взвыл жрец, вскакивая из изящного кресла у камина.

  – По праву королей! – гаркнула Талинда, но голос ее сорвался, получился придушенный писк. К счастью, оба офицера на автомате подошли к названным ею людям.

  – Девчонка, ты незаконно... – начал было министр финансов, но Рик скрутил его руки за спиной и прошипел:

  – Ты обращаешься к королеве Розми!

  – Она – не может наследовать корону! – взвизгнул министр, надеясь заполучить сторонников среди присутствующих.

  – Речи изменника! – ответила Талинда. За ее спиной подобрались телохранители, а Винсент Бодлер-Тюрри и Майкл Фокс шагнули вперед, готовые и защитить ее, и наброситься на тех, на кого она укажет.

  – За измену полагается смерть, – холодно напомнила мероэ, приближаясь к королеве. Одна ее светлая бровь была изогнута в немом вопросе, а один из уголков рта иронично приподнят вверх. Правая рука мероэ лежала на эфесе одной из сабель, всегда висевших на ее боку, будучи частью ее самой, как и любой другой жрицы Лоули.

  – Да. Полковник, – на секунду в горле юной королевы застрял ком, ладони ее вспотели, по спине покатился холодный пот, ей было страшно, – этот человек нарушил только что принесенную мне присягу. Приговор – смерть.

  – Как прикажете, Ваше Величество, – Рик потянул пистолет из кобуры, смотря прямо в глаза королеве. Но в ее глазах с ужасом мешался страх, отчаяние и мольба. Убить, защищаясь – это не то же что вынести смертный приговор тому, кто все же прав. Если же признать его правоту, Розми падет в бездну или будет расколота.

  – Приказываю, – севшим голосом произнесла она.

  Раздался выстрел. Министр упал.

  Вот и твой первый приказ, королева.

  Детство кончилось. Игры, впрочем, тоже. Теперь каждое твое слово – закон, и за все отвечаешь ты. А ты ответишь. Ответишь перед богами Света, и, может быть, ответ придется держать при жизни, а не после смерти.

  Талинда судорожно вздохнула.

  Теперь второй приказ.

  Верховный жрец Интовар был схвачен Стюартом. Стю заломил ему руки за спину. Интовар уже понял, что его ждет через мгновение, и ужас придал ему нечеловеческие силы. Жрец сумел одним неуловимым движением, выкручивая суставы заломленной руки, вывернуться из хватки Стюарта. Одновременно он выхватил небольшой кинжал, что помещался в ножнах в рукаве его свободной руки. Он подпустил бросившегося к нему подполковника и ткнул его в живот. Интовар особенно не целился, только поэтому Стюарт и остался жив. Сам же жрец кинулся к окну в надежде сбежать во всеобщем переполохе. Капли крови Стюарта упали на желтый ковер. Подполковник прижал ладони к животу, но устоял, хватая ртом воздух.

  Рик и мероэ кинулись к Интовару. Жрец распахнул окно, готовясь выпрыгнуть в сад. Мероэ подоспела первой: ее сабля, висящая на левом боку, вылетела из ножен, описала дугу до шеи жреца, и голова Интовара скатилась с плеч. От силы удара голова полетела в бок, отскочила от оконной рамы и упала назад в гостиную. Тело, фонтанируя алой кровью, еще мгновение постояло у распахнутого окна, а потом вывалилось в парк прямо на кусты еще не зацветшего жасмина.

  Все собравшиеся замерли. Кто в ужасе, кто в шоке, кто, взвешивая свои шансы, кто в раздумьях – уж не он ли следующий?

  Стюарт медленно опустился на пол. Рядом уже стоял Майкл Фокс, пытаясь отвести руку подполковника от его живота, чтобы осмотреть рану.

  Словно во сне, Рик поднял голову жреца, поднес ее к королеве.

  – Простите, Ваше Величество, он хотел бежать, – он опустился на одно колено. Дрожащая рука девушки дотронулась до срубленной головы. Потом она взяла ее за волосы, взглянула в гаснущие глаза. Губы Талинды искривились в какой-то странной ухмылке.

  – Благодарю, мероэ Оэктаканн, – королева склонила голову. Странно, ее даже не тошнило. – Вы помогли мне.

  Мероэ тоже опустилась на одно колено перед королевой, прижимая правый кулак к левой стороне груди. Ее голубые глаза оставались ледяными, а чувственные губы усмехались.

  – Лоули меня предупредила: его замыслы не соответствовали замыслам моей богини. Я всего лишь ее покорная слуга. Вы – ее избранница, свидетельство чему я видела и заверила клятвой.

  Все происходящее больше походило на какой-то фантастический бред или на сон. Это не могло быть правдой. Это было слишком диким, но именно этого сейчас и требовали обстоятельства.

  Все присутствующие принялись опускаться на колено перед Талиндой, признавая ее власть. Страх юной королевы усилился. Она не знала, что же ей делать!

  – Благодарю вас за верность, – тихо сказала она, поднимая взгляд на собравшихся. Потом опустила голову Интовара на стоящий поблизости столик, прямо под вазу с нарциссами. Взглянула на побелевшего Стюарта и подошла к нему. Рик уже успел обменяться вопросительным взглядом с другом, тот слабо ободряюще кивнул, мол, все не так страшно, как кажется.

  – Серьезно ранены, подполковник? – королева постаралась заглянуть под ладонь Стю, которую тот слегка отвел от живота.

  – Нет, ничего, – прошептал он. – Бывало хуже. Простите, не удержал.

  – Бросьте говорить глупости, – она сжала его окровавленные пальцы. – Господин Фокс, вы вызвали доктора?

  – Да, Ваше Величество, – Майкл склонил голову.

  – Сейчас вами займется врач, – Талинда улыбнулась дрожащими губами. – Поправляйтесь, потом мне понадобится ваша преданность и служба, хорошо?

  – Как прикажете, Ваше Величество, – Стюарт постарался улыбнуться ей и взглянул в глаза королевы. Он поразился произошедшим с ней переменам: пару минут назад перед ними стояла растерянная девочка-подросток, пытавшаяся быть королевой самой могущественной, самой развитой страны на планете, теперь перед ними была истинная королева Розми, Страны Мечтаний. Величественная, гордая, знающая, грозная, настоящая. Серо-зеленые глаза смотрят прямо, уверенно, на лице лишь маска, голова гордо вздернута, спина прямая. Как бы голову Интовара заспиртовать не приказала. В назидание другим изменникам.

  Вот так и становятся правителями. А дрожащие губы – это ерунда.

  – Кто не признает меня законным правителем Розми – последует за жрецом Интоваром, – она обернулась к присутствующим, указывая на голову жреца Всех Богов Света Розми. Голос ее окреп и стал громким. – Я не могу себе позволить терпеть изменников. Я избрана богами Света. Кто сомневается – будет казнен немедленно. Я сказала, вы слышали.

  Она обвела всех присутствующих взглядом.

  – Приглашаю вас остаться на церемонию погребения Его Величества Джонатана II, после которой я бы хотела узнать, как обстоят дела в МОЕМ королевстве. Сообщите заместителям господина Келлой и помощникам Интовара, что я так же желаю их видеть. Церемония сожжения пройдет послезавтра вечером, прошу вас всех присутствовать на ней.

  Девушка развернулась и вышла из комнаты.

  Все.

  Больше нет всего лишь внучки короля Джонатана. Есть Ее Величество Талинда I. Отныне она будет править. Никто и никогда не узнает, чего же ей это стоит.

  Маленькая девочка, мечтавшая стать историком покорно отошла прочь, уступая место королеве.

  Эпилог

  Золотые лучи восходящего солнца окрашивали стены большой спальни в Замке Королей в мягкие тона. На большой смятой кровати спали двое: женщина с серебряными волосами и черноволосый мужчина. По полу была разбросана одежда, на одном из кресел лежали парные сабли, а на прикроватном столике со стороны мужчины лежал пистолет.

  Из сгустившегося розового облака посреди комнаты вышла высокая девушка в белой маске и розовом коротком платье. Она хмыкнула, увидев разгром в спальне, подошла к постели и позвала:

  – Оэктаканн, детка, вставай. Я знаю, что ты не спишь.

  Женщина открыла ледяные голубые глаза и уставилась на свою богиню. Мгновенно она вскочила, позабыв, что обнажена.

  – Лоули! Я...

  – Тише, разбудишь, – богиня кивнула на спящего Рика. – Я навела на него сон, но уж больно сильная воля у него, может и проснуться, – богиня славы и победы уселась в кресло, приглашая свою жрицу присоединиться к ней.

  – Что случилось? – Оэктаканн надела юбку и присела рядом с богиней. – Что-то с Талиндой?

  – Я не об этом пришла поговорить, – улыбнулась Лоули. – Если Кром узнает, что я нарушила его запрет и пришла сюда – прибьет чего доброго. Нет, с Талиндой все пока будет хорошо. Но для этого нам нужна твоя помощь и помощь Рика.

  – Вряд ли я смогу на него повлиять, – усмехнулась мероэ. – Он спит со мной, но сердце его мне никогда не будет принадлежать, – женщина горько улыбнулась.

  – Да, знаю. Ты знаешь ведь о Пророчестве, – скорее утвердительно, чем вопросительно сказала богиня. – Конец света уже близок.

  – Да, я так и думала. Предзнаменования...

  – Рик – один из Героев, – кивнула на спящего полковника богиня. – Луна смогла это узнать благодаря своим картам, но она не видит пока ничего больше. Он – Воин. Он должен стать воином, а не только хорошим командиром и любителям драк. Твоя задача: заставь его расти, развиваться, думать, как генерала, а не как лейтенанта. Горячий характер и любовь к дракам – дело хорошее, но от него зависит, будет ли наш мир жить или нет.

  – Насколько я помню, Воин – это тот, кто должен стать воплощением Тьмы, чтобы жили в Свете другие? – изогнула бровь мероэ.

  – Да. И это тоже. Но это он сделает сам. Твоя же задача заставить его принять свое предназначение, свой Путь, признать свою Суть и заставить его мыслить иначе. Он не хочет быть генералом и политиком, он хочет лишь летать, но именно он должен сдержать самый страшный натиск Тьмы.

  – Это будет трудно, – Оэктаканн взглянула на спящего Рика. – У него в голове лишь драки, бурбон и женщины.

  – Это хорошо для простого вояки, но не для Воина. Я рискую многим, нарушая запрет самой Создательницы и Крома, вмешиваясь в жизнь людей, так что уж постарайся, не подведи меня, – кивнула богиня. – Мне не хотелось бы ближайшую тысячу лет провести в заточении, если Кром узнает о моем визите.

  – Может мне выйти за него замуж? – усмехнулась женщина.

  – Это невозможно, детка, – сочувственно сжала ладонь жрицы богиня. – Ты должна лишь наставить его на Путь. Поможет пройти и не принять в свое сердце Тьму ему другая, – Лоули грустно улыбнулась. – Не ты, дорогая... Прости, но... В Пророчестве говорится о другой. И видят боги, это какой-то п...ц, а не женщина.

  – Да, уж, весело, – грустно улыбнулась Оэктаканн.

  – Ты можешь только родить от него ребенка. Продолжить твой и его род. Правда, я боюсь тогда уже за Розми – если твоя дочь встретит его первенца, миру точно наступит конец.

  – Миру в любом случае наступит конец, – невесело призналась Оэктаканн.

  – Нет, у Героев есть шанс его предотвратить.

  – Кто остальные Герои?

  – Поверь, тебе этого лучше не знать, – схватилась за голову богиня. – Он – еще самый нормальный экземпляр. Остальные же – я сама готова совершить самоубийство, лишь бы этого не видеть: больших распиздяев я еще не видела.

  – И все же, – настаивала мероэ. Когда она получила ответ, то сильно переменилась в лице, а потом глубокомысленно изрекла:

  – Б...ь, миру точно не жить.