Текст книги "Королева Эхо (СИ)"

Автор книги: А. Райро

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Том 3
Эпизод 9

Паршивое возникло чувство.

Если честно, оно меня вообще не покидало, стоило только войти в Нигму, но сейчас интуиция заорала мне прямо в уши: «Что-то не так! Ты же не слепой!».

Я проводил взглядом сначала гизона, идущего к гостинице, затем группу альф из охраны вместе с Максимусом, а затем Эббе Торгерсена, который догонял остальных.

Кто додумался поставить Эббе и Максимуса на одно задание?

Они же прикончат друг друга!

Многие знали, что произошло между ними в Симоне, и чем может закончиться их совместное дежурство. К тому же, гизон был очень важен для всех нас, и рядом с ним должны находиться более опытные бойцы.

Точно не Максимус и не Эббе.

Конечно, остальные альфы из охраны – серьёзные парни с высоким рангом, но зачем нужны эти два новичка?

(Да-да, меня забыли спросить).

Мы отправились в ту же гостиницу, и, чтобы не привлекать внимания к тому, что меня что-то беспокоит, я изобразил интерес и принялся разглядывать поселение.

Нет, мне действительно было интересно.

Всё же Нигма сильно отличалась от Симоны. Идеально ровные тротуары из светло-серого камня, газоны сочного зелёного цвета, как с картинки, и даже надземные переходы, типа виадуков – ничего подобного в Симоне не имелось.

Основную часть Гражданской Зоны Нигмы занимали ухоженные жилые кварталы с коттеджами и редкими домами этажей в пять-шесть, разделённые белыми ограждениями из столбов.

Народу на улицах было прилично: в основном женщины и дети, встречались и совсем пожилые люди. Выглядели они вполне спокойными, озабоченными своим привычным бытом.

Дети бегали, смеялись и играли во дворах, а не сидели в закрытом детском саду, как в Симоне.

Всё это было так непривычно…

– Стас! – окликнул меня Данте. – Мо говорит, что мы будем жить на восьмом этаже. Уверен, оттуда шикарный вид! Эй, старик, ты слышишь вообще? Отличная новость: номера отдельные, так что я наконец-то отдохну от твоей рожи! Эй, гуманоид, ты слышишь?..

Я так увлекся разглядыванием округи, что пропустил мимо ушей всю инструкцию Мо по поводу проживания в гостинице.

Сама же гостиница выглядела шикарно.

Семиэтажное здание, выстроенное в виде круглой башни, похожей на сторожевую, но из белого камня и белых синтетических пластин вместо окон. Правда, они больше напоминали бойницы нежели стандартные окна.

Башня возвышалась над остальными домами вокруг…

И тут меня кольнул диссонанс.

Чего там Данте говорил про восьмой этаж? Откуда восьмой этаж, если здание семиэтажное? Или я что-то опять прослушал?

Я ещё раз бегло пересчитал этажи.

Да, так и есть. Их семь.

– Эй, Мо, откуда тут восьмой этаж? – тут же спросил я у нашего сопровождающего.

Тот глянул на меня, не сбавляя шага, и усмехнулся.

– Поверь, там есть даже девятый и десятый этажи. Сейчас увидишь.

А потом указал… на соседнее неприметное здание из серого камня.

Вообще одноэтажное!

– Э-э… вот сейчас я не понял, – нахмурился Данте.

– Это не слишком сложная задача, Данте, – тихо сказала Саваж.

– Всё в порядке, ребят, – поспешил успокоить нас Мо. – Заходите. Сами всё поймёте.

Пройдя мимо белой башни, где скрылись гизон и его сопровождение, мы подошли к скромному крыльцу одноэтажки, без каких-либо обозначений, без охраны. И только когда мы поднялись по трем ступеням крыльца без перил и зашли внутрь здания, то поняли, почему всё выглядит именно так.

Белая башня – это и есть охрана, а сама гостиница находится в подземном секторе Нигмы, и войти туда можно через соседнее здание, совершенно неприметное, похожее на хозяйственную постройку.

Внутри всё выглядело ещё проще, чем снаружи.

В единственном помещении стояли ящики, множество пыльных ящиков. Создавалось впечатление, что это просто склад, который почти не посещают.

– Добро пожаловать в гостиницу первого класса, маг-зеро Терехов! – прозвучал голос Нигмы в моём наушнике.

– Угу. – Я даже не нашёл внятного ответа.

Видимо, у остальных в наушниках прозвучало такое же приветствие, потому что Данте и Саваж оторопели не меньше меня и замерли, уставившись на ящики, которыми было заставлено всё вокруг.

Данте открыл рот, чтобы что-то съязвить, но не успел.

– Нигма! – громко сказал Мо. – Открой переход к лифту!

– Открываю, маг-зеро Мбаппе! – ответила Нигма будто со всех сторон сразу: видимо, по периметру здания были помещены скрытые динамики.

В ту же секунду в бетонном полу прогудело и скрипнуло, затем щелкнуло, после чего часть ящиков сдвинулась в сторону вместе с частью пола.

Открылся узкий прямоугольный проход с лестницей, ведущей на нижний уровень крепости, где виднелась кабина лифта.

– Бункер? Серьёзно? – выдавил Данте, шагнув назад и скривив мину недовольства.

Саваж промолчала, но на её лице радости я тоже не заметил.

Значит, не у меня одного возникло чувство, будто нас троих загоняют в подвал, а потом хрен выпустят.

– А почему гизон и его охрана вошли в башню рядом, а нас направили сюда? – нахмурился я. – Лучше уж разместите нас где-нибудь в казармах.

– Это приказ главы крепости, маг-зеро Терехов, – покачал головой Мо. – Но Нигма только что передала твои претензии руководству.

Я вскинул брови.

Вот это скорость. Стоило мне хоть что-то возразить, как мои «претензии» уже отправлены на рассмотрение. А Нигма хороша!

Лицо Мориса Мбаппе снова стало суровым и серьёзным, а всё панибратство мгновенно исчезло, будто его и не было минуту назад.

Мы посмотрели друг на друга, и вот теперь я отчётливо увидел в глазах Мо настороженность, даже недоверие. Возможно, он тоже считал, что я последняя сволочь, раз вот так просто взял и заключил перемирие с врагами.

Да уж, моя Сделка с Королевой не спасала меня от ненависти.

Я перестал быть своим среди своих, и это ощущалось всё сильнее.

Через пару секунд в моём наушнике неожиданно заговорил учитель Зевс, на удивление спокойный (видимо, он как раз отправлялся на Совет, когда получил оповещение о моих «претензиях»):

– Терехов, иди в бункер, не артачься. Это безопасно.

– А Прометей… – начал я.

– Прометей под охраной. У тебя будет прямой доступ к ангару прямо из бункера. Всё уже согласовано. А сейчас иди вниз. И свою группу захвати. Живо! Оставайтесь там, пока я не приду!

Он всё-таки повысил голос, будто от раздражения, причем намеренного и даже демонстративного, но между строк я всё равно уловил несказанное: «Давай без паранойи, Стас. Но не забывай, о чём мы говорили».

– Понял, учитель, – ответил я.

Без паранойи так без паранойи.

Саваж тоже что-то прослушала в своём наушнике и сразу же посмотрела на меня. Видимо, получила похожие наставления от Зевса. Ну а потом и Данте нахмурился и вздохнул.

Мы втроём переглянулись.

– Ну что? – спросил я у них. – Отправляемся на восьмой этаж за шикарным видом? Или вы темноты боитесь?

* * *

На подземном лифте мы спустились на восьмой этаж.

На минус восьмой этаж.

Никакого шикарного вида на город, как мечтал Данте, тут, конечно, не открывалось. Зато восьмой подземный уровень действительно напоминал гостиницу: тихий длинный коридор со светильниками на стенах и множество дверей по обе стороны.

– Здесь сейчас никто не проживает, – ответил Мо на мой неозвученный вопрос. – На этом этаже будете жить вы трое и ваш куратор Зевс. И ещё существо без магии, но его приведут позже. Сначала его проверят наши эксперты.

Он проводил нас до самых дальних комнат с табличками «10−01. Терехов», «10−02. Саваж» и «10−03. Данте». Все они размещались на одной стороне коридора, по соседству.

– Душ общий на каждые три номера, как я уже говорил, ваш в конце коридора, – добавил Мо. – Еду доставляют по расписанию. Эвакуационные выходы увидите на карте. Есть прямой выход в ангар. – Он вдруг заторопился. – Так, ладно. Остальное вам Нигма объяснит, а мне пора. Ещё надо с гизоном разобраться.

Мо развернулся и уже собрался свалить, но я ухватил его за плечо и снова повернул к себе. Хватка получилась слишком уж грубой.

– Ты чего? – возмутился Мо от неожиданности и дёрнул плечом, но я всё равно его не отпустил.

– Передвижение по крепости свободное?

– Ну ясное дело! Нигма везде откроет двери! – вскинул брови Мо. – Ты же не заключённый! Ты объект охраны первой степени!

– А ещё он у нас чересчур подозрительный пацан. – Данте вклинился между мной и Мо. – Дай ему уйти, Стас. Человек спешит, ты же видишь. Чего ты в него вцепился? – Он повернулся к Мо. – Извини его, Мо. Не обращай внимания. Это нервное переутомление после долгого перехода через горы, сражений, сделки и прочей неважной ерунды.

Мо перестал сверлить меня взглядом и кивнул.

– Всё в порядке, Борк. Спасибо.

Высвободив плечо из моей хватки, он быстро зашагал по коридору к лифту.

Я посмотрел парню вслед, и тревога опять засвербела внутри, только уже по другому поводу. Может, я правда грёбанный параноик? Ну чего меня так напрягает этот бункер? Или татуировки? Или Изольда Галло? Или полудохлый циклоп на торговой площади?

В конце концов, вокруг ведь не враги.

Надо думать совсем о других вещах. Например, о том, как добиться эволюции Прометея, а точнее двух эволюций, и выполнить условия Сделки с Королевой Имаго, при этом желательно не сдохнув.

– Нигма, – обратился я к гиперпомощнику. – Покажи Прометея.

Увидев, что мой титан всё так же стоит смирно в своём коробе, я немного успокоился. Ну хоть кто-то из нас не страдает подозрениями насчет всего вокруг.

– Я первой займу душ! – вдруг объявила Саваж и сразу отправилась в конец коридора, минуя свою комнату.

В отличие от меня, паранойей она не страдала, хотя тоже была подозрительной. Но, похоже, Саваж так давно мечтала стянуть с себя проводящий костюм, что начала делать это прямо в коридоре.

На ходу она расстегнула крепление на поясе и потянула боковую молнию на бедре вниз, оголяя бледную кожу, ну а потом… весь этот занимательный вид исчез за дверью душевой.

– Похоже, не видать нам стриптиза. И душа тоже не видать в ближайшие пару часов, – хмыкнул Данте.

Я заставил себя оторвать взгляд от двери, где скрылась Саваж, и ко мне тут же вернулась паранойя. Я тихо обратился к Данте.

– Ты говорил, что перевёл те жесты, которыми переговаривались синяя дылда и ещё один маг-зеро. О чем они говорили? И что это за жесты такие?

Данте сразу стал серьёзным.

– Это язык глухих, Стас. Я не суперспециалист в этом вопросе, но кое-что разобрал. Один из пилотов спросил: «Как обстановка? Мне нужно знать». А Изольда ответила: «Всё под контролем, готовимся».

– Готовятся? – сощурился я.

– У меня на самом деле такая же паранойя, как у тебя, – вздохнул Данте. – И мне тоже всё это не нравится. Предлагаю доложить Зевсу.

Я кивнул.

Эта мысль возникла у меня ещё тогда, когда я заметил жестовые переговоры в ангаре, но Зевс торопился на Совет, так что придётся дождаться его возвращения.

А пока надо бы осмотреться в этом злосчастном бункере (ой, в гостинице первого класса).

* * *

А неплохо тут всё было устроено!

Возможно, я всё же погорячился, когда начал предъявлять претензии. Мой номер, как и номер Данте, был вполне комфортным. Не роскошным, конечно, но лучше, чем в казармах Симоны.

Подсветка на потолке. Кровать, стол, стул – всё из дерева. Даже ковёр на полу имелся, сплетенный из шерсти местных животных. Была и личная туалетная комната, зеркало и даже шкаф. Там я обнаружил не только новый проводящий костюм моего размера, но ещё и повседневные вещи: от нижнего белья до футболок, джинсов и ботинок – всё, как у людей на Земле.

Был здесь даже строгий костюм. Примерно такой же, в каких нас встречали представители Нигмы. Пиджак, рубашка, брюки, галстук, туфли – прям с иголочки!

Обшарив всю комнату, я добрался наконец и до эвакуационного выхода.

Его сделали в одном из отделений шкафа.

Судя по карте, вёл он в сторону западной стены и дальше, за Деревья Хомо, растущие по внешнему периметру. А вот прямой путь в ангар обнаружился в коридоре, в служебной комнате около лифта.

Над выдвижной дверью так и было обозначено «Выход к ангару, военная зона, сектор 5», хотя дверей там было несколько и некоторые без обозначений.

Когда я вернулся в свой номер, то увидел там Данте.

Он притащил с собой ещё и стул из своей комнаты, а теперь сидел за моим столом и поедал из контейнера тушёные бобы.

– Не могу есть не видя твоей рожи, Терехов, – улыбнулся он. – Как будто чего-то не хватает. Твоя рожа рядом, как соус. Делает даже дрянную жратву вкуснее.

Я глянул на стол и на ещё один контейнер на столе.

– Ты где еду взял?

– В отсеке для еды, не поверишь. Пока ты искал, как сбежать отсюда, я искал, чего бы пожрать. Сюда контейнеры с едой спускают прям сверху, так что они нас уже ждали. Я правда надеялся, что уж тут-то этих тушеных бобов не будет, но увы.

Он сунул полную ложку с бобами в рот и смачно зажевал.

Мы перекусили, причем не торопясь, как обычно делали в столовой Симоны. Всё равно надо было дождаться учителя, да и душ был занят наверное часа на два или даже на три…

– Всё, душ свободен! – Я аж вздрогнул, когда услышал бодрый голос Саваж за спиной.

Прошло всего минут пятнадцать, не больше.

Не вставая со стула, я обернулся.

Саваж стояла на пороге моей комнаты, и такой я её вообще никогда раньше не видел. Мокрые распущенные волосы, белый халат, полотенце в руке, тапки на босу ногу.

Обычная девчонка. Обычный человек.

Ну да, с розовыми волосами, ярко-синими глазами, но ведь человек.

– Ну у вас и лица, мальчики, – усмехнулась она и отправилась в свой номер.

Хлопнула дверь соседней комнаты, и всё стихло, а мы с Данте остались сидеть с изумлёнными лицами. Правда, недолго.

– Я следующий! – Я вскочил со стула, быстро отставив контейнер с недоеденными бобами, и поспешил в душ.

Вслед мне донеслось нытьё Данте:

– Э-э-эй! А как же субординация? И вообще, ты младше меня, Терехов!..

Когда мы наконец привели себя в порядок и были готовы выйти из бункера уже в гражданской одежде (Господи, наконец-то можно было отдохнуть от проводящего костюма!), явился учитель Зевс.

Выглядел он очень даже презентабельно. Строгий костюм с галстуком, седые волосы собраны в хвост. Он посвежел, побрился и будто помолодел. Не сказать, что Зевс был добр и весел, но всё же я сразу заметил смену его настроения: оно существенно улучшилось.

Учитель сначала долго разговаривал с Саваж, затем с Данте, ну а последним был уже я. Зевс закрыл за собой дверь в мой номер и внезапно сказал то, чего я обычно от него не слышал в свой адрес:

– Ты молодец, Стас.

– Не понял, – насторожился я.

Возможно, надо было заулыбаться и сказать «Спасибо, дорогой учитель!», но у меня опять включилась паранойя. Если меня похвалили, значит, что-то не то.

– Нигма передала твой разговор с Данте насчет подозрительного жестового общения среди пилотов Малышей.

– Уже?.. – Я нехило опешил.

– Это Нигма, Стас. Тут другие скорости и правила.

– И что вы намерены делать? – выдавил я.

– Информация передана сержанту Акино. Возможно, в его роте готовится провокация, чтобы сорвать договор с аборигенами. Пока наблюдаем. Причем за всем окружением Изольды Галло, не только среди пилотов, но и среди альф. Что же насчёт Прометея, то нужна неделя, чтобы бригада сервисных инженеров подлатала твоего титана. Вообще всех наших титанов. Пока мы останемся в Нигме. На днях будет заседание Комиссариата, и ты тоже будешь участвовать. Надеюсь, как и глава Захари.

– А сегодня? – спросил я, пока не разделяя его хорошего настроения.

Кажется, мой вопрос удивил Зевса.

– А сегодня у вас свободное время. Прогуляйтесь. Ты же хотел увидеть местные рынки.

– Ну да, хотел. – Меня ещё больше насторожили слова Зевса.

Не он ли недавно требовал от меня не расслабляться и не тратить слитки силы на рынках Нигмы, а теперь говорит «Прогуляйтесь»?

Да, мы всё-таки прогулялись.

Поначалу всё выглядело вполне безобидно. Мы покинули бункер через другой выход, ведущий прямо в Гражданскую Зону, в соседний квартал. Там как раз находилась ещё одна торговая площадь, только меньше размером чем Оружейная, зато более шумная.

Я бы назвал это место барахолкой.

Причем тут торговали не только людскими вещами, вроде одежды, украшений, утвари и даже мебели, но были здесь ещё и трофеи, отнятые у аборигенов. Тоже одежда, утварь, украшения, но совсем другие, чаще всего с возможностью взаимодействия с Эхо.

Ровными рядами стояли лавки, пестрели вывесками мелкие магазинчики.

– О! Смотрите! Там продают трофейные посохи! – Данте поспешил к одной из лавок. – Может, я там трость найду посимпатичнее, чем у меня!

Через пару минут весь его энтузиазм испарился, стоило обратиться к продавщице, маленькой сморщенной старушке в нарядном броском платье и кожаном фартуке.

– Товар не продаётся, – объявила она скрипучим голосом, исподлобья глядя на Данте, а потом на меня и Саваж.

– А вот это? – спросила Саваж, указывая на один из резных посохов, явно сделанный люминалами.

– И это не продается, – бросила продавщица.

– А что у вас вообще продается? – нахмурился я.

Старушенция уставилась на меня злобным взглядом и отчеканила:

– Для тебя здесь ничего не продаётся, мальчик. Предателей не обслуживаем.

Ну а потом я увидел, как продавцы соседних лавок один за другим выставили на прилавки таблички с надписью «ЗАКРЫТО». Следом за ними захлопнули свои двери и ближайшие магазинчики.

Том 3
Эпизод 10

«Предателей не обслуживаем».

Что ж, ясно. Мне прямо в лоб сказали, как ко мне относятся.

Отлично прогулялись.

Хотя чего я ожидал? Что меня тут все на руках носить будут?

Вот взять хотя бы эту скрипучую старушенцию-продавщицу, которая разве что мне только в лицо не плюнула. Возможно, у нее погиб кто-то из родных, погиб на войне с аборигенами. Да и у остальных продавцов – тоже. Теперь для них любое перемирие – это предательство.

Но с другой стороны, я же для них и стараюсь.

Для всех этих людей!

Поэтому, как бы я ни пытался их понять, на меня всё равно нахлынуло негодование, вполне резонное от несправедливого обвинения.

– Это вы кого сейчас предателем назвали? – со злостью процедил я, сверля продавщицу взглядом.

Она выставила на прилавок табличку с надписью «ЗАКРЫТО» и ответила:

– Мы закрыты, извините.

И всё. Больше ничего не сказала.

А вот я закусил удила, будто во мне что-то лопнуло.

– А что вы скажете, когда к вам нагрянут Черви Изури? «Извините, у нас закрыто»? Так вы им и скажете, да?

На морщинистом и усталом лице продавщицы не отразилось ни единой эмоции – ей было плевать на каких-то там Червей Изури. Она смахнула с фартука несуществующую пыль и пожала плечом, но всё же ответила:

– Неужели ты веришь в Червей Изури, мальчик? Это тебе аборигены сказок напели, а ты уши и развесил, да? А сам ты этих Червей-то видел? А может, Королева насекомых только и ждала перемирия, чтобы скопить силы, а потом уничтожить нас?

– Да если бы она захотела, то уже бы это сделала! – прорычал я, стукнув по прилавку ладонью и навалившись на него так, будто собирался протаранить.

Прилавок скрипнул под моим нажимом.

– Эй, дружище, не психуй, это вредно для здоровья, – пробормотал Данте и оттеснил меня от прилавка, ухватив за плечи. – Нам не нужны тёрки с местными продавцами. Я ещё трость себе не купил, а ты быкуешь. Как мне теперь скидку просить?

Да уж, порой Данте вставлял свои ироничные шутки вообще не вовремя.

Зато пока он это говорил, вместо меня с продавщицей заговорила Саваж, только сделала это спокойно и с достоинством:

– Этот человек жизнью рисковал, чтобы осада Нигмы была снята. Если бы аборигены захотели, то снесли бы вашу благополучную крепость к хренам. Вы этого ещё не поняли?

Я и Данте уставились на Саваж.

Она сказала «к хренам», да?..

Продавщица посмотрела Саваж в глаза и поморщилась брезгливо:

– А ты вообще бы помолчала, деточка. Он хотя бы человек. А ты-то кто?

Для Саваж это был удар под дых. Лицо девушки вытянулось, кулаки сжались, и теперь уже я поспешил оттеснить её от прилавка.

– Пошли отсюда, Вик. В следующий раз они наперебой будут предлагать нам свои товары. Обещаю. А сейчас пошли. Пошли отсюда.

И тут вдруг издалека кто-то крикнул:

– Эй! Ребятки! У меня открыто для всех!

Мы разом повернули головы, чтобы увидеть смельчака, рискнувшего пойти против коллег.

Им оказался дряхлый худосочный и лысый дедок с неприметным и маленьким переносным прилавком на колёсах, вроде крытой повозки, такой же дряхлой на вид.

Он расположился со своим товаром на краю площади, в самом непроходном месте у тупика и клумбы, заросшей сорняками. Скорее всего, его просто туда задвинули.

– Для нас всё самое лучшее, – мрачно вздохнул Данте. – Не удивлюсь, если он продаёт именно то, чего мне не надо. Вообще никому не надо.

Как бы Данте ни упражнялся в язвительности, мы сразу же направились к деду – чисто из принципа, а не из интереса – но чем ближе мы к нему подходили, тем больше того самого интереса он вызывал.

Дедок выглядел необычно для такого благополучного места, как Нигма: потная лысина со шрамом, седая и кучерявая неухоженная бородка, застиранная рубашка с заплатками, клетчатые штаны, добела вышерканные на коленях, костяная курительная трубка в зубах, массивные сапоги с подворотами.

– Он торгует чем-то запрещённым, да? – шёпотом предположил Данте.

– Меня больше удивляет, что остальные продавцы его будто побаиваются, – заметила Саваж.

А ведь и правда. Другие лавочники, выставившие таблички «ЗАКРЫТО», почему-то не возмутились, не высказали ни единого возражения или угроз этому странному дедку. Лишь посмотрели на него хмуро, исподлобья, будто привыкли к его выходкам и ничего не могли с этим поделать.

Мы подошли к маленькому прилавку и поздоровались, а сами принялись изучать товар.

Прямо скажем, весьма скудный.

Несколько курительных трубок, вырезанных из кости, пара грубых кожаных сапог, ещё пара перчаток с вышивкой, с десяток шляп разного вида, коробка с амулетами, браслетами, пуговицами…

– Чего хотели-то? – сощурился дед.

– Вряд ли у вас есть то, что нам нужно, – без энтузиазма сказал Данте.

– А почему вы не закрыли лавку, как остальные? – прямо спросил я: меня эта тема интересовала больше, чем его скучный товарный ассортимент.

Дед пожал плечами.

– Может, я добрый такой. А может, мне так захотелось. Тебе какой ответ больше нравится?

Саваж внимательнее всмотрелась в лицо дедка и нахмурилась.

– Мне кажется, где-то я вас уже видела. Подскажите, как вас зовут и маг какого вы направления.

– Меня зовут Бобби Хламной Барон, а остальное неважно, – ответил дед, продолжая щуриться. – Так чего купить хотите? Здесь не весь мой товар, но я могу достать, что угодно. Или вы чего продать мне хотите?

Я даже удивился такому предложению.

– Вы скупкой тоже занимаетесь?

– А по мне не видно? – вскинул он седые брови.

Ответа я не нашёл, зато сразу же вспомнил, что в моей Области Хранения имеется то, чем я не пользуюсь, но то, что можно продать. Например, костяной браслет и два амулета-оберега, которые я получил в виде Наград во время сражения в Горах Гохт. Все эти вещи занимали ячейки в моём лимбе, а их имелось не так уж и много, хоть и прибавилось с повышением ранга.

– Сколько дадите за амулет-оберег? – спросил я, не сводя с деда глаз.

Он деловито хмыкнул.

– Смотря какой амулет. Если хороший, то могу обменять на один слиток силы.

Я не знал расценок, поэтому пока решил, что лучше спросить у Мо, что тут и как, и только потом связываться со скупщиком.

– А вот за компас отдам двести слитков, – вдруг добавил дед, но уже понизив голос до полушёпота.

– За какой компас? – нахмурился я, сделав вид, что не понял, о чём речь.

Конечно, понял.

Только меня насторожило, что какой-то дедок с рынка вообще знает о том, что у меня есть некий компас.

– Компас горных енн, – прямо ответил дед. – Говорят, с помощью него ты провёл отряд через Тихий Перевал.

– Кто так говорит?

– У меня свои источники. Ну так что? Продашь?

– У вас нет столько слитков силы, – усомнился я. – Чтобы держать их в лимбе, вам нужен минимум пятый ранг. А если бы он у вас был, то вы бы тут не торчали со своей тележкой. Ну либо у вас есть доступ к складу с силовыми кристаллами, в чём я сильно сомневаюсь.

Дед промолчал, но растянул губы в улыбке.

Его белая бородка будто зашевелилась. Мне даже показалось, что Хламной Барон остался доволен моим отказом, будто это проверка, а не предложение.

В итоге мы ничего у него не купили, да и смотреть больше ничего не стали. Саваж успела лишь покрутить одну из шляп в руках и зачем-то нахлобучила её на голову, после чего быстро положила на место.

– Никак не могу вспомнить, где я видела лицо этого старика, – прошептала она по пути с рынка в сторону другой торговой площади, третьей по счёту. – Но я обязательно вспомню, – добавила она, хмурясь.

– Откуда он узнал про компас? – забеспокоился Данте.

– Спрошу про этого старика у Зевса, – пробормотал я и только после этого подумал, что Нигма, возможно, только что передала мои слова учителю и вместо меня уточнила этот момент.

Мне неистово захотелось выдернуть из уха наушник, хотя бы на пару минут. Даже в Симоне у меня не возникало настолько сильного чувства тотальной слежки, как здесь.

С другой стороны, если избавиться от этого нельзя, то можно использовать на всю катушку.

Я остановился.

– Нигма, – обратился я к гиперпомощнику, – кто такой Бобби Хламной Барон? Дай информацию сразу нам троим.

– Бобби Хламной Барон – это прозвище Роберта Харрисона, мага-зеро МР-шесть, – без заминки ответила Нигма. – Роберт Харрисон был одним из первых переселенцев в Эльдору и принимал участие в строительстве крепостей Симона и Нигма. Также участвовал в тестовом пилотировании первых экспериментальных мини-гибридов типа «Малыш» и при создании первого крупного гибрида, био-титана Прометея. Долгое время живёт в Нигме. Пять лет назад вышел в отставку из-за проблем с памятью. Ведёт отшельнический образ жизни. Не женат. Детей нет. Возраст – восемьдесят один год.

Я замер в шоке, услышав всё это.

Ну кто бы знал, что этот лысый старикан в заношенной одежде состоял в группе по созданию Прометея! Да ещё и маг-зеро МР-шесть, а это высоченное мастерство! Охренеть можно!

– А дедок-то непростой, – ошарашенно выдавил Данте.

– Точно! Я вспомнила, где его видела! – просияла Саваж. – Его портрет есть в учебном пособии для продвинутых пилотов! Он же настоящая легенда!

Не сговариваясь, мы развернулись и понеслись обратно на барахолку, к Хламному Барону, но ни его тележки, ни его самого уже не обнаружили. Он будто испарился.

Другие продавцы так и не сказали нам, куда он ушёл и где живёт. Да и никто не хотел с нами разговаривать.

– Бобби сам по себе, не ищите его, – снизошла до ответа та самая скрипучая старушенция, обозвавшая меня предателем.

У соседнего прилавка мы заметили ещё и Изольду Галло. Она задумчиво гуляла по барахолке, порой останавливалась, разглядывала товары. Изольда как будто нас не заметила (конечно, заметила). Перед ней, кстати, таблички «ЗАКРЫТО» тут же убирались.

– Пошли отсюда, – бросила Саваж. – Хламной Барон вызывает во мне больше симпатии. Найдем его адрес.

Тут я был с ней согласен, но Нигма на вопрос о месте жительства Бобби ответила, что не имеет права разглашать личные данные жителей крепости, и что Роберт Харрисон оформил отдельное требование о неприкосновенности, а значит, без спецразрешения или его собственного желания мы не имеем права его беспокоить.

Ну а потом в моём наушнике прозвучал голос учителя Зевса, спокойный, но требовательный:

– Стас, не беспокой Хламного Боба. Он ничем нам не поможет, потому что мало что помнит. Дай человеку спокойно дожить свою старость.

Я вздохнул.

Меня уже перестало смущать то, что информацию о каждом моём чихе Нигма сразу же передаёт куда надо, зато я ощутил неприятное чувство разочарования: передо мной только что был человек, который принимал участие в разработке Прометея. Вдруг он что-то знает – то, что может усилить моего титана?

Возможно, знает… знал.

И забыл из-за болезни.

Пришлось отправляться «прогуливаться» дальше, но мысли о Хламном Бароне всё равно не выходили у меня из головы, даже когда мы втроём пришли на третью торговую площадь.

«Радость Желудка» – так назвал это место Данте.

Он аж засиял, увидев, сколько тут всего вкусного: фрукты невероятных сортов и видов, овощи, уличная еда прямо из чанов и печей, сладости, выпечка, напитки всех цветов радуги и на любой вкус. Была даже рыба, а также мясо, от сырого до вяленого, котлеты, сосиски, ветчина…

У меня даже желудок свело от такого разнообразия.

Это был продовольственный рынок, и тут, кстати, перед нами никто не закрывал двери и не выставлял таблички. Из этого я сделал вывод, что лавочники с разных площадей принадлежат и к разным социальным слоям. А если проще, то к разным кланам или даже негласным гильдиям.

Скорее всего, оружейники с первой площади считаются элитой; барахольщики со второй площади – чем-то вроде стервятников и спецов по добыче аборигенских вещичек, мелких ремесленников и скупщиков; а продавцы еды с третьей площади принадлежат многочисленной группе фермеров, пекарей, кондитеров, огородников и других производителей еды.

А ещё я сделал другой вывод – наверное, самый главный: не все горожане меня ненавидят, далеко не все.

Просто здесь есть негласное клановое расслоение. Люди собираются в группы и союзы – это нормальное человеческое поведение во враждебном мире. И они поддерживают то мнение, которое принято в их группе.

Возможно, Генетрон всё это прекрасно видит, но пока ничего не предпринимает, а может, имеет в каждом клане своих агентов влияния – так и регулирует жизнь в крепости.

Разделяй и властвуй, как говорится.

На самом деле всё это мне было чуждо. Ещё со времён Внешней Службы меня научили следовать приказам, да и здесь я, по большому счёту, был просто солдатом. Мне повезло получить такого уникального титана, как Прометей, но в остальном я остался винтиком Генетрона, как и все остальные.

Это не плохо и не хорошо. Это просто факт.

Мы обшарили весь продовольственный рынок, со слюнями во рту глазея на всю эту красоту, но так ничего и не купили. Данте приглянулась корзина с вяленым мясом и ветчиной от фермера по фамилии Циу, но когда он узнал, что за это придётся отдать три слитка силы, то сразу перехотел есть и пробовать новые вкусы.

У него в запасе имелось двадцать пять слитков силы, у меня двадцать два, а у Саваж – сорок. С таким богатством особо не разгуляешься.

– Нищеброды, – констатировал Данте, привыкший на Земле жить на широкую ногу. – Значит, будем есть тушёные орехи бобо. Они хотя бы бесплатные.

В итоге мы побывали в основной части Гражданской Зоны, увидели не только рынки, но и квартал, где предлагались услуги: от парикмахерских до чистки костюмов, прачечных, массажных салонов, лечения зубов и прочих лечебниц. Дальше размещался большой зоопитомник, но мы туда не пошли – слишком оттуда попахивало.