Текст книги "Доктор-попаданка. Без права лечить (СИ)"

Автор книги: Юэл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 22 страниц)

Глава 74

Я добежала до здания бывшей газеты почти на пределе. После утреннего обхода мне казалось, что я уже не чувствую ног. Особенно после пациента с тяжёлым бронхитом, который умудрился довести себя до состояния, в котором между каждым вдохом слышался хрип. Я долго и упорно подбирала ему отвары и пыталась объяснить, что горячее вино – это не лечение, а ускоренный путь к могиле.

Освободившись от него, я всё же бросилась в наше новое тайное убежище.

Потемневшие стены, проваленная крыша, выбитые окна. Снаружи это здание больше напоминало декорации к чужой забытой истории или убежище тех, кому уже нечего терять. Внутри же всегда было относительно тепло, шумно и даже по-своему живо. Здесь собирались люди Леонарда.

Я замерла у входа, переводя дыхание, и только потом вошла.

– Мы уничтожили восемьсот шестьдесят три голоса, – сразу донёсся ровный голос из зала.

– А я смог ликвидировать две тысячи двести шестьдесят один, – тут же отозвался другой.

– Восемь тысяч двести двадцать четыре, – выкрикнул Эсол Хил, откинувшись в кресле.

Я перевела на него взгляд и сложила руки на груди.

– Ты лично?

Он даже не смутился.

– Нет же, дорогая. Мой цирк уродцев.

Я прищурилась. До сих пор не могла привыкнуть к тому, что он так называл своих людей. Но после того, как он спас нас с Леонардом, я старалась относиться к нему спокойно, хотя доверия это не добавляло.

Леонард, впрочем, называл его просто непредсказуемым фактором. Для меня это звучало как «угроза, с которой пока приходится работать».

Я всё ещё не была уверена, на чьей он стороне. Три дня назад, когда мы обсуждали план перехвата поддельных голосов гильдии, я прямо спросила Леонарда, как он вообще может доверять ему.

Он задумался лишь на мгновение, а потом спокойно ответил:

– Понятия не имею. Он полезен. И, как он сам говорит, не любит, когда полезные ему люди умирают.

После короткой паузы он добавил:

– Сейчас ему полезен я. Значит, какое-то время он с нами.

Я тогда кивнула, но доверия это не добавило.

Я перевела взгляд на зал, где продолжали звучать сухие отчёты, и задержалась на Леонарде.

После той ночи, когда я перевязала Лирсена, он поставил меня на ноги и велел Уху:

– Уведи её отсюда.

Я пыталась возражать, но он оборвал коротко:

– Если не уйдёшь ты, уйдём мы с тобой вдвоём. А потом я вернусь сюда и закончу свои дела. Не потрачу время, буду очень уставший».

– Да поняла я, поняла, – пробубнила в ответ

Я затем развернулась, самостоятельно спустилась по лестнице, села в карету и подождала, пока Ух доставит меня домой.

А ночью проснулась от того, что мне не хватало воздуха. На мне, совершенно бесцеремонно, устроился спящий Леонард Грейвис.

Сначала я хотела его разбудить и высказать всё, что думаю о подобном вторжении в личное пространство. Потом просто выдохнула, обняла его и снова уснула.

Когда же мы проснулись уже утром, я возмутилась, сделала вид, что смутилась, и начала собирать вещи. Новый день, новое утро – значит, у меня будет много пациентов.

Леонард, который в этот раз не обременял себя рубашкой, подошёл, обнял меня за талию и поцеловал шею.

Я развернулась, чтобы его оттолкнуть, и заметила рану, которую он явно пытался обработать самостоятельно.

– Что это? – я ткнула пальцем в бок.

– Да так, мелочи, – спокойно ответил он.

– Да неужели? – я надавила сильнее.

Он резко выдохнул:

– Ну, чуть больше, чем мелочи. Но все равно царапина.

Я разозлилась и уже собиралась заняться его раной, когда он двумя пальцами взял меня за подбородок, заставил поднять голову и, склонившись, поцеловал.

Возмущаться, сопротивляться или ругаться больше не было возможности.

Я не была девицей в своём мире. Я не была девицей в этом мире. Так чего смущаться?

В эту и все последующие ночи Леонард Грейвис проводил вместе со мной в моей постели. И, несмотря на то что девицей я не была никогда, таких мужчин, как он, в моей жизни не было.

Я тряхнула головой, возвращаясь к реальности.

У нас был план. До конца недели должны были пройти выборы. После случившегося с Эстер все прекрасно понимали, что гильдия проиграет. Но у них оставался запасной план, о котором узнал Лев Восточного квартала.

Даже знать не хочу, каким образом.

И этот план включал оружие.

Когда Леонард принёс его показать, я внимательно изучила револьвер и поняла, что это что-то из моего мира, но очень старой версии. Он заряжался порохом, и после каждого выстрела его нужно было перезаряжать заново.

Ручная перезарядка, медленный, но все еще смертельный механизм против мечей и кинжалов.

– И много у них таких? – спросила я тогда.

– Очень, – ответил Леонард. – Но один мой знакомый уже выкрал большую часть.

Эта мысль не принесла облегчения.

– Значит, остаётся уничтожить остатки?

– Именно. Пока они не стали проблемой.

– Без крови?

Он посмотрел на меня так, словно не хотел расстраивать проводы, но врать не стал.

– Если повезёт.

Я тогда лишь кивнула.

– И как мы планируем обезвредить врага? – задала я, как мне казалось, самый важный вопрос.

– А вот в этом мне потребуется твоя помощь, моя драгоценная ведьма, – ответил он.

И вот сегодня мы должны были обсудить этот план.

Глава 75

– Вам нужно будет пройти вот с этой стороны, затем пробраться в это помещение, – спокойно объяснял он, водя пальцем по схеме. – Слева узкий проход, он ведёт в восточное крыло. Дальше открытый переход, затем направо и вниз по лестнице на два пролёта. Под решётчатой дверью – нужное нам помещение. И, в идеале, – он чуть усмехнулся, – вам бы всё это взорвать.

Я слушала план, стараясь удерживать внимание на карте, которую развернул Эсол, но взгляд всё равно цеплялся за детали.

По информации, которую удалось собрать, в этом здании должен был пройти День Совета – первое собрание гильдий. Формально это звучало почти торжественно, но на деле означало привычный хаос из прислуги, суеты и тщательно отрепетированной показной роскоши. Сюда стекались люди, которые должны были обслуживать, накрывать, убирать и делать вид, что всё происходящее – часть нормального порядка вещей.

А дальше начиналась та часть, о которой не принято говорить вслух.

– Нет, – коротко сказал Леонард, не отрывая взгляда от схемы, когда Эсол предложил самый радикальный вариант.

– Ну нет так нет, – легко согласился тот, будто и не рассчитывал на другой ответ.

Я на секунду прикрыла глаза. Я уже перестала удивляться его внешнему виду, но привыкнуть к нему было невозможно. Яркая рубашка, кислотные цвета, странные штаны, заправленные в высокие сапоги, и неизменные головные уборы с перьями, которые каждый раз выглядели так, будто он специально собирает их из самых неподходящих источников.

В этот момент он дёрнул головой, и я машинально отшатнулась – перья задели лицо.

– Убери это безобразие, – пробормотала я, стягивая с него шляпу.

– Почему сразу безобразие? – он наклонился, поднимая её с пола. – Столько уток вложено в искусство…

Я только устало выдохнула и вернулась к делу.

– Хорошо. Мы с Виолой пройдём внутрь, но…

– А кто такая Виола? – перебил он, и я заметила, как Леонард на секунду перевёл на него взгляд.

– Так ты о ней не знаешь? – Грейвис даже оживился. – Вот это интересно.

– Познакомьте меня с девочкой. Я её проинструктирую. Там сложный замок…

– Она сама кого угодно проинструктирует, – резко ответила я. – С замком справимся.

Я решила промолчать о том, что Виола с этим справится лучше всех остальных. Пусть будет сюрприз.

– Ладно, девочки, раз уж хотите хранить свои секретики – храните, – лениво сказал Эсол. – Но будьте осторожны. Я буду ждать вас возле восточного крыла через сорок минут после начала операции. За это время вам нужно засветиться на кухне, по необходимости уйти в подвальное помещение, пройти к месту хранения оружия и сделать так, чтобы оно стало непригодным.

– Масло или вода? – спросила я, понимая, что Леонард не позволит устроить взрыв или поджог.

– Лучше вода. Над помещением проходят трубы, которые выходят к основному контуру. Ваша задача – повредить их. Помещение наполнится водой во время ночного празднества, и они останутся без оружия. Точнее, почти без оружия: часть они уже перевезли в другое место. К сожалению, туда попасть будет сложнее.

– Банк? – спросил Леонард.

– Банк, – подтвердил Эсол.

– Эти преступники… – пробормотала я.

Леонард притянул меня к себе и поцеловал в висок.

– Не рискуй понапрасну. Не подвергай опасности ни себя, ни Виолу. Меня куда больше интересует, чтобы вы выбрались живыми, чем…

– Да, да, я знаю, – перебила я и, приподнявшись, поцеловала его в щёку. – Всё будет хорошо.

Эсол театрально приложил руку к груди.

– О, влюблённые… прекрасная картина.

Я без раздумий схватила кружку со стола и бросила в него. Он легко поймал её в воздухе и поставил обратно, даже не обидевшись.

– Если серьёзно, – добавил он уже спокойнее, – действуйте быстро и без лишнего шума. Карета будет ждать вас снаружи. Неприметная. Доставит куда нужно.

– У тебя есть неприметная карета? – я посмотрела на него с сомнением.

– Конечно, дорогая, – он улыбнулся. – Когда нужно, я легко сливаюсь с толпой. В остальное время я блистаю.

Он встал, развёл руки, крутанулся на месте и, не дожидаясь ответа, вышел.

Я посмотрела на Леонарда. Он – на меня.

– Всё будет хорошо, – сказала я.

– Если через сорок минут ты не выйдешь, я ворвусь туда и буду драться со всеми, пока не найду тебя.

– Тогда я выйду через тридцать восемь, – ответила я.

Он склонился и поцеловал меня.

И я растворилась в этом поцелуе, на секунду забыв, что иду на смертельно опасную операцию.

Глава 76

– Шляпа с перьями? – Да, – ответила я. – А ещё ярко-жёлтая рубашка и золотого цвета брюки, заправленные в высокие сапоги.

Вот уже почти двадцать минут я в красках расписывала Виоле, как выглядит Эсол, как он себя ведёт и почему он мне совсем-совсем не нравится.

– А у тебя может быть предвзятое отношение? – спросила Виола, снимая канделябр, чтобы наш спуск по лестнице не привёл к ранениям, ушибам и уж точно не закончился свернутыми шеями.

Лестница началась неожиданно резко, без привычной площадки или перехода. Узкий пролёт уходил вниз между двумя массивными стенами. Ступени были разной высоты – часть осела, часть, наоборот, приподнялась, и от этого каждый шаг требовал осторожности. Я остановилась на верхней ступени и на секунду снова сверилась с картой в голове, пытаясь понять, не пропустили ли мы нужный поворот раньше.

Мы двигались медленно, стараясь не переломать себе ноги. Виола шла первой, касаясь стен пальцами. Каждый новый поворот приходилось проверять по памяти и сверять с картой, которую мы изучали до этого.

Коридоры здания оказались совсем не такими прямыми, как это выглядело на схеме. Узкие, сдавленные стенами проходы уходили то вправо, то резко влево. Казалось, что само здание когда-то пытались перепланировать, но бросили на середине. Камень был холодным и влажным, а под ногами время от времени скрипели старые деревянные вставки, скрытые под слоем пыли и грязи.

Я задумалась на секунду над её вопросом, но всё же твёрдо и уверенно приняла решение.

– Нет, он очень странный. Постоянно ведёт себя так, будто он на грани сумасшествия. И самое ужасное, что я не могу ему доверять. Всё его поведение будто кричит о том, что от такого человека нужно держаться как можно дальше.

– А что думает Лев? – с недавних пор она практически после каждого моего рассказа задавала один и тот же вопрос.

– Он считает, что пока Эсол нам полезен, мы должны вести с ним дела.

– Я тоже так думаю, – спокойно согласилась Виола.

– Так что с тобой не так? – не сдержала я гневного шёпота.

Девушка свернула за угол и обернулась ко мне.

По схеме здесь должен был быть короткий прямой спуск на два пролёта, после которого открывался переход к восточному крылу. Но реальность снова расходилась с чертежом: одна из площадок выглядела частично замурованной, а боковой проход уходил в темноту, которой на плане не было вовсе. Я провела взглядом по стенам, отмечая ориентиры, и только после этого жестом показала Виоле направление, стараясь совместить бумажную карту с тем, что мы видели перед собой.

– Сюда, – указала я.

– Пытаюсь подружиться с твоим будущим мужем, – спокойно ответила она.

Я чуть не поперхнулась собственной слюной.

– Я не собираюсь замуж за Леонарда Грейвиса.

– Ну да. А он об этом знает?

А вот об этом вопросе лучше было не думать.

Мы как раз дошли до нужной двери. Виола передала мне канделябр, я подняла его выше, а она склонилась над замком, пытаясь его вскрыть. В том, что у неё получится, я не сомневалась: я уже видела, как она справляется с замками при помощи булавки и шпильки. Теперь же у неё были настоящие инструменты, переданные, кстати, королём дорог.

Я снова почувствовала раздражение. Почему-то этот мужчина не вызывал у меня доверия, и я сама не могла понять почему.

Не прошло и двух минут, как раздался щелчок, и дверь со скрипом открылась.

За ней нас ждало огромное количество оружия. Я не была уверена, что когда-либо в жизни видела столько, но точно знала: этого достаточно, чтобы захватить целое государство.

Я попыталась разглядеть трубу, о которой говорил Хилл, но ничего не заметила.

– Ты видишь трубы? – спросила я.

– Нет, – ответила Виола. – И ещё я слышу, как к нам кто-то идёт.

– Что?

– Прячься!

Она резко взяла меня за руку и втянула в соседнее помещение, напротив склада, который нам был нужен. Дверь за нами захлопнулась, и Виола безуспешно попыталась её запереть.

Поняв, что это не получится, она потушила канделябр водой, которой на полу оказалось достаточно, и мы обе пригнулись.

Спустя несколько секунд мы услышали голоса.

Глава 77

Мы затаились в узком боковом помещении рядом со складом и почти не дышали. Каменные стены были сырыми и холодными, от них тянуло затхлой влагой, будто само здание давно перестало сопротивляться времени. Снаружи, наверху, всё это место жило другой жизнью – шумной, яркой, переполненной людьми и роскошью, к которой это подземелье не имело никакого отношения.

Мы погасили свет, и темнота стала плотной, почти осязаемой. В ней было проще оставаться незаметными, но тяжелее выдерживать ожидание. Я слышала каждое движение наверху и каждый шаг тех, кто спустился вниз.

– В прошлом году здесь было интереснее, – лениво произнёс один из мужчин, остановившись совсем рядом, за тонкой перегородкой. – И пир был богаче, и девицы посимпатичнее.

– После смерти настоятельницы всё пошло под откос, – ответил второй, голос у него был глухой, почти равнодушный.

У меня внутри что-то сжалось. Виола, стоявшая рядом, едва заметно дёрнулась, но удержалась. Я почувствовала, как она напряглась, как будто готова сделать шаг вперёд, и только усилием воли осталась на месте.

– Она слишком много шума оставила после себя, – продолжил первый. – Гильдии ещё долго разгребать.

– Прикидывалась святой, а на деле была той ещё дрянью, – сплюнул второй.

Я медленно перевела взгляд на Виолу. В темноте я всё равно увидела, как она сдвинулась на полшага к выходу. Я резко перехватила её за локоть, не позволяя выйти, и в этот момент под её ногой тихо хрустнул камень.

– Что там? – мгновенно насторожился один из мужчин.

– Крысы, наверное, – отмахнулся второй, но в его голосе уже не было прежней расслабленности.

Со скрипом рядом приоткрылась дверь, и напряжение в воздухе стало почти невыносимым. Мы замерли, не двигаясь, стараясь раствориться в темноте.

– Ничего, сейчас пройдёт голосование и всё… потихоньку станет на круги своя, – пробормотал один из них где-то за стеной.

– А если не станет? – тихо отозвался второй.

Где-то рядом раздался металлический лязг, будто он проверял или перекатывал оружие в руках.

– Пи-пи, – коротко усмехнулся он, словно это должно было разрядить ситуацию. – Будет много трупов, если всё пойдёт не так.

– Убийства не входят в основной план гильдии, – напомнил второй.

– Главное – результат, – отрезал первый. – Способ уже не имеет значения.

Я стиснула зубы так сильно, что почувствовала боль в челюсти. Но мы оставались неподвижными.

Нам нужно было выбраться отсюда и одновременно повредить трубу, иначе вся операция теряла смысл. Пока они стояли за стеной, мы были заперты вместе с ними.

В этот момент сверху послышался новый шум – глухой, металлический, словно кто-то задел трубы или опоры перекрытий. Сначала раздались крики, потом звон и глухие удары, будто где-то выше началась драка. Разговоры внизу оборвались мгновенно. Мужчины насторожились, и их шаги приблизились к нашей стороне.

– Наших бьют! – резко выкрикнул один.

– Плевать, кто там свои, – ответил второй. – Но я не пропущу драку.

И почти сразу мы услышали, как оба мужчины рванулись вверх по лестнице.

Шаги быстро удалялись, пока окончательно не растворились в шуме наверху.

Мы выждали ещё несколько секунд, пока тишина не стала полной. Я почувствовала, как Виола выдохнула рядом, и едва заметно кивнула мне.

– Пора, – сказала она.

Мы выбежали, возвращаясь к нужному помещению. Я взяла с собой канделябр.

Тяжелее всего было найти трубу. Пришлось перебрать кучу коробок, прежде чем показалась металлическая труба. Я несколько раз ударила по ней.

Сначала появилась тонкая струя воды, затем поток усилился, быстро разливаясь по полу. Камень стал скользким, холодным, отражающим дрожащий свет.

– Уходим, – коротко сказала я.

– Уходим, – так же тихо ответила Виола.

Мы сорвались с места.

Лестницы снова уводили нас то вверх, то вниз, ломая ориентацию и сбивая дыхание. Я уже почти не чувствовала ног, но остановиться было нельзя. В голове стучало только одно – успеть. В противном случае Леонард придет за мной. А быть может, я уже опоздала и это он сейчас бьет морду представителям гильдии наверху.

На последнем повороте я вылетела из-за угла, открыла дверь и врезалась в чью-то грудь. Меня мгновенно заключили в объятия.

– Тридцать девять минут, – спокойно произнёс Леонард.

Я подняла взгляд. И прежде чем я успела ответить, он наклонился и поцеловал меня. Словно ставя точку в конце того, что мы только что пережили.

Глава 78

– И снова кого-то целуют. И снова не меня, – послышался голос, и я нехотя отлипла от Леонарда.

– А между прочим, я жертвовал собой, – с привычной театральностью произнёс Эсол, появляясь так, словно специально вышел на сцену. – Влетел как герой в этот пир и устроил им настоящее шоу.

– Танец в перьях? – удивлённо изогнула я бровь.

– Ха-ха, – усмехнулся он. – А могла бы и поблагодарить. Или хотя бы поцеловать.

Он резко дёрнулся в сторону Виолы, пытаясь притянуть её к себе, но она среагировала мгновенно и ударила его.

Мужчина отлетел назад, прижав руку к носу. Несколько секунд он молча смотрел на неё, затем поднял взгляд.

– Вы только что разбили мне…

– Нос? – спокойно перебила Виола.

– Нет… Сердце, – произнёс он с искренним удивлением.

Он убрал руку от лица, и я увидела кровь на губе – нос, кажется, она не сломала, но удар пришёлся достаточно точно, чтобы рассечь кожу.

– Лев, черти тебя дери, – протянул он, переводя взгляд между нами. – Тебя окружают исключительно опасные личности. Один я чистый, как младенец.

Он развернулся ко мне и неожиданно посерьёзнел:

– Вы справились?

– Да, – спокойно ответила я.

Я выдохнула, не скрывая внутреннего удовлетворения. Мне не нужно было оправдываться, что ничего не получилось. Несмотря на произошедшее, мы с Виолой сделали задуманное.

– Отлично, – сказал он. – Тогда у нас примерно сутки. Через час всё будет затоплено. К утру они начнут проверку оружия. А к вечеру, когда будут подводить итоги голосования, начнутся настоящие проблемы.

Я перевела взгляд на Леонарда.

– Все готовы? – спросила я.

– Все ждали только вас, – ответил он.

– Отлично. Дел выше крыши. Пойдёмте.

Виола уже развернулась и направилась к карете, когда Эсол перехватил её за локоть. Она мгновенно развернулась и занесла кулак, но он успел перехватить удар ладонью.

– Э, нет, красавица, – спокойно произнёс он. – Такое лучше не повторять, себе дороже.

– Я тебя не боюсь, клоун, – гордо ответила Виола.

На долю секунды между ними повисло напряжение, будто воздух стал плотнее и любое движение могло его разрушить.

Я заметила, как в глазах Эсола на мгновение мелькнула злость, но он быстро вернул себе привычную лёгкость и усмешку.

– Зачем меня бояться? Я же прекрасный, яркий актёр, который дарит радость и блаженство тем, кто этого просит.

– Я у тебя ничего не прошу, – отрезала она.

– Это хорошо, – усмехнулся он. – Но за тобой должок.

Я перевела взгляд на Леонарда. Он усмехнулся и подмигнул. В этот раз его забавляла ситуация.

– С чего бы это? – не согласилась Виола, переводя взгляд на меня.

Я лишь неопределённо пожала плечами – я тоже не понимала, о каком долге идёт речь.

Эсол посмотрел на неё, затем на меня, потом на Леонарда.

– Я, значит, рискую жизнью, спасая симпатичные задницы твоих дам, а они даже спасибо сказать не могут.

И тут Виола резко дёрнулась, сделала шаг назад и с шутливой учтивостью поклонилась, не опуская головы.

– Мы безгранично благодарны, ваше величество, – произнесла она с подчёркнутой вежливостью. – За то, что вы соизволили участвовать в столь важном деле, как спасение нашей страны. И при этом практически не пострадали.

Он выразительно указал пальцем на свою губу.

– Практически не пострадали, – уточнила она.

Затем развернулась и ушла.

– Ни капли благодарности, – бросил ей вслед Эсол и тоже ушёл, но в другую сторону.

Я посмотрела на Леонарда и выразила свою мысль:

– Им лучше держаться подальше друг от друга, иначе кто-нибудь умрёт.

– Боюсь, это уже почти произошло, – спокойно ответил он. – И, учитывая характер Виолы, я бы не стал ставить на Эсола.

Он чуть усмехнулся:

– Ну, по крайней мере ей будет на ком выплеснуть злость, которую она сдерживает.

Я выдохнула и посмотрела на него. Виола действительно последнее время очень раздражительна. Говорить об Эстер она всё ещё отказывалась.

– Пойдём отдохнём немного, – предложила я, принимая решение, что день был долгим и тяжёлым.

– Ни секунды покоя, – сказал он, но всё же притянул меня к себе.

И мы направились к карете, где уже ждала Виола.