Текст книги "Фальшивая истинная ледяного дракона (СИ)"

Автор книги: Юэл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 24. Нет подушек

Эвелина Мэрроу.

Я стояла посреди комнаты и не сразу понимала, что делать дальше. От усталости хотелось лечь прямо на пол – не в постель, не под одеяло, а просто туда, где стою, и больше никогда не вставать.

Но одновременно внутри жило другое чувство. Удовлетворение. Глупое, дикое, почти детское.

Я выжила. Я прошла через серпентарий. Чаепитие закончилось. Змеи разошлись по своим норам.

Леди с кружевами вместо клыков перестали улыбаться мне так, будто выбирают, с какого места удобнее начать разрывать.

Я медленно выдохнула, оглядывая спальню. Тяжёлые шторы. Мягкий свет ламп. Тишина.

Здесь никто не смотрел на меня, не взвешивал, не искал слабину в каждом слове.

На сегодня – всё.

Меня пытались сломать. Проверяли. Давили. Подсовывали вопросы, как ножи под рёбра. Но я устояла. Я победила.

И если бы не Ассена…

Та самая девушка с волосами цвета спелой вишни, которая вдруг сказала вслух то, что остальные предпочитали прятать за улыбками.

Я подошла к окну и прижалась лбом к холодному стеклу. Снаружи темнело. Снег лежал ровным полотном, дорожки светились в сумерках, фонари казались маленькими огоньками в огромной зимней пасти дворца.

Красиво и страшно.

Я устала. До дрожи в пальцах. Но где-то глубоко внутри жило странное ощущение…

Память Эвелины начала просыпаться. Не сразу, не полностью. Фрагментами. Как будто кто-то открывал старые ящики в голове и вытаскивал оттуда правила, жесты, улыбки.

«Не слишком широко».

«Не слишком холодно».

«Не отвечай сразу».

«Разве не так – всегда ловушка».

Я не знала, что страшнее.

То, что я учусь… Или то, что всё это всегда было во мне. Может, стресс просто вытаскивает наружу то, что уже записано в этом теле.

Как отложенная память.

Я тряхнула головой. Хватит. На сегодня – хватит. Мне нужно только одно. Сон.

Я хотела упасть лицом в подушки. В три подушки. Это было моё единственное условие выживания. Моя маленькая крепость, когда мир вокруг рушится.

Я повернулась к двери и позвала служанку:

– Принесите, пожалуйста… три подушки.

Девушка кивнула и исчезла. Я снова осталась одна. И только тогда почувствовала, как платье давит на грудь, корсет стягивает рёбра, а завязки на спине – как узлы, которые я сама никогда не развяжу.

Мне нужна помощь, чтобы раздеться. Надо было сначала подумать об этом. Всё здесь устроено так, чтобы ты всегда зависела. Всегда нуждалась в чужих руках.

Когда дверь открылась без стука, я вздрогнула.

Лорд Нордхольд.

– Ты уже здесь? – вырвалось у него.

Я моргнула.

А где, по его мнению, мне надо быть? На ковре у ног этих леди?

– Да, – ответила я коротко.

– Как всё прошло?

Меня чуть не сожрали. Чай был отвратительный. И одна улыбка была острее кинжала.

Но вслух я сказала:

– Я справилась. Если вы об этом.

Он коротко кивнул. Будто отметил галочку.

“Жива. Пока полезна”.

И в этот момент раздался стук. Кайрен даже не обернулся:

– Войдите.

Дверь отворилась. Вошла та самая служанка. Но…

Её руки были пусты. Ни одной подушки.

Она посмотрела на генерала так, будто сейчас признается в государственной измене. Потом перевела взгляд на меня. И почти прошептала:

– Простите, леди… но свободных подушек не осталось.

На секунду я не поняла. А потом воздух будто исчез.

– Что значит… не осталось? – голос сорвался.

Служанка опустила глаза.

– Все заняты в гостевых покоях. Дворец полон. Нам приказали…

Я не слушала. У меня внутри поднималась истерика.

Нет. Ни одной. Подушки.

Глава 25. Неожиданное решение и неудобные вопросы

Эвелина Мэрроу.

Ну вот почему я чувствую себя так, будто меня снова лишили последней опоры? Это всего лишь подушки.

Я медленно выдохнула. И услышала, как за моей спиной Кайрен произнёс ровно:

– Выйди.

Служанка исчезла мгновенно. Дверь закрылась. Я стояла посреди комнаты, сжав пальцы и судорожно соображая, что можно сделать, чтобы избежать конфуза во время сна. Не могу же я себя контролировать. Можно, конечно, не спать, но…

– Это… проблема, – закончила мысль вслух.

Кайрен посмотрел на меня так, будто оценивал поле боя. Потом спокойно сказал:

– Я понял.

И сделал шаг к кровати. Взял свою подушку и перебросил на мою сторону.

Я вспомнила наш прошлый совместный сон, когда подушек было две. По спине пробежали мурашки от вспыхнувшей в памяти фразы: «Главное – больше не используйте меня в качестве опоры для шеи». И ледяной взгляд.

– Я… я буду спать на полу, – выпалила я, самое безопасное, как мне казалось, решение.

А затем подняла подбородок, пытаясь выглядеть так, будто это решение принято спокойно и достойно, а не в панике. Всё, как учил Говард.

Вот только лорд Нордхольд не впечатлился. Посмотрел на меня, как на неразумного ребёнка.

– Я пережил два смертельных ранения, – произнёс он ровно.

Я моргнула. Что?

– Думаю, переживу и несколько ночей вашего беспокойного сна.

Я открыла рот. Закрыла. Потом снова открыла.

– Это… это не самое…

Он чуть наклонил голову, не позволяя закончить фразу.

– На этом обсуждение будет считаться завершённым.

Я вдохнула, собираясь сказать что-то ещё – колкое, язвительное, но вспомнила, кто передо мной, и промолчала.

Приняв поражение, сделала два шага в сторону гардеробной, где уже развесили все привезённые вещи, и вспомнила: платье, корсет, завязки. Я всё ещё затянута в эту конструкцию, как подарок, который забыли распаковать.

А мне нужно… нужно раздеться. Иначе я просто не усну.

Я осторожно обошла лорда Нордхольда боком, словно он был не человеком, а огненным (в его случае – ледяным) препятствием.

Приоткрыла дверь.

– Служанка? – позвала я, не удосужившись запомнить имя.

Так и вижу взгляд Говарда, узнай он об этом. Непроницаемый и непробиваемый управляющий, хоть и хранил вежливо-ледяную мину, взглядом мог посоревноваться с Кайреном.

Ответом мне была тишина. Коридор был пуст, как будто дворец вымер.

НИ-КО-ГО.

Я вернулась в комнату, чувствуя, как внутри поднимается тревога. Так бывает, когда интуиция предупреждает о неминуемой проблеме, но мозг ещё не понимает, какой.

Пройдя вглубь комнаты, совершенно глупо спросила:

– Вы… не знаете, как здесь позвать прислугу?

– После одиннадцати вечера слуги отдыхают, – сказал он спокойно. – Есть только дежурные при покоях короля и стража.

Я застыла. А вот и осознание. Каждая клеточка тела кричала, что проблема неизбежна.

Медленно подняла взгляд на генерала.

– То есть…

То есть я сейчас одна. В платье, которое я не могу снять. В спальне, где мне нужно лечь спать. На кровать, на которой не хватает подушек.

Он нахмурился.

– Что не так?

Я смотрела на него, не в силах сразу подобрать слова.

Что не так? Да всё.

Я – не в своём мире. Не в своём теле. Не в своей жизни. И рядом мужчина, который одним взглядом может заставить замолчать весь двор… но который не понимает, почему у меня дрожат пальцы.

А можно мне уже домой? Находиться возле мужчины со столь сильной энергетикой выматывает.

Генерал внимательно посмотрел на меня… и вдруг сказал коротко:

– Подойди.

Слово хоть и прозвучало спокойно, но внутри у меня оно ударило, как гром. И всё потому, что память тут же подкинула голос портнихи:

«Это платье легко снять. Дёрнуть за верёвки – и оно упадёт к ногам».

Кайрен выдохнул – чуть резче.

– Леди Нордхольд, – произнёс он холодно, – я не собираюсь ждать до утра. Я отказываюсь делить постель с вами, подушками и платьем с десятью нижними юбками!

– Их шесть, – пробормотала я, потупившись.

– Всё равно… слишком много.

И всё-таки…

Сделала шаг. Потом ещё один.

Стоило мне оказаться рядом, как он ухватил меня за талию – резко, уверенно – и развернул спиной к себе.

Я замерла. Дыхание застряло. Его присутствие было слишком близко. Я чувствовала тепло – вопреки всему. Его дыхание у самого затылка.

Секунда – и пальцы уже нашли завязки корсета. Быстро. Легко. Без лишних движений. Как будто это не женщина перед ним, а просто узел, который нужно развязать.

Ткань ослабла мгновенно. Воздух ворвался в лёгкие. И платье мягко рухнуло к ногам.

Я стояла, не двигаясь.

Ну что ж. Портнихи не соврали.

Он постоял за моей спиной ровно секунду. Потом отошёл.

И мне вдруг стало легче.

Я сорвалась в ванную так быстро, будто спасалась бегством, переоделась в ночную сорочку и вернулась, не поднимая глаз.

Кайрен уже сидел за столом, изучая документы, словно ничего не произошло.

Я легла на край постели, сжав одеяло.

В своём поместье он бы сидел допоздна в кабинете и пришёл бы, когда я усну.

А здесь ему, видимо, некуда сбежать.

Тишина была густой. И всё же вопрос жёг внутри. Глупый, ненужный… но после чаепития он не давал покоя.

– Лорд Нордхольд?

– Мм?

– А вы… богаты?

Он даже не поднял головы. Только бровь чуть изогнулась.

– Не жалуюсь.

Я закрыла лицо ладонями, прежде чем слова сорвались с губ.

– А ещё говорят… что вы страстный и ненасытный в постели. Это тоже правда?

Глава 26. Темно-синий потолок

Кайрен Нордхольд.

Потолок был тёмно-синим.

Ткань балдахина натянута ровно, без единой складки, будто сама комната пыталась сохранить порядок, даже когда внутри меня всё продолжало просчитывать хаос.

Я лежал, закинув руки за голову, и слушал тишину.

В поместье сегодня семьсот тридцать четыре человека.

Это включая прислугу, личную стражу короля и королевы, дворянские свиты, лекарей, поваров – тех, кто даже не понимает, что находится внутри потенциальной ловушки.

Я повторил число мысленно несколько раз.

Завтра прибудет моя армия. Ещё сто двадцать четыре. Всего – восемьсот пятьдесят восемь.

Хватит ли моих людей для защиты мирных?

Если удар будет быстрым – нет. Если удар будет изнутри – тем более.

Я привык думать не о том, что может случиться, а о том, что случится, если всё пойдёт по худшему сценарию.

Нужно дать Гаусу приказ.

Выставить кареты на проезжей дороге так, чтобы эвакуация заняла не больше четверти часа.

Проверить старый выход. Скрипят ли ворота. Если скрипят – смазать, заменить петли, убрать звук. Люди должны уходить тихо.

В этом поместье шестнадцать потайных ходов. Я знал каждый. Но не знал, в каком из них сегодня может стоять чужая тень.

Нужно проверить все. Каждый.

Свободен ли проход. Есть ли запас воды. Сушёные фрукты и мясо. Одеяла.

Если придётся запереть людей в тоннелях – они должны выжить хотя бы сутки.

Я привык. Это была моя жизнь.

А вот то, что сейчас на мне практически лежит преступница, определённо не входило в привычное времяпрепровождение.

Она устроилась сначала осторожно. Как будто боялась даже случайно коснуться. Потом появилась одна подушка. Затем вторая. Потом она раздражённо сбросила одну на пол, будто та предала её. А после…

Прижалась ко мне всем телом. Рука. Нога. Тёплое дыхание у груди.

И теперь она мило посапывала, будто не замирала от страха, стоило мне зайти в комнату.

Я перевёл взгляд вниз.

Её лицо было спокойным. Во сне она казалась… такой беззаботной.

А ещё совершенно не походила на преступницу. И от этого внутри что-то раздражающе сжималось. Зачем она влезла в столь опасное предприятие, как подделка?

Глупая девчонка.

И всё же…

Мысль о том, как закончился наш вечерний разговор, заставила угол губ дрогнуть.

Странно слушать от невинной девицы вопрос о том, страстен ли я в постели.

Брови тогда действительно взлетели выше, чем когда-либо. Но всё же я смог взять себя в руки.

– И кто же тебе такое сказал? – спросил я ровно.

Она сидела, спрятав лицо в ладонях, будто собиралась исчезнуть.

– Во время чаепития… – пробормотала она. – Они обсуждали, какой вы…

Пауза. Я почти видел, как она борется сама с собой.

– …в постели.

Я молчал. Потому что первым желанием было сказать: «Хочешь – покажу». И дракон внутри лениво, довольный, поднял голову.

Но я видел её страх. Она боялась не близости. Она боялась меня.

И меня вполне устраивало такое положение вещей. По крайней мере… так я думал.

Я привык, что меня боятся все. Ещё одна – тем более преступница – не была бы исключением. Но почему-то… Поиздеваться над ней мне действительно хотелось.

А может, просто дракон начал брать верх.

– Это важно, – поспешно добавила она. – Я просто подумала, что как ваша супруга… должна знать.

Я медленно выдохнул.

– Богатства у меня достаточно, – сказал я спокойно. – На меня, на десятерых детей и на трёх жён.

Она застыла. Потом медленно подняла голову.

– Трёх?..

– Я не сказал, что собираюсь их заводить, – добавил я сухо. – Я сказал, что могу.

Она покраснела до кончиков ушей.

– Понятно…

И тут же нырнула под одеяло, как в спасательный ров. Я мог бы оставить это. Мог бы вернуться к документам. К плану. Но почему-то… решил продолжить.

– Что касается постели…

Под одеялом стало тихо. Я видел, как она замерла. Дракон внутри почти расхохотался.

– Все три жены… были бы удовлетворены.

Тишина, за которой последовало очень слабое:

– Я вас поняла.

Я усмехнулся.

– Нет. Не поняла.

Одеяло чуть приподнялось, и девчонка высунула нос.

– Они будут допытываться, – сказал я уже серьёзнее. – И ты правильно делаешь, что задаёшь вопросы.

Она моргнула, словно не ожидала, что я скажу это не ради насмешки.

– И не забывай, – добавил я, – что на публике…

– Я знаю, – выдохнула она. – Я должна вести себя с вами как ваша жена.

Пауза, за которой последовало тихое, но упрямое:

– Вот только и вы ведите себя как муж.

Я повернул голову.

– Что?

Она мгновенно пожалела.

– Ничего.

И снова спряталась под одеяло. А я… Я позволил себе улыбнуться. Не только мысленно. Эта девчонка забавляла уже не только дракона.

Я натянул одеяло выше, накрыв и себя, и её. По инерции. А потом снова вернулся к мыслям.

Приказ Гаусу. Проверка тоннелей. Кареты. Запасы.

Жертвы будут. Я даже не строил иллюзий. Но если подписание договора сорвётся… Я должен спасти хотя бы большую часть.

Глава 27. Поддалась влиянию?

Эвелина Мэрроу.

Я проснулась не сразу.

Сначала пришло ощущение тепла. Потом – тяжести. Потом – осознание, где и с кем я засыпала.

Медленно открыв глаза, я уставилась в потолок, будто надеясь, что он подскажет ответ на главный вопрос: что я опять натворила этой ночью?

Подушки валялись на полу. Обе.

Одна – почти у самой кровати, другая – вообще у камина, словно её вышвырнули туда в приступе отчаяния.

Я сглотнула. Моя голова лежала… на его стороне. Лорда Нордхольда не было, но простыни всё ещё оставались тёплыми.

Моя беспокойная ночь, метания, бессознательные попытки найти безопасность – всё это привело к тому, что я, видимо, прижалась к нему так, будто он не ледяной генерал.

Отлично. Просто великолепно. Я снова использовала его как подушку.

Щёки вспыхнули. Я резко села, натягивая одеяло до подбородка.

К счастью… К счастью для меня, он встаёт раньше. Мне не пришлось смотреть ему в лицо.

Могла бы уже и привыкнуть. К молчаливому порицанию, изогнутой брови и полному безразличию. Понимаю. По его мнению, я – преступница, которую в конце концов ждёт казнь. Но отсутствия опыта, общения с мужчинами сказывается.

Я выдохнула, прикрыв ладонями лицо.

– Великолепно, Эвелина… – прошептала я. – Просто великолепно. Неужто ты поддалась влиянию общества и тоже стала зависима от мнения великого и могучего генерала северных легионов?!

И тут… Стук в дверь.

Я вздрогнула.

– Войдите, – выдавила я.

Дверь открылась, и внутрь вошли две служанки.

Обе с подносами.

Одна несла чайник, фарфоровую чашку, свежие булочки и что-то ароматное, тёплое.

Другая уже держала в руках несколько платьев, которые тут же разложила на стульях.

– Доброе утро, госпожа, – произнесла первая, ставя завтрак на столик.

– Лорд Нордхольд уже покинул покои, – добавила вторая так, будто сообщала прогноз погоды.

– Спасибо… – выдохнула я.

Служанки переглянулись. И я поняла, что совершила ошибку, поэтому тут же добавила:

– Я знаю. Он попрощался перед уходом.

Подействовало.

Теперь они переглянулись уже с едва скрываемыми улыбками.

Ну да. Пусть лучше думают, что супруг разбудил меня ласками, чем то, что он меня ненавидит.

Прежде чем приступить к еде, я быстро приняла ванную. Вода в бочке оказалась тёплой, и мне не пришлось ждать, пока её нагреют.

Пока я завтракала, служанки суетились вокруг: открывали сундуки, доставали ткани, что-то шептали друг другу.

Я откусила булочку и вдруг поняла, насколько голодна. Чаепитие вчера было пыткой. Следя за каждым словом и отбивая выпады, я даже не прикоснулась к еде – только хлебала чай так, словно умирала от жажды.

– Сегодня вас ждёт охота, леди, – сказала одна из служанок.

Я замерла.

– Охота?

– Да, госпожа. Конечно, леди не принимает участия… но вы сможете следовать вместе с лордами.

Я медленно поставила чашку.

– Что значит – не принимает участия?

Служанка моргнула.

– Леди… не охотятся.

Я уставилась на неё так, будто она сказала, что леди не дышат.

– Но я умею ездить верхом, – произнесла я медленно.

Это было единственное, что далось мне легко.

Говард учил меня всему – от поклонов до танцев. Но верховая езда… она была моей. С самого детства я умела ездить верхом. В отличие от сверстников, катающихся на машинах, я любила рассекать поле галопом. В этом же мире, оказалось, что даже в женском седле я держалась идеально.

– Я не собираюсь стрелять, – добавила я. – Я просто поеду.

Служанки переглянулись так, словно генерал казнит их за попытку помочь мне в столь опасном походе.

Они раздумывали, что делать, пока я судорожно соображала, какую придумать причину, чтобы поехать с мужчинами. В противном случае мне придётся остаться с леди и ждать возвращения охотников.

Два дня подряд я этого не переживу.

– Мы подготовим вам наряд для прогулки, госпожа, – произнесла одна из служанок, видимо, так и не найдя способ меня отговорить.

Я откинулась на спинку стула и незаметно выдохнула.

– Хорошо, – сказала я тихо.

Глава 28. Охота

Эвелина Мэрроу.

Я стояла рядом с лошадью, положив ладонь ей на шею. Она тихо фыркнула, принимая ласку, и я машинально провела пальцами по короткой шерсти, чувствуя, как напряжение внутри наконец начинает отпускать.

Охотничье платье для верховой езды выглядело впечатляюще. Глубокий тёмный цвет, плотная ткань, высокий ворот, длинные рукава. Спереди оно смотрелось почти как обычное зимнее платье…

Но сбоку и сзади было устроено иначе.

Юбка была разделена так, чтобы удобно сидеть в женском седле: ткань ложилась правильными складками и не мешала ногам. Подол не волочился по снегу – его подкололи специальными креплениями. Волосы были убраны, что делало движения свободнее.

– Ты собираешься на охоту?

Голос прозвучал за спиной так близко, что я вздрогнула.

Лорд Нортхольд стоял в своём охотничьем костюме – надо отметить, он ему очень шёл. Почему-то именно сейчас генерал казался опасно красивым в своей сдержанности.

– Нет, – ответила я честно. – Я просто хотела прокатиться вместе с вами.

Он прищурился.

– Но все леди…

Он не договорил.

Развернулся к закрытой площадке, где под навесами сидели дамы. На мягких пуфах, в мехах и кружеве. Они пили чай, смеялись, лениво переговаривались. Снег тихо падал на крышу шезлонгов.

Стоило ему посмотреть в их сторону – разговоры тут же стихли. Взгляды стали цепкими. Оценивающими.

Мы оба понимали: если я останусь там – меня снова ждёт допрос. Подколки. Проверки. Медленная, вязкая травля под видом вежливости.

Кайрен медленно обернулся.

– Хорошее решение, – произнёс он неожиданно. – Держись подле меня.

У меня внутри что-то щёлкнуло.

– Конечно, – ответила я мягко.

И только тогда я заметила мужчину за его спиной.

Чёрные волосы. Острый взгляд. В руках – трость. Он изогнул бровь, явно оценивая сцену.

Лорд Нордхольд, увидев мою реакцию, сначала тоже изогнул бровь, затем оглянулся. А потом сделал шаг ко мне и притянул ближе – едва касаясь.

– Лорд Эвермонт, – холодно поприветствовал он наблюдавшего за нами.

– Лорд Нордхольд и его очаровательная супруга, – кивнул мужчина. – Я был удивлён, узнав, что леди Нордхольд будет присутствовать на охоте.

– Я хочу показать ей мир настолько, насколько это возможно, – ответил генерал ровно.

– Для человека, который большую часть жизни проводит на поле боя, это похвально.

– Благодарю за столь щедрую оценку, – усмехнулся Кайрен.

Но лорд Эвермонт решил пропустить выпад.

– Леди Нордхольд… вы уже охотились?

– Нет, – ответила я спокойно. – И не планировала. Я хотела держаться в стороне и наблюдать за тем, как мой супруг поймает добычу.

Я вложила в свой взгляд столько любви и нежности, позаимствованной у бразильских сериалов, насколько была способна.

Рука моего лже-супруга на секунду дёрнулась от неожиданности, но он молниеносно взял себя в руки.

– Удивительно, – протянул Эвермонт. – Обычно девушки падают в обморок от вида крови. Вам повезло, лорд Нордхольд.

Кайрен в ответ лишь коротко кивнул.

– В любом случае, я буду рад лицезреть хоть одно прекрасное личико на празднике мужской силы.

* * *

Лес был тихим. Снег хрустел под копытами. Дорога тянулась ровной линией.

Когда показался олень – мужчины пришпорили лошадей.

Я осталась позади.

И рядом со мной остался… лорд Сайлас Эвермонт.

– Вы не собираетесь охотиться? – спросила я.

– Я охочусь каждый день, – ответил он. – Мои игры куда интереснее, чем попытки мужчин доказать превосходство через убийство животных.

– Многим мужчинам до сих пор приходится добывать пропитание, – возразила я.

Он фыркнул.

– А вы мне нравитесь.

Я повернула голову.

– Почему?

– Вы из состоятельной семьи, – сказал он, – но… проще. Не так отшлифованы, как ваши родственники.

– Интересное наблюдение.

– Я навёл о вас справки, – не таясь, ответил он.

– И что же вам рассказали?

– Многое. И ещё больше утаили.

Он улыбнулся.

– Лорд Эвермонт, – произнесла я чётко. – Вы хотите мне что-то сказать?

– Очень многое, леди Эвелина. Но не будем забегать вперёд. Вы испортите сюрприз.

Я кивнула.

А затем, извинившись, пришпорила коня, резко уходя вперёд.

Я напросилась на эту прогулку, чтобы почувствовать себя свободной. А возле того, кто играет чужими жизнями, словно куклами, свободы мало.

Ветер бил в лицо. Снег летел навстречу. Я рассмеялась – искренне.

Свобода. Настоящая.

От условностей, от необходимости держать лицо и от чужого тела, которое теперь принадлежит мне.

Жизнь дала мне второй шанс… но поставила нелёгкую задачу, с которой я обязательно должна справиться. Другого выхода нет и быть не может.

И именно в тот момент, когда я ощутила полную свободу, несясь навстречу ветру, конь резко затормозил.

Встал на дыбы.

Рванулся вперёд, не слушая поводьев.

– Тихо! – крикнула я, сжимая поводья. – Тихо!

Но он уже не слышал. Копыта несли меня прочь от дороги. Вглубь леса. Всё быстрее и быстрее.