Текст книги "Да кто тебе нужен, генерал! (СИ)"

Автор книги: ЙаКотейко

Соавторы: Сова Люськина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 48

Ирен

Я сидела в своем кабинете, уставившись на инвентарную книгу, но цифры расплывались перед глазами. На столе лежал список предсвадебных дел, который я упорно игнорировала. Сэр Торнтон уже который раз намекал, что не прочь оплатить мои наряды и все приготовления, но я всякий раз отделывалась туманными отсылками к занятости в агентстве. Правда была в том, что я не могла заставить себя потратить его деньги. Как будто каждая купленная на чужие средства перчатка навсегда запечатала бы мою судьбу, превратила бы этот брак в деловое соглашение. Хотя, по сути, это так и было.

В дверь постучали, и на пороге показалась Марта с аккуратным свертком в руках.

– Мисс Хилл, можно войти?

– Конечно, Марта, – я отложила перо, стараясь придать лицу деловое выражение.

Она вошла и, немного смущаясь, протянула сверток.

– Я испекла пирог. Для сэра Даррена. За Чарли. Думала, может, вы передадите? Я бы сама понесла, но к такому джентльмену без спросу не явишься...

Внутри у меня все сжалось в тугой, болезненный комок. Опять он. Неужели нельзя прожить и часа, чтобы о нем не напоминали? Мысли зло шипели, проклиная тот факт, что генерал выбрал мое агентство.

– У меня, к сожалению, сегодня совершенно нет времени, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Очень много дел, я не успею.

– А жаль, – Марта и не думала уходить, перекладывая пирог с руки на руку. – Я, знаете, сначала думала, что он такой... высокомерный. Важный. А оказалось, сердце золотое. Рискнул же ради мальчишки! Мало кто из господ на такое пойдет.

Я молчала, стиснув зубы, пока она расписывала его достоинства. Каждое слово было как игла, вонзаясь в самое больное место. Мне отчаянно хотелось заткнуть уши или грубо оборвать Марту, но я могла только сидеть с каменным лицом, глядя на неподписанные документы, и ждать, когда этот поток восторгов иссякнет сам собой.

К счастью, дверь снова открылась, нарушив мучительный монолог, и в кабинет вошла Тереза.

– Тереза, какой приятный сюрприз! – я вскочила. Облегчение прилило с такой силой, что подкосились ноги. – Присаживайтесь. Чайку?

Марта тут же поспешила удалиться. Тереза же фыркнула и устроилась в кресле напротив.

– Чай? Дитя мое, уже давно полдень. Чай пьют нервные барышни и скряги. Пора пить вино, как положено уважающим себя дамам, которые знают цену и времени, и собственным нервам.

Спорить с Терезой было бесполезно, да я и не хотела. Я молча достала из нижнего шкафчика графин с рубиновым вином. Пожалела, что не имела хереса, какой она любила. Налила по бокалу. Руки дрожали, и стекло звенело о стекло, выдавая внутреннее смятение. Тереза взяла бокал, но не стала пить. Она подняла его, как лупу, и оценивающе взглянула на меня через край.

– Слышала я одну занимательную историю, – начала она медленно, растягивая слова. – Про одного спасенного мальчика. И про одного генерала, который в этом деле свою властную руку приложил. Интересная, скажу я тебе, компания собралась. Очень показательная.

Она прищурила глаза и, не отрываясь, смотрела. Я сделала большой глоток вина, ощущая, как оно теплой волной разливается по телу. Я не отвечала. Тереза не стала настаивать, лишь хмыкнула, давая понять, что все прекрасно понимает.

– Так вот, к делу, – Тереза поставила бокал на стол с решительным стуком. – В субботу прием у короля. И после таких вот благородных поступков твоим агентством наверняка захотят воспользоваться самые сливки общества. Аплодисменты, детка, иногда пахнут деньгами. Тебе там быть необходимо. Возьми своего Торнтона. Пусть все увидят, что ты не просто удачливая сваха, а леди с положением. И, ради всего святого, – ее взгляд скользнул по моему строгому, почти монашескому платью, – надень что-нибудь приличное, а не это… Тебя должны видеть. Запомнить. Желать.

Я замерла с бокалом в руке, ощущая, как пол уходит из-под ног. Прием. Блестящий, шумный, полный глаз и шепотов. Дворец. Торнтон, чье присутствие будет ощущаться как тяжелая, хоть и дорогая, цепь. И он. Даррен. Его наверняка пригласят. Со своей юной, невинной невестой рядом. Картина, которую воображение нарисовало с мучительной четкостью, заставила сердце сжаться в комок ледяной боли.

– Но я... – мой голос прозвучал слабо и потерянно, как у перепуганной девочки.

– Никаких «но», – отрезала Тереза, одним движением опрокинув в себя остатки вина.

Она встала и протянула бежевый конверт с оттиском королевской печати, темно-красный сургуч, похожий на каплю застывшей крови.

– Мне пора, еще три визита впереди. До скорого!

Не дожидаясь ответа, она вышла так же стремительно, как и появилась, оставив после себя облако дорогих духов.

Я вынула приглашение. Бумага была гладкой и дорогой. Я провела по золоченым буквам моего имени, не в силах решить, что это пропуск на вершину или приговор шаткому душевному спокойствию. Радоваться? Да. Возможность для бизнеса была феноменальной. Плакать? Тоже да. Ибо ничто не причиняло боль так остро, как необходимость улыбаться, глядя на него.

– Я выдержу, – проговорила я вслух, и голос, сначала тихий, зазвучал тверже и увереннее. – Я все выдержу.

Я Ирен Хилл. Я построила это агентство с нуля, прошла через сплетни и насмешки, научилась держать удар. Однажды я уже пережила крах своих надежд, когда муж ушел к другой. И осталась на ногах. Теперь же мне предстоит выдержать всего лишь один вечер в его обществе. Всего лишь несколько часов смотреть, как он играет роль счастливого жениха.

Я резко потянула к себе лист бумаги. Взяла перо, обмакнула его в чернила.

«Дорогой сэр Торнтон. В субботу во дворце состоится прием у Его Величества. Буду признательна, если Вы составите мне компанию».

Я поставила подпись. Дело сделано. Решение принято.

Глава 49

Даррен

Дворец. Огромное пространство, заполненное светом фонарей так, что отступает ночь. Кусты и деревья, растущие кубами и спиралями. Сотни экипажей богатых господ, приехавших на прием. И он, исполин в белых одеждах, украшенных золотом, с арками и порталами, полными почти мистической тьмы; стрельчатыми окнами, за которыми притаились изломанные, дерганные тени; пронзающие небо шпили, взирающие вниз с поистине королевским презрением. Дворец.

К сожалению, семейство моей невесты решило приехать сюда со мной. И так паршивое настроение окончательно утонуло под потоком восхищенных излияний Анны Рейн. Ее муж, тихий, даже скорее флегматичный полный мужчина, сидел рядом со мной и за всю дорогу сказал лишь одну фразу: да, дорогая, – подтвердив, что так же рад моему присутствию.

Мэри сидела возле матери и молча разглядывала свои колени. Когда я заехал за новой семьей, – боги, как же это странно звучит! – она вновь порывалась мне что-то сказать. Но мать не теряла бдительности, ласковым бульдогом вылетела из двери и, подцепив дочь под руку, засыпала меня словами.

Спасибо, хоть в зал позволила вести ее мне. Кажется, я начал разочаровываться в семейной жизни еще до ее начала. А еще… сочувствовал Мэри, вынужденной жить с такой милой особой, как ее мать.

В зал мы вошли вместе. Герольд прогремел, представляя нас благородному сообществу, а я пока осматривался.

Я привык к приемам во дворце. Положение обязывало присутствовать на многих из них. К счастью, то же положение раньше не заставляло меня изображать попугая, крутящего хвостом перед дамами. Сейчас же я вдруг почувствовал себя не в своей тарелке. Блеск сотен свечей, отраженных от хрустальных подвесок, сияние бокалов и улыбок, пестрая толпа, напоминающая мне копошащихся в грязи жуков, не вызывали ничего, кроме раздражения.

Зачем я здесь? Зачем играю?

И тут же тоскливый, обреченный внутренний голос: ради положения, ради благожелательного взгляда короля.

Последний вечер, нужно только потерпеть. А после свадьба и… ты навсегда станешь таким, злящимся на окружающих за сломанную жизнь.

Тряхнув головой, чтобы отогнать тяжелые мысли, вежливо отделался от Анны и повел Мэри вглубь людского моря.

Пора было представить всем свою невесту.

Я уже выбрал первую цель, лорда Бертли, советника короля, и моего приятеля Юлиана, к которым и направился. Но подойти не успел. Чуть позади них, ко мне спинами стояла странная пара. Седой худощавый мужчина, удерживающий под локоть стройную молодую женщину. Обнаженные плечи ее блестели от яркого света, притягивая взгляд. Еще более странно было то, что к этим плечам хотелось прикоснуться, провести ладонью, а после зарыться пальцами в высокую прическу. Вытянуть шпильки, чтобы освободить пряди, расстелить их по спине.

Я замер, не в силах отвести взгляд от леди. А после едва не застонал. Пожилой лорд распрощался с собеседником, и пара повернулась. Передо мной предстали Бредли Торнтон и… Ирен.

Она улыбалась, но блуждающий по залу взгляд был… он не был радостным, и за это я мог ручаться! Они медленно брели вперед. Торнтон что-то шепнул, склонившись ближе к плечу Ирен. Та улыбнулась чуть шире, но губы почти сразу дрогнули, опустили уголки. Отвернувшись от своего спутника, Ирен изучила взглядом зал. Наткнулась на меня. Побледнела, вздрогнув, но тут же отвернулась. Только в руку Торнтона она вцепилась обеими ладонями, почти повисла на нем. Тот даже всполошился, защебетал, уводя ее к диванчикам.

– Лорд Кануэлл, – тихонько окликнула меня забытая невеста.

Я дернулся, возвращаясь из мыслей и переживаний в реальный мир. Мэри смотрела странно. Опять изучающе, с какой-то надеждой и решительностью.

– Простите, Мэри, я… задумался.

– Я видела, – шепнула она и быстро осмотрелась, после чего ее словно подменили. Недавно скромная и тихая моя невеста поволокла меня в темноту за колоннами.

– Мэри, куда вы меня тащите? Мэри, что происходит? Мэри! – все злее шипел я, но не сопротивлялся. Стало очень любопытно, что же на нее нашло. К тому же глаза невольно выискивали в толпе Ирен, отвлекая меня от всего прочего.

– Простите, лорд Кануэлл, но нам нужно поговорить, пока не стало слишком поздно! – зашипела она, затянув меня за одну из колонн. Выглянула, осмотрев зал. Прикусила губу, кого-то заметив, но мне выглянуть не позволила. Сжала ладонями мои руки. Заглянула в глаза. – Вы ведь только что смотрели на леди Ирен Хилл, так?

– Леди, – раздраженно процедил я, впрочем, отвернувшись, чтобы спрятать взгляд. Стыд кольнул сердце. Права ведь Мэри, пришел со своей невестой, а смотрю на чужую. – Это была минутная слабость. Я даю вам слово, что больше я не стану смотреть на чужих женщин.

– Лорд Кануэлл, – вскричала она, попытавшись меня тряхнуть. – Прошу вас, посмотрите на меня!

Я невольно повернулся нахмурившись. Странная реакция. Странные слова, и вид у Мэри был странный. Отчаянье слишком ярко выступило на ее милом личике.

– Вы ведь любите ее?

– Это не имеет значения, я выбрал вас, – процедил я и осекся. Отчаяние Мэри стало почти физически ощутимо. И меня она перестала трясти, даже отступила чуть-чуть, но рук не отпустила.

– Лорд Кануэлл, прошу вас, ответьте, от этого зависит жизнь, и не одна!

И что я мог ответить? Соврать? А если это правда имело значение?

– Люблю, но это ничего не значит, – шепнул я, отворачиваясь.

– Ну как же?! Значит! – вскричала Мэри и опять вцепилась в меня сильнее. Металась, не позволяя мне убрать от нее взгляд. – Вы любите Ирен, так возьмите в жены ее! Не ломайте мне жизнь! Не ломайте жизнь себе и ей, и нам с Мишелем!

– С каким Мишелем? – не слишком понимая, что от меня хотят, шепнул я.

– Со мной, лорд Кануэлл, – выступил из-за колонны молодой лорд. Крепкий, высокий и симпатичный.

А ведь я видел его! На том злосчастном балу, когда вел Мэри в танец. Именно он провожал нас взглядом.

– Вы…

Я замотал головой, не в силах поймать и сформулировать разбегающиеся мысли.

– Мы любим друг друга, но ваш выбор… разрушил наше счастье, – тихо произнес лорд, опустив голову. Но смотрел мне в глаза прямо, с вызовом и в то же время мольбой. Хороший парень, смелый.

– Но почему вы не сказали? – процедил я раздосадовано, обращаясь к Мэри.

Та отступила, вцепилась в рукав парня. Виновато опустила голову.

– Мама. Она так воодушевилась этой свадьбой, что запретила мне даже думать о Мишеле. Осталась одна надежда. Вы так смотрели на леди Ирен, что я надеялась…

– Но проклятье, зачем ей я. Почему было не отдать вас за… Мишеля?

– Потому что я хоть и знатного происхождения, – грустно заговорил молодой лорд, – хоть и подающий надежды, но все же по сравнению с вами нищий.

Я зажмурился болезненно. Получи, генерал Кануэлл. Нет, теперь я точно не женюсь на этой девушке. Не хочу разрушать еще чью-то жизнь. Достаточно того, что я разрушил свою…

– Король убьет меня, – шепнул я с горькой улыбкой. – Что ж, Мэри, будьте счастливы. Пожалуй, мне здесь больше делать нечего.

И я сделал несколько неуверенных, шатких шагов. Нужно попросить у Его Величества прощения. Этот приказ я выполнить не смог.

– Лорд Кануэлл, – позвала меня Мэри. Дождалась, пока я повернусь, и уверенно произнесла: – Скажите ей, леди Ирен!

– Поздно, милая леди, Ирен скоро станет леди Торнтон, мне там делать нечего.

– Скажите ей, лорд Кануэлл, поверьте. Она ведь смотрит на вас так же!

Так же?

А что я, в конце концов, теряю?

– Спасибо, леди Мэри, – поклонился я и сорвался с места. Выскочил в зал, выискивая глазами женщину, которую не стоило отпускать.

Глава 50

Ирен

Лорд Торнтон что-то говорил мне на ухо, но я не слышала ни слова. Сквозь гул в ушах и яркий свет я чувствовала на себе его взгляд. Взгляд Даррена. Он стоял там, со своей невестой, и смотрел на меня. Я тут же отвернулась, притворившись, что изучаю узор на паркете, вцепившись в руку Торнтона так, что кости побелели. Старый лорд встревожился, засуетился и, пробормотав что-то о жаре, повел меня к диванчикам в стороне.

Я думала, это конец. Но прошло совсем немного времени, и перед нами вырос Даррен. Весь сияющий, с улыбкой, которая не дотягивалась лишь до глаз.

– Лорд Торнтон, – голос генерала прозвучал слишком громко и четко, – вы уж не обессудьте, но я должен на время украсть у вас прекрасную леди. Неотложное дело.

Я замерла.

– Нет, лорд Кануэлл, я… мы как раз…

Рука Торнтона, лежавшая на моей, вдруг сжалась. Не сильно, но ощутимо. На его лице промелькнула тень раздражения. Он был задет.

– Генерал, – произнес Бредли, и в его обычно вкрадчивом голосе послышались стальные нотки, – я, конечно, понимаю важность государственных дел. Но леди Ирен только что жаловалась на недомогание. Я как ее жених не могу позволить...

– Дело не терпит отлагательств, – твердо заявил Даррена. – Я ручаюсь за безопасность леди и верну… то есть не волнуйтесь.

Торнтон медленно повел взглядом от Даррена ко мне. Его глаза изучали мое бледное лицо. Но Бредли отступил. Возможно, понял, что открытое противостояние с героем и фаворитом короля – плохая затея. Или просто не захотел публичного скандала. Его пальцы разжались. Раздражение на лице Торнтона сменилось привычной маской подобострастия.

– Ну что ж... если дело важное... – он тяжело вздохнул, делая великодушный жест рукой. – Конечно, сэр Кануэлл. Надеюсь, вы не заставите меня долго ждать?

Даррен не стал ждать согласия. Пальцы обхватили мой локоть, твердо и без возражений. Он повел меня сквозь толпу, и я шла, как одурманенная, чувствуя жар его ладони сквозь тонкую ткань перчатки. Мы миновали зал, вышли в сад. Прохладный ночной воздух заставил взбодриться. Даррен не останавливался, уводя все дальше, вглубь геометрически подстриженных кубов и спиралей, подальше от света и глаз.

Наконец, он остановился в тени высокой живой изгороди. Фонари дворца отсюда смотрелись размытыми пятнами. Даррен отпустил мою руку, и я тут же отступила на шаг, скрестив руки на груди, стараясь держаться строго. Но смотреть на него не решалась. Видела только начищенные сапоги. Руки он сжал в замок за спиной.

– Ирен… – начал он, и голос его надломился.

Я молчала, сглатывая, но в горле стоял ком.

– Помолвка… моя помолвка расторгнута, – выпалил он наконец.

Будто ледяная вода окатила меня с головой. Ужас сдавил виски. Что мне делать! Опять видеться с ним! Я же не устою и брошусь в его объятия снова! В чем я виновата?

– Как?.. Почему?.. – прошептала я, поднимая на него наконец испуганный взгляд. – Что вы сказали Мэри. Или она не такая?

Он махнул рукой, будто отгоняя муху.

– Но… но я… я найду тебе другую невесту, – залепетала я, пытаясь вернуть себе хоть каплю контроля, хоть тень прежней уверенности. – После свадьбы… моей… я продолжу поиски. Обязательно найду достойную…

– Ирен, хватит! – голос Даррена прозвучал резко, и я вздрогнула.

Он сделал шаг ко мне, и в полумраке его лицо было искажено мукой.

– Я… я генерал. Я командовал армиями. Я смотрел в лицо смерти и не моргал. Я не боялся ни пуль, ни клинков, ни ярости врага. Но почему же я… почему я до дрожи в коленях боюсь того, что скажут эти… эти жуки в шелках и бархате?

Он с отвращением посмотрел в сторону дворца.

Мне стало не по себе. Я отступила еще, чувствуя, как почва уходит из-под ног.

– Мне пора. Лорд Торнтон будет беспокоиться.

– Нет! – он схватил меня за запястье, но не грубо, а с отчаянной мольбой. – Нет, Ирен, выслушай. Пожалуйста. Я не могу больше. Я не могу молчать.

Он подошел так близко, что я чувствовала исходящее от него как от раскаленной печи тепло. Ночь вдруг перестала быть прохладной.

– Я так глупо, так неуклюже все это говорю, – его голос сорвался на прерывистый шепот. – Я командовал атаками, выстраивал стратегию сражений, но перед тобой все мои слова разбегаются, как новобранцы под первым залпом. Я не умею говорить красивых слов. Но я тону без тебя. Каждый день, как камень на дне, тяжесть, которую я тащу, как амуницию в изнурительном переходе. Эта помолвка, этот брак… я шел на него, как на плаху, потому что думал, что должен. Должен выполнять приказ короны. Но есть приказы, которые ведут к победе, а есть те, что ведут к капитуляции души. А сегодня, увидев тебя с ним… – он резко, почти с болью, выдохнул, и его рука непроизвольно сжалась в кулак, – я понял, что не могу. Не могу отдать тебя другому. Не могу жить в мире, где ты не моя. Это все равно, что смотреть на карту, где стерлось самое главное укрепление, опора всего фронта.

Слезы, горячие и соленые, выступили на глазах. Я отчаянно моргала, пытаясь их сдержать, но одна предательская капля скатилась по щеке. Даррен увидел ее. Его рука, будто сама собой, поднялась, и большой палец коснулся кожи, смахнув слезу.

– Я люблю тебя, Ирен, – произнес он. – Я любил тебя всегда. С той самой первой нашей встречи. Ты вошла в мою жизнь, не спрашивая разрешения, как ураганный огонь, и перевернула все в ней с ног на голову, смешав стройные колонны приказов и уставов в хаос чувств. Ты единственный тыл, в котором я нуждаюсь. Единственная высота, которую хочу брать снова и снова. Без тебя мой мир – это лагерь на выжженной земле, набор правил и обязанностей, серая, безрадостная пустыня долга. Только с тобой я чувствую себя живым. Только с тобой, когда ты смотришь на меня так, будто я не генерал, не солдат, а просто мужчина… только тогда я это я.

Он умолк, тяжело дыша, и смотрел на меня широко раскрытыми глазами.

Глава 51

Ирен

Сердце разрывалось на части

– Я помолвлена, – выдохнула я, слова прозвучали как приговор, – Я не могу... Я не буду чьей-то тайной. Твоей любовницей.

Даррен резко качнулся вперед, словно от удара, и сжал мои руки.

– Любовницей? – его голос прозвучал сдавленно, почти яростно. – Ты думаешь, я... Ирен, ты не поняла! Выйди за меня. Стань моей женой. Единственной и навсегда.

От его слов перехватило дыхание. Мир поплыл перед глазами. Это была не просьба. Это было требование, приказ, вырвавшийся из самой глубины его существа.

– Даррен... – попыталась я возразить, но он не дал мне говорить.

– Довольно, Ирен! – его голос прозвучал тихо, но с той несокрушимой силой, что смиряла непокорных солдат. – Я не предлагаю тебе прятаться в тени. Я хочу вести тебя под венец при всем честном народе.

Он внезапно привлек меня к себе. Объятия были неожиданными, но такими правильными. Я не сопротивлялась, позволив себе уложить голову на его грудь.

– Я не вынесу, если ты скажешь «нет», – прошептал Даррен и коснулся губами волос. – Я не переживу этого.

Затем он отстранился ровно настолько, чтобы встретиться взглядом. Пальцы нежно коснулись моего подбородка, приподнимая его.

– Я не прошу. Я умоляю, Дай мне право защищать тебя, заботиться о тебе, делить с тобой все и радости, и тяготы. Дай мне право называть тебя своей женой.

Его губы коснулись моих. И мир перевернулся. Мы наконец разомкнули объятия. Щеки горели.

– Но... лорд Торнтон... – выпалила я, пытаясь вернуть себе способность мыслить здраво. – Он добрый человек. Я не могу... не хочу обижать его. Это будет подло.

– Я сам поговорю с ним, – твердо сказал Даррен. – Честно и прямо. Мужчина достоин узнать правду от другого мужчины.

– Нет! – я отшатнулась, испуганная одной лишь мыслью об этой сцене. – Ты не понимаешь... Он...

– Тогда пойдем вместе, – не сдавался он, его руки мягко, но настойчиво удерживали меня. – Сейчас. Сразу. Мы подойдем к нему вместе, и ты сама скажешь ему все. А я буду рядом. Всегда буду рядом.

Он прикоснулся к щеке, заставляя снова встретиться с его взглядом.

– Я не оставлю тебя одну ни на одном этапе этой битвы, Ирен. Ни перед Торнтоном, ни перед королем, ни перед всем светом.

– Хорошо, – прошептала я. – Пойдем... вместе.

– Ирен, но ты не ответила… Ты согласна?

– Да, – кивнула, пряча улыбку. – Я люблю тебя.

Лицо Даррена озарилось таким светом, что затмило все фонари в саду. Он снова привлек меня к себе, и на этот раз его объятия были одновременно нежными и полными торжествующей радости. Казалось, он не верил своему счастью.

– Моя Ирен, – прошептал он мне в волосы. – Наконец-то ты моя по праву.

Мы стояли так, не в силах расстаться, пока до нас не донесся отдаленный смех из дворца. Даррен глубоко вздохнул.

– Пора возвращаться, – сказал он, все еще не отпуская мою руку. – Нам предстоит выиграть еще одно сражение.

Мы вошли в сияющий зал, и наше появление не осталось незамеченным. Мы шли сквозь этот гул, не обращая внимания ни на кого, пока не увидели лорда Торнтона. Он стоял с Терезой, и та громко смеялась, о чем-то оживленно беседуя с ним.

Когда мы приблизились, Тереза повернулась, и ее острый взгляд сразу же упал на наши соединенные руки.

– Ну что, генерал, – бесцеремонно спросила она, сверкнув глазами, – сделал, наконец, предложение нашей Ирен, или все еще томишь ее в неведении?

Даррен и я в изумлении переглянулись.

– Вы... Вы знали? – растерянно выдохнула я.

Тереза самодовольно улыбнулась, поправляя перчатку.

– Дорогая моя, я не просто так свела тебя с лордом Торнтоном. Хорошая сваха знает, кто на самом деле нужен друг другу, а не просто составляет «подходящие» партии. А этот старый хитрец, – она кивнула на Торнтона, – просто помог старой подруге устроить маленький спектакль, чтобы подтолкнуть одного упрямого солдата к решительным действиям.

Лорд Торнтон улыбнулся мне своей доброй улыбкой.

– Я всегда желал тебе только счастья, Ирен.

Тереза вдруг всплеснула руками, словно что-то вспомнив.

– Ах да! Даррен, вас искал король. И, кажется, вам самое время представить Его Величеству вашу невесту. Официально.

Проходя мимо меня к королю, Тереза наклонилась и шепнула мне на ухо:

– Приготовься, дорогая. У меня для вас есть еще один сюрприз.

Сжав руку Даррена, я пошла с ним через зал. Шепот затихал, сотни глаз провожали нас. Король, мощный мужчина с гордой осанкой, стоял в окружении свиты и с интересом наблюдал за нашим приближением.

Даррен склонился в почтительном поклоне.

– Ваше Величество, позвольте представить вам леди Ирен Хилл. С ее согласия мою невесту.

Король внимательно посмотрел на меня, потом на Даррена, и на его лице расплылось довольная улыбка.

– Наконец-то, Кануэлл! – провозгласил он так, что было слышно всему залу. – Я уже думал, ты так и окончишь свои дни упрямым холостяком. Леди Ирен, рад приветствовать вас.

Он помолчал, окидывая нас оценивающим взглядом, а затем улыбнулся с некоторой хитрецой.

– Но я человек практичный и не люблю долгих ожиданий. Чтобы уж наверняка привязать нашего героя к семейному очагу, обвенчаю вас прямо сейчас. Здесь. Пока все общество в сборе.

В зале пронесся удивленный гул. Король же, не обращая внимания, сделал знак, чтобы все приготовили.

– Даррен… – шепнула я.

– Я сам… если не хочешь, я…

– Нет… хочу… – отрезала я, так как увидела довольную Терезу, которая стояла с Агнес и салютовала мне бокалом с вином, а, возможно, чем и покрепче.

Дальше все произошло как в тумане. Мы стояли друг напротив друга под сводами бального зала. Даррен не отпускал мою руку. Когда он произносил слова клятвы, голос был уверенным и ясным, без тени сомнений. Я отвечала ему тем же.

– Объявляю вас мужем и женой, – торжественно объявил король.

И зал, затаивший дыхание во время церемонии, взорвался аплодисментами.

Прошел, наверное, час, когда Даррен склонился к моему уху:

– Позволь увезти тебя отсюда, леди Кануэлл. Я слишком долго ждал момента, когда ты станешь моей женой, чтобы делить эту ночь со всем двором.

Его губы коснулись моей ладони, и по телу пробежали мурашки. Я подняла глаза на своего мужа и игриво улыбнулась:

– Генерал Кануэлл, а не слишком ли вы стремительны в своем наступлении?

– Со дня нашей первой встречи я только и делал, что выжидал, – глаза генерала вспыхнули. – Теперь мое терпение иссякло.

Мы покинули зал под поздравления и любопытные взгляды. Карета уже ждала у подъезда. Едва дверца захлопнулась, отделив нас от всего мира, Даррен привлек меня к себе и жадно поцеловал, и я ответила ему с той же страстью.

– Леди Кануэлл, – прошептал он. – Моя леди Кануэлл. Скажи, что ты не жалеешь. Скажи, что счастлива.

Я провела рукой по его щеке.

– Я счастлива, Даррен. Так счастлива, что почти боюсь поверить в это. Всю дорогу сюда я готовилась к битве, а оказалась на пиру своей мечты.

Он рассмеялся.

– О, поверь мне, битва еще будет. Но теперь мы будем сражаться плечом к плечу.

Карета плавно остановилась перед особняком Даррена. Прежде чем кучер успел спуститься, мой генерал уже распахнул дверцу и, обняв за плечи, помог выйти.

– Леди Кануэлл, – хохотнул он. – привыкай, отныне это наша общая крепость.

Даррен легко подхватил меня на руки и переступил порог дома.

– Кажется, ты забыл о традициях, – с притворным упреком прошептала я, обвивая его шею.

– Я создаю наши собственные традиции, – парировал он, поднимаясь по мраморной лестнице. – Начиная с этой.

Войдя в спальню, он бережно опустил меня на шелковое покрывало. Лунный свет струился сквозь высокие окна, окутывая комнату серебристым сиянием. Он опустился рядом, и его губы вновь встретились с моими. Теперь уже без прежней стремительности, а с неторопливой нежностью, желая продлить каждое мгновение близости.

Когда страсть постепенно уступила место умиротворению, Дарренн притянул меня к себе, и я прильнула к его груди, слушая успокаивающий ритм сердца. Пальцы Даррена нежно перебирали пряди моих волос.

– Спи, Ирен. Завтра начинается наша новая жизнь.

Я закрыла глаза, погружаясь в ощущение полной безопасности и гармонии. Отныне путь наш был ясен: вечность, которую нам предстояло прожить вместе, в любви и взаимном понимании, без спешки наслаждаясь каждым отведенным нам мгновением.