Текст книги "Да кто тебе нужен, генерал! (СИ)"

Автор книги: ЙаКотейко

Соавторы: Сова Люськина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Глава 44

Даррен

Кажется, я и не поспал вовсе. Задремал и тут же проснулся. К счастью, не от кошмара, Ирен действительно отгоняла их прочь. Хотя лучше бы это был привычный кошмар, чем это. Ощущение, что я остался одни, что женщина сбежала. Но нет, стоило распахнуть глаза, и ужас потери рассеялся. Ирен спокойно спала, обхватив мое плечо одной рукой и трогательно подложив под щеку другую. И выражение лица такое мирное и невинное, что губы сами собой растянулись в улыбке.

Осторожно, нежно, чтобы не потревожить ее сон, я провел пальцами по щеке. Ирен сморщила носик и улыбнулась. Пробормотала что-то возмущенное и… коснулась коротким поцелуем плеча. Будто видела там, во сне, кого-то дорогого. Кого? Вряд ли это я.

Я зажмурился, стараясь отогнать неожиданную злость и досаду. Ни к чему. Сам виноват.

Еще какое-то время лежал, рассматривая женщину. Пушистые ресницы, белую кожу, легкие пряди, что щекотали меня, подчиняясь ее дыханию. Сердце сжималось в непонятной, болезненной тоске. Хотелось, чтобы это утро никогда не заканчивалось, но… мне стоило позаботиться еще кое о чем. И опять на губы наползла улыбка, на этот раз печальная. Воспоминания о том, как закончился вчерашний бесконечный день, едва не выбили дух.

Я чуть отодвинулся, вытянув свою руку из хватки Ирен. Полежал, чтобы удостовериться, что не разбудил ее своими действиями, и только тогда поднялся. Накинул халат и вышел из комнаты.

Слуги, несмотря на предутреннюю неурочную побудку, уже встали и работали. Меня встретили привычно, однако вопросы задавали как-то странно, тихо и будто… жалея меня?

Что за проклятье?! Ко всему прочему и Клинта дома не оказалось, я едва вспомнил, что поручил ему утром поездку к полковнику Вердену. Хотелось узнать от верного человека, как там дела в родных стенах.

Клинту я часто доверял выбрать подарки своим любовницам, и тот никогда не подводил. Как справятся остальные, можно было только догадываться, так что, помявшись, выбрал для своей миссии кухарку. Женщина все же.

– Купишь три платья и… нижнее белье, – инструктировал я женщину.

Та смотрела на меня круглыми глазами, а после последней фразы так и вовсе покрылась алыми пятнами. А ведь давно не девочка. Я бы сказал, скоро станет бабушкой, и такая реакция!

– Ты меня поняла? – не особо надеясь на результат, уточнил я.

Та кивнула так глубоко и быстро, что казалось еще мгновение, и пучок из волос на ее голове оторвется и поскачет мячиком по полу.

– Вот кошель… – я протянул деньги, но отпускать не спешил. Потом вспомнил, что с покупками зелени и прочего скоропорта кухарка как-то справляется, и все же вложил кошель в дрожащую руку. – Возьми с собой Карла. Пусть поможет приволочь коробки, и…

Кухарка стала наливаться краской и, кажется, вот-вот готова была упасть в обморок.

– Н-да, – шепнул я и махнул рукой. Как-нибудь разберется. Правда ведь не девочка. – Оставите покупки у двери моей спальни. Внутрь не соваться!

Еще один кивок и я, наконец, смог вернуться в комнату, к так и продолжавшей мирно спать женщине.

Осторожно разоблачился и скользнул под покрывало. Ирен тут же закинула на меня руку и вновь уперлась носом в плечо, пробудив в теле толпу мурашек и дремавшего зверя. Мурашки сбежали. Зверя пришлось уговаривать подремать еще силой воли.

Мысли в голове шагали стройными солдатскими рядами на параде. Такие же многочисленные и бесполезные. Под грохот их «ног» уснуть не вышло. Я так и пролежал все время, рассматривая внутренний мир, пока Ирен не зашевелилась. Сжала руку сильнее, чуть отстранилась, морщась, и, наконец, распахнула глаза.

– Доброе утро, моя леди, – шепнул я и, пока женщина не опомнилась, коснулся ее губ поцелуем.

Ответила. С такой охотой ответила, что я едва не потерял голову. Жаль, быстро пришла в себя. Замерла, а после уперлась в грудь рукой, заставляя отстраниться.

– Даррен, вы с ума сошли! Я ведь невеста!

– И что? – шепнул я, посвятив внимание ее ушку.

Но Ирен завозилась и, наконец, выскользнула из-под меня, скатилась с кровати и прикрыла грудь кончиком покрывала. Достать остальное из-под меня не смогла, хотя пыталась.

– Ирен, – протянул я досадливо. – Ну что за детские выходки?! Будто я там чего не видел.

И я аккуратно потянул ткань на себя.

– Это поможет вам сохранить рабочее настроение! – едко ответила она, дернув посильнее. – И вообще, вам не кажется, что если гостья желает одеться, мешать ей неприлично?

– А спать возле хозяина в таком прелестном виде, а после лишить возможности по… смотреть, это прилично? – с наигранным возмущением уточнил я.

– Даррен!

– Ир-рен!

Та медленно выдохнула, сверкая на меня глазами, а после состроила обиженную мину и чуть отвернулась, впрочем, не выпуская меня из поля зрения.

– Я надеялась, что вы приличный человек и не пользуетесь бедственным положением жерт… женщины! А вы! Знала бы, оставила бы на себе грязное платье!

Я медленно поднялся, с насмешливой улыбкой изучая тут же повернувшуюся ко мне «фасадом» женщину.

– Ладно, развеем ваше неприятно мнение обо мне, – мурлыкнул я и пошел к двери, надеясь, что кухарка успела исполнить порученное.

Успела. Однако что-то было не так. Вместо ожидаемых коробок перед дверью лежали четыре свертка из серой бумаги. Странно, но ладно, разберемся.

– Вот, это выкуп моего доброго имени, – опустил я коробки на кровать. – Но мерить его вы будете при мне!

– Даррен! – возмущенно, но уже с теплотой воскликнула Ирен.

Я рухнул обратно на кровать, растянувшись довольным котом. Жаль, в мое отсутствие Ирен успела вытянуть все покрывало и обмоталась им, словно капуста листьями.

– Что? – искренне недоумевая, шепнул я. – Ты ведь все равно не сможешь сама затянуть шнуровку. А служанок у меня в доме нет.

Ну да, есть кухарка, но она этим мелочам не обучена!

Глава 45

Ирен

Я с недоумением смотрела на лежащие на одеяле серые свертки. Даррен смотрел на меня с таким торжеством, с таким ожиданием в глазах, будто принес драгоценные трофеи. Его гордая, почти кошачья улыбка заставила меня ожидать шелка, бархата, изящных лент.

С любопытством я потянулась к первому. Бумага зашуршала. Но под ней не оказалось ни изящного украшения, ни ткани с намеком на роскошь. Мои пальцы наткнулись на что-то мягкое, бесформенное.

Я встряхнула сверток, и из его недр на постель медленно сползли панталоны. Нет, это слово было слишком благозвучно для того, что я увидела. Это были монументальные, гигантские сооружения из грубой бязи. В их шатровых складках без труда могла бы уместиться не только я, но и Даррен, и, пожалуй, еще пара слуг.

Медленно с чувством почти священного трепета перед этим «творением» я подняла их. Панталоны покорно повисли в воздухе. Мой взгляд пополз от этого зрелища к Даррену.

И вот тут началось самое интересное. Я увидела, как его сияющая, самоуверенная улыбка начала увядать. Как его глаза, еще секунду назад полные торжества, округлились от чистого, неподдельного ужаса. Он смотрел на висящие в моей руке доказательства его фиаско, и генеральская уверенность таяла прямо на глазах. Он был похож на мальчишку, который только что осознал, что подарил принцессе вместо цветка живую лягушку.

Сначала у меня просто вырвался короткий, сдавленный фырк. Потом еще один. А потом во мне что-то щелкнуло. Волна смеха, дикого, неконтролируемого, поднялась из самой глубины души и вырвалась наружу. Я тряслась, держа перед собой этот нелепый предмет одежды.

– Даррен! – выдохнула я наконец, едва переводя дух и вытирая слезы. – У тебя поистине уникальный вкус!

Я снова затряслась.

– Пожалуйста, признайся, ты искал не просто невесту… ты искал… богатыршу! Леди с формами, достойными такого… такого великолепия!

Я снова потрясла панталонами, и они зашуршали в ответ, оскорбленные до глубины своей бязевой души.

Вид Даррена был бесценен. Этот мужчина, который обычно держал все под контролем с видом повелителя, сейчас напоминал сконфуженного мальчишку, пойманного на шалости. Он был абсолютно, до смешного беспомощен.

– Это ошибка! – выпалил генерал, и его голос на секунду сорвался.

Он сделал стремительный бросок вперед, чтобы вырвать свой подарок.

– Я сейчас все исправлю, немедленно! Я убью… то есть, я уволю…

– Ни за что! – весело воскликнула я, ловко увернувшись и прижимая панталоны к груди, как драгоценность. – Я хочу примерить! Это же мой выкуп, как ты сам сказал! Настоящий джентльмен не отбирает свой же сюрприз!

Он открыл рот, чтобы возразить свое несогласие, на лице застыла маска отчаяния, но было уже поздно. Я, как коршун, набросилась на следующий сверток, с наслаждением разрывая грубую бумагу. И оттуда выпало платье. Нет. Это была палатка. Походная палатка для солдат, пошитая из грубой ткани и окрашенная в цвет тоски. Бесформенный балахон с воротником, подпиравшим подбородок.

С торжеством я решительно облачилась в это сооружение и просто утонула в нем. Платье поглотило меня с головой, повиснув складками на пол с явным намерением подмести его. Подол величественно волочился по паркету, а рукава скрыли мои кисти, оставив торчать лишь кончики пальцев.

Я подошла к зеркалу и не смогла сдержать новый приступ смеха. Я была похожа на перевернутый гриб или на маленькую девочку, нарядившуюся в мамино платье. Я покрутилась перед зеркалом, но ткань почти связала мне ноги.

Даррен, наблюдавший за мной, сначала смотрел с виноватым видом, но его смущение очень скоро сменилось смехом.

– Ты выглядишь… – Даррен буквально задыхался, опираясь о спинку кресла.

Его плечи тряслись, а в глазах стояли слезы. Казалось, генерал перепробовал и отбросил в уме все возможные сравнения, одно нелепее другого.

Я, сделав невероятное усилие, чтобы не запутаться в подоле, который лежал вокруг меня озером, грациозно, насколько это вообще было возможно, присела в реверансе.

– Как бабушка, очень большая бабушка? – великодушно подсказала я. – А может, ты меня перепутал с очень большим животным. Это точно на человека?

Даррен вытер глаза. Он выдохнул, посмотрел на меня.

– Нет, – произнес он тихо, и его голос прозвучал на удивление серьезно и тепло. – Ты прекрасна. Абсолютно прекрасна даже в этом в этом архитектурном сооружении.

От этих слов, сказанных так искренне, мой собственный смех застрял где-то внутри. Чтобы скрыть внезапную растерянность, я с решимостью набросилась на панталоны. Подобрав подол, я хотела примерить их.

– Ладно, ладно, с меня хватит этого позора, – проговорил Даррен. – Это провал. Колоссальный провал. Я сейчас же все это выброшу на самое дальнее дно и найду тебе что-то достойное.

– Оставь. Я… я, пожалуй, оставлю их себе, – сказала я, прижимая безразмерное полотнище к груди.

Он удивленно поднял бровь, и в его взгляде заплясали веселые чертики.

– Зачем? В качестве трофея? Или для устрашения особо настойчивых гостей?

– Нет, – улыбнулась я, глядя на него поверх горы уродливой ткани. И улыбка моя стала вдруг очень мягкой. – На память о тебе.

Глава 46

Ирен

Мои слова повисли в воздухе, наполненные внезапной тишиной и значимостью. «На память о тебе». Я сама не ожидала, что в моем голосе прозвучит такая нежность, такая обнаженная искренность. Я все еще держала панталоны, как щит, но он уже был не нужен.

Даррен замер на мгновение, и все шутки, все веселые чертики в его глазах угасли. Воздух между нами сгустился, наполнился тихим гулом предвкушения.

– Ирен… – прошептал он.

Даррен не шагнул, а просто оказался рядом, преодолев расстояние в одно мгновение. Его руки обвили мою талию, с почтительной, трепетной нежностью. Широкие ладони легли на спину поверх грубой ткани, прижимая к себе, и я почувствовала, как учащенно бьется его сердце.

Он склонился, и губы коснулись моих. Сначала это было лишь легкое, почти воздушное прикосновение, пробующее, сомневающееся. Я закрыла глаза, и все внутри отозвалось на этот зов тихим, сокрушительным эхом. Пальцы разжались, и панталоны бесшумно соскользнуло на пол.

– Я здесь, – прошептала я ему в губы, и это было и ответом, и разрешением сразу.

Поцелуй углубился. Руки Даррена скользнули по моим плечам. Он, не спеша, почти благоговейно, стал высвобождать меня из плена уродливого платья. Оно с глухим шуршанием сползло на пол, образуя серую «лужу» у наших ног, и внезапно я осталась совсем обнаженной, чувствуя прохладу воздуха и жар его взгляда на своей коже.

Даррен опустился передо мной на колени, обняв бедра, и прижался щекой к моему животу.

– Ты пахнешь счастьем, – его голос был приглушенным. – И немного… корицей. Наряды, что в лавке пряностей продавали?

Я рассмеялась.

– Вероятно. Ты хочешь сказать, что я пахну булочкой?

Он отстранился, чтобы посмотреть на меня снизу вверх, и в его глазах снова заплясали чертики.

– Самой желанной булочкой в моей жизни, – без тени смущения заявил он, и его руки мягко скользнули выше, обвивая мою талию. – Я голоден. До умопомрачения.

– Даррен! – фыркнула я, но вздрогнула от поцелуя в пупок.

Он поднялся, все еще держа меня в объятиях, и его губы снова нашли мои. Теперь в его ласках не было и тени неуверенности. Он вел меня к кровати, и его руки скользили по спине, зажигая на коже целые созвездия мурашек.

Я не сопротивлялась, погруженная в ощущения. Губы Даррена были влажными и горячими, а руки такими уверенными. Когда ноги коснулись края кровати, он мягко опустил меня на спину, не прерывая поцелуя. Его тело придавило, и это было невыносимо приятно. Чувствовать всего несносного генерала.

– Ты такая хрупкая, – прошептал он, отрываясь от губ, чтобы засыпать поцелуями мою шею. Его дыхание обжигало кожу. – Я боюсь нарушить обещание, данное вчера.

– Не бойся, – выдохнула я, запуская пальцы в его волосы и притягивая обратно к себе.

Рука скользнула по моему боку, ладонь обожгла кожу на бедре, а затем мягко, но настойчиво раздвинула ноги. Я вздохнула, когда его пальцы коснулись чувствительно места.

– Ирен, – его голос был хриплым, пропитанным желанием. – Ты вся дрожишь.

– Это из-за тебя, – простонала я в ответ, выгибаясь навстречу его прикосновениям. – Только из-за тебя.

Он что-то пробормотал, возможно, мое имя, возможно, проклятие, и снова захватил губы в поцелуй. Его пальцы продолжали свою нежную пытку, заводя все выше и выше, к самому краю. Я цеплялась за его плечи, теряя связь с реальностью, оставался только Даррен. Его запах, вкус и прикосновения.

– Я не могу больше ждать, – он выдохнул. – Скажи, что я могу. Скажи «да».

– Да, – прошептала я, глядя в потемневшие от страсти глаза. – Даррен, да…

Он вошел, не сводя с меня глаз. Чувство полноты и близости было таким острым, что перехватило дыхание.

– Ирен, ты невероятна, – его голос сорвался на хриплый шепот.

Он замер, давая мне привыкнуть, и я видела, как он сжимает зубы, пытаясь сохранить контроль.

– Не останавливайся, – попросила я, обвивая его ногами и притягивая ближе.

И он послушался. Движения сначала были медленными, почти робкими, но с каждым толчком он погружался все глубже, а его ритм становился все более уверенным.

Я стонала. Тихо, сдавленно, потом все громче, по мере того как нарастало напряжение внизу живота. Он шептал что-то.

Когда пик наконец нахлынул, это было похоже на разрыв плотины. Мое тело выгнулось, взорвавшись миллиардом звезд, и я закричала, полностью позабыв обо всем на свете. Через мгновение тело Даррена напряглось, он издал низкий, гортанный стон и, сделав несколько последних, глубоких толчков, замер.

Он рухнул на меня, а я обняла его, прижимая к себе. Мы лежали так несколько минут, просто дыша, приходя в себя.

Через некоторое время Даррен приподнялся на локтях, отстраняясь, чтобы посмотреть на меня. Его волосы были в беспорядке, лицо раскраснелось.

– Ну что, – начал он, и в его голосе звучала ленивая, счастливая усмешка. – Каковы впечатления у леди от…

– Довольно, – мягко, но настойчиво потребовала я.

Я почувствовала, как его тело мгновенно напряглось. Улыбка исчезла, сменившись настороженным вниманием.

– Ирен? Что случилось?

Я отвела взгляд.

– Это был прекрасный прощальный подарок, – выдохнула я. – И я… я благодарна тебе. За все. За защиту. За спасение Чарли и меня. И за это…

– Прощальный? – тихо, с опасной мягкостью переспросил он.

– Это не должно было повториться, Даррен. Я… я не должна была этого допускать, – я зажмурилась. – У меня есть долг. Есть слово, данное другому. То, что произошло, это была слабость. Это последний раз. Прошу тебя, пойми.

Я рискнула поднять на него взгляд. В его глазах бушевала буря.

– Последний раз? – произнес Даррен медленно. – Ты лежишь в моих объятиях, только что отдавшись так, как не отдавалась, наверное, ни одному мужчине, и говоришь о «последнем разе»? Ты называешь это слабостью?

– А чем же еще? – голос сорвался. – Я забыла, кто я. Я забыла о своем долге. Я предала человека, который верит. Это ли не слабость?

Он отстранился от меня так резко, будто я его обожгла, и встал с кровати.

– Слабость, – повторил он, и в его голосе зазвучала ледяная ярость. – Хорошо, Ирен. Прекрасно. Если ты так этого хочешь… пусть будет по-твоему.

Он повернулся, накинул халат и вышел, громко хлопнув дверью. А я поняла, что сама только что растоптала свое счастье. Но по-другому не могла.

Через час вошла полная женщина в фартуке. Кухарка? Она принесла платье, уже приличное, дорогое. А потом вывела к экипажу, который отвез меня домой. Даррен проводить не вышел, отчего на душе стало еще тяжелее.

Глава 47

Дарен

– Сэр, – в кабинет вошел Клинт. Я только чуть повернул голову, переводя взгляд с залитых солнцем камней в темноту кабинета. – Послание от короля.

Я покивал и вновь повернулся к окну. Карета давно растворилась не только в солнечных лучах улицы, но и во времени, а я все никак не мог отпустить ее. Оставить мысли, что рвали на части. Терзали, как не терзали никогда даже враги.

– Сэр, я могу вам помочь? – тихо уточнил забытый Клинт, так и стоявший с документами у моего стола.

– Что? – недоуменно уточнил я, развернувшись. Понял, что слишком задумался, забыв об обязанностях, и вздохнул. Бросил последний взгляд на парочку, что шла вдоль улицы, о чем-то беседуя, и шепнул: – Нет, похоже, я совершил ошибку.

– Сэр?

– Довольно, займемся делами, – жестко велел я, широким шагом подходя к столу, и опустился в кресло, потянувшись к документам, что так и торчали из рук Клинта.

Вчитался в послание, больше не желая терзать себя мыслями, и едва не зарычал.

– Сэр? – тихо уточнил Клинт.

– Ненавижу спешку, – буркнул я досадливо, а на заинтересованный взгляд слуги пояснил: – Его Величество желает познакомиться с моей невестой на приеме в субботу.

Я откинулся на спинку стула, барабаня пальцами по столу. Я как раз не хотел никому показывать свое «приобретение». Зачем? Для чего? Жена не вещ, чтобы ей перед другими хвастаться. Но теперь выбора не оставалось, Его Величество отказа не потерпит.

– Отправляйся в дом Рейнов, передай им приглашение, – процедил я медленно и, приняв решение, выпрямился и подтянул к себе ближе бумагу и перо.

Тем лучше. Пора закончить с этой историей и вернуться к работе, чтобы для глупых мыслей не оставалось места.

Теща мне досталась деловитая и хваткая. Пожалуй, после свадьбы я ограничу общение Мэри с этой дамой, слишком сильно может быть ее влияние. Слишком нескромные у нее желания.

Я думал, что впереди меня ждет прием во дворце и все? Как бы не так! Оставшиеся дни я, словно слуга какой, таскался со своими новыми «родственницами» по магазинам, вынужденный смотреть, оценивать и покупать.

К счастью, невеста вела себя гораздо скромнее.

– Лорд Кануелл, – пока ее мать примеряла наряд, а швеи крутились вокруг, подкалывая ткань и намечая что-то известное только им, шептала она, скромно опустив глаза.

Девушка… была милая. Скромная, тихая и послушная, как я и мечтал. Но отчего-то все перечисленное сейчас вызывало лишь раздражение. Я не мог смотреть на нее, нарочито делая вид, что разглядываю разложенные на столе перед нами образцы ткани. Она, похоже, чувствовала мою неприязнь, кусала губы, подступая все ближе, и тянула руку, но так и не рискнула коснуться. Пожалуй, мне было стыдно. Хотелось извиниться, объяснить и отправить бедную кроху домой, искать жениха, который будет ценить ее кротость. Но нельзя.

– Я слушаю вас.

Мэри словно еще больше сжалась, мяла подол в пальцах, как-то странно бросая взгляды на свою мать.

– Скажите, почему вы выбрали меня?

Я вздохнул, лгать не хотелось и правду открывать не стоило, нам еще вместе жить.

– Вы прекрасная девушка, Мэри, – я старался говорить ровно, но голос срывался на раздраженное шипение. – И прекрасно мне подходите. У вас хорошее происхождение, отличное воспитание, а главное, характер, который позволит жить рядом с таким человеком, как я.

– Но вы меня не любите?!

И что я должен был ответить? Люблю?! Да я никого не люблю!.. Лгу, себе лгу…

– Мэри, это детские глупости. Оставьте, – как мог жестко отрезал я. Я генерал, мне положено быть холодным, привыкайте, леди. – Вы прекрасная партия для меня, я для вас, что еще нужно?

– Однако о вас говорят совсем другое. Говорят, вы испытывали симпатию, – шепнула она, подступив совсем близко.

Я поморщился. Ну да, о моих любовницах «невесте» наверняка сообщили все кому не лень.

– Леди Рейн, я был свободным человеком, поймите. Мужчина не может долго оставаться один, к сожалению. Но я даю вам слово, что со всеми своими привязанностями я покончил.

Ну да, так или иначе. О том, что причина сейчас готовилась к собственной свадьбе, вам, милая Мэри, знать ни к чему. Вас и так ждет не слишком счастливая жизнь.

Неожиданно даже для меня внутри поднялась волна жалости к этой девушке, ставшей разменной монетой в наших играх. Пожалуй, я могу дать слово, хотя бы себе, что постараюсь сделать ее замужество если не счастливым, то, по крайней мере, спокойным. Она не узнает, как я на самом деле отношусь к ней, будет заниматься своими делами, растить моих детей и ни в чем не знать отказа. Это самое малое, что я могу сделать для нее. Ирен права, жена не игрушка.

Приняв решение, я уже без отвращения смог посмотреть на свою невесту и даже улыбнуться, вложив в улыбку свое безмолвное обещание.

Мэри, до того смевшая смотреть на меня лишь из-под ресниц, вдруг подняла лицо. И в глазах ее я не видел смущения. Наоборот, там была решительность и какая-то… надежда?!

– Говорят, – повторила она уже с нажимом, – что вы провели последние дни с одной известной леди. Лорд Кануэлл, леди Хилл очень достойная особа, и…

Договорить она не успела. Замолчала и опустила взгляд, почти отпрыгнув от меня.

– Лорд Кануэлл, вы волшебник, – подлетела к нам причина такой скромности. Анна Рейн подхватила дочь под руку и щебетала что-то о тканях, моей щедрости и ее везении. А Мэри стояла, опустив голову, и больше взгляд не поднимала, как не пыталась и продолжить разговор. Что же вы хотели сообщить мне об Ирен, милая леди?

К сожалению, больше Анна нас наедине не оставляла, и мнение Мэри осталось для меня тайной.