Текст книги "Цветок для ледяного дракона (СИ)"

Автор книги: ЙаКотейко

Соавторы: Сова Люськина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Глава 53

Сердце забилось так, будто хотело выпрыгнуть и открыть дверь само. Я едва слышала собственные шаги на фоне его бешеного стука. Я повернула ключ, отодвинула задвижку.

Передо мной стоял Дармир. В темном пальто, с инеем на плечах и в волосах, будто принес с собой кусочек морозной ночи. В одной руке он держал большую плетеную корзину, от которой исходил дивный, согревающий душу аромат свежей выпечки и пряностей. В другой – бутылку вина.

Но все это я заметила потом, потому что первым делом наши взгляды встретились. И в его глазах, обычно таких сдержанных, пылало настоящее пламя радости. Оно сожгло последние остатки моей неуверенности.

– Белинда, – произнес он мое имя. – Моя дорогая.

Больше мы не стали тратить время на слова. Корзина и бутылка мягко опустились на пол, и в следующий миг я уже была в его объятиях. Дармир притянул меня к себе с такой силой, что на мгновение перехватило дыхание. Его губы жадно нашли мои. Это был поцелуй долгожданной встречи, поцелуй, который говорил: «Наконец-то. Только мы. И два дня впереди». Я обвила его шею руками, вцепилась пальцами в ткань пальто, отвечая с той же страстью, растворяясь в тепле своего дракона.

Когда мы наконец оторвались друг от друга, Дармир прерывисто выдохнул.

– Все готово, – прошептала я, едва слышно. – Мы можем просто… поужинать. И никуда не спешить.

Он кивнул, снял пальто, а после снова обнял, и лишь после еще одного короткого, сладкого поцелуя наклонился, чтобы поднять корзину. Мы прошли в комнату, и я увидела, как его взгляд скользнул по гирляндам, игрушкам, по накрытому у окна столику.

– Это… волшебно, – просто сказал Дармир, но мне стало очень приятно.

– Я старалась. Хотела сделать тебе приятное.

– У тебя получилось.

Он поставил свои дары рядом со столом. А сам сел в кресло, откинувшись на спинку, и открыл мне объятия.

– Белинда, – его голос прозвучал низко, с легкой, просящей ноткой. – Просиди со мной. Здесь. Вместе. Я слишком соскучился, чтобы сидеть напротив.

Мое сердце встрепенулось. Я лишь кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и устроилась рядом, прижавшись боком к его груди, а он обнял рукой, крепко прижав к себе. Его тепло, ровное сердцебиение под моей щекой, были совершенным умиротворением. Мы сидели молча, глядя за окно на сверкающие огни фейерверков. Пальцы Дармира медленно водили по моей руке, и от этого прикосновения по коже бежали искры.

Но вдруг я почувствовала, как тело дракона напряглось. Он замер, а потом выдохнул.

– Что такое? – подняла я голову, заглядывая ему в лицо.

Дармир поморщился, в его взгляде читалась досада.

– Я забыл. Совсем вылетело из головы со всей этой суетой.

– Что забыл?

– Твой подарок. Остался дома, на столе. Я… мне нужно ненадолго отлучиться. Прости.

Дармир попытался приподняться, но я мягко, но решительно прижала ладонь к его груди, удерживая на месте.

– Нет, – сказала твердо. – Он подождет. Самый лучший подарок… он уже здесь. Он пришел.

Глаза Дармира расширились и вспыхнули опасным, хищным, невероятно притягательным огнем. В них не осталось и тени досады.

– Ты уверена? – голос стал густым, как мед, и обжигающе тихим.

В ответ я не стала ничего говорить. Сама закрыла оставшееся между нами расстояние и прижалась губами к его губам. Это был уже не поцелуй встречи, а тот, что стирает границы. Медленный, глубокий, исследующий. В нем было обещание и предвкушение. Дармир ответил мне с таким жаром, что мир вокруг поплыл. Ощущения обострились до предела.

Дармир легко приподнял меня, пересадив так, чтобы мы оказались лицом к лицу. Его руки скользнули по плечам, а потом обхватили за талию, заставив вздрогнуть. Я запустила пальцы в платиновые волосы.

– Белинда? – прошептал он между поцелуями.

– Да…

Дармир встал, не разрывая объятий, и понес меня к кровати. Опустил на край, сам опустившись передо мной на колени, сильные руки обнимали бедра, а взгляд был прикован к моему лицу.

Дальше не было слов. Были только прикосновения, которые говорили громче любых клятв. Медленно, словно разворачивал самый драгоценный дар, он снял платье. Губы следовали за движением рук, оставляя по пути влажные, горячие поцелуи на моей коже.

Когда на мне осталась только шелковая сорочка, Дармир откинулся назад, чтобы посмотреть. Его взгляд, полный немого восхищения и жгучего желания, был наградой за все сомнения. Он провел пальцем по кружевному краю.

– Ты… невероятна, – выдохнул он.

Потом терпение дракона лопнуло. Он сбросил с себя одежду, и в тусклом свете праздничной ночи я видела мощные линии его тела. Дармир снова оказался рядом, его кожа обжигающе горячо касалась моей через шелк. Поцелуи стали глубже, требовательнее, руки увереннее.

Шелк вскоре оказался помехой, которая быстро исчезла, отброшенный в сторону небрежным движением. Теперь нас ничего не разделяло.

Наша любовь была подобна океану. То нежной и ласковой, как теплые воды у берега, то бурной и всепоглощающей, как шторм. Дармир знал мое тело, казалось, лучше, чем я сама. В его объятиях я не чувствовала страха, только нарастающую, ослепительную волну наслаждения, которая поднималась из самых глубин и смывала все мысли и воспоминания, оставляя только приятные ощущения.

Когда волна наконец накрыла меня, смыв с криком в бурлящую бездну, Дармир последовал за мной, его рычание заглушилось в поцелуе. Мы падали вместе, сплетенные в одно целое, дыша одним воздухом, одним ритмом.

Тишина, что наступила потом, была густой, сладкой и полной. Дармир медленно перевернулся на бок, не отпуская, и притянул к себе, так что моя спина прижалась к его груди. Его рука легла на живот, пальцы переплелись с моими. Губы коснулись моего плеча.

– Я люблю тебя, Белинда!

Глава 54

Его слова окончательно растворили прошлое. Окутали теплом, нежностью и ожиданием прекрасного. Будущего, где есть место только нашей любви.

– Я люблю тебя, Дармир, – эхом повторила я, стараясь, чтобы в голосе звучали все обуревавшие меня в тот миг чувства. – Я очень-очень тебя люблю.

Это был самый лучший, самый прекрасный праздник в моей жизни. Мы не спешили. Любили друг друга до умопомрачения, после сидели в кресле, вместе, обнимаясь и просто наслаждаясь близостью. Целовались и опять сбегали в кровать, чтобы вновь вернуться и перекусить.

Я не хотела, чтобы наступало утро, но усталость брала свое. Но я сопротивлялась до последнего! Лежала в теплых объятиях и силой открывала глаза, чтобы побыть еще немножко в этом дне. Рука, путешествующая по груди Дармира, иногда замирала, расслаблялась, но после дергано продолжала гладить дракона, пересчитывая чешуйки.

– Поспи, – после очередного моего пробуждения с мягким смехом посоветовал Дармир. – Не мучь себя.

– Я так не хочу, чтобы этот день заканчивался. Чтобы мой праздник уходил. Кажется, если я закрою глаза, ты опять исчезнешь и станешь занятым мэром.

– Да, я опять стану мэром, – мягко подтвердил Дармир, схватил мою руку и поцеловал. – Но никогда не исчезну. Да, я буду занят, но всегда, Белинда, каждую ночь буду возвращаться к тебе. И любую свободную минуту буду посвящать тебе, потому что сам не хочу тебя отпускать даже на мгновение. А теперь поспи. Завтра я точно никуда не денусь.

Я улыбнулась, благодарно потерлась о плечо Дармира носом и, кажется, тут же уснула.

Проснулась от полного любви, одуряюще нежного поцелуя. Дармир был здесь, как и обещал, и он подарил мне столько своего тепла, что хватило бы отапливать мою оранжерею всю предстоящую зиму.

– Итак, на завтрак у нас, – весело говорил Дармир, выставляя на столик все вчерашние закуски. Мы совсем чуть перекусили, так что сегодня можно было бы даже из постели не вставать. Лениво дойти до кухни и вернуться вновь. Но нет, Дармир настоял, что завтрак должен быть полный, и теперь так заботливо ухаживал за мной. – Все. Что желаете, моя леди?

– Тебя!

Дармир замер, повернулся, блеснув хищным взглядом.

– Это обязательно, но перед десертом, моя леди, придется съесть что-то более материальное.

Он был прекрасным в штанах и фартуке на голый торс. Это будило вовсе не мысли о завтраке. Я готова была питаться только десертом, по крайней мере, ближайшие несколько дней. Пока не паду измученная голодом физическим.

Сама я сидела все в той же ночной сорочке. У меня еще не было возможности переодеть ее и показать дракону следующую, но я знала, это лишь дело времени.

Наконец Дармир поставил все, что хотел, откинул прочь фартук, и сам сел напротив. Несколько наводящих вопросов, и в моей тарелке оказался настоящий королевский завтрак. Себя дракон тоже не обделил, но стоило проглотить первый кусочек мясного пирога, как-то вдруг успокоился. Смотрел в тарелку, водил вилкой по еде и выглядел очень виноватым.

Наконец вздохнул и поднял глаза. Такие же виноватые и полные мольбы.

– Белинда, у меня к тебе просьба.

Я удивленно вскинула брови. В голове было пусто. Почему этот мужчина может вести себя так, я просто не представляла.

– Прости меня, любимая моя, но я… я так хочу подарить тебе приготовленный подарок. Ты отпустишь меня? Всего на час! Я туда и обратно. Я не могу больше терпеть.

Рот сам собой открылся в удивленном «о». Даже не знаю, что было более милым, его слова или поведение. Он сейчас был таким… ранимым. Настоящим! Сильный когда надо и не боящийся показать слабость. Нежность затопила с головой, не позволяя сказать ни слова. Поэтому я поднялась и опустилась перед ним на колени. Обхватила его ладони и прижалась к ним щекой.

– Ты самый замечательный, самый лучший, самый сильный мужчина. Конечно, я подожду тебя. Только… не задерживайся, пожалуйста, – и я посмотрела на него снизу вверх, вложив во взгляд любовь и тоску понимания, что придется побыть одной.

В глазах Дармира зажегся жаркий огонь. Он склонился ниже, целуя меня уже властно. Еще мгновение, и я уже висела на нем, обхватив за талию ногами.

Его поездку пришлось немного отложить.

Долгий поцелуй, неуверенность в глазах и, в конце концов, я закрыла за Дармиром дверь. Тут же прислонилась к ней спиной, невольно отсчитывая секунды. Чтобы не тосковать, решила пока заняться уборкой. Нужно, чтобы нам в этот день ничего не мешало. В том числе грязная посуда. Но стоило войти в кухню, в дверь постучали. Я поспешила к ней, с любопытством ожидая услышать, что же мог еще забыть дракон. Глупая мысль, что он вернулся только, чтобы поцеловать меня еще раз, невольно раскрасила щеки жаром.

Щелкнул замок, я распахнула дверь и испуганно всхлипнула, отшатнувшись. Генри криво ухмыльнулся, втолкнул меня внутрь и вошел следом, захлопнув дверь.

– Ну привет, милая. Что же ты меня не пригласила на праздник?

– Ты…

– Я. Нет, я понимаю, дракон, мордаха смазливая, деньги из карманов торчат, задурил голову дурехе, но ты же не девочка, Белинда!

– Уйди! – вскрикнула я и метнулась прочь.

На плече тут же сомкнулась жесткая хватка.

– Нет, милая, мы уйдем вместе, – прошипел Генри и зажал мне рот рукой с какой-то вонючей тряпкой.

Я трепыхнулась, раз, другой, а после почувствовала, как уплывает сознание. Как заполняет разум тьма. Отчаянный крик: Дармир! – прозвучал уже на грани сна и яви, а после была лишь тьма небытия.

Глава 55

Сознание вернулось ко мне. Весь мир качался и подпрыгивал. Я была закутана в свою шубу и еще в какое-то колючее одеяло, ноги закоченели от холода. Рядом, на сиденье, валялись мои сапоги. Я ехала в карете.

Холодный ужас поднялся изнутри. Я метнулась к запотевшему окну, протерла стекло ладонью. На облучке, спиной ко мне, сидел Генри. Он лихорадочно погонял лошадей, и пейзаж за окном мелькал с неестественной, пугающей скоростью. Лес сливался в сплошную темную стену. Он использовал магию ускорения.

– Останови! – отчаянно крикнула ему. – Генри, отпусти меня!

Он обернулся, и лицо, искаженное гримасой торжества и злобы, мелькнуло в окошке.

– Успокойся, милая. Скоро пересядем на поезд. Будет тихо и спокойно. А если не угомонишься, – он зловеще постучал пальцем по виску, – снова уснешь. Надолго.

Отчаяние, острее любого ножа, впилось в горло. Поезд. Дальняя дорога. Меня снова запрут в клетку. Нет и нет.

Мысли метались, как пойманные птицы, пока не наткнулись на тихую, зеленую точку спокойствия внутри. Моя магия. Земли, роста, жизни. Я быстро натянула сапоги, а после зажмурилась, стараясь сосредоточиться на изумрудном огоньке. Представила себе гибкий, цепкий плющ, не знающий преград. Тот, что оплетает древние стены. Упругие побеги, невероятную силу гибкости.

Тепло разлилось от груди к кончикам пальцев, даже закоченевших от холода. Под сиденьем кареты, в щелях промерзшего пола, что-то зашелестело. Тонкие, изумрудные побеги проросли с магической скоростью, заплетая собой дверцу. Я сконцентрировалась, вкладывая в зеленые усики все свое отчаяние и волю к свободе.

Плющ с хрустом выдавил старую деревянную дверцу, и в проем хлынул ледяной воздух. Не думая о последствиях, я рванулась вперед и вывалилась из несущейся кареты прямо в придорожный сугроб.

Удар был мягким, но отшиб дыхание на некоторое время. Я покатилась по снегу, кувыркаясь, пытаясь встать на ватные ноги. Карета пронеслась дальше, но почти сразу послышался скрежет торможения и яростное проклятие.

«Беги!» – приказала я себе, но тело не слушалось, спотыкаясь о снежные наносы. Я слышала за спиной тяжелые, быстрые шаги.

– Куда, дура⁈ – рык Генри настиг меня прежде, чем его рука вцепилась в плечо и швырнула на землю.

Я упала на спину, а он навис сверху. Лицо было искажено бешенством. В следующее мгновение его не стало.

С неба, бесшумно и стремительно, как белая молния, рухнула тень. Она обрушилась рядом со мной, отшвырнув Генри, с такой силой, что земля содрогнулась, а снег взметнулся фонтаном. И прежде чем снежная пыль осела, из нее возник Дармир.

Он стоял, заслоняя меня собой, в одних брюках и белой рубашке, насквозь промокшей от снега. Ни пальто, ни плаща. Он примчался так быстро, что даже не успел одеться. Его волосы были растрепаны ветром, а глаза горели холодным, абсолютным пламенем драконьей ярости. В них не было ничего человеческого.

Генри ахнул и отпрянул, но было поздно. Дармир двинулся вперед со сверхъестественной скоростью. Его кулак со всей силой обрушился на челюсть Генри. Что-то хрустнуло, Генри отлетел и грузно шлепнулся в снег, завывая от боли.

– Как… как ты нашел нас? – захрипел Генри, выплевывая кровь. – Я использовал стиратель следов! Никто не мог…

– Никто не смеет красть то, что принадлежит дракону, – голос Дармира звучал низко и раскатисто. – А тем более возлюбленную. За это – смерть.

Последнее слово повисло в морозном воздухе. Генри побледнел, ужас сковал его. Он понял, что это не пустая угроза. Дармир поднял руку, и вокруг Генри с шипящим звуком взметнулась из земли стена чистого, прозрачного льда, сомкнувшись над ним в непроницаемое ледяное кольцо-темницу.

И только тогда Дармир обернулся ко мне. В голубых глазах погасла ярость, сменившись тревогой. Он рухнул передо мной на колени в снег, сильные руки обхватили мои плечи, будто проверяя, цела ли я.

– Белинда… Прости. Прости меня, я оставил тебя одну, это моя вина, я никогда не прощу себя… – он говорил прерывисто.

Я подняла руку и прикоснулась к его щеке, такой холодной. Он замер, вглядываясь в мое лицо.

– Глупости, – прошептала я, и слезы радости вырвались наружу. – Ты пришел. Ты всегда приходишь.

Он прижал меня крепко к своей груди. Потом отстранился, и, не вставая с колен, сказал он тихо:

– Я ушел за этим.

Его свободная рука полезла в карман брюк.

Он вынул маленькую бархатную коробочку и открыл ее. Внутри, на черном бархате, лежало обручальное кольцо, напоминающее собой переплетенные ветви дерева, с небольшим, но ослепительно ярким изумрудом в центре. Цвета моей оранжереи, цвета жизни.

– Белинда Финн, станешь ли ты моей женой? Будешь ли ты повелительницей моего сердца на все оставшиеся дни, которые я смогу тебе подарить?

Мир замер. Шум леса, свист ветра, даже стоны Генри из-за ледяной стены. Все исчезло. Были только глаза, полные надежды и любви.

– Да, – выдохнула я, и это было самым простым и самым верным решением в моей жизни. – Да, Дармир. Тысячу раз да.

Он снял кольцо с бархатной подушки и надел его мне на палец. Оно оказалось идеально впору, будто было частью меня всегда. Дармир поднялся и помог встать мне, и его губы нашли мои в долгом, сладком поцелуе.

Нам пришлось прерваться, когда к месту происшествия подоспели полицейские на санях. Дармир, не отпуская моей руки, коротко объяснил ситуацию. Ледяная стена растаяла от одного взмаха руки дракона, обнажив дрожащего, побежденного Генри. Полицейские отвели бывшего мужа в сани, на этот раз заковав в магические наручники.

Когда все было готово, Дармир обернулся.

– Домой? – спросил он просто.

И прежде чем я успела кивнуть, воздух вокруг него сгустился, заколебался. Он отступил на шаг, и на его месте возник дракон. Большой, великолепный и очень сильный.

Я подошла, обняла его теплую шею и вскарабкалась на спину, устроившись между мощных крыльев. Дракон оглянулся, убедился, что я держусь крепко, и могучим толчком оттолкнулся от земли.

Мы взлетели над лесом, дорогой. Холодный ветер свистел в ушах, но меня согревала жаркая чешуя и безумное, ликующее счастье в груди. Я прижалась к его шее, глядя, как под нами проплывают огоньки родного города. Он был прав. Домой. Теперь дом, потому что здесь он. Мой дракон. Мой Дармир.