Текст книги "Путь Шиноби: Первые Шаги (СИ)"

Автор книги: UALive

сообщить о нарушении

Текущая страница: 89 (всего у книги 99 страниц)

Глава 177

После того как Майто Дай осыпался пеплом, а Гаю дали несколько минут тишины чтобы он оплакал смерть отца, прибывшие шиноби начали разбираться в произошедшем. Конечно, всем и так было очевидно что посреди уничтоженного участка леса прошел бой, но стоило ещё понять – как проходил бой, что вызвало те мощные порывы ветра и что стало с Мечниками Тумана? Последний вопрос интересовал шиноби особенно сильно, ведь после боя не осталось ни тел, не хотя бы следов побега.

Но не долго шиноби Конохи размышляли над судьбой Мечников Тумана. Уже вскоре был обнаружен, глубоко воткнутый в землю, Нуибари. Не успел шиноби Конохи удивиться своей находке, как неподалеку раздался крик другого шиноби, привлекающего к себе внимание. Когда присутствующие перевели на него взгляд, то заметил как тот держит в руке Шибуки. Два легендарных меча Кири просто валялись на земле, как выкинутый мусор.

А уж какого было удивление группы спасения, когда они нашли ещё два легендарных меча – Хирамекарей и Кабутовари. От подобных находок шиноби пришли в ещё большее недоумение и непонимание ситуации. Ведь не могли же Мечники Тумана вот так взять и сбежать, бросив свои мечи?

Шиноби Конохи и в голову не могло прийти, что владельцев четырех мечей смог убить Майто Дай. Нет, они конечно помнили тот всплеск силы что продемонстрировал Дай, открыв Шестые Врата, но все ещё не верили что его сил достаточно чтобы сразить врагов уровня Мечников Тумана. Впрочем, отсутствие других достоверных версий событий, постепенно подтачивало их неверие.

Единственными из присутствующих, кто понимал подоплеку произошедшего, были Гай и Косуке. Они знали о Восьми Внутренних Вратах и о том что Дай открыл Врата Смерти, но говорить об этом собравшимся не собирались. И если Гай молчал из-за того что все ещё пребывал в горе, сосредоточившись на том, чтобы собрать прах отца, прежде чем его развеет по ветру, и достойно похоронить, то у Косуке были более прагматичные причины.

Старый шиноби, каким-то инстинктивным образом, смог уловить необычный взгляд Акиры, что мальчик постоянно бросал на кучу пепла, оставшуюся от Дая. Даже не видя лица Узумаки, Марубоши чувствовал как в его эмоциях преобладает любопытство.

В любой другой ситуации, Косуке не стал бы переживать насчет интереса к Восьми Внутренним Вратам, и без проблем бы утолил любопытство Акиры, пусть и умолчав некоторые детали. Но после произошедшего с Даем… старый шиноби опасался говорить на эту тему. Один дурак уже доказал, что не имея доступа к нужным знаниям, можно изучить одно из сильнейших киндзюцу. А что если интерес к подобному дзюцу возникнет у одного гениального ребенка?

Марубоши сам для себя решил, что по возвращению в лагерь, нужно будет как можно скорее встретиться с Намиказе и обговорить с ним этот момент. Не стоит давать Узумаки повода чтобы попробовать самому научиться открывать Восемь Внутренних Врат.

Жертва Дая дала Косуке определенное представление о том, насколько на самом деле опасно использование Восьми Врат. Хоть уже давно было известно что открытие всех Восьми Врат является смертельным для шиноби, ещё никто и никогда, на его памяти, из всех пользователей этого киндзюцу, не смог открыть больше трех Врат за раз. Даже его старый товарищ, Сарутоби Хирузен, получивший прозвище Профессор, за то что он изучил все дзюцу Конохи, не смог подняться выше этого предела.

В свою очередь Дай… каким-то чудом смог полностью овладеть этим киндзюцу и открыть Врата Смерти. Вспоминая те четыре невероятно мощных порыва ветра, и сопоставляя их с нахождением четырех легендарных мечей Кири, при этом учитывая отсутствие тел владельцев, Марубоши мог представить какой безумной силы смог добиться Майто старший. Вот только Дая хватило лишь на четыре удара, и, истратив все силы, его тело начало обращаться в пепел. Подобающе ужасающая цена за ужасающую силу.

«Но если этот великовозрастный дурак смог научиться открывать Врата, то мог ли он передать это знание другому подобному дураку?» – Сам себя спросил Косуке, без злобы и намерения оскорбить, поглядывая на Гая.

А тем временем группа спасения продолжала заниматься своими делами. Гай собирал прах отца, в то время как его сокомандники и подопечные Минато стояли рядом, оказывая молчаливую поддержку. Шиноби Конохи, под командование Нобуюки, осматривали поле боя, пытаясь найти другие легендарные мечи а также тела, или хотя бы части тел, Мечников Тумана, чтобы наверняка подтвердить их смерть.

А затем, наконец, прибыла подмога, в лице Желтой Молнии Конохи. К сожалению, слишком поздно, как для быстрейшего шиноби в мире.

* * *

Шиноби Конохи на фронте пребывали в ошеломлении. Да что там на фронте, даже в самой Конохе, Хокаге и его старейшины испытывали не меньший шок от полученных новостей. Один единственный шиноби Конохи смог в одиночку убить четырех Мечников Тумана и обратить в бегство оставшихся трех.

Разумеется, прежде чем обнародовать подобную информацию, она была тщательно перепроверена и подтверждена по нескольким источникам. Некоторое время ещё оставались сомнения, но после того как один из шпионов Конохи, живущий непосредственно в Деревне Скрытого Тумана, передал информацию о возвращении лишь трех Мечников, а также устроенном Третьим Мизукаге яростном переполохе, сомнения сразу же испарились.

И хотя руководство Конохи радовалось тому, что их шиноби смог так сильно ослабить врага, пусть и ценой своей жизни, им пришлось в экстренном порядке искать ответы на неудобные вопросы. Ведь как так получилось, что Мечников Тумана одолел вечный генин? А если он так силен, то почему оставался генином? Почему его силу скрывали и не использовали раньше? И что это вообще у него за сила?

Если на вопросы про Майто Дая руководство Конохи дало ответы, которые все равно оставили шиноби несколько недовольными, то рассказывать про Восемь Врат они не собирались, ограничившись информацией о том что это киндзюцу, и что плата за его использование – смерть. Руководство Конохи, подобно Косуке, также испытывало опасения, в связи с тем что вечный генин, каким-то образом, смог овладеть подобной силой, а потому о многом умолчало и расставило акценты там где нужно.

Кроме того, не меньших возмущений вызвали действия одного из командиров лагерей, что направил команду Гая прямо в руки Мечников Тумана, не предупредив их об опасности. Как уже говорилось, шиноби испытывают презрение к тем, кто скрывает важную информацию, тем самым подставляя их. В результате возникшего недовольства, и даже ненависти, в сторону командира лагеря, руководство Конохи сняло его со своего поста и отправило в боевые патрули, наравне с другими шиноби. Конечно, не малую роль в снятии его с должности сыграл и Минато, воспользовавшись своими связями и доведя жалобы непосредственно до Хокаге. В противном случае, бывший командир мог оставаться на своем месте ещё какое-то время и, возможно, урегулировал бы проблемы с недовольными.

Ну а пока руководство Конохи пыталось утихомирить политические бурления, на фронте борьба разгоралась с новой силой. Пусть шиноби Кири и не испытывали тех же товарищеских чувств что и шиноби других скрытых селений, и в принципе были теми ещё кровожадными ублюдками, но даже их проняло убийство сразу четырех Мечников Тумана, снизив моральный дух. В результате этого, давление, оказываемое многочисленными партизанскими отрядами Кири на шиноби Конохи, резко снизилось. Шиноби Конохи получили отличную возможность пройтись огнем и всей своей мощью по лесам Страны Горячих Источников, где прятались враги.

На фоне всех этих событий, одна небольшая похоронная церемония как-то не слишком выделялась. А ведь именно покойный, которому отдавалась последняя дань уважения, стал причиной той волны, что переломила ход войны между Конохой и Кири. Ещё не известно, сможет ли эта волна пройти до самого конца, или утихнет на половине пути? Но никто не сомневался что Майто Дай внес немалый вклад в будущую победу.

Но это все дела будущего. Сегодня же, люди пребывали в трауре.

Почтить память Майто Дая пришло не так уж много людей. Присутствовали сам Гай, со своими товарищами по команде, команда Минато в полном составе, несколько членов команды спасения, включая Косуке и Нобуюки, а также пара знакомых, с которыми он работал на лагерной кухне. Остальные шиноби Конохи как-то подзабыли о жертве Майто старшего, и чего он этим добился. Да и не было у них особо времени думать о погибшем вечном генине, особенно с учетом того что массовое наступление Конохи по всему юго-восточному фронту было в самом разгаре.

Присутствующие на похоронах были одеты в одежды темных тонов. Не у каждого с собой на фронте были черные траурные одежды, или просто черная одежда, потому многие по большей части были одеты кто во что горазд. Но они хотя бы старались подобрать темные наряды, с минимальным количеством ярких цветов.

Стоя ровными рядами, они с закрытыми глазами чуть кланялись в сторону постамента, на котором стояла простая керамическая урна, а рядом рамка с черной лентой и фотографией улыбающегося Майто Дая. Так они выказывали уважение покойному и его жертве.

Когда официальная часть похорон подошла к концу, некоторые начали расходиться. Все же у них ещё были обязанности. В том числе ушли Минато и Акира, так как у первого было важное совещание, на котором будет обговариваться вопрос дальнейшей борьбы с шиноби Кири, а второй чувствовал себя лишним. Красноволосый не знал слов что могли бы подбодрить Гая, тем более что он сам так и не смог в должной мере пережить горе утраты, от потери единственного родителя.

В итоге, с Гаем остались лишь его друзья со времен Академии Шиноби. Но даже они не знали нужных слов, чтобы как следует подбодрить бывшего однокурсника. У Генмы и Эбису родители были живы, так что они не могли понять чувств сокомандника. Тоже самое можно было сказать и про Рин, вот только она с малых лет была круглой сиротой, а потому не помнит что значит терять родителей.

И лишь Какаши мог, в некотором роде, понять чувства своего вечного соперника и лучшего друга. Подойдя поближе к Гаю, что неотрывно смотрел на фотографию отца, беловолосый заговорил.

– Как ты, Гай? – Задал Хатаке простой вопрос, только чтобы начать разговор. – Я понимаю что это не легко терять отца и соболезную твоей утрате…

– Спасибо, Какаши. – Прервал его на полуслове Майто младший, закрывая лицо руками. – Я правда благодарен тебе.

Какаши потратил пару секунд на то чтобы дождаться дальнейших слов Гая. Но когда беловолосый так ничего и не услышал, то решил продолжить разговор.

– Если тебе нужно выговориться, то я готов тебя выслушать. – Решил Хатаке метафорически подставить плечо своему другу. – Главное не держи всю боль в себе.

– Хе-хе. – Коротко посмеялся Гай, после чего убрал ладони с лица, явив своим друзьям улыбку, пусть и не такую широкую как они привыкли.

– Что тебя так развеселило, Гай? – Спросила из интереса Рин, внутренне радуясь с того, что густобровый не пытается закрываться в себе.

– Я подумал над тем, как бы отреагировал отец, если бы увидел в каком состоянии я был последние пару дней. – Начал говорить Гай, не скатываясь в уныние при упоминании Дая. – Он бы точно меня ударил, а затем отругал, сказав что его юность уже закончилась, но моя ещё в самом разгаре. – На этих словах его улыбка стала ещё шире.

Какаши понял что он зря переживал о состоянии Гая. Его вечный соперник оказался стойким и волевым, способным пережить горе утраты с улыбкой на лице, в отличии от беловолосого.

На миг, в голове Хатаке пронеслась завистливая мысль о том, что отец Гая умер как герой, пожертвовав своей жизнью чтобы защитить сына, в то время как его отец, Сакумо, умер в позоре, эгоистично оставив его сиротой. Но эта мысль очень быстро была отброшена Какаши как полнейшая чушь. Какая разница чей отец как умер, ведь потеря родителя это все равно трагедия.

Переведя взгляд на урну, Гай неспешно подошел к ней и аккуратно схватил двумя руками. После завершения прощальной церемонии, он должен будет передать урну в морг, где хранятся тела, или то что осталось от тел, шиноби Конохи. Оттуда их перевозят в Коноху, где уже полноценно хоронят на кладбище.

Когда эта война окончится, Гай непременно навестит своего отца на его могиле, положит цветы у памятника, вновь почтит его память, а затем расскажет о всех радостях и невзгодах что приключились с ним за время их расставания.

Но это будет ещё неизвестно когда. Сейчас же, Гай должен приложить все силы чтобы защитить своих друзей. И для этого, он должен стать ещё сильней. А это значит ещё больше тренировок и ещё больше соперничества с его вечным соперником.

Стоило Майто только доставить урну с прахом отца до морга и выйти наружу, как он тут же перевел взгляд на дожидающегося его Хатаке и, приняв позу крутого парня, указал на него пальцем.

– Какаши, сразись со мной! – В своей привычной манере, громко заявил Гай.

Какаши, а вместе с ним, находящиеся рядом, Рин, Генма и Эбису, удивленно уставились на вызывающе ведущего себя Гая. Они явно не ожидали что он так быстро и резко вновь начнет вести себя как обычно.

Но Гай всего лишь следовал заветам отца. Его юность все ещё была в самом расцвете.

(П.А. – Вот уж действительно, герой. Действия Дая повлияли на многое, и уже в следующей главе вы увидите результат поднятой им волны. Ведь со следующей главы начинается последняя арка Третьей Великой Войны Шиноби.

Поддержите автора на Бусти (https://boosty.to/ualive). Там уже есть 25 дополнительных глав, а так же второй том Пути Шиноби.)

Глава 178

Выходя из своей палатки после продолжительного сна, я невольно поежился от холодного ветра. Утро выдалось не самым теплым, но я надеялся что к полудню достаточно потеплеет.

С наступлением октября, погода в Стране Горячих Источников менялась все сильнее, и не в лучшую сторону. Для меня, привыкшего к практически нескончаемому лету в Стране Травы, такое резкое похолодание было очень непривычным. А ведь Рин говорила что погода ещё относительно теплая, и что ближе к началу декабря стоит ожидать выпадение первого снега. И хоть я с нетерпением ждал этого момента, в то же время опасался что с наступлением заморозков я и сам замерзну насмерть. Как вообще человек может выжить при температуре ниже уровня замерзания воды?

Единственным плюсом утреннего холода, что я для себя отметил, было то как этот самый холод бодрит меня, позволяя быстрее сбросить остатки сна, с которыми у меня постоянные проблемы. Но в то же время просто стоять и терпеть холод я также не намеривался, а потому быстрым шагом направился в сторону столовой, желая позавтракать чем-нибудь горячим.

Зайдя в шатер со столовой, я быстро приметил как за одним из столиков уже сидели Рин и Хатаке. Эти двое всегда просыпались очень рано, за исключением тех случаев, когда мы были истощены долгим выполнением миссий.

Посмотрев в мою сторону, они не стали громко приветствовать меня, чтобы не мешать другим шиноби завтракать, а ограничились простым кивком. Я кивнул в ответ и подошел к стойкам с едой, понабрав для себя несколько различных блюд. С подносом полной еды, я дошел до столика что занимает наша команда и присел за него.

Без лишних слов и разговоров, мы сосредоточились на еде. Мы молчали не из-за того что разговаривать было не о чем, а потому что молчаливые приемы пищи стали для нас некой формой ритуала или рутины. Теми небольшими мгновениями тишины и покоя во время которых можно отдохнуть от суеты, прежде чем эта суета в виде очередной миссии или сражения вновь нагрянут в нашу жизнь.

Покончив с завтраком, мы втроем убрали грязную посуду, после чего вышли из шатра и направились к штабу. Именно в этот момент тишина и была нарушена.

– Как думаете, на какую миссию нас отправят в этот раз? – Спросила Рин, завязывая разговор.

– Наверняка опять уничтожить крупную партизанскую ячейку Кири. – Безразлично ответил Хатаке, не рассчитывая на другой исход.

После полномасштабного сентябрьского наступления, начало которому положила смерть четырех Мечников Тумана и ослабление Кири, вся вражеская оборона посыпалась. Объединенные силы Конохи, один за другим, находили и уничтожали небольшие партизанские отряды Кири. Когда враги поняли что в таком разрозненном виде они стали легкой добычи для шиноби Конохи, то решили объединиться в более крупные формирования. И хоть после этого наступление Конохи застопорилось, положение дел на фронте все равно было куда лучше, чем когда множество мелких отрядов Кири безнаказанно грабили и убивали. Крупные вражеские отряды уже не так просто скрыть от разведки, а потому противостояние Конохи и Кири стало больше напоминать нормальную войну.

В связи с этим, нашу команду больше не посылали в патрули, отлавливать мелкие партизанские отряды. Вместо этого мы, как и раньше, стали диверсионной группой, выполняющей сложнейшие миссии по подрыву вражеских сил.

И все же, не смотря на то что силы Кири смогли реорганизоваться, многим уже очевидно что они в скором времени выдохнуться и будут не в состоянии продолжать сопротивляться. А значит и до окончания войны осталось недолго.

– Вряд ли. – Тем временем ответила Рин на предположение Хатаке. – Вы ведь тоже заметили что в последнее время шиноби Кири вновь затихли? – На заданный вопрос мы с беловолосым утвердительно кивнули. – Возможно руководство Кири готовит контрмеры для сдерживание нашего наступления. Не стоит думать что они так и будут безропотно ждать своего окончательного поражения.

– Надо будет уточнить у Намиказе-сана положение дел Кири. – Сказал я, так как блондин сейчас принимает активное участие в планировании стратегии и ведении войны.

После смещения руководство лагеря, и общей смены тактики ведения войны, опыт и ум Намиказе-сан очень пригодились и позволили развить огромные успехи в сентябрьском наступлении и дальнейшем противостоянии с Кири. Но из-за этого же блондин стал часто пропадать в штабе, иногда задерживаясь на всю ночь, или же работая с самого раннего утра. Поэтому и встречаемся мы в основном в штабе, а не на общем завтраке.

Дойдя до места своего назначения, мы увидели как Намиказе-сан, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди, уже ждал нас. При этом выражения лица его было очень задумчивым. Даже больше чем обычно.

– Доброе утро Минато-сенсей. – Поздоровалась первой Рин.

– Доброе утро. – Повторил Хатаке приветствие куноичи, чуть сократив его.

– Доброе. – И наконец закончил я, ограничившись всего одним словом.

– И вам того же. – Несколько рассеяно и невпопад ответил Намиказе-сан, все ещё витая где-то в своих мыслях.

– Что-то случилось? – Спросила Рин, также подметив необычайную задумчивость блондина.

– Действительно, кое-что произошло. – Ответил Намиказе-сан, выныривая из своих мыслей и серьезно посмотрев на нашу троицу. – Думаю, нам придется разделить силы нашей команды.

– Разделить? Зачем? – Поспешил спросить я, так как подобная формулировка мне совсем не понравилась.

– Не волнуйся Акира-кун, это разделение будет носить временный характер. Просто сейчас, объединенная сила нашей команды слишком избыточна и может пригодиться в выполнении разных миссий. – Сказал Намиказе-сан, будто пересказывая чужие слова.

– Может тогда скажете что это за миссии, ради которых нам стоит разделиться? – Задал более сформулированный вопрос Хатаке, желая добиться большей ясности от блондина.

– Вы же заметили что шиноби Кири несколько затихли? – Начал Намиказе-сан издалека, подняв ту же тему, о которой недавно говорила Рин. – АНБУ Конохи насторожило бездействие Кири и они принялись искать любую информацию, что помогла бы раскрыть причины подобного затишья.

– И они нашли? – Вмешался со своим вопросом Хатаке.

– Только несколько незначительных зацепок, а также странное шевеление со стороны АНБУ Кири. Впрочем, их шевеление могло быть связано и с активными действиями АНБУ Конохи. – Ответил блондин, поспешив добавить небольшую оговорку. – Нашей команде поручили проверить найденные зацепки и попытаться выяснить планы врага.

– Тогда зачем нам разделяться? – Вмешался уже я, все ещё не видя причин для разделения.

– Недавно поступила информация что Третий Райкаге, со своей свитой, собирается посетить прифронтовые лагеря с проверкой и для поднятия морального духа шиноби Кумо. – Выдал блондин эту информацию, чем неслабо нас троих удивил.

Обычно, Каге Великих Скрытых Селений не покидают свои деревни. А все из-за того что они не только занимают пост правителей, но и являются главными защитниками селения. Эта функция особо важна во время войны, если вражескому Каге вдруг придет в голову идея атаковать именно скрытое селение, численность шиноби в котором во много раз меньше, чем гражданского населения.

Но существует ещё один риск при покидании Каге своего селения. До него становиться легче добраться, чтобы убить. И если у убийц получится совершить задуманное, руководство скрытого селения не только будет обезглавлено, но, что важнее, моральный дух шиноби упадет невероятно сильно. Особенно если Каге любим своими шиноби.

И Третий Райкаге, несомненно, имеет невероятную любовь и уважение среди шиноби Кумо. Так что мне, даже без дополнительных пояснений со стороны Намиказе-сана, уже становится понятен замысел руководства Конохи.

– Я так понимаю, вас вновь собираются отправить на северо-восточный фронт, только теперь для убийства Райкаге? – Также поняла всю подоплеку Рин, при этом говоря с тревогой в голосе.

И я сам в немалой степени разделяю тревоги куноичи. Даже если он проигрывает в скорости Желтой Молнии, Третий Райкаге известен как один из самых смертоносных, и уж точно самый неубиваемый, шиноби в мире. Что уж говорить, если каждый слышал историю о том, как он один на один противостоял вырвавшемуся на свободу Восьмихвостому, получив при этом всего одно ранение.

Причем эту историю, и подобную характеристику, о Третьем Райкаге я слышал из уст самого Намиказе-сана. А он бы не стал врать, приукрашивать или же пересказывать всякие сплетни.

– Не совсем. – Ответил блондин на вопрос Рин, чем развеял многие наши тревоги. – Моими соперниками должны будут стать его сын Эй и джинчурики восьмихвостого Би. – Сказал он следом, чем вновь выбил нас из колеи.

– Но почему именно дуэт Эй Би? – Спросил Хатаке, назвав прозвище под которым они известны.

– Руководство считает, и небезосновательно, что даже имея превосходящую скорость, я все равно не смогу ранить Райкаге. – Признался он в своем бессилии. – Их план заключается в том чтобы послать на его устранение десятитысячную армию шиноби.

– Десять тысяч? – Удивленно проговорил я. – Руководство Конохи надеется превзойти качество количеством? – С сомнением в голосе спросил я.

– На самом деле план не лишен логики. – Вместо Намиказе-сана, ответил задумчивым голосом Хатаке. – Сколько сил и времени Райкаге потребуется чтобы победить подобную армию? Если правильно разделить силы так, чтобы меньшая часть шиноби активно наседала на Райкаге, в то время как большая часть отдыхала, то при условии их сменяемости, можно достаточно долго удерживать врага, пока он сам не свалится замертво от истощения.

– Насколько бы не была сильна броня Райкаге, даже у него ресурсы организма и запасы чакры конечны. – Согласно покивал Намиказе-сан на слова Хатаке. – Только вот если у Райкаге будет поддержка в виде сына, и особенно джинчурики, владеющего Бомбой Хвостатого, этот план рискует обернуться полной катастрофой. Вот для чего мне посылают на север, сдерживать Эя и Би.

– А что насчет армии Кумо? Не думаю что они будут просто сидеть в стороне и смотреть как их Каге умирает. – Указал я на ещё один фактор, что может привести к срыву плана.

– Этот момент также продумали. – Принялся разъяснять Намиказе-сан. – Первой скоординированной атакой огненными ниндзюцу, армия Конохи должна будет полностью смести лагерь, в котором будет находится Райкаге, вместе со всеми шиноби в нем. После этого и начнется настоящая битва.

– Значит вы отправляетесь на северо-восточный фронт, а мы должны будем расследовать деятельность Кири. – Не спрашивала, а утверждала план действий Рин.

– Верно. Только вот есть одна загвоздка. – Подтвердил блондин но сразу же поспешил сделать уточнение. – Акиру-куна к расследованию было приказано не допускать.

– Что?! Почему?! – Сначала удивился, а потом взъярился я на подобные условия и недоверие ко мне.

– Расследованием заведуют АНБУ, а они не так терпимы к привлечению и допуску к своей деятельности сторонних шиноби. – Очень аккуратно старался объяснить Намиказе-сан, но из его слов окончательно стало очевидно что мне не доверяют.

– Но ведь Акира-кун уже множество раз доказал свою верность Конохе. – Решила вступиться за меня Рин, что было довольно приятно и позволило подуспокоиться.

– Ничего не поделать. – Развел руками в стороны Намиказе-сан. – Агенты АНБУ всегда были теми ещё параноиками. Работа у них такая. Для них одного факта того, что Акира-кун родился не в Конохе, уже достаточно чтобы проявлять к нему настороженность. Особенно такое положение дел касается контрразведки АНБУ.

– Корень. – Согласно кивнул Хатаке на слова сенсея, со всей серьезностью во взгляде.

– Что ещё за Корень? – Спросил я, не желая оставаться в неведении.

– Поверь, тебе лучше не знать. – Вместо ответа, решил закрыть эту тему Намиказе-сан.

От подобных слов, я недовольно скривился, но выпытывать информацию не стал. Если Намиказе-сан так говорит, то возможно так оно и есть. Как бы мне это не нравилось.

– И что мне тогда делать? – Спросил я уставившись на Намиказе-сана. – Вы отправитесь сражаться с этим дуэтом Эя и Би, а Рин и Хатаке будут заняты расследованием, до которого меня не допустят. Что мне делать? – В очередной раз спросил я, недовольный от того что остаюсь в пролете.

Ответа я не получил. И вот, уже когда я думал что на этом разговор и прервется, Намиказе-сан все же решил ответить.

– Ты можешь отправиться со мной на миссию. – Сделал предложение блондин.

– Минато-сенсей! – Удивленно, но в ещё большей степени возмущенно, воскликнула Рин. – Ваши противники, одни из сильнейших шиноби Кумо! Даже не смотря на то что Акира-кун довольно силен, Эй и Би не те соперники, с которыми он может совладать! Даже простое нахождение на поле боя во время вашей битвы, может быть смертельно опасным для него! – Все сильнее и сильнее распалялась куноичи, выступая яро против решения сенсея.

– Успокойся, Рин. – Поднял Намиказе-сан руки в примирительном жесте, при этом испытывая немалое удивление от эмоционального напора ученицы. – В свите Райкаге ведь будут не только Эй и Би, но и несколько других шиноби. Мне также предоставят отряд поддержки, что должен будет взять на себя других членов свиты. Ничего страшного не произойдет, если к отряду поддержки присоединится ещё и Акира-кун.

Услышав слова блондина, куноичи практически мгновенно растеряла весь пыл. Но огонек несогласия все ещё тлел в её глазах.

– И все равно, это очень опасно. – Попыталась она возразить, но в этот раз несколько вяло.

– Я справлюсь. – Твердо и уверенно ответил я, обращаясь не только к Намиказе-сану, но и к Рин.

Все же меня задело её неверие в мои силы против Эя и Би.

(П.А. – События только новой арки только разворачиваются, а потому никакого действия в этой главе не было. Да и в ближайших главах экшона то же не стоит ждать. Все же для воплощения в жизнь такого масштабного плана, нужна подготовка. Много подготовки.

Поддержите автора на Бусти (https://boosty.to/ualive). Там уже есть 25 дополнительных глав, а так же второй том Пути Шиноби.)