Текст книги "Путь Шиноби: Первые Шаги (СИ)"

Автор книги: UALive

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 99 страниц)

Глава 23

На дворе стоял жаркий летний денек. Солнце ощутимо припекало, и каждое живое существо находило свой способ переждать жару. Птицы попрятались в кронах деревьев, а грызуны затаились в своих норах. И даже старик, что сидел на веранде, в тени навеса, попивал горячий зеленый чай. Наслаждаясь тишиной и спокойствием, он лишь любовался видами. Но довольно быстро его спокойствие было нарушено.

На полной скорости, мимо него, пробежал красноволосый мальчик в одних плавках. Не обращая внимание на босые ноги, он побежал по земле напрямик к пруду. Стоило ему только добежать до цели, он, не останавливаясь, прыгнул в воду, поднимая волнение на поверхности пруда.

Кичиро никак не отреагировал на поведение своего внука, ведь у него сегодня был выходной, и он был вправе проводить его так как захочет. Старый Узумаки так и продолжал попивать свой чай, и время от времени посматривать в сторону Акиры.

– Снова он это сделал. – Послышался позади него голос Юмико.

Для него это не стало неожиданностью, ведь её шаги он услышал заранее. Обернувшись, Кичиро посмотрел на внучку. Она была одета в легкий белый сарафан. Её волосы были убраны в высокий хвост, а в руках она держала соломенную шляпу с широкими полями.

– Ладно ещё то, что он в одних плавках выбежал на улицу. Так он снова убежал без обуви. – Продолжала жаловаться девушка.

– Пускай веселится. – Просто ответил Кичиро и замолчал, не желая продолжать разговор.

Юмико это заметила, но отставать от деда не собиралась. Присев рядом с ним, она также стала наблюдать за резвящимся в пруду Акирой.

– Ты в последнее время часто ходишь угрюмым. – Начала разговор Юмико. – Неужели проблема Акиры тебя так сильно беспокоит?

Старый Узумаки ничего не ответил, все также любуясь природой.

– Не молчи. – Прорезались в мягком голосе девушки твердые нотки. – Разве он не достаточно старался? Акира проявлял талант ко всему за что брался. Но никто не идеален. И разве так страшно, что он бесталанен к фуиндзюцу?

– Почему именно к фуиндзюцу? – Спрашивал он. Но его вопрос предназначался не внучке, а судьбе, что так распорядилась. – Из все искусств шиноби, важнейшим для Узумаки является именно фуиндзюцу. Акира ведь должен быть идеален во всем. И здесь такой удар.

– Дети не обязательно должны быть похожи на родителей или предков. – Решила вмешаться Юмико в жалобные рассуждения дедушки. – Пусть у него и отсутствует талант к фуиндзюцу, его талант к другим дзюцу превосходит твой во много раз. Так стоит ли беспокоиться о таком?

Кичиро не ответил. Молчание продолжалось уже десяток минут, за которые лицо старого Узумаки менялось от несогласия к смирению. Размышляя над словами девушки и над собственными мыслями, он пришел к неутешительному выводу.

– Ты права. Его талант и правда невероятен. – Признал он. – И именно это вскружило мне голову. – Юмико не перебивала его, давая возможность выговориться. – Его талант к дзюцу, объемы чакры и сильное телосложение. Ум, аналитическое мышление и боевые инстинкты. Его яркий талан ослепил меня. – Усмехнулся старый Узумаки такому сравнению, и внучка его поддержала. – Неудивительно, что у меня были такие завышенные ожидания.

– Но ведь он компенсирует это усердием и трудолюбием. – Вставила Юмико свое замечание. – Он много старается, и со временем сможет освоить и фуиндзюцу.

– Времени как раз таки и нет. – Не согласился Кичиро. – Без наставника, изучать фуиндзюцу невероятно тяжело, а для Акиры это будет практически невозможно. – С беспокойством он посмотрел на своего внука, что все также плескался в воде.

Юмико подобралась поближе к деду, и развернувшись в его сторону, начала разглядывать его лицо. Кичиро конечно же это заметил.

– Что? – Задал он вопрос внучке.

– Нечасто ты проявляешь свою мягкую сторону. – Ответила девушка. – Вот бы ты еще и улыбался как раньше.

– О чем это ты? – В недоумении спросил Кичиро.

– Ты сильно изменился после падения Узушио. – Ответила Юмико. – Раньше ты любил повеселиться и подурачится. Мог пошутить и даже покривляться. Ты был более живым. Но стоило нам осесть здесь и распрощаться с Наоки-саном, ты стал закрываться в себе. – Высказала девушка свои мысли.

Так и есть. Вспоминая те дни, когда они путешествовали втроем, Кичиро мог признаться себе, что уже тогда начал меняться. Только постоянная гиперактивность Юмико, и перебранки с Наоки держали его на плаву, уберегая от упаднических мыслей. Но стоило им с Юмико остаться в одиночестве, подальше от мира, он также остался один на один со своими мыслями. И чем больше он размышлял, тем хуже была перспектива, вырисовывающаяся его разумом. Он не боялся смерти, но мысли о том, какая судьба может ждать внучку, приводили его в ужас, заставляя его все дальше отдаляться от мира и видеть в каждом потенциального врага. Обострившаяся на этом фоне паранойя была естественным стечением обстоятельств. И в итоге это привело к тому, что он держал свою внучку взаперти, а внука наставлял на полное недоверие к миру.

«Но ведь это не плохо да?» – Размышлял Кичиро. – «Ведь даже если не брать в расчет мирных жителей, в мире полно врагов. Значит я делал все правильно.» – Пытался он мысленно оправдать свои действия. Но в то же время, в разум закралась предательская мысль. – «Может, они станут счастливей после моей смерти?»

– Даже не думай. – Строгий голос Юмико вывел его из мыслей. – По твоему лицу видно о чем ты думаешь. Твоя смерть не принесет нам радость. Думаешь мы ненавидим тебя? Так вот знай, что это не так. Будь иначе, я бы уже давно сбежала. – Высказалась девушка.

– Но ты ведь любила Тоши? Если бы сбежала с ним, то ты была бы счастливей. Тебе бы не пришлось жить в затворничестве, а у Акиры были бы друзья. И самое главное, вам не пришлось бы переживать насчет попадания в пекло войны. – С горечью сказал Кичиро.

– Может так бы и было. – Согласилась Юмико. – Когда мы расставались, Тоши обещал что вернется за мной. И в тот момент, под влияниями эмоций, я была согласна сбежать вместе с ним. – Призналась девушка в своих размышлениях. – Но он не вернулся. И возможно уже не вернется. – С тяжестью на сердце высказала она. – Но по прошествии времени, я поняла что не смогла бы бросить тебя умирать в одиночестве. Да и как бы сложилась наша жизнь в Конохе? Меня бы отправили работать в госпиталь, а учитывая войну, я подолгу не смогла бы видеться с сыном. А что бы случилось с Акирой? Учитывая его талант, они бы не преминули воспитать из него оружие и лишили его детства. Тоши бы попал на фронт, и вернулся бы он живым? – Она остановилась чтобы перевести дыхание. – Я хочу сказать, что не стоит думать о не свершившемся. Надо жить настоящим и понемногу думать о будущем. А не как ты, трястись над грядущим. – Подколола Юмико дедушку под конец своей речи.

Кичиро не знал что сказать. Еще несколько минут ему понадобилось, чтобы все осмыслить.

– И почему другим вечно приходится поучать меня? Ха-ха. – Грустно посмеялся он. – Казалось бы, столько лет прожил, а так и остался дураком. – В уничижительной форме по отношению к себе сказал Кичиро.

Юмико не прокомментировала слова дедушки, лишь продолжила смотреть на его задумчивое выражение лица.

– Ну так что надумал? – Решилась все же спросить девушка.

– Ошибок я совершил немало. – Признался Кичиро. – И мне за это отвечать. В особенности перед Акирой. – С улыбкой он посмотрел на внука. Тот схватил белку и стал плескаться в пруду с бедным животным, что всеми силами старалось выбраться из хватки.

– Акира! – Прокричала Юмико со своего места. Она тоже заметила действия сына, и увиденное ей не понравилось. – Отпусти белку! Хватит мучать бедное животное!

– Ну ма-ам! – Жалобно прокричал в ответ мальчик, но увидев неодобрительное лицо мамы, послушался.

– И больше так не дел… – Не успела девушка договорить, как сзади послышался звук разбившегося стакана.

Обернувшись на звук, она увидела, как старого Узумаки трясет. Левая рука была прижата к груди, а правая рука опиралась на пол, не давая завалиться. Мужчина тяжело дышал сквозь плотно сжатые зубы. Взгляд был расфокусирован. По его виду нетрудно было определить, что он испытывал сильную боль.

Юмико не стала долго разглядывать деда, и мигом принялась оказывать медицинскую помощь. При помощи дзюцу Мистической руку, она смогла достаточно снизить боль, чтобы Кичиро мог привести мысли в порядок. Подрагивающей рукой, он достал из кармана листок бумаги с начерченными на ней фуин символами. Подав на печать чакру, он вновь почувствовал приступ боли, но Юмико сразу же подавила её.

С облачком дыма, на поверхности листка появились трубка и табакерка. Кичиро вытащил травы из табакерки и засунул их в трубку. Он уже хотел создать на кончике пальца небольшой огонек для поджога трав, но его за руку схватила Юмико.

– Не стоит. – Сказала она, и старый Узумаки послушался. – Я схожу за спичками.

Он остался ждать на веранде, стараясь не шевелиться, чтобы не провоцировать новые приступы боли.

– Что у вас происходит?! – Прокричал Акира, явно заметив что-то неладное.

– Ни… кхм… ничего особенного. – Слабым голосом ответил Кичиро. Пусть его слова были не особо громкими, он не сомневался, что внук его услышал.

В этот момент вернулась Юмико, держа в руках коробок со спичками. Выхватив те из рук внучки, Кичиро так быстро как мог поджег травы в трубке. Стоило им чуть затлеть, как старый Узумаки сделал затяжку. Это действие заставило его закашляться.

– Кха-кха… Проклятье! – Курение обезболивающих трав сделало свое дело, и Кичиро начал понемногу чувствовать себя лучше. Но от кашля это его не избавило. Старый Узумаки так и не смог привыкнуть к курению.

– Когда ты последний раз принимал лекарства? – Спросила Юмико, подозревая, что дедушка забыл про это.

– Примерно полчаса назад. – Признался Кичиро, чем удивил внучку.

– Дай проверю. – Не дожидаясь разрешения, девушка вновь применила дзюцу Мистической руки, но в этот раз для обследования.

Углубленного анализа не потребовалось, чтобы обнаружить большую трещину, образовавшуюся в очаге чакры. Это был плохой знак, ведь через эту трещину, чакра будет бесконтрольно проникать в тело, постепенно разрушая клетки. Она уже сталкивалась с похожей проблемой, когда образовались первые крупные трещины в правой руке старого Узумаки. Тогда ей пришлось буквально перекрывать каналы чакры ведущие к руке, чтобы клетки не начали отмирать и приводить к некрозу. Но в данном случае трещина образовалась в очаге чакры, и как быть Юмико не знала.

Кичиро увидел беспомощность в глазах Юмико. Он примерно догадывался, с чем это может быть связано.

– Так что? – Решил он не тянуть и спросил о проблеме напрямую.

– М-м. – Закусила Юмико губу и в нерешительности промычала. – В очаге чакры образовалась большая трещина. – Наконец сказала она правду.

– Ясно. – И действительно, Кичиро все понял. – Я пойду в комнату. – Собирался он уже встать, но руки внучки усадили его на место.

– Что ты собираешься делать? – Требовательно спросила Юмико.

Девушка понимала, что такой диагноз, это верная смерть в ближайшие несколько дней. Понимание данного факта, привело её к ужасной мысли о том, что собрался сделать дедушка. Ведь зачем продлять агонию, если можно решить все быстро.

– Не волнуйся, я ничего такого делать не буду. – Попытался Кичиро успокоить её, понимая к каким выводам пришла внучка. – Есть способ ещё немного продлить мне жизнь. Я просто запечатаю очаг чакры.

Юмико впервые слышала о чем-то подобном. Желание расспросить по подробнее прервали следующие слова дедушки.

– Это не поможет остановить постепенное разрушение чакросистемы, но зато не даст мне сгнить заживо. К сожалению, после этой процедуры, я, скорее всего, сильно ослабну. Даже ты будешь сильнее меня. – Грустно улыбнулся он, понимая безвыходность своего положения.

В этот раз, Юмико не мешала ему встать на ноги. Лишь смотрела в его удаляющуюся спину болезненным взглядом.

Уже в своей комнате, Кичиро подошел к рабочему столу. Взяв в руку кисть, он принялся чертить нужную печать.

– Как там было? – Пытался он вспомнить нужные символы давно позабытой печати.

На самом деле старому Узумаки, не особо то были и нужны кисть и чернила, чтобы начертить фуин. Благодаря высокому мастерству в фуиндзюцу, он мог бы просто выжечь нужную печать чакрой. Да только он чувствовал, что если только попытается задействовать чакру, его мигом скрутит от боли. Из-за этого пришлось прибегнуть к более традиционному способу.

На начертание нужной печати у него ушло не больше пяти минут. Посмотрев на результат своих трудов еще несколько минут, примиряясь с мыслями, Кичиро решился. Оголив торс, он приложил листок с печатью к солнечному сплетению.

– Это будет больно. – Напоследок сказал Кичиро, и влил в печать чакру для активации.

Насколько быстро его охватил приступ боли, на столько же быстро он начал приходить в норму. Печать начинала действовать, и постепенно запечатывала очаг чакры, а вместе с этим уходила и боль. Весь процесс занял несколько секунд, которые Кичиро показались часами, но все наконец закончилось.

Придя в себя, старый Узумаки заметил, что лежит на столе, а все вещи попадали на пол. Решив это исправить, Кичиро нагнулся для того чтобы поднять одну из книг. Но его общее состояние после процедуры было слабым, а потому неудивительно, что книга выпала из его рук.

Ругнувшись про себя, мужчина, вновь потянулся за книгой, но остановился заметив кое-что. Книга была в раскрытом состоянии, а между её страниц лежала фотография. Кичиро потянулся к ней и взял в руки, и в этот раз ничего не выпало из его рук.

На фотографии были изображены Кичиро, Юмико и Наоки. Они стояли в окружении ларьков с едой и различными забавами, а по всей улице были развешаны разноцветные бумажные фонари. Люди на общем фоне были нарядно одеты и счастливо улыбались. Троица на фото от них не отличалась.

Это фото было сделано на фестивале в Стране Рисовых Полей. Кичиро уже не помнил, что это был за фестиваль. Но он мог сказать наверняка, в том момент ему было и вправду весело. Его тогда не заботили размышления о будущем, да и мысли о разрушение родины испарились. Он просто веселился и наслаждался моментом. И если припомнить, даже людей на том фестивале он не воспринимал врагами. Все конфликты Мира Шиноби казались такими незначительными. Кичиро был по настоящему счастлив.

– Я действительно старый дурак. – Вновь признался он, понимая в какую ловушку сам себя загнал.

Но продолжить рефлексию ему не дало ощущение вибрации прошедшее по комнате. Если в начале, Кичиро не понял что это было, то послышавшийся через некоторое время грохот все расставил на свои места.

Старый Узумаки попытался резко подняться, но из-за не прошедшей слабости чуть не упал. Помогла ему деревянная колонна, о которую он оперся.

– Как не вовремя! – Со злости сказал он.

Для старого шиноби не составило труда распознать в случившемся отголоски взрыва. И раз задержка между тряской земли и грохотом, были настолько большие, то взрыв произошел вдалеке. Но в то же время, раз отдаленный взрыв имел такие ощутимые отголоски, то мощность этого взрыва была очень большой. Не сложно догадаться, что такое может произойти лишь в разгаре крупного сражения. И это сильно беспокоило.

Кое-как добравшись до двери, Кичиро открыл её и посмотрел на внучку, зовущую сына назад в дом. Акира не противился и, выйдя из воды, побежал к дому.

– Что это было? – Задал вопрос Акира, находясь в недоумении.

– Все потом! Быстро в дом! – Буквально приказал Кичиро.

Когда все были в доме, старый Узумаки активировал защитный барьер. Благо чакры в накопителях было ещё достаточно, а активировать нужную фуин могла и Юмико.

Но к сожалению, барьер не глушил звук, и грохот от взрывов продолжал пугать слушателей. А если хорошенько прислушаться, то можно было услышать крики тысяч шиноби, сошедших в битве. Кто-то кричал в ярости, а кто-то в агонии. Акира со своим слухом, усиленным чакрой, прекрасно слышал все это. Эти звуки пугали его, но он не мог престать прислушиваться к ним. Ведь это были первые звуки из внешнего мира. И в них звучала ненависть.

(П.А. – Сколько же всего произошло за одну главу. Если вам показалось, что Кичиро как-то быстро признал свои ошибки и исправился, то это не так. Он лишь понял, что скорее всего был не прав. Ему ещё предстоит полностью все осознать и понять, когда он сбился с пути. Но времени у него на это все меньше. Смерть уже буквально дышит ему в затылок. А тут ещё битва шиноби неподалеку произошла. Какие от этого будут последствия, вы узнаете в последующих главах.)

Глава 24

В доме была непривычная тишина. Не было ни мамы, суетливо занимающейся своими делами, ни деда. Хотя последний в принципе очень тихий, и если специально не прислушиваться, о его существовании легко забыть.

Я лежал на татами в своей комнате, и прислушивался к окружающим меня звукам. В доме никого не было, и я был совершенно один. Утром дедушка и мама ушли в город за покупками. Из-за того, что дед больше не мог пользоваться чакрой, мама стала помогать в закупках. По большей части от неё требовалось использовать фуин свитки для запечатывание покупок, но без этого никак.

С тех пор как они ушли прошло несколько часов. У меня сегодня выходной, но я совершенно не знал чем себя занять. От нахождения в одиночестве накатила тоска. Решил покататься по полу.

Так, перекатываясь от одной стены к другой, я убивал время. Окружение в глазах крутилось вместе со мной. Это было весело. Наверное.

– Пфу-у. – Остановился я и выдохнул лежа на спине.

Размышлял о том чем бы заняться. Пока выходило плохо. Куски мыслей то и дело всплывали в голове, но оформить их во что-то осознанное все не получалось. Постоянно получалась какая-то белиберда.

Пролежал я, уставившись в потолок, минут… наверно десять? В общем я устал лежать. Из положения лежа я прыжком вскочил на ноги. Захотелось пройтись.

Выйдя из комнаты, я зашел на кухню и там… было все как всегда. Проверив другие комнаты, так же не нашел каких-либо изменений. Я все пытался найти что-то. А что именно, я понятие не имел. Но был и плюс. Движение заставило кровь прилить к голове, благодаря чему стало легче размышлять.

И мои мысли зацепились за размышление о дедушке. А точнее о его состоянии. После того как он запечатал свой очаг чакры, наши с ним спарринги прекратились. Пусть дедушка, даже без чакры, был гораздо сильнее чем обычный человек, но для меня он перестал быть противником. Теперь я тренируюсь самостоятельно, а дедушка лишь стоит в стороне и поправляет мои ошибки время от времени. Но даже это не продлиться долго.

С того дня, как начались мои тренировки, прошел почти год. Тогда он говорил, что протянет ещё полтора года. Но теперь прогноз сместился, и мама обещает ему максимум четыре месяца. Это ещё одна из причин, почему дедушка стал брать маму с собой в город. Он собирался познакомить её с поставщиками, с которыми сам работал. По сути он начал передавать свои обязанности.

Но я сомневался в пригодности мамы для такой работы. А что если на неё нападут? В отличии от дедушки, она не владела какой-либо силой. Дедушка ведь не раз говорил, как опасен внешний мир.

На этих мыслях, мне вспомнились те грохот и крики, что я слышал из отдаленной крупной битвы между шиноби. Эти воспоминания до сих пор вызывают у меня неоднозначные эмоции. Я много раз слышал от мамы, о красотах внешнего мира. Мне очень хотелось верить её словам. Хотелось пережить те же эмоции и получить яркие воспоминания, что и она. Но эти звуки… Они заставили меня усомниться в красочной картине внешнего мира, что я себе вообразил со слов мамы.

В скором времени, обязанность по защите мамы ляжет на меня. Хотя я уже являюсь сильнейшим в семье, и в случае опасности, сражаться буду я. Но как я смогу её защитить, когда она будет в одна в городе? Ведь маскирующий плащ лишь один, а нас двое. Заместо мамы, в город мог ходить я, но дедушка отверг мое предложение, сказав, что скрывающийся ребенок будет привлекать куда больше внимания. А на мой аргумент, что мама в случае опасности будет в опасности, он продемонстрировал печати, способные помочь в трудной ситуации. Но я не принял его доводов.

Очнулся я от мыслей в ванной комнате, перед зеркалом. В нем я видел все те же красные волосы, доходящие до шеи, черты лица и красные глаза. Но в то же время, была явно видна усталость. И это было не удивительно, ведь ночью я практически не спал, из-за раздрая в мыслях.

«Все ли с ними в порядке?» – Спрашивал я себя, не преставая беспокоиться.

Раньше меня не особо беспокоили уходы дедушки. Но в последнее время произошло столько событий, что заставили меня во многом изменить свои взгляды на мир. И последствия я сейчас вижу перед собой.

– Надо потренироваться. – Произнес я вслух, не желая и дальше слушать тишину.

Некому было запретить мне тренироваться. Мне было необходимо чем-то занять себя, чтобы выбить мрачные мысли из головы.

Быстро переодевшись, я выбежал на улицу и сделал разминку, во время которой думал с чего бы начать. Так мой выбор пал на макивару. Встав рядом с ней, я приготовился и начал её бить. Я погрузился в полумедитативное состояние, отбросил мысли и выполнял каждый удар, не задумываясь. Натренированное тайдзюцу и буквально вбитые в подкорку рефлексы, делали всю работу за меня. Постепенно темп стал нарастать, как и сила ударов. Моему закаленному тело было все нипочем, что не скажешь о деревянной макиваре. В какой-то момент, удары стали достаточно сильными, чтобы деформировать материал, и крошить его в щепки. И в итоге все завершилось тем, что я бессознательно использовал усиление клеток на правой руке, и одним ударом разорвал макивару в щепки.

Последнее действие вывело меня из медитативного состояния. Я посмотрел на свой целый кулак. До этого я использовал клеточное усиление для ударов лишь в спаррингах с дедушкой. Из-за сложности данного метода усиления, я не часто мог использовать его, и то дедушка всегда уворачивался от моих ударов. Потому, у меня не было возможности узнать о силе таких ударов. И наконец, я увидел результат. Вид разорванной макивары воодушевил меня и заставил еще больше погрузиться в раздумья о моей силе, тем самым окончательно отвлекая от беспокойных мыслей.

Решил продолжить экспериментировать с усилением клеток. Целью для экспериментов выбрал одно из деревьев, что я когда-то почти уничтожил своим ниндзюцу стихии ветра. Ударив пару раз по стволу, я убедился в его крепости. Затем встал в стойку и попытался как можно быстрее усилить руку. На это у меня ушла пара секунд. Не позволительно большое количество времени. Впрочем это куда лучше, чем было полгода назад.

Я ударил по дереву. Ствол был гораздо толще макивары, а потому, вместо того чтобы сразу развалиться в щепки, от дерева оторвало приличный кусок. Закрепляя результат, я вновь ударил дерево, и в этот раз ствол не выдержал. Лишившись опоры, дерево начало заваливаться, но я к тому моменту уже находился в противоположной стороне от места падения.

Демонстрация силы вышла великолепной. Но мне было мало повалить старое дерево. Было желание испытать свою силу на более прочной цели. И в момент размышлений мне вспомнился крупный валун, находящийся за территорией иллюзорного барьера.

В обычной ситуации меня бы не пустили за него.

– Но сейчас дома никого нет. – Довольно произнес я.

Мои мысли были обращены лишь к проверке силы, и я незамедлительно решил воплотить их в реальность.

Находиться за границей барьера очень непривычно. Особенно из-за мыслей что в стороне моего дома нет ничего интересного. Если бы я не знал что это лишь гендзюцу, то я бы точно повелся на него. Дедушка проделал превосходную работу.

От восхвалений мастерства дедушки я быстро отвлекся, чтобы найти искомую цель. И между корней одного дерева, я увидел достаточно большой валун, около метра в диаметре, покрытый мхом. Я уже собирался проверить на нем свои силы, как подумал о последствиях.

– Если я его разобью, или хотя бы оставлю в нем трещины, не будет ли это подозрительно? – Такие мысли мне пришли в голову.

Ведь если рядом будут проходить враждебно настроенные шиноби, и увидят валун, на котором явно не естественные следы разрушения, не станут ли они пытаться выяснить причину? На своем примере я уже понял, что от внушения мысли барьером можно отмахнуться. А если они посчитают внушенную им одновременно мысль странной и подозрительной?

Параноидальные размышления привели меня к выводу, что следы не стоит оставлять. Но и силу свою опробовать хочется.

– Может просто забрать валун? – Пришла мне идея. – Это может стать еще одной тренировкой на силу. – Обрадовался я своей гениальности.

Как ухватиться за такой здоровенный камень, я не представлял. Сначала я хотел обхватить его, и усилив руки поднять его. Но по ходу размышлений понял, что в таком случае могут пострадать позвоночник и ноги, если их не усилить.

– Значит это ещё и тренировка на контроль. – Без большого контроля все тело просто не усилить.

Мне понадобилось минут двадцать чтобы провести усиление клеток всего тела. Но поддерживать усиление активным невероятно тяжело, и мне приходиться прилагать все усилия, чтобы в таком положение предпринимать другие действия. Например просто ходить. Даже мысленно отвлечься я не мог. Я был сосредоточен на конкретной цели.

Подойдя к валуну, и обхватив его руками, я начал его поднимать. По моим ощущениям он весил не больше десяти килограмм. Ощущение собственной силы были невероятны. Но когда я развернулся в сторону дома, случилось непредвиденное. Я не учел, что валун, который по моим ощущениям был легким, на самом деле был очень тяжел, в то время как я очень легок. В итоге, инерция от разворота, потащила валун дальше. Концентрация на усилении сбилась. Осознав это, я успел вовремя отскочить. Валун с грохотом упал на землю и сотряс ту. От его падения во все стороны разлетелись пыли и комья земли, часть из которых попала на меня.

– Пхе-пхе… – Отплевывался я от пыли. – Об этом я не подумал. – Сказал, посмотрев на раскуроченную землю.

Затем обратил внимание на место где раньше лежал валун. Огромная яма, на дне которой земля была влажной.

– Следов стало ещё больше. – Угрюмо заключил я.

Думал, что мой план был гениален, но совершил столько ошибок и многое не продумал. В этот момент я чувствовал себя дураком.

– Может это от усталости? – Пытался я оправдать свои последние действия.

Вспомнить хоть, как я уничтожил макивару. Дедушка не разрешал мне использовать на ней усиленные удары, видимо понимая последствия. А я нарушил его запрет, и в итоге уничтожил хороший тренажер. Некоторый запас денег у нас конечно имеется, но его достаточно лишь для закупок самого необходимого. Хорошая макивара стоит не мало.

– Может поэтому мне не позволяют самостоятельно ходить в город? Боятся доверить деньги? – Грустно признал я свою безграмотность в вопросе бережливости.

Но как бы я не грустил, проблему с валуном и оставленными им следами надо было решать. Вновь усилив себя, я обхватил валун и понес его в сторону дома. Благо в этот раз идти надо было строго прямо. Каждый свой шаг я делал аккуратно, чтобы случайно не споткнуться о выпирающий корень дерева или камень, ведь дороги я не видел. Иногда натыкался на деревья, но в этот раз я медленно разворачивался и обходил их. Потратив на весь путь по ощущениям где-то полчаса, я наконец смог положить валун на краю поляны.

Работа ещё не была завершена. Мне пришлось возвращаться назад и затирать следы своей деятельности. Для начала мне пришлось закопать ямы, но так, чтобы не потревожить землю в других местах. Затем я использовал мох, который содрал с валуна, для маскировки закопанных ям. Для большей реалистичности, разбавил растительность травянистой землей. По целым участкам земли также раскидал мох, чтобы зона его распространения выглядела поестественней. Остальную работу должна завершить природа.

– Дело сделано. – Сказал я отряхиваясь от грязи. – Теперь можно и потренироваться.

Вернувшись на поляну, я встал перед валуном. Решив не медлить, я усилил правую руку и ударил по валуну. Последствия не заставили себя ждать. По валуну начали распространяться трещины и откололось пара небольших кусков, но и только. Зато моя рука почувствовала всю отдачу от удара. Было не столько больно, сколько неприятно. Но останавливаться я не собирался. Я встал в стойку, чтобы попытаться ещё раз ударить валун. В этот раз я вложил в удар как можно больше чакры. Остановился я лишь тогда, когда чувствовал, что больше удержать не смогу. Рука была напитана стольким количеством чакры, что саму энергию можно было отчетливо увидеть. Выглядела чакра, как окутавшее руку пламя бледно-желтого оттенка.

На мгновение я замер, зачарованно смотря на покрывшую руку энергию. Светящаяся чакра завораживающе извивалось словно пламя, но жара от него не чувствовалось. Но не стоило недооценивать его мощь.

Наконец, решившись, я ударил. Как и макивару ранее, валун разорвало на куски.

Пусть на удар я и потратил около двадцати процентов своего резерва, я был невероятно рад результату. Смотря на последствия моего удара, я все больше наполнялся уверенностью за будущее. Возможно, это было то, чего мне не хватало. Уверенность в своих силах, защитить дорогих мне людей. От этого мне становилось легче, и заботы о будущем уже не так сильно давили на меня.

– Что здесь произошло?! – Послышался позади меня грозный голос мамы.

Обернувшись я увидел её недовольное выражение лица. Дедушка в свою очередь, смотрел недоуменно на округу. Я последовал его примеру.

Разорванная макивара, поваленное дерево и осколки валуна, разлетевшиеся в сторону моего удара. Вид и вправду был впечатляющим.

– Эм… Я могу объяснить! – Поспешил сказать я.

Лицо мамы стало выжидающим и требовательным. Видимо так просто я не отделаюсь.

(П.А. – Очередная глава о внутренних терзаниях, но уже Акиры. Его личный мир стремительно меняется, и не в лучшую сторону. Но под конец главы некоторую уверенность он все же обрел. И все же Акира остается ребенком, не способным думать о последствиях.)