Текст книги "Путь Шиноби: Первые Шаги (СИ)"

Автор книги: UALive

сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 99 страниц)

Глава 67

Выходя из операционной, Рин стянула с рук резиновые перчатки, сняла с головы платок и тяжело выдохнула. Очередная операция прошла без проблем. Прооперированный шиноби должен был в скором времени полностью поправиться и вернуться в строй. Что было несомненно хорошо, ведь подкрепление из Конохи ещё не прибыло, а находящихся в строю шиноби было слишком мало для продолжения патрулей.

Из-за нехватки людей, в патрули также была отправлена и команда Минато. Чистые боевики, чьими задачами были диверсии в тылу врага и прямой бой, стали простыми патрульными, пусть и временными.

Лишь Рин не коснулась эта участь, ведь ирьенины были нужны в главном лагере. Не смотря на то что со дня сражения прошло три дня, количество раненых было ещё очень велико. Хотя, по сравнению с первым днем, когда ирьенинам приходилось без продыху стабилизировать состояние самых тяжелых случаев, работа стала полегче. Немного.

Подойдя к умывальнику, куноичи открыла кран с холодной водой и начала умываться. Этот процесс помог частично взбодриться и смыть признаки усталости а также брызги крови, что все же попали на открытые участки кожи.

Умыв лицо, Рин подняла взгляд на зеркало, висевшее над умывальником. Выглядела она не очень. Под глазами виднелись мешки, да и сами глаза были красными от недосыпа. Волосы спутались, но после после попытки привести их в порядок все выглядело не так уж и плохо. Поверх её обычной одежды был белый халат, стандартный для ирьенинов.

Заметив свое уставшее выражение лица, и в целом подавленное настроение, Рин это не понравилось. За эти дни куноичи уже множество раз оперировала шиноби, и не всегда удачно. Иногда ей попадались те кого в нынешних условиях, без необходимого оборудования и персонала, было не возможно спасти. И с каждым новым, подобным случаем, девушка лишь сильнее чувствовало свое бессилие, что все больше давило на неё.

Резко Рин, двумя ладонями, хлопнула себя по щекам в попытках отогнать плохое настроение. Посильнее зажмурив глаза, она из стороны в сторону помотала головой.

«Нет. Нельзя об этом думать.» – Мысленно говорила себе Рин. – «Уже ничего не изменить. В первую очередь я должна думать о тех кому ещё нужно помочь.»

Устроив себе подобную встряску, девушке стало легче. Открыв глаза, и снова посмотрев в зеркало, она увидела как подавленное настроение сменилось на твердую решительность. Все же, хоть ей и было лишь двенадцать лет, за свою недолгую жизнь она успела пережить немало трудностей что закалили её внутренний стержень. Нохару было не так просто сломить.

Удовлетворившись увиденным, Рин пошла на выход из шатра, решив провести свой перерыв на свежем воздухе. Выйдя наружу, первым что бросилось в глаза, то как обезлюдел лагерь. Между палатками ходили единичные шиноби что патрулировали округу. Большинство, как было сказано ранее, были в патрулях на линии фронта. Пусть Ива и потерпела сокрушительное поражение, нельзя было быть уверенным в том что они не попытаются напасть вновь. Тем более когда Коноха также понесла немалые потери.

Внезапно, неподалеку раздался звук открытия зажигалки и её поджога. Повернувшись в сторону звука, Рин заметила главного ирьенина, что сейчас стоял чуть поодаль и закуривал сигарету.

– Кадзуо-сан, сколько раз мне повторять что курить вредно для здоровья? – Недовольно сказала куноичи, обращаясь к старому мужчине.

– Сколько раз мне повторять, Рин-чан, что ирьенины способны нивелировать вред для здоровья от курения. – Привычно отмахнулся старый ирьенин от её причитаний.

– И все же я никак не пойму, зачем вы курите эту дрянь? – Вновь спросила Рин, покривившись от запаха дыма.

Кадзуо-сан не спешил отвечать. Придерживая сигарету двумя пальцами, он сделал глубокий затяг. Задержав дым в своих легких на несколько секунд, он наконец выдохнул целое облако дыма, что заставило Рин уже не просто скривиться, а закашляться. Это в очередной раз вызвало недовольство куноичи. Кадзуо-сан же, вынув сигарету из зубов, заговорил.

– Привычка. – Ответил он. – Я застал те времена когда скрытые деревни только формировались. Ну и конечно, я застал Первую Великую Войну Шиноби. Хах. – Чему-то невесело усмехнулся старый ирьенин. – Эта война не идет ни в какое сравнение с той. Шиноби тех времен ещё помнили Эпоху Воюющих Провинций. Они жили и воевали не так как нынешние шиноби. Тогда война была кромешным адом.

– А разве сейчас не так? – Вмешалась в рассказ Рин, ведь из-за слов старого ирьенина можно было подумать что та война, на которой они сейчас воюют, какие-то игры.

– По уровню жестокости и убийств, несомненно. – Ответил Кадзуо-сан. – Был один показательный случай. В лагерь к нашим силам прокрались вражеские убийцы из Суны. До того как их обнаружили, они успели убить нескольких высокопоставленных шиноби. В том числе и сына главы клана Учиха. – Прервавшись, старый ирьенин сделал ещё одну затяжку, чтобы затем продолжить. – Убийцам и семьям убийц была объявлена кровная месть. Не пожалели никого, ни женщин, ни детей. – Посмотрев в глаза ужаснувшейся куноичи, Кадзуо-сан продолжил. – И это лишь один из многих примеров жестокости той эпохи. Когда это происходит на твоих глазах, у многих не выдерживают нервы.

– Поэтому вы начали курить? – Последовал очередной вопрос от Рин.

– Мой учитель, после очередного подобного случая, протянул мне свою зажженную сигарету. Я тогда не стал противиться и, периодически покашливая, выкурил её полностью. А затем и следующую. – И вновь он присосался к фильтру, втягивая в себя едкий дым.

Рин больше ничего не говорила, решив перестать пытаться отучить старого ирьенина от курения. На самом деле, она поняла безнадежность своих попыток уже через несколько дней после их первого знакомства. Их препирательства по поводу курения были скорее шуточными чем серьезными. Но с другой стороны, сколько бы Рин не спрашивала почему Кадзуо-чан курит, не разу не получала ответа. До сегодняшнего дня. Что именно могло развязать язык старому ирьенину? Может события последних дней напомнили ему те далекие времена?

Из размышлений Рин вывел голос её недавнего собеседника.

– Кстати говоря, раз уж ты здесь и свободна. – Привлек Кадзуо-сан её внимание. – Не расскажешь мне о вашем новом пополнении в команде?

– Вы о Акире-куне? – Поинтересовалась куноичи.

– Не знаю его имени, но как я слышал, он подвергся негативному воздействию чакры биджу. Вот мне и интересно, где он и почему не лечиться от своих травм? – Сделал уточнение старый ирьенин.

– Это… сложный вопрос. – Кадзуо-сан промолчал, тем самым показывая что не торопит. – Как сказал сам Акира-кун, он является союзником Конохи а не подчиненным, и может поступать так как сам считает нужным.

– В том числе и игнорировать свое здоровье? – Скептично спросил старый ирьенин.

– Он владеет ирьениндзюцу, но применять его может только на себе. – Последовал ответ Нохары.

– Это конечно хорошо что он может о себе позаботиться, но травмы от чакры биджу это очень серьезно. В следующий раз, при встрече, приведи его ко мне на осмотр. В противном случае последствия могут быть плачевными. – Попытался он убедить Рин в необходимости озаботиться здоровьем Акиры.

– Вряд ли его получится убедить. Он очень подозрителен и никому не доверяет. – С печалью в голосе ответила Рин.

– Ты все равно попытайся, Рин-чан. – Вновь попросил Кадзуо-сан, с капелькой беспокойства в голосе.

– Хорошо, Кадзуо-сан. Я постараюсь. – Наконец согласилась куноичи.

Девушка понимала что старший ирьенин прав, и травмы от чакры биджу это не то с чем стоит медлить. Она постарается убедить Акиру позволить ей обследовать хотя бы руку, что и подверглась влиянию энергии демона.

– Тогда, я больше не задерживаю тебя. – Получив нужное ему согласие, он кивнул ей в сторону.

– Задерживаете? – Переспросила Рин, не сразу поняв что имел в виду старый ирьенин.

– У тебя же сейчас должен быть обход пациентов. – Подсказал он.

– Нет-нет. – Помотала она головой. – У меня сейчас перерыв… – Все тише говорила она.

Услышав слова куноичи, Кадзуо-сан достал из кармана штанов часы и показал на время Нохаре. Та, увидев стрелки часов, поняла что её небольшой перерыв уже закончился. А она даже не успела ничего перекусить.

– Я слишком с вами заговорилась. – Последовали возмущения от куноичи.

– Но не я же начал этот разговор. – Отмахнулся старый ирьенин от возмущений девушки.

Рин знала что он прав, но некоторое негодование по этому поводу все равно испытывала.

– Ладно. – Послышалось от Кадзуо-сана. Старик затушил окурок и, метким броском, метнул его в сторону далекой урны. И не промахнулся. – Нам обоим пора возвращаться за работу. – Оставив последнее слово за собой, старый ирьенин развернулся и зашагал в сторону входа в шатер.

Простояв пару секунд, смотря Кадзуо-сану в след, Рин также развернулась и отправилась на обход пациентов. Её путь не занял много времени, и вскоре она оказалась возле небольшой палатки, в которую и поспешила войти.

– Извините за вторжение. – Чуть пригнув голову, прошла она в палатку и села возле двух пациентов.

Почему эти двое находились в посторонней палатке а не в шатре лагерного госпиталя? Потому что раненых было слишком много. Госпитальный шатер просто не предназначен для содержания такого большого числа больных. Но выход нашелся, пусть и не стандартный. Всех тяжело раненых, кто нуждался в постоянном присмотре, разместили как раз в госпитальном шатре. В то же время более здоровых разместили по отдельным палаткам, в которых они и проживали.

Естественно в полном одиночестве их никто не оставлял, но и выделять шиноби для присмотра за ними было нельзя. Поэтому, в каждой такой палатке было минимум по двое шиноби, один из которых должен был быть с легкими ранами. Эти легко раненные, в случае если с их соседом что-то случиться, например осложнение, должны были выбраться из палатки и позвать на помощь ближайшего патрульного. Патрульный же должен был в таком случае быстро добраться до ближайшего ирьенина и привести его к больному. И пока что созданная система работала без нареканий.

– А, это вы доктор. – Вполне радушно поприветствовал её один из больных, в то время как второй крепко спал.

– Мне нужно провести осмотр. – Известила Рин их о своих намерениях.

– Конечно. – Согласился он а затем начал расталкивать своего соседа. – Просыпайся давай.

– Прекратите. – Попыталась Рин остановить его от таких неделикатных действий, но было уже поздно.

– Ч-что ты-ы. Ух-х-х-х. – От такого резко пробуждения, проснувшийся схватился за голову и начал постанывать. – М-моя голова-а.

Разбуженный больной был контужен осколком камня, что прошелся по касательной у виска. При первом обследовании он с трудом мог шевелить конечностями и практически не реагировал на световые и слуховые раздражители. За последние три дня его смогли привести в относительный порядок, но последствия в виде сильных головных болей и трудности с ориентацией в пространстве ещё оставались. Ему было предписано побольше отдыхать, а лучше и вовсе спать, ведь во сне мозг восстанавливался быстрее. Все же каким бы удивительным не было ирьениндзюцу, даже с ним было трудно вылечить повреждения такого сложного органа как мозг.

– Вы понимаете что натворили? – Принялась отчитывать Рин первого больного за такой необдуманный поступок. – Травмы головы это очень серьезно, и имеют риск привести к инсульту. Вы это осознаете? – Грозно вперила девушка взгляд в виновника.

– И-извините. – Сконфужено проговорил он.

– Надеюсь вы запомните мои слова и извлечете из них урок. – Сказала куноичи подобравшись поближе к второму больному.

Сложив печати для дзюцу мистической руки, ладони девушки засветились мягким зеленоватым светом медицинской чакры. Приложив ладони к голове больного, она начала проводить осмотр, попутно унимая боль, от чего лицо пациента приняло расслабленное выражение.

Нохаре потребовалось всего несколько минут, не считая инцидента в самом начале, для полного осмотра. Сделав заключение что все хорошо, она быстро покинула палатку, ведь впереди её ждало ещё много больных.

Через какое-то время, подойдя к палатке с очередными больными, её привлек звук того как внутри кто-то переговаривается. При любом другом случае Рин бы это не заинтересовало. Но поняв о чем конкретно там говорят, она решила помедлить с вхождением в палатку и послушать разговор.

– И что, он действительно лишь отлынивал от работы? – Послышался вопрос от человека с хриплым голосом.

– Говорю что видел. Совсем невысокий, весь скрытный, закутан в плащ с капюшоном и маской на лице. Он сидел в палатке с остальными ранеными, но я не видел у него ничего похожего на ранение. Ни бинтов с кровоподтеками, ни отсутствие конечностей. Хотя… – Задумался на мгновение обладатель молодого голоса. – …был у него небольшой ожег на руке, но и только.

– Выходит, он с небольшим ожогом притворился раненым чтобы не занимался расчисткой поля боя, поиском выживших и добиванием врагов? – С презрением сказал третий голос.

– А может, причина по которой он был вместе с раненными, была другой? – Решил побыть голосом разума обладатель хриплого голоса.

– Да здоров он был. – Отверг его предположение молодой голос. – Он там где-то минут двадцать просидел а потом спокойно встал и вышел из палатки.

– И ранение у него наверняка липовое. – Все так же презрительно поддержал его третий голос. – Вы сами подумайте. Шиноби Ивы ведь пользуются ниндзюцу стихии земли. Тогда откуда у него ожег?

– Сам себе ожег оставил. – Согласился с доводами обладатель молодого голоса. – А может он и в бою не участвовал? Отсиделся как крыса где-то и пришел уже после того как все закончилось.

– Нет, я припоминаю кого-то описанного тобой на поле боя. – Отверг последнее предположение обладатель хриплого голоса.

– А ты в этом уверен? Может обознался? – Не хотел верить человек с презрительным голосом в слова своего соседа.

– Ну-у… Во время боя не особо по сторонам смотришь. Если конечно умереть не хочешь. – Заколебался в своих размышлениях человек с хриплым голосом.

– Вот видишь, ты просто обознался. – Сказал человек с молодым голосом.

– Наверное ты прав. – Все же поддался он на уверения своих соседей.

Слушая их разговор, Рин была стопроцентно уверена о ком именно идет речь. И ей не нравилось как на её почти друга клевещут. Но в то же время она понимала что в случившемся, в не меньшей степени, виноват и сам Акира. Будучи слишком скрытным, он оставлял другим шиноби возможность додумать многое самим. И вот к чему это привело.

«Это может привести к огромным проблемам.» – Думала Рин, при этом отложив в голове планы по возвращению доброго имени её почти другу.

(П.А. – Много раненых, людей не хватает, но ирьенины делают все возможное чтобы вернуть в строй раненных.

Тем временем по лагерю Конохи ползут странные слухи, о скрытом за плащом и маской шиноби. И слухи эти не самого лучшего содержания.

Также вы можете поддержать автора на Бусти (https://boosty.to/ualive). Там уже есть 20 дополнительных глав.)

Глава 68

Закончив чертить на своей карте последние штрихи, я отложил карандаш в сторону и стал рассматривать плод своих трудов. Два белых пятна были заполнены схемами главного лагеря Конохи и деревней, в которой прятался разведчик Ивы. Так же, уже на отрисованные участки карты, были добавлены новые обозначения и пометки. Например, поле битвы недавнего сражения и, самое главное, местность где сражались Намиказе-сан и джинчурики четыреххвостого. Последнее место стоило обходить стороной, ведь оставшиеся эманации чакры биджу могут привести к печальным последствиям.

Отложив карту в сторону, я встал с пола и немного размялся. Следом, я стянул резинку которой подвязал волосы. Пройдясь пальцами по распущенным волосам, я с неприязнью отметил что они спутались. Мои волосы опускались до лопаток и поддерживать их в чистоте уже не просто. К тому же, они так и норовят залезть в рот или попасть в глаза. Иногда я даже думаю о том что стоило бы их укоротить, но каждый раз отказываюсь от этого.

– Маме нравились длинные волосы. – Вновь вспомнил я как ей нравилось расчесывать мои волосы, или просто проходиться по ним пальцами.

Решив подумать о собственной гигиене попозже, я подошел к спальному мешку и присел на него. Отринув ненужные мысли в сторону, я вошел в полумедитативное состояние чтобы сосредоточиться над тем что происходит внутри меня. Единственной проблемой что до сих пор меня беспокоила была сеть трещин, разошедшихся по чакроканалам в правой руке. Постепенно, с моей посильной помощью, они зарастали, но процесс этот был слишком медленным.

Прошло четыре дня с момента окончания сражения, и мой расчет по поводу сроков лечения оказался верным. Ещё один день и последние трещины затянутся. А до тех пор я безвылазно сижу в своем убежище, не рискуя начинать новую охоту на шиноби Ивы.

Моя медитация продолжалась около двух часов, пока организм не напомнил мне о том что время пообедать. Прекратив лечение, я встал с насиженного места и подошел к кучке запечатывающих свитков, в которых хранились запасы еды. И оценивая их содержимое, я в очередной раз подметил что запасы уже подходят к концу. Гораздо раньше чем я ожидал. Мясо практически закончилось, как и фрукты. Из всех круп остался лишь рис. Зато рыбы было ещё в достатке.

Поняв что сегодня на обед рис с рыбой, я распечатал необходимые продукты, плюс небольшое количество специй. Их тоже следовало экономить.

Готовка на огне чакры заняла у меня около часа. Все же сложно использовать лишь одну свободную руку. Наложив сваренный рис в большую миску и положив сверху куски жаренной рыбы, я приготовился к еде.

– Итадакимас. – Уже привычно сказал я и взял палочками кусочек рыбы, став взглядом оценивать его. – Даже муки не осталось чтобы сделать панировку. – Печально сказал я и сделал первый укус.

Со своей порцией я справился за несколько минут. По вкусу блюдо было приемлемым. Все лучше чем сухпайки которыми я питался в первые дни. Но в то же время я вспоминал недавние изобилие еды, когда я мог не отказывать себе в любой еде. А в особенности мне вспомнился тот рамен, что я попробовал в деревенском ресторане. Это было самое вкусное блюдо что я ел за последние месяцы. Все же, хоть меня и учили готовить, но я бы не сказал что хорош в этом.

Так же, по аналогии с тем раменом, мне вспомнилась лагерная столовая Конохи, где также довольно вкусно кормили. На фоне недавнего обеда даже захотелось вновь там оказаться чтобы нормально поесть.

Внезапно возникшие мысли, о желании вернуться в лагерь Конохи, я быстро подавил. Не стоило даже думать о том чтобы довериться шиноби Конохи. Для них я всего лишь полезный инструмент что помогает им в войне. Как только все закончиться от меня просто избавятся как от ненужного хлама. Так что не стоит привязываться к тем кого я так же использую в своих интересах.

Закончив с размышлениями, я начал искать чем можно себя занять. За прошедшие четыре дня я успел переделать многие дела. Восстановил запас взрывных печатей, наточил все расходное оружие, сделал уборку, постирал и заштопал одежду. Все имеющиеся у меня бумаги я вновь перепроверил и рассортировал. Так же я записал в свой дневник новую информацию, касающуюся тактики шиноби Конохи в ведении войны, и не забыв расписать возможности членов команды Намиказе-сана. И вот, последним мои занятием было дорисовывание карты.

– И что делать дальше? – Задал я сам себе вопрос, не зная чем заняться.

Оглядев помещение своего убежища, я понял каким оно было пустым. Помимо тех звуков что издавал я сам, вокруг была тишина. Вернувшись в свое тихое убежище, после нескольких дней проведенных вместе с шиноби Конохи, было очень непривычно. Казалось, что тишина и пустота давят физически.

– Надо позаниматься. – Вспомнил я действенный метод, что помогал мне избавиться от лишних мыслей.

Скинув с себя плащ, а также сняв водолазку, я принялся делать разминочные упражнения, подготавливая свое тело к более серьезным нагрузках. Хотя, в таких ограниченных условиях, ни о каких по-настоящему серьезных нагрузках не могло идти и речи. Единственной причиной по которой я этим занимался, было поддержание своего тела в тонусе.

Закончив с разминкой, я принялся за простые упражнения, по типу приседаний, отжиманий или бега на месте. Все они давались без труда, но в то же время я не чувствовал особого отклика. Не было того чувства когда ты выкладываешь на полную и преодолеваешь свои пределы, становясь лучше. Да и откуда этому взяться?

Думая о безрезультатности тренировки, я вспомнил свой спарринг с Хатаке. Тогда я получил настоящий вызов. Имея небольшое преимущество в мощи чакры и ниндзюцу, я сражался против противника что был более опытным и… более собранным что ли? Свою слабость в грубой силе он закрывал большим мастерством и филигранностью в применении как кендзюцу, так и ниндзюцу. Очень неприятный противник который, как настоящий шиноби, мог обманывать, хитрить и даже неприятно удивить. Чего только стоило ниндзюцу стихии молнии, которым он смог вывести мою руку из строя.

К сожалению, тот спарринг беловолосый выиграл. Я ожидал что за время первой нашей встречи смог полностью изучить и понять стиль боя Хатаке, но как позже выяснилось, показал он далеко не все, из-за чего мои имеющиеся знания оказались мало полезными. Но я ещё собирался отыграться.

Почувствовав азарт от возможного, будущего реванша, я вновь поймал себя на мысли что хочу вернуться в лагерь Конохи, пусть в этот раз и из жажды отмщения.

– Тц. – Вырвалось из меня от досады.

Я понял что мои текущие попытки выбросить из головы лишние мысли путем тренировок совсем не помогают. Бросив это дело, я вернулся к спальному мешку чтобы продолжить лечение.

* * *

На пятый день после сражения с Ивой, я, полностью экипированный, вышел из убежища и помчался в сторону лагеря Конохи. Заблудиться по пути я не боялся. Свою карту я помнил во всех деталях. Путь до нужного мне места не должен был занять и часа.

Весь путь до намеченной цели я провел в размышлениях о том что будет дальше. Встретившись с командой Намиказе-сана, какие будут дальнейшие действия? Буду ли я выполнять миссии в одиночку как раньше, только с поддержкой от шиноби Конохи, или я и дальше буду вынужден работать с Намиказе-саном? Что это будут за миссии, и как долго они будут длиться? Одна неизвестность. И мне это не нравилось.

Бег по верхним путям проходил без происшествий, и я не встретил ни одного шиноби. Ни Ива, ни Коноха не успели в достаточной мере оправиться от последствий сражения, а потому все было спокойно. Лишь иногда, вдалеке, я различал посторонние звуки, но я старался таких мест избегать. У меня не было желания пересекаться с кем-то посторонним.

Уже приближаясь к лагерю Конохи, на моем пути появились силуэты трех знакомых шиноби.

– Ты все же пришел Акира-кун. – Радостно и как-то облегченно сказала Нохара.

– Привет. – Сконфуженно поздоровался Учиха, явно не знающий как ко мне обращаться.

И лишь Хатаке ничего не сказал. Он поглядывал на меня с подозрением но, что удивительно, без неприязни.

Я так же не стал ничего говорить, а лишь кивнул им в знак приветствия. Как по мне, этого было более чем достаточно.

– И-и та-ак. – Неловко протянула Нохара. – В скором времени мы собираемся отправиться на миссию. Минато-сенсей отправил нас встретить тебя, пока он занят своими делами. Придется немного подождать, но я не думаю что это будет проблемой.

На последнюю реплику куноичи я ничего не ответил, лишь ожидая что последует дальше. Но трое учеников Намиказе-сана, казалось, сами не знали что им предпринять во время ожидания. Атмосфера становилась довольно неловкой.

Брррр.

В один момент прозвучали определенные звуки со стороны Учихи, и тот схватился за живот.

– Черт. Я сегодня даже позавтракать не успел. – Объяснил он свой конфуз.

– Пф. – Презрительно фыркнул Хатаке, и я даже подозревал с чем это было связано.

– Эй, что ты!.. – Попытался, в который раз, завязать словесные разборки Учиха.

– Думаю, нам всем следует хорошо подкрепиться перед долгой миссией. – Перебила Нохара, начинающиеся возмущения Учихи, своим предложением. – Так мы и время сможем скоротать. Сенсей не должен надолго задержаться.

– Хорошая идея! – Громко поддержал черноволосы предложение шатенки.

– Ха. Почему бы и нет. – Со вздохом согласился Хатаке.

– Ладно. – Так же дал я свое согласие.

После произнесенного мной слова, Хатаке и Учиха с удивлением посмотрели на меня. В то же время Нохара лишь шире улыбнулась.

– Тогда идем в лагерь. Сегодня на обед в столовой должен быть кацудон со свиной котлетой. – Говорила куноичи, ведя нас в сторону лагеря.

«Кацудон? Звучит хорошо.» – Думал я, уже находясь в ожидании сочного мяса.

Проходя зигзагами по лесу, огибая ловушки, мы вышли к посту охраны. Пройдя его без особых проблем, мы оказались на окраине лагеря и сразу пошли в центр, к шатру столовой. Блуждающих по лагерю шиноби было очень мало. Это наглядно показывало тот дефицит людей который испытывала Коноха.

Проходя мимо патрульных, на нас в основном не обращали внимание. И даже когда обращали, то быстро возвращали к своим делам. Кроме двух случаев. В оба раза взгляд патрульных задерживался на мне, и от них веяло какой-то неприязнью, и почти что презрением, в мою сторону. Чем именно было вызвано такое отношения я не понимал, но ответную неприязнь уже начал испытывать. Терпеть презрение от кого-либо я не собирался.

Подойдя к столовой, мы услышали немногочисленные звуки человеческой деятельности, доносящиеся из шатра. Войдя внутрь, я увидел несколько десятков людей, одетых в простую одежду. Каждый из них имел видимые ранения, но те были не особо критичными на вид. Они неспеша обедали каким-то легким салатом и супом, и лишь у нескольких человек на тарелке был кацудон о котором говорила Нохара. Некоторые тихо переговаривались между собой, но в основном все ели молча.

Не обращая на них внимание, мы вчетвером подошли к стойке для раздачи еды и взяли по подносу. Каждый взял себе по кацудону, но я, вдобавок, взял так же салат. Из напитков были чай и фруктовый сок, и я взял последнее.

С набранными подносами еды мы сели за дальний столик и принялись за еду. Между собой мы не общались, а потому я без проблем мог различить о чем говорят больные.

– А разве все здоровые шиноби ни в патрулях и на миссиях? – Послышался от кого-то вопрос, явно подразумевающий нас.

– Ты что не видишь кто это? – Раздался другой, удивленный голос. – Это же ученики Желтой Молнии. Они наверняка сейчас отправятся на очередную важную миссию.

– Хм-м. – Послышались чьё-то задумчивое хмыканье. – А кто этот низкий и в маске? Что-то я не припоминаю его в команде Минато-сама.

– Ну-у это… – Неуверенно проговорил обладатель второго голоса. – А кто это в самом деле?

На некоторое время разговор утих, но затем кто-то вновь заговорил.

– А это случаем не тот притворщик? – Вопросительно сказал первый.

«Что?» – Недоуменно подумал я.

– Ты имеешь в виду того ублюдка, который сам себе сделал ожег на руке и притворялся раненым, чтобы после сражения не заниматься грязной работой? – Заговорил третий.

«Что?!» – Уже более яростно думал я, с силой сжимая кулаки.

– Ты это сейчас не шутишь? – Серьезно обратился к нему второй, при этом поглядывая на меня, как и многие собравшиеся в столовой, что тоже услышали разговор.

– Я не шучу. Более того, как я слышал он и вовсе не участвовал в боях, а где-то спрятался и после сражения вышел уже с ожогом. – Так же серьезно ответил ему третий.

После его слов все присутствующие также начали перешептываться, при этом недобро поглядывая на меня. Я отчетливо слышал как они говоря «вот крыса» или «прятался за нашими спинами». Но особенно сильно меня взбесили другие слова.

– Может он шпион Ивы? Его надо срочно отдать дознавателям чтобы под пытками выбели из него все. – Шепотом проговорил один шиноби, которого я прекрасно слышал.

«Убью!» – С ненавистью подумал… нет, констатировал я.

Сжимаемые в моей руке палочки для еды переломились. Раздавшийся треск привлек многочисленное внимание. И все они смотрели с неприязнью, а кто-то даже с ненавистью.

Я уже собирался начать убивать, как меня остановил другой голос.

– Если вы так любите посплетничать, то лучше бы шли в торговцы а не в шиноби. Доверять непроверенным сведениям будет только всякий мусор. – Четким, поставленным голосом сказал Хатаке.

– Не учи нас жизни сопляк! – Воскликнул шиноби лет за тридцать. – Никто из присутствующих не видел его на поле боя в тот день! Зато многие видели как он с небольшим ожогом отсиживался с настоящими бойцами, получившими ранения в честном бою! Хе. – Вдруг недобро усмехнулся горластый. – Видимо преувеличенной была слава гения Хатаке.

На последнюю реплику беловолосый не обратил внимание, и лишь продолжил говорить.

– Конечно его никто из присутствующих не видел, ведь вы не из авангарда. А что насчет ожога… – На этих словах, Хатаке пронзительно посмотрел в глаза горластого, и тот даже отшатнулся. – Ты бы смог выдержать удар джинчурики в покрове демонической чакры?

– Что ты нес…

– Он сражался с нами плечом к плечу в той мясорубке, в которую превратился авангард. – Взял слово Учиха. – Акира не раз спасал наши жизни и лез в самую гущу сражений. И ты смеешь обвинять его в трусости?! – Под конец, не выдержав, возмущенно прокричал Учиха.

– Да вы просто…

– Если вы не верите нам, то вы не верите и Минато-сенсею, Желтой Молнии Конохи. – Вставила свое слово Нохара. – Или вы считаете что Минато-сенсей настолько глуп, что мог взять в команду труса и предателя?

– Нет мы…

– Н-но он же…

– Я вообще не причем…

Начались роптания со стороны шиноби Конохи. Кто-то пересмотрел свою точку зрения, а кто-то все ещё верил этим слухам. Но меня, в данный момент, больше интересовало другое.

«Почему?» – Сам не зная о чем именно задавался вопросом, я смотрел на учеников Намиказе-сана.

(П.А. – Итак, грязные слухи про Акиру все же распространились по лагерю Конохи. Какаши, Обито и Рин не стали этого терпеть и встали на защиту своего товарища. Но вряд ли этого будет достаточно чтобы полностью переубедить шиноби Конохи, учитывая то, насколько люди могут быть упрямы в отстаивании своих взглядов, какими бы ошибочными они ни были.

Также вы можете поддержать автора на Бусти (https://boosty.to/ualive). Там уже есть 20 дополнительных глав.)