Текст книги "Путь Шиноби: Первые Шаги (СИ)"

Автор книги: UALive

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 99 страниц)

Глава 31

Осматривая, замеченного мной, шиноби из Конохи, я начал приближаться к нему. Пусть я все ещё настороженно относился к чужим людям, в моей памяти всплыли слова мамы о том, что Коноха и Узушио были союзниками.

«Если он жив, то возможно сможет помочь?» – Оставалась у меня надежда на помощь от людей из внешнего мира.

Я подходил к нему все ближе и не пытался скрыть звука своих шагов, чтобы не спровоцировать его. И кажется меня заметили.

Учиха, до этого лежавший на боку, резко принял сидячее положение, и также резко повернул голову в мою сторону. То что я увидел на его лице, заставило меня впасть в недоумение.

Лицо шиноби Конохи выражало какую-то совершенно неописуемую гримасу. Я не совсем понимал, что за эмоция была на его лице, но точно не чувствовал от его выражения ничего хорошего. От глаз расходились дорожки слез. Сами глаза были необычными. Радужка была красной и светящейся, а вокруг зрачка вращалось по два томоэ в обоих глазах. Эти глаза выглядели зловеще.

Лицо Учихи ещё сильнее исказилось, и он резко встал на ноги.

– РРХАААААА! – Зарычал он в мою сторону словно бешенный зверь и кинулся прямо на меня.

От действий шиноби я резко пришел в себя и принялся уклоняться. Но еще при приближении ко мне, Учиха начал смещаться и ударил в место, куда я уклонился. Я попытался отвести удар, но следом в меня полетел другой кулак. У меня получилось заблокировать удар и отпрыгнуть от противника.

– Погоди! Я не хочу драться с тобой! – Попытался я криком вразумить его, но он не слушал.

Учиха вновь бросился в мою сторону, уже занеся ногу для удара. Присел, чтобы уклониться от удара, и попытался использовать подсечку, чтобы сбить опорную ногу шиноби. Безрезультатно. Учиха просто прыгнул вверх, попутно, чуть не заехав мне ногой по челюсти. Я вновь разорвал дистанцию, отпрыгнув от шиноби, но вдруг заметил, как тот начал складывать печати для дзюцу.

«Значит он не полностью спятил.» – Заключил я. – «Может все же получится его вразумить.»

– Послушай! Я правда не хочу драться с тобой! – Не прекращал я попыток разойтись миром. – Я из клана Узумаки и…

Договорить мне не дали несколько мелких огненных шаров, вылетевших изо рта Учихи. Все время, пока я пытался договориться с ним, он ни разу не изменил своего настроя. А хотел он одного. Моей крови.

Поняв это, я стал более враждебно настроен по отношению к противнику. Уклонившись от летевших в меня огненных шаров, я попытался сблизиться с Учихой, чтобы побыстрее выбить его из строя. Мой кулак целился в голову шиноби. Он не собирался стоять на месте и принялся уклоняться в бок. Я ожидал такого, а потому докрутив тело нацелился ногой ему в голову. Но мой прием был остановлен.

«Он повторил мой удар?» – Удивился я, увидев, что его стояка была схожа с моей, а нога шиноби заблокировала мою ногу.

Из-за разницы в росте, а так же длине ног, пятка Учихи была аккурат под моей голов. Он не преминул этой возможностью, обрушив свою ногу на меня. Моя голова была слишком близко, а потому я, насколько смог, усилил чакрой клетки ног. Отпрыгнув от атаки в сторону, я усилил уже руки, и попытался ударить Учиху в голову. Но даже не смотря на то, что скорость моих атак возросла, шиноби без труда уклонился.

«Дело в его глазах?» – Подумал я и попытался вспомнить об Кеккей Генкае клана Учиха. – «Шаринган. Копирующий вращающийся глаз. Также способный на гендзюцу и предугадывание движений.» – Вспомнил я основные способности этих глаз. – «Я множество раз смотрел ему в глаза, а гендзюцу он так и не применил. Или…»

Несмотря на свои рассуждения, я не переставал обмениваться ударами с Учихой. И стоило только в моей голове возникнуть мысли о гендзюцу, я тут же разорвал дистанцию. Сложив руки в печать концентрации, я попытался развеять гендзюцу. Вот только шиноби не собирался ждать моих действий, и не дал мне совершить задуманное. Он рывком сблизился со мной. Вернее он зашел мне за спину и попытался ударить рукой мне в затылок. Я не стоял столбом, и стоило шиноби попытаться зайти мне за спину, развернулся, отбив его руку в сторону. Затем другая моя рука согнулась, и я попытался ударом локтя выбить из Учихи дух. Из-за моего роста, локоть находился как раз на уровне солнечного сплетения. Но шиноби удивил тем, что схватил меня за руку, что отбила его атаку, и попытался швырнуть об землю, перекинув через себя.

– Ррха. РРРХАААА! – Безумно зарычал Учиха, в попытке меня убить.

Благодаря своей ловкости, я смог извернуться и пнуть шиноби в плечо держащей меня руки. От такого удара он не смог уклониться, и от силы моего удара, его плечо выбило. Держащая меня рука разжалась, и я смог приземлиться на ноги в паре метрах от противника, за его спиной. Желая развить результат я начал складывать ручные печати для ниндзюцу стихии ветра.

– Стихия Ветра: Техника Рассекающего Порыва. – Серп ветра с быстрой скоростью полетел в спину Учихи.

Серп летел по горизонтали и имел большую длину. Но Учиха даже не повернулся на летящую атаку. Он просто прыгнул в воздух, избегая дзюцу. И зря он это сделал.

«Как я и думал. Он использует ниндзюцу и додзюцу инстинктивно. А значит разума в его голове практически нет. Как и тактического мышления.» – Отсутствие разума также означало неспособность использовать гендзюцу, что немного меня успокоило.

Ещё когда шиноби Конохи собирался прыгать, я уже достал из подсумка сюрикены, по четыре штуки на руку. Когда Учиха находился в воздухе, я метнул в него все звездочки, надеясь что хотя бы несколько попадут. Но безумный шиноби смог удивить. Мгновенно вытащив из подсумка собственные сюрикены, и бросив их в сторону моей атаки. Сюрикены с обоих сторон столкнулись, и мои сменили траекторию, упав на землю. В то же время сюрикены Учихи так же сменили траекторию и направлялись в меня.

«Уровень мастера в сюрикендзюцу.» – Неприятно отметил я, уклоняясь от метательного оружия противника.

Мое отступление дало Учихе небольшую передышку, которую он использовал, чтобы вправить плечо на место. Затем он вновь принялся складывать ручные печати. Я не отставал и сам начал складывать печати для ниндзюцу стихии ветра.

«Даже если он применит огненное дзюцу, я смогу от него защититься.» – Размышлял я пока складывал печати.

Несмотря на то, что стихия ветра слабее огня, и лишь раздувает пламя, одно преимущество у моей стихии присутствует. Порыв ветра не только усиливает огонь, но и может поменять направление пламени. Если вложить в дзюцу побольше чакры, то можно и вовсе перенаправить пламя в сторону Учихи.

Шиноби Конохи закончил складывать печати раньше меня, и в мою сторону полетел огромный огненный шар. Но и я уже успел закончить свое ниндзюцу.

– Стихия Ветра: Техника Волны Ветра. – Выдохнул я в сторону приближающегося пламени сконцентрированный поток воздуха.

Пусть до контроля дедушки мне еще далеко, но получившегося ниндзюцу было достаточно, чтобы, от столкновения, превратить огненный шар в волну пламени. Этот огненный вал направился назад к Учихе.

«Вряд ли это сможет его задеть.» – Пришел я к определенному выводу и стал осматривать окружение, в поисках противника. – «Он вполне может обогнуть дзюцу. Так где же он?»

Додумать мне не дала пятно привлекшее мое внимание. Стоило мне посмотреть в сторону пламени, как из него уже вырвался Учиха. Одежда и волосы его были подпалены, а на открытых участках кожи присутствовали ожоги. Его безумный взгляд сосредоточился на мне. И я успел только понять, что совершил ошибку.

Мысли быстро мелькали в моей голове, но от удара Учихи это меня не спасло. Кунай, зажатый в руке шиноби, целился мне точно в голову. Частично я все же смог уклониться. Но лишь частично.

Кунай успел задеть правый глаз, практически разрезав тот пополам, ведь маску после прохождения поля битвы я так обратно и не надел. От чувства боли, я рефлекторно попятился назад, и это меня спасло от следующей атаки. Но все равно кунай Учихи по касательной сделал надрез на моей шее. Лишь чуть чуть ему не хватило, чтобы добраться до артерии.

Новая рана заставила меня с трудом задвинуть боль на второй план и сосредоточиться на противнике. Но я не переставал кривиться от боли. Мысленно я начал судорожно искать способ, как выбраться из этой ситуации живым. Учиха точно не захочет меня отпускать, а повернуться к нему спиной, значит стать легкой мишенью.

Учиха не прекращал попыток изрезать меня своим кунаем, но с усилием, у меня получалось от него уклоняться. Из-за испытываемой боли я не мог нормально сосредоточиться на контроле чакры, что привело к невозможности использовать клеточное усиление.

«Что же делать?» – Отчаянно спрашивал себя. – «Его Шаринган видит все мои действия наперед. Как с таким как он вообще можно сражаться?!»

Пока я искал способ победить, Учиха вновь совершил действие, на которое безумец не способен. Он начал заходить за мою слепую зону, образовавшуюся после потери глаза. Его атаки были направлены в туловище. Уклоняться стало тяжелее, а учитывая, что правой рукой я прикрывал порез на шее, то шиноби попытался вогнать кунай через подмышку в сердце. Он успел лишь царапнуть, перед тем, как я резко разогнул руку, и кулаком ударил в направлении его головы. Учиха легко увернулся выгнувшись спиной назад.

Но его действия натолкнули меня на мысль.

«Надо атаковать его из слепой зоны.» – Ведь если Учиха не увидит атаку, то и не сможет её предугадать.

Но проблема заключалась в том, что он может понять по моим действиям. А значит, нужно скрыть свои мотивы за другими.

Все так же отбиваясь от шиноби, я завел руку за спину и принялся доставать расходники. Учиха заметил мои действия и попытался наброситься с новой силой. Пришлось одну руку использовать для подготовки кунаев, а второй отбивать удары. У меня есть лишь немного времени, прежде чем я ослабну, истеча кровью.

Закончив приготовления, я метнул во врага три куная. Такая прямолинейная атака не стала проблемой для шиноби Конохи, и он с легкостью увернулся. Следом настала очередь следующей части моего плана. Потянув за привязанные к кунаям лески, я перенаправил оружие в спину Учихи. Благодаря Шарингану, его зрение было очень острым, из-за чего он заметил лески ведущие от моих пальцев к себе за спину. Развернувшись, он смог поймать все три куная, и уже было хотел потянуть их на себя, и тем самым сбить меня с ног. Но именно это мне и надо было. Спрятав другую руку за спину, я сложил её в печать концентрации.

– Кац! – На рукоятях кунаев, под оплеткой из ткани, вспыхнули взрывные печати.

Учиха не успел вовремя среагировать, и взрыв произошел прямо у него в руках, которые испещрило осколками от кунаев. Не желая давать возможности противнику прийти в себя, я бросился к нему.

Даже не смотря на такие обширные ранения, Учиха не желал сдаваться.

– АААААА! – Вырвался из его глотки крик в котором отчетливо слышались боль и гнев.

Он попытался уклониться, но я даже без Шарингана понял его намерение, и чуть изменив траекторию, смог влететь ему ногой в грудь. Он повалился на землю, и я попытался раздавить его горло ногой, но шиноби перекатился в сторону.

– Да сдохни ты уже! – В гневе прокричал я и навалился на тело лежащего Учихи.

Будучи обездвиженным, он больше никуда не мог уйти, и воспользовавшись эти, я взял кунай и воткнул его прямо в сердце Учихи. Тот не собирался умирать моментально, и продолжал сверлить меня ненавидящим взглядом.

Да, я наконец понял, что у него была за гримаса. Это была ненависть.

Желая избавиться от этого взгляда, я вытащил кунай и в этот раз перерезал горло Учихи. Тот наконец поняв, что это конец, повернул голову в сторону, и кажется на что-то посмотрел. Мысленно проведя линию от его глаз, я заметил тело девушки, лежащей с пробитой грудной клеткой.

«А ведь именно около неё он и лежал.» – Мысленно подметил я.

Вернув взгляд на Учиху, я заметил как его взгляд рассредоточился. Он был мертв.

Встав на ноги, я начал пятиться назад, пока спиной не наткнулся на дерево. Сползя по нему вниз, я сел на землю. В мыслях была пустота. Мои тело и разум продолжали отходить от последствий, такой затяжной битвы. А ведь она продлилась лишь около минуты.

Вспомнив о ранах, я принялся их заживлять. Сначала вылечил порез на шее. Крови успело вытечь порядочно.

«Надо будет научиться в бою хотя бы кровь останавливать. И боль тоже.» – Мысленно отметил я над чем следует поработать.

Мысли о привычном, о тренировках, помогали отстраниться от случившегося кошмара.

Следом я быстро залечил порез под подмышкой. И под конец принялся за самое сложное. Но сколько бы я не пытался восстановить глаз, у меня не получалось.

– Черт! – Впервые в жизни выругался я.

Глаз слишком сложный орган, и восстановить его невозможно, даже с моим регенеративным фактором.

«Единственный способ восстановить зрение это… пересадка глаза.» – При этих мыслях мой взгляд упал на мертвого Учиху, в чьих глаза, даже не смотря на смерть, продолжал гореть Шаринган.

(П.А. – Первая полноценная битва и первое ранение. Но не стоит расслабляться, ведь впереди Акиру ожидают еще больше боев. Встав на путь шиноби, он уже не сможет сойти с него.)

Глава 32

Несколько минут я сидел у дерева, отходя от схватки. Мой взгляд был уставлен на труп Учихи, а мысли в голове были противоречивыми.

Вспоминая возможности Шарингана, которые прочувствовал на собственном опыте, я думал о полезности данного додзюцу. Но в то же время меня раздирали опасения, по поводу опасности Шарингана. То как Учиха себя вел и какую жажду крови он излучал. Всё это отвращало меня.

«Учиха – клан несущий злобу.» – Вспомнились мне слова деда. – «Их глаза являются отражением ярости и ненависти, горящими в их душе.»

Пусть дедушка не успел особо повоевать в Эпоху Воюющих Провинций, он успел наслушаться рассказов от ветеранов о жестокости Учиха. Эти же рассказы он пересказывал уже мне, и добавлял к ним уже свой опыт сражений с Учиха, но уже на одной стороне, во время Первой Великой Войны Шиноби. Ему приходилось не раз видеть, как представители этого клана сходили с ума.

Не добавляли мне решимости забрать глаз, истории мамы. Особенно легенда о вражде кланов Учиха и Сенджу. Картинки с той книги хорошо отпечатались в моей памяти.

Когда я уже окончательно решился пересадить себе глаз кого-то другого, меня вдруг пронзило странное чувство. Было такое ощущение, что я совершаю большую ошибку. Попытавшись от махнуться от этих ощущений, у меня не вышло. Постепенно это чувство становилось сильнее, и я попытался ещё раз взглянуть на возможность приобретения додзюцу.

«Шаринган поможет мне в спасении мамы.» – Всплыл у меня в голове первый вариант. – «Это лишь с тем шиноби в доме мне повезло, что он меня недооценил. А ведь в патрульной группе, должно быть несколько шиноби. Смогу ли я с ними справиться без Шарингана? Додзюцу, способное предугадывать движения, будет полезно.» – Обрисовал я для себя полезность глаза Учихи. – «Да и к тому же, я не Учиха. Шаринган будет лишь полезным инструментом, а не полноценным Кеккей Генкаем. Он не сможет на меня повлиять.»

Чем больше я размышлял над плюсами приобретения Шарингана, тем больше негативные мысли на счет додзюцу уходили на второй план. Но в то же время, я все так же не понимал, откуда это странное чувство, что практически подталкивало меня на пересадку Шарингана. Постепенно, я все меньше беспокоился об этом, посчитав, что это голос моего подсознания или что-то похожее. Несмотря на уроки по психологии от мамы, для меня эта тема до сих пор очень сложная, чтобы полноценно понимать её.

Наконец, решившись действовать, я встал со своего места и поплелся к трупу Учихи. Присев возле него, я повернул его голову к себе. Шаринган все так же горел в его глазах. Приставив к верхнему веку правого глаза средний и указательный пальцы, а к нижнему большой палец, я надавил. Понемногу веки начали разъезжаться. Пытаясь действовать аккуратно, чтобы не раздавить глаз, я выдавливал его из глазницы. Выглядело это не особо приятно, но учитывая, что мне пришлось увидеть за такой небольшой промежуток времени, это было не самое страшное.

Когда глаз выскользнул, я использовал кунай чтобы обрезать нерв. Искать скальпель по фуин свиткам времени не было. Я итак потратил слишком много времени здесь.

Поднявшись на ноги, я бросил взгляд единственного глаза на Шаринган в левой руке. Что удивительно, он все так же продолжал светиться.

– В нем ещё есть чакра? – В недоумении спросил я, ведь энергия из глаза должна была уже давно рассеяться. Но этого не происходило.

Решив отбросить лишние размышления, я вернулся к дереву и вновь присел возле его ствола. Сделав несколько глубоких вдохов, я настроился на дальнейшие действия. Мой разум впал в полумедитативное состояние, чтобы увеличить контроль над чакрой. Направив энергию к поврежденному глазу я, вновь убедившись, что восстановить его не получиться, принялся обезболивать область работы. Только после всех процедур, я принялся делать тоже, что и с глазом Учихи. Пусть боли я и не чувствовал, неприятные ощущения все равно присутствовали.

Выдавив глаз, я быстро обрезал нерв. Посмотрев с горечью на бесформенное нечто, оставшееся от глаза, я выбросил его в пламя, оставшееся от огненных ниндзюцу. Действовать нужно было быстро, пока клетки в глазу Учихи не начали отмирать. Сосредоточив большое количество чакры на кончике глазного нерва, я стал пробовать срастить его с огрызком нерва от Шарингана. Благодаря особенностям моей чакры, мне даже не надо было прикладывать усилий, для сращивания нервов. Были опасения по поводу чакроканалов о том, смогут ли они срастись. Но по неведомой мне причине они отлично срослись. Было такое ощущение, будто остатки чакры из Шарингана сами поспособствовали этому. А то что чакра там осталась я отчетливо чувствовал.

Вставив глаз в глазницу, я попытался воспользоваться додзюцу. Зрение было невероятно четким. А если сосредоточиться, казалось, что мир замедлился. Я даже мог различить взмахи крыльев, находящихся в отдалении мотыльков. В полной темноте.

Увидев возможности Шарингана, а также поняв, что он позволяет видеть в темноте, я восхитился. Но долго это не продлилось, ведь я ощутил, как моя чакра убывает с огромной скоростью.

Понимая, что я так могу заработать чакроистощение, я попытался отключить додзюцу. Не получилось. Тогда я просто закрыл глаз. Это помогло, и трата чакры прекратила.

«Такого я не ожидал.» – Внутренне сокрушался я. – «Придется ограничится временем использования Шарингана.»

Ещё несколько раз испытав глаз в действии, я принял решение двигаться дальше. Сверив путь по карте, я определил направление.

Проверив свое снаряжение, я увидел несколько порезов, которые в будущем надо будет зашить. Также мне на глаза попалась маска, которую я забыл надеть, из-за чего и потерял глаз. Вернул маску на лицо, решив больше не снимать её ни под каким предлогом. Особенно сейчас, когда я украл Кеккей Генкай. Такое не стоит выставлять на показ.

Бросил последний взгляд на труп Учихи и на оставшуюся после нашей битвы разруху. Мне на глаза вновь попалась мертвая девушка, на которую перед смертью смотрел Учиха.

– Это из-за её смерти, он сошел с ума? – Задался я вопросом, но мне никто не ответил.

Решив выбросить лишние мысли из головы, я побежал дальше.

* * *

Когда Акира покинул место битвы с Учихой, установилась тишина, прерываемая лишь треском огня. Вся живность в лесу почему-то затихла.

Так и продолжали бы трупы лежать и гнить, если бы возле тела Учихи, из-под земли, не возникли корни. Оплетя труп, образовав кокон, они вместе с телом погрузились обратно под землю.

В том месте, где исчез труп Учихи, земля была перерыта, не оставив на месте растительности. Впрочем не на долго. Уже через несколько секунд начали прорастать ростки травы, не оставив ни единого следа произошедшего.

* * *

Я бежал через лес, следуя по маршруту похитителей. Время от времени, я приоткрывал правый глаз с Шаринганом, чтобы увидеть путь в темноте. Додзюцу очень помогало в передвижении, но в то же время нашелся ещё один побочный эффект. Использование Шарингана очень нагружало мозг, из-за большого количества поступающей информации. Потому я старался свести использование глаза по минимуму.

Через час пути, деревья на моем пути начали становиться все больше и больше, достигая по настоящему исполинских размеров. Между самыми нижними ветками и землей расстояние могло достигать нескольких десятков метров, а иногда и под сотню. Также на этих деревьях росли не менее огромные грибы. На их шляпках могли поместиться десятки людей. Выглядело окружение красиво.

К сожалению, у меня не было права отвлекаться. Путь по земле стал сложен, из-за корней деревьев, больше похожих на стены. Но передвигаться верхними путями было ещё опаснее, ведь расстояние между ветвями было слишком большим, чтобы без проблем по ним прыгать.

«Если бы не Шаринган, я бы и вовсе не смог здесь пройти.» – Внутренне порадовался я тому, что все же решился на пересадку додзюцу.

Без Шарингана пройти через все эти заросли на земле, да ещё и в темноте, было бы невозможно. Потеряться в таких условиях можно без труда.

Этот вывод смог немного обнадежить меня.

«Если похитители после наступления ночи остались здесь, то деваться им некуда.» – Следом меня поразила другая мысль. – «Но ведь в отличии от меня они могут использовать источник освещения.» – Как быстро эта мысль появилась, также быстро она и пропала. – «В таком случае они рискуют выдать себя вражеским шиноби. Да и с источником света, пробираться по ночному лесу очень сложно.» – Успокоил я себя.

Тем временем, мой путь все продолжался, а признаков похитителей все не было. Но я продолжал тешить себя мыслями, о скорой встрече, и о том как…

Что делать после нахождения похитителей я не знал. Хотелось заставить их заплатить, за то, что они совершили. Но уверенности в том, что я смогу одолеть группу шиноби, у меня не было. Они вряд ли будут опаснее того Учихи, но лишь по одиночке. Шиноби из Конохи хоть и был сильным, но из-за безумия думать тактически он не мог. Его трюк с прохождением сквозь пламя точно был не хитрым ходом, а непредсказуемым действием бешенного зверя. Но шиноби Ивы точно не будут стоять и ждать моих действий.

«Если только не застать их врасплох.» – Появились у меня в голове хоть какие-то зачатки плана. – «Превентивный удар, которого не ожидаешь… Нет не так. Сейчас ведь идет война, и они точно будут настороже. Значит нужно сделать так, чтобы их дезориентировало, не давая возможности отреагировать вовремя.»

Постепенно план все больше вырисовывался, но окончательно оформлен он не был. Необходима была информация о количестве противника, их расположении, местности вокруг и о многом другом. Окончательно план будет готов лишь тогда, когда я их найду.

Прошло ещё пару часов. На улице все так же была ночь, но по ощущениям, до первых лучей рассвета было не далеко. И вот наконец, я услышал вдалеке зевок. Учитывая тишину в лесу и мой усиленный чакрой слух, звук зевка был отчетлив. И он точно принадлежал человеку.

Поняв кто впереди, я решил замедлиться. Ступая по земле как можно аккуратнее, я приблизился к одному из корней гигантского дерева, за которым и услышал звук. Взойдя вверх по стволу дерева, я начал осторожно его огибать. Через несколько шагов выглянул из-за дерева. Мои глазам предстал лагерь шиноби Ивы, что расположился под корнями дерева, образовавших небольшую пещеру.

«Они совсем не похожи на ходячие горы мускулов.» – Первое что я отметил, заметив худощавость шиноби.

Шаринган позволял более детально рассмотреть похитителей. Трое из шиноби спали, и лишь один из них стоял прислонившись к корню и дежурил. По сонному взгляду была видна его рассеянность, а также наплевательское отношение к дежурству. Он и вовсе смотрел лишь в одну точку, а именно вглубь пещеры.

Решив получше изучить лагерь, я обогнул ствол дерева с другой стороны, зайдя дежурящему шиноби за спину. Благодаря этому, мне стало лучше видно, на что он именно смотрит. В пещере лежала девушка со связанными за спиной руками. Лица не было видно, но красные волосы были более чем красноречивы.

«Нашел!» – Обрадованно подумал я.

Но затем мои мысли переключились на продумывание плана. Попытка убийства похитителей была мной отброшена из-за опасности для мамы. Был велик шанс провалиться, что повлекло бы за собой взятие мамы в заложники, или и вовсе её смерть от случайной атаки.

Поэтому мой план был немного другим. Самое главное было избавиться от дежурящего шиноби. Его рассеянное состояние было только на руку. После этого, быстро схватить маму, и убегать. Но на всякий случай все же стоит оставить сокрытыми взрывные печати, и подорвать их на безопасном расстоянии.

Решившись с планом, я приступил к его реализации. Для начал привел взрывные печати к готовности. Как дедушка скрыть за иллюзиями их я не способен, но на земле достаточно высокая трава, чтобы укрыть печати. После, я стал потихоньку пробираться за спину рассеянному дежурному. Кунай был зажат в руке, наготове пробить голову. Находясь на расстоянии четырех метров, дежурящий шиноби видимо что-то почувствовал и завертел головой. Не дожидаясь пока он обернется, я мигом бросился к нему со всей своей скоростью. Он уже начал поворачиваться ко мне, и даже заметил мою фигуру краем глаза. Прежде чем он успел хоть что-то сказать, я уже был возле него, и зажав левой рукой его рот, кунай в правой руке вонзился ему в висок.

«Успел.» – Мысленно выдохнул я.

Но моя радость была поспешной. Видимо я слишком сильно недооценил шиноби Ивы. Их сон был достаточно чутким, чтобы что-то почувствовать. Я мигом бросился к маме и схватил её. Хоть шиноби Ивы и вскочили резко на ноги, им потребовалось несколько мгновений для прояснения разума. Я воспользовался этой возможностью и бросил в них все заготовленные взрывные печати, после чего бросился прочь. Шиноби попытались погнаться за мной, но увидев разлетающиеся печати, отпрыгнули в сторону. Уже находясь на достаточном расстоянии, я сложил печать концентрации.

– В укрытие! – Донесся до меня приказ от одного из шиноби, что первым отреагировал на, разлетевшиеся по округе, взрывные печати.

– Кац! – За спиной прозвучал взрыв.

Но меня кое-что смутило. Перед тем, как раздался взрыв, я услышал обрывки слов, и они точно относились к дзюцу…

– Не дайте ему уйти! – Вновь раздались за спиной выкрики, от уцелевших шиноби.

Позволив себе мельком глянуть за спину, я увидел остатки от каменной стены. Я ускорился.

Посмотрев на лицо мамы, я заметил, что она не приходила в сознание. Но её сердце билось, и это давало мне надежду, что с ней все в порядке.

«Скоро все закончится.» – Мысленно пообещал я маме.

(П.А. – Развязка миссии по спасению Юмико уже скоро. Но даже после того, как Акира вырвал её из лап шиноби Ивы, жизнь не вернется в прежнее русло.)