Текст книги "Вечное "люблю" (СИ)"
Автор книги: Смешинка
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 24 страниц)
– И вы думаете, что простыми извинениями сможете все исправить?! – изогнула бровь я. – Думаете, что просто попросив прощения, разрешите все проблемы?! Нет, девочки! Это не так-то просто!
– Ну, что нам сделать, чтобы ты простила?! – воскликнула Франческа.
– Боюсь, что уже ничего, – пожала я плечами. – Вы оставили меня, наверное, в самой сложной ситуации, которая только могла быть. Я больше не доверяю вам.
– А кому доверяешь?! – фыркнула Камилла. – Ведь у тебя должны быть друзья!
– Да, верно, – согласилась я. – И такими друзьями для меня стали Макси и Нати.
– Эта парочка?! – возмутилась Франческа. – Им есть дело только до себя!
– Не делай выводов! – встрял Макси. – Уж мы-то не бросаем друзей в беде!
– И, чтобы ты знала, – добавила Нати, – позавчера мы гуляли вместе и даже почти поцеловались, когда позвонила Виолетта. Тем не менее, мы все бросили и побежали ее утешать!
– Вот именно! – заключила я. – А где в это время были мои лучшие подруги?! Меня предали все. Вы, Анжи…
– Минутку! – нахмурилась Камилла. – При чем здесь Анжи. И что, вообще, произо…
– Ага, так я вам все и рассказала! – фыркнула я. – Все, девочки, до свидания! У меня есть друзья, с которыми я могу поделиться!
Камилла перевела взгляд на Макси и пробурчала:
– Предатель!
– Предательницы здесь – вы! – отрезал тот. – Это не я бросил Виолетту в беде!
– Ах, значит, для тебя важна Виолетта?! – вскричала Камилла. – А то, что мы с тобой с детства дружим – это как?! То, что ты называл меня сестрой, тоже неважно?!
– Важно, и еще как! – возразил Макси. – Но это вовсе не означает, что я всегда должен быть на твоей стороне! Тем более, сейчас ты, действительно, не права!
– Да, конечно, я – монстр, а Виолетта – святая!
– Я не говорю, что ты – монстр. Просто, в данной ситуации, виноваты вы с Франческой. Я всегда поддерживаю тебя, но сейчас мне кажется, что тебе лучше признать свои ошибки, пока ты не наворотила еще чего-ни…
– Я поняла, ты выбираешь ее! – выпалила Камилла и в гневе вылетела из кабинета.
– Кам! – выкрикнул Макси ей вслед, но было поздно.
Парень опустил голову и вздохнул. Нати погладила его по плечу и тихо произнесла:
– Ты ведь понимаешь, что она сама виновата?
– Понимаю, – ответил Макси. – Но мне от этого не легче. Что ни говори, а Камилла очень много значит для меня. Я люблю ее, как сестру. Понимаете, я буду общаться с вами, но для нее тоже должен находить время. Потому что она мне очень важна.
– Тогда беги за ней, – решила Нати.
– Ты уверена? – опешил Макси. – Пойми меня правильно. Если придется выбирать между тобой и дружбой с Камиллой, я выберу тебя. Но…
– Но такое решение причинит тебе боль, – закончила за него Нати. – А я этого не хочу. Так что беги.
И Макси подчинился. Он поспешно рванул за дверь, выкрикивая имя своей подруги.
– Ух, ты! – восхитилась я. – Нат, ты просто умница!
– Точно! – подхватил Федерико. – Я тобой горжусь!
– Мы гордимся! – поправила я.
– Вы, правда, считаете, что это было правильным поступком? – занервничала Нати.
– Абсолютно! – подтвердила я. – Ты показала, что доверяешь Макси. А доверие – очень важная часть отношений.
Нати улыбнулась. Франческа все еще стояла рядом.
– Мы можем тебе чем-то помочь? – хмуро спросил у нее Федерико.
– Да нет, ты уже помог! – огрызнулась та и, развернувшись на каблуках, отошла в другой конец кабинета.
Ну, что ж, первая часть разборок, во всяком случае, прошла без сучка и без задоринки. Но впереди, наверное, еще немало приключений. Вон, Томас все никак не может прийти в себя, глядя на нас с Федерико. Но самое пугающее – Людмила смотрит с откровенной злобой. Уж не знаю, что она там задумала, но явно ничего хорошего.
Одно, впрочем, я знаю наверняка: мы с Федерико преодолеем все. Пока он рядом, и любовь пылает в наших окрыленных сердцах, опасаться нечего. Теперь я понимаю, почему Людмила так легко разбивала мои отношения с Леоном и Томасом. Потому что любви, как таковой, и не было. С Федерико у нас все по-настоящему, и даже она не сможет этого изменить. Вместе нам не страшно ничего…
====== Глава 13 ======
Сцена продолжалась после занятий. За это время произошло мало нового. Разве что, Анжи выглядела подавленной (да мне и без разницы – она сама виновата). А еще, Макси помирился с Камиллой. Правда, он все равно больше общался с нами, а к своей подруге уходил лишь изредка. Но и это хорошо.
Итак, когда закончились все занятия, к нам подошел Томас. Вид у него был несколько смущенный. Но теперь мне почему-то от этого ни жарко, ни холодно. Да и обращался он не ко мне, а к Федерико.
– Я так понимаю, до тебя, наконец, дошло, что ты любишь Виолетту?
Мы с Федерико выпали в осадок. Он что, знал о наших чувствах?! Так, теперь понятно, почему парень не подошел вместе с Леоном. Напрашивается другой вопрос…
– Откуда… – начал, было, Федерико этот вопрос озвучивать.
– Да я это давно знаю, – с улыбкой оборвал его Томас. – Наблюдая за вами, ребята, любой дурак поймет, что у вас друг к другу чувства совсем не дружеские.
– Тогда почему этого не понял Леон? – вырвалось у меня.
– Он это видит, – пояснил Томас. – Просто отказывается признавать из-за упрямства и самовлюбленности. Он не желает мириться с тем, что ты любишь не его.
Бросив на меня короткий взгляд, он снова обратился к Федерико.
– Я, конечно, тоже не в восторге от того, что Виолетта выбрала не меня. Но не стану уподобляться Леону и кричать на тебя. Тем более, ты хороший парень. Тем не менее, позволь тебя предупредить. Если я узнаю, что ты причинил ей вред, боль или чем-то расстроил, будешь иметь дело со мной.
Раньше меня бы, наверное, обрадовала такая забота. Сейчас, однако, мне стало… смешно. Федерико может меня расстроить?! Он что, серьезно?! Да мой возлюбленный в жизни никогда этого не сделает! Во всяком случае, по своей воле, никогда! Я с трудом сдержала смех. Однако, ни Томас, ни Федерико даже не улыбнулись.
– Я понимаю, – очень серьезно обещал мой возлюбленный. – И, если Виолетта по моей вине хотя бы расстроиться, я сам себе этого не прощу. Веришь?
– Верю, – кивнул Томас. – И, ребята, мой вам совет: держите ухо востро. Никому не доверяйте. Людмила явно настроена серьезно. А вы ее знаете. Так что будьте осторожнее.
– С каких это пор ты знаешь, что она может сделать? – захихикала Нати, которая вместе с Макси стояла за нашими спинами. – Ты ведь раньше ее чуть ли не боготворил!
– С таких, что Федерико открыл мне на нее глаза, – улыбнулся Томас. – И я ему поверил, потому что знаю: этому парню можно доверять.
Он протянул Федерико руку, и тот от всей души ее пожал. А я стояла и думала, насколько меня изменила любовь. Теперь все, что я чувствую к Томасу – дружеская симпатия. Он стал мне другом, как Нати и Макси. Федерико изменил мою жизнь. Но, клянусь, мне это нравится. Я, наконец, поняла, кого люблю на самом деле и всем сердцем. Федерико – все, что мне нужно в жизни!
И вот, Томас отошел. Точнее, его подозвал Напо, чтобы о чем-то спросить. Напоследок ободряюще улыбнувшись нам, парень направился к нему. Но наши с Федерико приключения на этом вовсе не закончились. Нет. Подошла сама Людмила. И вид у нее был такой, что сразу становилось понятно: сейчас будет скандал.
– Что? – осторожно спросил Федерико, на всякий случай, заслонив меня собой.
– А ничего! – огрызнулась Людмила. – Вот, решила поближе рассмотреть новую жертву нашей Виолетты.
– Рассмотрела? – фыркнул мой возлюбленный. – А теперь, пожалуйста, будь любезна, выйди из зоны моего личного пространства.
Людмила, действительно, стояла к нему несколько ближе, чем нужно. Хотя, признаться, меня он даже касался некоторыми участками спины. Но ведь я – его девушка, в конце концов!
– А что, это только Виолетте позволено?! – изогнула бровь Людмила.
– Это позволено тем, кто мне дорог, – отрезал Федерико, – в число которых ты, пардон, не входишь!
– Зато, как я вижу, входит моя лучшая подруга! – огрызнулась блондинка, кивнув в сторону Нати.
– Ой-ой-ой, как мы заговорили! – встрял Макси. – «Лучшая подруга»… Неужели ты, в кои-то веки, вспомнила, что у тебя была подруга! А мне казалось, была только девочка на побегушках! И то, заметь, БЫЛА!
– А твоего мнения здесь никто не спрашивает, чучело в кепке! – рявкнула Людмила.
– Не смей его оскорблять! – взвизгнула Нати. – И оставь меня в покое! Я выбрала свою сторону!
– Быть на стороне проигравших?! – фыркнула ее бывшая подруга. – Весьма удачный выбор для ничтожества, вроде тебя!
– А кричать на нее – весьма НЕудачый выбор для стервы вроде тебя! – отрезал Макси.
Людмила задохнулась от возмущения. Она, разумеется, не знала, что все мои друзья давно называют ее паучихой. Хотя, еще неизвестно, что обиднее: стерва или паучиха. Но, наверное, это был первый случай, когда Людмилу по-настоящему обозвали. В лицо, да еще и при всех. Ой, кажется, нашему другу конец! Пора вмешаться.
– Слушай, Людмила, – мгновенно сориентировался Федерико, – ты зачем, вообще, подошла?! Нати оскорблять или что?!
– Нужна мне она! – отмахнулась Людмила. – Это ей без моего таланта придется туго!
– Ага, – хмыкнул Федерико. – Особенно, если учесть то, что у нее своего таланта более, чем достаточно, в отличие от некоторых!
– Ты на меня намекаешь?! – рассердилась Людмила.
– Да боже меня упаси! – рассмеялся мой возлюбленный. – Я не намекаю, а прямо говорю, что замашек у тебя гораздо больше, чем реального таланта.
– Да моего таланта на двоих хватит!
– Ты хотела сказать, самомнения!
– Прекрати меня унижать!
– А ты прекрати унижать моих друзей! И вообще, ты ведь не за этим подошла, правда?!
– Верно! – огрызнулась Людмила. – Я подошла спросить, действительно ли вы с Виолеттой встречаетесь?
– А это, пардон, не твое дело! – отрезал Федерико. – Тебя не должно волновать ни то, что с ней происходит, ни то, с кем она встречается!
– Значит, это правда?! Ха! Влип ты, парень! Влип по-крупному!
– Конечно, пока ты рядом, мы все влипли!
– Да нет, дружок. Я о нашей Вилу! Ты думаешь, она тебя любит?! Черта-с-два!
– Не тебе рассуждать о любви! И не смей называть меня дружком! Я могу быть другом кому угодно, но только не тебе!
– Это почему еще?!
– Потому что мы с тобой говорим на разных языках, Людмила! И дело вовсе не в том, что я – итальянец! Ты никогда не узнаешь, что такое дружба, привязанность, любовь…
– О, ну, конечно! Зато наша Вилу это все отлично знает! Особенно, любовь!
– Да уж получше некоторых! – огрызнулся Федерико.
– Ты думаешь, она тебя любит?! – возмутилась блондинка. – Да она в принципе на это не способна!
– Ну, знаешь! – рассердился Федерико. – Это уже переходит все границы! Иди-ка ты, куда шла!
– Я шла, чтобы вправить тебе – влюбленному дураку – мозги!
– А я, может, не хочу, чтобы мне их вправляли! Да, я – влюбленный дурак! Но, клянусь, меня это устраивает!
– Но ведь она тебя скоро бросит! Мне тебя жалко, идиот!
– Не обзывай его! – выкрикнула я из-за спины Федерико. – И не рассуждай о том, чего не понимаешь!
– А что это я должна понимать?! – прищурилась Людмила. – То, что ты поиграешь с бедным пареньком, а потом, когда Леон к тебе вернется, выбросишь его! Ведь раньше ты уже так поступала! Пофлиртовала с Томасом, а, когда появился Леон, отбросила бедного мальчика в сторону, как ненужную вещь! И хорошо, что я была рядом и помогла ему подняться на ноги! А теперь, нашла себе новую жертву, да?! Поняла, что Федерико в тебя влюблен, и теперь хочешь запудрить мальчику мозги, чтобы потом так же бросить?! Давай, действуй! Только Федерико будет страдать гораздо больше Томаса, потому что любит тебя! По-настоящему любит! Но ему не поможет никто!
Блондинка замолчала, скрипя зубами и глядя на меня с ненавистью. А я просто кипела от злости. Как она говорит?! Поиграю?! С Федерико?! Брошу его?! Ах, она была рядом с Томасом?! Ах, я хочу запудрить Федерико мозги?! Все, стерва белобрысая, сейчас я тебе выскажу!
– Отойди, – обратилась я к возлюбленному, неосознанно разминая кулаки.
– Вилу, не надо, – покачал он головой.
– Отойди, – повторила я.
– Ладно, – сдался тот. – Только подожди немного.
Он снова повернулся к Людмиле, которая яростно буравила нас глазами и грубовато спросил:
– Ты все сказала?
Блондинка, почти рыча от ярости, кивнула.
– Тогда послушай меня, – процедил сквозь стиснутые зубы Федерико. – Я, конечно, не знаю, что там у вас произошло с Томасом, но глубоко убежден: Виолетта и тогда ни в чем не была виновата! Она, в отличие от некоторых, никогда не пытается выглядеть лучше, чем есть на самом деле. Она всегда была со мной честна. Может быть, наши с Виолеттой отношения не навсегда. Может быть. Только мне все равно. Я просто хочу, чтобы это продлилось еще хоть немного. И, знаешь, из всего своего монолога, из всех своих жалких попыток нас задеть, ты попала в цель всего один раз. Я люблю Виолетту. И, что бы ни случилось, эта любовь не изменится. Поэтому даже не пытайся ставить нам палки в колеса. Сэкономь свое время.
Я молчала, не в силах отвести от Федерико влюбленного взгляда. Никогда раньше я не была так счастлива. Осознание того, что он так сильно меня любит, и ответная любовь в собственном сердце вместе давали мне ощущение полета. Непередаваемое ощущение.
– Ну, уж нет! – вскричала тем временем Людмила. – Я не успокоюсь, пока твоя драгоценная Виолетта не покинет «Студию»!
– Дело твое, – пожал он плечами. – Скажу одно: ты зря потратишь силы и станешь еще более неприглядной личностью в глазах других. Хотя, если подумать, тебе это уже не грозит. Ты уже и так опустилась ниже плинтуса с точки зрения всех моральных и этических норм.
– Не учи меня жить! – отрезала блондинка.
– И не подумаю, – хмыкнул Федерико. – Поздно уже. Такой злюке, как ты уже ничего не поможет. Разве что, могила.
С этими словами, он шагнул в сторону, пропуская меня. И вот, тогда я дала волю своей злости на Людмилу. Как она смела так говорить?! Все, сейчас полетят клочки по закоулочкам!
– Слушай, ты, стерва крашенная…
– Чтобы ты знала, это – мой натуральный цвет волос! – возмутилась Людмила.
– Да без разницы! – отмахнулась я. – В общем, заруби себе на носу: я никогда никому ничего не пудрила! И уж тем более, не собираюсь этого делать с Федерико. Кстати, из тебя плохой психолог! Ты увидела, что он в меня влюблен. Но не заметила еще одного. Того, что я тоже люблю его!
– Ха! – фыркнула блондинка. – И давно?! Леон, Томас, а теперь еще и Федерико. Не много ли любви для одного человека?!
– Ты права, многовато, – согласилась я. – Именно поэтому с появлением Федерико у меня исчезли все чувства к Леону и Томасу. Остался только он один. Федерико, а не кто-либо другой – моя настоящая любовь. И, поверь, если ты попытаешься ставить нам палки в колеса, тебе же будет хуже! Я не собираюсь обманывать Федерико, потому что люблю его! А что касается случая с Томасом, не забывай, из-за чего, а точнее, из-за кого мы с ним тогда поссорились!
Секунду Людмила стояла, открывая и закрывая рот, как рыба, выброшенная на сушу. Бедная, не может даже найти подходящих слов. Смешно даже смотреть. Но вот, блондинка пришла в себя, презрительно фыркнула, развернулась, взметнув волосами, и в гневе вылетела из кабинета. Забыла даже сказать свое фирменное «Людми уходит».
Впрочем, нам с Федерико было уже все равно. Мы снова посмотрели друг другу в глаза и осознали: что бы ни задумали завистники и недруги вроде Людмилы, это не сумеет уничтожить нашу любовь. Пусть враги хоть повесятся от злости, это ничего не изменит. Пока мы вместе, и пока наши сердца бьются в унисон, все будет хорошо. Никакое зло в мире не разъединит нас. Никогда.
====== Глава 14 ======
Вечером того же дня я решила все-таки поговорить с Джейт о моих, мягко говоря, излишне взрослых мыслях и желаниях, которые возникают от прикосновений губ Федерико. Поэтому скоро мы сидели в ее комнате на кровати.
– Итак,– подытожила невеста моего отца, – что тебя тревожит?
– Не совсем тревожит, – поправила я. – Скорее, удивляет и несколько пугает… Вчера, когда мы с Федерико целовались, я вдруг поняла, что… В общем, я хотела, чтобы мы…
Я вспыхнула, как томат, и замолчала, невольно все-таки жалея о своем решении рассказать все Джейт. Ведь она – невеста моего отца! Я даже представить боюсь, что будет, если Джейт все ему расскажет! Впрочем, женщина все поняла сама, потому что со смехом воскликнула:
– О! Плохо дело!
– Сама знаю, что плохо! – отмахнулась я. – Если так дальше будет продолжаться, то через годик быть папе дедушкой!
– А вот это вряд ли, – возразила Джейт. – Ты не забывай, что твой возлюбленный – весьма и весьма благородный юноша! Он уехал, потому что не хотел причинять тебе боль, как ему тогда казалось. И я не думаю, что теперь он позволит себе что-то… такое. Понимаешь?
– Понимаю, – вздохнула я, – но проблема в том, что я… я хочу, чтобы он позволил…
– Знаю, – мягко возразила моя будущая мачеха. – Но ты должна понять, что придется подождать.
– Не хочу! – захныкала я.
– Ну, в любом случае, Федерико не даст тебе наделать глупостей, – улыбнулась Джейт. – И тебе придется с этим смириться.
– Верно, – согласилась я. – Но надо ведь что-то с этим делать! А то он подумает, что я – какая-то девушка легкого поведения, которая сама вешается на шею всем парням!
– Не подумает, – покачала головой Джейт. – А знаешь, почему? Потому что любит тебя. И ты не можешь этого отрицать, Вилу.
– Не могу. Но мы так и не добрались до главного. Что мне делать с этими, мягко говоря, слишком взрослыми желаниями?
– Ничего. Просто расслабься и позволь Федерико заботиться о себе. Он ведь сам первым отстраняется?
– Как ты догадалась?
– Просто сопоставила его отъезд со всем остальным. Он благородный и влюбленный. Гремучая смесь.
– И что, мне просто ничего не делать?! Продолжать пытаться расстегнуть пуговицы на его рубашке и почти лезть вон из платья?! Ничего не предпринимать?!
– Ну, как будущая мачеха, я бы посоветовала тебе держаться в рамках приличия. Но, как женщина, понимаю, что это невозможно. Особенно, когда тот, кого ты горячо и искренне любишь, находится рядом.
– Но как-то ведь можно взять себя в рамки?
– Можно.
– Так подскажи, как это сделать!
– Здесь бессильны подсказки, Вилу. Взять себя под контроль можешь только ты. Сама.
– Но что для этого нужно?!
– Понять. Ты просто должна понять, что это потом не исправить, что вы оба еще не доросли… Будет больно и, боюсь, это поможет лишь временно. Но поможет.
– Ладно. А есть какой-нибудь способ избавиться от таких желаний надолго?
– Только хирургическое вмешательство. Ты пойми, вы – подростки. И такие желания для вас нормальны, потому что происходит половое созревание. А у вас с Федерико оно еще и с первой настоящей любовью совпало…
– Но почему это только у меня? Ведь Федерико не намного старше!
– А кто сказал, что только у тебя? Лично мне кажется, что с ним происходит то же самое, но он сознательно себя сдерживает, чтобы не наломать дров и не потерять тебя.
– Но он меня и не потеряет!
– Не скажи. Вдруг все изменится после этого? Вдруг ты убежишь? Вдруг он сделает тебе больно? Вот, чего боится Федерико. И, я думаю, что сдерживать себя ему гораздо сложнее, чем тебе. Тем более, сейчас он вынужден параллельно и тебя от глупостей удерживать.
– Но хоть что-то ты посоветовать можешь?
– Ну, как будущая мачеха, я бы посоветовала тебе свести к минимуму все физические контакты. Но, опять же, как женщина, понимаю, что это невозможно. И все же, у меня есть совет. Каждый раз, когда вы целуетесь, и тебя начинает, так сказать, уносить не в ту сторону, напоминай себе о последствиях. Подумай о реакции Германа, о том, что тебе будет в первый раз больно, о том, что…
– Стоп! Во-первых, не вздумай говорить папе о моих желаниях. А во-вторых, что значит «в первый раз больно»?
– Ну, ты ведь никогда не проводила с парнем ночь. А значит, ты – девственница.
– Кто?
– Ну, смотри. Есть такая штука. Называется она девственная плевра. Это что-то вроде стеночки из мягких тканей. И, когда ты в первый раз впускаешь парня внутрь себя, она прорывается. Это больно. Правда, только в первый раз, но все-таки… Только давай и это тоже сохраним в тайне, а то твой отец меня убьет.
Я кивнула, невольно задумавшись. Странная выходит ситуация. Даже теперь, после рассказа Джейт, я все равно не могу перестать мечтать о том, как мы с Федерико… Нет, перспектива болезненного разрыва этой самой девственной плевры меня, конечно, несколько пугала. Но, раз без этого не обойтись… Пусть лучше это сделает Федерико. Я ему доверяю. И потом, больно будет только в первый раз. А потом все будет хорошо. Я уверена, что мой возлюбленный сделает для этого все. Да и я тоже.
– Вилу! – позвала меня Джейт.
– А? – встрепенулась я.
– Ты молчишь уже несколько минут, – улыбнулась невеста моего отца. – О чем задумалась?
– О том же, о чем и раньше, – призналась я, смущенно порозовев.
– О, боже! – застонала Джейт. – И тебя совсем не пугает…
– Пугает, – отвечала я. – Но ведь это неизбежно. Что сейчас, что года через три, мне все равно будет больно. К тому же, я хочу, чтобы это сделал именно Федерико.
Джейт расхохоталась. Но это был не просто смех. Нет. Она просто залилась истерическим хохотом. Другого слова не подобрать. Я даже подумала на минутку, что ей плохо. Серьезно! Уже хотела бежать за водой и за папой! Но тут моя будущая мачеха сама перевела дух и выдавила:
– О, господи! Подумай головой! Тебе семнадцать лет! И Федерико ты знаешь без году неделю! Остановись! Тормозни, пока не поздно!
– А что ты можешь сделать для этого? – спросила я.
– Ты права, ничего, – вздохнула Джейт. – Сделать что-то можешь только ты. И поэтому я тебя прошу: остановись! Тебе же будет меньше проблем!
– Да. Но я почему-то этих проблем не боюсь. Совсем. Вместе мы с Федерико преодолеем все. Главное, чтобы он был рядом.
– Вот именно! Он рядом! А разве это – не счастье?! И для этого вовсе не обязательно раньше времени взрослеть! Подумай, Вилу. У вас с Федерико впереди вся жизнь. Возможно, даже жизнь вместе. Но не нужно совершать опрометчивых поступков. Они могут пагубно отразиться на вашем совместном будущем. Поверь моему опыту.
Я вздохнула. Нет, уж лучше сейчас себя сдерживать, чем потом жалеть о своем поступке. Ведь я не знаю, что будет дальше. Здесь Джейт права. Вдруг ранняя физическая близость уничтожит нашу с Федерико духовную связь?
Нет. Нужно доказать, что меня тянет к нему не просто на физическом уровне. Определенно нет. Оглядываясь сейчас назад, я понимаю, что раньше представляла собой лишь половину целого существа. Второй половинкой стал для меня Федерико. Не Леон и не Томас. Именно Федерико. Я чувствую сердцем, что именно он – моя судьба. Моя вечная любовь. И для того, чтобы доказать это, нам вовсе ни к чему переступать через какие-то моральные и этические принципы. Достаточно простого слова «люблю». Искреннего слова.
И, кажется, я придумала надежный способ нейтрализовать тягу к опрометчивому поступку. Нужно во время поцелуев не думать, как сумасшедшая, только о нем, а сосредоточиться на нашей любви. На том, до какой степени эта самая любовь глубока и безгранична. Тогда в голове у меня будет не пусто и горячо, а приятно тепло. Нежно и приятно. Что ж, теперь пора применить теорию на практике. Попробуем…
====== Глава 15 ======
Тот вечер мы с Федерико снова провели вместе. Но, как ни странно, сегодня мне было намного проще. То ли потому, что моя идея сработала, то ли потому, что мы больше разговаривали, чем целовались.
– Вилу! – позвал меня мой возлюбленный, когда мы сели на мою кровать, и я положила голову ему на плечо.
– М-м? – откликнулась я.
– Ты, действительно, больше не любишь Леона? – с тревогой переспросил Федерико.
Он боялся! А мне вдруг стало… смешно. Неужели он еще ничего не понял? Дурачок мой любимый!
– Не люблю,– отвечала я с нежной улыбкой. – И вообще, ты уже должен был догадаться! По-настоящему я люблю одного тебя! Клянусь!
– Я тебя тоже очень люблю! Тебя одну! – шепнул Федерико и легко поцеловал меня в губы.
И снова я почувствовала тепло в груди. Сердце забилось, как сумасшедшее, а ритм дыхания вдвое участился. В животе что-то перевернулось, появилось ощущение полета. Честное слово, только в его объятиях я вот так летаю в поднебесье безо всяких крыльев! Хотя, наверное, правильно говорят, что любовь окрыляет. Может быть, поэтому мне сейчас так хорошо.
Но, к сожалению, этот поцелуй длился совсем не долго. Он, скорее, напоминал легкое соприкосновение. Легкое и нежное. Именно от этой нежности вкупе с любовью мне хотелось летать. Когда же наши губы разъединились, у меня возникло явное ощущение того, что Федерико специально не продлевает поцелуй, чтобы меня не атаковали изнутри взрослые желания. И это наводило на мысль о том, что его тоже тянет ко мне, просто он понимает – для таких поступков еще рано. Ведь наши отношения только-только зародились. У нас еще будет время. Возможно, даже целая жизнь…
– Леон, похоже, все равно не поверил, что ты встречаешься со мной не из желания ему отомстить, – заметил Федерико после небольшой паузы.
– А ты веришь? – улыбнулся я.
– Конечно!
– Тогда не бери в голову. Мне все равно, что думает Леон, и вообще, все равно, что думают другие. Главное, чтобы ты верил. А правда в том, что я тебя люблю!
– Нет, Вилу. Правда в том, что мы любим друг друга!
Снова легкий поцелуй. Эмоции, химические реакции в организме… Это, наверное, навсегда. Но, клянусь, я никогда не буду против. Мои чувства к Федерико – это что-то такое, чему мне совсем не хочется сопротивляться. Не хочется, потому что я люблю его всем сердцем и стремлюсь ему навстречу всем существом. Так будет всегда. Во всяком случае, я на это очень надеюсь.
– А Франческа с Камиллой? – спросил Федерико, когда поцелуй прервался. – Ты уверена, что не хочешь с ними больше общаться?
– Абсолютно, – кивнула я.
– Но ведь они, и в самом деле, не виноваты в том, что произошло, – возразил мой возлюбленный. – Во всяком случае, Франческа точно не виновата.
– Это только в том случае, если она не врет, чтобы себя оправдать. Возможно, здесь есть и моя вина. В последнее время, я звонила Франческе только с одной целью: поплакаться в жилетку. Может, ей просто надоело выслушивать мое нытье, и она решила просто не брать трубку?
– Возможно. Но, будь она настоящей подругой, не сделала бы этого.
– Вот, и я о том же. Может быть, Франческа, действительно, забыла дома свой телефон, а может, просто не взяла трубку. В любом случае, мы не знаем, как было дело. Поэтому я вижу один выход: перестать с ней общаться, чтобы не думать всю жизнь об этом.
– И ты совсем не будешь скучать?
– Наверное, буду. Но только после того, как ты уедешь. А сейчас я по определению не могу по кому-то скучать, потому что ты рядом.
На этот раз, я сама его поцеловала. Получилось намного более несдержанно, чем два предыдущих поцелуя. Это было уже сложно назвать легким поцелуйчиком. Скорее, горячим поцелуем, грозящим перейти в нечто большее…
Стоп! Я ведь люблю Федерико не только телом, но и душой! И что теперь?! Целую его, как последняя девушка легкого поведения?! Нет! Я докажу, что он для меня – не просто телесная тяга!
Отстраняюсь. Больно, но необходимо. Привожу в порядок всколыхнувшиеся эмоции, успокаиваю сердце и восстанавливаю дыхание. Впрочем, и Федерико, казалось, не хотел отстраняться. Когда поцелуй прервался, с его губ даже сорвался вздох. Но так надо.
Тем не менее, я не могла не обнять его. Наши руки переплелись, и я почувствовала, как эмоции вновь захлестнули меня с головой. Не знаю, сколько времени мы так просидели. Да и не хочу знать. Время остановилось для нас. Хотелось воспарить в небеса и летать над Аргентиной, взявшись за руки. Не хотелось отстраняться. Чувства были невероятными. Голова кружилась от счастья.
Да, я счастлива. Счастлива от того, что любимый человек рядом. Что ж, наверное, пора признаться себе: я никогда не была так счастлива, как в последние дни. И если это – не любовь, тогда я уж не знаю…
Когда мы все же отпускали друг друга, сердце мое протестующе ныло. Но ведь нельзя же сидеть так вечно. И все же мы не смогли полностью отстраниться. Федерико продолжал обнимать меня одной рукой, а я тоже обхватив его одной рукой, положила голову ему на плечо. Две другие наши руки были крепко сплетены.
Вот так. Мы даже не совсем отстранились. А если бы совсем? Ну, уж нет! Я не могу совсем не касаться Федерико! Не могу. Мне постоянно нужно убеждаться в том, что он рядом. Что это – не иллюзия! Что мое счастье мне не мерещиться. Что Федерико, действительно, здесь, со мной, и он любит меня. Что мы любим друг друга. И это осознание наполняет мою жизнь счастливым смыслом. Я счастлива и готова закричать об этом на весь мир!
– Ты не боишься того, что может устроить Людмила? – спросила я после продолжительной паузы.
– С какой стати я должен ее бояться? – рассмеялся Федерико. – Слишком много чести для нее, не находишь?
– Но ведь мы не знаем всего, на что она способна ради достижения своей цели! – возразила я. – Хотя, одно, пожалуй, можно сказать точно: что бы она ни задумала, ничего хорошего от этого ждать не приходится. И…
– Вилу, посмотри на меня! – горячо оборвал меня Федерико.
Я послушно подняла глаза на возлюбленного. А он наклонился так, чтобы наши лица разделяли всего каких-то полсантиметра. И в его глазах я увидела такую любовь, такую искреннюю нежность и преданность, что мне сразу стало спокойно. Не знаю, почему, но я больше не боялась потерять его.
– Послушай, – почти шепотом заговорил Федерико. – Да, ты права. Людмила способна на многое. Она, несомненно, хитрее и коварнее нас. Но ты ведь понимаешь, что побеждает всегда не хитрость и коварство, а доброта и любовь? И так не только в сказках бывает. Людмила, конечно, опасный противник. Но даже у нее есть своя слабость. Ей неведома дружба, доверие, привязанность, любовь. И поэтому нам следует ее пожалеть. Ведь у нас есть то, что во стократ сильнее коварства, хитрости, злобы и ненависти. То, что защитит нас от всего плохого в мире.
– Что? – спросила я, почти лишившись рассудка от теплых слов и близости любимых губ.
– Любовь, – коротко ответил мой возлюбленный.
Мое сердце воспарило. Федерико даже не нужно было ничего больше говорить. Я поняла его без слов. А он еще немного наклонился и прошептал:
– Я люблю тебя! И никакая Людмила не сможет этого изменить!
– Я тоже тебя люблю! – только и смогла вымолвить я, будучи во власти его глаз и его голоса.
А потом мы снова поцеловались. И в этом поцелуе было все: любовь, нежность, счастье… Полный букет. Он любит меня! Я люблю его! Мы любим друг друга! И все у нас будет хорошо!
Когда же поцелуй прервался, мы все равно продолжали сидеть в объятиях друг друга, не находя слов от переполнявшего нас счастья. И я тоже чувствовала, что это счастье меня прямо-таки распирает…
