Текст книги "Вечное "люблю" (СИ)"
Автор книги: Смешинка
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 24 страниц)
– Нет, – рассмеялся Федерико. – Да нам это и не нужно. Мы и так знаем, о чем каждый из нас думает.
– Но как? – недоумевала я.
– Видишь ли, – встрял Эрнесто, – в обычных случаях мы всегда стараемся прятать свои мысли и чувства в дальние части мозгов.
– Мы всегда прячем свою боль за улыбкой, – подхватил Федерико. – Нас этому научили в школе спецназа. Но иногда нужно давать всему этому выход.
– Единственным человеком, который видел мои страдания, для меня является Федерико, – добавил Эрнесто. – А для него – я.
– У нас никогда не было друг от друга секретов, – заметил мой возлюбленный. – Собственно, их и не могло быть по определению. Мы всегда делили все на двоих. И вот, сейчас, когда мы останемся вдвоем, я обязательно перескажу ему мельчайшие подробности этих двух лет. И обижаться на меня из-за этого не нужно.
– Я и не обижаюсь, – согласилась я. – Каждому человеку нужен друг. Тот, которому можно безоговорочно доверять. И я просто счастлива, что он у тебя есть. Что вы есть друг у друга.
– А я счастлив, что у него есть ты, – заявил Эрнесто.
– То есть? – опешила я. – Ведь у меня поведение иногда, как у ревнивой истерички!
Вот уж не ожидала, что, после всего произошедшего, у лучшего друга моего возлюбленного сложится обо мне хорошее мнение!
– Возможно, – согласился тот. – Но именно такая девушка и нужна Федерико. Та, которая настолько будет бояться потерять его, что приревнует даже к Юми. Та, которая будет переживать за него до истерики при малейшей опасности. Та, которая будет любить его до потери сознания. И та, которую он будет так же любить. Все это я сегодня увидел между вами. Поверь, Виолетта, мой брат всегда будет с радостью успокаивать твою ревность и твои истерики! Вот, как сейчас.
Ох, слава богу! Мне удалось понравиться лучшему другу возлюбленного! Ведь для Федерико, конечно, очень важно его мнение. И то, что я сумела завоевать доверие Эрнесто, дорогого стоит!
====== Глава 42 ======
Ближе к вечеру Эрнесто и Юми ушли домой. Лучший друг моего возлюбленного, хлопнув его по плечу, пообещал прийти завтра утром.
– Эх, жаль, я не могу пойти с ними, – хмыкнул Федерико, закрыв за друзьями дверь. – Просто потому, что уже поздно.
– А почему жаль? – поинтересовалась я.
– Очень хочется посмотреть на обалдевшие лица матери и отчима Эрнесто, – пояснил мой возлюбленный. – Хотя, он мне завтра все равно их опишет в подробностях.
Мы со смехом вернулись на диван в гостиной и обнялись. Я чувствовала себя прекрасно. Мой возлюбленный рядом, обнимает меня и прижимает к себе. Он снова рядом, и никакое сражение ни с каким Фабианом не смогло этого изменить!
– Я так переживала за тебя весь день! – сорвалось с моих губ, когда смех стих.
– Из-за встречи с этим Фабианом? – догадался Федерико. – Ну, как видишь, она оказалась не такой уж и опасной. Нет, Вилу, так просто ты теперь от меня не отделаешься!
– О, горе мне! – рассмеялась я, услышав веселье в последней фразе возлюбленного.
Федерико тоже рассмеялся и нежно поцеловал меня в висок. Ах! Это было невероятное ощущение, словно по телу пробежал огонь, а сердце чуть не выпрыгнуло из груди.
– Больше никуда тебя не отпущу! – вздохнула я, крепче прижимаясь к возлюбленному. – Особенно, ни на какую разборку!
– Все ведь благополучно закончилось, – возразил Федерико.
– Да, – кивнула я. – На этот раз, да. Но, знаешь, пока мы с Юми умирали от страха и ждали вас, я поняла, как легко могу тебя потерять. В одночасье. Из-за такого вот Фабиана. Пожалуйста, пообещай, что, если подобное случиться снова, ты возьмешь меня с собой! Так мне будет спокойнее!
– Зато МНЕ не будет, Вилу! – заявил Федерико. – Прости, но я не стану давать тебе таких обещаний. Могу дать другое. Если над нами снова нависнет угроза, я сделаю все, чтобы ты была в полной безопасности. Как я понял, оставлять тебя в доме Эрнесто было очень глупо с моей стороны. Больше такого не повториться. Я никогда не допущу, чтобы ты пострадала. Никогда.
Он обнял меня крепче и осыпал поцелуями мои волосы. А я? Как я могла сопротивляться, когда в груди так горячо, а сердце стучит в пять раз сильнее обычного? Но его слова… Он пообещал совершенно не то, что просила я. Даже нечто противоположное этому.
– Я не хочу, чтобы ты рисковал из-за меня! – прошептала я.
– Это все равно будет, – упорствовал Федерико. – Я всегда буду защищать тебя от всего и вся. Никто ничего не сможет с этим поделать!
Дальше я уже не могла возражать, потому что возлюбленный поцеловал меня в губы нежным и в то же время горячим поцелуем. Внутри у меня все как будто закипело. Я с жаром ответила на поцелуй, в котором исчезло все. Весь этот кошмар, через который мы прошли, словно сгорел в этом соприкосновении наших губ. А как я была счастлива, когда язык Федерико осторожно прошелся по внутренней стороне моей верхней губы!
Весь день мы даже поцеловаться нормально не могли, не говоря уже о поцелуе с языком. Поэтому я тут же приоткрыла рот и переплела наши языки в страстном танце.
Это было нечто. Теперь я гораздо ярче ощущала любовь Федерико. Даже почти поверила в то, что он любит меня так же, как я люблю его. Не знаю. Одно скажу точно: сильнее, чем я его, он меня любить не мог просто потому, что сильнее уже некуда. Наконец, я это поняла.
Как бы мне ни хотелось, чтобы этот поцелуй никогда не прерывался, в один миг мы были вынуждены отстраниться друг от друга, так как кислород – штука невечная. Федерико вздохнул, еще крепче прижал меня к себе и шепнул:
– Даже представить боюсь, ЧТО могло с тобой произойти, если бы не ребята! Какой же я идиот! В следующий раз…
– Ты думаешь, что еще не все неприятности нас накрыли? – испугалась я.
– Чисто-теоретически – не все, – пояснил мой возлюбленный. – Мне, к примеру, слабо вериться в то, что Людмила просто так зароет боевой топор. Особенно, после того, что мы узнали от Макси и Нати. Так вот, в следующий раз перед тем, как выходить на линию огня, я обязательно позабочусь о том, чтобы ты была в безопасности, Вилу. А если кто-то все равно попытается причинить тебе вред, я его собственными руками на части порву!
– Знаю, – рассмеялась я. – В этом уже на собственном опыте убедились Марио и Джузеппе!
Вспомнив летающие ножи, мы дружно расхохотались.
– До сих пор не пойму, – выдавила я, – как вы с Эрнесто ухитрились метнуть свои ножи с такого дальнего расстояния, да еще и с такой силой!
– Нас учили этими ножами с пятидесяти метров сбивать со стены спичечную коробочку, – пояснил Федерико. – Но, признаться, мы не рискнули сегодня бросать их на такое расстояние – боялись случайно попасть в тебя. Бросили всего с двадцать метров, чтобы уж наверняка.
– Надо было видеть лица этих двоих, когда они отскакивали в стороны! – заметила я. – А когда я увидела вас Эрнесто, мне даже показалось на минуту, что вы их сейчас растерзаете!
– Мы за этим вообще-то и бежали, – отсмеявшись, заявил Федерико. – Нас остановило только то, что мы узнали этих четверых, и они уж точно не могли быть террористами.
– Вы хорошо их знали? – поинтересовалась я.
– Ну, по крайней мере, на том уровне, на котором, вообще, могут знаться соратники. За исключением, пожалуй, Винченцо.
– Да, я заметила. У вас с ним, кажется, не очень дружелюбные отношения?
– Это еще мягко сказано, – фыркнул мой возлюбленный. – Винченцо – человек очень внушаемый. Он привык во всем прислушиваться к начальству. У него никогда не было собственного мнения. Собственно, эту черту характера в нашей школе особо и не стремились развивать. Сама понимаешь: если у каждого воина будет свое мнение, это чревато крупными неприятностями вроде нашей с Эрнесто выходки. Вот и Винченцо вырос человеком, которого нужно вести. Он будет слепо подчиняться воле начальства, вели оно ему хоть с собой покончить.
– Поэтому он вас так ненавидит, – догадалась я. – Потому что вы пошли против начальства.
– Возможно, – согласился Федерико. – А может, дело в том, что он никого особо не любит. У него нет друзей, потому что, помимо всего прочего, он является добровольным стукачом администрации школы и вечно строчит доносы. Ну, в общем, ты уже, наверное, поняла, почему он так упорно твердит, что мы с Эрнесто помогли Хельге.
– И здесь ваш Винченцо в чем-то прав, – заметила я.
– Не в чем-то, а практически во всем, Вилу, – признался мой возлюбленный. – Все, что он видел, было на самом деле. А вот нам пришлось врать напропалую.
– Знаю, ты это терпеть не можешь, – возразила я. – Но ты ведь спасал Хельгу от папаши-тирана. А это дорогого стоит.
– Любой бы на моем месте так поступил, – пожал плечами Федерико. – Кроме, разве что, самого Винченцо.
– Не скажи, – заметила я. – Любой не стал бы подставлять под удар себя и рисковать собственным будущим ради абсолютно посторонней девушки. Кстати, что тебе грозило, если бы все раскрылось.
– Не мне, а нам с Эрнесто, – поправил меня возлюбленный. – Он бы не позволил мне одному идти под трибунал.
– А что это такое?
– Это пятно на всю жизнь, – просто ответил Федерико. – Когда на площади тебя на глазах у многотысячной толпы лишают звания курсанта и называют предателем. Ведь мы поступились принципом беспрекословного подчинения начальству, хоть и спасли Хельгу.
– Она тебе, наверное, по гроб жизни благодарна, – заметила я, не до конца все же сумев скрыть нотку ревности в голосе.
Федерико, похоже, эту самую нотку услышал, потому что рассмеялся, запрокинул мне голову и выдохнул в губы:
– Вилу, перестань! Говорю же, мне никто, кроме тебя, не нужен!
– Она, правда, тебе никогда не нравилась? – тихо спросила я.
– Никогда, – отвечал мой возлюбленный, все больше сближая наши лица. – Я помог ей, потому что мне стало, по-человечески, ее жаль. Больше у меня никаких причин не было. Клянусь. И вообще, знаешь, ревновать меня к Хельге – все равно, что ревновать к Глории или к Юми. Ты ведь не ревнуешь меня к Юми, правда?
– Нет, – отвечала я. – Уже нет.
– Уже? – захихикал мне в губы Федерико.
– Ну, прости, – вздохнула я, уже самостоятельно подавшись ему навстречу. – Это было только изначально. А я… я просто ненавижу, когда в твоей жизни оказывается любая другая девушка.
– Мое маленькое ревнивое чудо! – прошептал Федерико и, наконец, поцеловал меня.
Его слова и поцелуй лишь укрепили мою веру в то, что я принадлежу только ему одному. И хочу, чтобы так оставалось вечно. Хочу всегда смотреть только на него. Хочу, чтобы только он ко мне прикасался, вызывая потоки эмоций. Хочу, чтобы только он говорил мне «люблю». Хочу только ему отвечать тем же. Хочу, чтобы только он целовал меня вот так, почти лишая разума. Чтобы только его губы так нежно касались моих, чтобы только его руки с такой любовью гладили меня, чтобы только его язык так осторожно сплетался с моим. Хочу любить только Федерико и чувствовать взаимность. Всегда.
– Мне нужна одна-единственная девушка – ты! – горячо прошептал мой возлюбленный, когда мы остановились, чтобы набрать в легкие воздуха. – Я люблю одну тебя! Ты – любовь всей моей жизни! Только ты…
Мгновение – и мы снова слились в страстном, но одновременно нежном поцелуе. Слова Федерико заставили мое сердце воспарить. Голова кружилась, абсолютно и блаженно опустев. Я позволила унести себя в море любви. В море без берегов…
====== Глава 43 ======
Ту ночь мы провели вместе. Нет, между нами, конечно, ничего не было, кроме пары поцелуев в кровати. Но и этого было достаточно для того, чтобы окрылить меня на весь последующий день.
Как получилось, что мы снова спали вместе? Ну, признаться, это было моей инициативой. Когда вечером мы с возлюбленным собирались расходиться, я поняла, что теперь уже не смогу заснуть без его теплых и нежных объятий, сводящих с ума. Поэтому, вцепившись в шею Федерико, я крепко поцеловала его в губы (сама, между прочим, едва с ума от эмоций не сошла) и шепнула:
– Не уходи!
И он не ушел. Уж не знаю, что на него подействовало больше – мой поцелуй, просьба или то, что он, как и я, понимал, что не заснет без меня. Не знаю. Да это, в принципе, не так уж и важно. Главное, что эту ночь мы снова провели вместе.
Несколько последующих дней особым разнообразием не отличались. Каждое утро приходил Эрнесто и уходил только ближе к ночи. Но я ничего не имела против него. Единственное, что меня расстраивало, – это, когда с ним приходила Юми. Нет, эта девочка просто прелесть. Но дело все в том, что она каждый раз уводила меня в другую комнату, где мы вели сугубо женские разговоры. А Федерико с Эрнесто за дверью вели свои разговоры – сугубо братские. Нет, конечно, я не против того, что они общаются. Разумеется, нет. Просто для меня невыносимо расставание с любимым даже на такой короткий промежуток времени.
– Ты должна быть рада, – убеждала меня Юми всякий раз. – Эти двое счастливы. То есть, конечно, Федерико счастлив с тобой. Он любит тебя. Но не забывай, что и Эрнесто он любит по-своему. Они всегда были связаны какими-то незримыми и непонятными узами. А когда Эрнесто… ну, вроде как погиб, Федерико чувствовал страшную боль. Я это видела, но ничего не могла поделать. Потом в его жизни появилась ты. И я снова увидела того мальчишку, которого знала раньше. Но все равно иногда в его глазах появлялась та боль. Как оказалось, даже настоящая любовь не способна помочь пережить потерю лучшего друга.
– Это был камень в мою сторону?! – возмущалась я.
– Это, вообще, не было камнем, – терпеливо отвечала Юми. – Все-таки не стоит забывать: лучший друг Федерико, который был рядом с раннего детства и которого он называл братом, умер у него на руках. После такого чудо, что он, вообще, смог влюбиться. А теперь этот самый друг снова появился в его жизни. Они очень скучали друг без друга. К тому же, Эрнесто был, есть и будет единственным человеком, от которого у Федерико нет секретов, и наоборот.
Признаться, эти слова меня немного задевали, хоть я и понимала, что существуют чисто-мужские секреты, в которые девушек просто не принято посвящать. Но я не могла не завидовать Эрнесто. Он знает о Федерико все, в отличие от меня…
Впрочем, нельзя сказать, что время, которое я проводила с Юми, было неприятным. Она оказалась отличной собеседницей. Мы рассказывали друг дружке свои секреты, сочувствовали, давали советы. Юми, к примеру, едва не расплакалась, услышав мой рассказ о дне, когда Федерико уехал из-за Анжи. Она с упоением слушала подробности наших отношений и говорила, что они напоминают ей средневековые любовные романы. В общем, мы с Юми стали близкими подругами, и я даже понимала, почему Федерико называет ее сестрой. Она имела удивительное свойство осторожно западать в душу и невольно всем своим видом внушала симпатию.
В один из таких дней мы, как обычно, сидели в комнате, предназначенной для меня, а Эрнесто с Федерико расположились в гостиной. Как обычно, оттуда доносились их приглушенные голоса и веселый смех. День уже клонился к вечеру, когда я услышала звонок мобильника Федерико.
– Как думаешь, кто это может быть? – спросила я у Юми.
– Да кто угодно, – пожала плечами та. – Глория, к примеру. Может, по братику соскучилась. Или кто-то из дальних родственников. Хотя, чего гадать? Пойдем, сами спросим.
Мы поднялись и вышли из комнаты. Федерико слушал то, что ему говорили по телефону, все больше бледнея. У меня уже тогда появилось плохое предчувствие. И оно только усилилось, когда мой возлюбленный заявил своему собеседнику:
– Так, успокойся! Не истерии! Мы ее найдем. Все будет хорошо. Нет, никто мне в помощь не нужен. Значит, так надо! Ой, ну, почему сразу самоубийца?! Слушай, я тебя когда-нибудь подводил?! Вот! Так что доверься мне! Я сейчас приду. Все, жди.
– Что случилось? – тут же спросила я, пока мой возлюбленный убирал телефон.
И тут снова бросилась в глаза удивительная синхронность каждого движения друзей. Они, не сговариваясь, одновременно вскочили с дивана и посмотрели друг на друга.
– Наша Ариана пропала, – сказал мой возлюбленный, ни к кому в особенности не обращаясь.
Эрнесто деловито нахмурился, готовый действовать в любую секунду, да и сам Федерико повторял его позу. Юми, вскрикнув, прижала ко рту ладони. А я… снова почувствовала внутри себя обжигающую ревность. Ведь услышала еще одно женское имя! А вдруг это одна из поклонниц Федерико?! Вдруг он с ней дружит, а она его потихоньку соблазняет?!
– Кто такая Ариана? – спросила я, не до конца сумев скрыть нотку обиды в голосе.
Федерико просто подошел ко мне, обнял и легко поцеловал в губы. Ах! Я почти взлетела в небеса, а вся ревность тут же испарилась. Я так счастлива, когда он рядом и касается меня!
– Вилу, – выдохнул Федерико мне в губы, – ревновать меня к Ариане еще глупее, чем к Юми. Ей три с небольшим года!
Я снова почувствовала себя глупо. Ну, что это такое, в самом деле?! Это уже не просто ревность, а самая настоящая паранойя! Все, пора лечиться! Это надо же было! Развела тоже трагедию, Отелло в юбке! Может, эта Ариана – родственница Федерико. Да мало ли! А я тут, понимаешь, пустилась… И вообще, честно говоря, я обожаю детей!
– Кто она? – тихо спросила я, обхватив возлюбленного за шею под громкий смех Юми.
– Дочь Хельги, – ответил парень. – Той девушки, о которой мы тебе рассказывали. И к ней меня тоже ревновать не надо.
– Знаю, – вздохнула я. – Мне ее жаль. А что случилось с Арианой?
– Я пока сам толком ничего не понял, – пожал плечами Федерико. – Хельга в истерике мне позвонила.
– Феде, пойдем, – поторопил друга Эрнесто.
– Вы к Хельге? – спросила Юми.
– Конечно, – кивнул Федерико. – Ей, кроме нас, больше не на кого рассчитывать.
– Мы с вами, – засуетилась я, пытаясь выпутаться из объятий возлюбленного.
Но тот меня не отпустил. Он мягко приподнял мой подбородок, заглянул мне в глаза и тихо сказал:
– Нет, Вилу. Вы с Юми останетесь. Я не хочу подвергать вас опасности. Вдруг Ариана попала в беду?
– Тогда я, тем более, должна пойти с тобой! – воскликнула я. – Как ты не понимаешь: я не переживу, если с тобой что-нибудь слу…
– Тихо! Тихо! – прервал меня возлюбленный. – Я все понимаю, милая! Но пойми и ты меня. Если ты пойдешь с нами, я поминутно буду отвлекаться, чтобы убедиться в твоей безопасности. Буду, и здесь ничего не поделаешь.
– Вообще-то, в некотором смысле, Виолетта права, – встрял Эрнесто. – Здесь их с Юми и будут искать, в случае чего. А с Хельгой их решительно ничего не связывает. Может, мы возьмем их с собой, и пусть побудут пока у нее?
Федерико подумал немного и, наконец, вздохнул:
– Ладно. Ты прав. Так для них будет безопаснее.
Он отпустил меня и позволил взять из комнаты кофту – вечер был прохладный. Мне, конечно, совсем не улыбалась перспектива сидеть у Хельги, пока мой возлюбленный будет бегать неизвестно где, но я была благодарна Эрнесто уже за то, что дал мне возможность находиться хоть немного ближе к нему…
====== Глава 44 ======
Хельга оказалась невысокой миловидной девушкой с мелкими темными кудряшками, ниспадающими ей чуть ниже плеч. У нее было немного вытянутое лицо, едва заметный нос, смуглая кожа, стройная фигура, четко очерченные губы и большие карие глаза, которые в минуту нашего знакомства были полны слез.
Федерико не преувеличивал. Хельга, действительно, мягко говоря, была в несколько неадекватном состоянии. Но это нормально. Ведь у нее пропал ребенок. Я даже почти не ревновала, когда, открыв нам дверь, девушка повисла на шее у моего возлюбленного и разрыдалась ему в плечо. Тот подождал секунд десять, рассчитывая, очевидно, что она сама успокоится. Когда же этого не произошло, он деликатно отстранил от себя подругу, заглянул ей в глаза и начал убеждать, что все будет хорошо, и он обязательно найдет Ариану.
Правда, никакие переживания не помешали Хельге выпасть в осадок, когда она увидела Эрнесто. Ребята пообещали рассказать ей историю его возвращения позже, после того, как найдут и вернут девочку.
Мы вошли в квартиру. Помимо самой Хельги и Арианы, здесь жила мать девушки, Инес. Но она уехала в командировку в Мексику на две недели, и Хельга решила, что нет смысла ее пока вызывать.
– Так, – подытожил Федерико, когда мы разместились в гостиной. – Теперь, пожалуйста, Хельга, успокойся и расскажи нам все по порядку.
Хельга сделала глубокий вдох, затем, медленно выдохнула и заговорила уже без истерик:
– Она попросила отпустить ее на детскую площадку. Это прямо перед домом, и раньше, она уже не раз ходила туда одна, поэтому я отпустила. Потом, где-то через час, я вышла, хотела позвать ее на ужин, но не нашла. И никто ее не видел! Никто!
Девушка снова разрыдалась, уткнувшись лицом в плечо Федерико. Тот осторожно приобнял ее за плечи. Но я не ревновала. Я видела привязанность между ними, но, скорее, как у брата и сестры. И, конечно, вполне естественно, что Хельга в моем возлюбленном видит своего благородного бесстрашного спасителя. Он ведь когда-то вытащил ее из крайне сложной ситуации, даже соврал товарищам и администрации школы. Рискнул своим будущим ради нее. Привязанность Хельги вполне объяснима.
– Не волнуйся, мы ее найдем, – ободряюще сказал мой возлюбленный. – Как давно Ариана ушла?
– Часа… часа три назад, – прорыдала Хельга. – Вы… вы, правда, ее найдете?
– Обязательно найдем, живой и невредимой, обещаем! – встрял Эрнесто. – А теперь нам пора на поиски.
– Ты не против, если Виолетта и Юми останутся здесь, – спросил Федерико.
– Мы пойдем с вами! – вскричала я.
Сердце мое отчаянно ныло, предчувствуя разлуку и тревогу за любимого человека.
– Нет, – твердо сказал тот. – Вы с Юми останетесь. Еще нам не хватало за вас волноваться.
– Но я-то буду за тебя волноваться! – возразила я.
– Знаю, знаю, – заявил мой возлюбленный, отойдя от Хельги и притянув к себе меня. – Но так будет безопаснее для тебя. И для меня тоже.
– А он прав, – уже спокойнее заметила Хельга. – Толпой вам там делать нечего. Да и Ариана никого, кроме Федерико, к себе не подпустит. Так что, Виолетта, вам с Юми, и впрямь, лучше остаться у меня.
Я вздохнула. Да, похоже, выбор у меня невелик. Но, как это ни прискорбно, доля правды в словах Хельги была. В конце концов, я не могу не признать, что Федерико любит меня и, если я пойду с ним, он будет поминутно поворачиваться ко мне, чтобы убедиться в моей безопасности. А это уже опасно для него самого.
– Ладно, – сдалась я. – Но пообещай, что будешь держать нас в курсе дела! Звони при любом изменении ситуации. И будь осторожен, хорошо?
– Конечно, – шепнул в ответ мой возлюбленный и нежно поцеловал меня в губы.
Поцелуй, конечно, был коротким – ведь рядом стояли и Юми, и Хельга. Но все равно внутри снова запорхали бабочки, а сердце снова пустилось в пляс. Только от его поцелуев я так счастлива!
Наконец, лучшие друзья вышли из квартиры, оставив меня молить бога о том, чтобы с моим возлюбленным все было хорошо. Господи, пусть он вернется целым и невредимым! Я не смогу без него! Умоляю!
– Все будет хорошо, – приободрила меня Юми. – Эти двое еще не из таких переделок вылезали.
– Да, но раньше от них зависели только их собственные жизни, – возразила я. – А сейчас они отвечают еще и за Ариану.
– Кто тебе сказал, что они раньше ни за кого не отвечали? – изогнула бровь Хельга, которая вытирала слезы платком, глядя вокруг с безразличным видом.
– Да, эти двое почти всегда все делали вдвоем, – добавила Юми. – Но это отнюдь не значит, что они сражались только за самих себя!
– Случаи, когда это было на самом деле так, можно пересчитать по пальцам, – заметила Хельга.
– Они всегда сражались за правду, защищая других и неся за них ответственность, – продолжала Юми.
– В школе спецназа эти двое командовали отделениями, и в любом общем сражении отвечали за своих соратников.
– А во время той жуткой резни под Миланом, о которой тебе уже говорил Бернарди, на них, вообще, лежала ответственность за всю страну.
– И когда Федерико не дал вернуть меня отцу, он тоже отвечал не только за себя!
– Да и вообще, если вдуматься, они всегда за кого-то отвечали. Друг за друга. И я думаю, сейчас они тоже справятся, – заключила Юми.
– Да, – вздохнула я, не до конца убежденная. – Наверное, да.
– В любом случае, мы можем только переживать за них, – сказала Хельга. – Помочь им, увы, не в нашей власти.
– Да, ты права, – согласилась Юми. – Тут уж все сводится к тому, доверяем ли мы Федерико и Эрнесто.
– Конечно, доверяем! – воскликнула я. – Ведь правда?
– Разумеется, – кивнула Хельга. – Эти ребята спасли меня от ужасной судьбы. Меня и мою еще не рожденную дочь. Поэтому сейчас я обратилась за помощью именно к Федерико. Потому что доверяю жизнь Арианы только ему.
– Они всегда были готовы сражаться за тех, кто им дорог, – добавила Юми.
Я смотрела на этих двух девушек, и в голове у меня назревал весьма странный для этой ситуации вопрос. Не знаю, почему, но меня это заинтересовало. Поэтому я тут же и спросила:
– Вы что, знакомы?
– Ну, не сказать, что очень близко, – пояснила Юми. – Но все-таки достаточно неплохо друг дружку знаем.
– Вас ребята познакомили? – догадалась я.
– Они самые, – кивнула Хельга. – Это было уже после их переезда в Рим.
– Ты, после своего спасения, хорошо с ними общалась? – полюбопытствовала я, снова испытывая некоторую ревность.
– Конечно, – удивленно посмотрела на меня Хельга. – Хотя, признаться, отношения с Федерико у меня всегда были несколько ближе, чем с Эрнесто.
– А вот это ты зря, – чуть усмехнувшись, встряла Юми. – Очень зря.
Ревность ужасной силы обожгла меня изнутри. У моего возлюбленного были и, наверное, есть сейчас, близкие отношения с Хельгой! Все, я за себя не ручаюсь!
– И насколько близкими были ваши отношения?! – почти прорычала я.
– Тише, тише, – засуетилась Хельга. – Ты не так поняла! Мы с Федерико просто…
– Я сама разберусь, что и как понимать, спасибо! – сердито оборвала ее я. – Запомни: он МОЙ! Только мой! И…
– И я очень рада за вас, – осадила меня девушка. – Ничего вашей любви не угрожает! По крайней мере, не с моей стороны!
– А ваши близкие отношения?! – огрызнулась я. – Только не говори, что ты не это имела в виду!
– А я, действительно, имела в виду вовсе не то, о чем ты сейчас подумала. Да, у нас с Федерико отношения несколько ближе, чем с Эрнесто, но лишь потому, что именно он протянул мне руку помощи. Он стал ассоциироваться у меня с надеждой, которую дал мне вместе со своей помощью. Но мы просто добрые друзья – и все. И нас обоих это устраивает. Я никогда не смотрела на него, как на парня, а он на меня – как на девушку.
Я вздохнула и начала постепенно успокаиваться, снова ругая себя. Вот, опять моя ревность вышла из-под контроля! Ну, что это такое, в самом деле?! Я веду себя, как полная идиотка и истеричка! Такими темпами против меня скоро ополчаться все друзья моего возлюбленного, с которыми мне нужно наладить отношения! Нутром чувствую, что Хельга входит в список тех, чье мнение важно для Федерико!
– И вообще, – несколько поморщилась девушка, – Федерико рассказывал, что со мной произошло до нашего знакомства, и почему я была беременна?
– Да, кивнула я. – Тебя изнасиловали.
– Верно, – тихо согласилась Хельга. – А теперь скажи: какой нормальный парень теперь посмотрит на меня – испорченную девушку, да еще и с ребенком на руках?
– Не убедила, – парировала я. – Сердцу не прикажешь. К тому же, Федерико знал, что это – не твоя вина.
– Возможно, – согласилась Хельга. – Но дело вот еще в чем: после того, что со мной сделали эти ублюдки, я поклялась, что никогда больше не подпушу к себе ни одного мужчину дальше уровня друга. Никогда. И Федерико об этом знает. Его все устраивает.
Вот, тогда я точно почувствовала себя еще глупее. Ну, как можно быть такой ревнивой?! Федерико никогда не нравилась Хельга – теперь я в этом определенно уверена. А он никогда не нравился ей, иначе, она давно забыла бы про свою клятву и попыталась его завоевать. Все, спокойно!
– Ладно, – подытожила я. – Убедила. Прости.
– Ну и ревность, – констатировала Хельга.
– Да она, вообще, ревнивая до жути, – заметила Юми. – Не поверишь, до чего эта ревность доходит!
– Ты настолько ему не доверяешь? – удивилась Хельга, обращаясь ко мне.
– Нет, что ты? – возмутилась я. – Доверяю, конечно! Другой вопрос в том, что я этим девушкам не доверяю. Федерико ведь у меня такой замечательный и такой вежливый! Он не может даже Деянире сказать, чтобы отстала!
– И поэтому ты ревнуешь его к каждому женскому имени, которое он произносит! – захихикала Юми. – Могу себе представить твою истерику, когда ты услышала про Деяниру – красивую девушку, которая строит ему глазки! Хотя, нет. Даже представить боюсь.
– Да нет, особо я не истерила, потому что он не давал мне поводов, – призналась я. – К тому же, в тот день я познакомилась с Глорией…
– О, боже! – застонала Юми. – Только не говори, что ты и к родной сестре его ревновала!
– Пока не узнала, что она – его сестра, – пояснила я.
– И на том спасибо! – фыркнула Юми. – Я, вообще, удивляюсь, как ты меня терпишь!
– Ты тоже исключением не стала, не волнуйся! – заявила я. – До тех пор, пока вы втроем не убедили меня в том, что у вас исключительно братские отношения.
– Ой, да о чем я спрашиваю! – поморщившись, отмахнулась Юми. – О чем речь, если ты Федерико изначально даже, блин, к Ариане приревновала?!
Бедная Хельга поперхнулась воздухом. Откашлявшись, она посмотрела на меня обалдевшими глазами и чуть слышно прошептала:
– К Ариане?! К моей трехлетней дочери?!
– Я ведь тогда не знала, сколько ей лет и кто она, – смутилась я. – Просто услышала имя…
– Да, Юми права, – возвела Хельга глаза к потолку. – Отелло отдыхает!
А я что… – начала, было Юми, но осеклась, потому что у нее зазвонил телефон.
Девочка быстро достала аппарат, посмотрела на экран, нахмурилась и быстро ответила:
– Да? Ну, что там? Господи, да вы просто молодцы! Да, у нас все в порядке! Что? Так, стоп! Я сейчас включу громкую связь, и ты поговоришь со всеми.
Она что-то щелкнула и положила телефон на стол.
– Все, можешь говорить, – окликнула девочка своего собеседника.
– Значит, так, – раздался из трубки голос моего возлюбленного, – на детской площадке никто Арианы, действительно, сегодня не видел. Зато соседка снизу заметила, как она лезет в подвал дома. Конечно, ей незачем было туда лезть, но, поскольку других версий нет, придется проверить эту. Вот только говорят, что ваш подвал, как Бермудский Треугольник. Там много, кто пропадал, в ночи перед полнолуниями.
– Ты хочешь сказать, что Ариану уже не спасти? – с ужасом спросила Хельга.
– Нет, что ты! – воскликнул мой возлюбленный. – Я затем звоню, чтобы вас, девочки, попросить: следите за подвалом. Если увидите дым внизу, срочно звоните в полицию.
– Ну, да, и они как раз к утру раскачаются, – съязвила Юми.
