Текст книги "Вечное "люблю" (СИ)"
Автор книги: Смешинка
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 24 страниц)
– Часто – это насколько часто? – уточнил доктор Молфессо. – И по сколько ребер?
– Ну, как минимум, по два-три, – поморщился Эрнесто. – По одному редко. А что касается количества переломов, то здесь я, к собственному стыду, вынужден признать, что после второго десятка сбился.
Я не сдержала вскрика ужаса. Двадцать раз ломать по нескольку ребер! Боже, мой бедный мальчик! Не переживу, если с ним еще что-то произойдет…
– Кошмар, – констатировал врач. – Ну у вас там и кадетские корпусы!
– Какие есть, – развел руками Эрнесто. – Но справедливости ради стоит заметить, что в Риме, когда мы уже ушли из корпуса, жизнь нас тоже не пощадила. Три ножевых, а меня чуть, вообще, на тот свет не отправили. Так что, я могу забрать вещи брата?
– О, да, конечно, – засуетился врач, поднимаясь из-за стола. – Пройдемте.
Он повел нас вниз по лестнице, мимо поста медсестры, за большую железную дверь. Там оказалось просторное, но тускло освещенное помещение, вдоль стен которого стояли шкафы. Посредине располагался стол, за которым сидел пожилой человек лет шестидесяти. Доктор Молфессо о чем-то поговорил с ним, и минут через десять мы уже вышли в холл с рюкзаком и дорожной сумкой Федерико.
– Теперь куда? – спросила я у друга.
– Домой, – решил он. – Здесь мы только глаза персоналу мозолим. Занесем вещи и посмотрим, что там с телефоном.
– А ничего, что взрослые сразу забросают нас вопросами? – нахмурилась я.
– Рано или поздно все равно забросают, – пожал плечами Эрнесто. – А бродить по больнице с такими сумками – глупее не придумаешь.
На том и порешили. Однако, стоило нам выйти из больницы, как у меня зазвонил телефон. На дисплее высветилось имя Нати.
– Да? – отозвалась я.
– Ты где? – спросила девушка.
– Мы с Эрнесто уже нашли вещи Федерико, – ответила я. – Несем их домой. Ты с Макси?
– Да, – сказала моя подруга. – Хорошо, мы тогда идем прямо к вам, чтобы не терять времени.
– Да, идите, – согласилась я и отключилась.
– Эти двое сейчас придут? – мрачно спросил Эрнесто.
– Да, прямо домой, – ответила я. – Извини, они тоже переживают за Федерико.
– Знаю, знаю, – кивнул паренек. – Но, если Макси не перестанет на меня нападать, я его точно ударю.
– Ударь – вдруг поумнеет, – заметила я. – Но Нати вчера пообещала с ним поговорить. Надеюсь, ее он послушает.
– Кстати, – спохватился Эрнесто. – А почему ты сказала врачу, что я – брат Федерико?
– Потому что другу он бы его вещи не отдал, – пояснила я. – И вообще, ты ведь прекрасно справился с этой ролью. Потому что вы – и есть братья. Слушай, неужели у Федерико и в самом деле были такие травмы?
– Я говорил абсолютную правду, – сказал он. – К сожалению. Кроме специализации школы разумеется. Мы всегда старались защищать друг друга, но даже так все равно нередко получали травмы.
– Ужас какой, – вздохнула я.
Вот и дом. Возле забора нас уже ждали Макси и Нати. Первый заметно скривился при виде Эрнесто и, с таким лицом, будто пытается разжевать лимон, пробурчал:
– Извини, что вчера наговорил лишнего.
– Все в порядке, – отмахнулся тот. – Главное, теперь вещи Федерико у нас в руках. Пойдемте скорее в дом.
– А там, кстати, никого нет, – заметила Нати. – Мы буквально только что видели, как сеньор Кастильо, Джейт, Ромальо, Ольгитта и еще одна женщина садились в машину и куда-то уезжали.
– Какая удача! – хмыкнула я. – Пойдемте скорее, пока они не вернулись.
Мы быстро направились ко входу. Дверь, конечно, была не заперта – ведь Матиас-то остался дома. Он мирно сопел на диване в гостиной, но, стоило нам войти, вскочил, как ужаленный.
– Спокойно, это мы, – осадила его я. – А куда делись остальные?
– Поехали по больницам, искать Федерико, – расслабившись, ответил мужчина.
– Идиоты, – возвела я глаза к потолку и быстро набрала номер отца.
– Алло? – отозвался Герман Кастильо, спустя два гудка.
– Ну, и куда вы рванули всем семейством? – вяло осведомилась я.
– Искать Федерико, разумеется, – заявил тот. – Мы решили, что проще будет объехать все больницы вместе с рыдающей Аврелией и Ольгиттой, вооруженной скалкой. По телефону мы такого давления не окажем.
– Не поздно ли вы приняли такое решение? – изогнула бровь я. – Что вам вчера вечером мешало?
– Вчера мы надеялись, что Аврелии хоть кто-то позвонит.
– И никто не позвонил, да?
– Никто.
– Это потому, что мы уже нашли Федерико.
На другом конце провода раздался визг тормозов. Долю секунды спустя, мой отец закричал в трубку.
– Дьявол, Виолетта! А что, нельзя было сразу сказать?!
– Так мы как раз за этим и пришли сейчас! – воскликнула я. – Значит, так. Пока никуда не лезьте, возвращайтесь домой. Мы сами все уладим. У нас есть план, ясно?
– Ты просто скажи, что с Федерико, – не унимался Герман Кастильо. – Он хоть жив?
– Жив, жив, – успокоила я отца. – А теперь, пожалуйста, вернитесь домой, не то спутаете нам все карты!
– Да что такое?! – возмутился мой отец. – Может, чем-то помочь?!
– Нет, пап, у нас все под контролем, – отмахнулась я. – Просто доверься мне хотя бы раз в жизни! Со мной Макси, Нати и Эрнесто. Мы так просто не сдадимся.
– Ладно, – согласился мой отец. – Аврелия говорила, этот Эрнесто – парень толковый. Хорошо. Мы возвращаемся.
Когда разговор был закончен, я, Эрнесто, Макси и Нати занесли вещи Федерико наверх и расселись прямо в гостевой комнате. На правах лучшего друга (хотя, Макси презрительно вздернул нос, когда речь зашла об этом), Эрнесто сам открыл рюкзак. Он безошибочно распознал по привычкам Федерико нужный кармашек и победно вскинул руку с мобильником.
– Ребята, ура! – воскликнул парень. – Я не ошибся!
Он сел между мной и Нати, включил отключенный аппарат, с первой попытки угадав пароль, открыл последние вызовы и почти сразу нашел mms с неизвестного номера. Судя по времени, оно пришло буквально за три-четыре минуты до взлета. Все сходилось. Эрнесто, молча, нажал кнопку «Открыть», и мы все всмотрелись в экран.
Это оказалось видеозаписью со мной в главной роли. Никто и ахнуть не успел, как из динамика послышался мой сердитый голос.
– Мне плевать на этого идиота! И на Диего, кстати, тоже. Я любила, люблю и буду любить только Леона! А ваш Федерико мне абсолютно не нужен!
На этом видео закончилось. Мы еще с минуту сидели и тупо смотрели на телефон. Я ничего не понимала. Что происходит?! Когда была снята эта запись?! Тысячу лет назад?! Нет, ведь тогда еще не было Диего. Значит, это было недавно. Но тогда, вообще, ничего не понятно. Чтобы я сказала такое о своем любимом, родном и единственном? Бред! Но что же тогда…
Господи, и это все услышал Федерико?! Ужас! Какую же страшную боль он тогда испытал! Понятно, почему мой милый мальчик сломался! Я бы на его месте… Нет, даже представить боюсь! Но что это, вообще, было?! Я бы никогда этого не сказала! Я люблю Федерико больше собственной жизни! Как могло возникнуть это видео?!
– Виолетта, – хрипло обратился ко мне Эрнесто, – скажи, что это – монтаж, а!
И тут меня осенило. Вот оно! Монтаж! Я никогда не говорила подобного о Федерико, но ведь можно было просто смонтировать видео, переставив, например, имена. Стоп! Так ведь я и говорила подобное недавно! Только имена там стояли совсем по-другому. Я говорила о своей любви к Федерико и неприязни к Леону и Диего! А переставили все с точностью до наоборот! И кому я это говорила?!
– Франческа! – воскликнула я, скрипя зубами от ярости.
– Виноват? – опешил Эрнесто.
Вместо ответа я подорвалась с кровати и заявила:
– Идите в больницу. Побудьте с Федерико. А я сейчас прикончу одну стерву и присоединюсь!
Никто и рта раскрыть не успел, а я уже спускалась по лестнице, рыча от ярости. В гостиной Матиас, похоже, испугавшись моего разъяренного вида, благоразумно отошел подальше от входной двери.
«Ну, все! – думала я, выскакивая из дома и шагая в нужном направлении. – Сейчас будет МОРЕ крови!»
Комментарий к Глава 71 Извините за задержку и спасибо за ожтдание!))) Вот вам новая большая глава!)))
====== Глава 72 ======
Я была так зла, что даже не заметила, как оказалась в «Студии». Так, если верить расписанию, ребята сейчас на занятиях у Бетто. Удачно. Он непременно все расскажет Пабло. Вот и нужный кабинет.
– Франческа Кавилья! – закричала я, распахнув дверь с такой энергией, что задрожали стекла в окнах. – Я тебя сейчас на органы разделаю!
Все, кто находились в кабинете, разом подпрыгнули от неожиданности и удивленно уставились на меня. У Бродвея с головы слетела шляпа, Камилла выронила тетрадь, Андреас, и вовсе, упал на пол. Но я, не обратив на это внимания, прошествовала к бывшей подруге. Она стояла, скрестив руки на груди, и хмурилась.
– Отдай мне настоящую запись немедленно! – прорычала я, уперев руки в бока.
– Какую запись? – старательно изображая дурочку, спросила Франческа.
– Ты прекрасно знаешь, какую! – отрезала я. – Или хочешь, чтобы подробности стали известны всем?!
Франческа лишь презрительно фыркнула. Ах, так! Ну, сама напросилась!
– Ты ведь специально подошла ко мне и спросила о Диего! – закричала я. – Уж не знаю, кто снимал это, но факт остается фактом. Я сказала, что мне плевать и на него, и на Леона, а люблю я только Федерико. А ты смонтировала видео, представив все с точностью до наоборот, и выслала моему жениху! А знаешь, чего ты этим добилась?!
– Догадываюсь, – скривила губы Франческа. – Твой драгоценный Федерико тебя бросил.
– Будь это так, я бы не стояла здесь, а уже давно вскрыла себе вены! – отрезала я. – Потому что для меня немыслима жизнь без него!
Сказать, что моя бывшая подруга была впечатлена, – это не сказать ничего. Она еще с полминуты стояла, открывая и закрывая рот, как рыба, выброшенная на сушу.
– Ты готова умереть из-за него? – произнесла она, наконец.
Я не колебалась ни секунды. И, откровенно говоря, мне уже стало ее жаль. Глупая. Она не понимает, что такое настоящая любовь. Думает, что ее так легко убить. Но нашу с Федерико любовь я буду защищать! Ничто и никто нас не разъединит!
– Да, готова, – заявила я. – А ты, наверное, слишком глупа, чтобы это понимать. Или просто не любишь Марко.
Надо сказать, я ожидала от нее возмущения, но та лишь хмуро на меня посмотрела. Похоже, я попала в точку.
– Почему ты молчишь, Франческа?! – спросил из-за ее спины этот самый Марко. – Ты ведь говорила…
Но тут он осекся, побледнел и произнес упавшим голосом:
– Ты использовала меня, чтобы разлучить Виолетту с Федерико.
– И у тебя получилось, – подхватила я. – Чтобы ты знала, твое mms застало Федерико в самолете «Рим – Буэнос-Айрес, который позавчера потерпел крушение. Теперь мой жених в коме и не может очнуться, потому что из-за твоего видео не хочет жить!
Франческа остолбенела. Такого она точно не ожидала. А тут как раз обалдевший Бетто подал голос:
– Ребята, мне кажется, без Пабло здесь не обойтись. Камилла, не сочти за труд, приведи его.
Девушка помотала головой, стряхивая оцепенение, и торопливо выскочила за дверь.
– Не ожидала? – прорычала я, глядя на временно лишившуюся дара речи Франческу. – Ты хотела нас разлучить, а в результате отняла у моего жениха силы для борьбы! И, если с ним что-то произойдет, я тоже долго не проживу!
О, господи! – возвела Франческа глаза к потолку. – Ты ненормальная! Как будто на одном твоем Федерико свет клином сошелся, честное слово!
– А он и сошелся, – отрезала я. – Впрочем, тебе этого и не понять. В твоей жизни нет ничего, кроме ненависти, зависти и холодного расчета!
– Да ну?! – огрызнулась Франческа. – Но если я – такая тварь, почему ты со мной дружила все это время?! Почему называла своей лучшей подругой?!
– Дурой была! – воскликнула я. – Не видела твоего истинного лица. А оно, между прочим, пострашнее, чем у Людмилы!
– Эй, что за наезды?! – возмутилась блондинка, которая вместе с Леоном стояла неподалеку. – Я, между прочим, вообще, здесь ни при чем! И даже не знала об этой ситуации!
– Но если бы знала, с удовольствием помогла бы Франческе! – не унималась я. – Молчи уж!
– Виолетта, успокойся! – вступился Леон. – Ты на нервах, но на нее-то зачем кричишь? И вообще, я не уверен, что ты в такой ярости из-за большой любви.
– Ну, конечно, ты никогда не поверишь, что любить можно кого-то, кроме тебя! – саркастически фыркнула я. – Но, поверь, это более, чем возможно. Я провела в Риме у Гонсалесов все лето и ни разу не вспомнила о тебе, дружок. И все эти полгода я думала только о Федерико, каждой клеточкой рвалась только к нему. Я в жизни больше не подпущу к себе ни одного парня ближе дружеской дистанции. Мне нужен только Федерико. И, если ты попробуешь до меня дотронуться, я тебя ударю!
– Не буду, не буду, – торопливо отступил Леон. – Но я все равно уверен, что, если твой Федерико сейчас откинет копыта, ничего с тобой не…
– Конечно, не будет! – закончила за него я. – Потому что меня самой не будет! Мне все равно, что ты думаешь, и я абсолютно уверена, что не смогу без Федерико!
Леон хотел, было, еще что-то возразить, но тут вернулась Камилла в сопровождении Пабло.
– Что случилось? – немедленно спросил директор «Студии».
– Федерико в коме, понятно тебе?! – выкрикнула я, чувствуя, как горло обжигают слезы. – И все из-за того, что Франческа решила нас с ним разлучить!
– Поправочка! – возмутилась та. – Самолет разбился не по моей вине!
– Но именно из-за твоих фокусов Федерико не может прийти в себя! – огрызнулась я. – Повторяю: отдай мне настоящую запись, а то тебе же будет хуже!
– Да неужели?! – издевательски прищурилась моя бывшая подруга. – И что же ты сделаешь?!
– Она – может, и ничего! – встрял Пабло. – А вот я вполне могу наказать вас обеих, если вы немедленно не объясните, что здесь происходит! Где Федерико, что с ним и в чем виновата Франческа?!
– А все очень даже просто, – заявила я. – Ты слышал, что позавчера при посадке разбился самолет «Рим – Буэнос-Айрес»?
Пабло кивнул.
– Так вот, в этом самолете летел Федерико, – продолжила я. – Каким-то образом ему удалось остаться в живых. Но он в коме и не может из нее выйти. А все из-за Франчески. Пару недель назад она подошла ко мне и спросила о чувствах к Леону, Диего и Федерико. Естественно, я сказала, что мне плевать на первых двоих, и что люблю я только своего жениха. Так вот, оказалось, что все это снималось на видео. Потом Франческа смонтировала его таким образом, словно я, наоборот, выказываю свое пренебрежение к Федерико, и отправила ему. Теперь мой жених сам не хочет жить, поэтому находится до сих пор в коме! А виновата в этом она!
На последних словах мой голос сорвался и я расплакалась. Но вот, уверенная рука Пабло легла на мои плечи, а затем, раздался его успокаивающий голос.
– Не плачь. Сейчас разберемся. Все будет хорошо. Я обещаю.
Он легонько погладил меня по волосам, а потом обратился к Франческе совсем другим голосом. Таким, от которого всем вокруг поневоле становится страшно.
Я жду объяснений. Зачем ты это сделала?! Как ты могла так поступить со своей подругой?!
Франческа молчала, скрестив руки на груди и насупившись. Детский сад…
– Ладно, – решил Пабло. – Мы с тобой разберемся отдельно. Сейчас отдай Виолетте настоящую запись. Немедленно.
– Я что, должна ее с собой таскать?! – огрызнулась та. – И потом, она уже давно удалена!
Сердце мое упало. Она удалила настоящую запись. Все кончено. Я не смогу спасти Федерико. Все. Конец.
Стоп! Нельзя опускать руки! Вдруг я все-таки сумею словами убедить его в том, что мне нужен только он один? Маловероятно, но шанс есть. В любом случае, стоять здесь и слушать увертки Франчески – это выше моих сил.
С этими мыслями, я выпуталась из объятий Пабло и убежала. Рванула в больницу, к Федерико. Нужно побыть с ним, дать ему почувствовать свое присутствие. В этом моя последняя надежда. Если будет нужно, я готова сутками сидеть рядом с ним. Пока есть возможность вернуть его, я не сдамся! Ни за что!
Вот и больница. Я, пыхтя и отдуваясь, вошла в холл. При виде моего взмокшего лица, медсестра, было, поднялась, но я просто отмахнулась и побежала по лестнице.
Уже перед палатой, когда я могла слышать пищание аппарата, измерявшего пульс Федерико (дверь была приоткрыта), меня остановила чья-то рука. Я резко обернулась и увидела Марко. Он стоял, неловко переминаясь с ноги на ногу.
– Ты откуда здесь? – опешила я.
– Бежал за тобой от самой «Студии», – признался паренек.
– Вот как? – не поняла я. – И что же тебе нужно?
– Для начала, хочу извиниться, – сказал Марко. – Я не знал, что у вас все так серьезно. Вот и поддался на уговоры Франчески. А она просто использовала меня.
– Знаешь, у меня нет времени выслушивать твои жалобы, – огрызнулась я. – Если хочешь поговорить, найди себе другого психолога.
– Прости, – смутился тот. – Понимаю, тебе сейчас несладко. Поэтому я и здесь. Дай мне свой телефон.
– Зачем? – опешила я.
– Увидишь, – отмахнулся Марко. – Просто дай – и все.
Я не понимала, что, собственно, вообще, происходит, но послушно протянула ему свой мобильный. Паренек достал свой, что-то пощелкал, подождал немного, а затем, вернул мне мой телефон со словами:
– Держи. Я снимал на камеру телефона, и настоящее видео у меня осталось. Я только что перекинул его тебе. А теперь смотри.
Он подошел ближе, чтобы я могла видеть экран его телефона, и при мне удалил запись.
– Мне она больше ни к чему, – пояснил он. – К тому же, Франческа может попытаться использовать меня еще раз, а я не уверен, что сумею ей противостоять, понимаешь? Не хочу делать людям гадости, но, раз уж сделал, то хотя бы попытаюсь все исправить, как смогу.
Я не могла поверить в произошедшее. Видеозапись? Настоящая видеозапись с моими настоящими словами? Она теперь у меня? О, господи, неужели это правда? Неужели теперь я могу продемонстрировать ее, объяснив таким образом Федерико, что мне никто не нужен, кроме него? Боже, да это просто прекрасно!
Не знаю, что за импульс двигал мною в тот момент, а только я сгоряча обняла Марко. Просто по-дружески. Ведь как человек он мне нравился, да и я была ему благодарна. Ведь он почти спас Федерико. Все-таки неплохой мальчишка…
Однако, стоило нам отстраниться друг от друга, как все мысли разом повылетали из моей головы, потому что пищание приборов в палате Федерико внезапно изменилось. Вместо обычного редкого пищания, послышался один сплошной монотонный сигнал. Что-то определенно не так. И верно. Долю секунды спустя, из палаты раздался вопль Эрнесто:
– Помогите!!! У него сердце остановилось!!!
Комментарий к Глава 72 Вот так. Простите мне мою жестокость, но это – очередная развилка.Есть два варианта: со смертью и без. И то, какую выберу я, зависит от ваших желаний и от стремления читать эту работу. У вас есть время до 18-го.
====== Глава 73 ======
Я как будто впала на мгновение в транс. Мои руки соскользнули с плеч Марко, а в голове все совершенно опустело. Остался только крик Эрнесто, разрывающий в клочья сердце. Боже, что происходит? Почему все так носятся вокруг? Разве не должен мир рухнуть в ту секунду, когда сердце Федерико сделало последний удар? Так почему врачи целой толпой метнулись в палату Федерико?
«Его еще можно спасти, – произнес слабый голос здравомыслия в моей голове. – Это не смерть, а остановка сердца. Но ты нужна ему!».
– НЕТ!!! – завопила я и, повинуясь голосу, бросилась в палату.
Но, увы, уже в дверях меня остановили. Если точнее, я на кого-то налетела. Это был бледный как полотно Эрнесто, которого врачи бесцеремонно выталкивали из палаты. Короче, нас не пустили. Все, что нам оставалось, – это замереть в дверях, глядя, как врачи торопливо подключают свое оборудование.
– Скорее, скорее! – командовал доктор Молфессо. – Этот больной на редкость непредсказуем! Может прямо сейчас отправиться на тот свет!
Наконец, все провода были подсоединены, и доктор начал выкрикивать:
– Разряд!
К обнаженной груди моего возлюбленного приложили два округлых предмета, послышался треск, тело Федерико все изогнулось на мгновение, а потом безвольно упало на подушки.
– Нет пульса, констатировала медсестра, следившая за приборами.
– Еще разряд! – скомандовал доктор Молфессо.
– Что они делают? – едва слышно спросила я, в ужасе глядя, как тело Федерико снова выгибается и падает.
– Пытаются заставить его сердце снова работать, – пояснил подошедший Марко. – Это – единственный способ, в такой ситуации.
– Попробую поспособствовать, – заявил Эрнесто.
Он резко выдохнул, прикрыл глаза, потом снова открыл их, отрешенно уставился в пространство и обратился к пустоте:
– Феде, я знаю, ты где-то здесь. Прошу, вернись! Знаю, тебе сложно. Но ты ведь не бросишь меня одного!
– Без изменений, – снова констатировала медсестра.
– Давай еще! – кричал доктор Молфессо.
– Ладно, – решил Эрнесто. – Давай начистоту. Знай: я никогда не скажу тебе этого, когда ты будешь в сознании, потому что назовешь меня тогда сентиментальным идиотом. Но сейчас я скажу тебе то, что чувствую. Ты, конечно, все это и так знаешь. Помнишь, как мы познакомились? Нам тогда года по два было, правда? Помнишь, я тогда упал с качелей, и все вокруг рассмеялись. Все, кроме тебя. Ты один подошел, подал мне руку и спросил, все ли в порядке. Именно твоя протянутая рука стала для меня тогда символом дружбы. Я посмотрел тебе в глаза и понял: вот мой друг на все времена. Сам не знаю, как это понял, а только день за днем убеждаюсь, что не ошибся. И я никогда не перестану благодарить небеса за то, что однажды они свели нас. А помнишь нашу клятву? Мы клялись, что всегда будем вместе, несмотря ни на что, правда? Наверное, эта клятва и удерживала меня на этом свете все те два года, что я провел у монахов. А потом ты позвал меня. И вот, сейчас я зову тебя, брат. Вернись! Прошу! Ты нуден мне! Не подпускай к себе смерть, наша дружба сильнее ее! Черт подери, Феде! Борись! Ради матери! Ради своих сестер! Ради меня!
– И ради меня! – решила я последовать его примеру. – Ради нас!
– А вот ты сейчас лучше помолчи! – отрезал Эрнесто, обернувшись ко мне. – Я никому не позволю издеваться над своим братом.
Он с яростью посмотрел на меня. И в глазах лучшего друга Федерико я увидела слезы. Одна уже катилась по щеке. Да и я сама запоздало сообразила, что давно плачу. Мы оба плакали, будучи не в силах помочь человеку, которого любим.
– Феде, прошу! – не унимался Эрнесто, снова обратив взгляд перед собой. – Знаю, тебе плохо из-за предательства Виолетты, но ты не можешь просто так взять – и бросить тех, кто любит тебя! Давай, брат! Ты ведь боец! Я знаю, ты справишься! Ну же!
И вот, после очередного удара током, прибор снова слабо запищал, а медсестра констатировала:
– Есть пульс. Восстановлен синусоидный ритм.
В груди у меня все как-то ослабло. Он жив. Все хорошо. Федерико жив! Жив! Боже, какое счастье! Теперь я ни за что от него не отойду! Чувство облегчения охватило меня так, что я пошатнулась и упала бы, не подхвати меня Эрнесто. Голова моя кружилась. Не верилось, что всего несколько секунд назад я едва не потеряла любовь всей своей жизни…
– Что с тобой? – настороженно спросил Эрнесто, усаживая меня на ближайшую лавочку.
– Не знаю, – отозвалась я. – Наверное, от радости…
– Да ну? – изогнул бровь паренек, выпрямившись, скрестив руки на груди и окинув меня холодным взглядом.
Тут только до меня дошло. Ведь Эрнесто все еще не в курсе ситуации, поэтому считает меня… Короче, нужно все ему объяснить.
– Эрни, ты все не так по… – начала, было, я.
– А как я должен был понимать вот это?! – оборвал меня тот, демонстрируя мне телефон своего друга, который сжимал в руке. – Интересная вырисовывается ситуация! Невеста моего брата, проведя с ним все лето, заявляет, что…
– Не так все было! – встрял Марко.
– А ты еще кто?! – с подозрением обратился к нему Эрнесто.
– Меня зовут Марко, – представился паренек. – К сожалению, то, что чуть, было, не произошло с Федерико, – отчасти и моя вина. Потому я и здесь. Хочу как-то исправить свои ошибки.
– Неужели?! – изогнул бровь Эрнесто.
– Эрни, послушай! – воскликнула я. – Понимаю, ты заботишься о Федерико, это нормально! Но ни я, ни Марко, не хотим ему навредить! Я люблю его!
– И с такой же любовью ты его предала! – отрезал лучший друг моего возлюбленного.
– Не предавала она никого! – снова встрял Марко. – Видео, которое было в телефоне Федерико, смонтировано!
Эрнесто обалдел. С минуту он просто стоял, открыв рот и выпучив глаза. Затем, его руки судорожно сжались в кулаки, лицо ожесточилось, и он буквально прорычал ему в ответ:
– Твоя работа?!
– Отчасти, – признался Марко.
– Да я тебя… – угрожающе воскликнул Эрнесто, надвигаясь на паренька.
– Не надо, Эрни! – вмешалась я, поднявшись. – Он ведь все осознал! И, более того, отдал мне настоящее видео!
– Франческа, моя девушка, попросила меня заснять на мобильный телефон ее разговор с Виолеттой. – пояснил Марко. – Потом она что-то переставила, придав видеозаписи совершенно иной смысл, и отправила ее Федерико. Франческе нужно было, чтобы они с Виолеттой расстались. А я, как полный идиот, ей помог! Вот, в чем моя вина!
С полминуты Эрнесто не двигался. Затем, медленно выдохнул, расслабился немного и осторожно произнес:
– Ладно. Так что, мы можем увидеть настоящую запись?
– Можем, – ответила я за Марко, доставая телефон.
Через несколько секунд мы втроем вглядывались в дисплей. Картинка была та же, но из динамика прозвучало:
– Мне плевать на этого идиота! И на Леона, кстати, тоже! Я любила, люблю и буду любить только Федерико! А ваш Диего мне абсолютно не нужен!
– Ну, это еще похоже на правду, – констатировала я, убирая телефон. – Выговаривает он мне…
– Прости, – смутился Эрнесто. – Ведь все указывало на то, что ты… Нет, я даже оправданий не буду искать! Как я мог усомниться в тебе?!
– Все в порядке, – искренне кивнула я. – Твоя реакция была вполне объяснимой. Ты заботишься о своем брате и не хочешь, чтобы его обманывали. Это нормально.
– Мне одно непонятно, – задумчиво протянул Эрнесто. – Почему у этого самого брата ни с того, ни с сего остановилось сердце?
И тут меня осенило. Ведь остановка произошла ровно в тот момент, когда… Боже! Все, Теперь я точно влипла! Не знаю, как объяснить Федерико, находящемуся в коме, видеозапись и, тем более, не знаю, как объяснить это…
– Наверное, дело в том, – нервно выдохнула я, – что, когда Марко отдал мне запись… в общем, я его обняла.
–Чтооооооо?! – возмутился Эрнесто.
– Это было по-дружески и сгоряча! – быстро затараторила я. – Ты ведь понимаешь, Марко отдал мне то, что может спасти человека, которого я люблю больше всех на свете!
– А ты объясни это… – начал, было Эрнесто.
Но оставшиеся слова его потонули в крике медсестры, которая в палате Федерико наблюдала за приборами.
– Доктор! – завопила она. – Скорее, сюда! Мальчик открыл глаза!
Комментарий к Глава 73 Извините, что так поздно. Целый день убиралась дома – устала очень, но до ноута, как видите, доползла, чтобы над вами сжалится (и над собой заодно).
====== Глава 74 ======
Доктор Молфессо, направившийся, было, к выходу из палаты, резко развернулся и в два прыжка очутился рядом с кроватью. У меня же внутри все напряглось и задрожало. Очнулся… открыл глаза…господи, только бы это оказалось правдой! Неужели небеса услышали-таки мои молитвы? Очнулся…
– Добро пожаловать обратно в наш мир, молодой человек, – тепло заговорил врач. – Как себя чувствуете?
Федерико в ответ лишь закашлялся.
– Отключите вентиляцию легких, – приказал подчиненным доктор Молфессо. – Отсоедините аппарат. Теперь больной может дышать самостоятельно.
Послышался шорох и облегченный вздох моего возлюбленного.
– Где я? – слабо и хрипло спросил он, наконец (родной, любимый голос!).
– В Аргентине, – отвечал ему доктор Молфессо. – Ваш самолет разбился при посадке. Что Вы помните?
– Посадку, – прохрипел Федерико. – телефон… видео… ужас… боль… отчаяние… долгий перелет… очень долгий… Больше ничего.
– Какое такое видео? – опешил врач.
– Такое, – крикнул Эрнесто, – которое прислала одна особа, а этот идиот и поверил!
Я молчала, будучи не в силах говорить от душивших меня слез счастья. Он жив! Все хорошо! Мой возлюбленный открыл глаза! Жив…
– Эрни… – тихо сказал Федерико. – Где ты?
Тот прошел в палату. Хоть его голос звучал уверенно и даже сурово, я отчетливо видела радость в полных слез глазах. Ему не верилось, что его лучший друг жив. Нет. Даже не просто друг, а брат. Именно поэтому я не боялась, что мой обман раскроется. По тому, как эти двое общаются, их нельзя принять ни за кого, кроме как за близнецов. Я последовала, было. За Эрнесто, но тот обернулся, жестом остановил меня и сказал:
– Подожди. Дай сначала мне с ним поговорить. Подготовить.
Я кивнула, поскольку предложение паренька не было лишено логики. Однако, изнутри меня ело нетерпение. Я полгода не видела любимого человека, полгода не смотрела в любимые глаза, полгода не целовала любимые губы! А мне даже не дают подойти! Тем не менее, Эрнесто прав. Лучше подождать несколько лишних минут, чем потерять возлюбленного.
Из палаты донесся шорох и тихий стон Федерико. Ему больно! Снова я едва не рванулась к двери, но была в этот раз остановлена рукой Марко, которую тут же и стряхнула – не хватало еще, чтобы у Федерико снова приключилась остановка сердца!
– Не надо, – тихо, но твердо сказал мой парень кому-то. – Я сам.
До меня дошло, что происходит, и из груди вырвался вздох. В этом весь Федерико. Он никому не позволит себе помогать, хоть и будет стонать от боли, саживаясь на кровати. Такой вот сильный и независимый, но только мой. На свете есть всего несколько человек, помощь от которых Федерико не воспримет в штыки. Один из них только что пошел в палату. Послышался еще один шорох – очевидно, Эрнесто присел на край кровати, и друзья обнялись.
– Ты сумасшедший, брат, – дрожащим голосом констатировал Эрнесто. – Ты в курсе?
– С кем поведешься, – не остался в долгу Федерико.
– Если ты вздумаешь еще раз меня так напугать, – пробурчал его лучший друг, – я… я…
– Понял, – сказал мой возлюбленный. – Но ты ведь…
– Знаю. Просто…
– Да. Прости. Я слышал…
– Да.
– Может…
– Заткнись!
Ха! Эти двое снова говорят на только им понятном языке. Спорю на что угодно, все эти врачи сейчас тоже ровным счетом ничего не поняли!
– Э-э, – неуверенно вмешался доктор Молфессо, подтверждая мою догадку. – Давайте-ка дадим братьям поговорить наедине.
– Да, идите, – согласился Федерико. – Если что-то будет не так, вас позовут.
Персонал толпой покинул палату, закрыв за собой дверь. Жаль. Хотя, попробуй я подслушать, это бы не помогло. Во-первых, меня мгновенно засекут. А во-вторых, я все равно из их диалога мало, что пойму. Случай в Риме – отличное тому свидетельство. В общем, наверное, никто и никогда не узнает о том, что Эрнесто объяснял Федерико. А только через пару минут парень выглянул и обратился к нам с Марко:
