Текст книги "Вечное "люблю" (СИ)"
Автор книги: Смешинка
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 24 страниц)
– Видео наизготовку и заходите.
Наконец-то! Наконец-то я смогу подойти к Федерико! Наконец-то посмотрю в его глаза! Господи, сделай так, чтобы до него все-таки дошли слова Эрнесто, и он не злился на меня! Однако, войдя в палату, я сразу поняла: выяснение отношений неизбежно. Судя по взгляду Федерико, он еще даже сам не знает, верить мне или нет. Я отчетливо видела, как отчаянно ему хочется все простить, понять и снова утопить меня в головокружительном поцелуе. Тем не менее, умом он понимал, что не может поверить на слово. Сердце мое одновременно радовалось встрече с возлюбленным и разрывалось от боли. Что же Франческа своей видеозаписью сделала с ним, раз он так терзает себя?! Ее убить мало!
– Марко, ты первый, – распорядился Эрнесто.
Паренек выступил вперед и неуверенно заговорил:
– Я здесь, собственно, для того, чтобы загладить свою вину. Моя излишняя доверчивость едва не привела к смерти человека или гибели вашей любви, что, в принципе, одно и то же. Я не знал, кому можно доверять, не знал, насколько у вас все серьезно. Я ничего не знал, и, тем не менее, помог Франческе. Вот, в чем моя вина, и за что я прошу прощения. Надеюсь, что возвращенная вам настоящая видеозапись хоть как-то эту вину искупит.
– Все нормально, – кивнул Федерико. – Забудем об этом. И, знаешь, ты – отличный парень. Хотел бы я иметь такого друга.
Марко благодарно склонил голову.
– Виолетта, – обратился ко мне Эрнесто, – теперь ты покажи этому идиоту настоящую запись и поговори с ним. А мы пойдем.
С этими словами, он схватил Марко за локоть, вывел в коридор и закрыл дверь. В палате воцарилось тягостное молчание. Я понимала, что достаточно нажать всего одну кнопку – и все снова будет хорошо. Но почему-то боялась. А вдруг он не поверит? Вдруг что-то пойдет не так?
Хотя, что за глупости? Федерико уже смотрит на меня так, словно готов поверить во что угодно, лишь бы я оказалась ближе. И что может пойти не так? Ведь мы любим друг друга! Мы столько уже прошли! Пройдем и это. Вместе.
По лицу моему катились слезы радости, когда я осторожно приближалась и садилась на краешек кровати Федерико, а рука дрожала, когда я нажимала нужную кнопку. По мере просмотра маленького ролика, глаза моего парня все расширялись, а брови ползли выше. И вот, когда он завершился, Федерико еще с минуту вглядывался в экран офигевшими глазами. А я тогда почему-то внезапно осмелела. Осторожно взяв в руки любимое лицо и вынудив Федерико посмотреть мне в глаза, я сквозь слезы счастья шепнула:
– Как ты только мог даже подумать обо мне такое?! Я люблю тебя! Тебя, а не Леона и, тем более, не Диего! Только ты один есть в моей жизни! И будешь всегда! Поверь: мне никто не нужен, кроме тебя!
Долю секунды Федерико молчал, просто глядя мне в глаза. А потом вдруг здоровой рукой (другая вместе с ключицей была загипсована) обнял меня и впился в губы горячим поцелуем. Это стало окончательным штрихом на картинке моего счастья. Наконец-то! Наконец-то мы снова вместе! Наконец-то любимые губы касаются моих! Наконец-то голова кружится от потока эмоций, которые способен вызвать во мне только Федерико!
О, как я скучала! Как волновалась за него! Как панически боялась потерять любовь всей своей жизни! И как все-таки прекрасно – после такого испытания снова очутиться в объятиях любимого человека! Как же я его люблю! Каждая клеточка моей души, моего сердца и (извиняюсь за пошлость) моего тела рвется только к нему! А как меня сводят с ума прикосновения Федерико! Это нечто просто невероятное! Один только его взгляд, полный любви и нежности, уже вызывает волну мурашек по всему телу. Его улыбка заставляет бабочек порхать по моему животу. Что уж говорить о любых, даже мимолетных, прикосновениях?!
Эти руки, от которых как будто волнами исходят приятные электрические разряды! Эти губы, властные, но очень и очень нежные, дарующие потоки эмоций, головокружение и удивительную легкость во всем теле! О, как же я хочу снова ощутить вкус языка Федерико! Но, когда я попыталась углубить поцелуй, Федерико отстранился и шепнул:
– Я люблю тебя, Вилу! Очень люблю! Прости, что сомневался в тебе! Я тысячу раз готов просить за это прощения! Лишь бы ты меня любила! Родная моя, как я тебя люблю!
Мое сердце воспарило. Он сказал! Он любит меня! Он назвал меня своей родной! Боже, я так счастлива! Новая порция слез радости брызнула из моих глаз. Ох, на кого я, наверное, похожа! Впрочем, мой внешний вид, на данный момент, интересовал Федерико меньше всего. Он начал покрывать нежными поцелуями каждую клеточку моего лица, попутно стирая соленые капли со щек и шепча:
– Не надо плакать! Мы вместе, и все у нас будет хорошо! Больше никто в мире не сумеет нас разлучить! Никто и никогда! Я люблю тебя!
– Это слезы счастья, глупый! – отвечала я, тяжело дыша под его поцелуями. – Я тоже так тебя люблю! Тебя одного! Извини, я, наверное, сейчас выгляжу ужасно! Просто в последние дни я очень много плакала, сам понимаешь…
– Ты прекрасна, Вилу! – шептал Федерико в перерывах между поцелуями. – Ты – самая красивая девушка на планете! Я люблю только тебя! Единственное, что меня тревожит, – твои слезы! Одно могу пообещать: больше ты никогда не будешь плакать – я не позволю! Это были последние слезы в твоей жизни! Теперь, если ты когда-нибудь заплачешь, то только от радости, Вилу! Вот, как сейчас!
Он покрыл пылкими поцелуями мои щеки, виски, лоб, нос, подбородок и, наконец, снова завладел губами. Сказочное ощущение! И вызвать его может только Федерико. Я всегда буду принадлежать только ему. Какой там Леон?! Какой там Диего?! Мое сердце принадлежит только одному парню, с которым я сейчас целуюсь!
Да, наверное, нам предстоит еще не одно испытание. Да, есть еще люди, которым наша любовь может помешать. Но мы справимся. Пусть все враги и завистники хоть повесятся от зависти. Мы выдержим любые испытания, потому что любим друг друга. Всегда будем вместе и пронесем свою любовь через все невзгоды. Лишь бы только он чаше вот так обнимал, нежно и одновременно страстно целовал! Есть чувства, которые никогда не уйдут, и одно из них – наша любовь…
Комментарий к Глава 74 Вот и новая глава из розовых соплей! Наслаждайтесь! Когда будет прода, точно сказать не могу. Моя сменщица уволилась, и теперь я даже не знаю, сколько дней буду работать... Простите!
====== Глава 75 ======
Не знаю, сколько времени мы целовались. Да и не хочу знать. Важно лишь то, что мой возлюбленный, наконец, рядом, обнимает, нежно гладит, целует меня и шепчет на ухо, как много я для него значу. Ощущения, которые он вызывал во мне, были сродни полноценному урагану. Какое там время, если я даже удары собственного сердца не могла сосчитать!
Где то за моей спиной кто-то нарочито громко прочистил горло, и мы отпрянули друг от друга. Ох, как я в это мгновение ненавидела того, кто решился нам помешать! Но на пороге, с трудом сдерживая смех, стояла Нати.
– Ребята, – обратилась она к нам, – мы, конечно, рады, что у вас, типа, все хорошо, и так далее, но, может, ты, Федерико, и с Макси поговоришь? А то он сейчас убьет Эрнесто.
– Ну, кто кого убьет, пожалуй, вопрос спорный, – хмыкнул Федерико. Но, впрочем, ладно. Зови.
Через минуту рядом с кроватью стоял Макси с самым обиженным выражением лица.
– Почему меня никто не позвал, когда у Федерико произошла остановка сердца?! – первым делом обратился он ко мне.
– Не до того было, прости, – развела руками я. – А вы с Нати, собственно, где пропадали?
– Снимали стресс после того видео, – парировал Макси.
– Чего? – опешила я.
– Кофе внизу в буфете пили! – возведя глаза к потолку, пояснил паренек. – Заодно обсуждали, могла ли ты на самом деле такое сказать, и решили, что не могла. Я так понимаю, не ошиблись?
– Попали в точку, – фыркнула я. – Эрнесто уже устроил мне разнос.
– А можно с этого места поподробнее?! – подал голос Федерико. – Он не кричал на тебя?
– Нет, что ты, – удивилась я. – Но лучше бы кричал – такая холодность звучала в его голосе. Просто он очень переживал за тебя, ощущая твою боль, как свою.
– Знаю, он никогда не оскорбил бы тебя, – кивнул Федерико. – Но и без внимания эту ситуацию тоже оставить не мог. Ты молодец, что правильно все понимаешь. Он еще довольно плохо тебя знает, но за меня готов горло перегрызть.
– Неужели?! – тихо, но довольно различимо пробурчал себе под нос Макси.
– Что, прости?! – вскинулся Федерико.
– Не обращай внимания, – пояснила я. – Макси почему-то невзлюбил Эрнесто. А вчера, между прочим, пообещал, что больше не будет его доставать!
– Ох, боже ты мой! – застонал Макси. – Дался вам всем этот выпендрежник! Кичится своим положением лучшего друга Федерико, а толку…
– Чтооооооо?! – задохнувшись от возмущения, вскричал мой возлюбленный.
– Да, да, все именно так, – высокомерно продолжал паренек. Я говорил ему, что он заблуждается, и пытался поставить его на место. Говорил, что…
– Он сомневался в вашей дружбе! – наябедничала я.
– ЧЕГО?! – возмутился Федерико, подскочив на кровати. – Да я… Ой!
Забывшись, он сильно дернул загипсованной ключицей и поморщился от боли. Сердце у меня так и екнуло. Не могу спокойно смотреть на его боль!
– Тише, тише! – воскликнула я, осторожно погладив гипс на плече возлюбленного. – Все нормально!
– Нет, не нормально, – заявил Федерико. – Если тебе не сложно, позови, пожалуйста, Эрнесто.
Я послушно поднялась, подошла к двери, приоткрыла ее и выглянула наружу. К счастью, мне даже не пришлось далеко уходить. Паренек беседовал с Нати прямо напротив двери.
– Эрни! – окликнула его я.
Тот отвлекся от разговора, резко повернулся ко мне и встревожено спросил:
– Что такое?
– Ничего серьезного, – торопливо заверила его я. – Просто Федерико зовет тебя.
Эрнесто немедленно все бросил и вошел в палату. Я тоже вошла и закрыла за нами дверь. Меня уже начинало грызть сомнение. Правильно ли я поступила, наябедничав на Макси? Вдруг такая встряска окажется для моего возлюбленного чрезмерной? Вдруг у него не хватит сил устроить скандал?
Впрочем, на данный момент, Федерико уверенно сидел, сверля Макси яростным взглядом своих прекрасных глаз. Эрнесто же, каким-то только ему известным способом поняв, что происходит, занервничал и положил руку на здоровое плечо моего возлюбленного. Наверное, пытался таким образом дать ему понять, что рядом и никуда не денется. Уж не знаю, подействовало это или нет, а только Федерико прямо-таки железным голосом обратился к Макси:
– Значит, так, дружок. Запомни все, что я тебе сейчас скажу, потому что подобных выходок в будущем больше не потерплю. Эрнесто – мой лучший друг. Мы с детства вместе. Соратники, друзья и братья. Я доверяю ему, как себе, и…
– А почему ты, в таком случае, никогда о нем не рассказывал?! – сердито оборвал его Макси. – Раз он тебе так дорог…
– Вот, поэтому и не рассказывал, – отрезал Федерико. – Дело не в нем, а в тебе. Это ТЫ недостаточно близок мне, чтобы знать о таком. Тем более, мне тогда было тяжело думать об Эрнесто.
В его голосе я явно различила отголосок той боли, которую мой возлюбленный испытывал на протяжении двух последних лет, когда его лучшего друга не было. И это было страшно для него. Тупая, монотонная, холодная пустота. Ужас!
– Вот! – вскричал Макси. – Вы ссорились, а значит – не такие уж вы…
– Не рассуждай о том, чего не понимаешь! – заявил Федерико. – Мы с Эрнесто вместе прошли через такие испытания, которые тебе и не снились! Тогда нас легко могли прикончить, но никому не удалось разъединить! Да и кто тебе сказал, что мы ссорились?!
– А почему тебе тогда было тяжело о нем думать? – выпалил Макси.
Федерико как-то сразу обмяк, глубоко вздохнул и произнес с огромной горечью:
– Потому что я считал его погибшим.
– Чего?! – охнул Макси.
– Что слышал! – встряла я. – Чтобы ты знал, во время очередной поножовщины, в которую вляпались эти двое, Эрнесто получил серьезную рану. Настолько серьезную, что врачи решили, будто он умер. Но нет. Его забрали на лечение тибетские монахи, о чем не знал никто. А Федерико все это время думал, что его лучший друг погиб!
Эти слова слетели с моих губ сплошным потоком. Уж не знаю, с чем это было связано. Наверное, с тем, что я не могла видеть, как страдает мой возлюбленный от этих воспоминаний. Да еще вдобавок в голове возникла мысль: «какого черта?!». И верно. Какого черта мы должны разводить церемонии и вспоминать о том, что причиняет Федерико боль?! Макси оскорбил их дружбу с Эрнесто! Вот, пусть он и мучается! Я выпалила ему всю историю единым духом, и пусть теперь сам решает, как ее воспринять! Нечего с ним церемониться! Лучше лишний раз поберечь нервы Федерико. Ему было бы гораздо хуже, если бы он все рассказывал сам.
Макси мои слова явно впечатлили. Он даже рот открыл. Я же просто стояла, скрестив руки на груди и недовольно глядя на него.
– Вот так, – подхватил Федерико. – А ты говоришь, мы не такие близкие друзья! Хотя, мы не просто друзья. Мы – братья. И, если ты еще раз позволишь себе грубое замечание в его адрес, я тебя просто по стенке размажу! Уяснил?
Судя по недовольному лицу, ультиматум у Макси, мягко говоря, восторга не вызвал. Но он, похоже, не нашел другого выхода, кроме как покорно кивнуть и сказать:
– Ладно. Хорошо. Больше не буду. Извините меня.
Что ж, похоже, перебранки Макси с Эрнесто закончились. Вряд ли жених Нати после такого ультиматума решится на новое хамство. Хоть он и не любит лучшего друга Федерико, а все-таки ему, наверняка, совсем не улыбается перспектива потерять друзей. Что ж, уже легче.
Комментарий к Глава 75 Глава, конечно, не большая, но, что вышло, то вышло.))) Следующая будет, к сожалению, только в первых числах июня.))) Выходные у меня с 1 по 3.))) Ожидайте!)))
====== Глава 76 ======
В больнице Федерико провел довольно долгое время. Целых полтора месяца, пока не сняли гипс. И дело было даже не в серьезности травмы. Просто доктор Молфессо боялся отпускать моего возлюбленного.
– Ваш жених не похож на других пациентов, – пояснил он мне. – Он много времени провел в коме, что само по себе плохо. Особенно, при его травме. Я просто не могу рисковать.
Логика в словах доктора присутствовала, и я не возражала. Но, господи, хоть раз нормально поцеловать Федерико! Так, чтобы нас не прервали. В палату все время кто-то вламывался. Особенно, после того, как мы рассказали обо всем родителям. Впрочем, что ни говори, а выбирать между нашими поцелуями и здоровьем возлюбленного я не собиралась. Этот выбор очевиден.
Время, которое Федерико провел в больнице, не было особо интересным. В «Студии» Франческе, конечно, здорово досталось от Пабло. Более того, он ее наказал. Отстранил от занятий на целую неделю. Ребята на нее обиделись. Даже Камилла, в этот раз, не нашла оправданий для своей подруги. Марко, конечно, ее бросил, а Нати познакомила его со своей сестрой Еленой, и теперь у них вроде что-то наклевывалось. Так что с Франческой теперь никто не разговаривал. А ребята еще и Луке все рассказали. Он даже звонил мне, извинялся за сестру и обещал, что, в ближайшее время, так завалит ее работой в «Ресто-Баре», что она даже вздохнуть не сможет. Думаю, теперь моя бывшая подруга успокоится. Поймет, что пытаться нас разлучить – себе дороже.
Дни я проводила в «Студии», а по вечерам сразу уходила в больницу к Федерико. Аврелия, пробыв у нас еще пару дней после того, как ее сын пришел в себя, улетела. А вот Эрнесто остался, игнорируя все протесты лучшего друга. И я его понимала. Юми, Глория и Хельга звонили по десять раз на дню, интересуясь, как здоровье Федерико, а Макси с Нати постоянно таскались в больницу вместе со мной.
В общем, рядом с нами постоянно кто-то крутился, не давая нам даже нормально поцеловаться. Это меня изрядно напрягало. Но зато я приняла два, наверное, самых важных решения в своей жизни. И при этом совершенно не сомневалась в их правильности. Знаете, как бывает? Когда ты совершенно точно знаешь, что права, и ничто не может убедить тебя в обратном. Интуиция мне подсказывала что ли!
Я понимала, что эти решения изменят всю мою дальнейшую жизнь. Понимала, и все-таки не сомневалась. Я была готова. Готова во всех смыслах. И не спрашивайте, как я это поняла, – сама не знаю. Это трудно объяснить, но что-то внутри говорило мне: сейчас самое время. Поэтому в один прекрасный день я собралась с духом, вошла к отцу в кабинет и озвучила первое из двух принятых решений:
– Папа, я хочу переехать в Рим!
Надо сказать, я очень боялась его реакции и даже подсознательно была готова к грандиозному скандалу. Однако, Герман Кастильо отреагировал на мое заявление поразительно спокойно. Более того, он посмотрел на меня, как на дуру, и сказал:
– Это само собой. Я, к сожалению, переехать туда не могу – есть дела. Да и Джейт здесь нравится. Но заставлять тебя снова переживать разлуку с Федерико было бы очень жестоко. Мы с Аврелией видели, как вы мучились все эти полгода, поэтому приняли такое решение.
Я остолбенела. Не поняла юмора! Что все это значит?! Я что, теперь буду жить в Риме? Если так, то счастливее меня не будет никого! Господи, только бы все это не оказалось прекрасным сном! Да, да. Именно таким было первое принятое мною решение. Я больше ни дня не хотела жить без Федерико. Он должен быть со мной, хотя бы на расстоянии километра от меня. Не тысяч километров. Нет. Только рядом. Только вместе. Навсегда. Больше разлуки с ним я просто не выдержу. И у меня есть сильное подозрение, что он тоже. Тем не менее, я рассердилась на отца. Решение они с Аврелией, видите ли, приняли! Ну, знаете! Терпеть не могу, когда что-то решают за меня!
– Нормально! – огрызнулась я. – А меня спрашивать не обязательно, да?!
– Скажем так, – вздохнул Герман Кастильо, – я предвидел, что ты не будешь против.
Я молчала. Нет, конечно, с моим желанием отец попал в точку. Но эта его самоуверенность… Стоп! О чем я, собственно, думаю?! Ведь все так хорошо! Все просто отлично! Если только папа не шутит…
– Так что? Неуверенно спросила я. – Когда мне переезжать?
– Как только Федерико выпишут из больницы, – улыбнулся Герман Кастильо. – Надеюсь, тебе понравится в колледже, где он учится. Более того, я решил не стеснять Гонсалесов и купил тебе квартиру.
– Что? – опешила я.
Честное слово, не думала, что буду так счастлива! Музыкальный колледж! Вместе с Федерико! Отдельная квартира! Да я, наверное, сплю!
– Только не говори, что надумала бросить музыку! – поморщился мой отец. – Я уже отправил чек!
После этих слов я не выдержала и кинулась ему на шею. Господи, какой прекрасный день! Все просто замечательно! Я перееду в Рим к возлюбленному! Буду учиться вместе с ним и жить отдельно! А, если смогу уговорить, то Федерико останется со мной – все равно Аврелии сутками дома не бывает!
Подумав, я решила пока ничего не говорить Федерико. Пусть будет сюрприз. А пока мы с Джейт поговорим по душам. Я хотела поделиться с мачехой вторым своим решением. Нет, не для того, чтобы узнать ее мнение. Я уже все решила. Мне просто нужен был совет, как это лучше сделать. Таким образом, через пару дней я пришла к ним с папой в комнату и закрыла за собой дверь. Было утро субботы, поэтому моя мачеха еще валялась, но уже не спала. Я прилегла на кровать рядом с ней.
– Что с тобой? – удивленно спросила Джейт, еще не до конца проснувшись. – Ты вроде в это время давно в больнице.
– Хочу спросить совета, – призналась я. – Личного. Даже интимного.
К моему удивлению, Джейт рассмеялась.
– Предвидела это, – выдавила она. – Особенно, после того, как мой благоверный купил тебе квартиру. У меня к тебе сразу вопрос. Как думаешь, зачем Герман это сделал, когда мог просто поселить тебя у Гонсалесов? Аврелия приняла бы тебя, как родную, да и со стеснением аргумент не катит. Так как думаешь, зачем?
– Не знаю, – удивленно ответила я.
– Не знаешь, – согласилась Джейт. – А я знаю. Он посчитал, что, если вы с Федерико и будете заниматься сексом, то лучше, чтобы это было в нормальной обстановке, а не где-нибудь в кустах.
– Но с чего он взял, что мы непременно…
– А ты разве не это пришла со мной обсудить? – улыбаясь, напрямик спросила Джейт. – Вилу, у вас с Федерико такая любовь, какую даже ранняя интимная близость не способна испортить. И Герман это прекрасно понимает. Цитируя его, удивительно, как, при столь сильных чувствах, вы еще не…
Я офигевшими глазами смотрела на мачеху. Она, наверное, шутит…
– Ну, что смотришь? – рассмеялась женщина. – Ведь Герман уже поставил в Ваше гнездышко персональную звукоизоляцию. Вас, даже при желании, никто не услышит. А квартиру они с Аврелией купили, между прочим, вместе, в складчину, так что Федерико будет там на таких же правах, как и ты. И, кстати, отец попросил меня подготовить тебя.
– Ты ведь уже говорила, что в первый раз бывает больно, – на автомате ответила я.
– Знаю, – отмахнулась Джейт. – Но это – лишь ничтожная доля того, что тебе нужно понять. Кроме того, тебя нужно подготовить не только морально. Секс – это, в первую очередь, тесный контакт тел. Твое тело должно выглядеть идеально. Поэтому сейчас мы пойдем в салон красоты, а потом – по магазинам. Мы сделаем твою кожу нежной, как шелк, и подберем такое белье, что твой Федерико тут же и отправится в экстаз.
– Куда отправится? – не поняла я.
– Потом расскажу, – хмыкнула Джейт. – Давай, собирайся.
С этого дня начались приготовления к, наверное, самому важному событии в моей жизни. Не скрою, было немного жутковато. Но я не сомневалась, что поступаю правильно, собираясь отдать девственность именно Федерико. Я люблю его и хочу связать нас всеми возможными способами. Я готова. Не знаю, что ждет нас впереди, но уверена, что все будет хорошо. Все будет замечательно!
Комментарий к Глава 76 Привет, мои дорогие!))) Вот вам прода.))) Небольшая, но все-таки.))) А проду, скорее всего, выложу в понедельник.))) Раньше не могу.))) Завтра у меня еще одно задание (участвую в одном челендже), а потом три дня работаю.)))
====== Глава 77 ======
Начались приготовления, за которыми я, впрочем, не забывала и заходить в больницу. Федерико шел на поправку. Он упорно пытался восстановить функции руки, превозмогая боль, за что регулярно получал подзатыльники от Эрнесто или истерики от меня – в зависимости от того, кто заставал его за упражнениями. И все же, спустя полтора месяца, доктор Молфессо объявил, что завтра оформляет выписку. Мое сердце воспарило от этих слов. Завтра! Уже завтра мы будем вместе! Уже завтра мы, наконец, уедем! Завтра все должно произойти…
Клянусь жизнью, я совсем не боюсь. Знаю, что именно сейчас мы должны это сделать. На подсознательном уровне. Интуиция это или что – понятия не имею. А только уверена лишь в одном: я готова и хочу этого. И все у нас будет хорошо.
Утром того дня я проснулась в состоянии приятного волнения. Живот сводило, а сердце тяжело бухало в груди. Но это было приятно. Я не сомневалась в своем решении. Нисколько. А волнение – это нормально. Через час я стояла перед зеркалом, любуясь своим отражением. Заранее продуманный образ определенно удался. Накрученные волосы, естественный макияж, короткое кремовое платьице с лаковым ремешком и браслет в тон. На шее неизменно висел медальон, который Федерико подарил мне на День Рождения. А что он тогда сказал? «Ты – мое счастье»… Эти слова, по сей день, окрыляют меня.
Серебристые босоножки прекрасно дополняли образ. Я раньше не носила шпильки, но Джейт быстро научила меня ходить на них так, чтобы не выглядеть глупо. Единственное, что смущало, – новое белье, которое мы с мачехой купили на прошлой неделе. Нет, ничего развратного в нем не было. Никакой кожи, латекса, чулок с подвязками и прочего (Джейт рассказывала о таких видах белья и даже заводила меня в специальный магазин, откуда я выскочила красной, как томат). Мое новое белье выглядело, скорее, нежно и маняще, чем развратно. Тем не менее, кружева на нем было больше, чем самой ткани, благодаря чему мне все время казалось, что я голая. Но, наверное, так и надо.
Убедившись, что все в порядке, я надела на плечо белую лаковую сумочку (все мои вещи, уже упакованные, папа отправит с курьером), бросила на комнату прощальный взгляд и вышла. Я абсолютно не жалела о том, что оставляла здесь. Все эти воспоминания были воспоминаниями глупой девочки, Виолетты. Теперь будет любящая и любимая девушка Виолетта Кастильо. Возлюбленная Федерико Гонсалеса, принадлежавшая только ему одному.
В гостиной меня уже ждали папа, Джейт, Ромальо, Ольгитта и Матиас. Все они поспешили ко мне. Мачеха первой обняла меня и поцеловала в макушку.
– Спасибо тебе за все, Джейт! – шепнула я.
Не за что! – ответила та. – Позвонишь завтра?
– Конечно! – сказала я.
Когда мы с Джейт отстранились друг от друга, меня обнял Ромальо.
– Береги себя! – сказал он. – Не отходи от Федерико, он не даст тебя в обиду.
– Знаю, – ответила я. – Поэтому и переезжаю в Рим.
Затем, я оказалась объятиях Ольгитты.
– Не забывай нас, моя девочка! – всхлипнув, попросила она. – Мы будем очень по тебе скучать!
– Я тоже! – призналась я.
Когда объятие распалось, Ольга торопливо вытерла слезы ладонью. А ко мне шагнул Матиас.
– Удачи тебе! – сказал он, в свою очередь, заключив меня в объятия.
Наконец, подошел папа. Обняв его, я шепнула:
– Люблю тебя, пап!
– И я люблю тебя, Виолетта! – ответил он. – Что бы ни случилось, ты навсегда останешься моей маленькой дочуркой, которую я когда-то выносил из роддома!
Во дворе ждал водитель, который, собственно, и довез меня до больницы. Федерико и Эрнесто уже стояли на крыльце. Я тут же вышла и бросилась на шею возлюбленному, радуясь тому, что он, наконец-то может обнять меня двумя руками.
– Вилу, может, скажешь, куда мы едем? – со смехом спросил Федерико, прижимая меня к себе.
– Сюрприз! – хитро улыбаясь, прошептала я, вдохнув любимый запах.
– То же самое сказал и Эрнесто. – недовольно пробурчал мой возлюбленный.
– Ты сам все поймешь, когда мы прибудем на место, – пообещала я, отстранившись. – Пойдем.
С этими словами, я взяла его за руку и повела к машине. Попутно мы с Эрнесто обменялись улыбками. Паренек, конечно, знал, ЧТО я собираюсь делать. Он даже оказал мне помощь. То есть, позвонил Юми, чтобы они с Глорией приготовили нашу новую квартиру. Дорога до аэропорта прошла в молчании. Федерико как будто подсознательно понимал, к чему все идет, поэтому просто всю дорогу обнимал меня.
– Мы летим в Рим? – опешил он, когда мы прошли регистрацию. – Вместе?
– Да, вместе, – подтвердила я. – Теперь мы всегда будем вместе. Я никуда больше тебя от себя не отпущу. И не надейся.
– О, горе мне! – рассмеялся Федерико, обхватив меня одной рукой за талию и чмокнув в висок.
Ах! Это было прекрасно! Волшебное чувство, когда наши тела соприкасаются! Только с ним я так трепещу! Только он заставляет меня сходить с ума от потоков эмоций! Только в его объятиях я забываю обо всем! Перелет тоже прошел в молчании. Мы с Федерико просто сели в кресла и обнялись. Я положила голову на плечо возлюбленного и задремала. Нас окутывала пелена спокойствия. Мы вместе, и ничто в мире нам не страшно! Я даже не помню, что мне снилось. Знаю только, что скоро меня разбудил нежный поцелуй возлюбленного. Конечно. Ведь только его губы заставляют мое сердце так неистово стучать!
– Вилу, просыпайся, – тихо шепнул он. – Мы приземляемся.
И вот, через полчаса мы вошли в здание аэропорта Рима. Там нас встречали Юми, Глория и Хельга с Арианой на руках. Впрочем, последняя тут же спрыгнула и в мгновение ока очутилась на шее у Федерико. Остальные тоже поспешили обнять его. После горячего приветствия мы сели в такси и довольно быстро добрались до нужного дома. Он представлял собой двадцатиэтажное строение, и наша квартира находилась на самом верхнем. Адрес отец мне сообщил еще на прошлой неделе, а мы с Эрнесто передали его Юми.
Вся эта компания, как мы и договаривались, заходить не стала, сославшись на необходимость именно сегодня быть дома. Впрочем, мы особо и не настаивали, прекрасно понимая, чем закончится этот день. В лифте мы вдруг сообразили, что остались наедине почти впервые, за последние два месяца, и начали целоваться. Это, само по себе, возносило выше неба. А уж когда к делу подключились языки… Мы не целовались с языком уже больше полугода. Я и забыла, как мне, в такие мгновения, бывает хорошо. В груди словно плавился шоколад, пульс бился в три-четыре раза сильнее обычного… Все вместе.
Но вот, лифт остановился, и поцелуй пришлось прервать. Достав из сумочки ключи, я подошла к нужной двери и открыла ее. Внутри было уютно и красиво. Честно говоря, я сразу почувствовала себя дома. И поняла, что эта квартира станет им надолго. Очень надолго. Но сейчас меня волновало другое. Мой возлюбленный все еще обнимал меня за талию. Я снова ощутила, как от волнения свело живот, но все равно нисколько не сомневалась в своем решении. Теперь оставалось самое трудное: убедить его сделать это прямо сейчас. Дать ему понять, что готова.
Так. Все ли сделали девочки. Портьеры в спальне задернуты, пульт от стереосистемы лежит на видном месте, постель застелена сиреневыми атласными простынями (Джейт говорила, что с них потом легче отстирывается кровь, которая может пойти от разорванной девственной плевры). Вдобавок, на прикроватном столике лежит несколько презервативов (о них я тоже знала от мачехи).
Я на мгновение выпуталась из объятий возлюбленного, чтобы включить стереосистему. Заиграла тихая нежная мелодия. То, что нужно. Дальше ни я, ни Федерико себя уже не контролировали. Мы приблизились друг к другу вплотную. Руки возлюбленного обхватили меня за талию, а я соединила свои пальцы в замок на его затылке. С минуту мы просто стояли, изучая лица друг друга. Сердце мое тяжело стучало в груди, внутри все напряглось, и почему-то стало тяжело дышать. Я волновалась. Волновалась, но не боялась. И все равно была уверена в своем решении. Это было так правильно. Именно сейчас. Именно в этот момент. А потом я посмотрела в глаза Федерико и почувствовала себя гораздо смелее. Он смотрел на меня с такой любовью, что мое сердце воспарило. Нет, конечно, было заметно, что мой возлюбленный тоже нервничает. Но он явно хотел дать мне почувствовать свою любовь, тем самым успокаивая.
– Чего ты хочешь? – чуть охрипнув от волнения, спросил Федерико.
Впрочем, это был, скорее, риторический вопрос. И так было ясно, ЧЕГО я хочу. Также, мы оба прекрасно знали, что этому вечеру суждено перейти в бурную ночь. Я была очень благодарна возлюбленному за то, что первым нарушил молчание. Это придало решимости. Поэтому я снова заглянула ему в глаза и тихо заговорила:
– Знаешь, пока ты был в коме, я все острее понимала, что могу тебя потерять. В одночасье. Кровавая разборка или банальная авиакатастрофа будет тому причиной – неважно. Главное, я поняла: без тебя мне не жить. Когда мне сказали, что ты не можешь очнуться, потому что хочешь умереть, весь мир пошатнулся. А что со мной было, когда у тебя остановилось сердце! Ужасно. Пусто. Холодно. И умереть хотелось. Но ты очнулся, и я чуть с ума от радости не сошла. Без тебя у меня нет будущего. Мне не нужно от жизни ничего. Я просто хочу прожить ее рядом с тобой. Я сердцем чувствую, что у нас одна дорога – вместе. Вместе идти по жизни или вместе отправиться на тот свет – неважно. А только сейчас я отчетливо понимаю, что не хочу ждать больше ни минуты!
