Текст книги "Империя Демона (СИ)"

Автор книги: Skazka569

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 34 страниц)

– Этот бой – мой.

За огромной мордой вервольфа было трудно что-то разглядеть, но Лина знала все приемы и уловки своего наставника, она пользовалась точно такими же. Одним ударом он не ограничится, замечая краем глаза движение, она выставила меч, который нащупала на земле поблизости, поперек шеи Диего, держа двумя руками по обе стороны от него, и в тот самый миг на него рухнул ещё более сильный удар. Два священных орудия встретились, высекая подобие молнии при соприкосновении. Это было противоестественно для них – биться друг против друга. Но каждый отстаивал свою правду и свою веру.

Симонс уже был не в тех годах, чтобы поспевать за молодежью, но ему все ещё хватало прыти, чтобы отстаивать звание лучшего воина в трёх королевствах. Догнать оборотней он не мог, но явился на тренировочное поле перед казармами как раз вовремя, чтобы предотвратить беду. Он не особо хотел разбираться, да и не в его полномочиях это было, но он не просто генерал. Здесь, на плацу он король и бог для солдат, а его слово – закон.

– Вы что здесь устроили с утра пораньше?! – рявкнул Элиас, перекрикивая весь шум. Он увидел незнакомца, напавшего на его ребят – оборотни были частью армии Серии, а значит в его ответственности – и этого ему было достаточно. – Взять его! – приказал он солдатам, которые были с ним. – Диего, приведи себя в человеческий вид и потрудись объяснить. Вы все, – обвел он пальцем собравшихся, – получите у меня выволочку за то, что разбудили перед утренней тренировкой. Разошлись быстро! А вы, милейший, – обратился он к старику, – не сопротивляйтесь, если не хотите проблем.

– Опять глупые солдафоны! – прорычал старик, но от Лины и Диего шаг назад сделал. – Как смеешь ты препятствовать храму? Потрудись объяснить ты, милейший, почему в сердце Серии столь много нечисти?!

Больше всего Хабэк не любил военных. Потому что они всегда воевали против людей, против себя же, и такие войны старик считал самыми глупыми, но в них не влезал. Король Феликс позаботился, что боевая мощь храма и армии никогда не состыковывалась.

Диего несознательно лизнул Лину в шею, как обычно собратья делали, успокаивая друг друга. Это было незаметно для других, он был к ней так близко, что смог это сделать, не двинув головой и просто высунув язык. И только после этого он медленно превратился, выламывая свои кости обратно. Не самый приятный звук, особенно от того, что он происходил прямо над Линой. Для оборотней было сшито специальное кожаное обмундирование от гномов, которое хорошо тянулось и не рвалось. Оттого человек был уже в одежде, когда поднялся с колен и осмотрел своих братьев.

Пока Хабэк гневно зырил по сторонам, а иначе как зырканьем это было не назвать – бешеный и беспокойный взгляд, Диего коснулся плеча Лины и отошел от неё к Симонсу.

– Будь бдителен, – прошептал он генералу. – Видишь? На нём знак ордена Лины – он из Люция.

А это означало, что, как и с послом, с этим нужно было разговаривать осторожно. Храму светлых богов указ – лишь король их королевства. Его даже под стражу было нельзя взять. А если этот придурок воспользуется положением и вызовет свой орден – беда будет, если Айка не поспеет.

– Подруга вожака. – Ну, хоть этот додумался произнести это тихо. Зак подкрался к Лине, позвал её и, приобняв за плечи, повел в стаю. Но только его путь тут же перегородила невесть откуда взявшаяся молния.

– Не смей прикасаться к ученице моего ордена, отродье! Лина, немедленно подойди сюда! – рявкнул Хабэк.

Только идиот не ощутил бы напряжение Диего. Он тут же метнул взгляд медовых глаз на Лину и привычным ему приказным взглядом говорил: «Не смей». Она не понимала того, что оборотни понимали между собой, но отчего-то раз Диего показалось, что она смогла его понять. Быть может, поймет и сейчас. «Мы защитим тебя. Не бойся. Подойди ко мне».

Лина дернулась и испуганно обернулась на Хабэка. Сейчас она больше походила на нашкодившую ученицу, чем на гордую воительницу. Она поймала взгляд Диего, но перевела глаза обратно на своего наставника. Закусив губу, сделала шаг, другой… Она все ещё боролась внутри, одна часть ее хотела броситься в ноги Хабэку и молить о прощении, а другая понимала, что это равнозначно сунуть голову в петлю. Если не убьют, то нацепят ошейник, от которого она уже не сможет избавиться. Потому, вопреки ожиданиям Хабэка, она остановилась на полпути к нему, выпрямила спину и крепко сжала меч, будто опять была готова к схватке.

– Я больше не ваша ученица, – громко сказала она, будто он был глухим, а не слепым. – Спасибо, что вырастили меня, но дальше я пойду своим путём. С лёгким сердцем и верой, что сделала правильный выбор. Прошу вас последний раз, оставьте этих оборотней в покое. – Договорив, она поклонилась и решительно подошла к Диего, чтобы, если и достанется, то хотя бы за ней не будет никого из стаи.

– Гребанные святоши, – проворчал Элиас, но кашлянул, скосив глаза на Лину, потому что она могла его слышать. Кивнув своим парням, которые уже окружили Хабэка, он приказал им остановиться. Плохо будет, если они разожгут конфликт между Серией и Люцием в отсутствии короля и королевы. Он вышел вперёд, чтобы вести разговор, а не бой. – Эти оборотни находятся под протекцией Мольтер, правящей семьи Серии, уже не первое поколение. Они – не нечисть, а наши союзники. Нападение на них равносильно нападению на военный отряд нашей армии. Я, как главнокомандующий войсками Серии, буду защищать своих людей. И нелюдей. Вы здесь по приказу короля Феликса? Мы не получали официальных извещений. Ввиду напряжённых отношений между нашими королевствами, рекомендую вам прекратить агрессию и покинуть Серию. Немедленно!

Хабэк даже прослушал слова Элиаса, потому что все его слепое внимание было направлено на ученицу. Он прекрасно видел её, видел, как черное пятно взяло её за руку и завело за свою спину. Старик сжал рукоять своего оружия, но вовремя вспомнил, сколько здесь нечисти и людей, которых та обворожила.

– Я здесь от имени великой богини любви, таинственной и обворожительной Суны, – громко объявил Хабэк, ударяя оружием о землю в подтверждение его слов. – Я глава ордена охотников, и пусть наш дом находится в королевстве Люций, мы несем наставление Суны по всему миру! Для нас нет границ – наша граница таинственная и обворожительная! Наше слово не знает запрета и не подчиняется слову короля! Мы выше короля! Наша королева – Суна! А теперь вы не только преградили путь моей миссии, но и укрываете предательницу нашего ордена и королевства! Немедленно отойди, нижайшее существо! Она понесет наказание, должное предателям и изменникам.

Но ни один мускул не дрогнул на лице Диего. Он смотрел с не меньшим презрением на певчего, но к его словам относился не больше, как к словам обычного фанатика. В Серии были храмы разных богов. Его королева и бывшая королева были жрицами. И Диего прекрасно понимал, кто есть истинный певчий, а кто – лишь жалкий крикун и убийца.

Он вышел вперёд, вставая наравне с Элиасом, и если оборотни приняли это как знак к действиям, то один взгляд вожака заставил их замолчать.

– Как вам уже и было сказано главнокомандующим войск Серии, не усложняйте и без того сложные отношения между нашими королевствами. Если вам будет угодно, я скажу иначе: верховная жрица Серии – Айка Мольтер, дочь верховной жрицы Каролины Мольтер. Хотите говорить с кем-либо на уровне посланников богов, вам придется подождать. До тех пор пев… охотница Лина выступает в роли союзника в борьбе против вампиров. Не устраивает? Возвращайтесь в Люций, берите весь свой орден и явитесь к ее величеству Айке с угрозой святой войны. Но я бы искренне не хотел, чтобы вы познали праведный гнев её величества.

– Ди-диего! – Лина аж поперхнулась его словами. Она-то знала реальную силу ордена, поэтому вероятность святой войны казалась ей каким-то безумием. Это по одному охотники не представляли угрозу, но если они объединятся – станут страшной силой. И несдобровать тому, против кого повернутся их мечи.

– Ну-ты-перегибаешь-палку, – почти не размыкая губ процедил Элиас.

И кто только что говорил, что с этими ребятами надо быть осторожнее? Диего ни капли не был осторожен в словах. Элиас вдруг задался вопросом: насколько Генрих стал сильным магом, сможет ли он предотвратить войну? Старому вояке захотелось на покой. Но перед главным охотником он продолжал держать лицо и показывать силу.

– Вы нас услышали. Стража проводит вас до дома, где вы можете остановиться, если решите подождать. Если нет – покажут выход. – Он кивнул, и двое здоровых парней обступили старика с двух сторон. Поворачиваясь спиной, Элиас положил руку на плечо Диего и сказал уже ему достаточно тихо, чтобы его слова не слышали посторонние: – Сходите к лекарям. Сегодня у вас выходной, но завтра патрулируете как обычно, ничего не произошло. К девчонке я приставлю охрану.

– Сами себе подпишете смертный приговор! – прошипел Хабэк, но со стражниками тягаться не собирался, потому, явно что-то запоминая в Элиасе, он неотрывно смотрел именно на него, и только после перевел взгляд на Диего. – Допляшетесь, что будет как с вампирами! Им дали права, место в нашем мире… И чем они отплатили? Кровью! И продолжают платить! С оборотнями неизбежна та же ситуация, помяни моё слово, генерал!

Провожали его с явным скептицизмом, а Диего даже с чувством, что его оскорбили. Сравнивать детей Тали с детьми Морро? Да этот придурок даже не знал о других богах, что он тут стоял и требовал? Кому и что он пытался тут доказать своими ничтожными познаниями?

– О нашем здравии не волнуйся, – тем временем уже вслух и громче, чем Элиас, Диего обратился к генералу. Он осмотрел своих бойцов, но ни один не пострадал сильно. По крайней мере, не так, чтобы нужно было тащиться к лекарям. Его последний взгляд остановился на Лине. Она сделала свой выбор в пользу Серии, что не могло не заставить улыбнуться. Но улыбки не было, потому что пока королевы и короля не было, его стая в опасности. – Лина, что нам ожидать от него? – спросил Диего, но не просто так. Был смысл оборотням оставить город и убежать в леса. Стражники доказали, что своим присутствием совершенно не мешают Хабэку творить тут бесчинство. – Он будет нападать на ребят по одному в городе?

– Да не о тебе говорю, балда, – тихо усмехнулся Элиас и кивком головы указал на Лину, которая в этот момент наблюдала, как уводили Хабэка с территории казарм. Она придерживала свой бок и хмурилась, Элиасу казалось, что от боли. Но стоило ей заметить, как мужчины на нее смотрят, тут же выпрямилась, как ни в чем не бывало. Симонс еще разок хлопнул Диего по плечу и отправился на утреннюю тренировку, ворча себе под нос. Как раз время подходило, и из казарм выползали сонные солдаты и горожане, которых он обучал. – Эх, не ради святой войны я согласился вернуться на службу. Эта молодежь меня в могилу сведет.

– Пока учитель здесь, от него лучше держаться подальше, – ответила Лина, когда они остались вдвоем. – Он хоть и стар уже, но мало кто из охотников может сравниться с ним по силе. Страшно представить, что он мог сделать с ребятами, если бы я не вмешалась. Диего, простите меня за это. Он хотел видеть генерала, я не могла ослушаться приказа старшего. С моей стороны было глупо надеяться, что все обойдется.

Желая выразить всю глубину своего сожаления, Лина склонилась перед Диего, надеясь, что таким образом ее извинения дойдут и до всей стаи. Она с трудом разогнулась обратно, все тело начинало зудеть от побоев, а плечо, на которое пришелся один из ударов, сильно пульсировало. Словно в прошлое вернулась, в те времена, когда Хабэк избивал ее на тренировках, после которых ей часами приходилось отлеживаться в корыте со льдом, чтобы хоть как-то унять боль.

Диего внимательно следил за ней, потому что увидел, о чем говорил Симонс. Он даже не слушал Лину, а просто тяжело вздохнул из-за ее попытки геройства.

– Пойдем, – только сказал он, – отведу тебя к лекарю. А будешь возражать, в зубах потащу. Не испытывай судьбу, я могу, ты знаешь. – Но он был ласков, улыбался ей и говорил таким добрым голосом. Не понесет в зубах. Максимум – на руки возьмёт, но на ее теле и царапины от него не будет. – Элиас! – Но прежде чем генерал ушел, Диего окликнул его. Не просто же так он спросил о Хабэке. – Я распускаю стаю. На время пребывания этого человека в городе, оборотням лучше охранять стены врат. Людям придется надеяться на себя.

Сам он уходить не собирался. Он связь братьев тут и в лесах. Пусть Симонс возмущается сколько угодно, Диего ставил его наравне с собой, готов был выказать почтение за его подвиги и гибкий ум, без которого человек не смог бы достичь вершин. Но он здесь для людей. Диего не отказывал ему в обучении его молодняка, но своим руководителем не считал. Слишком долго он в Серии был лидером (люди к нему просто не обращались и их к нему не ставили), чтобы подчиняться приказам приглашенного воина.

– Как знаешь, – крикнул в ответ Симонс, но даже не обернулся. Он и не претендовал на звание командира всех и вся. Генрих его сразу предупредил, что оборотни подчиняются лично Айке. То, что он сказал Диего ранее, был не приказ, а больше совет. Он не хотел, чтобы святоша почувствовал свою власть здесь, а потому, по его мнению, было бы разумно продолжать работу в обычном режиме. Но за безопасность оборотней отвечал Диего, ему и принимать окончательное решение. Симонсу оставалось только отдать нужные приказы людям, чем он и занялся, громогласно подзывая к себе старших воинов.

– Да не нужно, у лекарей и так работы полно! А я льдом обложусь, как ра… ньше, – отказалась было Лина, но прикусила язык, делая шаг от Диего. Он ведь и правда мог, разрешения не просил. Просто закинет на плечо и потащит, сил ему хватит. Потерев шею, она опустила взгляд и как-то грустно вздохнула. – Я выгляжу такой побитой? Мне стоило дать отпор раньше, но орден… – «вся моя жизнь». Она вдруг в полной мере осознала, что натворила. Будто впервые вышла на дорогу и не знала, куда она ее поведет.

Диего все это время не сводил с неё пристального взгляда, а когда она закончила говорить, тяжело вздохнул, сделал один шаг по направлению к ней и просто взял на руки. Крепко. Так что любые её попытки спрыгнуть вызывали лишь отрезвляющую боль.

– У каждого своя роль в жизни, Лина, – тихо заговорил Диего, направляясь ко дворцу. Он потащил её именно к королевским лекарям. – Кого-то жизнь такая не утраивает, но он молчит, а кто-то со временем пытается найти то, что ему лучше. Ты сейчас не выглядишь побитой. Скорее сильной в моих глазах. Ты вырвалась из оков прошлого, а это уже первый шаг.

Говорил, будто знал её всю жизнь, но достаточно было услышать это «как раньше» и увидеть, как спокойно Хабэк бил её, а она принимала. Сначала. Если орден растил её с малых лет, то вполне нормально, что её усадили в рамки, где орден решал, что хорошо, а что плохо. Что ты терпишь, а когда имеешь право говорить. Из этих рамок трудно выбраться, кому, как не стайному существу об этом говорить. Но кто смог – тот счастливчик и по праву назывался сильным духом.

– Всё хорошо, – опустил Диего голову и улыбнулся Лине. – Теперь всё будет хорошо, так не считаешь?

– Да, ты прав, – тихо ответила она, завороженно наблюдая за его улыбкой. Ему хотелось верить, и она верила. Обняла бы его, если бы рука не болела, а второй не приходилось придерживать меч.

Даже в такой ситуации, когда, казалось бы, сейчас вообще не до этого, ему удалось ее смутить своей близостью. Когда он пришел и защитил ее, она испугалась за него, но в то же время почувствовала облегчение, что ей не нужно больше драться одной. Это ощущают все стайные? Что они не одни. Что рядом всегда есть верный друг и брат, который подставит плечо, если ты начнёшь падать. Он был первым мужчиной, который подставил спину, чтобы принять удар вместо нее. В ордене считалось, что, если наставники кого-то бьют, он это заслужил, и никто не имел права вмешаться, иначе тоже получал наказание. Орден спас ее от жизни попрошайки на вонючих улицах столицы, но был ли он ее домом на самом деле?

– Спасибо, Диего, за все, – улыбнулась Лина ему в ответ. Где-то вдалеке на воображаемой дороге появился он, и она сделала шаг ему навстречу. Конечно, он уже был не первым, но в этот раз осознанным. Она была очень рада, что не упала в его глазах ещё ниже, чем обычно, и все же обняла его одной рукой за шею, отпуская меч, который перестал быть цепью, тянущей ее назад. И положила голову ему на плечо, шумно вдыхая его запах, который в последнее время все больше ей нравился. – Подумать только, меня опять спас оборотень. Да я за всю жизнь с вами не расплачусь! Надо поспешить, а то жизнь-то короткая, учитывая, что для ордена я теперь враг номер один, – отшутилась она, прикрывая слезы, которые подступили к глазам. А то ещё расчувствуется, расплачется у него на глазах, хотя понять ее можно было – она одним поступком отрезала от себя огромный кусок своей жизни. Но ничуть не жалела об этом.

А он-то подумал, что слезы эти от пережитого; от того, что она распрощалась с теми, кто всё-таки считался семьей. И его улыбка пропала, только Лина уже этого не увидела, а он приложил щеку к её голове и ускорил свой шаг.

Видимо, придется отложить своё предложение. Из-за этого старика у него прибавилось проблем и дел, на которые он никак не рассчитывал. Несмотря на слепоту, старик его явно хорошо видел в толпе. Значит, он мог просматривать что-то более духовное – проследить за ним своими бойцами нормально не получится, но это сделать нужно будет. Пока Лина лечится, Диего планировал зайти к Симонсу и попросить у него о слежке за певчим. У Лины тоже должна быть охрана, а еще ни одно письмо не должно было уйти в Люций.

19. Подружка вожака

К вечеру только Диего смог более-менее разгрести дела. Обязанности его воинов пали на людей, но и их тоже нельзя было пустить отдыхать. Нужно было внимательно разобраться с патрулем, и ему удалось небольшую группу отправить на зачистку уже павшего города, ведь даже капля вампироубийства будет на руку.

И тогда, когда он закончил, Диего взял корзину, прошелся по улицам города весьма быстро и, накупив фруктов да быстрой еды, отправился в лазарет. Тамошние лекари были строги, потому что к ним была строга сама королева. И уже во второй раз они бились с Линой, чтобы та не мешала лечению. Мало того, что рана на боку открылась, так и еще одна трещина в запястье была обнаружена. Там обошлись лишь тугой повязкой, но охотнице было скучно, потому она порывалась даже банально чем-то помочь людям. А чем поможешь? Были больные, хворые, но пока не раненые.

В такой момент и пришел Диего. Когда Лина недовольно уперла руки в бока и смотрела, как королевская повитуха готовила чистое белье и складывала, отворачиваясь от Лины, мол, не даст себе помогать.

– Как я и ожидал, ты даже не в кровати, – сказал Диего, проходя внутрь. По запаху крови он сразу понял, где была койка Лины, потому направился туда, и на тумбу рядом с той койкой поставил корзину.

– Я не так сильно ранена, чтобы держать меня в кровати, – буркнула она недовольно, возвращаясь к той самой кровати. Она уже даже не удивлялась, как он безошибочно нашел это место. – А ещё генерал Симонс прислал тех двоих, – кивнула она на двух амбалов в дверях. – Да разве ж они справятся с главой ордена? Тут нужен десяток таких, а то и два.

Фыркнув, Лина села на кровать и недовольным взглядом осмотрела лазарет. На самом деле ей просто было страшно, что она скрывала за злостью. Страшно от того, что она предала орден, и за этим обязательно должны быть последствия. От того, что Хабэк все ещё был где-то в городе и мог навредить ей и оборотням. От того, что она не знала, что ей делать дальше. Но вот на Диего вымещать свое недовольство не хотела.

– Что там? Это для меня? – заглянула она в корзину. Чтобы ей кто-то принес подарки, такое случалось крайне редко. Их нужно было заслужить. Поэтому скромная улыбка все же появилась на ее лице. Выловив фрукт из корзины, она подняла голову и немного надкусила. – Обожаю яблоки. Спасибо, Диего.

– Там не только яблоки, но буду знать. – Там были еще и пирожки, два куска пирога… Всё такое, чем можно было насытить желудок, но при этом не считалось полноценным обедом. Диего лежал как-то в лазарете, знал, какая тут еда. Очень хорошая, но… Еда для больных есть еда для больных.

Он сел на кровать рядом с Линой и проследил за её взглядом. Усмехнулся. На языке так и вертелась фраза о том, что Серия пока не имеет возможности выделить ей пару десятков воинов для защиты. Да и Айка не так поймет, но зачем сейчас лишний раз напоминать певчей о её положении. Точнее о том, зачем нужна эта охрана. Он пришел сюда с иной целью.

– Лина, – позвал её Диего, но сам на неё так и не взглянул. Скрестив пальцы и уперевшись локтями в колени, он задумчиво смотрел куда-то в пол, подбирая слова, – я еще утром поговорить с тобой хотел. Думал, время неподходящее, но так как ты встала на перепутье, отрезав себе дорогу назад, думаю, всё-таки сейчас самое время. – Он выпрямился, повернулся к Лине вполоборота и всё-таки заглянул в глаза… Нет. На яблоко. А потом на её рот. Так и не знал, куда деть взгляд. Он волновался, но этого скрывать не хотел. Волновался, значит, ему было не всё равно, как она отреагирует на его слова. – Я тебя не просто так этой ночью позвал побыть с нами. Я хотел, чтобы ты узнала нас получше; узнала, что тебя может ждать впереди прежде, чем я задам тебе вопрос…

– Какой вопрос? – спросила она, когда пауза немного затянулась. Все ещё не понимая, к чему он вел, она хлопала глазами, но его волнение заставило и ее запереживать. Она ещё не видела его таким, Диего всегда был спокойным и рассудительным. Отложив яблоко на тумбочку, она тоже повернулась к нему и корпусом, и ноги повернула, случайно цепляя его коленкой. – Мне понравилось с вами! Надеюсь, я не переборщила с Чижом? Просто я привыкла отстаивать свое право находиться среди мужчин, могу быть немного грубой в большой компании.

Отчего-то Лина подумала, что могла натворить что-то не то ночью. Но прокрутила его слова в голове ещё раз. «Что меня может ждать впереди?» Диего хотел задать ей вопрос, и это его волнение… Кажется, в ее голове сложился паззл, и на лице расползлась глупая улыбка. «Да ну, быть не может», – остудила она себя и прикрыла улыбку ладошкой. Но пока он не сказал, она не могла знать наверняка.

– Кхе, – кашлянула Лина и сделала серьезное лицо, насколько получилось. – Так что за вопрос?

– Видимо, уже догадываешься.

Ну, а что могла значить её улыбка? Лина была приличной девушкой, так что вряд ли в её голове было что-то пошлое и непристойное. И то, как она мило прикрывала лицо, слегка расслабило Диего. Он опустил плечи и даже чутка выпрямился, возвышаясь над ней.

– Парни не просто так начали называть тебя, как называют. Сначала это было по приколу, я обычно не встречаюсь и не гуляю с женщинами. А потом это стало принимать серьёзный оборот, и вот в общем… Лина, не хотела бы ты попробовать со мной отношения?

Вот и сказал. Улыбка у него сразу пропала с лица, потому что больше было не до улыбок. Он задал свой вопрос и требовал на него взглядом ответ. Не было в нём строгости или намека на то, что он обидится на её отказ. Может, он и ждал отказа – не верил, что она согласится на что-то столь личное со зверем.

– Я буду с тобой честен, – не дал он ей вставить слово. Пока. – У меня есть к тебе симпатия. Большая симпатия. Это не любовь с первого взгляда или что-то еще. Ты мне подходишь как пара. И несмотря на то, что ты человек – я желаю попробовать. Твой отказ не вызовет во мне обиду или гнев. Я просто приму это, и мы продолжим общение на рабочем уровне.

Закончив, он кивнул, теперь уже позволяя сказать Лине.

Ее догадка была верна, а потому улыбка стала только шире. Диего ей тоже был симпатичен и даже очень. Лина уже терзалась сомнениями из-за этих чувств и того, кем являлся Диего. Он же оборотень, а она охотница. Какое будущее их могло ждать? Но, судя по его словам, он тоже думал об их различиях.

Да вот только Лина больше не охотница. Навыки ее никуда не делись, но в ордене ей больше не место. Он оборотень, но он и все остальные заставили ее полюбить их, в чем она давно себе призналась.

– Ты мне тоже очень нравишься, – смущённо призналась Лина, сцепляя свои пальцы в замок и уже начиная волноваться. Всё-таки признание чувств – это одно, а отношения – тут совсем другое дело. Не то что бы она с парнями никогда не встречалась, но с такими серьезными намерениями к ней подошли впервые. – Почему ты сразу настроился на отказ? Да, ты оборотень, и, честно признаюсь, мне тяжело было принять свои чувства к тебе. Меня учили убивать таких, как ты, а не водить дружбу. Но ты сам знаешь, насколько изменились мои взгляды с момента приезда в Серию. Я хочу попробовать отношения с тобой.

Лина подняла взволнованный взгляд на Диего, а пылающие жаром щеки выдавали ее смущение. Она боялась, что могла сболтнуть лишнего, но хотела быть также честна с ним. Он ей важен, и пусть они совсем разные и ей ещё нужно искоренять из себя ложные учения ордена и Люция, но если он будет рядом, ей будет легче справиться со всем.

– Что?!

Этот крик был неожиданным как для любопытной повитухи, которая прислушивалась к словам пары, так и для стражников. Даже сам Диего, не учуявший скрытый запах, не понял, кто к ним подошел. В дверях себя обнаружил Хабэк, а рядом с ним, прислонившись к стенам, мирно спали оба стражника. С ними было всё хорошо, к людям Хабэк редко применял опасные молитвы. Этих же просто усыпил.

В шоке смотря на Лину с того конца лазарета, он крепче сжал древко своего оружия и метнулся вперёд, показывая свою истинную прыть; не так уж его и заботили возрастные болезни. А может, он не обращал на это внимания от возмущения.

– Господин! – попытались перегородить ему дорогу врачеватели, но один взмах палкой, заставивший содрогнуться пол и стены, остановили испугавшихся. И лишь на месте они могли позволить просить Хабэка покинуть лазарет: – Кто вы? Немедленно уходите, здесь людям нужен покой!

Но тот не слышал. Он шел к Лине, а оборотень, который тут же вскочил и перегородил дорогу, был откинут святым словом. Каким бы не был Диего, вся нечисть и дети темных и серых богов ничего не могли сделать против слов светлых богинь.

– Мерзавка! – завопил Хабэк. – Предательница и изменница! – Он поднял оружие и крутанул пару раз над головой, готовый опустить его, чтобы праведная сила покарала её.

В какое-то мгновение Лина даже готова была принять этот удар по привычке. Она ведь заслужила, а наставники всегда приводили наказание в исполнение. Но то, что Хабэк напал на Диего, отрезвило ее.

– Spera Sanctus! – выкрикнула она и воткнула меч перед собой в пол, воздвигая мощнейшую сферу защиты, в которую попадал и Диего. – Ты больше не тронешь ни меня, ни его.

Но Хабэк знал слабое место этого заклинания, и вместо того чтобы бросить свое в щит, ударил им по полу, из-за чего тот пошел трещиной точно в том месте, где был меч. Он выпал, а сфера лопнула, и в тот же миг Лину настигло наказание, и ее отшвырнуло следом за Диего. Ей только удалось слегка ослабить его действие.

– Черт, – прорычала она, больше злясь на себя, что до сих пор не может противостоять Хабэку. Старый охотник знал все ее приемы, потому что сам научил им. Надо было придумывать что-то новое, чтобы его одолеть. Притянув меч к себе, она поднялась и направила его против учителя. – Оставьте нас в покое и возвращайтесь в Люций. Я больше не принадлежу ордену. – А для пущей убедительности она сорвала брошь со знаком Суны с рубашки и швырнула ее в сторону.

– Богохульница! – Больше, чем то, что услышал Хабэк, его не поразит. Потому то, что он видел – мутное свечение и движение, после которого на пол упал знак-оберег, только разозлило его.

Как смел человек так отнестись к знаку таинственной?! Как смела она отвернуться от семьи, дома, от самой богини?! И всё это из-за оборотня! Взгляд переметнулся на Диего – тот в человеческом облике не двигался, хотя судя по оскалу и тому, как он дрожал, он пытался противиться какому-то заклинанию, но не мог. Он просто не имел на это сил. Ни физических, ни духовных. Слову богини никто не мог противостоять. Каким бы ты сильным не был и кем бы ты не был, если не одна из сестер богини.

– Как я могу уйти, видя такой бардак в Серии? – закричал Хабэк на Лину. Вновь лекари попытались подойти, но на этот раз старик действовал жестче. Их не отшвырнуло, как врагов, но настойчиво отодвинуло к стене, где больные, способные стоять, и лекари будто пригвоздились. – Ты знаешь законы ордена, Лина! Единственное, чем ты сможешь искупить вину перед орденом и богиней, – это с гордостью принять своё наказание! Немедленно подойти сюда!

Она не двигалась. В её глазах светило пламя, которое орден гасил в своих учениках, делая из них оружие Суны. Хабэк знал, огонь Лины давно был погашен! Просто кое-кто другой его разжёг вновь.

– Santum spiritum! – направил он острие в сторону Диего, и тот сжался, как будто ему причинили такую боль, что даже взвизгнуть не мог. Он неконтролируемо обращался то в облик зверя, то в человека. Не было заклинания, которое бы быстро убивало вампиров или оборотней, но Хабэку достаточно было его измучить так, чтобы он просто не сопротивлялся, когда острие будет вонзаться в его горло.

– Королева Айка!

– Королева!

– Ваше величество!

Крики слуг заставили Хабэка развернуться. Он увидел светлую ауру, которая быстро окрашивалась в красный цвет. Не злость, а ярость переполняла душу Айки. Подле неё стояла еще одна аура, более спокойная, но не менее яркая. Жрецы. И, как уже было сказано лекарями, перед ним предстала сама королева.

– Я рад, что вы наконец-то посетили свое королевство, королева, – спокойно, но с тоном учителя, божественного наставника заговорил Хабэк, наблюдая, как багровая аура приближалася. – Что за чудовищные вещи я тут увидел? Вы, жрица королевства, потомок верховной жрицы, смеете позволять жить в своем доме нечисти?! Как смеете вы считать себя выше законов Суны? Это ничтожное низшее создание должно быть…

Но Хабэк никак не ожидал того, что будет, когда Айка подойдет к нему так близко.

– Сила слона и тигра, именем Деми призываю вас! – сказала она так быстро, будто произнесен был лишь неотрывный короткий звук, и после этого на лицо Хабэка пал удар словно мужской руки борца из таверны. Столь тяжелый и сильный, что лишь благодаря палке он смог устоять на ногах. Но Айка не закончила. Хотел было Хабэк выпрямиться, как новый удар, но уже с другой стороны пал на его лицо, теперь уже роняя вовсе. Посланники богов бьются словом, а не кулаками, потому такого он просто не мог предсказать.