Текст книги "Империя Демона (СИ)"

Автор книги: Skazka569

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 34 страниц)

– Это нереально туда залезть! – вздохнула она, касаясь пальчиками своих губ и носа, защищая их от действия яда в воздухе и смрада. – Я не успела разглядеть, как там глубоко

– Ну, тогда давай развернемся и поедем в замок, пока не поздно, – предложил Роб, хотя сомневался, что она согласится. Всё-таки это была идея Айки, так что отступать не было смысла.

Ужасный запах донёсся и до Роберта, который стоял у стены. Но все же делать им было нечего, надо спускаться, раз уж они пришли и даже смогли открыть дверь. Конечно, все это было странно, но разве у них был выбор? Вампиров ни за что не победить обычными методами.

– Я пойду первым, – решил Роб и распахнул люк на всю. В нос ударил ещё более едкий смрад, и Роберт с Айкой даже зажмурились. Ему казалось, что сейчас точно стошнит, и в жертву Грот пойдет не успевший перевариться завтрак, но как-то удалось сдержаться.

В темноте Роб увидел старую лестницу, ведущую вниз, и осторожно сделал шаг. Вроде держала. Он ступил чуть увереннее, но дальше его ждал подвох. Когда его голова оказалась на уровне люка, гнилая ступенька под ним треснула, и Роб полетел вниз, не успев схватиться руками за лестницу. Все последующие ступеньки либо давно сгнили, либо он сшиб их своим телом – так и не понял, но после падения раздался его стон, а все тело отчего-то болело. Он, как и Айка, был непривыкшим к таким приключениям.

Желание ядовито ответить на первое замечание сразу пропало, стоило ей, будто в замедленной съемке, видеть, как белоснежная голова Роберта скрывается в люке и тонет во тьме, как ранее её маленький шарик света.

– Роберт! – вскрикнула испуганно Айка, и лишь наполовину ей стало легче – он застонал. Живой. – Роберт, не двигайся, я сейчас!

Испуганно королева стала смотреть по сторонам, что могло бы помочь слезть вниз. Была молитва на "легкие ноги", но она помогала не сломать конечности лишь при не особо высоких прыжках. Здесь она не была уверена, что поможет. Вспомнив о сумке, она залезла внутрь, но не нашла ничего, что могло бы помочь спуститься. И Айка не нашла ничего лучше, чем снять с неё длинный ремешок, распустить его и привязать один конец к кольцу люка и, поддев его так, чтобы при прыжке он не закрылся, Айка пустила свет внутрь люка. Слишком высоко, но белые волосы бывшего возлюбленного она увидела и определила, как ей лучше спрыгнуть.

Ремешки были из шкуры казида, они её вес выдержат с легкостью, и только когда Айка повисла на ремне, прочитала молитву на "легкие ноги" и спрыгнула практически рядом с головой Роберта.

– Роб!

Удар все-таки она ступнями почувствовала, но, главное, ничего не сломала. Да и думалось ли об этом сейчас? Она опустилась на колени перед парнем и, запустив руку под его голову, осторожно приподняла.

– Ты как? Шевелиться можешь?

– Я умер и попал в рай? – не открывая глаз, спросил Роб. После небольшой ссоры он и не думал, что снова услышит ее беспокойный голос. Он выдавил кривую улыбку, потому что беспокоилась она о нем. Но шутки шутками, а в таком месте расслабляться нельзя. – Кажется, повредил ногу.

Как бы ему ни хотелось подольше полежать у нее на руках, Роб приподнялся на локтях и в тусклом свете одного маленького огонька посмотрел на ногу. Крови не было, значит, даже если сломал, по крайней мере, перелом был не открытым. Кряхтя, он сел, осторожно дотронулся до места, где болело, и чуть не взвыл от боли. Пришлось прикусить палец, чтобы не потерять лицо перед Айкой.

– Подлечу немного, а ты помоги снять боль, чтобы я мог идти, – попросил он дрожащим голосом. Его ладони засветились, но словно само место было против такого рода силы. И сколь бы велика ни была вера в Индру, частички дарованной ею силы еле-еле слетали с рук ее жреца.

– Ну ты!.. – сквозь зубы прорычала королева и замахнулась, чтобы хорошенько вдарить за такие неуместные шутки, но рука опустилась, стоило ей увидеть скривившиеся от боли лицо.

Айка отодвинулась и погладила его ногу, следя за реакцией и выискивая болезненное место. Проблем не составило – он и сам держал руки и пытался излечить ушиб, если там не было чего хуже.

– Я не сниму твою боль, чтобы ты шел вперёд, будет хуже, – строго сказала она, доставая из волос заколку, которая на самом деле являлась скрытым ножом. Распоров штанину, чтобы добраться до места, Айка нагнулась и, положив руки поверх ладоней Роберта, опустила их на ногу. – Давай вместе.

Видела, у него не получалось лечить себя, по крайне мере, тут. Но еще надеясь в своё предположение об их колоссальной силе, когда едины голосом, Айка не сдавалась и запела излечивающую молитву. Не тихие нашептывания, а будто она была в самом храме, самом большом на свете, и её голос должен был быть услышан на самых дальних рядах. Громко, честно, бросая вызов богине, которая властвовала под этой мельницей. Она королева! Она лучшая жрица Серии! И в ней было столько любви к своему народу, к каждому своему подданному, которую сейчас она выплескивала через слова, разбивая мрачную энергетику и ауру подземного храма. Её песнь должна была дойти до поврежденных тканей Роберта.

Руки Роберта засветились с такой силой, с которой ещё самому не получалось никогда. Он поддержал Айку пением, но в какой-то момент сбился, потому что исцеление не всегда проходило безболезненно. В ноге что-то хрустнуло, вставая на место, и Роб зажмурился от боли. Свет слегка погас, но так как Айка не останавливалась, очень скоро ушла и эта боль.

– Спасибо, – шепнул Роб и вытер рукавом испарину на лбу. Айка почти убрала руки, но он успел поймать одну, крепко сжимая ладонь в благодарность. Хотел отругать ее, что в таком месте лучше не нарушать тишину и не волновать темные силы светом, но язык не повернулся. Кто знает, если бы не она, в конце концов, могло все обернуться ещё хуже из-за сломанной ноги, когда им придется сбегать отсюда.

Каким бы сильным он ни старался быть для нее, Айка всегда оказывалась впереди. Как и сейчас, вместо того чтобы помочь ей, он лишь доставлял неприятности. Она также первой поднялась на ноги, помогая и ему следом. Роб попробовал встать на больную ногу – все было в порядке.

– Спасибо, – ещё раз поблагодарил он и огляделся, вызывая свой шарик света. – Ну, пойдем искать какую-нибудь библиотеку. Будь осторожна.

– Хах, и это говоришь мне ты? – довольно жестоко пошутила, но дабы эти слова не вонзились Роберту в сердце больнее, чем сломанная нога, она подпрыгнула вперёд, легонько щелкнув пальцами по его затылку. – Так уж и быть, запиши свои штаны на королевский счет.

На самом деле она пыталась скрыть свое беспокойств. И мысли не было о том, что Роберт обуза в этом путешествии. Он опора и тот, кто стоит её щитом, которым она, конечно, пользоваться не собиралась. Будь она здесь одна, во многом пришлось бы пересиливать себя, что Айка не очень любила делать, а так хоть для кого-то, но она могла побыть слабой. Даже для Генри она не могла быть женщиной на все сто процентов. Скрывала сердце, скрывала боль, которую, честно, Генри итак видел, но не видел истинную рану на нём.

Роберт знал. Потому что их рана едина на оба сердца.

– Может, стоит вызвать пшеничного хранителя? – предложила она, останавливаясь, чтобы Роберт её нагнал. – Пустим его вперёд, на случай, если есть ловушки.

– Не знаю, – честно признался Роб. Он тоже думал об этом ещё до спуска, но после применения исцеления, которое было гораздо слабее, чем обычно, не был уверен, что с хранителем получится лучше. А ещё ему было страшно. – Может, лучше лишний раз не тревожить это место? Просто обойдем его и вернёмся, независимо от результатов.

Хоть Роб и был первым, кто спрыгнул сюда, ему очень не нравилось здесь. Храбриться он мог сколько угодно, но желание убраться отсюда как можно скорее было сильнее, чем покрасоваться перед женщиной.

– Осторожно! – вдруг вскрикнул Роберт и схватил Айку за талию, предостерегая от следующего шага. На плите, куда чуть не наступила ее ножка, было изображение Грот. Он не знал наверняка, но лучше перестраховаться и не ходить по лику богини. – Подозрительная плита, – объяснил он и отпустил Айку. – Мне бы не понравилось, чтобы на мой портрет наступили.

– Вот именно по этой причине я и предлагаю вызвать… Стой!

Айка посмотрела вперёд и направила туда лучи света. Как и предполагала, впереди подвальное помещение мельницы превращалось в обычную, но очень узкую пещеру, на полу которой были плиты, и не каждая представляла из себя изображение богини смерти. Но…

– "Коль захочешь проведать свои истоки и дать подношения смертельной, но прекрасной, помни, что смерть спасёт тебе жизнь", – повторила Айка слова Эйши и посмотрела на Роберта. В её взгляде ясно читалось, что она собиралась сделать. Отодвинувшись от Скайфорда, дабы тот не останавливал её, Айка посмотрела на плиту. Если не это ответ загадку, тогда что?

Королева наступила на плиту. Она под ней скрипнула, после чего резко опустилась на три сантиметра вниз, из-за чего сама она чуть не потеряла равновесие и чудом удержалась. Но ничего не произошло. И пять секунд тишины, и двадцать, пока они с Робертом настороженно переглядывались – ничего не происходило.

– Возможно, Эйша говорила об этом.

– Похоже на то, – задумчиво протянул Роб и пустил свой огонек в нескольких сантиметрах от пола, чтобы посмотреть, как часто встречаются эти плиты. – Что ж, попробуем.

Решившись, он тоже встал на такую плиту, но и с ним ничего не произошло. Раз они точно выяснили, что лик богини – это и есть безопасный путь, то он двинулся вперёд, осторожна ступая по плитам. Айка шла рядом по такой же тропе.

Когда Роберт оказался на середине пути, спереди снова повеяло смрадом смерти. Роб почувствовал слабое дуновение ветра на лице и волосах, а это означало, что впереди либо выход, либо к ним кто-то приближался. Махнув рукой, чтобы Айка тоже остановилась, он тихо прошептал молитву и показал руны Айке, чтобы она повторила за ним и подняла щит.

Как же вовремя они это сделали. За ветром последовал гул, и из темного прохода на них выскочил не менее темный дух. Голодальщик с огромной пастью бросился на Роба, но ударился о его защиту и с визгом, не хуже того, который издавали вампиры в своей истинной форме, унесся в люк, оставшийся позади них. Да вот только Роб рефлекторно отступил назад, когда на него напали, и позади него под весом ноги опустилась чистая плита. Несколько секунд ничего не происходило, Роб уже решил, что зря они переживали об этих плитах, как вдруг они одна за другой стали с щелчками опускаться, когда на них никто не стоял.

– Беги! – Роб не хотел дожидаться, когда последняя опустится. Он побежал ко входу, хватая Айку за руку, и уже не разбирал, какие плиты под ногами.

Роберт вёл её, а Айка на всякий случай помимо своего щита наложила еще один на Роберта, так как он бежал первый, и весь удар мог принять на себя. Как бы Айка не старалась его нагнать, вечно наступала на чистые плиты. Они под ней проваливались, и она спотыкалась, утягивая Роберта за собой. Если бы он не держал её руку, так бы осталась валяться уже на четвертой плите.

Коридор был не таким длинным, но казалось, что бежали они вечность. Держа два щита, Айка не удержалась и оглянулась назад. Боги, лучше бы она этого не делала. Из стен друг в друга метались колья, разбивая старые каменные стены в пыль. И они приближались быстрее, чем Роберт и Айка убегали. Только успев выкрикнуть молитву о быстрых ногах, королева опередила Роберта и сама стала тащить его.

Он тоже не отставал, почувствовав тряску позади, прибавил шагу молитвой. Когда они наконец проскочили коридор, за ними упали последние копья, отрезая путь назад, Роб выдохнул и привалился к стене, утыкаясь лбом в плечо Айки. Он продолжал тяжело дышать и не сразу понял, что прижимал ее к себе.

– Голодальщики здесь всё-таки есть, – сказал он, приводя дыхание в порядок, и отпустил Айку. Акцентировать внимание на их объятии он не стал, но как же не хотел ее отпускать. Однако они должны были идти дальше. – Мы внутри, теперь надо быть настороже ещё больше. Щиты держим постоянно. Давай отыщем, зачем пришли, и свалим отсюда побыстрее.

Айка рассеянно кивнула, но на самом деле Роберт от неё недалеко отошел – она, переводя дыхания, держалась за одежду Роберта какое-то время и не сразу разжала кулачки, пусть к себе и не притягивала. Но его словам повиновалась. Отпуская, она тяжело выдохнула и огляделась. Её светящийся шарик уже не освещал путь, так как королева потеряла над ним контроль, но призвать новый не составило труда.

– Насчет голодальщиков… – Айка достала из сумки два крохотных колпачка с прозрачной жидкостью, хотя во мраке особо этой мелочи не увидеть. Один она протянула Роберту, а второй, откупорив, слизнула каплю, что была внутри. – Выпей, – приказала она. – Это сильно замедлит сердце, но с нами всё будет в порядке. От них не спасет, но так мы привлечем внимания куда меньших охотников за жизнями.

Эффект сразу о себе дал знать. По телу пробежал холодок, а на разум накатил сильный сон, но противиться ему было не сложно. Эффект был схож, как если бы пара сейчас замерзала на морозе. Опасно, но на то у них есть щиты, а биение жизни в их телах не будет так привлекательно для детей Грот.

Роб выпил свою каплю снадобья и тоже почувствовал слабость. Ему ещё больше захотелось покинуть это место, но у них была цель, ради которой все это затевалось, поэтому они не могли отступить.

Коридоры петляли, местами им встречались развилки, но благо ловушек больше не было, а на перекрестках они ориентировались по запаху. Там, откуда веяло смертью сильнее, туда и сворачивали. В конце концов, они вышли в широкую комнату, колонны подпирали высокие своды, а по влажным подтекам Робу показалось, что они попали в подводную пещеру. По крайней мере, он надеялся, что они не под океаном, а просто грунтовые воды выше подмывали потолки храма.

– Разделимся, – предложил Роб и указал на стены с двух сторон, где между статуями с изображениями Грот возвышались шкафы со всякой всячиной. – Там могут оказаться книги.

– Я против, – настоятельно ответила королева. – Иначе в твоем походе со мной нет смысла. Разве ты не должен меня оберегать? – она сверкнула взглядом на Роберта и пошла налево, уверенная, что он пойдет следом.

Не трусость (хотя было волнение), а переживание сейчас двигали королевой. Они под очень обманчивым снадобьем в неизвестном месте, которое любит питаться жизнью. Разделяться здесь им никак нельзя было. На этот раз сломать ногу могла она или, чего еще хуже, попасть в ловушку Роберт.

– У нас есть время, – постаралась успокоить Роберта Айка. – За то время, что мы здесь, Генрих, если бы у него все получилось, не сможет примчаться в Серию и спасти нас от вампиров. Я верю своим людям, они защитят замок и жителей от опасности, пока меня не будет.

Она оглянулась, чтобы все-таки проверить, идет ли за ней Роберт. Знала, что её слову противиться не станет, но мог заупрямиться и поставить её решение под сомнение. Но Айка не могла позволить им разделиться. Только не в этом месте.

– Мне просто не нравится здесь, – вздохнул Роб и пошел за ней. – Ты же знаешь, мои силы дарованы Индрой, а она полная противоположность Грот. В этом месте, кажется, я теряю связь с ней.

Роберт взглянул на свои руки, вспоминая, как слабо они светились, когда он пытался лечить. Он не был жрецом в полной мере, не принимал обеты, но вера его была велика, а исцеление – сильной стороной. Однако, руки подвели его. Может, все дело в том, что он боялся сейчас больше, чем верил?

Опустив руки, он взглянул на стеллажи, которые украшали стены. К его неудовольствию, книг там не наблюдалось. Зато были какие-то фигуры из глины и фарфора, даже изображенные из соломы человечки, кинжалы, чаши, свечи – все, что могло потребоваться для страшных ритуалов. Роберт шел медленно, разглядывая полки, будто надеялся найти в каком-то из предметов подсказку. Краем глаза он видел, как Айка ушла чуть вперед, но вдруг его взгляд привлекла фигура, которой не должно здесь быть. Красная лилия – знак Суны, но что он делал в храме Грот? Роб вспомнил, что видел точно такую же у Лины – охотница всегда носила эту брошь. Ведомый неким желанием, Роберт взял ее с полки и отметил, что на ней нет пыли, хотя должна быть – здесь же не было никого уже сотню лет, чтобы наводить порядок!

– Странно, – пробормотал он. Какое-то нехорошее предчувствие поселилось внутри, будто предупреждение, что быть беде. Перед глазами у Роба слегка поплыло все, но он решил, что это из-за зелья, которое он принял ранее. Положив брошь обратно, он заметил на полке еще предметы, которые точно здесь не могли оказаться никаким образом: деревянный рыцарь, с которым он играл в детстве – он сам рисовал солнце на его щите; потрепанный молитвенник Индры, который он изучил от корки до корки. Он моргнул, стараясь прогнать это наваждение, но к помутнению зрения прибавились головная боль и шум в ушах. – Что со мной? – Роб схватился за голову, а другой рукой заводил по воздуху в попытках отыскать Айку, но ее нигде не было. Становилось только хуже, и в конце концов он упал на пол, чуть ли не теряя сознание.

Айка услышала шум от удара, резко развернулась, но вместо Роберта, вместо дороги она увидела лишь тьму. Тьма была всюду – над ней, под ней; она её окружила, а сама Айка, чувствуя опору под ногами, но была словно в воздухе.

– Роберт? – голос дрогнул – слова утонули во тьме. Не слышала их ни она, ни сам спутник. Сделать шаг было боязно. Казалось, что она стоит на невидимой плите, одной единственной во всем этом безумном месте. – Черт!

Произнося молитву, одну за одной, разные, принося свет… Ничего не выходило. Слов не было, не было голоса, не были они услышаны и богами. Ловушка. Ловушка, из которой нет выхода.

Когда Айка уже решилась попытаться сделать шаг, слева что-то упало, вниз в пропасть, что окружала её. Она обернулась, но теперь падение произошло с другой стороны. Вновь обернулась – с третьей. Она не успевала понять, что именно падает. Но дождь из странных предметов усиливался, и тогда Айка поняла – каменным дождем вниз падали черепа. Сотни, тысячи, точно муссон, им не было края. Но на саму королеву они не падали, и тогда она поняла:

– Прекрасная, но страшная богиня! – вскинула она немыми словами. – Богиня смерти и потустороннего мира Грот!

В ответ тишина, и лишь где-то вдалеке послышался кар ворона. Сначала одна птица, потом больше и больше… И этот невыносимый шум из криков ворон и ударов черепов друг о друга сводил с ума.

– Богиня, я, королева Серии, дочь Саймана и Каролины, Айка Мольтер, ныне Бартоломью, взываю к тебе! – стараясь перекричать шум и при этом не слыша собственного голоса, королева только чувствовала, как неслышные слова раздирали её горло, но она не замолчала. – Прошу простить недостойную, жрицу не твоего храма, что осмелилась потревожить тебя, но я пришла за помощью! Ты, владычица смерти, помоги мне и моему королевству погубить непогубийных! Вампиры, дети твоей сестры, беспощадной Тали, и лишь ты способна забрать их жизни с той же легкостью, что отбираешь жизни у простых людей. Молю, помоги мне!

– Крато, – крики воронов вдруг стали походить на какие-то слова, но понять, разобрать их было трудно. Айка огляделась, старалась понять, откуда именно они доносились… Но они были везде. – Краты Кархокарчишь?!

– Крахокарчишь?

– Хокарчикаришь?

Собирая по буквам знакомое слово, Айка выдохнула – богиня ответила ей!

– Подари мне молитву от неубиваемых слуг! Подари то, что не отпугнет, а уведет в твой мир, где сможет поклоняться только тебе, как и должен убитый!

– Дарить?! – женский громкий властный голос, заставляющий своим холодом стыть в жилах кровь, вмиг прекратил все другие шумы. Дождь из черепов прекратился, и только иногда где-то в отдалении всё-таки стук можно было услышать. Вороны замолчали, лишь были слышны хлопанья их крыльев, но свою богиню перебивать они не смели. Грот была здесь! – Как смеешь ты, смертная, требовать что-то в себе в подарок?!

– Ты справедливая богиня! Дети Индры живут столько, сколько им отведено – ни больше и ни меньше! Ты честная богиня! Ты забираешь поровну как у богатых, так и у бедных! Ты милостивая богиня! Ты не позволяешь страдать на земле вечно тем, в чьих сердцах нет жизни! Моё желание слишком велико, и я милостиво прошу твоего прощения! – Айка резко упала на ту невидимую плиту, что была под ней, и склонила голову, ударяясь лбом о неё. – Но тогда, обменяй! Я королева, я многое могу предложить взамен!

– Многое? – Айка, подглядывая за происходящей тьмой исподлобья, не поднимая головы, видела, как нечто стало появляться перед ней, а после сама королева была на уровне женского тела, когда сама она была размером пупок. Грот появилась перед ней. – Ты действительно считаешь, что мне нужны мирские радости? Ты, смертная, что можешь дать мне, чего нет у меня?!

Айка зажмурилась. Её слова все еще были не слышны её же ушами, но, черт возьми, она слышала стук собственно сердца, которое вот-вот выпрыгнет из груди от страха. А ей было чего бояться.

Одно слово богини… Нет, один её взгляд, и не будет в мире ни королевы, ни Роберта Скайфорда, ни их родни, а Серия падёт от гнета вампирского. Королева уже повела себя неправильно, не обдумав свое самое первое слово, по глупости считая, что имела права просить такое!

– Не гневайся на безрассудные слова жалкой смертной, прекрасная и страшная Грот! – и даже в таком состоянии Айка чувствовала вибрацию в горле от дрожащих слов. – Меня ведёт слепая любовь к своему народу! Молю, взываю к твоей справедливости! Не позволь детям Тали пополнять твой мир новыми жертвами! Не позволь вампирскому народу решать вместо тебя, кому и когда отправляться в твой мир!

Айка видела, как живот богини слегка повернулся в сторону, а потом в другую, будто та покачивала телом в раздумьях. Она слышала страшный тысячный хруст. Словно гигантская женщина сейчас ступала по тем черепам, что упали куда-то вниз. Она переминалась с ноги на ногу, будто получала удовольствия, как Айка вздрагивает и морщится с каждым таким звуком давящихся черепов.

– Как велика твоя любовь к народу? – с нотками игривости спросила богиня. Эти слова дали королеве надежду, и та слегка подняла голову, но выше талии всё равно ничего не видела.

– Настолько велика, что я готова отдать свою жизнь!

– Да? И кто же тогда отнесет мою молитву в твой дом?

– Со мной пришел жрец, который и споет песню для вампирской расы.

– Служитель Индры? – фыркнула королева. – Нет. Он не способен спеть эту песню. В мальчике слишком много света моей младшей сестры. Он не отнимет жизни, как бы хорошо не пел.

Айка опустила голову вниз, вновь ударяя лбом о плиту. Неужели все? Она откажет? Нет, Айка не верила. Не желая вообще идти на какие-то сделки, она бы не явилась и не разговаривала сейчас с ней. Но стойте… На что она намекала? Она не отказала в просьбе забрать жизнь, но ясно дала понять, что Роберту ничего не даст, что он не справится… Значит ли это?..

Айка не успела даже подумать, как слезы тут же навернулись на глаза. Дрожа всем телом, с ужасом во взгляде, боясь услышать те самые слова, она стала медленно поднимать голову.

Жизнь Роберта? В обмен на целое королевство?

И с еще большим ужасом Айка стала понимать, что она согласится. Не быстро, не с легкой душой… Но она готова будет понести эту жертву, оставить королевству Генриху и в наказание перед Робом уйти вслед за ним, однако…

– Всё чаще мои храмы становятся опустошенными… – наигранно тоскливо сказала богиня. – Всё меньше моих почитателей… Я что, такая страшная? Такая злая? – треск от раздавленных черепов вновь возобновился, но теперь еще хуже – Грот стала ходить из стороны в сторону, покачивая бедрами и размахивая руками в такт движениям. Она ждала ответа? Ждала, что Айка возразит её словам? Королева просто не успела этого сделать: – Я дам тебе нужные слова для того, чтобы изгнать темных существ в мой мир, – веселым голоском сказала богиня, резко останавливаясь и поворачиваясь к Айке. – В обмен, ты отдашь мне своего первенца. Отдашь служителям моего храма, где он верой и правдой должен будет мне служить до тех пор, пока я не заберу его в своё царство.

Айка остановилась взглядом на шее богини и выше поднять его уже не смогла.

Ребенка? Её… Её ребенка? Первенца во служение Грот? Это… Как странно и даже омерзительно от той мысли, что сейчас Айка была готова сказать "да" с легким сердцем. Это не жизнь Роберта, не жизнь Генри или того, кто её знает. Это всего лишь отдать нелюбимого ребенка – сына короля, от которого королева всей душей не желала зачать, во служение в храм Грот. Не смерть. Не рабство. Это всего лишь служение, то, к которому когда-то шел Роберт и больше половины ребят жреческого факультета.

Да, богиня была страшна, но поклонение ей не было под запретом. Первенец… не его жизнь. А всего лишь судьба, в обмен на целое королевство. Айка не думала о Генри и его чувствах. Его нет. Он знает, что в Серии – Айка верила, что любыми способами, но информация, пусть даже через торговцев, дошла до короля… А он бездействовал. Нет, обиды не было. Но и он должен был поплатиться за бездействие. Она родит ему еще ненавистных детей, но её народ будет жить!

– Я отдам своего первенца тебе, прекрасная, но страшная богиня, во служение! – Айка склонилась перед Грот, полностью подчиняясь её словам и воле. Она с готовностью приняла это решение и будет нести его до самого конца, пока уговор между ними не закончится.

Раздался такой звонкий хлопок в гигантские ладоши, что Айке на миг показалось, что она оглохла. Радостная богиня подошла к королеве, и что-то гигантское коснулось её головы – палец.

– Тогда слушай, – сказала богиня, – песню от тех, кого трудно убить…

И богиня Грот, прекрасная, но страшная, запела не менее прекрасным, но страшным голосом.

***

– Роберт! – женские пальцы обхватили плечи Скайфорда, и несильные руки затрясли его. – Приди в себя? Что с тобой?!

Её голос, как и два часа назад, полный беспокойства, был обращен к мужчине без сознания. Когда Айка поднялась с той плиты и огляделась, то была уже в том самом коридоре, а позади неё бессознательно лежал спутник, к которому она тут же подскочила.

– Нет, нет, – нашептывала она судорожно. – она не могла обмануть! Она не запрашивала твою жизнь! – уверенная, что Роберт её не слышит, Айка говорила эти слова вслух в перерывах, пока трясла его и взывала к нему.

Правду говорят, что перед смертью перед глазами проносится вся жизнь. Роберт и не думал, что с ним это случится так скоро, хотя, идя в этот храм, рассчитывал на нечто подобное. Начиная с детских игрушек и заканчивая последним разговором с Айкой, он видел всю свою жизнь, самые значимые события.

– Теперь я точно умер, – слабым голосом сказал Роб, приоткрывая глаза. Он поднял руку к лицу Айки и вытер большим пальцем слезу на ее щеке. Если она плакала о нем, то это не могло быть явью. Хотя боль в затылке, которым он ударился при падении, доказывала обратное.

Роберт в который раз за сегодня приподнялся на локтях и огляделся по сторонам. Они все еще были в этом отвратительном месте. Частично он слышал слова Айки, но не мог с уверенностью сказать, что ему не почудилось, поэтому спрашивать ничего не стал. Кто такая "она" и причем здесь его жизнь? Он лишь увидел, что она цела, и с благодарностью улыбнулся.

– Какое-то странное наваждение, что я даже отключился, – объяснил он. – Наверное, лучше здесь ничего не трогать. Извини за это. Давай продолжим обход.

Это была последняя капля, и Айка, не сдерживая сил, ударила Роберта по плечу, отчего тот снова упал на спину.

– Дурак! Хватит говорить о смерти! Хватит извиняться! – всхлипнула она, вытирая нос. Роберт снова приподнялся, и Айка кинулась на него, но теперь уже чтобы обнять. Она так испугалась! И из-за того, что ей посчастливилось встретиться с божеством, и от того, что она нашла Роберта в таком состоянии! – Прекрати так делать! Прекрати падать и ломать ноги! Прекрати говорить всякую чушь! Прекрати прибедняться и жалеть себя! Хватит!

Будто так соскучилась по собственному голосу, сейчас она не могла остановиться. Кричала, прижимала его сильнее к себе, плакала и зарывалась пальцами в его волосы. Она ведь правда могла его потерять… И если бы богиня была более жестока, она бы попросила именно эту цену.

– Всё кончено, – тихо прошептала она. – Богиня говорила со мной. Она дала мне знания, мы можем покинуть это место, – и только после этих слов она отстранилась от лица Роберта и заглянула в него, так и не выпустив из объятий. – Всё хорошо. Всё уже случилось…

Шокированный Роберт прижал Айку в ответ к себе. Приятно было слышать, как она кричала на него – это лучше, чем когда она строила из себя королеву. Честно, он прослушал половину ее речей. Просто вдыхал запах ее волос так близко. Но вот последние слова заставили его вновь стать серьезным.

– Она говорила с тобой? – испуганно переспросил Роб. Но как? Как долго он валялся без сознания? Все ли действительно хорошо? – Ты правда в порядке? Она ничего тебе не сделала? – закидал он ее вопросами, а в лице было больше беспокойства, чем у нее. Он еще больше отстранился, чтобы осмотреть ее целиком на предмет ран, но вроде выглядела хорошо, по-прежнему его богиня.

Новость, что они могут уйти, обрадовала его еще больше. Наконец-то они покинут это жуткое место. Осталось еще без проблем вернуться к выходу. Он очень надеялся, что копья, которые отрезали им путь, уже убрались обратно в стены. Искать другой выход у него не было ни сил, ни желания.

– Тогда пойдем отсюда. Не хочу ни минуты лишней здесь оставаться, – предложил он и поднялся, потянув Айку за собой.

– И перестань игнорировать мои слова! – еще раз шмыгнула Айка и вновь вытерла свой нос, но руку подала и поднялась. Он в порядке, слава богам. Потрёпанный, грязный, но в порядке.

Позволила себе вести, потому что нужно было переварить всё произошедшее. Унять бешеный стук сердца, который не останавливала даже выпитая ранее микстура. Сколько времени прошло – она и сама не знала. Кажется, во власти Грот была лишь десять минут. Но повсюду царилась такая тьма, будто они с Робертом провели тут целый день. И, когда немного успокоилась, Айка заговорила:

– Я, кажется, услышала, как ты упал. Обернулась, но была уже во власти Грот. Повсюду была тьма, с неба падали человеческие черепа. А потом появилась она. Я побоялась смотреть ей в лицо, видела лишь вскользь тело. Она была гигантской… И она… Она мне подарила молитву, с помощью которой мы одолеем вампиром.

Подарила? Пусть все будут знать, что именно подарила. Айка уверена – Роберт будет её осуждать. Может, вслух не скажет, но будет. Лучше сейчас расставить все точки, чтобы потом избежать вопросов. Только Айка будет знать, что Грот лишается храмов и жрецов.