Текст книги "Королева Крика II (СИ)"
Автор книги: SallyThatGurl64
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)
– Не пойдем, а ты полетишь, – прошептал Алексей в губы Кале, и подхватил ту на руки. Это было так ожидаемо, и в то же время – неожиданно. Воробьев рассмеялся, по пути целуя Калу в кончик носа. Слегка нетвердой походкой он понес девушку в свою спальню, где осторожно положил ту на кровать. – Так уже лучше.
Он ложится следом и на этот раз поспешно избавляет Чопру от белья. Он мог бы назвать вслух это тело совершенным, но вместо этого рисует это действием – целует и гладит Калу, действуя очень ласково и нежно.
Грубость – не его история. Это уж точно.
Как модель, Кала привыкла представать на людях в неглиже. Но сейчас, с Лешей, она вдруг ощущала нежное девичье смущение. Ни капли от той вульгарности, с которой выступала на сцене Далматинец. Чопра даже раскраснелась – хотя, конечно, если что, она спишет это на опьянение. Его поцелуи были какими-то даже сливочными на вкус с легким оттенком терпкости выпитого алкоголя. Кала не могла и не хотела оставаться раздетой одна – она выкручивается в объятиях Воробьева так, чтобы теперь ей было удобнее лишить его брюк.
Хорошо, что за ними не пошел Моцарт – внимательного взгляда собаки девушка просто не выдержала бы.
Тем временем, в сумочке, оставленной в гостиной на диване, дзинькнул телефон. Новое сообщение.
Джей:
«Привет, Кала.. Слушай, я был не прав. Мне нужно сказать тебе кое-что очень важное. Я очень тебя люблю и надеюсь, что ты простишь меня за вчерашний вечер».
========== Глава 4. День Святого Валентина. ==========
– Эй? Кто-нибудь?
Кто-нибудь… кто-нибудь…
Эхо ударялось о стены просторного каменного помещения, напоминавшего подвал какого-то заброшенного дома. По всем четырём углам были расставлены свечи, добавлявшие лишь больше жара. Здесь затхло пахло и было очень душно. Пыль так и норовила попасть в ноздри при каждом вдохе. Кала сидела на полу, а тело ломило так, словно ее несколько раз переехали катком. Мышцы наливались болью при каждом движении, но девушка все же смогла пересилить себя и подняться ра ноги.
– Эй?
Эй… эй… эй…
Слева и справа в стенах зияли проходы. Кажется, там начинались какие-то коридоры, но те были объяты тьмой. Света от свечей не хватало. Чопра едва могла разглядеть собственные руки, перепачканные в чем-то очень темном. Она поковыряла грязь на ладони ногтями, принюхалась. Это.. это кровь?
– Неверное дитя, – сзади раздался властный голос.
Низкий, с хрипотцой, но явно женский.
Кала резко обернулась, но никого позади себя не обнаружила.
– Гадкая девчонка, – послышалось уже с другой стороны.
Девушка была напугана и дезориентирована. Она отступила назад, прижалась спиной к пыльной стене, лишь сейчас заметив, что была одета в какие-то обернутые вокруг ее тела тряпки. В полумраке она не могла различить цвет, но лишь потом догадалась.. что это было сари. Как индуски вообще это носят? Ужасно неудобно. Но.. уместно? Чопре вдруг показалось, что все так, как и должно быть. Наступило странное успокоение. Она дома. Она в Индии. Словно в доказательство ее догадке вновь раздался голос. На этот раз – мягкий шепот на хинди. Кала не знала языка своих предков, но много раз слышала, как на нам говорят бабушка, дедушка и Джей.
– Кала.. Кала..
Нежный шепот звал ее по имени. Или звали не ее? Она знала, что на санскрите ее имя означает: «время, эпоха». В некоторых трактовках. В других же – «темная». Ее имя отсылало к богине Кали. Темная мать.
– Кала…
Сбоку проскочила тень. Чопра резко повернула голову, и в следующее мгновение прямо ей в лицо брызнула кровь. Мокрая, горячая. Кале захотелось закричать, но в итоге она лишь вдохнула очередную порцию песка. От резкого приступа удушья девушка распахнула глаза, увидев перед собой никого иного как Моцарта. Пёс вылизывал ее лицо, восседая у нее на груди.
Вот почему было тяжело дышать – собачонка-то весила, как оказалось, немало, не смотря на свои размеры. А мокрое и горячее – это собачий язык.
Тело ноет потому, что у тебя похмелье, дурочка.
– Эй, эй, не задуши меня, – хрипловато прошептала Кала Моцарту и аккуратно спихнула с себя пса.
На соседней подушке спал Лёша. Во сне он казался совершенно умиротворённым. И очень красивым. А вот Чопра вдруг испугалась – боже, что она вчера наделала? Стыд обрушился на девушку с головой. Она тут же забыла про свой странный сон, похожий на эпизод из пресловутого «Клуба Романтики», и часто-часто задышала.
Что ей делать? Разбудить его? Или улизнуть из квартиры, пока он спит?
Но решать что-то было поздно. Воробьев открыл глаза.
После кровавой резни Алексею чаще всего снились кошмары. Это и не удивительно – статистика говорит, что подобное случается далеко не редко. Но статистика умалчивает о том, насколько это отвратительно. Воробьеву снилась кровь – море крови. Ему снились крики жертв. Он ощущал прикосновение у своей коже холодных, липких рук и пальцев. Это было страшно. И это было губительно для его психики, которая и так рушилась подобно карточному домику. По крайней мере – так казалось Алексею.
Вот и сейчас он видел страшный сон. В нем не было крови и жестокой резни, зато была Катя, которая смотрела на него полувытекшими глазами. И несчастный Алексей никак не мог избавиться от этого взгляда. В итоге он сам резко открыл глаза, вздрогнув всем телом. Но вместо Кати увидел Калу, которая лежала рядом с ним в кровати. Кажется вчера кто-то перебрал со спиртным.
– Ээ… Доброе утро.
Алексей был смущен – это было видно. Но он не собирался делать вид, что между ними ничего не было – это было бы бесчестно по отношению к девушке. Тем более, что сам Воробьев хотел чтобы… Может быть, он забегает вперёд? Или же нет?
– Предлагаю выпить кофе.
Он тянется к девушке, обнимает ее, улыбается. Ему хочется ее поцеловать, но отчего-то молодой человек робеет. Не хочется, чтобы его в свою очередь оттолкнула она. Такое не редкость.
– Совместный душ не предлагаю – я начну петь, и ты сразу же убежишь.
Сначала Кала почти испуганно замерла – она не знала, что сейчас скажет и сделает мужчина. Он мог и попросту выкинуть ее из квартиры, следом швырнув и ее вещи.
Да уж, хорошее у тебя представление о людях, Кала.
Но когда он обнял ее, Чопра расслабилась. Перед ней был все тот же Лёша, что и вчера. Даже без алкоголя он оставался хорошим парнем. Девушка тихо рассмеялась на его шутку и потянулась за поцелуем, но замерла у самого его лица. Во рту присутствовал гадкий привкус горечи выпитого алкоголя.
– Если душ отменяется, то мне стоит хотя бы почистить зубы. Но щетку я с собой не ношу, так что, может, у тебя найдётся средство для полоскания рта?
– Да, конечно. В белых бутылочках в шкафчике.
У него было много разных средств в ванной. Он все-таки немного эгоистичен и самовлюблен – как любой красивый мужчина в наше время. Поэтому у него полно всяких средств для лица, волос, тела и, как выяснилось, зубов. Правда, может быть, у Моцарта все-таки больше.
Кала порывалась встать с кровати, но вновь притормозила. Смущенно подняла с пола свое белье и, отвернувшись, натянула его на себя. В ванную комнату она скользнула очень быстро, по пути захватив и платье и сумочку из гостиной.
Сам Алексей спешит на кухню. Включает кофеварку, насыпает в миску корм для собаки. Привычные движения, которые не несут в себе ничего, но почему-то даруют успокоение. После тягостного сна это особенно актуально.
Чопра смотрела на себя в зеркало, пребывая в полном ужасе. Макияж смазался из-за сна, так что она поспешила и умыться. Как она могла быть столь безрассудна? Или же ей все-таки хотелось того, что произошло? Иначе как объяснить то, что она вообще согласилась на выпивку? Подсознание не обманешь.
Холодная вода немного привела девушку в чувства, и теперь она, втерев лицо полотенцем, прошла на кухню, где Воробьев уже наливал кофе.
– Мне поменьше сахара, – попросила Кала в последний момент, успев до того, как мужчина положил слишком много.
Взгляд упал на часы на стене, и Чопра тут же ужаснулась. До репетиции оставалось слишком мало времени, а хотелось бы успеть заскочить домой. Хотя внутри все сопротивлялось – хотелось остаться подольше, не смотря на противоречивое желание удрать поскорее в то же самое время. А еще болела голова.
– Правда, сейчас придется только кофе и ограничиться. Я уже почти опаздываю на… работу.
Хорошо, что Кала умеет выпивать целую кружку буквально в три глотка. Или нет.
– Я могу вызвать тебе такси, – спохватился Алексей, беря телефон и открывая приложение. Он взглянул на Калу со смесью тревоги и нежности. – Мы же… Ну, мы же ещё встретимся с тобой? Если что я не наседаю, но…
Воробьев замолкает, вспоминает о кофе и делает глоток. Все, что случилось происходит слишком поспешно, и это плохо, однако ничего уже не поделаешь. Нужно было меньше пить. С другой стороны – учитывая все обстоятельства, скорее всего, до этого без алкоголя они и вовсе бы не дошли.
Было бы печально отказывать себе в подобном удовольствии.
– А ты хочешь? – с каким-то недоверием спросила Кала, но тут же спохватилась: – То есть, я имею в виду, да! Конечно – да.
Чопра волнуется – очевидно. Потому, чтобы скрыть это, припадает к кружке с кофе, быстро ее опустошая. Мнется пару мгновений на месте, а затем.. Она резко, пока не передумала, делает несколько шагов навстречу Воробьеву и впивается в его губы поцелуем. Быстрым, но достаточно пылким. Улыбается, отстранившись.
– Давай обменяемся номерами. Я люблю общаться в «телеге».
***
Кала впопыхах успела заехать к себе домой, наспех принять душ и переодеться. После этого девушка стремглав помчалась на последнюю репетицию перед генеральным прогоном. Все-таки мир был жесток: работа в День Святого Валентина, когда она только нашла себе приличного мужчину, и сам тот факт, что ей придется танцевать с до ужаса трещащей головой. Несколько таблеток пенталгина, смешанные с одной спазмалгона всегда помогали ей при мигрени, но не при похмелье. Превращая сей коктейль в еще более ядерное месиво, Чопра по пути купила энергетик и как раз ворвалась в зал, допивая банку.
– Да я тебе отвечаю, шестая часть будет таким же дерьмом, как и пятая, – поморщился Давид, один из танцоров балета, общаясь со своими друзьями. – Пятая была настолько ужасна, что прошлогодняя резня здесь была интереснее в разы.
– Точняк, Москва – новый Вудсборо, – поддакнул Тимофей.
– Да насрать, мне зашла пятая часть, – отмахнулся Фёдор. – Там милашка Дженна Ортега.
После прошлогодних событий очень многие из работников «Маски» уволились. Одни не чувствовали себя в безопасности на съемках, другие просто были в ужасе из-за произошедшего, как и любой нормальный человек, ставший свидетелем реальной поножовщины. Из одного только балета убили Катю и ранили Лизу. Мало кто выдержит подобное. И тогда пришли они – молодняк. Юные, полные энергии танцоры. Не все их них были опытны, но то не значило, что они были плохи. Напротив – «Маска» очень нуждалась в свежей крови. В переносном смысле, конечно же.
Тимофей, Федор и Давид были примерными ровесниками Калы, и всех троих крайне будоражила возможность попасть в балет того шоу, которое прославилось на весь мир среди любителей трукрайма. Они и сами были любителями подобных историй. Юные и глупые. Такие всегда восхищаются всякой жутью, пока не столкнутся с ней лично.
– В шестом фильме они возвращают Кирби из четвертого, – продолжал настаивать Федор. – Она секси.
– Да, но в пятой они уже зарекомендовали себя с херовой стороны, убив Дьюи, – все не соглашался Давид. – Кого они убьют теперь? Гейл? Да и ход с дочерью Билли Лумиса ахереть какой тупой.
– Ага, не стоит продолжать франшизу без Уэса Крэйвена. Без него и «Крик» мёртв, – кивнул Тимофей.
– Да харе ему подпёздывать, – возмутился Федор. – А «Крик» очень даже жив. Иначе бы он и не вдохновил ту ассистентку Зайца и другого мужика крошить народ на съемках «Маски».
– Кстати, а эта Лера же до сих пор в дурке лежит, – напомнил Тимофей.
Где-то сзади кто-то фыркнул. Все трое юных фанатиков фильмов ужасов синхронно повернули головы и увидели Машу, с недовольным лицом копающуюся в телефоне. Она старательно делала вид, что не подслушивала их разговор.
Маша Казанцева была одной из немногих танцовщиц в балете, что не покинули проект после резни. Она выступала в шоу еще со второго сезона. Об этом и вспомнил Тимофей, воскликнув:
– Эй, Маш, ты же знала эту Леру?
– Ну знала, и че? – лениво отвлеклась от гаджета девушка. – Я и в номерах Летучей Мыши, Козерога и Поганки танцевала вместе с Лизой. И даже Зайца за год до этого. Отлично помню всю их компашку.
Парни хитро переглянулись. Кажется, они задали этот вопрос весьма вовремя. Они докапывались до Маши и до этого, но та напрочь отказывалась рассказывать о тех событиях.
– Слушай, мы решили открыть что-то вроде своего киноклуба. Фильмы ужасов и все такое, – подвалил Давид. – И трукрайм, конечно же. Не хочешь стать специальной гостьей? Расскажешь все, что помнишь о жертвах.
– Одни выжили. Другие померли. На этом все, – закатила глаза Казанцева. – Да и потом – киноклуб? Серьезно? Мы что, в школе?
– Ты не представляешь, насколько много людей здесь интересуются прошлогодней резней, – парировал Федор. – Да мы бы в жизни в «Маску» не сунулись. Танцевали бы в клипах у звезд, если бы не возможность воочию увидеть те коридоры, в которых народ мочили.
– Да кому вы нужны? – глумливо рассмеялась Маша.
– А ты кому? – неприятно оскалился в ответ Тимофей. – Тут все знают, что в прошлом году ты соперничала с той самой Катей за внимание Монстрика. Только выбрал Воробушек не тебя, а ее.
– И слава Богу, – Маша чуть покраснела от злости, но постаралась скрыть это, небрежно махнув рукой. – Сдохла-то в итоге она, а не я.
Кала, которая все это время говорила с хореографом, Никитой Горбуновым, и параллельно делала растяжку, вдруг отвлеклась, услышав, о чем говорят танцоры. Эта Маша… чего? Лишь теперь до Чопры дошло, почему эта девушка так глядела на нее на репетициях после съемок первого выпуска. Далматинец флиртовала с Воробьевым.
И теперь не только флиртовала.
Вспомнив вчерашнюю ночь, Кала ощутила, как ее бросило в жар. Она не знала, чего теперь ей ждать от Леши, что делать самой. Они переспали по пьяни, и пусть он был достаточно ласков с утра, Калу это смущало. Вдруг мужчина был таков сегодня лишь потому, что… почему?
– Так, хватит всем халтурить! – прервал ребят хореограф. – Уже завтра у нас генеральный прогон. Не облажайтесь, новички.
– Что за киноклуб? – поинтересовалась Кала, подойдя к парням перед тем, как надеть маску и приступить к работе.
***
– Привет, – поднял взгляд Джей, тут же тепло улыбнувшись. – Я не ждал тебя так рано.
– Ах, не ждал? – в ответ Кала беззлобно ухмыляется. – Так я могу уйти.
– Очень жаль. Тогда мне придется искать себе другую девадаси, – парень процитировал недавние слова своей подруги с вечера их ссоры.
Чопра взяла за столика салфетку, скомкала ее и бросила прямо в друга, заставив его бархатисто рассмеяться. Но все же присела на стул напротив. В Москве было полно индийских ресторанов, но Бхат любил назначать ей встречи в «Джаганнате». Эта сеть кафе не имела общего с традиционной кухней их родины, предоставляя очень разнообразное веганское меню, но Джею нравилась здешняя атмосфера. На фоне негромко играла восточная музыка, в зале были расставлены растения и позолоченные статуэтки слонов и божеств из индуизма. Парень не ел мясо ни в каком виде из этических соображений, и Кале хватало такта с ним не спорить, хоть она и не была веганкой или вегетарианкой. В конце концов, у нее тоже были свои принципы на этот счет. Например, девушка никогда не носила натуральный мех.
– Ты чего такая растрепанная?
– Только что с репетиции для второго выпуска, – пояснила Чопра. – И голодная как волк. Возьмёшь мне как обычно?
– Картошка со спаржей и соевый гуляш? – улыбнулся Джей.
В «Джаганнате» реально вкусно готовили.
Уже через несколько минут друзья вновь сидели друг напротив друга и размеренно ужинали. Бхат периодически украдкой поглядывал на Калу и мягко улыбался. Он любил в ней ее отходчивость. Она никогда не умела долго злиться. Вот и сейчас без лишних слов согласилась на его приглашение.
– Сегодня самый странный День Святого Валентина в моей жизни, – призналась девушка после недолгого молчания.
– Потому что ты проводишь его вечер со мной? – усмехнулся Джэйдев. – Или потому что весь день плясала в собачьей голове?
– Ты осудишь.
– Нет, – посерьезнел парень. – Никогда. Только не тебя.
– Я.. ну… мое утро началось очень необычно, – мялась Кала, накалывая на вилку кусочек спаржи.
– Поясни.
Джей, действительно, осуждать не станет. Но все равно он заранее напрягся.
– Ты, должно быть, видел у меня в «Инстаграме», где я вчера была, – девушка испытующе глядела в глаза друга, понимая, что намёк он поймёт.
И он понял.
– С Воробьевым. Собачек фоткала, – поморщился Бхат.
Очевидно – это утро эти двое встретили вместе. Где-то за рёбрами у Джея сильно заныло. Он прекратил есть, медленно отодвинув от себя тарелку. Аппетит разом пропал. Взгляд его ярких зелёных глаз, контрастирующих со смуглой кожей, потускнел. Парень уставился в окно на плавно летающие снежинки. Как, как ей объяснить? Неужели она не понимает? Наиглупейшая ситуация. Такая до ужаса банальная. Словно из кино. Друг детства во «френдзоне». Отвратительный штамп.
– Джей?
– Знаешь что… Кала.
Он так и не посмотрел на нее, когда встал из-за стола и ровным тоном произнёс:
– С меня хватит.
У Чопры все внутри упало. Желудок словно приклеился к позвоночнику. Вилка выпала из ее рук, когда друг стремительно удалился из зала кафе.
Ты же.. Ты обещал никогда меня не осуждать.
========== Глава 5. Выпуск второй. ==========
«Привет, как дела?»
Алексей написал Кале первым. Он не считал, что это как-то унижает его статус мужчины. В конце концов, все самое главное между ними уже произошло. Остальное – частности. И то, когда он ей напишет – сейчас или потом, значения уже не имело.
Кала ответила почти сразу. Завязалась оживленная беседа, которая продолжалась все эти дни. Нельзя сказать, что Воробьев не выпускал телефон из рук, но он общался с девушкой регулярно. Он посылал Кале забавные фотки Моцарта – с прогулок, во время игр или сна. А ещё дурацкие мемы и видео с музыкой, которая ему нравилась. Но большая часть их бесед, конечно же, была посвящена друг другу. Воробьев назначил девушке ещё одно свидание, и та ответила согласием.
С ней было очень легко. За последнее время Алексею ни с кем не было так легко, как с Калой. Может быть из этого получится что-то серьезное? Раз он думал об этом, то, значит, на что-то рассчитывал. Вполне могло быть, что у Алексея ничего бы не вышло – ему не везло с женщинами. Но он по крайней мере попытался бы. С такой, как Кала, грех не попытаться. Он назначил ей свидание на пятницу и ждал с нетерпением этого дня – чего с ним опять-таки очень давно не случалось.
Может быть судьба наконец-то улыбнулась ему?
Признаться – впихиваться в латекс тяжело. Все помнят вирусное видео с тем, как сразу несколько ассистентов натягивают латексный костюм на Ким Кардашьян? Вот и Калу ждало то же самое. Ей помогали три девушки – в том числе ее ассистентка Зоя. Яркая рыжеволосая девушка.
– Я уже запыхалась, – тихо рассмеялась она. – Представляю, как тебе приходится потеть на сцене.
– Я модель, – пожала плечами Чопра. – Дискомфорт – не то, что может меня смутить.
На сегодняшних съемках Далматинец выступала во второй группе – сразу за Пиковой Дамой. Нельзя сказать, что она была довольна таким исходом, ведь выпуск длится долго, и оказаться в середине во многом может значить и то, что ее номер забудется. Смешается с остальными. Кала стояла за сценой, недовольно притопывая ногой.
– Посторонись, – пропел чужой ассистент, вынуждая всех, кто был в закулисье, подвинуться и дать пространство для прохода Гусеницы.
Участник со своим костюмом, и правда, занимал много места. Чопра недовольно поджала пухлые губы под своей маской. Она привыкла к хаосу, творящемуся за кулисами, благодаря модным показам. Но ее все равно раздражало все это действие. Издержки профессии.
Наконец, очередную фаворитку Киркорова отпускают со сцены, и Пиковая Дама почти величественно проходит мимо Далматинца, вновь вынуждая ее подвинуться. Еще чуть-чуть, и Кала их всех загрызет.
– В первом выпуске Далматинец произвела на всех большое впечатление своей пластичностью и дерзостью, – объявил Слава. – И в частности – окучила нашего Монстрика, признавшего ее своей графиней. Встречаем – Далматинец!
Участница, как всегда – от бедра, выходит на сцену, заигрывающе проводя указательным пальцем по плечу Макарова. Ведущий не теряется и широко улыбается.
– Кажется, наша Далматинка решила соблазнить еще и Славу, – глупо захихикала Регина.
– Вы не правы, – возразила Кала. – Вячеслав в этом сезоне стал пощекастее, вы не заметили? Не мой типаж.
Жюри рассмеялись, почти заулюлюкали, а сам Макаров растерянно коснулся собственной щеки.
– А кто ваш типаж? – склонил голову Киркоров, с интересом глядя на артистку на сцене.
– Принц, для которого я могу стать принцессой.
Этими словами Далматинец намекала сразу и на корону, подаренную ранее Воробьеву, и на собственный выбор песни для сегодняшней программы.
– Простите, Филипп. Я привыкла целиться на будущее, и с принцем быть выгоднее, чем с королем. Ведь он тоже станет им потом.
Настроение Воробьева было не самое плохое, когда он пришел на студию. Его ждали утомительные съемки, но они проходили достаточно весело. Благодаря этому странному настроению он даже Далматинца воспринимал не так, как в первый раз. Когда участница начала флиртовать с ним, Алексей не смолчал.
– Но этот принц может быть уже нашел свою принцессу? – улыбаясь, поинтересовался он у Далматинца.
Страха уже не было. Скорее – озадаченность. Ему было интересно – чем именно он мог так заинтересовал участницу. Неужели только тем, что оказался для нее привлекательнее прочих? Или может быть дело в том, что он выжил?
У Калы прошли мурашки по загривку. Она разулыбалась – хорошо, что никто не мог увидеть того под маской.
– Вот как? Значит, нам с ней придется побороться за ваше внимание.
Давай, девочка, давай.
– Я смотрю, вы, Алексей, сегодня прям русский Роберт Паттинсон. Это я намекаю на его вечно примятую укладку, – шутит участница.
Новый взрыв смеха в зале и среди судей.
– Но вы все равно очаровательны.
– У меня просто слишком мало времени на красоту, – усмехается Алексей.
– Решил заняться чем-то на стороне? – поинтересовался Филипп, привычно для него округлив глаза.
– Или кем-то… – пропела Регина.
Послышались смешки, а сам Алексей улыбался лучезарнее всех.
Нет ничего более искреннего, чем улыбка на камеру, не так ли?
– Ну что ж, пока тут не началась кошачья… пардон, собачья драка за сердце нашего нового принца, предлагаю послушать подсказки от Далматинца! – объявил Макаров.
В подсказках было много пустой и абсолютно лишней болтовни, за которой скрывался один совершенно лёгкий намек – Кала запутанно дала понять, что вряд ли бы попала в лапы Круэллы, ведь та живет в Лондоне. Подкованные в политике и истории люди знали о недружественных отношениях между Англией и Индией.
Началось выступление – сегодня была выбрана «Русская Принцесса» от популярной среди молодёжи группы «Электрофорез». Такая же попытка запутать судей и зрителей, поскольку Чопра являлась чистокровной индуской. И вновь делался акцент на танец, поскольку ставка была сделана именно на зрелищность номера, а не на силу вокала. Вокруг мельтешил балет в темных костюмах с золотой вышивкой, напоминающих кафтан Алины из сериала «Тень и Кость». Во вселенной этого сериала и книг, на которых он основан, большое значение уделялось славянской мифологии – все в номере Далматинца было продумано до мелочей. Кала того и добивалась. Чтобы в каждом из выступлений люди могли найти разного рода отсылки и пасхалки.
Текст песни, конечно, был подкорректирован и теперь звучал от женского лица.
Ты готов удивиться
Обнаженным ключицам
И понять, что я – враг себе
В конце номера артистка присела в реверансе, а ей на голову надели утонченного вида корону.
Сложно быть рядом с русской принцессой —
Так много стресса, так много стресса
Тебе среди друзей моих тесно,
Но так интересно
Алексей смотрел на Далматинца и поймал себя на мысли, что где-то он видел того, кто прячется за образом. Как бы маски не старались себя скрыть, все равно иногда было не так трудно понять, кто скрывался за сложным конструкциями костюма. И если в первый раз Воробьев не нашел ничего знакомого, то во второй ему что-то почудилось. Это Алексею крайне не понравилось. Он слышал, что в шоу может принять участие его бывшая – Виктория Дайнеко, и эта новость Воробьева не порадовала. Кому приятно увидеть свою бывшую, отношения с которой завершились на самой неприятной ноте? То-то, что никому.
Выступление артистки было просто великолепно. Алексей оценил дизайн костюмов – молодой человек уловил отсылку к книге, которую совсем недавно прочитал. Танец был тоже поставлен блестяще. А вот голос исполнительницы показался Воробьеву несколько слабым, что поколебало его уверенность в том, что под маской – Дайнеко. Тем более, что у него была другая кандидатка на эту роль – Феникс, чей вокал был куда сильнее.
Он слушал очень внимательно, и когда выступление закончилось, молча сидел, вслушиваясь в то, что говорят коллеги. Нет, все же это не Виктория. Но если не Далматинец, то тогда кто? И выступает ли она в этом сезоне вообще?
– Какая чудесная песня! – воскликнул Киркоров. – Я – король, Лёша – принц, а Далматинец – принцесса!
– Вот и целое королевство образовалось, – рассмеялась Регина.
– Нет, серьезно, чья это песня? – Филипп продолжал переводить взгляд с одного судьи на другого.
– Это «Электрофорез», Фил, – пояснил Родригез.
– Чего? Кто?
– В этой маске скрывается кто-то молодой, – продолжал рассуждать Тимур. – «Электрофорез» – достаточно андеграундная синти-поп группа.
– Но это не певица, – вставила слово Валерия. – Тембр очень красивый, бархатистый, но это точно не профессиональная исполнительница.
– Может, танцовщица? – предположила Тодоренко. – Вы посмотрите, как она двигается.
Регина призадумалась на мгновение, а затем хитро прищурилась.
– Или модель. Высокий рост, осанка.
– Да у нее же высоченные каблуки! – возразил Филипп. – И грация, с которой она в такой обуви танцует, поражает. Пуделей называют королевской породой, но, кажется, наша Далматинец может составить ей конкуренцию.
– Новая фаворитка?
– Возможно, – пропел председатель жюри, прикусив дужку своих очков.
– Не думаю, что мы конкуренты, – самоуверенно вздернула нос Далматинец. – Нет у Пуделя, ну, знаете.. Такой женской энергетики. Я вот видела фанфик, в котором тоже был Пудель. Вот только то была лоли-девочка.
Кала, и правда, в свое время «чекнула» фикбук, чтобы лишь подтвердить свои догадки – «Маска» была очень популярна. Аж двадцать страниц работ от фанатов. То, что ей и нужно.
Родригеза крайне посмешил сей факт и лишь подтвердил уже его догадку о том, что под маской пятнистой участницы скрывается кто-то молодой и прошаренный. Жюри накидывали разные версии, но большинство имён Чопра слышала едва ли не впервые – модель абсолютно не интересовалась российской эстрадой, полностью поглощенная западом. Пока судьи говорили и говорили, Кала даже успела задуматься. Она смотрела на Воробьева и улыбалась, думая о назначенном в скором времени свидании. Интересно, он все-таки ее имел в виду, когда говорил о своей принцессе?
– Вы, Филипп, скоро можете объявить, что у вас гарем из фаворитов, – с усмешкой протянул Алексей, глядя искоса на председателя.
– Да! Я может быть стану вместо короля султаном!
Члены жюри рассмеялись. Алексей смеялся вместе со всеми, но его взгляд обеспокоено глянул в сторону Далматинца – да или нет? Скорее всего нет.
И почему его работа в «Маске» – такая головная боль?
Вскоре Слава отпустил Далматинца до зрительского голосования, и та, вновь игриво вильнув бедрами, покинула сцену. Выступление Лисенка совершенно не интересовало Калу, в это время она жадно поглощала воду из бутылки в своей гримерной, пока Зоя нахваливала ее номер. Чопра лишь чуть высокомерно ухмылялась – она и сама знала, что была на высоте. Но когда объявили выход Феникса, девушка напряглась. Она слышала на генеральном прогоне, как ее конкурентка пела песню Эми Уайнхаус, и это было… сильно. Не хотелось бы, чтобы эта участница в итоге ее обскакала, путь это и всего лишь второй выпуск. Феникс была сильной вокалисткой, потому могла запомниться людям больше.
А этого нельзя допустить.
Далматинец вновь натянула свою маску и направилась в закулисье – поближе к сцене, чтобы послушать, что скажут жюри. Те активно плясали и, конечно, восторгались. Кала скрежетнула зубами – она не отдаст свою победу Фениксу.
Но, как оказалось, речь шла не только о победе.
Чопра была девушкой юной – не секрет. И очень темпераментной. Реагировала на все слишком остро. Она почувствовала, как кровь отхлынула от лица в момент, когда Тодоренко докопалась до Воробьева по поводу отношений того с Викторией Дайнеко. Кала не интересовалась биографией Алексея до такой степени, чтобы знать обо всех его романах. И вот теперь.. Теперь ей очень не нравилось то, что она слышала.
Ей бы понять, что, раз мужчина сейчас пишет ей каждый день, зовёт на свидания, значит, заинтересован именно в ней, но… Ревность есть ревность. Она разрушительна и груба. Видимо, теперь Кала будет считать своей конкуренткой Феникса не только в шоу, но и за его пределами. Фыркнув, она вернулась в свою гримерку, сняла собачью голову, бросив ту на диванчик, и взялась за телефон.
«Хэй, я знаю, что ты на съемках, но просто хотела сказать, что соскучилась».
Так откровенно о своих чувствах Кала еще Алексею не писала, но ревность иногда является отличным двигателем прогресса в отношениях. Шумно выдохнув, девушка рухнула на стул и просидела в соцсетях до самого второго голосования.
На площадке было очень жарко. Далматинец не просто так съязвила по поводу прически Воробьева – его волосы торчали вверх не только из-за средств для укладки, но и из-за жары. Алексею хотелось поскорее перерыв, а ещё пить и занять чем-то свои мысли. Надоело думать попеременно то о крови, то о бывших.
Но он вынужден смотреть на то, как по сцене алым пламенем передвигается Феникс, чей грудной голос куда больше напоминал Дайнеко, чем походка Далматинца.
Не пойти ли им всем к черту? Особенно Регине, которая вцепилась в него, как репейник. По лицу Алексея было видно насколько ему неприятна эта тема. Однако он попытался подыграть всем, но вышло очень натянуто.
