Текст книги "Год Белой Змеи (СИ)"

Автор книги: С. А. В.

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 48 страниц)

Часть вторая

ГЛАВА 6

В этой реальности СССР встретил войну готовым, ни растерянности, ни паники не было, все чётко знали что делать. Невзирая на все приготовления к войне, в глубине души меня всё же грыз червячок сомнения, а что если и здесь будет летний разгром РККА, с сотнями тысяч убитых и пленных? Как бы мы не готовились, сколько новой техники не сделали, как бы удачно не модернизировали старую, воюет-то не техника! Воюют ЛЮДИ, этой техникой управляющие! А вот здесь преимущество пока было у вермахта, это вам не Румыны, с Итальянцами. Как ни крути, а на данный момент сильнейшая армия в мире, набравшаяся опыта за три года войны, опьянённая победами, с высоким боевым духом, решительно настроенная победить. Поэтому меня и мучили опасения.

Но я зря опасался, Красная армия готовилась и училась почти год не зря, Блицкриг начал трещать по швам впервые же часы войны. Здесь во многом немцы, оказались в положении РККА, в котором она оказалась 22 июня моей реальности. За счёт тщательно проведённой подготовке, отличной маскировки и пресечения деятельности немецкой разведки, неожиданность получилась наоборот. Планировавшийся вермахтом захват мостов через Буг, специально подготовленными штурмовыми отрядами, за 15 минут до начала артподготовки не удался. Не только в силу предупреждения об этом от меня и местного "попаданца". Но из-за использования активных ПНВ "Сова-1" и тепловизоров "Филин". Да, да, не удивляйтесь, даже в моей реальности в разработке приборов ночного видения СССР к 41 году опередил всех. А получив дополнительный пинок от местного "попаданца", работы в этой области были ещё более активизированы в 40 году. Я тоже оказал посильную помощь вместе с группой разработчиков из "четвёрки", помогли довести до ума фотоумножители и сделали продвинутый ВОП (специальную волоконно-оптическую пластину) вместо кварцевого стекла. Даже такая примитивная модернизация расширила площадь четко видимого изображения. Теперь ПНВ было защищено от засветок боковыми источниками света и представляло вполне работоспособные приборы. Стационарный с подсветкой "видел" до 4 км, монтировался на шасси грузовика или БТР, переносной до 700 метров. Переносной таскало два бойца, первый сам прибор, второй аккумулятор. Погранцы получив "Сову" и "Филина", после испытаний некоторое время бились в пароксизме счастья, а потом потребовали вооружить ими каждую заставу. Но вот с этим был большой напряг, дело даже не в том, что они были жуть как дороги, а в том, что делались они поштучно. Не позволяла нынешняя технологическая база развернуть массовое производство. Поэтому к началу войны сделали всего около сорока переносных "Филинов" и вполовину меньше "Сов". Но немцам хватило, передовые штурмовые отряды направленные на захват мостов, пограничники перестреляли как куропаток. На захват железнодорожного моста через Буг, немцами был дополнительно отправлен бронепоезд номер 28. Точнее бронепоезд "шушпанцер", с полубронированным паровозом, тремя платформами на которых стояли французские танки S-35, двумя бронированными с бортов, но открытыми сверху платформами для перевозки десанта. Наши подождали, когда этот "шушпанцер" наиболее удачно будет расположен и как только контрольная платформа сошла с моста на наш берег, произвели подрыв. В Буг полетел пролёт моста и немецкий бронепоезд.

* * *

Немецкая артиллерия, открыла мощнейший огонь по нашим укреплениям и расположениям войск, выпуская с каждым залпом тоны боеприпасов. Но в подавляющем большинстве случаев, удары немцами наносились по ложным позициям и укреплениям, или уже по оставленными красноармейцами казармам и полевым лагерям. Здесь в отличие от моей реальности, советская артиллерия начала отвечать сразу из всех стволов. Переданные на усиление ЗапОВО 18 полков РГК, имевшие 620 штук 152 мм пушек-гаубиц МЛ-20 и 144 штуки 122 мм пушек А-19, вместе с дивизионной, корпусной и армейской артиллерией, были той очень весомой силой, что позволила добиться превосходства в огневой мощи впервые же часы в нужных местах. И не стоит забывать и о двух сотнях пусковых установок тяжёлых реактивных снарядов М-31. Пусть на станке-укупорке укладывалось всего 8 ракет, и дальность у них была не ахти, всего 4325 метров, да и рассчитаны они вообще-то были на один залп, но били-то они по плотной массе сосредоточенных войск! Удары нашей артиллерии наносились по досконально разведанным артиллерийским позициям и местам сосредоточения частей вермахта, КП, НП и складам. А многие немецкие позиции и разведывать не нужно было. Обнаглевшие нацики, часть батарей, вытащили в поле зрения наших артиллерийских наблюдателей. Расположив их фактически на берегу Буга, с горами подготовленных для длительной артподготовки снарядами. Ох и рвануло же потом там! Танковые и пехотные подразделения плотно собранные в ударные кулаки, перед мостами и местами форсирования Буга, по большей части тоже в наглую вылезли на самый берег, в ожидании команды. И были ещё более привлекательной мишенью для наших артиллеристов. Вместо стремительного рывка на советский берег, к которому они готовились и с нетерпением ожидали, от туда вдруг прилетели сотни и тысячи снарядов и ракет. Просто представьте, что осталось от танкового и мотопехотного полков, плотно собранных перед мостом на площади квадратный километр, когда на него упали двести сорок тяжёлых реактивных снарядов М-31, с всего 30-и станков-укупорок. Просто не представимо!

Ужас, разверзшийся ад, армагеддон, так рассказывали выжившие и попавшие в плен солдаты и офицеры вермахта, о том первом и неожиданном, а потому наиболее сокрушительном ударе советской артиллерии. Много повидавшие за три года войны, сапёры и санитары, которых казалось уже ничем невозможно пронять или ужаснуть, заблевали все окрестности, растаскивая обломки техники и собирая останки своих сослуживцев. У меня, читавшего эти материалы, не появилось ни малейшей жалости к уничтоженным немцам. Во-первых, они сами выбрали свою участь, придя к нам с войной, позволив навязать себе нацистскую идеологию расового превосходства, позволив править собой Гитлеру и стоящим за ним Тиссанам и Крупам. Во-вторых, дай им волю и возможность, они станут творить ещё более страшные и бесчеловечные вещи с нашими людьми. Так что, туда им и дорога, прямиком в ад.

Немецкая артиллерия, или точней та немецкая артиллерия, что на тот момент ещё была боеспособна, старалась вовсю подавить артиллерию РККА. Так как пуск с тридцати станков-укупорок, произведённый с расстояния 3,5 километров от немецких наблюдателей, замаскировать никак нельзя, огромное облако дыма и земляной взвеси надёжно указывало место залпа. То и ответный удар немецкой артиллерии долго ждать не пришлось, десяток батарей надёжно перепахали всю балку вместе с пусковыми рамами. "Ну вот и славно, по пол БК они впустую потратили", довольно подумал пожилой полковник артиллерист, командовавший артиллерией 4-й армии ЗапОВО. "А рамы мы и так забирать не собирались". Станки-укупорки, действительно ни кто забирать не собирался. Как только был произведён пуск ракет с последнего станка, красноармейцы артиллеристы быстро погрузились в грузовики и дунули оттуда на полной скорости. Что немцы ответят через несколько минут, ни кто не сомневался. А их ждала следующая позиция, с уже расставленными пусковыми станками-укупорками, укрытыми маскировочными сетями и надёжно замаскированная от воздушных разведчиков.

Дивизионы и полки нашей ствольной артиллерии, тоже не собирались изображать из себя беззащитные неподвижные мишени. Расстреляв по заранее разведанным артиллерийским позициям, местам сосредоточения немецких войск, КП, НП и складам, в максимальном темпе выделенные на это боеприпасы. Снимались с места и без промедления, по заранее выверенным маршрутам передислоцировались на новые, уже подготовленные огневые позиции, где их ждали новые сотни снарядов. Пока немецкие звукометристы, из артиллерийской разведки, считали и определяли положение закрытых огневых позиций артиллерии РККА, пока передали в штабы арт. полков и дивизионов, пока там приняли решение о переносе огня, пока пришёл приказ на батареи о переносе огня по новым координатам и немцы открыли огонь, наших и след простыл. Правда, некоторые наши артиллерийские подразделения покидали позиции, когда на них уже начали рваться первые пристрелочные снаряды немцев. Но по сути, немцы били уже по пустым позициям, напрасно расходуя драгоценные боеприпасы. По чему драгоценные? Потому что спустя пятнадцать двадцать минут, его-то им и не хватило, что бы противостоять РККА в артиллерийской дуэли.

Может наши звукометристы из артиллерийской разведки, не так быстро считали, определяя расположение не вскрытых ранее, или вновь оживших немецких батарей. Всё же опыт реальной войны никакими учениями не заменишь. Но определили не менее точно. Развернувшиеся на новых огневых позициях, до этого момента тщательно замаскированных, "Советские Боги Войны" открыли ответный огонь. Добиванием немецкой артиллерии занята была только половина артполков. Вторая половина занялась не менее важным делом, меся и утюжа пришедшие в себя подразделения вермахта, вновь изготовившиеся к форсированию Буга. Нежаркая погода и не знойное утреннее майское солнышко, не располагали к приёму воздушных ванн и желанию позагорать, но бойцам артиллеристам было жарко, очень жарко. Блестя на солнце потными мускулистыми торсами, они как заведённые продолжали закидывать в казённики орудий снаряды, метательные заряды или унитарные патроны. Краска на стволах орудий давно пошла пузырями и обгорела, если бы сейчас было темно, то стволы бы светились тёмно-вишнёвым цветом. Стреляли почти на расплав ствола, так как все от рядового красноармейца до комполка понимали, завтра может быть поздно. И не потребуются сбережённый боекомплект или матчасть, если немецкие ударные броне-механизированные группировки сегодня форсируют Буг и прорвутся на оперативный простор.

А немцам сейчас было не только жарко, но и страшно как в аду. Такого количества проклятий, ругательств и богохульств на немецком языке, что прозвучало в утренние и дневные часы на немецком берегу Буга, эти места ни знали никогда. Только немного пришли в себя после мощнейшего и сокрушительного артиллерийского удара РККА, по изготовившимся к броску подразделениям. Только разгребли и убрали их остатки, вывели на позиции новые штурмовые подразделения и вторые эшелоны войск, подтянули новые понтонно-мостовые части и средства переправы. Только вновь изготовились к броску на другой берег и форсированию реки. Как оттуда вновь прилетели новые сотни и тысячи снарядов, мин, ракет, превращая места сосредоточения в филиал ада, а вырвавшиеся на мосты штурмовые подразделения и танки, летели в Буг вместе с взорванными мостами. Стена разрывов, огня и дыма окутала немецкий берег Буга, в воздух летели части тел, остатки понтонов, танков, бронемашин, катеров, лодок, грузовиков и ещё бог знает чего. Подавив почти полностью немецкую артиллерию, снова сорвав форсирование реки и расстреляв боекомплекты. Артиллерийские части Красной армии вновь меняли огневые позиции. Усталые и оглохшие бойцы артиллеристы и миномётчики, сидя в кузовах артиллерийских тягачей и грузовиков, с удивлением смотрели на затянутое дымами небо и полуденное солнце. Им казалось, что день длиться и длиться, что прошло больше суток, а оказывается, был всего лишь полдень этого страшного весеннего дня 25 мая необратимо изменившего мир.

* * *

Если происходящее на земле, можно было назвать земным филиалом ада, то как назвать жуткую мясорубку что развернулась в воздухе? Воздушным филиалом ада? Привыкшие побеждать, убеждённые в своём арийском превосходстве, уверенные в своём праве убивать, «герои» Варшавы, Роттердама, Антверпена, Ковентри, битвы за Англию. Столкнулись в небе СССР с силой ни в чём не уступавшей им. А по убеждению в своём праве защитить свою страну и свой народ, превзошедшею их нацистскую веру в праве на завоевание.

Ещё не наступил рассвет, когда больше трех сотен "юнкерсов" и "хенкелей" пересекли госграницу СССР. Радары ПВО в ЗапОВО, отследили их взлёт, данные ушли операторам, вычерчивающим на планшетах, курс и количество целей. От них данные поступили командованию на КП армии ПВО и ВВС округа, оттуда кодированные команды ушли в истребительные части. Немцы ещё не пересекли границу, а советские истребители уже запустили на прогрев моторы, готовясь иди на перехват. Где в кабинах истребителей, сидели наши лётчики, накаченные политработниками на тему "защиты священных рубежей", до состояния потери самосохранения. С одним желанием, рвать на мелкие кусочки, посмевшего вторгаться врага.

Нацики шли наглые и уверенные, что их никто не ждёт, неся свой смертоносный груз на Минск, Белосток, Барановичи, Слуцк, Пинск, Гродно, Кобрин, на мирно спящие аэродромы. Но в отличие от моей реальности, где они шли и вовсе без истребительного прикрытия, здесь истребительное прикрытие всё-таки выделили. Так как были уже научены, что на перехват разведчиков русские обязательно пошлют дежурное звено или два. Сильного противодействия не ждали, уверенные что "тупые и ленивые иваны, спят ни чего не подозревая на печи, с вечера нажравшись водки", а "пару дежурных звеньев "Рата" снесём и не заметим". Поэтому когда на истребительное прикрытие немецких бомбёров, подсвеченных только-только начавшим вставать солнцем, из утреннего сумрака спикировали Як-1 и По-1 (И-18), а на "Ю-88" и "ХЕ-111" менее скоростные, но хорошо вооружённые и очень манёвренные И-16 и И-153 "Чайка". Изумлению пилотов люфтваффе не было предела. "Как? Откуда?". Потом пришло чувство искренней обиды и возмущения. "Мы ведь так не договаривались! Вы же должны спать, а мы вас безнаказанно убивать!". А потом пришёл СТРАХ!

Более пяти сотен истребителей ПВО и ВВС ЗапОВО, поднятые на перехват, рвали в клочья прославленные люфтваффе. Да, далеко не все советские лётчики обладали боевым опытом, но последние восемь-десять месяцев их интенсивно учили. Да, многим так и не удалось до автоматизма отработать новые приёмы воздушного боя, но если промахивался ведущий и даже его ведомый, то из второй пары уже точно кто-то попадал. Сказывался эффект численного превосходства. Сметя "Худых" из истребительного прикрытия, По-1(И-18) подключились к избиению немецких бомбардировщиков. А Як-1 пошли на посадку, дозаправиться и пополнить боекомплект, так как вскоре на вопли о помощи, гибнущих немецких бомбёров, прилетят поднимаемые спешно воздух "мессера".

Бомбардировщики "Ю-88" и "ХЕ-111" были достаточно хорошо вооружены, что бы иметь шансы отбиться от истребителей, особенно если они собраны в плотном построении. Но половина И-16 и И-153 была вооружена РС-82 и они отстрелялись первыми по плотному построению бомбардировщиков, для немцев это было шоком и потрясением. При попадании в бомбардировщик РС-82, тот просто разлетался на части, но и не попавшие в самолёт вызвались после срабатывания дистанционного взрывателя, поражая осколками плотные порядки самолётов. Потеряв после первой же атаки, ведущих и пару десятков самолётов, ещё пара десятков получила те или иные повреждения, бомбардировщики нарушив строй стали избавляться от груза и ложиться на обратный курс. Какой к дьяволу приказ!? Какое к чёрту боевое задание!? Когда русские используют какое-то сверхмощное оружие, а со всех сторон атакуют советские "Рата", "Чайки", а теперь и "Супер Рата" навалились! Н@хуй мне мёртвому имение в России!? Жи-и-и-и-и-ть!!! Радио эфир на волне люфтваффе просто взорвался. "Ооо майн гот! Шайсэ! Нас атакуют сотни «Рата»! Это полное ферарше! Нас ждали! Их сотни! Где наши истребители фердаммтэ шайсэ!? Нас убивают, это полная арш! Шайс драуф приказ! Айн шайсдрек вэрдэ ихь тун! Мы сбиты! Аа-а-а-а! Шайсэ «Супер Рата»!

Сотни "Рата" говорите? А вы знаете, что такое по-немецки "Рата"? Рата, это крыса в переводе на русский. По мне так достаточно обидное прозвище для И-16. А с другой стороны, да и хрен с ним, пусть будет "Крыса", "Ишак" звучит не намного лучше. Но зато это были САБЛЕЗУБЫЕ "Крысы"! Особенно И-16 тип Тип 35, с четырьмя 12.7-мм пулеметами УБС и двумя 20-мм пушками ШВАК в крыльях, настоящий убийца бомбардировщиков! Одной прицельной очереди из всего бортового оружия хватало, что бы даже хорошо бронированный "He 111", гарантировано отправлялся в последний полёт к земле. Поэтому на И-16 тип Тип 35 летали самые опытные советские лётчики.

К тому моменту, когда на помощь избиваемым немецким бомбардировщикам подоспели истребители, тех оставалось от силы треть от первоначального количества. По-1 и часть И-16 вступили в схватку с подоспевшими мессерами, остальные И-16 и И-153 продолжали добивать немецкие бомбардировщики. Но связавшим боем подоспевших "Худых", По-1 и И-16 вскоре могло прийтись совсем не сладко, у них уже был частично расстрелян боекомплект и горючки половина. А "Худые" были с полными баками и не израсходованным БК. Но на войне ситуация меняется порой очень стремительно. Вовремя подтянувшиеся "Ястребки", пополнившие боекомплекты и топливо на аэродромах подскока, снова поменяли роли. Теперь уже немецким истребителям пришлось обороняться, от не уступающих им в вертикальном манёвре и превосходящих их на виражах Як-1, с полными баками и БК. А наши истребители, И-153, И-16 и По-1(И-18), стали выходить из боя и садиться на свои аэродромы, или аэродромы подскока, где аэродромные механики их дозаправят и обиходят. По-1 и части И-16, как только их дозаправят и пополнят БК, выпало без промедления подключиться к действиям пяти ИАП, наводимых сейчас операторами РЛС на вторую волну вражеских бомбардировщиков. Части И-153 суждено было превратиться из истребителей в штурмовики. А части И-16 и И-153 предстояло вскоре, сопровождать наши штурмовики и бомбардировщики которые уже пошли на взлёт.

К сожалению, война не обходиться без потерь, за первый день войны, только в ЗапОВО, были сбиты больше 160 наших истребителей. И не всем к сожалению удалось благополучно выпрыгнуть с парашютом. Только 85 из 164 сбитых советских лётчиков смогли вернуться в свои ИАПы, где уже ждали их резервные истребители.

* * *

Первый ответный удар советских штурмовиков и бомбардировщиков пришёлся на аэродромы, позиции дальнобойной артиллерии, штабы танковых и моторизованных дивизий, которые были досконально разведаны. Если по совсем близко расположенным к границе аэродромам типа Малашевичи, или около Острув Мазовецкий, авиации помогла нанести удар артиллерия РГК, корректируемая нашими разведчиками из РДГ. То по некоторым более удалённым аэродромам, вроде того что под Бяла-Подляска, удар был нанесён совместно с усиленными РДГ из разведывательно-диверсионной бригады фронтового подчинения. На аэродроме под городком Цеханув (Цеханов) это выглядело так. Не успели ещё экипажи, полчаса назад вернувшихся 20 «юнкерсов» и «хенкелей», из 72 вылетевших отсюда на рассвете, поменять подштанники на чистые и сухие. Как появившиеся две эскадрильи советских По-1 уронили на землю дежурную пару «Худых», а пошедшее на взлёт дежурное звено сбили прямо на взлёте. Засуетившиеся расчёты ПВО готовившиеся открыть огонь, вдруг стали валиться на землю. Немцы за гулом и рёвом моторов не сразу сообразили, что огонь ведётся из леса, полудугой в 350–400 метрах с востока и юга окружавшего аэродром. В это время, то ли 14.5 мм пулей из крупнокалиберной снайперской винтовки, то ли гранатой из РГ-1 «Оса», а может прошлой ночью, нашими диверсантами было заминировано. Но как бы то ни было, произошёл подрыв открыто складируемых авиабомб. Вот уж шарахнуло, так шарахнуло! Что ещё больше добавило паники и неразберихи на аэродроме. Спустя всего пару минут вынырнувшие из-за леса и идущие всего на 50 метрах, две эскадрильи штурмовиков Су-2 и И-153, сходу прошлись по позициям пэвэошников эрэсами. Развернулись и снова ударили, приводя тех к окончательному молчанию. Развернулись в третий раз и прошлись пушечно-пулемётным огнём по стоянкам самолётов и мечущимся фигуркам немцев. Сопровождавшая их эскадрилья И-16, тоже причесала пушечно-пулемётным огнём аэродром. Через десять минут подошли три эскадрильи СБ под прикрытием И-16. Оставшихся в живых и не ударившихся в панику пэвэошников, пытавшихся всё же что-то сделать, додавила наша РДГ. Так и не позволив открыть им огонь. СБ не спеша разобрали цели и легли на боевой курс. Через две минуты немецкий аэродром под Цеханувом, представлял местный филиал ада. Огромный столб черного, с проблесками багрового пламени дыма, на месте бензохранилища. Разнесённые сотками и четверть тонными бомбами, ангары, казармы, штаб. Перепаханная взлётка, искореженные и горящие немецкие самолёты. А самое главное, огромные потери люфтваффе в лётном и техническом персонале. Сердце просто радовалось, когда читал статью об этом в «Красной звезде», молодцы наши штурмовики и бомбёры, ну и спецура из РДГ естественно. Хорошо поработали! Не зря, ох не зря их учили и гоняли последнее время как молодых щеглов. А аэродром вывели из строя не на один день.

Закончив работу, СБ построились и повернули домой, сопровождаемые не только эскадрильей И-16 но и присоединившейся к ним эскадрильей По-1. Контролировавшей до этого небо, на четырёх тысячах. Наша РДГ группа, тоже растаяла в глубине лесного массива. Последним пришёл разведчик Пе-2Р. Сделал несколько кругов, фиксируя на камеры состояние вражеского аэродрома. И в сопровождении второй эскадрильи По-1 повернул в сторону дома. Который несколько минут назад стал называться Белорусским фронтом, образованным на базе ЗапОВО. В это же примерно время, более пятисот устаревших И-15 и И-15бис вооружённых РС-82 и сотками, стали наносить штурмовые удары по огневым позициям открыто стоящей дальнобойной артиллерии и штабам танковых и моторизованных дивизий. Противодействовать им в данный момент кроме ПВО штабов дивизий было некому. Уцелевшие "Худые", на последних каплях горючего возвращались на аэродромы, после рубки с советскими истребителями. А в артиллерийских полках тяжёлой дальнобойной артиллерии калибром 152 мм – 210 мм своего ПВО не было. Поэтому отработали по ним как на полигоне, с толком, с чувством, с расстановкой. Кстати и две самоходные 600 мм мортиры, которые были на позиции под Брестской крепостью, уничтожили. Сперва их обездвижила и повредила наша артиллерия, а потом окончательно добила авиация, вот у них ПВО было. Такое же примерно избиение немецкой артиллерии происходило северней в полосе Прибалтийского фронта, образованного сегодня на базе ПибВО. И южнее в полосе Украинского фронта, образованного на базе КОВО.

Когда же ожесточение воздушных схваток на какое-то время пошло на спад. Бомбардировщики и штурмовики возвращались на свои аэродромы за новой порцией смертоносного груза. Истребители на своих базовых аэродромах или аэродромах подскока пополняли БК и запас топливо. А механики проверяли их на предмет боевых повреждений и техническую исправность. В очистившемся на короткое время утреннем небе появились "ТБ-3" и "ДБ-3ф" под прикрытием И-153 и И-16. Пусть "ТБ-3" и были устаревшие и медлительные, но они несли огромную бомбовую нагрузку в 5000 килограмм. Танковые колонны, мотопехота на грузовиках и бронетранспортерах, плотные колоны пехоты, многокилометровые колоны тыловых служб и подразделений, плотно забившие все приграничные дороги. Стали той целью, на которую они и вывалили тысячи мелких кумулятивных, осколочных, кассетных зажигательных и 50 килограммовых фугасно-осколочных бомб. Самый страшный погром был устроен в треугольнике Сувалковского выступа. Где части 3ТГр и 9А группы армий "Центр", перед броском на советскую территорию, набились в ограниченном пространстве выступа как "селёдки в бочке". Там наши впервые применили объемно-детонирующие кассетные бомбы в тонну весом, которые по две штуки несли 120 ДБ-3ф. Досталось и другим немецким танковым группам, по которым удары ОДБ нанесли от 60 до 80 ДБ-3ф. Потери частей немецкого вермахта изготовившихся к движению, оказались впервые же часы войны немыслимо большими. Потом в английских новостях говорили, что когда ситуация к обеду более менее прояснилась, и стали понятны размеры потерь понесённых вермахтом и люфтваффе. Командующий 2-м воздушным флотом генерал-фельдмаршала Кессельринг, даже пробовал застрелиться, но ему помешал адъютант. Вам это ни чего не напоминает? Вот-вот, я о том же. Иван Иванович Копец в подобной ситуации в моей реальности застрелился, а этому не дали. Что меня искренне расстроило. Больно опытный и матёрый вояка этот Кессельринг, ох чувствую, доставит он нам ещё немало проблем и хлопот. Лучше бы он застрелился! А самое интересное, что командует ВВС ЗапОВО, то ест сейчас уже ВВС Белорусского фронта, генерал-майор авиации Копец. И хорошо командует! Поменялись они с Кессельрингом местами в этой реальности.

Сказать что нашим, после утренних сражений в воздухе и ударам по аэродромам люфтваффе, удалось полностью захватить господство в воздухе, пока нельзя. Но то что чаша весов склонилась на сторону ВВС РККА это бесспорно. До самой темноты, наши штурмовики и бомбардировщики, интенсивно долбили части вермахта. Что бы максимально использовать численное превосходство в бомбардировочно-штурмовой авиации и произвести максимально возможное количество боевых вылетов, наши использовали новинку, препарат "фенамин". Схемы его применения с правильной дозировкой, получили все медсанчасти ВВС. А вот немецкие бомбардировщики, во второй половине дня 25 мая, фактически не летали. В основном летали немецкие истребители, на прикрытие своих избиваемых с воздуха войск, ну и естественно разведчики. А ближе к вечеру, перестали летать и они, из-за больших потерь. Надо отдать должное командованию люфтваффе, после мощнейшей и оглушающей утренней оплеухи от советских ВВС, преодолеть дезорганизованость и панику они смогли довольно быстро. В 1-й, 2-й, 4-й воздушные флоты, лишившиеся большей части своих бомбардировщиков, с трёх часов дня 25 мая, по приказу начальника генерального штаба люфтваффе генерал-полковника Ешоннека, начинается срочная переброска резервов и авиационных соединений. В основном авиачастей из внутренних районов Германии, Франции и с Балкан. Немецкое командование, во что бы-то ни стало, требовало безусловного завоевания господства в воздухе. Поэтому битва за небо только разворачивалась.

* * *

На самой земле, первые бои начались за несколько часов до артиллерийской подготовки. Немецкие штурмовые и диверсионные отряды, пытались проникнуть на нашу территорию ещё с полпервого ночи. Численность и состав у них был разный, как и поставленные пред ними задачи. От взвода диверсантов переодетых в красноармейскую форму, до усиленной штурмовой роты. Только на участке госграницы ЗапОВО, до начала полномасштабного нападения, были уничтожены или вынуждены были отступить, после обнаружения и начала боя, тридцать два таких отряда. И это не считая тех специальных штурмовых групп, что пытались захватить мосты через Буг. Очень хорошую поддержку советским пограничникам и армейским частям, в уничтожении этих отрядов оказала Пинская военная флотилия.

Кстати, должен сказать, что здесь Пинская флотилия действовала не только на Буге, но и на Немане. Поддерживая действия трёх военных округов, а потом и фронтов Прибалтийского, Белорусского, Украинского. Для действий в северо-западной части Белоруссии и Латвии, ещё осенью 40 года, был организован Неманский отряд базировавшийся на Гродно, организационно входивший в Пинскую флотилию. Саму Пинскую флотилию серьёзно усилили с прошлого года. Зенитно-артиллерийский дивизион развернули в полк. Отдельную авиаэскадрилью развернули в отдельный смешанный авиаполк. Из двух разведывательных, двух истребительно-штурмовых на И-153 и двух истребительных авиаэскадрилий на По-1(И-18). Отдельную роту морской пехоты, развернули в батальон, плюс отдельная разведывательно-диверсионная рота боевых пловцов. А самое главное существенно пополнили состав флотилии кораблями. До начала боевых действий состав флотилии увеличился на 6 канонерских лодок, 6 больших речных бронекатеров "Проект 1124", 18 малых бронекатеров "Проект 1125" и 30 глиссеров и полуглиссеров. Сейчас бронекатера строили не два завода, а целых девять судоремонтных и судостроительных заводов.

Но вернёмся на землю. Так вот, полномасштабные бои с вермахтом, на земле развернулись почти сразу после начала немецкой артподготовки и ответного удара артиллерии РККА. Надо сказать, что по плану прикрытия госграницы, строительство особо мощных железобетонных долговременных укреплений не предусматривалось. Ничего похожего на пятиамбразурный (по другим данным шестиамбразурный) ДОТ "Орел" или даже двухамбразурные (по другим данным трёхамбразурные) артиллерийско-пулеметные ДОТы "Светлана" и "Сокол" не было и в помине. Хотя глубоко эшелонированных полевых укреплений и узлов обороны, на границе настроили от души. Так как мосты в целом виде никто нацикам сдавать не собирался, а определить наиболее удобные места для форсирования реки для грамотного командира, как два пальца об асфальт. То в этих местах и строили наиболее развитую систему полевой обороны. А на наиболее вероятных и опасных местах форсирования реки, даже построили по два три железобетонных дота. Были они правда пулемётные и одноуровневые, двух или трёхамбразурные, но обстрел из немецких 150 мм пушек (K 18) и 210 мм мортир (Mrs 18) выдерживали спокойно. Построили их ЗапОВО всего ничего, лишь 44 штуки, 99, 9 % укреплений на границе были деревоземляными, полевого типа. Но эти немногочисленные бетонные доты свою роль выполнили более чем сполна. В Брестском укрепрайоне (в моей реальности УР? 62), было построено всего 8 таких бетонных дотов, но на самых опасных местах. За последние полгода Брестскую крепость, с ближайшими окрестностями, превратили в мощный укрепрайон. Хотя как я сказал, из новых построено было только 8 бетонных дотов, в основном приспосабливали имеющиеся старые укрепления и строения на территории крепости. А вот полевых укреплений, с деревоземляными дзотами, блиндажами, укреплёнными траншеями, перекрытыми сверху окопами, нарыли как кроты трудоголики. Естественно были проволочные заграждения, минные поля, были и мины с фугасами приводимые в действие дистанционно, в основном противопехотные. Были построены почти не замаскированные ложные позиции, для ослабления силы удара вражеской артиллерии. Все пушечно-пулемётные казематы и бомбоубежища для взводов и рот, построенные в старых укреплениях крепости, были оборудованы корабельными стальными дверями. Так как в первом артиллерийском ударе по крепости, должен был принять участие полк шестиствольных реактивных миномётов "Небельверфер". А это значило что один залп состоящий из триста двадцати реактивных снарядов они выпустить успеют. Фугасное могущество мины от 150 мм "Небельверфера", превышало действие немецкого 150-мм снаряда от дивизионной гаубицы в два раза. Второй-то залп им конечно сделать не дадут, наша артиллерия и миномёты перемешает их с землёй. Но во время первого залпа по "домашней заготовке", наши бойцы и пограничники, должны были за полчаса перед началом немецкой артподготовке, занять места в убежищах и казематах. Закрыть стальные дверями и бронезаслонки на амбразурах, наблюдение вести с помощью перископов. А после окончания первого залпа шестиствольных реактивных миномётов "Небельверфер", открыть бронезаслонки в казематах и начать вести огонь по врагу из орудий и пулемётов. Из взводных и ротных убежищ после залпа, открыв стальные двери, красноармейцам и пограничникам надлежало бежать занимать свои боевые позиции. Надо сказать что "домашняя заготовка" сработала на 100 %.