Текст книги "Такая разная любовь (СИ)"

Автор книги: Рацлава Зарецкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 32 страниц)

Глава 20
Учитель музыки

– Вы уже видели нового учителя музыки?

– Да, он такой потрясный!

– Интересно, сколько ему лет?

– Он женат?

– Блин, впервые жалею, что у нас больше нет музыки…

Кристя презрительно посмотрела на шушукающихся рядом с ней одноклассниц и, закатив глаза, подкрутила им возле виска. Глупые курицы, только и умеют, что сплетничать.

Вспомнив, что не доделала домашку по алгебре, Кристя открыла тетрадку и продолжила решать уравнения. Девушке все еще было тяжело влиться в учебу после летних каникул – школьные будни совсем не хотели влезать в ее плотный график. Приходилось постоянно жертвовать работой и репетициями с друзьями в гараже. Ну, ничего, остался последний год, а потом начнется уже совсем иная жизнь…

– Ты опять домашку не сделала?

Кристя подняла голову и недовольно посмотрела на свою соседку по парте.

С рыжеволосой Катей они сидели вместе уже третий год. Они не были подругами, но и неприязни друг к другу не испытывали. Обе были отличницами и не имели друзей в школе. Кристя называла их дружбу симбиозом – взаимовыгодной пользой. Когда не знает что-то одна, ей на помощь приходит другая. Обоих девушек такие отношения вполне устраивали, и поэтому они продолжали сидеть друг с другом вот уже третий год.

– Ты видела нового учителя музыки? – жуя булочку с повидлом, спросила Катя. Ее полные щеки заливал румянец.

И эта туда же…

– Нет, не видела, – буркнула Кристя и снова уткнулась в тетрадку.

– А я видела! Он обалденный! Знаешь, хоть я и не люблю мужчин в возрасте, но этот прям красавчик.

Катя плюхнулась рядом с Кристей и, посмотрев на мучающуюся над уравнением соседку, участливо дала ей свою тетрадь с домашкой.

– На, спиши, не мучайся, – тихо сказала Катя.

Кристя удивленно уставилась на одноклассницу. С чего вдруг она такая добренькая?

Подумав пару секунд, Кристя поблагодарила Катю и взяла ее тетрадь. Ночью девушка пела в клубе, и сил на алгебру у нее совершенно не осталось, поэтому предложение списать домашку оказалось очень привлекательным.

Благодаря Кате, Кристе не поставили двойку за недоделанную работу, поэтому после урока девушка решила отблагодарить одноклассницу, купив ей в столовой булочку и сок.

– Что будешь? – спросила Кристя у Кати, стоя рядом с буфетом.

– Хм… – У одноклассницы прямо глаза разбегались от обилия хлебобулочных изделий. – Сочник. Нет! Булочку с клубничным джемом… С вишневым! Ох…

Пока Катя пыталась определиться с выбором, Кристя привалилась к прохладной стене и с усталым видом начала рассматривать заходивших в столовую школьников.

Вот зашла местная знаменитость – Ангелина. Обладательница шикарных рыжих волос и красивого голоса. Хотя, по мнению Кристи, голос у Гели был слабоват, но ее мама, организатор всех школьных праздников, считала, что у ее дочери просто талант от бога, и поэтому Ангелина выступала на всех школьных концертах.

Следом за певичкой зашли трое толстеньких мальчишек из начальной школы и две девушки из девятых классов. Мальчишки с предвкушением полетели к уже накрытому для их класса столу и принялись за еду. Девушки же, окинув брезгливым взглядом буфет, демонстративно сморщились, развернулись и, покачиваясь на тонких и слишком высоких каблуках, вышли из столовой.

Потом, содрогая топотом полы, в столовую влетела куча оголодавших пятиклассников и чуть не сшибла маленькую и тоненькую учительницу по биологии. Женщина чуть не упала, но ее вовремя подхватил какой-то незнакомый Кристе старшеклассник. Высокий и темноволосый, одет в классические брюки и коричневый кардиган нараспашку. Вот только лица не было видно – он стоял к Кристе спиной и разговаривал с учительницей.

Может, новенький?..

Кристя внимательнее пригляделась к парню и, когда он закончил говорить с учительницей и повернулся к буфету, у девушки перехватило дыхание.

Нет, это был не старшеклассник. Это был взрослый мужчина с пронзительными зелеными глазами. Тот самый, что прижал Кристю в подворотне клуба. Только теперь без бороды.

Сделав несколько шагов к буфету, мужчина оглядел очередь и его взгляд остановился на буравящей его Кристине. Секунда – и его лицо вытянулось от удивления и узнавания, а зеленые глаза расширились так, что казалось, будто они вот-вот выпадут. Кажется, Кристя даже услышала, что он сказал «какого черта»…

Мужчина тут же развернулся на каблуках и поспешил к выходу из столовой.

– Кристин, я буду булочку с маком, – наконец определилась Катя, но Кристя пропустила ее слова мимо ушей.

Не отдавая себе отчета в своих действиях, девушка отлепилась от стены и побежала вслед за зеленоглазым.

Извращенец не успел далеко убежать – Кристя настигла его у кабинета химии и, поражаясь своей смелости, ухватилась за его кардиган и потянула на себя. Мужчина, занеся ногу для шага, нелепо покачнулся и затравленно обернулся.

– Ты меня преследуешь, маньячина? – крикнула Кристя. – Я сейчас все директору расскажу. Или заучу. Или вообще в полицию позвоню!

– Тише, пожалуйста! Не кричи, – взмолился извращенец.

– Как ты вообще в школу попал, урод? – еще громче воскликнула девушка.

Проходящие мимо ученики удивленно таращились на них, но Кристе было плевать. Все ее внимание было сосредоточено на преследователе. Наверно, он совсем с катушек поехал, раз пришел за ней в школу.

– Прошу тебя, не кричи, – продолжал шептать мужчина, умоляюще глядя на Кристю. – Я тебя не преследую. Я здесь работаю.

– Что-о-о? – Вот такого заявления Кристя не ожидала. – Что за вранье?

– Это правда, я – новый учитель музыки.

– Да какой ты учитель? Ты извращенец!

Голос Кристи дрогнул, и последняя фраза была произнесена девушкой слишком громко. Она не хотела, но так уж вышло.

Проходившая мимо учительница физики вытаращила на нее глаза, которые и без удивления всегда казались огромными из-за двойных линз в очках.

– Уточкина Кристина! Ты что себе позволяешь? С каких пор у нас разрешено хамить учителям? – заверещала физичка.

Кристя озадаченно перевела взгляд с извращенца на физичку и обратно. Это что же получается? Маньяк и правда новый учитель?..

– Извинись сейчас же перед Марком Андреевичем! – наступала на нее физичка, поправляя огромные очки.

– Извините, – с трудом выдавила из себя Кристя, стараясь смотреть куда угодно, только не на этого маньяка Марка Андреевича.

Физичка потопталась на месте, а потом встала между зеленоглазым и Кристей и, в очередной раз поправив очки, сказала:

– Еще раз, Уточкина, я замечу, что ты хамишь учителям, в особенности Марку Андреевичу, вызову в школу родителей, и даже не посмотрю на то, что ты идешь на золотую медаль. Учеба учебой, но хамское поведение в школе просто недопустимо!

Все это время, пока учительница читала нотацию, Кристя смотрела на нее из-под насупленных бровей и смиренно кивала ей в ответ. Извращенец Марк Андреевич же стоял за спиной физички и источал такую радость, что Кристе казалось, будто у него вот-вот треснут щеки от широченной улыбки.

Когда их взгляды неожиданно встретились, извращенец вдруг взял и показал Кристе язык. Такого девушка никак не ожидала. Она тут же отвела свой взгляд в сторону и сосредоточилась на болтовне физички.

– Поэтому, что бы между вами не пробежало, это не дает тебе право хамить учителям.

Статья 131 УК между нами пробежала, подумала Кристя, но вслух это говорить не стала. Не время еще. Сейчас это ее единственный козырь – если извращенец начнет следить за ней или приставать, она будет его шантажировать тем, что сдаст его директору и полиции.

Отчитав Кристю, довольная собой физичка улыбнулась мужчине и зашагала в столовую. Девушка снова осталась наедине с извращенцем.

– Идем со мной, – властным тоном сказал Марк Андреевич.

– Никуда я с тобой не пойду, – буркнула Кристя.

Извращенец закатил глаза к потолку.

– Я тебя не трону. Просто хочу поговорить и все объяснить.

– А отвести куда хочешь?

– В актовый зал. Не тут же нам говорить о том, что было той ночью.

Кристе показалось, что уголки губ извращенца слегка приподнялись. Смешно ему? А вот ей ни капли.

– Ладно, – согласилась девушка. – Только дверь будет открытой.

Извращенец согласно кивнул и двинулся к лестнице. Актовый зал находился на первом этаже, рядом с центральным входом в школу и спортзалом. Марк Андреевич шел широким и быстрым шагом, из-за чего Кристе приходилось чуть ли не бежать, чтобы не отставать от него.

Войдя в актовый зал, который одновременно ещё и служил кабинетом для уроков музыки, извращенец по-хозяйски уселся на одно из кресел в первом ряду и закинул ногу на ногу. Кристя встала напротив него на расстоянии трех шагов.

– Итак, Кристина, – начал Марк Андреевич. – Давай развеем это глупое недопонимание между нами. Я вовсе не маньяк.

– Все маньяки так говорят, – парировала Кристя, скрестив на груди руки.

Извращенец снова закатил глаза к потолку и задумчиво почесал облысевшую бороду.

– Хочешь, верь, а хочешь – нет, но я не знал, что ты школьница. Мне казалось, тебе лет двадцать. И эти твои взгляды на меня со сцены… Ты постоянно давала понять, что заинтересована мной.

– Не правда! – крикнула Кристя. Опомнившись, она посмотрела на открытую дверь и уже тише сказала: – Не было такого. Я смотрела только на публику. Знаешь, что такое правильный контакт со зрителями? Когда ты смотришь на них всех как на каждого по отдельности. Если ты подумал, что я смотрю только на тебя – это твои проблемы.

– Хорошо, – согласился извращенец. – Тогда что скажешь о той ночи? Ты явно со мной флиртовала.

Кристя виновато закусила губу. И что ей вдруг взбрело в голову повторить за Васькой? Больше она ни разу не станет флиртовать с парнями.

– Тут тебе тоже показалось. – Кристя решила не оправдываться, а нападать. – Тем более, ты был пьяный!

Теперь уже извращенец прикусил губу. Воцарилось неловкое молчание, после которого Марк Андреевич тихо признал:

– Да, я был пьяным и возбужденным. Тобой и твоим пением. Потому что ты похожа на одного дорогого мне человека, которого уже нет в этом мире. Мне очень жаль, что я неправильно расценил ситуацию, напугал тебя и сделал тебе больно. Как мне загладить свою вину?

Кристя удивленно посмотрела на учителя музыки. Она никак не ожидала, что он извинится, да еще и так искренне.

Взгляд его пронзительных зеленых глаз скользнул по лицу девушки и уставился в пол. Его голова поникла, и темные волосы упали мужчине на лоб. В ярком свете блеснули редкие седые пряди.

Какие у него длиннющие ресницы, подумала Кристя и тут же ошалела от своих мыслей. Не хватало еще любоваться этим извращенцем. Хотя, за извращенца она его больше не считала – почему-то девушка вдруг поверила словам учителя.

Кристе стало немного неловко. Она тихо вдохнула и, не зная, куда деть взгляд, уставилась на блестящий черный рояль. Неожиданно ей в голову пришла одна дикая мысль.

– Слушай, а ты можешь давать уроки вокала? – спросила Кристина.

Марк Андреевич поднял голову и в замешательстве уставился на девушку.

– Зачем тебе? У тебя и так хороший голос…

Кристя замотала головой.

– Я самоучка. Многие ноты я не вытягиваю, поэтому постоянно избегаю многие хорошие песни. Если бы кто-то меня поучил…

– Почему не пошла в музыкалку?

– Родители решили, что мне это не нужно. Я хотела настоять, но потом подумала, что лучше всего добьюсь сама.

– Ты и добилась. – Голос учителя снова повеселел. Марк Андреевич смотрел на Кристю уже не такими грустными глазами, как несколько минут назад. – Вон, выступаешь в клубе.

– Это по знакомству, – отмахнулась девушка. – Ну так что? Ты спросил, чем тебе загладить вину. Стань моим учителем вокала, и я, так и быть, тебя прощу.

Марк Андреевич прищурил зеленые глаза и спросил:

– Бесплатно?

– Разумеется! И желательно раза три в неделю!

– Я подумаю.

– Хорошо, думай. – Кристя развернулась и пошла к выходу.

– Я согласен, – крикнул ей в след учитель.

Губы девушки сами собой растянулись в улыбке. Хорошо, что этот извращенец не видел сейчас ее лица.

– Тогда я приду завтра, после шестого урока, – сказала девушка, с трудом стараясь придать лицу нейтральное выражение.

Учитель кивнул ей в ответ.

– И еще. – Кристя встала в проеме двери и лукаво посмотрела на зеленоглазого мужчину. – Ты же не надеешься, что после всего этого я буду называть тебя Марком Андреевичем?

Глава 21
Футлярщина

– Знаешь, а ведь это – натуральная «футлярщина», – сказал Антон, ставя передо мной тарелку с оладьями.

Все мое внимание было сосредоточено на этих маленьких пышненьких блинчиках, которые так и просили, чтобы их обмакнули в сгущёнку и положили в рот.

– Лис, ты меня слышишь? – спросил Антон.

– Угу, – кивнула я, жуя оладьи.

– Что я сейчас сказал?

– Что-то про футляры. Ты опять читаешь Чехова?

Антон закатил глаза, вздохнул и, сев напротив меня, заговорил:

– Я имею ввиду, что твое нежелание ехать со мной и менять свою жизнь – это «футляр». Ты боишься перемен и поэтому закрылась в коконе, прячась от реальности. Неужели то, что ты хочешь – это сидеть дома, с Машкой и Кристей, объедаться вкусностей, волочить жалкое неинтересное существование? Это пошло.

Я нервно проглотила кусок, который чуть не застрял у меня в горле от таких слов. Что случилось с Антоном? Все время после отдыха он был таким хорошим и веселым, а сейчас сидит недовольный и взбешенный, метая в меня свои испепеляющие взгляды.

– Это пошло только по Чехову, а я не придерживаюсь его мнений, – ответила я, запивая еле проглоченный кусок чаем. – И да, я так хочу. Мне это нравится.

– Но ты губишь свою жизнь!

– Вот именно, свою. Это моя жизнь, что хочу, то и делаю с ней. Мне, конечно, очень приятно, что ты так заботишься о моем бедующем. Но, может быть, я хотела бы услышать еще одну причину, по которой ты хочешь, чтобы я поехала с тобой, а вовсе не твое мнение о моем образе жизни! – стремительно выпалила я.

Антон удивился. Его лицо слегка вытянулось, глаза перестали метать в меня молнии. Он молчал.

– Понятно, – бросила я, резко вставая из-за стола. – Вот поэтому я и не хочу с тобой ехать!

Я оставила его одного, сидящего на кухне и обдумывающего мои слова. Страшно хотелось кому-то выговориться, но Кристя гуляла, а Машка была с Дениской. Оставался один вариант…

Закрывшись в ванне и включив воду, я нажала на вызов и прислонила телефон к уху.

– Макс, привет, ты сейчас свободен? – жалостливым голосом спросила я лучшего друга.

– Да, что случилось?

– Можно, я подъеду к тебе? Мне срочно надо побыть с кем-то, иначе я сойду с ума…

Конечно, это было преувеличением. Я бы не сошла с ума, но мне надо было добить Антона до конца.

– Я сейчас в десяти минутах езды от твоего дома. Если подождешь, могу за тобой заехать, – объявил Воронов.

Прекрасно!

– Да, было бы хорошо. Буду ждать тебя внизу, – сказала я и отключилась.

Быстро переодевшись, я мельком заглянула в кухню. Антон все еще сидел за столом, ковыряя длинными пальцами лежащий перед ним использованный чайный пакетик. Он повернулся ко мне и удивленно вскинул брови.

– Куда-то собралась?

– Да.

– Скажешь, куда?

– Нет.

Антон кивнул и снова перевел взгляд на чайный пакетик.

Ну и славно!

Уходя, я громко хлопнула входной дверью. Если этому толстокожему парню на меня плевать, то и мне пора вести себя подобным образом. В последнее время я слишком поменялась, пора возвращать себя прежнюю.

Макс приехал меньше чем за десять минут. Садясь в его шикарную машину, я зачем-то задрала голову вверх и посмотрела на наше окно. Антон, придерживая рукой штору, внимательно смотрел на меня. Несколько секунд мы гипнотизировали друг друга взглядами, а потом он опустил штору и отошел от окна. Фыркнув, я села в машину.

– Что случилось? – спросил Макс, окидывая мен взглядом.

– Отношения выясняли, – недовольно буркнула я.

Макс понимающе кивнул.

– Есть хочешь?

– За твой счет не откажусь.

– Тогда роллы?

Я кивнула, и мы поехали в наше любимое кафе, где готовили самые вкусные роллы в городе, а оттуда сразу домой к Максу.

* * *

– И вот он снова затрагивает эту тему, да еще называет мою славную жизнь пошлой! Разве это нормально, как ты думаешь?

Захмелевший от четырех банок пива Макс, часто кивнул в подтверждение моих слов. Я икнула и продолжила говорить, размахивая бамбуковой палочкой у себя над головой:

– В конце-то концов, было бы чему пропадать. Он – далеко не идеальный парень. Наглый и самоуверенный тип, похожий на лягушку. Мы даже сами толком не можем понять, что меду нами происходит, куда уж там вместе переезжать в Москву. Пусть там один учится в своем универе, больно мне надо за ним следовать, как жены за декабристами.

– Декабристы были революционеры, великие люди, – сказал Макс, медленно запихивая себе в рот огромный ролл. – А твой – простой бармен с дебильной прической.

– Так-то да, – задумчиво произнесла я, покусывая кончик палочки. – Прическа у него и вправду дурацкая.

Если разобраться, то у Антона этой прически и вообще нет – сплошной творческий беспорядок на голове, голубиное гнездо! Однако, это гнездо мне нравилось…

Чтобы протрезветь, мы вышли на балкон. Небо заволокли тучи, и звезд было совсем не видно. Макс мгновенно пришел в себя, как будто вовсе не выпивал столько пива. Ну а я залила в себя только две банки, и поэтому была почти совершенно трезвой.

– Что планируешь делать дальше, когда он уедет? – внезапно спросил Макс.

Я уже открыла было рот, чтобы ответить, как вдруг зазвонил мой мобильник.

Легок на помине, подумала я, посмотрев на экран телефона.

– Да, – ответила я.

– Лис, ты *шипение, сопровождаемое непонятными словами*.

– Бессонов, ты там что, пьяный? Если да, то отстань от меня, я не хочу с тобой говорить.

Вновь какое-то шипение, непонятные голоса и вроде бы звуки музыки.

Выругавшись, я отключилась.

– Это он? – поинтересовался Макс, кивая на телефон.

– Да, похоже, надрался где-то. Так ему и надо.

Вновь звонок от Антона. Я приняла вызов и громко закричала в динамик:

– Слушай, идиот, отстань уже от меня! Не звони сюда, пока не протрезвеешь!

– Эм, здравствуйте. Это Василиса? – послышался чужой мужской голос.

– Да, – удивленно сказала я.

– Я Тэм, коллега Беса. Он сейчас в клубе «Магнат», можете его забрать, а то он немного перебрал с алкоголем?

Вот это наглость! Пусть звонят кому-то другому, не понесусь я за ним сломя голову.

– Я ему в няньки не нанималась, просите другого, – твердо ответила я.

– Просто дело в том, что Бес обычно так не пьет. Точнее, он совсем не пьет. Никогда. У него алкогольная непереносимость – от стопки вина может вынести, как от литра водки.

Черт возьми, пронеслась единственная мысль в моей голове.

– Я уже еду, – ответила я парню.

– Подъезжай к черному входу, – сказал он и отключился.

– Макс, можно взять твою машину? – спросила я.

– Разумеется.

В порыве я крепко обняла друга и поцеловала в щеку. Вот за это я его и ценю, он никогда не задает лишних вопросов и всегда готов мне помочь.

– Только езжай осторожнее, не спеши. Лучше не привлекать к себе ДПС – две банки пива плескаются в твоем желудке.

– Хорошо, спасибо. Я потом все тебе расскажу!

Максим улыбнулся мне и вяло помахал рукой.

Я быстро спустилась в подземную стоянку, нашла машину, завела ее и поехала к клубу. Особо я не спешила, потому что страшно боялась нарваться на ДПС. От меня несло пивом, и если меня остановят, то к Антону я сегодня не доберусь.

Когда через двадцать минут я подъехала к клубу, то сразу же увидела стоящего у дверей черного входа белобрысого парная, чье лицо украшала куча пирсинга, а в ушах красовались черные туннели. Рядом с ним, на земле, прислонясь спиной к стене клуба, сидел Антон.

Я вылетела из машины и подбежала к нему.

– Ты как? – спросила я, гладя его по голове. Он был весь горячий, как будто его лихорадило.

Антон помотал головой и прикрыл глаза.

– Встать сможешь?

– Давай, я помогу, – предложил парень с пирсингом.

Вдвоем мы подняли Антона с земли и усадили на заднее сидение машины.

– Вот это тачка, – присвистнул белобрысый. – Жаль, если заблюет. Сейчас принесу бумажный пакет.

И он скрылся в дверях клуба.

Я присела на краешек заднего сидения и стала гладить Антона по лохматой голове.

– Зачем ты так, а? Ведь знаешь, что тебе нельзя.

– Хреново… было, – еле ответил он, избегая смотреть на меня.

Я хохотнула.

– А теперь лучше стало, да?

Он помотал головой. На секунду мне показалось, что он даже слегка улыбнулся.

– Из-за чего тебе было хреново? – тихо спросила я.

– Не знаю… Не понимаю…

Интересно, он действительно не понимает, или просто не хочет говорить?

В голове пробежала мысль, что, возможно, Антон напился из-за нашего разговора. Возможно ли такое? Может быть, однако лучше не думать об этом. Не стоит тешить свое сознания подобными мыслями.

Из дверей клуба выскочил белобрысый с пакетами.

– Это чтобы дышать, а это если вдруг приспичит устроить бее, – протянул он мне два пакета.

– Спасибо тебе большое, – поблагодарила я парня и села за руль.

Доехали мы благополучно. Пакеты не понадобились – Антон держался молодцом. Даже до квартиры добрался почти сам, я лишь немного ему помогла.

Дома было темно. Видимо, Машка решила остаться у Дениса, а Кристя под эту дудку тихо куда-то свалила.

Я помогла Антону раздеться и уложила его в постель.

– Тебе чего-нибудь принести?

Он помотал головой.

Я встала и направилась к двери, но он перехватил меня за руку и пробубнил в подушку:

– Останься…

– Хорошо.

Переодевшись в пижаму, я легла рядом с ним.

– Лис.

– Что?

– Прости меня…

– Прощаю, – тихо сказала я.

– Лис.

– Мм?

– Можешь посмотреть, что мне в бок давит?

Я залезла под одеяло и нашарила под боком у Антона книгу.

– Это «Грозовой Перевал», спи.

– Спокойной ночи.

– И тебе.

Я выключила тусклую лампу и прижалась к Антону. От него совсем не пахло спиртным, лишь немного сигаретным дымом, которым пропитаны все ночные клубы, и его дезодорантом.

Лежа в темноте, я прислушивалась, как равномерно дышит Антон.

За окном забарабанил дождик. Значит, все будет хорошо…

Немного покрутившись на одном месте и изменив положение, я оказалась лицом к лицу с Антоном. Лунный свет падал прямо на его глаза, которые были открыты. Он смотрел прямо на меня, не моргая.

– Я не могу жить без жизни моей, не могу жить без моей души, – тихо, но отчетливо сказал он, и, осторожно обняв меня, закрыл глаза.

Антон давно уже спал, а я все никак не могла заснуть. Слушала дождь и думала об этих его странных словах. Только спустя пару недель, когда почти дочитала «Грозовой Перевал», в одной из реплик главного героя я узнала знакомые слова.