Текст книги "Такая разная любовь (СИ)"
Автор книги: Рацлава Зарецкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 32 страниц)
Глава 3
Родственные души
Как я уже сказала, рабочий день у меня был ненормированный, поэтому, отсняв пару кадров в разных местах и доставив их начальству, я решила на сегодня закончить. Однако я даже не представляла, куда мне идти. Дома – Машка и дети. Клубы закрыты, на кино и кафе денег нет.
Тяжело вздохнув, я опустилась на лавочку в сквере. На ум почему-то пришёл Антон, который наверняка не занят, ведь работа у него ночная. Недолго думая, я достала из рюкзака мобильник и вызвала моего нового знакомого. Он почти сразу снял трубку и сонным голосом заверил меня, что я его вовсе не разбудила. На мое приглашение провести время вместе он согласился и назначил встречу в пиццерии, которая находилась недалеко от того места, где я сейчас сидела. Антон обещал приехать как можно скорее, поэтому я, еще немного посидев на лавочке и полюбовавшись безоблачным небом, которое еле прикрывали куцые кроны деревьев, встала и не спеша направилась к месту встречи.
Погода стояла чудесная, да и настроение у меня от чего-то было хорошим. По пути я постоянно останавливалась и фотографировала понравившиеся мне сюжеты. В последнее время со мной такое случалось редко, а если и случалось, то не продолжалось так долго, как сейчас. Поэтому около пиццерии я оказалась значительно позднее, чем рассчитывала.
Антон стоял, облокотившись на свой мотоцикл. Вид у него был немного неопрятный, но привлекательный: взлохмаченная русая шевелюра, мятая оранжевая футболка с «Angry birds», руки, утопающие в глубоких карманах джинсов, отрешённый и задумчивый взгляд.
Я подкралась сзади, чтобы закрыть ему глаза руками, но промахнулась и со всей дури хлопнула его по носу.
– Ай! – встрепенулся он, хватаясь за ушибленное место. – Василиса, блин!
Я устремила взгляд вниз, всеми силами изображая невинность:
– Прости…
Парень недовольно посмотрел на меня, потирая нос. От смущения я не знала что сказать. Взгляд метнулся на мотоцикл.
– Ты не сильно гоняешь на нем? – внезапно спросила я, кивнув на темно-синий «Дукати».
– Только когда спешу, а это бывает очень редко, – ответил бармен.
Я удовлетворенно кивнула. Воцарилось молчание.
– Пошли есть, – вдруг предложил Антон. – Я жутко голодный.
Я кивнула и пошла за ним. В зале было просторно и уютно. Народа почти не было, так что мы выбрали понравившийся нам столик возле окна и уселись за него.
– Что будешь? – спросил Антон.
– Ничего, – ответила я, с грустью вспоминая свой почти пустой кошелёк.
– Ладно, – сказал он, уткнувшись в меню.
– Эй, – возмутилась я. – А как же элементарные фразы в таких ситуациях?
– Какие? – не понял Антон.
– «Как это не хочешь есть? Выбери себе что-нибудь, я угощаю».
– Это и так ясно, что я тебя угощаю. Просто ты сказала, что ничего не хочешь, поэтому я подумал, что ты не голодна. Зачем заставлять человека через силу что-то есть?
Тут подошла официантка и спросила, готовы ли мы сделать заказ. Антон что-то быстро протараторил, из чего я смогла разобрать только «вода со льдом», однако официантка, вопреки мне, всё поняла и записала в блокнотик. Сделав свой заказ, Антон уставился на меня.
– Молочный коктейль. Клубничный, – буркнула я.
Девушка кивнула и удалилась на кухню. Мы остались один на один. Что сказать, я не знала. В присутствии Машки мы так непринужденно и легко общались, а сейчас разговор что-то не клеился. Чтобы не молчать, я решила извиниться за то, что отбила ему нос.
– Ничего страшного, – заверил меня Антон.
Снова тишина.
Я крутила перед собой мобильник и периодически посматривала в окно, изображая крайнюю заинтересованность.
Вскоре официантка принесла наш заказ. Я отложила телефон в сторону и начала потягивать коктейль, продолжая смотреть в окно. На Антона я так и не взглянула. Зачем я его позвала? Молниеносный порыв скучающей девушки? Надо было сначала подумать, а потом набирать его номер.
– Ну, начни уже о чём-нибудь говорить, – вдруг требовательно сказал Антон.
Я сдавленно проглотила коктейль и взглянула на него. Тарелка перед ним стояла почти полная. Странно, ведь он так рвался поесть. Взгляд пронзительных карих глаз неотрывно следил за мной.
Что-то с Антоном было не так. За всё время нашего непродолжительного знакомства он представал передо мной улыбчивым и обаятельным пареньком, всегда готовым угодить всем и каждому. Сейчас же его некогда веселые глаза были недовольно прищурены, а под ними залегли синяки. Взгляд колючий и усталый, выразительные брови насуплены…
Стоп! Почему он такой разбитый?
– Ты что, заболел? – брякнула я. Когда только успел? Мы же только утром виделись.
Внезапно его лицо озарила вымученная, но искренняя улыбка.
– Я совершенно не выспался, – прошептал он и небрежно потер глаза кулаками. – Силюсь не уснуть. Жду, когда ты меня раскачаешь какой-нибудь болтовнёй, а ты, как назло, решила поиграть в молчанку.
Так вот оно что!
– Я уже вторую ночь практически не сплю, – заговорила я. – Сижу на энергетиках, от которых потом вообще заснуть невозможно. Эти утренние подъёмы такая мерзость.
Антон кивнул и потянулся к моему коктейлю, чтобы сделать глоток. Я демонстративно отставила стакан подальше от его загребущей руки.
– Жадина, – бросил он, убирая руку.
– Изо рта и в рот – получается микроб, – произнесла я детскую поговорку.
Похотливая улыбочка осветила усталое лицо Антона. Я закатила глаза и пробубнила:
– Кругом одни извращенцы…
Заметив, наконец, лежащий рядом со мной фотоаппарат, Антон спросил разрешения посмотреть. Я протянула ему мой «хлеб насущный», и он долго вертел его в руках, а потом резко сделал мой снимок. От удивления я подпрыгнула и закричала:
– Удали, гад!
– Зачем? Хороший снимок. – Улыбаясь, Антон протянул мне камеру.
И вправду, я вышла очень даже хорошо. Момент неожиданности сыграл свою роль: я смотрела в сторону, накручивая на палец прядь волос. Эта задумчивая милая девушка никак не могла быть мной, однако это была именно я – Антон постарался.
– Да, ты прав. Я не буду её удалять.
Мы просидели в кафе еще некоторое время, а потом, оплатив счет и накинув официантке немного чаевых, вышли из прохладного здания пиццерии под палящие лучи солнца. Никто из нас не высказал желания разойтись, поэтому ноги понесли нас к близлежащему пляжу, на котором из-за страшной жары было мало людей. Близился полдень, и народ, опасаясь в буквальном смысле поджариться на солнце, поспешил покинуть пляж и уединиться в своих квартирах с кондиционерами.
Сняв обувь, мы брели по кромке воды, оставляя в мокром песке глубокие следы наших ног. По пути к пляжу мы забавлялись тем, что дурачились перед объективом фотоаппарата, пока он не сдулся и не выдал нам прискорбную весть: батарея разряжена! Однако и это нас не остановило – мы разговорились, и оказалось, что у нас масса общего. О чем бы я ни начинала говорить, Антон подхватывал тему, и мы оба удивлялись и думали, о чём бы еще поболтать.
Ну прямо родственные души! Признаюсь честно – такое со мной было впервые, и это страшно опьяняло.
Правда, немного бесило, что Антону невозможно было посоветовать какой-либо фильм – всё, что я перечисляла, он уже смотрел. А еще он страшно любил читать книги. Любые. Говорил о них много и интересно, а я лишь слушала и кивала. В этой области у меня было мало практики, и мне вдруг страшно захотелось наверстать упущенное.
Становилось всё жарче, а море так манило своей прохладой, что хотелось кинуться в него прямо в одежде. Антон предложил искупаться, но у меня не было купальника.
– Стесняешься меня? – ехидно поинтересовался он.
Постепенно сближаясь со мной, Антон все меньше использовал ту беззаботную, милую улыбку. Видимо, это была одна из его особенностей общения с незнакомыми людьми. Теперь я увидела его истинное обличие: шутливый, порой немного ехидный парень, со сложным, но интересным характером.
Я закатила глаза.
– Тогда что? – не отставал он.
Я стояла и смеялась. У меня больше не было отговорок, чтобы не идти с ним купаться, поэтому меня распирал дикий смех, от которого мне самой было жутко. Однако у меня не было сил его прекратить.
– В общем, ну тебя, я в воду, – сказал Антон и, повернувшись лицом к морю, стянул с себя футболку, обнажая передо мной красивую, и, не смотря на всю его худобу, мускулистую спину. Странное желание коснуться её, провести по ней рукой, внезапно овладело мной. Помотав головой, я отогнала эти мысли. Антон уже скинул джинсы и был по пояс в воде, когда я, шепнув себе «а, к чёрту!», сняла с себя платье и с разбегу окунулась в прохладную морскую воду.
* * *
– Чем бы ты хотел заниматься в жизни? – спросила я у Антона, когда мы, высохшие и усталые, шли с пляжа.
– Хочу построить отличную карьеру. Чтобы не зависеть от ежедневных подработок в разных частях города. Хочу обеспечить отца, он же у меня инвалид. Из-за него я бросил учебу. Вернее, из-за его болезни.
Я слушала Антона с широко раскрытыми глазами. Он говорил тихо, смотря куда-то вдаль. Мне страшно было даже дышать, так я боялась спугнуть его искренность.
– Они с матерью развелись, когда мне было лет пять. Я жил с ней все это время. Потом отец серьезно заболел, а маме было все равно. Я люблю отца, поэтому не смог остаться равнодушным к этой ситуации – забрал документы из университета, собрал вещи и приехал сюда. Мать до сих пор на меня злиться за это.
– Жалеешь, что переехал? – спросила я, когда Антон замолчал.
Он помотал головой:
– Здоровье отца важнее для меня.
Помолчав немного, Антон добавил:
– Хотя, учиться мне нравилось. Разумеется, мне хотелось бы закончить университет. Это, пожалуй, единственное, чего я хочу в данный момент. А ты что будешь дальше делать?
Я задумалась. Мне нечем было особенно хвастать: девять классов средней школы, кулинарный техникум и профессия фотографа-любителя. Я не гналась за карьерой. Меня всё устраивало.
– Да ничего, наверно, – ответила я. Буду жить, как жила. С работы ближайшие года два меня не попрут, так что мне волноваться нечего, а если что, найду другую.
Антон хмыкнул.
– Что?
– Вот тут мы с тобой разные, – заметил он, глядя себе под ноги. – Я, в отличие от тебя, карьерист, и всегда любил и хотел работать. Но только не барменом, – Антон хохотнул. – Однако сейчас у меня нет возможности вырваться вперед и прокладывать себе дорогу в блестящее будущее. Забота об отце – вот мои ближайшие планы. Раньше я не понимал, что отец и мать – это самые близкие человеку люди, но с возрастом приходит истина. Многое меняется, и многое случается. Поэтому со временем начинаешь думать иначе.
– А как же отношения? Ты не хочешь найти себе спутницу жизни? – спросила я и тут же поморщилась от словосочетания «спутница жизни». Что меня заставило так сказать?
Но Антон, похоже, не заметил моего ляпа:
– Их у меня никогда и не было. Конечно, я встречался с девушками, но они меня в скорости бросали, потому что я не уделял нужного им внимания. Признаюсь даже, что просто-напросто забывал про них.
Я хохотнула. Ну, прям как я.
– Отношения тоже не для меня, – призналась я. – Иногда, конечно, позволяю себе легкие интрижки или короткие романы, но не более. Никакой серьёзности, – я гордо тряхнула распущенными волосами.
Антон улыбнулся и спросил:
– Тебе-то чем они не угодили?
– Да так, был неудачный опыт в школе. Парень мне изменил, и я перестала верить в любовь. Сказала себе, что не буду больше зависеть от парней и отношений с ними. Вот и всё.
О семейном проклятии я умолчала. Думаю, Антон бы посчитал меня за дурочку, скажи я ему об этом.
– Ясно, – тихо пробормотал парень, глядя себе под ноги.
Внезапно я поняла, что с легкостью рассказываю ему такие вещи, которые не сразу даже рассказала Машке – моей лучшей и единственной подруге. Внутри зародилось неприятное чувство того, что я как «открытая книга». Наверно, Антон подумает, что я жуткое трепло. Хотя, кто как не он только что рассказывал мне о причине своего ухода из университета?
Да и вообще, почему меня так волнует то, что обо мне подумает этот парень?
– А почему ты противник серьёзности в отношениях? – поинтересовалась я. – Неужели из-за того, что девушки тебя бросали?
Проходя мимо кустов шиповника, Антон сорвал цветок и, уставившись на него, сказал:
– Нет, конечно. Просто сначала был весь в учебе. Дико уставал, и времени на отношения не было. Да я никогда и не считал это столь нужным для себя. Если честно, то глупому свиданию я бы предпочёл день работы или пару часов чтения интересной книги. Поэтому девушки меня и бросали, но мне было на это плевать.
Я слушала Антона, наблюдая за каждым его движением: как он разминает плечи на ходу, как щиплет длинными тонкими пальцами розовый цветок шиповника. Почему-то мне хотелось запомнить каждую его манеру, повадку, особенность.
Постепенно на улице начинало темнеть, а мы всё гуляли и болтали о разной чепухе.
– Знаешь, – внезапно остановившись, сказал Антон. – Ты – счастливица!
– Почему это? – не поняла я.
– Потому что у тебя есть время на мелкие интрижки, – засмеялся он, глядя на меня.
Я насупилась. Почему-то мне было совсем не смешно.
– Я не легкодоступная, – обиженно сказала я.
– Я не это имел в виду, – начал оправдываться Антон. – Ты не хочешь отношений из-за неудачи в прошлом, а я из-за того, что мне это будет мешать карьере и отнимать много драгоценного времени.
Он остановился, поднял голову вверх и, глядя на окрашенное в багряный цвет небо, сказал:
– Спасибо, что вытащила меня сегодня из дома. Я уже давно так хорошо не проводил время. Если ты не против, давай продолжать наше общение?
Я подошла к нему поближе и тоже посмотрела на небо, такое огромное и бескрайнее, зовущее окунуться в него, как в море.
– Давай, – согласилась я.
Глава 4
Пляжная вечеринка
Суббота выдалась солнечной и ясной. Ни единого облачка не было видно на горизонте – одно сплошное голубое небо. На пляжной вечеринке собралось много людей. Все смеялись, веселились и много пили.
Я тут же влилась в атмосферу, а Машка и Кристя последовали моему примеру. Ко мне быстро стеклись парни и наперебой начали флиртовать со мной. Самым симпатичным был Саша – высокий блондин с голубыми глазами. Банальный идеал большинства девушек. Если Максима я всегда считала печальным принцем, то Саша показался мне блистательным королем. На нем была стильная дизайнерская рубашка, выгодно оттеняющая его мужественную фигуру, и голубые рваные джинсы. На правом запястье блестел толстый серебряный браслет со странной гравировкой, похожей на узоры, которые украшают древнегреческие вазы.
Пожалуй, Саша был единственным парнем на этой вечеринке, кто не стремился напоить меня или отвезти в номер отеля. Он подсел ко мне в баре, когда я рассказывала Антону, который усердно натирал бокалы, как он ловко завоевал Машкину симпатию.
– Хорошо, когда у человека есть друзья, – заметил Саша, дослушав мою болтовню.
Я повернулась на голос, и, оценив своего собеседника как симпатичного и богато одетого мужчину лет 30-ти, наивно поинтересовалась:
– А у вас разве их нет?
– Настоящих друзей, увы, нет.
– Я Василиса, а это Антон, – махнула я в сторону бармена. – Вы нас, конечно, порядком не знаете, но если захотите, то мы можем стать вашими друзьями.
Блондин искренне засмеялся:
– Очень рад знакомству, я Саша. Можно перейти на «ты»?
Я кивнула, и мы разговорились. Антон не стал вступать в нашу беседу, а даже наоборот, отдалился и стал усердно работать. Я перестала его замечать – всё мое внимание было устремлено на Сашу. Он спокойно говорил на разные темы, шутил, смеялся. Постепенно этот мужчина начинал нравиться мне все больше и больше, и я вдруг поймала себя на мысли, что буду совершенно не против, если он позовет меня продолжить эту вечеринку где-нибудь в тихом и безлюдном месте.
Мы много проговорили, много протанцевали. Время незаметно шло, вокруг смеркалось. Машка и Кристя уже уехали домой. Девчонки хотели забрать и меня, но я не хотела покидать красавца блондина.
Распрощавшись с подругами, я вернулась в общество своего нового знакомого. Саша купил мне мороженое, и мы пошли гулять к морю, чтобы немного отдохнуть от шумной вечеринки. От нещадно палящего днём солнца осталось только золото над горизонтом. Морская вода блестела от прожекторов и плескалась у нас под ногами. Саша рассказывал о том, как он мечтает путешествовать по миру, оставив свою нынешнюю жизнь, которой был не так уж доволен. Я ела мороженое и внимательно слушала его. Сняв обувь, мы шли босиком по песку, и маленькие волны врезались в наши ноги и отступали назад.
Внезапно Саша замолк и посмотрел на меня. Подумав, что другого момента может уже не представится, я обняла его шею свободной рукой и порывисто поцеловала. Он ответил на мой поцелуй, но почти тут же отстранился.
– Это было лишним, – прошептал он, стараясь не смотреть мне в глаза.
Я застыла в немом вопросе. Саша закатил глаза и вздохнул:
– Василиса, поверь, лучше не надо…
– Почему? – спросила я.
Снова вздох. Саша полез в карман джинсов и что-то достал оттуда.
– Вот почему, – он протянул мне свою разжатую ладонь, на которой поблёскивало обручальное кольцо.
– Для меня это не проблема, – соврала я. Конечно, это проблема. Да ещё какая! С женатыми мужчинами всегда проблемы, особенно с красивыми. Однако слова уже были сказаны.
– Для меня тоже, поверь, – он подбросил кольцо вверх, поймал его и спрятал обратно в карман. – Этот брак обременяет меня, поэтому на вечеринках всегда снимаю кольцо. А тут появилась ты – такая красивая, живая, настоящая… Я не хочу портить твою репутацию.
– Пфф, – я демонстративно отвернулась от него. Моё сознание понимало, что все кончено, что этот человек женат, и теперь мне от него ничего не нужно, но ущемлённая отказом гордость не хотела успокаиваться.
– Василиса, – он мягко положил руку мне на плечо. – Ты мне очень понравилась, но я правда не хочу таких отношений для тебя. Все это неизвестно когда и как закончится – будет много передряг и прочих неприятных ситуаций. Тебе это надо?
Я помотала головой. Он убрал руку с моего плеча.
– Вот и умница. Не обижайся на меня.
Я стояла к нему спиной и слышала удаляющиеся шаги. Потом, когда я перестала их слышать, мои ноги машинально двинулись к бару, где работал Антон. Мне вдруг отчаянно захотелось поплакаться в жилетку знакомому человеку, который выслушает и пожалеет.
К моему огорчению, Антона в баре не оказалось. Вместо него гостей вечеринки обслуживала какая-то девушка.
– Слушай, а где Антон? – спросила я у нее.
– Кто? – не поняла она.
– Ну парнишка такой высокий, в рубашке. Барменом тут работает.
– А-а-а, – радостно протянула девушка. Бес что-ли? Так он домой ушел уже.
Бес? Ну и погоняло у него тут. Хотя, фамилия то Бессонов…
Я скептически осмотрела сменщицу Антона и поняла, что изливать ей свои проблемы не стану даже в подвыпившем состоянии. Ненавижу представительниц своего пола, за исключением Машки и Кристи. Ну и мамы, пожалуй. Поэтому компанию мне составила бутылка «Малибу», которая лежала у меня в моей вместительной сумочке.
Вася не дурочка, всегда возьмёт с собой что-нибудь на «черный день»!
Особенно на такие вечеринки, где стакан коктейля стоит пол моей зарплаты, и где нет Макса, который бы от души сказал мне: «за счет заведения».
Из бара меня прогнали, потому что «со своими напитками сидеть нельзя», так что я ходила по всему пляжу, хохотала как дурочка и стремительно опустошала содержимое бутылки. От сладкого кокосового напитка меня слегка тошнило, а в горле саднило, потому что я просто заливала неразбавленный ром внутрь. Голова начала страшно кружиться, и я то и дела спотыкалась на ровном месте. Когда напитка почти не осталось, у меня внезапно выхватили бутылку. От неожиданности я неловко крутанулась и чуть было не упала, но была поймана чьими-то крепкими руками.
– Твоя подруга волнуется, что тебя долго нет, – упрекнул меня Антон.
– А! Антошка! – завопила я. – Как здорово, что ты тут!
– А говорила, что не напиваешься, – буркнул он, всё ещё поддерживая меня.
– Я не напилась – у меня просто настроение хорошее, – сказала я, почти не запинаясь.
Антон внимательно посмотрел на меня и очаровательно улыбнулся. Я, которая уже поняла, что эта его улыбка абсолютно наиграна, вдруг жутко рассердилась.
– Знаешь, почему у тебя нет девушки? – спросила я, сделав заумное лицо.
– Почему же? – поинтересовался он.
– Потому что эта вот твоя улыбочка, – я указала пальцем на его губы, – совершенно неискренняя. Если бы я была твоей девушкой, и ты бы мне так улыбался, я бы послала тебя куда подальше.
Обаятельная улыбка Антона исчезла, а на ее место пришла довольная ухмылка. В его карих глазах читалось одобрение.
– Я недооценил твою проницательность, – тихо сказал он.
– А зря! Короче, не улыбайся так больше. Становишься искусственным, как кукла, – посоветовала ему я.
По лицу Антона было заметно, что ему очень хотелось засмеяться, но он мужественно сдерживал себя. Вместо улыбки парень кивнул и наигранно серьёзно сказал:
– Я учту, товарищ командир.
– Да ну тебя, – бросила я и стряхнула с себя его руки. Он понял, что всё это время держал меня и, ухмыльнувшись самому себе, отвёл взгляд в сторону.
– Кстати, – вспомнила я одну вещь. – Что ты тут делаешь? Твоя сменщица сказала, что ты домой свалил.
Антон с интересом взглянул на меня. Ухмылка на его губах стала еще шире.
– Так что? – не собиралась сдаваться я.
Скрестив руки на груди, он ответил:
– Вообще-то я уже был дома, когда Маша позвонила. Она волновалась за тебя, потому что ты не брала трубку. Я пообещал ей вернуться и найти тебя.
– Ты ЧТО пообещал? – удивилась я.
– Найти тебя.
– САМ пообещал?
– Сам.
– Она тебя не просила?
– Нет
– Зачем тебе это?
Я смотрела на Антона, подозрительно прищурившись. Просто так в этой жизни ничего не бывает – эту истину я зазубрила навсегда. Что этому бармену от меня надо?
Глядя на меня в упор своими потрясающими светло-карими глазами, Антон сказал:
– Потому что мне не всё равно.
Звуки шумной вечеринки внезапно прекратились. Я не слышала ничего вокруг себя. И ничего не видела. Кроме этих глубоких карих глаз прямо передо мной.
Слова Антона перевернули моё сознание. Как будто мне не хватало до полного удовлетворения жизнью только этих слов. Как будто я все время мечтала, что кто-то когда-то скажет мне, что ему на меня не наплевать, что я важна для него.
Закапал мелкий дождь, как в день нашего знакомства, когда Антон вёз меня домой. Только тогда он раздражал меня, и я замерзла, а сейчас мне было тепло и спокойно.
Так же порывисто, как Сашу, я притянула к себе Антона. Может, это его слова так подействовали на меня, или мне надо было отыграться на ком-то из-за ущемлённой гордости, я не знаю. Во всяком случае, я не жалею о том, что было после. Не жалею, что долго целовала его на песчаном берегу на виду у всех людей. Не жалею, что почти без разговоров мы сели на его мотоцикл и поехали ко мне. Не жалею, что накричала на соседку, которая шла с ночной смены и, увидев, как мы обнимаемся в ожидании лифта, обозвала меня девушкой лёгкого поведения.
Не в силах выпустить друг друга из объятий и тщетно пытаясь не шуметь, мы с горем пополам добрались до моей комнаты.
Закрыв за нами дверь, Антон вдруг остановился и, тяжело дыша, пристально посмотрел на меня. От лунного света его карие глаза светились демоническим блеском, и я подумала, что его прозвище очень подходит ему. Антон только внешне выглядел милым и улыбчивым парнем. Внутри же он был мрачным, холодным и загадочным.
Насмотревшись на меня, Антон сделал шаг вперед и, взявшись за края моей нарядной кофточки, потянул их вверх. Мягкая ткань скользнула по моей разгоряченной коже. Антон действовал настолько быстро, что, не успела я оглянуться, как уже стояла перед ним абсолютно без одежды. Я уже давно перестала стесняться, однако перед этим человеком мне вдруг захотелось прикрыться. Руки сами собой потянулись, чтобы закрыть те части моего тела, на которые обычно смотрю только я, но Антон остановил меня. Аккуратно перехватив мои руки, он прижал их к своей груди, и я даже через ткань футболки почувствовала жар его тела и быстро бьющееся сердце.
Мне тоже захотелось стянуть с него одежду, но Антон не торопился. Склонившись надо мной, он начал целовать мне шею, слегка покусывая и опаляя жаром своего дыхания мою кожу. Одной рукой он скользил по моей спине, а другой гладил мои распущенные волосы. Намотав их на кулак, он потянул вниз, и я, вскрикнув, изогнулась всем телом, плотнее прильнув к Антону животом и бедрами.
Оторвавшись от моей шеи, он обхватил жаркими ладонями мое лицо и, проведя губами по моей щеке, поцеловал меня с упоительной страстью. Пальцы Антона не смогли удержаться на моем лице и заскользили вниз по моему обнаженному и пылающему телу.
Поцелуй становился все жарче и требовательнее – я и представить себе не могла, что такой милый и скромный на вид парень может целоваться так напористо и жадно. Этот поцелуй был совсем не похож на предыдущие. Казалось, то была всего лишь прелюдия к чему-то, что обещает вскружить голову нам обоим.
Прерывисто дыша, я задрала низ футболки Антона и нежно погладила его по груди. От моих прикосновений он вздрогнул и отстранился от моих губ. Протестующе фыркнув, я схватила его за шею и, притянув к себе, поцеловала Антона со всей страстью, на которую была способна, чтобы он, наконец, понял, что я готова и что я…
– … хочу тебя, – хрипло прошептала я, заканчивая свою мысль.
Антон скользнул томным взглядом по моим губам, и, ничего не ответив, приподнял меня и аккуратно положил на постель. Изловчившись, я ухватилась за его футболку и ловко стянула ее с Антона. Его русые волосы взлохматились, и это показалось мне настолько милым, что я не сдержала смешок. Антон удивлено уставился на меня. Лукаво улыбнувшись, я толкнула его в бок так, что он перевернулся на спину. Ловко запрыгнув на него, я улыбнулась еще шире, когда поймала на себе его довольный взгляд. Кажется, мальчик любит, когда девочка сверху…
Вырисовывая невидимые узоры на его животе и груди, я наклонилась и коснулась губами его татуировки на шее. Антон обхватил руками мою спину и притянул меня к себе, крепко прижав к своему телу. Мое сердце забилось еще сильнее, когда он снова накрыл мои губы своими. Больше мы не отрывались друг от друга ни на минуту.
Проснувшись посреди ночи от страшной жажды, я наклонилась к прикроватному столику, взяла кружку, которую всегда наполняю водой перед сном, и, обливаясь, сделала несколько жадных глотков. Вытерев распухшие от поцелуев губы тыльной стороной руки, я поставила кружку на место и, повернувшись на другой бок, увидела рядом с собой по-детски милое лицо Антона.
За окном всё ещё поливал дождь, и я захотела, чтобы он не прекращался целый день, ведь тогда, возможно, Антон не захочет воровато уйти от меня рано утром, как это делали те, кто оставался у меня на одну ночь.
