Текст книги "Черная невеста (СИ)"

Автор книги: Путешественница

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 36 страниц)

   Фигуры синхронно откинули низкие капюшоны, под которыми скрывались узкие холодно-отстранённые лица парней, неуловимо напоминающие друг друга.

   – Обращайся к ним по любому вопросу. Они тебе всегда помогут или дадут совет. Вэнади, пошли, я покажу, где ваши комнаты.

   Оставшись наедине с девочкой, Никаэль попытался сгладить допущенную неловкость.

   – Дарк, забудь то, что я сказал. Это была просто неудачная шутка.

   – Какое мне дело до морали и нравственности этого красноволосого?

   – Да не спит он с ними! – в отчаянии схватился за голову Никаэль.

   – Тогда почему ты его защищаешь?

   – Просто... просто забудь, хорошо?

   – Как скажешь, Безрак, – покладисто согласилась девочка.

   – И не называй меня больше Безраком. Я Ника, Никаэль.

   – Хорошо.

   ХХХ

   Я ничего не понимала. Никаэль то сам оскорблял Рикасарда, то внезапно вставал на его защиту, совершенно сбивая меня с толку своим непостоянством. А ещё эти парни из гарема Рикасарда... С какой радости я должна им доверять, а они мне помогать? Один из этой четвёрки увязался вместе со мной, Никаэлем и Лордом в Город. Я надеялась, что мы просто поедем в одну из кафешек, но Рикас потащил нас по многочисленным магазинам.

   Для меня это стало настоящей пыткой. Моё понятие об удобстве и красоте в корне отличалось от того, что мне предлагали продавцы. Ника терпеливо ожидал окончания наших дебатов, Лорд даже не пытался делать вид, что ему это интересно. А этот Анаорэ сидел с видом, будто его ничего в этом мире не колышет. Этакая статуя, которой всё равно, в какой обстановке её поместят.

   Вскоре Лорд не выдержал, и даже не удосужившись придумать благовидную причину своего исчезновения, сбежал. Не скажу, что мне от этого стало намного легче.

   Вернулись мы далеко за полночь. Сначала я даже не узнала места, которое покинула буквально десять боев назад. Квартиру выдраили так, что даже её обитатели чувствовали себя не в своей тарелке. Хэн внял угрозе Лорда, и больше я его не видела, о чём ничуть не сожалела.

   Помимо меня, четырёх парней из свиты Лорда, его самого и Никаэля, в команде было восемь существ. Командиром кольца был Адон – грубый по манерам вампир из какого-то не слишком сильного и малочисленного клана. Номинально он всё ещё оставался главой команды, но с каждым днём всё больше влияния переходило к Лорду. С Мио и Клио я была уже знакома. После первого дня они старались держаться от меня как можно дальше, а потом и вовсе незаметно исчезли.

   Из всей команды я более-менее общалась лишь с Мрэдхиром, являвшимся представителем беззаботного и довольно безвредного народа вигтов. Как он затесался в эту банду я понять так и не смогла. По мне, он был вполне себе компанейский весёлый парень, но Нике он не нравился. Безрак называл вигта не иначе, как "мелкий пакостник". Впрочем, нелюбовь была взаимной.

   Как мне поведал Мрэдхир, ещё полсиана назад команда была полностью укомплектована.

   – И что с того? – спросила я вигта, не понимая, к чему тот клонит.

   – Ничего, – рассмеялся он. – Если не считать того. Что они имели глупость стать неугодными Лорду. Впрочем, я здесь тоже надолго не задержусь. Надоедает быть постоянно начеку и подстраиваться под Лорда.

   Примером, подтверждающим его слова, оказалось исчезновение на второй день ещё одного члена команды, Риваса из народа, называемого рудры. Я его видела только раз: в первый вечер. После этого перевёртыш бесследно исчез. Как прокомментировал Мрэдхир: "Не сошёлся характером с Лордом".

   Лорд... В последующие дни я его видела исключительно редко. Потом исчез Ника, оставив записку, что его не будет по меньшей мере пол-луны. Я совсем заскучала. Из команды со мной никто, за исключением Мрэдхира, не общался, что, вполне возможно объяснялось постоянным присутствием кого-либо из "гарема" Лорда. Но эти парни что они есть, что нет – всё одно: просто маячат где-то на заднем фоне, не произнося ни звука. И относилась я к ним соответственно, то есть никак.

   Свою позицию я изменила после исчезновения Ники. Мы целые дни проводили вместе, а теперь мне просто нечем было заняться. Немного побродив по пустой квартире, я взяла с полки в общем зале первую попавшуюся книгу и засела в своей комнате (или в Безраковой – это смотря как рассматривать выделенное нам на двоих помещение).

   – Не горбься!

   Я так и подскочила на стуле. У меня что, глюки уже? На шизу не похоже. Я перевела подозрительный взгляд на замершую у двери фигуру. Быть не может, чтобы Вэнади сделал мне замечание! К тому же голос как будто принадлежал Люцифэ. Друг частенько указывал мне, что я делаю что-то не так. Наверно, просто задумалась и память мимо воли подбросила мне его голос-воспоминание. Интересно, как он там? Может, стоит написать ему письмо? Но что это даст? Я даже адреса не знаю. Да и не рискну поведать про причины, вынудившие меня поступить так по-свински в отношении его.

   – Дарк, не горбись!

   Я вздрогнула и вновь посмотрела на Вэнади. Теперь я была абсолютно уверена, что это он сказал.

   – А почему бы и нет? – с вызовом глянула я на парня.

   – Потому что это некрасиво.

   "Это некрасиво". Любимый аргумент Люцифэ. И, на его взгляд, самый убойный. Вот уж у кого постоянная привычка оценивать себя и других со стороны. Жесты, внешность, модуляции голоса, даже эмоции.

   Внешность.

   А ведь я ни разу не видела небрежности в одежде "гаремщиков", а их в любой момент дня и ночи уложенные волосок к волоску причёски. Неужели...

   Мне вспомнилось объяснение Люцифэ про имена, принятые в его народе: последний слог – непосредственно имя, а до этого имена предков. Догадка была дикой даже для меня, но я решила всё же проверить её.

   – Ди, послушай...

   – Не называй меня так, – чуть поморщился Вэнади. – В твоих устах это звучит, как оскорбление.

   Я не знала, радоваться мне или огорчаться. Похоже, соплеменники Люцифэ не столь-то уж и редки, как я до этого предполагала. Но что их может связывать с Лордом?

   – Вэнади, а почему ты подчиняешься Рикасу?

   Парень уставился сквозь меня отсутствующим взглядом. Теперь. Когда я поняла, что имею дело с соплеменниками Люцифэ, я видела всё больше схожих моментов в их поведении. Часовщик тоже порой смотрел на окружающих, как на мерзких букашек, недостойных и толики его внимания.

   – Потому что я сам так захотел.

   Я улыбнулась. Какого ещё ответа можно ожидать от подобного существа? У Люцифэ тоже любимые слова "я" и "сам". Эгоцентризм в самом что ни на есть чистейшем виде. Правда, у Люцифэ он сильно разбавлялся отношением ко мне.

   – И как Рикас отреагировал на ваше услужение?

   Маска каменного истукана дала трещину и на мгновение я увидела промелькнувшее в глазах Вэнади удивление. Тем не менее, ответ был дан холодно-бесстрастным тоном.

   – Он привык.

   Не сдержавшись, я расхохоталась, припомнив особенности отношения Люцифэ ко мне.

   – Бедный! Наверно, он не знал, куда от вас деться.

   Вэнади не понял юмора и ещё сильнее замкнулся в себе. Э, нет. Так не пойдёт. Я хочу как можно больше узнать о странном народе Люцифэ. И для этого мне нужно разговорить хотя бы одного из этих ребят. Включив обаяние на полную катушку, я начала упрашивать Вэнади потренировать меня.

   – Зачем?

   – Рикас сказал, что я никудышный боец. Хочу услышать менее предвзятое мнение, – не особо покривив душой, пробормотала я. И не прогадала.

   Вэнади оказался хорошим тренером. Довольно требовательный, но чутко чувствующий, когда следует дать по тормозам. Почти как Люцифэ. После тренировки я затянула Вэнади в душ (вот уже несколько дней, как у нас появилась настоящая вода, чему я безмерно радовалась). Было так забавно наблюдать за смятением этого парня. Я относилась к нему так же открыто, как если бы на его месте был Люцифэ и всё больше убеждалась, что для Вэнади подобное отношение в диковинку. Он ничего не говорил, но старался отстраниться от меня и сводить наш контакт к минимуму. Однако я упрямо не отставала. Мне целых две недели без Ники куковать. Я ж повешусь со скуки в этих четырёх стенах. К тому же мне нужно получить ответ на один очень важный вопрос.

   – Вэнади, ответь честно: из меня выйдет хороший воин?

   – С чего ты решила, что нет? – тщательно стирая попавшие на руки капельки воды, поинтересовался парень.

   – Понимаешь, Рикас сказал...нет, его мнение меня ничуть не волнует, тем не менее обидно, когда тебя называют полной бездарностью.

   – Лорд, конечно, никогда не отличался наличием такта, но на этот раз он явно перегнул палку. Ты ведь только начала учиться.

   – В общем, я поняла, спасибо.

   Схватив одежду, я направилась к двери, но Вэнади удержал меня.

   – Не суди его строго. Лорд – гениальный мечник, но и остальных он оценивает со своего уровня. Для него мы всего лишь малолетние дети, балующиеся с безобидными игрушками.

   Мне было чуть ли не до слёз обидно, но в то же время я понимала, чего стоила Вэнади его откровенность. Если я сейчас оттолкну его, поддавшись собственным оскорбленным чувствам, то вряд ли смогу рассчитывать на его искренность и расположение в дальнейшем. Поэтому загнав слёзы подальше, я улыбнулась и попросила:

   – Покажешь мне в следующий раз свои игрушки?

   Парень смешался, но после длительной заминки всё же утвердительно кивнул.

   Вечером я дождалась прихода Рикаса и потребовала, чтобы он начал брать меня на задания команды. За последнее время я уже более-менее привыкла к его мрачному виду и не терялась, стоило ему посмотреть в мою сторону.

   Красноволосый, которого я перехватила ещё в общей комнате, не дав возможности юркнуть к себе, устало откинулся на мягкие подушки и, глядя на меня сквозь полуопущенные веки, поинтересовался:

   – Сбрендил окончательно?

   – Я здесь на практике, знаешь ли. Или твоё понятие об этом ограничивается просиживанием взаперти?

   – Я не берусь за задания, в которых ты бы мог участвовать. Так что забудь, – непререкаемым тоном отозвался Рикас.

   – А остальные? – не отставала я.

   – Ты с ними не пойдёшь.

   Тут уж я не смогла сдержать бьющего наружу возмущения:

   – Это ещё почему? Мне отчёт писать, между прочим. Представляю, как это будет выглядеть, если мне и дальше придётся безвылазно сидеть взаперти.

   Рикас взял со стола по виду жестяную банку какого-то пойла, яркой расцветкой напоминающего кока-колу, и залпом выпил. Казалось, он потерял всякий интерес к моей особе, но я отступаться не собиралась. Неизвестно когда я его ещё увижу. Лорд приходит под утро и уходит до того, как я начинаю активные поползновения по квартире.

   – Когда?

   – Что когда? – спросил Рикас с явными нотками раздражения.

   – Когда я пойду на задание? – не отставала я, решив вытрясти из несговорчивого парня или душу или положительный ответ.

   – Когда паук прозреет.

   – Чего? – абсолютно сбитая с толку подобным ответом, уставилась я на него. Потом до меня дошло. – Издеваешься, да? И не смотри на меня, как слон на Моську.

   – Не имею понятия, о чём ты.

   Рикас подхватил со стола очередную ярко размалёванную банку, вскочил на ноги и скрылся в своей комнате. Ещё и заперся.

   Я минут двадцать пыталась выколупать его оттуда, пока, наконец, не сообразила, что мои голосовые связки и кулаки по качеству не дотягивают до уровня местной звукоизоляции.

   И что мне теперь делать? Ждать Нику? Но он тоже не поддержал идею серьёзного прохождения практики. Я дважды заводила разговор об этом, но Ника весьма искусно менял тему. Можно ещё попробовать потрясти Вэнади, но тот вряд ли возьмёт на себя ответственность перечить своему Лорду.

   У меня вообще сложилось такое впечатление, будто Лорд – это не просто второе имя, а нечто совсем иное. Большее. Вэнади и его знакомые ни разу не назвали Рикаса по имени и ни в чём ему не возражают. Может, он и вправду для них лорд какой?

XXX

  Я злобно глянул на Люцифэ и зарылся лицом в плоскую подушку. Тёмный всё так же упорно делал вид, что меня не существует. И как только Дарк его терпела столько времени? Не скажу, что он псих, но и нормальным его назвать сложно.

  Поняв, что избавиться от моего соседства не получится – я бы и рад, вот только места свободного попросту нет, ребята и так по трое ютятся, – дружок Дарк начал вести себя так, будто находится в одиночестве. В первый раз закинутые на стол в ботинках ноги и растянувшееся на два боя процедура приведения себя в порядок ни к чему, кроме ступора не привела. Потом начала бесить своим постоянством. Нет, мне совершенно всё равно, чем он там занимается. Но не посреди ночи же! Такое чувство, будто ему спать не надо. Да и жить, в придачу, тоже. Иначе зачем бы Льдинке столь методично доводить окружающих до белого каления?

  Сообразив, что заснуть я уже теперь не смогу, перевернулся на спину и закинул руки за голову.

  Всё сложилось неправильно, начиная с ухода Дарк и заканчивая этой треклятой базой на Равалоне. Оказывается, каторжники не просто сбежали, а попутно вырубили все системы слежения и обнаружения, прихватили с собой оружие, а теперь ещё и подорвали портал.

  Див пообещал начальнику базы голову свернуть, когда всё закончится, за дачу ложной информации. Если бы в Академии знали, что здесь всё так серьёзно, то ни за что не отправили бы младшие курсы. Толку от нас здесь! Не психи ведь, с голыми руками против молекулярного и лазерного оружия переть. И специалистов по починке техники на базе нет (того, что был, пришибли ещё до нашего прибытия). За прошедшие треть луны только девятикурсников и задействуют. Ну и меня с этим чокнутым, приписанных к одной из групп.

  Разведка, патрулирование и вновь разведка. Скучно. И тем не менее, каждый поход сопряжён с определённым риском. Отдохнуть бы хорошо перед завтрашним, а тут этот... ногти по полночи полирует.

  Наконец, я не выдержал и поинтересовался:

  – Ты долго ещё?

  – А в чём проблема? – не отвлекаясь от своего занятия, вопросом ответил Люцифэ.

  – Я отдохнуть нормально хочу перед вылазкой.

  – Отдыхай. Или тебе нужно моё разрешение?

  – Нет! Ты мне мешаешь.

  Дружок Дарк ничего не ответил, но буквально через полстигны закруглился. Стянуть бы у него как-нибудь все эти наборчики и коробочки. Интересно, как бы он тогда запел? А то притянул откуда-то зеркало и по пол-утра крутится перед ним. Вот уж где истинная девчонка в мальчишеском теле. И откуда только подобные на свет появляются? А ещё сильнее настораживает вопрос: что Дарк умудрилась в этом извращенце откопать? Ладно. Всё равно ответов не прибавится, так что пора хоть немного отдохнуть.

  Но сон всё не шёл. Некстати вспоминался разговор с наставником Дивом по прибытии на Равалон. Несмотря на отсутствие Дарк, отчего Диванир был жутко зол, наставник выкроил время и лично подтвердил, что я с Люцифэ прикреплены к трём девятикурсникам.

  – И чтобы без выкрутасов мне. Я не в настроении с вами цацкаться.

  – Если ко мне лезть не будут, то и проблем не возникнет, – пожав плечами, индифферентно отозвался Льдинка.

  – Ученики уведомлены о твоей уникальности, – рыкнул Диванир, – но и сам не нарывайся, иначе лично когти повыдёргиваю. Ты понял?

  – Да.

  Судя по виду, наставник Див едва удержался, чтобы не сплюнуть от досады: отвечая, Люцифэ с безмятежным видом эти самые ногти и рассматривал.

  – Тогда свободны. Поселитесь в четырнадцатой комнате вдвоём. Она самая маленькая.

  Мелькнула мысль рассказать о ночных и утренних посиделках Люцифэ, но наушничество мне претило. К тому же, дружок Дарк, помимо перекосов с самолюбованием, ведёт себя относительно адекватно и гадостей никаких лично мне не делает. Вот только смотрит постоянно, как на пустое место, что жутко бесит.

  Но нельзя не признать, что был бы у него характер чуток получше, так вообще за нормального парня бы приняли. В придачу, Люцифэ не сошёлся взглядами с Гроссером, что мне в немалой степени импонировало и помогало закрывать глаза на многие недостатки соседа.

  Подняли нас безбожно рано даже по местному времени, которое довольно сильно отличается от привычного нам. Участки для патрулирования распределялись на всю группу. В мою входили, помимо меня и Люцифэ, трое девятикурсников: Ларан, Дэлаон и Ванир – лучшие со светлого факультета. Ребятам, судя по их поведению, внималось не только выполнять задания, но и опекать нас с Люцифэ. Причем наставники отнюдь не собирались облегчать их участь: участки выдавались довольно сложные. Вот и сейчас нам предстояло обследовать один из каменистых склонов в предгорьях, находящихся в двух дневных переходах от базы.

  По прибытию на Равалон мы оказались даже в более невыгодных условиях, чем каторжники, не зная толком, где расположились беглецы. Планета буквально испещрена шахтами, местами выходящими на поверхность. Небрежность надзирателей меня поражала: на базе к нашему приезду не было ни одной подробной карты этих катакомб. На предоставленной нам намечены лишь главные артерии да сеть проходов, изобилующих неточностями и белыми пятнами, из числа тех, что ведут на поверхностные разработки. Сами же каторжники, не будь дураками, обвалили некоторые ходы, а другие оснастили ловушками. В результате под поверхность чаще всего ходили лишь Див с Канореном. Ученикам же приходилось довольствоваться лишь поверхностным патрулём.

  – Так, мелкие. От нас ни на шаг. Местность нам досталась малоизученная, местами с зыбучими песчаниками. Встречаются карстовые полости. Поэтому, если не хотите свалиться прямо на головы каторжникам, никакой самодеятельности, – принялся наставлять нас Ларан после получения задания для команды. – Оставайтесь постоянно в пределах видимости. Заметите какое движение – беззвучно падаете на пузо и не рыпаетесь... Люцифэ, ты меня слышишь?

  – Да.

  – Мелкий, не доводи меня перед заданием, а то рискуешь остаться "забытым" где-нибудь под камнем.

  – А ты, в свою очередь, не относись к нам, как к бесполезному грузу, – вяло огрызнулся Льдинка.

  – Как только научишься физические усиленные щиты ставить, тогда и не буду. А пока молчи и не вякай.

  – Я не собираюсь просто валяться и ждать, пока меня прибьют безоружного, – резонно возразил Люцифэ. С этим мнением я был абсолютно согласен. Нам должны были выдать не только эту допотопную броню, но и другие средства защиты. И нападения.

  – Мне ни к чему ваше идиотское геройствование. Без вас разберёмся.

  – Так, может, нам с вами вообще не идти, – абсолютно спокойно, даже отрешённо поинтересовался Люцифэ, что ещё сильнее разозлило Ларана. Однако девятикурсник прекрасно умел держать себя в руках, и единственной видимой реакцией была лишь словесная угроза:

  – Я всё больше склоняюсь к мысли подсунуть тебя каторжникам. Двойная выгода получится: и от тебя избавлюсь, а нервы им потреплешь перед смертью.

  – Как знаешь, – всё так же отстранённо отозвался Люцифэ.

  Ларан внимательно посмотрел на Льдинку, пытаясь уловить малейшие признаки прямого неповиновения, однако тот стоял с абсолютно индифферентным ко всему видом, будто разговор шёл вообще не о нём. Да уж, выдержке и высокомерию Люцифэ можно только поражаться. К нам приблизился Дэлаон, чтобы отчитаться о готовности снаряжения. Ларан окинул ещё одним оценивающим взглядом тёмного, потом махнул на его заскоки рукой и переключился на более актуальные вопросы.

  Наконец, мы были готовы и отправились в путь. Равалон, в большинстве своём, был занят пустынями и чахлыми саваннами. Двадцать процентов поверхности планеты покрывали моря, ещё с десяток – горы. Полумёртвый мир, где, несмотря на отсутствие нормальной питьевой воды, всё же водилась некоторая живность, представлял собой интерес только как источник обширных залежей редких полезных ископаемых.

  До обозначенного квадрата мы добирались почти полтора суток. Однообразная дорога сменилась обследованием голых каменистых нагромождений. Уже подступали короткие сумерки, когда я краем глаза заметил движение. Сухой щелчок ружья и сильнейший удар в бок слились воедино. Не успел я сообразить, что к чему, как почувствовал, что падаю. Под тяжестью чужого тела не получилось толком сгруппироваться, в результате чего чувствительно проехался ладонью по камням, а Люцифэ – именно он сбил меня с ног – с силой припечатал меня о неровную песчаную почву. Справа раздался крик боли, но мне было уже не до этого, так как твёрдая поверхность под нами просела и с ухом-вздохом устремилась вниз. Вот и карстовые полости нашлись. Как не вовремя.

  За краткие миги падения я так и не смог избавиться от вцепившегося в меня мертвой хваткой Люцифэ, поэтому приземление успехом не отличалось.

  Охнув от резко пронзившей бок боли, я остался неподвижно лежать на твёрдых камнях, ожидая пока Люцифэ соизволит отлепиться от меня. Однако тёмный не двигался. Спустя десяток мигов я не выдержал и зашипел:

  – Слезь...

  – Тс-с-с!

  – Люцифэ, если мы будем вот так лежать у всех на виду...

  Закончить я опять не успел. Дружок Дарк пружинисто вскочил на ноги и дёрнул меня за собой. Конечно, не ему же посчастливилось чувствовать себя заготовкой между молотом и наковальней.

  – Куда...

  – Да помолчи ты хоть стигну, если жизнь дорога! – негромко рыкнул Люцифэ, волоча меня следом за собой в глубину какого-то коридора.

  Меня пошатывало, правый бок, плечо и нога сильно болели – последствия неудачного падения, – отчего я с трудом брёл вслед за своей рукой.

  – Быстрее!

  Я бы с удовольствием, но... В этот миг я запнулся и чуть не упал, а сильный рывок за больную руку заставил невольно поморщиться. Куда он меня тянет? Провал в потолке остался далеко позади, поэтому я никак не мог сориентироваться в окружающей тьме.

  – Шевели ногами! – змеёй прошипел Люцифэ, на что я только огрызнулся, стараясь не показывать, что мне больно даже двигаться.

  – Я ничего не вижу!

  – Больно – значит, живой. Так что радуйся, – будто прочтя мои мысли, невпопад ответил Льдинка.

  – Куда ты меня тащишь?

  – В идеале на поверхность, а там как получится. Главное, оторваться от преследователей и не наткнуться на... вот Джер!

  Люцифэ резко свернул влево. Я так не смог и приложился об острый угол пока ещё здоровым плечом.

  – Бежим! – выдохнул парень. Я попытался переставлять ноги побыстрее, и у меня даже начало получаться, когда Люцифэ внезапно затормозил. Врезавшись ему в спину, я прикусил от боли губу. Он что, издевается?

  – Мы в тупике и за нами погоня, – просветил меня этот умник. – Снимай броню и рубашку.

  – Они же тогда пристрелят нас, как...

  – С ними нас прибьют ещё быстрее, а так есть шанс. – Не дождавшись реакции, Люцифэ начал поспешно сдирать с меня одежду.

  – У меня есть оружие. Я могу...

  – И думать забудь! Разыграем маленький спектакль, а потом сбежим при случае.

  – Но...

  – Я твоя сестра, Люцифа, из деревеньки... Хэма.

  – Но послушай, Люцифэ...

  – Это ты слушай. Драться мы не умеем, попали сюда через портал, но, естественно, не понимаем сами как именно и уже долго блуждаем по коридорам. – Он что-то ещё торопливо бормотал, судя по всему, быстро избавляясь от собственной брони, но я больше не слушал, обратившись к Амореонэ, как к более трезво мыслящему.

  Мы ведь сможем противостоять колодочникам?

  "О! Не прошло и луны. Как ты обо мне вспомнил!"

  Амореонэ, сейчас не время обижаться! У нас получится выжить, в случае, если мы нападём первыми?

  "Нет. Тебе просто не дадут времени приблизиться. Особенно в подобном состоянии. Так что следуй указаниям Люцифэ. Вот если бы ты обратился ко мне стигной ранее, то шансы были бы большими, а сейчас... можешь только помолиться".

  Я задумался: вправду ли наша ситуация настолько безвыходная или Амореонэ просто обиделся и таким образом решил отомстить? В себя я пришёл от внезапного толчка в грудь. Что-то я сегодня слишком часто падаю, причём весьма болезненно.

  – Вымажься грязью, – посоветовал нависающий надо мной Люцифэ и с силой рванул в стороны мою майку, отдирая рукав. К моему изумлению, она с неожиданно громким хрустом поддалась.

  – Зачем?

  – Вот полудурок! Чтобы было похоже, что мы здесь давно уже бродим. – Говоря это, Льдинка присел на корточки и начал усиленно тереть мои руки, шею и лицо, а заодно и одежду. Я вяло помогал, несогласный, что иного выхода выбраться отсюда у нас нет. Плюнув на ладонь, парень ещё раз интенсивно растёр мне лицо, отчего я брезгливо скривился, но стерпел. Если выживем, он мне за это ответит.

  Я только успел встать на ноги, как по стенам запрыгал слабый луч фонарика, а Люцифэ с неожиданной силой впечатал меня в стенку. Я чуть не взвыл от боли в плече. Да что ж это такое? Благодаря выступу впереди, нас не сразу будет заметно, но и преследователи пока не видны.

  Плотно прижавшееся ко мне тело начала сотрясать крупная дрожь. Люцифэ уткнулся лицом мне в майку и чуть слышно забормотал, закончив весьма реалистичным всхлипом:

  – Мямли, сбивайся и разыгрывай испуг. Остальное на мне.

  Наши преследователи даже не пытались идти тихо. Я поморщился от громкого голоса, приобретающего в этих катакомбах новую силу и модуляции. И почему только я не слышал ничего раньше? Даже шагают преследователи на удивление громко, совершенно не прячась.

  Наконец, нас заметили. Луч света остановился на нашей колоритной парочке и замер. Клеймённых же в темноте было не разглядеть. Я инстинктивно прижал к боку Люцифэ, чувствуя себя абсолютно незащищённым. Если они сейчас выстрелят...

  – Смотрите, малышня какая-то.

  Луч пробежался по нашим лицам. Я не выдержал напряжения и закрыл глаза. Если выживем, точно подговорю устроить Люцифэ тёмную. За то унизительное положение, в которое мы попали, даже этого будет мало.

  – Да прирезать их и пошли дальше, – ответил идущий первым и медленно направился к нам.

  – Вот-вот. Они, небось, вместе с теми, что наверху шухер устроили, – поддержал первого картавый голос.

  – Вот сейчас и проверим, – уже не так уверенно отозвался тот и ещё осторожнее стал приближаться к нам.

  – Хлыст, оно тебе надо? – забеспокоился картавый. – Дихта утверждает, что этих ребятишек, как бойцовских зверей, против всего живого натаскивают. Отойди от них, а то бросятся ещё.

  – Отвали. – Первый уже приблизился на расстояние трёх шагов и замер, решая стоит ли подходить ближе. Я медленно открыл глаза. Помирать, не видя от чьей руки – мало того что трусость, так ещё и глупость несусветная. Хотя черт лица колодочника я даже сейчас разглядеть не мог. А худощавая, будто ломаная, фигура клеймённого и вправду чем-то напоминала хлыст. В подбородок уткнулся холодный металл. Сейчас, если я отшатнусь и смогу выбить оружие, тогда...

  Люцифэ, будто прочитав мои мысли, впился мертвой хваткой, лишая необходимого пространства для маневра и скорости. Чтоб его! Неужели он не понимает, что это, может, наш единственный шанс?!

  – А ну отвечайте, кто такие? – потребовал Хлыст.

  – Я... мы... – мне самому стало противно от вырвавшегося мямлянья. Что говорить, я абсолютно не знал. Положение спас Люцифэ, чуть отодвинувшийся от меня, но и не подумавший отпускать. Он заговорил прерывающимся высоким девчачьи голосом, от которого я невольно поморщился.

  – Мы заблудились!

  Люцифэ высвободил правую руку, зато левой вцепился в меня поистине мёртвой хваткой и принялся размазывать слёзы по чумазому лицу.

  – Здесь темно, страшно и есть нечего! – Льдинка громко всхлипнули и умоляющим тоном закончил: – Мы домой хотим!

  – Девчонка? – растерялся Хлыст. – Но как ты здесь очутилась?

  – Мы потерялись! – прорыдал Люцифэ. Я только поражённо слушал его игру. Не зря мастер Хаоки хвалил тёмного, как самого выдающегося по маскировке. Даже у меня, твёрдо знающего, что это мальчишка, закрались определённые сомнения. – Пошли в лес, а Хлокс внезапно укусил меня и сбежал. Мы побежали, Дар кричал, а Хлокс бежал и бежал, а...

  – Постой-постой, – перебил излияния Льдинки Хлыст, абсолютно утративший нить разговора. – Кто такой этот джеров Хлокс?

  – Мой друг. Это зарин. Я подобрала его с лапой и выходила. У него во-от такенные уши, а ещё... – забыв про слёзы воодушевлённо вещал Люцифэ я только диву давался его выдержке. Впрочем, Хлыстовой тоже.

  – А Дар кто?

  – Мой брат. Вот же он стоит.

  – Да врёт она всё, – влез в наш разговор картавый, не рискуя, впрочем, приближаться более чем на пять шагов.

  – Погоди, – отмахнулся от него Хлыст и вновь переключился на Люцифэ: – И как вы здесь очутились?

  – Хлокс сбежал, мы побежали следом, – терпеливо начал рассказывать по второму кругу Люцифэ. – Мы бежали и бежали, а он внезапно прыгнул в сторону и исчез. Я звала-звала, а он так и не вернулся!

  – Ну хорошо, – Хлыст был само терпение. Я бы давно уже гаркнул, начни мне кто-либо рассказывать подобный бред, да ещё и писклявым голосом. – А здесь-то вы как очутились?

  – Я же говорю, – не отступался Люцифэ от своего стиля повествования. Я едва сдержался, чтобы не закатить глаза: тёмный точно решил нарваться. – Мы звали и ходили, а Дар сказал, что домой надо, но я хотела найти Хлокса, а его всё нигде не было. А потом что-то блеснуло, и вокруг была темнота, и нам стало страшно...

  – Хлыст, ты понимаешь, о чём мямлит эта мелочь? – поинтересовался второй, до этого молча слушавший исповедь Люцифэ.

  – Да врёт она всё, – снова влез картавый. – Какой здесь, к демонам, лес?

  – Я правду говорю! – обиженно вскинулся Люцифэ. Даже ногой притопнул. По-моему, он переигрывает и не совсем соответствует роли младшего подростка, на которого выглядит. Но это моё личное мнение.

  – И давно вы здесь? – отмахнувшись от соратников, поинтересовался Хлыст.

  – Давно, – поник плечами Льдинка. – Мы шли-шли, а везде темнота и никого, а Дар говорит, что мы кругами ходим. Но как же кругами, если всё время вперёд?

  – Ясно. – Хлыст, наконец, убрал пистолет от моего подбородка. Я бы на его месте не был столь доверчивым. – А не вспомните, как вы сюда шли после вспышки?

  – Прямо. А когда не получалось прямо, то как получалось.

  Хлыст перевёл вопросительный взгляд на меня. Пришлось делать испуганно-смущённый вид и отрицательно качать головой.

  – Здесь всё одинаковое, – снова влез Люцифэ.

  – В общем, идёте передо мной, – распорядился Хлыст. – Вздумаете бежать – искать не будем, зато стрелять на поражение – без малейших раздумий.

  – Вы нас отведёте домой? – с надеждой спросил Льдинка.

  – Посмотрим.

  – Но я домой хочу, к маме!

  – Прекрати реветь, не то бросим прямо здесь.

  Угроза "подействовала", Люцифэ замолк.

  – Хлыст, ты что, собрался их к нам вести? – удивился молчавший до сих пор четвёртый.

  – Да. Пусть Дихта с ними поговорит. Может, дети и вправду сюда через портал попали, тогда мы хотя бы будем знать, что он рабочий.