Текст книги "Сказка про попаданца (СИ)"

Автор книги: Пантелей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)

Конечно, они не планировали сразу наступать на Куско, но и Маракайбо теперь очень лакомый кусок. В городе нет стен и пушек, у Инков нет огнестрельного оружия, зато в портовых складах дорогущие зеркала и холодильные шкафы, резина и шоколад, спички и прочие диковины. Кроме того, в городе находятся император и вице-император, за которых можно получить немыслимых размеров выкуп, а в резиденции губернатора наверняка навалом золота и серебра. Возле города выпасают лошадей, а до Медельина ведёт отличная дорога.

В общем, Маракайбо – это ключ ко всей Империи Инков, к сокровищнице, которая сделает богатыми всех, включая рядовых конкистадоров из простонародья, а вожди похода точно станут богаче самого короля. Колдовства оккупанты не опасались – Святой Крест убережёт. Исповедались, помолились, причастились, взяли с собой трёх монахов, по одному на каждый корабль-отряд, загрузили солдатню, практически битком, благо, от Порто-Белло до Маракайбо реально рукой подать, и отправились поправлять своё материальное положение и престиж своего короля.

Пехоту с вождями и монахами высадили в пятнадцати километрах от города, вечером, четырнадцатого октября 1522 года, планируя устроить штурм на рассвете, с поддержкой корабельных пушек. В ночь на пятнадцатое, корабли вошли в горловину озера и были атакованы «миноносцами» Инков. Головной и замыкающий притопили на узком мелководном фарватере, средний в линии оказался заблокированным и спустил флаг.

Отряд из семисот двадцати человек, с сотней офицеров-дворян, тремя монахами, двумя губернаторами и одним, очень знаковым для Савелия и Эль Чоло, аделантадо, на марше атаковали бойцы Первой Гвардейской бригады Быстрого Реагирования, уже вооружённой ружьями. Атаковали мелкими группами с разных сторон, испанские оккупанты шли плотным строем, подсвечивая себя факелами – отличные цели для ночной охоты. К утру их осталась всего половина и всякое сопротивление прекратилось.

К сожалению, Франциско Писарро до суда не дожил, скончался на третьи сутки после ночной бойни, не приходя в сознание; зато двух губернаторов, двух Диего – кубинского де Веласкеса и панамского де Альмагро захватили живыми и неповреждёнными. Кроме губернаторов, выжили все три монаха, пятьдесят шесть дворян и триста восемь рядовых оккупантов, у моряков потери составили всего восемнадцать человек, сто двадцать четыре сдались. В восстановленных Порто-Белло и Панаме осталось всего четыре сотни солдат с шестью офицерами, а в Гаване триста пятьдесят и пять.

– И?

– Бабахнуло прилично, но починить можно, – Эль Чоло осматривал повреждённые испанские шхуны, – примерно на месяц работы. По два шпангоута разнесло, ну, и обшивку, конечно.

– Месяц – это хорошо, как раз приготовиться успеем.

– Хочешь на Кубу сходить?

– Это обязательно. Зло должно быть наказано. Неотвратимо и… В общем, Куба-либре.

– Людей и так не хватает, а ты ещё распылять собрался.

– Наших мы на Кубе не оставим, у нас теперь ручные испанцы есть. Солдатни в Лиме четыре сотни, половина наверняка послужить захочет, всё равно, работники из них аховые, вот и призовём, а офицеров целых шестнадцать штук, им в Испанию хода больше нет, они теперь наши до гроба.

– Две сотни будет мало.

– Две сотни – это сержантов и капралов, шаман. В строй поставим всех выживших. Кроме дворян и монахов, конечно. Ещё семь сотен захватим на местах, а тысячи двухсот хватит точно. Все пушки, ядра и порох им отдадим – продержатся до прибытия помощи, в случае чего. Зато прикинь, какой возникнет резонанс в Испании, после появления испанского герцогства Куба, вассального Великой и непобедимой Империи Инков. Или лучше Республики?

– Лучше герцогства. Тогда и Пуэрто-Рико, с Эспаньолой и Ямайкой задумаются. Республики появляются в результате революций, монархи их не учреждают.

– Ты прав. Всё время забываю о своём здешнем статусе. Кстати, давай вызовем из Куско ещё и послов, пусть будут свидетелями Чуда.

– Давай. Пусть будут.

Интерлюдия. 3 апреля 1523 года.

Генрих Восьмой Тюдор, король Англии и Ирландии, размышлял над полученной из Нового Света информацией. Сэр Томас Мор справился с посольством отлично, отношения с мощной заокеанской Империей завязались, английские купцы получили равные права в торговле с самым интересным торговым партнёром, а учитывая возможности Англии в производстве железа и стали, эти равные права в торговле уже дают определённые преимущества. Это была уже третья встреча короля и его вернувшегося посланника за неделю. При дворе теперь болтают всякие гадости о новом фаворите и противоестественной мужеложеской связи между ними, но это сейчас только на руку. Пусть пока болтают, создают отвлекающий фон, поганые языки обрезать никогда не поздно.

Товары у Инков действительно уникальные. Огромные зеркала превосходного качества; волшебные холодильные шкафы; божественного вкуса шоколад; резина, которой каждый день находится всё новое применение, и изделия из неё, вроде подошв для обуви и незаменимых уже галош; очень удобные в применении спички, головки которых теперь применяют для запалов артиллеристы; кремниевые замки для аркебуз – всё это Европе требуется в огромных количествах и стоит сумасшедших денег. Удачный рейс купца со сталью в Маракайбо и с товарами обратно приносит восьми-десятикратную прибыль, только долго это благолепие точно не продлится. В эту игру вступили все, и некоторые вступили в неё раньше и на лучших условиях.

Уже почти побеждённые, французы и венецианцы, вдруг воспряли духом, и за одну осеннюю кампанию 1522 года захватили и разделили всю Италию. Папский Престол вернулся в Авиньон и утратил какое-либо влияние на европейскую политику. Теперь это марионетки Франциска, как когда-то, до Столетней войны, они были марионетками Филиппа Красивого.

Чудо? Теперь у каждого Чуда имеется вполне понятное объяснение – это Инки. Это Чудо оплатили Инки! Не это, конечно, плевать им и на Италию, и на Святой Престол, они оплатили помощь в организации своего посольства в Московию. Очень щедро оплатили, считать эти Инки совсем не умеют, вот и хватило французам с венецианцами на найм аж тридцати тысяч наёмников-швейцарцев и германских ландскнехтов.

Теперь Франция и Венеция строят огромные флоты, очевидно, намереваясь монополизировать торговлю с Новым Светом. Карл Габсбург в шоке. И от итальянских потерь, и от сокрушительных поражений в Новом Свете. А кроме того, Мартин Лютер вот-вот взбунтует Бургундские Нидерланды, Люксембург и Артуа. И что тогда останется от некогда мощного союзника Карла, если учесть, что почти вся Испания против него уже бунтует, а его оставшиеся колонии в Новом Свете, всерьёз подумывают о смене сюзеренитета на Империю Инков?

И что будет с Англией, когда Габсбурга окончательно ввергнут в ничтожество? Франциск Валуа ничего не простит, да и мерзким венецианцам конкуренты ни к чему. Всё, что зарабатывает твой конкурент – не зарабатываешь ты сам.

А ведь ещё есть османы, которые теперь продают свои товары в Маракайбо. Дешевле продают, чем в Европе, но всё равно это им очень выгодно. Всё теперь продаётся в Маракайбо – шёлковые и хлопковые ткани, специи и пряности, ароматические масла и драгоценные камни. В Маракайбо всё это теперь покупать дешевле, чем в самой Османской Империи, но всё равно, османским купцам это очень выгодно. Европейцы платят им там той-же сталью, на которую, проклятые агаряне, выменивают в Новом Свете настоящие сокровища.

Морской союз, а может и не только морской, Османской Империи, Франции и Венеции станет настоящей катастрофой для Англии. А ведь такой их союз теперь очень реален, те-же Ганзейцы с удовольствием примкнут к нему «младшим братом» за долю малую. И плевать им всем на веру христианскую, за такие-то деньги и возможности. Христопродавцы поганые… Опередили с посольствами, поганцы. Что-то теперь надо делать, но что именно?

– Сэр Томас, жалую вас графством Саффолкским, титулом графа и лендлорда.

– Покорнейше благодарю, Сир. Это слишком щедрая награда, за мои скромные достижения.

– Слишком щедрая, но вы её отслужите, в этом я уверен. Итак, граф, оцените наши шансы закрепиться в Маракайбо, с учётом возможностей всех интересантов-конкурентов.

– Оцениваю, как весьма невысокие, или даже крайне низкие, Сир. До Маракайбо мы просто не доберёмся. Или не выберемся оттуда, что, в принципе, одно и то же. После учреждения Кубинского герцогства Империи Инков, я скорее ожидаю перехода всей Испании в вассалитет Империи Инков, чем возможность Карла Габсбурга вернуть свои позиции в Новом Свете. Герцог Паскуаль Андагойа де Куба уже пообещал всем переселенцам из Испании, которые прибудут с семьями, по сто гектаров земли бесплатно.

– Не понимаю я этих гектаров. Сколько это в акрах, граф?

– Двести пятьдесят, Сир.

– Ого! Настоящая сеньория-шателения. Бесплатно… Туда ведь сбежит вся Испания.

– Так точно, Сир. Сбежит вся Испания, которая не принимает Карла Габсбурга. Нашего нынешнего союзника, Ваше Величество.

– Кто-же знал-то, граф… Тогда всё это казалось очень перспективным – и союз с Карлом, и мой брак с Екатериной Арагонской. Кто-же знал тогда про этих чёртовых Инков… Ведь почти до Парижа тогда дошли…

– Политику нужно срочно менять, Сир…

– Не считайте меня слабоумным, граф. Что это нужно – я и сам отлично понимаю, это теперь любой идиот в Европе понимает, но как это сделать? Франциск Валуа точно не простит мне удара в спину.

– Нам нужен союзник, Сир. Очень уважаемый всеми союзник.

– Вы же сказали, что от военного и политического союза Инки отказались.

– Совершенно верно, Сир. Инки отказались, но они всем в этом отказали. Я предлагаю заключить военный союз с Московией. И вот почему….

Последним, из ключевых европейских игроков, в конце декабря 1522 года, в Маракайбо-Куско, прибыло посольство Османской Империи. Именно так – и в Маракайбо, и в Куско. Турки-османы прибыли на шестнадцати кораблях и привезли посольство из почти восьмисот дипломатов, торговцев и слуг, во главе с младшим единокровным блатом султана Сулеймана Первого Османа – Увейс-пашой, совсем ещё молодым человеком, двадцати лет от роду.

Такое проявление уважения не оставили без взаимности. В Куско, османам выделили два дворца (Манко Капака и Инки Юпанки), а в Маракайбо только что отстроенную новую резиденцию губернатора. Себе потом построим ещё, а пока и старая сгодится. Кроме того, османам разрешили построить в Маракайбо мечеть. Впрочем, папскому нунцию, кардиналу Джулио Медичи, тоже разрешили построить в городе церковь. Пусть будет, мы никого не боимся.

Османы привезли столько товаров, что обрушили на них цены ниже европейских. Шёлковые и хлопчатобумажные ткани, специи и пряности, ароматические масла и благовония, ковры и драгоценные камни – всё это европейским купцам теперь стало выгоднее закупать в Маракайбо, но и турки в накладе не остались – они выкупили все имеющиеся колесцовые замки для аркебуз и пистолетов (полторы тысячи), все спички (сорок тысяч упаковок) и сделали предоплату за заказ ещё пятидесяти тысяч замков и ста тысяч коробок спичек.

Замки скопировать возможность имелась у всех, но такого качества не получится добиться ни у кого ещё долгое время. Весь секрет в материалах самого колеса и пружин. Пятьсот лет форы развития технологий так сразу не отыграть, а потом все эти замки безнадёжно устареют, так что продавать их нужно сейчас и как можно больше. Спички тоже скупались для военных целей – их головки использовались на запальных полках, что практически исключало осечки при выстрелах. В общем, не прогадали османы со своей торговлей – Венгрию, а за ней и Священную Римскую Империю, ожидают очень непростые времена.

В середине января 1523 года, отбыл в Англию сэр Томас Мор. Он, и кардинал Джулио Медичи присутствовали при «чудесных» захватах Панамы, Порто-Белло и Гаваны. Савелий и Эль Чоло повторили свой трюк на бис – снова гарнизоны оказались связанными, а города захваченными без единого выстрела, «дикарями» с бронзовым оружием. Впечатлило обоих, особенно сильно папского нунция, кардинал даже отложил своё возвращение в Рим, ради возможности побольше пообщаться с Сыном Солнца, а в феврале, вернувшийся из Европы, маркиз де Ритон привёз новость, что Рим захвачен королём Франциском Первым Валуа, и Папский Престол теперь снова размещается в Авиньоне. В Авиньон, Джулио Медичи тем более торопиться не стал.

Де Ритон, вот ведь умница, привёз с собой Микеланджело Буонарроти, потерявшего, после известных событий, основного заказчика, в лице Папы Адриана Шестого, а с ним и работу в Риме. Микеланджело прихватил с собой восемнадцать учеников и незаконченную скульптуру Моисея. Ту самую, с рогами, ага. Теперь она будет установлена в церкви Маракайбо.

В марте 1523 года, в Маракайбо прибыл «Авось», обогнувший Мыс Горн, или как он теперь будет называться. Потрепало кораблик знатно, дважды им пришлось ремонтироваться, но подвиг совершён. «Авось» тоже вытащили на берег, а вокруг него начали строительство музея военно-морской славы Империи Инков, немало удивив европейцев. Целый ведь, плавать ему ещё и плавать. Именно, что целый, дольше прослужит экспонатом. Флот Инков больше не строил кораблей и судов с деревянными килями, шпангоутами и мачтами. Десяток «каботажников» построили, на перевозку сырья и обучение моряков хватает и ладно.

Теперь только сталь и только «винджаммеры» – эти будут служить уже лет по сто, при определённой удаче, конечно, океан – есть океан. Обшивку, со временем, тоже заменим на стальную, а мачты на паровые машины. Естественно, такие корабли строятся медленно, но торопиться пока некуда. Два трёхмачтовых «винджаммера» первого поколения будут готовы примерно через год, и ещё полгода уйдёт на их освоение экипажами. Вот на 1524 год и можно планировать европейский вояж. Как раз к тому времени удастся вакцинироваться от оспы и кори.

Оптика, с каждой плавкой, получается всё светлее, линзы шлифуются всё качественней, на подзорные трубы и бинокли уже годятся, скоро дойдёт и до микроскопов, а с ними и до вакцин с антибиотиком.

Герцогство Куба, как и ожидалось, дало ощутимый толчок движению сепаратизма в испанских колониях в Новом Свете – Эспаньоле (Гаити), Фердинанде и Изабелле (Ямайке) и Пуэрто-Рико. Их губернаторы – Хуан де Грихальва, Франсиско де Гарай и Хуан Понсе де Леон проводят переговоры и консультации с имперским герцогом Паскуалем де Андагойа де Куба.

На Кубе, переселенцам из Европы выделяют по сто гектаров земли бесплатно, но и индейцев не обижают, места пока хватает всем, остров огромный – сто десять тысяч квадратных километров, целая Англия, только климат намного лучше. Двум вождям племён кубинских аборигенов выдали короны, с правом приходить в Гавану торговать и бухать «огненную воду», а доказывать право на этот статус своим «соотечественникам» они должны теперь сами. Как и в сельве, на Кубе началась перманентная война племён. То есть, она там шла испокон веков, лишь на короткое время индейцы отвлекались на оккупантов-колонизаторов, а теперь всё вернулось на круги своя.

«Разделяй и властвуй». Не гуманно? Воевать их никто не заставляет, а заставить жить в мире просто невозможно, можно только подменить цель. Так что сами, всё сами. Всё честно.

Испанские островные губернаторы этот опыт изучают, но применить его у себя возможности не имеют. У них задача – крестить. Крестить любой ценой – огнём и мечом. А зачем?

В общем, эти трое уже склоняются к смене подданства, остаётся только Кортес в Мексике, но на континенте никаких герцогств создавать не планируется. Только имперские провинции с наместниками-губернаторами. Да и добьют скорее всего ацтеки и майя Кортеса, силы его постоянно тают, а притока свежих больше нет. Никто из испанцев больше не хочет участвовать в конкисте Нового Света, напугались прилично, да и альтернатива теперь есть. Герцог Паскуаль де Андагойя де Куба с удовольствием нанимает опытных бойцов, островов в Карибском море много. А Кортеса добьют. Майя уже наладили контакты с губернатором Панамы и скупают старый испанский огнестрел и порох. Скупают за золото, серебро и медь. Так что уже довольно скоро оккупационному корпусу Кортеса придёт конец – туда ему и дорога.

Захваченных в плен, двух губернаторов, двух Диего – кубинского де Веласкеса и панамского де Альмагро и трёх монахов казнили за разбой. Распяли на центральной площади Маракайбо. Хотели скормить свиньям, как в фильме Гая Ричи «Большой куш», только живьём, но по просьбе папского нунция, кардинала Джулио Медичи, позорную казнь бандюганам заменили на распятие. Хоронить их Савелий запретил, трупы утопили в море подальше от берега. Жестоко, конечно, но в эту эпоху гуманизма никто не ценит, он здесь считается проявлением слабоволия и слабоумия.

На Кубе захватили больше двух тысяч голов крупного рогатого скота, поэтому быков и коров закупать перестали, да и лошадей теперь брали только племенных. Стали и железа в Европе производилось не так много, чтобы оплатить ими все хотелки, поэтому в Новый Свет потекли ручейки золота, серебра и меди. В этом отношении, лучше всех чувствовали себя османы, пока монополисты в торговле с Востоком.

Пока монополисты. Скоро в Восточную Азию, Индию и на острова в Тихом и Индийском океанах откроются маршруты из Лимы. Ну, как скоро, лет через пять точно, так что османам нужно поторапливаться со своей европейской экспансией. Без подробностей, в форме пророчества, Савелий и Эль Чоло известили об этом Увейс-пашу. «Europa delenda est» – это по прежнему основная задача.

В июне 1523 года, в Маракайбо прибыло посольство короля Португалии Жуана Третьего Ависского, во главе с графом Васко да Гама де Видигейра. Какие люди!

Посольство Португалии привезло отказ короля от притязаний на колонии в Новом Свете, что немедленно положило конец «холодной» войне и перевело королевство Португалия в статус дружественной державы, со всеми отсюда вытекающими правами для её купцов.

Враждебной теперь остаётся только Испания, ну, и Священная Римская Империя, по факту их династической унии, под властью Карла Пятого (Карлоса Первого) Габсбурга.

Португальцы свою колонизацию ещё не начинали, да пока и не планировали пока, скорее всего. В той истории они этим занялись только в середине тридцатых годов шестнадцатого века, так что отказались они от своих несостоявшихся колоний с лёгким сердцем и надеждой на очень выгодную торговлю. Торговлю товарами из Нового Света в том числе и в Испании. Уж в конкуренции за испанский-то рынок, равных противников у них нет, англичане проигрывают его португальцам с треском.

Васко да Гама отлично говорил по-испански, собеседником он был очень интересным, поэтому общались с ним Савелий и Эль Чоло целых десять вечеров подряд. Графу де Видигейра подарили традиционный «посольский набор» из зеркала и холодильного шкафа, а кроме того, секстант, морской компас на карданной подвеске, хронометр и большой глобус, на котором в цвета Империи Инков были покрашены не только две Америки, но и Австралия, Новая Зеландия, Тасмания, Папуа-Новая Гвинея, Гавайи и Марианский архипелаг. По праву первооткрывателей.

Ещё Савелий предложил Васко да Гама издать книгу своих воспоминаний, тиражом сразу в тысячу экземпляров и продемонстрировал образцы – книги «Записки о Галльской войне» Гая Юлия Цезаря, «Жизнь двенадцати цезарей» Гая Светония Транквилла и «Сравнительные жизнеописания» Плутарха на высокой латыни и «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» Мигеля де Сервантеса и «Страны Востока. Политическое устройство, религия, обычаи и традиции» авторства Верховного жреца и вице-императора Чалько Юпанки на испанском.

Испанский из интернета двадцать первого века отличался от современного, на пять веков, за это время произошло множество заимствований и других языков, но для автора по национальности инка вполне нормально устраивать такую кашу. Понять можно и ладно. Капитан «Посейдона», Родриго Пике, и его офицеры всё отлично поняли, поймёт и Васко да Гама. А заодно и стесняться перестанет, достойные авторы ведь очень застенчивые, на самом деле. Это всяким бездарям свойственно бессовестно переть, как поганым сорнякам, а талантов нужно поддерживать, ухаживать за ними, поливать и пропалывать.

Да, книги графу де Видигейра тоже подарили, а ведь каждая из них сейчас на вес золота, а то и два веса, если их вдруг придётся продавать.

Под посольство, португальцам выделили, меблированный по европейским стандартам, дворец Колькампата, поставили всех на довольствие, в том числе шоколадом и свежей выпечкой по французским рецептам, а в ещё одном старом дворце Куско – Ауакпинта устроили дипломатический клуб с биллиардом. Пусть общаются европейцы, где ещё такое общение возможно.

Интерлюдия. 22 августа 1523 года.

Царь и государь всеа Русии и великий князь Владимирский, Московский, Новгородский, Псковский, Смоленский, Тверской, Югорский, Пермский, Вятский и Болгарский, и иных, государь и великий князь Новогорода Низовские земли, и Черниговский, и Рязанский, Волотский, Ржевский, Белёвский, Ростовский, Ярославский, Белозерский, Удорский, Обдорский и Кондинский, а теперь ещё и князь Полоцкий, Василий Третий Иванович Рюрикович принимал в Грановитой палате уже четвёртого за год Великого посла, на этот раз от английского короля Генриха Восьмого Тюдора – епископа Томаса Кранмера.

Что за загадочная сила притянула в Москву целых четыре Великих посольства, Василий Третий не догадывался, но пользовался этим обстоятельством в полной мере. Посольства Франции и Венеции обладали самой полной информацией о европейских делах, к тому-же, эта информация у них постоянно обновлялась. Василий Иванович Рюрикович теперь знал о Европе всё. И о Европе, и о Новом Свете.

Кроме информации, посольства предоставляли большие возможности для торговли, Царю и государю нужно было только разрешить купеческим «товариществам» открыть торговые фактории в Москве, а дальше всё сделал сам рынок. Кратно возросли цены на воск, который требовался Империи Инков, поднялись цены и на остальные «экспортные» товары – меха, мёд, пеньку и дёготь.

Купеческих «товариществ» в Москву прибыло четыре, кроме венецианского и французского, ещё от Ганзейского Союза и Константинопольских греков, подданных Османской Империи, торгующих с Россией в интересах Империи Инков, так что сговориться им о снижении закупочных цен было довольно затруднительно. Пошла торговля. Пошла в обе стороны.

Пошло в Москву оружие, порох и свинец, пошли строевые лошади и пушки. Как по волшебству, прекратились набеги ногаев и крымчаков на южные границы державы, позволив сосредоточиться на литвинах и поляках. В летней кампании этого года, удалось захватить Полоцк, Могилёв, Витебск, Гродно, Друцк и Минск – всё бывшее Полоцкое княжество и даже с лихвой. На следующее лето планировалось отвоевание у поляков Великого княжества Киевского, разорённого Ордой, но всё равно русского, исконно русских, а не польских земель.

Выдающиеся военные успехи подняли авторитет Василия Третьего до заоблачных высот, до него так на Руси не уважали никого из правителей, даже его отца, Ивана Третьего, прозванного, и за дело прозванного, Великим. Против его воли бояре не смели местничать, а это позволяло отбросить при производстве назначений фактор родовитости, и назначать талантливых и верных, пусть и худородных.

Одно обстоятельство очень угнетало царя Василия Третьего Рюриковича – бесплодность его жены, Соломонии Юрьевны, в девичестве Сабуровой. Что бесплодна именно супруга, сомнений не было. Детей от Василия рожали дворовые девки и детей здоровых, но толку то от ублюдков? Престол им не передашь. Развод с Соломонией назрел* (*в нашей истории развёлся Василий Третий в 1525 году), но подходящей жены Русский царь пока не присмотрел, а потому особо не торопился и вот…

Посол английского короля Генриха Восьмого Тюдора приехал сватать его сестру, Марию Тюдор, вдовствующую королеву Франции, вдову Людовика Двенадцатого Французского и герцога Саффолка, Чарльза Брэндона, за что-то казнённого суровым Генрихом Восьмым. Очаровательную женщину двадцати семи лет от роду, уже родившую двух здоровых дочерей – Фрэнсис, герцогиню Кларенс, и Элеонору, герцогиню Олбани. Родила она и сына, Генри, но тот умер в возрасте шести лет. В общем, жена – что надо, за такой даже приданного просить – грех стяжательства, а английский король, вдобавок, предлагает ещё и союз против литвинов, поляков и вассального полякам Тевтонского ордена.

Так не бывает. В жизни не бывает, бывает только в сказках, в которые взрослые люди не верят. В чём-же здесь подвох?

– Что просит король Англии и Ирландии, его величество Генрих Восьмой, от царя и государя всея Руси за этот союз? Нашу веру Православную, истинную христианскую, на вашу нечестивую фарисейскую, ни сам царь, ни вся Русь не сменит ни за что, ни за руку принцессы английской, ни за какой-то союз, ни за что другое из соблазнов земных.

Епископ Томас Кранмер нисколько не смутился обзыванием католической веры нечестивой.

– Принцесса Мария примет вашу Веру до свадьбы, царь и государь, обряд бракосочетания пройдёт по византийским ортодоксальным канонам, и проведут его ваши священники. Его величество, король Англии и Ирландии, Генрих Восьмой Тюдор рассчитывает обрести в вас брата, он рассчитывает на истинно братский союз. На всецелую поддержку, в случае нападения врагов, как на вас, так и на нас.

– Да как-же мы вам сможем помочь, случись чего? Флота у нас нет, а посуху до вас не доберёшься.

– Если этому братскому союзу суждено возникнуть, то и флот у него будет общий. У литвинов и Тевтонского ордена есть хорошие порты на Балтике, ваше величество.

Кого они опасаются? Французов? Французы в Англию никогда не вторгались, а вот наоборот… наоборот бывало, и очень часто. Венецианцев? Где та Венеция и где Англия. Османов тоже нет, они там-же на юге, слишком далеко. Ганзейцев? Те торгаши, им лишь бы их самих не трогали. Испания и Священная Римская Империя находятся в упадке, им теперь о выживании думать нужно, а не о нападениях. Дания и Швеция слишком слабы и бедны, чтобы их опасаться, они давно воюют друг с другом, а ещё там теперь баламутит народ Лютер. Португальцы? Эти уже ближе, но для чего им северные острова? Португальцы устремлены в Индию и вообще на восток. Инки? Эти загадочные Инки, Империя из Нового Света?

Посол Инков, граф Каму Тамач, или-же граф Михаил Камутамачев, единственный из послов, кто вообще ничего и никогда не просит, зато помогает всегда охотно. Он единственный, кто прибыл в исполнение своего посольства, уже изучив русский язык. Неправильный язык, видимо изучал от каких-то там сербов, или болгар, но изучал ведь, старался. Теперь он говорит по-русски получше любого природного русского, а матерится так вообще лучше всех, теперь уже у него учатся. Ничего не просит, выгоды не ищет, веру православную не принял, но в храмы подношения постоянно заносит – для Создателя. И сам заносит, и вся его посольская челядь. Серебром заносят, просто так, ни поминок, ни здравиц не заказывают, свечей не ставят. Нате вам для Создателя и до свидания.

Инки… О них в Европе уже ходят легенды. Не повезло же испанцам на них наткнуться, теперь все испанские колонии в Новом Свете мечтают стать герцогствами этих самых Инков. Там, у Инков, в Новом Свете, говорят, храмы полны золотых статуй, не протолкнуться, а стены в них сплошь зеркальные, и от этого создаётся впечатление бесконечного пространства. Все рвутся к Инкам, скупать их диковины, а сами Инки пока прислали только одно посольство – в Москву. И диковины свои сами привозят. То есть, не сами, но присылают через французов, венецианцев и ганзейцев, а те привозят. Честно привозят, обмануть боятся. Все боятся обмануть Инков… И ведь неспроста это сложилось.

– Русь, в моём лице, царя, государя и великого князя многих земель, согласна на братский союз с королём Англии, если он не планирует воевать против Империи Инков.

– Мой государь, его величество Генрих Восьмой Тюдор, король Англии и Ирландии, не планирует такого. Он очень рассчитывает на вечный мир и выгодную торговлю с Империей, – почтительно поклонился английский посол, – мы предлагаем вам отправить своё посольство в Куско, чтобы непосредственно влиять на политику Империи Инков. Мы очень дорожим дружбой с Империей и очень не хотим, чтобы её кто-нибудь разрушил своими интригами. Подлых мерзавцев в Европе очень много, ваше величество. Это ещё одна весомая причина, для объединения порядочных людей.

– Мы отправим посольство в Новый Свет. Предложенный моим братом Генрихом союз принимается с благодарностью в целом, но детали его ещё должны согласовать наши дьяки. Пока войны не начались, никого из торговцев мы из Москвы прогонять не будем.

– Это разумеется, ваше величество. Благодарю вас от имени своего короля.

Лима лишилась своего металлургического производства. Покупать сталь за зеркала, шоколадки и резинки оказалось намного выгоднее, чем таскать руду на своём горбу за тридевять земель. Теперь во второй столице, промышленной и научной столице Империи Инков – Лиме, только один привод работал на тигельную переплавку уже готовой стали.

Чёрные металлурги, славные добытчики чугуна из руды, отправились осваивать Эль-Мутун. Отправились сами, с семьями, с ними помощники с семьями, работяги с семьями и стадами. Так основываются новые города и обживаются территории. Придут на место, обрастут хозяйством, начнут с одной домны. Мы никуда не спешим, но и наше неспешное развитие, для всего остального мира – это реально гиперзвуковая скорость. Это уже не «пятилетку за три года», те пятилетки, из другого мира, мы теперь здесь проходим за считанные месяцы.

Лима из производственного центра всё больше перепрофилируется в научный, с экспериментальными производствами. Лима занимается переплавкой закупленной стали с её легированием никелем, марганцем и хромом. Хорошая нержавейка уже получается, хоть и в небольших пока объёмах А легированные стали – это не только более совершенное оружие и качественные инструменты, но и подшипники. От подшипников, от их скорости, прогресс зависит в прямой пропорции. Чем выше скорость вращения подшипников – тем выше технологический уровень цивилизации. Вот над их совершенствованием теперь и работает Лима.

А нержавейка? Прежде всего – медицинские инструменты, в том числе аппараты доктора Илизарова, вечная ему память и всеобщая благодарность. Вот их, в первую очередь, и начали изготавливать. Страшно ведь жить, когда простой аппендицит – это гарантированный летальный исход. Хоть этого теперь можно не опасаться, апендициты уже оперируют, как и проводят кесарево сечение.