Текст книги "Сказка про попаданца (СИ)"

Автор книги: Пантелей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 21 страниц)

– Драться собираются, – дон Хуан де Грихальва герцог де Эспаньола, герцог де Мурсия, граф Картахены, произнёс эти два слова с большим удовольствием, – не такие уж они пропащие. С моря нам их блокировать нечем, а потому затевать осаду смысла нет. Предлагаю штурмовать с ходу.

– Поддерживаю, – на «психа», дон Франсиско де Гарай нисколько не обиделся, равнодушно пропустил между ушей, – штурмовать нужно сходу, тремя колоннами. Их пушки со стен посбиваем миномётами, наши пушки вышибут трое ворот и рванём, пока они баррикад не понастроили.

– К ночи только ворвёмся. Не сожгли бы солдатики город в запале, – возразил ему вечный оппонент и лучший друг, дон Хуан Понсе де Леон.

– Заранее объявим, что всё добро бюргеров отойдёт им, тогда точно жечь не будут. И сами не будут, и горожанам не позволят. Решайте, ваше величество.

– Ваш план принимается, дон Франсиско, командуйте артиллерией. Я возглавлю колонну, которая войдёт в самые южные ворота, от них ратуша ближе всего.

Интерлюдия. 22 августа 1529 года.

Франциск Первый Валуа, король Франции и Италии, герцог Бургундских Нидерландов, Люксембурга, Сицилии, Неаполя, Милана и Франкфурта, и прочая, и прочая, в ожидании доклада рассматривал карту Европы, раскрашенную разными цветами.

Восточнее Одера, северо-восточнее Судетских гор и севернее Дуная, расположилось Русское царство. Северное царство, никому, кроме самих русских неинтересное. Говорят, там такие морозы случаются, что кожа на лице лопается, да плюс с востока бескрайние степи, из которых постоянно прут бесконечные орды кочевников – то гунны, то печенеги, то половцы, то монголы. Конечно, теперь кочевники уже не представляют такой угрозы, как лет двести-триста назад, но всё равно, соседство это малоприятное. Русским приходится держать на востоке большую часть своей армии. Они вообще странные, эти русские. При всём богатстве выбора в Европе, полезли завоёвывать такую-же, никому неинтересную, Швецию. Самую бедную страну Европы и такую-же северную, как Русское царство. В Большую Европейскую игру, русские вряд ли вступят, хотя Британию обязательно поддержат.

Британское королевство разделалось с унией Дании и Норвегии, захватило Шлезвиг-Гольштейн и южный, ганзейский, берег Балтийского моря, с Любеком, Ростоком и Висмаром. Теперь Балтика – внутреннее море Русского царства и Британского королевства, будущей унии, ведь наследником обоих является сын Василия Третьего Рюриковича и Марии Первой Тюдор, цесаревич и принц Уэльский, Иван Васильевич. Полезут ли британцы дальше, вступят ли в Большую Европейскую Игру? Однозначно, да. И зариться они скорее всего, в первую очередь, будут на Нормандию и Бретань, ведь с Генрихом д'Альбре у них дружба и полное взаимопонимание, почти союз.

Генрих д'Альбре, неблагодарный зятёк, захватил в этом году всю Нижнюю Саксонию, это в плюс к прошлогоднему трофею – Швабии, и позапрошлогоднему подарку Папы Климента Седьмого – княжеству-архиепископству Кёльн. Наваррские владения теперь рассечены на три части Францией, а что это значит? Хорошего мало, вот что это значит. Сукин сын, Генрих д'Альбре, чертовски амбициозен, а Франкфурт ему очень мешает. Обменять его, что ли, на что-нибудь? Фуа, Бигорр, Перигор, Арманьяк, Беарн, Лимож, Марсана… Как раз примерно равноценны французским владениям в Священной Римской Империи. Бывшей Империи, уже бывшей, что там от неё осталось? На одну летнюю кампанию, много на две. Впрочем, Арманьяк Генриху лучше оставить, это и приданное и вассальное от французской короны графство – пусть помнит своё место, вассал. Тогда в минус Аахен. Аахен, конечно, не стоит Арманьяка, но это столица Карла Великого. По деньгам не стоит, а в качестве символа власти намного дороже. В Аахене начиналась прошлая Империя, в нём-же начнётся Империя Французская, Империя императора Франциска Первого Валуа. Да, пожалуй, поменяться стоит. Заодно и граница с османами сократится.

Османы… Сейчас они не противники, а на море даже союзники, но надолго ли такое положение? Снова однозначно, но теперь уже нет. В Швейцарии мы уже сошлись на суше, в Италии нас разделяет только слабая Венеция. Как только Сулейман Первый разделается с Республикой венецианских торгашей, так сразу всё и начнётся. Два-три года осталось – это максимум. А что это значит? С Арагоном необходимо разделаться раньше, проклятая Жирона продержала нас на месте три года, гореть ей вечно в Аду, как она уже горит на земле. А ещё нужен флот. Нужен очень мощный флот, чтобы Гаврские, Марсельские, Генуэзские и Сардинские казусы больше никогда не повторялись. Османы контролируют западный берег Одера уже до границ с Британией на севере. Западнее них, пока Имперские, то есть ничейные, Брауншвейг, Магдебург и огрызок Верхней Саксонии с Лейпцигом, на которые теперь три претендента – сами османы, британцы и наваррцы. Вот бы они между собой сцепились… Мечтать не вредно, а готовиться надо к худшему. Ладно, чему быть, того не миновать, воевать всё равно придётся, как не оттягивай. Подготовиться бы только успеть. Проклятая Жирона…

С Арагонским королевством очень желательно покончить за год. Это возможно, теперь открыты пути и на Сарагосу, и на Барселону, и на Валенсию, теперь можно реализовать численное превосходство, Карл Габсбург на три части не разорвётся. Это если он ещё жив до сих пор, а не горит вместе с проклятой Жироной. После Арагона, вышвырнем португальцев с Сардинии и начнём готовиться к Большой Игре.

– Сир, – в ставку короля наконец вернулся герцог Гийом Гуфье де Бониве, граф де Артуа, – по показаниям пленных, Карл Габсбург находился в городе.

– Что значит находился, герцог? А сейчас он где?

– Скорее всего, уже в Аду, Сир. – ухмыльнулся адмирал флота Франции и друг Франциска Валуа с детства.

– Тело, значит, так и не нашли?

– Да как же его найдёшь, горит же всё. Может и весь сгореть.

– Может и так. А где Фердинанд?

– В городе его не видели, Сир.

– Ладно, найдём, никуда он теперь от нас не денется. Отправляйте разведку на все три дороги. Пусть ищут арагонцев, не все же они в этой проклятой Жироне сгорели.

Интерлюдия. 30 августа 1529 года.

Паскуалю де Андагойя, герцогу де Куба, герцогу де Андалусия и графу Севильи, новый имперский герцог и его новый родственник, дайме Цусимы, Коджедо и Чеджудо, Асикага Такаудзи, понравился. Стоит признать, что с новыми родственниками ему сильно везёт. Император и вице-император, без комментариев, с ними всё понятно без слов, но и остальные не подкачали: лорд-канцлер королевства Британия, сэр Томас Мор, герцог Саффолк, герцог Глазго и граф Нортумберленд; дон Родриго Пике, герцог Гавайев, герцог Новой Зеландии и граф де Пуно; а вот теперь ещё этот очень шустрый азиат, Асикага Такаудзи-сан, дайме (японский князь) трёх островов и герцог Новой Гвинеи.

На Цусиму, эскадра адмирала, дона Родриго Пике, пришла из Южной Африки, где, по воле императора, были основаны девять городов: Антананариву, в центре острова Мадагаскар, возле одноимённой деревни туземцев; Махадзанга, на западном побережье острова, опять же, возле одноимённого рыбацкого поселения; Мапуту, на восточном берегу Африки, возле бывшего португальского форта Эспириту-Санту; Дурбан, тоже на восточном берегу, парой сотен миль южнее Мапуту; Порт-Элизабет и Кейптаун, на самом юге материка; Виндхук, уже на западном берегу, в трёхстах пятидесяти милях севернее Кейптауна; и два города внутри материка: Кимберли и Йоханнесбург, в пустой саванне, по полученным от императора географическим координатам. Сын Солнца велел искать возле Кимберли алмазы, а возле Кейптауна золото. И ведь нашли! Впрочем, это уже давно никого не удивляет. Найдут и уголь севернее Дурбана, в этом сомнений нет.

В Африке повеселились. Поохотились на львов, буйволов и негров, особенно на негров, но те первыми начали. Удивительно наглые и несговорчивые дикари, вообще в переговоры не вступают, сразу нападают, как только видят чужого, вот их от городов и отгоняли, чтоб хоть что-то можно было вспахать и засеять. Весело здесь будет поселенцам, негров довольно много, на такой-то огромной территории, и они обязательно будут приходить, не всех ведь напугали, далеко не всех. Да и пуганых согнали на чужие земли, в чужие угодья, где им совсем не рады. Это только кажется, что места здесь навалом, на самом деле, племенам охотников уже довольно тесно. Хорошо, что они и друг с другом с удовольствием воюют, всё полегче отбиваться будет.

После Африканской кампании, Тихоокеанский флот Империи разделился на две эскадры. Пять кораблей, под командованием контр-адмирала Жоржи ди Менезиша отправились собирать «кассу» с факторий, а три, с адмиралом Родриго Пике и Паскуалем Андагойя, отправились навестить нового родственника в городе Цусима, на острове Цусима, в Цусимском проливе Тихого океана. Тихого, да-да. Какой идиот назвал его Тихим, интересно? Штормы там такие, что свалили даже Паскуаля де Андагойя, никогда до этого не страдавшего от морской болезни.

Новый родственник гостям очень обрадовался и сразу предложил дело – забрать в имперское владение гряду островов Окинава, где расплодилось видимо-невидимо пиратов, а заодно и остров Тайвань, раз уж нас теперь много. На Тайване ведь имперской фактории нет, а значит, он ничейный, будет наш. Очень шустрый азиат. И отлично образованный, гремучий хлопок для взрывчатки уже производит. Сам научился, по имперским учебникам химии. Далеко пойдёт, если императора однажды не рассердит. Как наказывает Сын Солнца, рассердивших его родственников, узком семейном кругу широко известно. Наказывает он их точно так-же, как еретиков в Кёльнском соборе.

Расширили круг посвящённых на нового родственника. Забрать для Империи несколько островов, мы, конечно, можем, но решать – кому ими владеть, будет уже сам император. Хотя, он, без сомнений, учтёт все наши заслуги. Да и пограбим эти острова именно мы, а у пиратов всегда есть, чем поживиться. Согласен? Ну, тогда погнали.

Сходили, пограбили, имперские владения «застолбили», вернулись, отпраздновали. По пьяне, уговорили нового родственника нанести визит императору, с вице-императором. Нет, корабли не бери, кораблей у нас хватает, увезут и привезут. И жену не бери, она в тягости, а в океане поболтает будь здоров.

Толковый азиат, очень толковый, в преферанс научился играть за пару дней, даже проиграться как следует не успел. И вот уже «везёт» благородным донам и родственникам, Родриго Пике и Паскуалю де Андагойя, вистов четыреста пятьдесят, гадёныш ускоглазый…

– Ты не жульничаешь-ли, амиго, – вызверился дон Паскуаль на вскрытый прикуп, – почему опять два козыря?

– Ты же сам сдавал, – ухмыльнулся наглый японец, – убейся об стену.

Да, вместе с преферансом, в эту историческую реальность пришли не только карточные термины, вроде козырей, прикупа, марьяжа и мизера, но и все ругательства императора. Удивительно быстро они прилипают.

Такаудзи-сан сыграл девятерную и зарыл пулю, с почти пятьюстами вистов, по золотому «юпанке» за вист. Родственник, мать его японскую.

– Ещё одну распишем? Время-то «детское»…

– Я пас, – «съехал» дон адмирал, – лучше, пойду почитаю.

– Что читаешь-то? – поинтересовался дон Паскуаль, – Неужели ещё не всё прочитал?

– «Властелина колец» я ещё не читал.

– Детские сказки. И ради такого ты оставишь друзей и родственников скучать без партнёра? Позор! Неслыханный позор!

– Отвали, Паскуаль, – беззлобно отшил дважды герцога и графа Родриго Пике, – и никогда не суди о книгах, не читая их. Можешь начать, первый том я уже прочитал.

– Да ну её. Пойду лучше дротики побросаю. Ты со мной, Такаудзи-сан? Партию в дартс, на те триста монет, что ты у меня только что выиграл?

– Пожалуй, я лучше начну читать сказку. Родриго-сан плохого не посоветует. Да и не хочу тебя обдирать ещё сильнее.

– Предатели. Эгоисты и предатели…

Интерлюдия. 15 сентября 1529 года.

Русский царь, Василий Третий Иванович Рюрикович, тоже рассматривал карту Европы. Такие карты, «контурные», как их называют в Империи, раскрашивали уже дьяки, согласно поступающей информации об изменении обстановки. Вот и сегодня появилось изменение – пал последний город Швейцарской Конфедерации, под названием Берн.

Ещё один участник большого европейского политикуса исчез с европейской арены. Четвёртый уже в этом году, следом за Датским и Шведским королевствами и Союзом Вольных городов Ганзы. Не считая Северного союза, будущей унии Русского царства и Британского королевства, будущей Империи Севера, Русской Империи, остались на карте Европы семеро: Османская Империя, королевство Франция, королевство Наварра, королевство Португалия, королевство Арагон, Республика Венеция и совсем маленький огрызок Священной Римской Империи, крохотный беззащитный пятачок, в самом центре её былой мощи.

Так проходит земная слава, да. «Sic transit gloria mundi», как говорится. Грызут эту некогда огромную Империю со всех сторон, но уже совсем скоро догрызут. Не такой уж она огромной оказалась, закончилась довольно быстро.

Больше всех, за это лето, приросло королевство Наварра. Молодой там король, горячий, первым в Новый Свет визит совершил, первым и обрёл искомое. Привёз столько оружия и наёмников, что хватило на всю Нижнюю Саксонию с Вольными ганзейскими городами: Гамбургом, Бременом, Ганновером, Дюссельдорфом, Ольденбургом и Оснабрюком.

А ещё говорят (говорят посол Империи в Русском царстве, граф Камутамачев, и посол Русского царства в Империи, князь Семён Бельский, а им можно верить), что подружился император Инков с королём Наварры, Генрихом Вторым д'Альбре, оттуда все успехи короля и выросли. Очень может быть, очень даже. Генрих д'Альбре действует слишком толково, для коронованного «малолетнего дурачка», каковым он и является, на самом деле. Наверняка ему там, в Империи, не только оружия щедро отсыпали, но и мудрости пару кошелей. Генриха д'Альбре теперь нужно воспринимать всерьёз, об этом твердят и Камутамачев и Бельский, хотя и без них всё уже понятно.

Император запустил в европейский пруд ещё одну здоровенную щуку. Запустил с запада, со стороны Франции. Оно, конечно, Генрих д'Альбре Франциску Валуа шурин, но и более близкие родственники резались не на жизнь, а на смерть, брат против брата, сын против отца, а уж такое родство и вовсе почти ничто в большом политикусе.

Первым делом, король Наварры договорился с Британией. Королевством, управляемым сейчас лордом-канцлером, шурином императора, а это говорит об очень многом. Если договорился с Британией, значит, имел в виду и Русское царство, необъявленный пока Северный Союз.

К чему его объявлять, если и так всем всё понятно. А что тут можно не понять, если Мария Генриховна коронована Русской царицей, а Василий Иванович принцем-консортом королевства Британия, и у них растёт сын, цесаревич и принц Уэльский, Иван?

Формально, до совершеннолетия Ивана, Британией будет править совет Пэров, во главе с герцогом Саффолк, герцогом Глазго и графом Нортумберленда, сэром Томасом Мором, но это формально. Сэр Томас Мор главный и самый активный сторонник Империи Севера. Главный сторонник Империи и главный её строитель. Вот уже Балтийское море наше, его стараниями. И море наше, и Ганзы безбожной не стало, и снизу, из Нижней Саксонии, всё это подпирает почти союзник, Генрих Второй д'Альбре.

И неважно, кто эту всю игру затеял – сам сэр Томас Мор, или его родственник император, главное – результат. А результат-то ведь ого-го!

Русь распахивает Дикое Поле и Поволжье, про голодные, неурожайные, годы, теперь можно забыть навсегда. Из Русского царства теперь вывозятся только излишки, действительно излишки, которые некуда загрузить, вывозят, когда самим не хватает закромов. Запас зерна в государевых амбарах, заложен уже на полные два года. Надёжно заложен, по инкским правилам – не сгниёт, ни мыши с голубями его не пожрут. Зерно копится про запас, а чем больше копится, тем больше растёт на него цена в Европе, которая пахать-сеять почти перестала.

И ведь легко понять – почему перестала. Даже если по твоему полю не проскачет отряд, тысяч в пять османских драгунов, то урожай всё равно почти весь отберут свои же власти, так зачем-же его сеять и возделывать? Нужно всё немедленно продавать и уезжать в Новый Свет. Благословенный Новый Свет, настоящий Рай на Земле. Языческий Рай, да. Не все бегут в одночасье, до кого-то раньше доходит, до кого-то позже, но бегут, и ещё как бегут. Наперегонки, сверкая пятками.

Европе не позавидуешь, но и горевать о её доле нам ни к чему. Когда та Европа горевала за наши беды? Вот и жрите теперь русский хлеб по тройной цене в серебре, а мы ещё государевых амбаров-элеваторов построим, чтобы лет на пять запастись. Мы зерном будем скотину откармливать, чтобы у неё зимой молоко не пропадало, а вам за это платить придётся. За наше зимнее молоко на столах у смердов… Готовьтесь…

В общем, союз Русского царства, Британии и Наварры – уже почти свершившийся факт, хоть и не подталкивает Империя к этому. Император вообще избегает любых обсуждений европейского политикуса, для него, на словах, все друзья, но тут уже как сам сообразишь. На словах-то, на словах, а на деле, в Царьград, три недели тому назад прибыл очередной подарок – шесть галеонов Имперского флота Атлантического океана, Средиземноморской его эскадры.

Нет, формально-то это не подарок, официально, эти корабли Русскому царству Империя продала, но продала-то она их по медной копейке за корабль, каждый из которых стоит под две тысячи французских ливров серебра. Вот и думай – что тут к чему и почему. Люба Русь императору, больше всех люба, но и другим он в помощи не отказывает. Про Генриха д'Альбре говорено уже достаточно, про Британию тоже, но ведь и все остальные подарков из Империи получили очень щедро. Королевство Франция начинало свою кампанию в Италии на имперские деньги, об этом теперь знают все, это не секрет. И союзник Франции, Республика Венеция, поддержала Франциска Первого за имперские деньги, это тоже общеизвестный факт.

Франциск, на эти деньги, завоевал всю Италию, Савойское и Сицилийское герцогства, а потом не смог остановится, следом пошли герцогства Бургундских Нидерландов, Люксембурга, графства Артуа и Франш-Конте, Франкфурт и Аахен, Жирона и Арагонское королевство, после чего император к Франциску охладел. А ведь дружили не разлей вода, вместе ведь целый месяц в Фонтенбло развлекались балами, охотами и блудом. Вместе Папу в Кёльн сопровождали, да и посла своего в Империю французы первыми отправили. Инкские медикусы всех приближённых Франциска вылечили, а родных детей, так просто спасли, и поди ж ты… Разошлись, как в море случайные корабли. Тихо, молча, без упрёков, но точно разошлись, для Франции теперь у Империи скидок с цены на оружие нет. Возгордился Франциск Валуа, вот и охладел к нему Император.

Было от чего возгордится, этого не отнять. Франциск Первый сейчас в Европе фигура, сравнимая с самим османским султаном Сулейманом Великолепным. Ещё бы, ведь за ним теперь, кроме самой Франции – вся Италия, вся Ломбардия, вся Сицилия, все Нидерланды, половина Швейцарской Конфедерации и приличный такой кусок Священной Римской Империи, а кроме того, после взятия Жироны, перед ним, как на ладони лежит, всё, почти беззащитное, королевство Арагон.

С Арагоном тоже будет покончено очень скоро, у французов армия уже под сто тысяч, а Карлос Первый Габсбург почти всё свою уже потерял, да и была она совсем небольшой, если с французской сравнивать. Добьёт Габсбурга Валуа к следующему лету, у них там, в Испании, и зимой воевать можно, погоды стоят, примерно, как у нас в мае и сентябре. Добьёт и куда дальше направится? Османов воевать начнёт, или шурина своего, Генриха д'Альбре?

Османская Империя останавливаться тоже не собирается. Султан Сулейман под ружьё уже сто пятьдесят тысяч поставил, да султан Алжира, Хайреддин Барбаросса, вассал его, ещё пятьдесят. Двести тысяч, с ума сойти! А вместе они могут воевать только на юге, только против владений Франциска и союзной ему Венеции. Скорее всего, так и будет, как только покончит Сулейман со Священной Римской Империей, так и сцепится с Франциском.

А потом? Потом, кто бы из них не победил, придёт наша очередь, раз лорд-канцлер союз с Генрихом д'Альбре затеял, то и Руси в стороне не отсидеться. Лихие годины нам предстоят, очень лихие, армии теперь от ста тысяч серьёзной воинской силой считаются. Да не ополчение, или посошная рать, а регулярные армии инкского образца. Поневоле о Конце Света задумаешься.

– Чего печалишься, государь, – отвлеклась от чтения Мария Генриховна.

– Скоро начнётся, душа моя. Не отсидеться нам будет в стороне.

– Так мы вроде и не собирались отсиживаться. Да и не так уж скоро для нас начнётся. Успеем подготовиться, пока османы с французами воюют.

– А коли они сговорятся, и вместе по Генриху д'Альбре ударят? По союзнику нашему?

– Тогда нас император поддержит.

– Откуда знаешь?

– Не знаю, думаю.

– Думать-то и я думаю, а хотелось бы знать точно. Не желаешь нанести визит нашему будущему зятю, пока всё ещё спокойно? Очень уж мне хочется своими глазами на эту чудесную Империю посмотреть. Как оно всё там на месте устроено. Перенимаем ведь многое, но всё как-то без представления, что у нас в итоге получится.

– С удовольствием, государь. Ивана ведь скоро на учёбу отправлять, а после Софью навсегда. Да и навещал нас император, ответный визит сам напрашивается.

– Вот и я говорю. Вели собираться. Пока зима, обернуться успеем. Да и императора в Южной Инке застанем.

Интерлюдия. 17 октября 1529 года.

Король Наварры, Генрих Второй д'Альбре, граф де Фуа, де Бигорр, Басконии, Перигора и Арманьяка, виконт Беарна, Лиможа и Марсана, сеньор д'Альбре, князь-архиепископ Кёльна, герцог Швабии, герцог Нижней Саксонии, и сам хотел предложить Франциску Первому Валуа размен владений, но так получилось даже лучше. Ведь кто предлагает сделку, тот всегда оказывается в худшем положении, первым вскрывая свою заинтересованность.

Кампания лета 1529 года, блистательно завершилась взятием с ходу большого и очень хорошо укреплённого города Гамбурга, а сам король Наварры первым ворвался в город. Да, получил ранение, но это ерунда, инкские чудо-медики поставили короля на ноги всего за две недели, зато как возрос личный авторитет Генриха д'Альбре в войсках.

С имперскими герцогами, король рассчитался передачей Империи графства Баскония. И с Империей рассчитался, и с герцогами, и с басками. Все остались довольны. Герцоги получат благодарность своего императора, а это они ценят выше владений, или, тем более, денег; баски снижение налогов до имперского уровня и жизнь по имперским законам, как в соседних Галисии и Кастилии, чему они немало завидовали; а император ещё одно графство и предложение выкупить корону Наварры, если согласится признать Генриха д'Альбре королём Западной Германии и склонит к такому-же признанию Папу.

Должно получиться. Корону, император, конечно, упразднит, как и Кастильскую с Ирландской, но это уже его дело. В общем, со своими Пиренейскими владениями, Генрих д'Альбре уже разобрался и как раз собирался начать переговоры о Франкфурте и землях бывшего Вольного города, разделяющих его будущее королевство Западная Германия на северную часть, герцогство Нижняя Саксония, и южную, герцогство Швабия, да ещё и отделяя столичное княжество-архиепископство Кёльн от обоих герцогств, но и тут повезло, Франциск предложил провести обмен первым.

Предложение он сделал справедливое и даже щедрое, но не соглашаться же сразу. По крайней мере, нужно и от него добиться признания короны нового королевства. Британцы в этом не откажут, а с ними и русские, остаются только Франциск и португальский король Жуан Третий. От османского султана признания не требуется, а венецианцами, недобитыми курфюршествами Священной Римской Империи и королевством Арагон можно пренебречь. Даже если они против, всё равно недолго им всем осталось противиться. Венеция? Она вообще республика, её мнение в этом вопросе ничтожнее мусульманского.

– Вы хотите отгородиться мной от османов, Франсуа.

– Да бросьте, Генрих. С османами я уже граничу в Северной Италии и Южной Швейцарии.

– То Италия и Швейцария, а то сама Франция, разница есть и очень существенная, согласитесь. Там горные перевалы, проходимые только летом и с мощными крепостями, а здесь равнина, которую очень трудно защищать от османских драгунов. А их у султана уже под сорок тысяч.

До концепции драгунов, по сути, очень мобильной пехоты, которая коней использует для маршей, а не для войны, Сулейман Великолепный додумался сам, без подсказок. Додумался, опробовал и теперь наращивает эти грозные силы в стремительном темпе. А им действительно в горах применения нет. Нет в горах возможности обойти укрепления и резвиться у них в тылу, или так же обойти вражеское войско и резать ему коммуникации снабжения, оставляя на голодном пайке. И как бороться с такой Ордой, никто пока не придумал.

– Разница есть, – согласился король Франции, – для меня есть, а для вас нет, Генрих. Ваша Швабия всё равно под ударом. Франкфурт и его земли в этом плане ничего не изменят, зато улучшат для вас возможность манёвра войсками – будете водить их по своей земле.

– Насчёт своей земли я и хочу с вами обсудить один вопрос. Я собираюсь основать новое королевство, Франсуа. Королевство в моих германских владениях. Пусть будет королевство Западная Германия. Если вы готовы его признать – мы договоримся.

– Мы договоримся, если вы в качестве ответной любезности, признаете Французскую империю, которую собираюсь основать я.

– Вас признает Святой Престол?

– А вас?

– Я на это надеюсь.

– И я надеюсь. Но мне, для начала, хватит только вашего признания. Итак, мы договорились?

– Договорились. Поздравляю вас, ваше императорское величество.

Привезённые графом-магистром-кардиналом, Игнатием де Лойола, из Константинополя-Стамбула договорённости об объединении Римской католической и Византийской ортодоксальной христианских церквей, да ещё и с уже назначенной на Пасху 1531 года датой начала работы объединительного всехристианского съезда, сильно ускорили ход переговоров митрополита Макария с папским нунцием, кардиналом Иаковом Рихтером.

Оно и понятно, если христианство договорится о преодолении раскола 1054 года, то раскольниками останутся только автокефальные церкви, и им придётся как-то обосновывать свою приверженность раскольничьему пути. Объяснять пастве, да не тёмным крестьянам, а боярам, князьям и самому царю. Боярам и князьям, которые во множестве получили уделы в Литве, Польше, Пруссии, Дании и Швеции и стали там баронами и даже графами, которые причащаются святых таинств в тамошних церквях и планируют родниться с английской знатью. Объяснять царю, который теперь ещё и принц-консорт Британского королевства и всячески поторапливает процесс объединения. Грозному царю, который может упорствующих в расколе просто изгнать, если не того хуже.

В общем, всё идёт к тому, что Русская православная церковь тоже примет участие в объединительном съезде в Иерусалиме и выборах единого главы всего христианского мира.

– Блестяще, граф, – оценил результат император, – очень рад, что не ошибся в вас. Надеюсь, что христианство когда-нибудь по достоинству оценит ваши заслуги и причислит к лику равноапостольных святых. Как и Папу, конечно. А пока просите награду за переговоры с султаном. Их итоги меня тоже очень порадовали.

– Лично меня вы уже щедро наградили за всю службу до конца жизни, ваше императорское величество. Слишком щедро, я даже опасаюсь, что всё отслужить не успею. Я бы попросил за Орден, если позволите. Помнится, вы говорили, что найдёте Ордену дело. Важное и полезное дело.

– Говорил и от своих слов не отказываюсь. Будет вам важное и полезное дело, как только Орден станет достаточной силой, чтобы за такое дело взяться. Для начала, ваш Орден должен заменить собой все остальные католические Ордены. Перенять у них все монастыри и навести в этих монастырях порядок, по своему уставу.

– Возможно ли такое, ваше императорское величество? Ведь другие монашеские Ордены будут противиться. Не силой же их принуждать.

– Не будет никаких других Орденов, граф. Папа их распустит, как только вы будете к этому готовы. Принуждать, конечно, лучше добрым словом, но не все, к сожалению, способны понимать добро, поэтому и возможность принуждения силой исключать не будем. «Цель оправдывает средства», не так ли? А насчёт возможности – не сомневайтесь. Вы объединили христианство, а на этом фоне, предстоящая вам задача – сущий пустяк. Согласуйте свои действия с его святейшеством и работайте. Как только у вас появится надёжная и полностью контролируемая вами структура, получите и дело. Очень важное, очень полезное и очень доходное дело. А что касается награды за переговоры с султаном, пусь её за вас тоже получит Орден. Передаю вам, как магистру, «Нептуна». Путешествовать вам теперь придётся очень много, пусть будет у Ордена собственный корабль. Только команду мне вернёте. Через год, этого времени точно хватит, чтобы подготовить новую, уже из братьев-монахов.

Сулейман Первый Осман решил приобрести два «винджаммера» второй серии по шесть тысяч французских ливров серебра, по цене трёх галеонов каждый, но это очень дёшево, на самом деле. Три галеона с бронзовыми пушками «винджаммеру» на один укус, если капитан не допустит ошибки и не даст им приблизиться до дистанции действенного ответного огня. Но с таким преимуществом в скорости, нужно быть совсем уж неумехой, чтобы это допустить. Неумехой, или психически ненормальным, возомнившим себя неуязвимым.

Два корабля у Португалии, один теперь Орденский, остаются ещё два – «Перун» и «Тор». «Перуна», пожалуй, подарим Русскому царству, а вот «Тора» можно выставить на аукцион. На аукцион в Гранаде. Нужно же как-то узнать его реальную рыночную стоимость, чтобы и Сулейман Первый, и Жуан Третий оценили сделанные им уступки. То, что торговля за «Тора» пойдёт бойкая, с повышением ставок, сомнений нет. И так бы не было, а после того, как адмирал, герцог Васко да Гама де Гоа, граф де Видигейра, «похулиганит» возле Корсики и Сицилии, цену вполне можно ожидать и выше десяти тысяч. Даже значительно выше. Интересантов-то сколько: Франциск Первый точно; Хайреддин Барбаросса, несомненно; Венецианская Республика обязательно; да и друг Генрих д'Альбре теперь парень очень состоятельный, а о собственном флоте он давно мечтает.

Двадцать четвёртого октября 1529 года получили развёрнутый доклад о ситуации в Европе от графа Саго Миачо, имперского министра Иностранных Дел в Гранаде.