Текст книги "Шаг в темноту… Книга третья (СИ)"

Автор книги: oR1gon

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 22 страниц)

Глава 33

Ударившись в землю, черная клякса, как желе, упруго качнулась в стороны, стремясь растечься, однако, вместо этого она собралась в гуманоидную фигуру. Облаченный в Демонический Доспех, так как не хотел рисковать, Тирисфаль остался стоять на месте, самым внимательным образом рассматривая объект своего интереса. Магическая броня пестрела рунами, дополнительно повышающими ее защитные свойства. Как и в целом, формула была почти полностью перестроена, потеряв атакующие возможности, взамен выживаемости.

Место, куда прибыл маг, представляло из себя клочок болота, того, каким оно было раньше, только в куда боелее худшей форме. Вода стала почти черной, источая в воздух миазмы разложения и гнили. Вопреки всей остальной территории, она никуда не спешила уходить, образуя прежнюю топь. Разве что деревья стали выше и куда мрачнее на вид. Все краски, снова, исчезли. Тени сгустились пуще прежнего. Сама мана отличалась.

«Вот бы какое-нибудь проклятье, действующее на плоть, зарядить этой маной… Страшный получится эффект. Хорошо, что тут нет ведьм или каких-нибудь тварей, способных раскрыть потенциал этого места».

Всего в двух десятках метров впереди, поскрипывая, меж самых больших деревьев находилось оно. То, что раньше было источником воды, питавшим все раскинувшиеся на многие километры площади сады. Ныне – сплетение корней и ветвей, образовавших форму шара. На них росла плесень, и слизь капала вниз, в воду, образуя на поверхности жирные капли, отказывающиеся тонуть или растворяться. Комьями свивали зеленые сопли, распространяя вокруг неимоверную вонь.

Не будь колдун привыкшим к подобному, его бы обязательно вырвало, столь убийственно тянуло мертвечиной. Воздух словно был густой от запаха разложения и норовил удушить, залезть в нос и горло, заполнить легкие, как вода.

«Неплохо, очень неплохо! Тут и Террона могла наизнанку вывернуть, не каждая аура способна такому сопротивляться. Не говоря уже о вполне физиологических моментах», – проведя пальцами вдоль потока маны, едва его касаясь, чернокнижник ощутил сильное давление. Помимо потока энергии, грозившего увлечь персты за собой, нутро его похолодело. Желудок схватил спазм. Не в силах сопротивляться рвотному позыву, чаротворец отвернулся в сторону и выблевал все, что съел не так давно. – «Не каждая аура может сопротивляться, а у меня-то ее и нет сейчас. Лучше держать руки при себе. А от площадного действия меня убережет Доспех».

Потоки чужеродной маны, вытекающей из сплетения, причудливо тянулись, образуя фигуры и завихрения. Они гнулись так, словно их направила чья-то рука, вместе образуя гигантский глиф. Обычно так, в природе, сведущие маги и пополняли свои арсеналы, да знания. Находя подобные образования.

От цепкого взгляда демонолога не укрылось множество свежих трупов. Самое интересное заключалось в их принадлежности. Они были демоническими. В основной массе. Меньшую долю занимали нар’глод, всего несколько, остальные – раньше обитавшие на болоте твари. Гроки, гигантские раки, пара гидр и пять квакш. Самих же демонов были десятки. От одной пары рогов, до трех.

Наиболее сильный из детей Наррада Осквернителя лежал прямо под сплетением веток и корней, утопленный в гнилостных водах. Но умер он совсем по другой причине. Ему оторвали голову, вырвав еще и позвоночник. А потом раскурочили грудь, изъяв сердце.

«Возникает закономерный вопрос – как? Я ведь всех убил. Крепость не так далеко, чтобы демоны смогли остаться незамеченными. Попытка призыва кого-то вроде властителя – сорвана. После бури я тут пролетал, осматривался», – мысли Тирисфаля вились, как рой пчел. Он перебирал воспоминания, пытаясь понять, когда допустил ошибку. – «От моего взора укрыться можно, есть даже довольно простые способы. Но все они грубы и будут заметны, вроде того, как доспехи малахитовых волков скрывают от меня их лица и внутренний мир за пеленой маны. Сокрытие, такого уровня – уже большая редкость. Как на пустое место смотрю. Хотя тут явно имел место неслабый ритуал, завязанный на жертвоприношение».

Помедлив несколько секунд, маг создал вокруг себя сложный круг. Призрачное Зрение впилось в реальность, проникая под нее. И там картина выглядела несколько хуже. Мощная иллюзия лежала на участке топи, блокируя возможность увидеть спрятанное под ней.

Вопреки ожиданиям, колдун не увидел под трупами никаких письмен. Возможно потому, что так и не смог до конца прозреть сквозь иллюзию. Однако, заметил другое, более важное. То, что скрыть было сложнее всего.

Сплетение пульсировало от переполнявшей его магии, лучась красным, подобно солнцу. Из него, как из сердца, толчками выплескивалась энергия из другого Плана, проникая сквозь немалых размеров дыру в пространстве. Было ее куда больше того, что оказалось снаружи, заметно. Она поддерживала тот единственный, видимый глиф, питала его. А рядом, постепенно, из тянущихся вверх тоненьких потоков, формировались иные знаки.

«Хорошая добыча», – отметил чернокнижник, огладив жадным взглядом чудовище. – «Теперь хоть понятно, откуда столь редкий дух попал в руки гроков и ко мне, от них», – сферы над плечами всколыхнулись синими языками, начав наращивать на себе пламя. Вокруг них споро образовался светящийся синий ореол, от поглощаемой и преобразуемой на нейтральный манер маны. – «Намудрили маги в свое время. Создали, как я понимаю, проход на План Воды, откуда ее и черпали. Вместо твердого носителя, использовали саму ману, как-то зафиксировав потоки от своего источника. Высочайшее мастерство проявили, и такую же недальновидность. Все, что не в твердом материале, изменяется. Вот и их небольшое чудо превратилось во что-то другое», – готовясь к бою с защитником, чернокнижник все пытался осознать, с чем именно придется иметь дело. – «Гиблые Воды? Так там Тьма, если тексты не врали. Это вообще имеет больше отношения именно к глубинам. К черной воде, куда не проникает свет, и где томятся ужасы. Тут же что-то другое. Гнилостное. А я с таким не сталкивался».

Сферы единым импульсом выдали весь свой заряд маны в ауру. Подхватив его в первое же мгновение, демонолог сплел сразу две разные формулы. Первой трансформировал поток магической силы в плотный, устойчивый луч, направив вверх через правую длань. Второй создал черную искорку. Упав на ману, она воспламенила ту, как горючее, расползшись в оба конца луча.

Беззвучно Черное Пламя устремилось вверх, пожирая луч, чтобы гореть. Достигнув нужной точки, оно уже перекинулось на масштабную иллюзию, резвясь в самой уязвимой, узловой точке. Иллюзия вышла великолепная. Да только хрупкая. Зная, куда целиться, ее можно было уничтожить одним хорошим воздействием, разбив добрую треть схемы разом. И это случилось.

Нажравшись маны, Черное Пламя накопило критическую массу и образовало такой же беззвучный взрыв. Вспыхнув облаком, оно заставило проявиться купол и разлетелось в сторону языками. Там, где концентрации маны хватало, оно еще пыталось гореть, выжигая ее. Однако, слишком высокая требовалась степень, да и спектр определенный – нейтральный. На всем остальном Черное Пламя горело плохо, почти сразу затухая, не причиняя особого вреда.

Стряхнув с руки остатки пламени парой небрежных движений, досталось и ему, так как горение распространилось в обе стороны, Тирисфаль оценивающе смотрел на тварь. А выглядела она более чем необыкновенно. Почти шест метров в холке. Шкура слезает зелеными, тягучими соплями и тут же регенерирует, от чего она вся покрыта слоем дряни. На уродливой, обезображенной морде, ядовитым светом горят глаза, заплывшие гноем. Под ними открытая плоть, без кожи. Мелко кровоточит и истекает сукровицей. Из пасти наружу торчат клыки наперебой, мешая, ломая друг друга, и вонзаясь в десны. Пасть окровавлена по той же причине. Но и кожи на ней почти нет. Как и на всей морде. Вместо носа – провалы, забившиеся слизью и гноем. Последний, при дыхании, вылетает из дыр комьями, плюхаясь в почти черную воду.

Однако, тело у чудовища выглядело чересчур мощным. Стояло оно, наклонившись вперед, на задних лапах, не способное полностью выпрямиться. Передними, похожими на руки, пятипалыми, держало тело демона и жевало его, почти как разумное существо. Откусывая куски осторожно, ничего вокруг не разбрасывая. Словно дорожа едой. Из морды, где должен располагаться нос, торчал вперед кривой рог, как слишком переросший ноготь. Желтый, покрытый кольцами, как деревяшка. Такие же росли на голове, над глазами. И по всей правой половине головы. Разных размеров, неправильные.

Разрушение иллюзии никак не помешало чудовищу заниматься своим делом. Оно продолжало все так же жрать труп. Только стало поглядывать в сторону вторженца грозно, недовольно порыкивая утробно. Даже отвернулось в сторону, встав так, чтобы видеть одним глазом чужака. А еду спрятало.

– Так ты умен или тупой? – в слух рассуждал маг, поглядывая на тварь.

Она не явилась с другого Плана. Это был демон, пытавшийся таким образом возвыситься. Убил или заставил других принести свои жизни в жертву ритуалу. Попытался переродиться во что-то более могущественное или почерпнуть силы, пополам со знанием, из источника. Отрывать в себе насильно новые возможности. Итог оказался закономерен.

Сам бы колдун никогда не рискнул поступить с собой таким образом. Кое-что понимал в устройстве души, и это останавливало от отчаянных экспериментов. Прежде всего требовалось разжиться подходящей Сущности. Конечно, существовал вариант заполучить ее уже во время преображения, при доле везения. Однако, подобные преображения просто не могли не сказываться на разуме. Все требовалось делать постепенно. С умом. Не полагаясь на случай.

– Понимаешь меня? – обратившись к чудовищу, чернокнижник не рассчитывал на ответ. Растягивал время, за одно проверяя, насколько противник опасен на самом деле. Сферы постепенно восстанавливали запас маны.

В ответ тварь начала ждать еще быстрее, зло заурчав.

«Как жаль, что преобразить это обратно в источник воды не получится. Не обладаю надлежащими навыками и знаниями. А со временем эта мерзость отравит все вокруг, окончательно загубив одичавшие посадки. Максимум, могу попробовать закрыть проход и лишить тут все жизни. Тогда и распространяться будет особо нечему. Все это станет просто мертвым, природа с таким сможет совладать самостоятельно. А лучше выжечь, но так еще больше сил и времени потрачу».

Не получив вразумительного ответа, демонолог выпустил из ауры Потусторонний Разряд. Длинная, тонкая, как игла полоса прочертила пространство. Ударившись о тело чудовища, она сразу потеряла форму и поднялась вверх дымкой. А на коже не осталось ни следа. Все поглотила аура.

Мерзость взревела, выплевывая из глотки зеленую слизь и кусочки тела, вперемешку с тухлой кровью, задрав голову. Глаза загорелись ярче. По земляной шишке и воде прошла волна. Слизь, лежавшая повсюду, пришла в движение. Начала собираться в комки. И тварь побежала вперед, взрывая лапами землю.

Не впечатлившись демонстрацией силы, чудовище явно было молодо и еще не успело не то что освоиться, а даже попробовать себя в бою, маг сделал свой ход. Развернул на пути чудовища ловушку. Ничего особенного, обычное замедление. Влетев в него, оно едва не упало, сильно наклонившись вперед, влекомое вперед огромной инерцией тела. А потом сразу вляпало в следующую. Треть… четвертую. На пятой оно окончательно растеряло всю скорость. Но не силу и ярость. Подняв руки-лапы, оно сцепило их замком и вдарило по земле, не резво, но сильно. Ловушка разлетелась ко всем чертям, не выдержав всплеска маны. Из земли вверх прыснули капли мертвечины. Растекаясь по Демоническому Доспеху, они не причиняли никакого вреда.

Приняв Облик Тьмы, Тирисфаль отлетел в противоположную от твари сторону, вновь воплотившись на своих двоих. Тратить души, чтобы использовать более мощные заклинания, он не хотел. Желал обойтись одними сферами. Потому не мог все закончить быстро.

Припомнив слова Ларель, маг решил немного поиграть. Направил ману в книгу заклинаний, развернув большой круг. И тут, прямо на него, начал наслаивать другие формулы. Подготовка заняла почти четыре секунды, которые чудовище крушило замедляющие поля.

Каналы маны переключились на фокусирующие точки. Из-за всего трех направляющих, мана распространялась по формуле не лучшим образом. Создавалось лишнее напряжение. Усложнялся контроль. И на конечный итог, на силу заклинания, это тоже оказывалось влияние. В идеальном варианте, круг следовало питать от восьми каналов.

Вокруг правой длани колдуна развернулась атакующая формула. И он ее сразу активировал. Закружив по спирали вокруг сложенной кисти, тройка лиловых снарядов устремилась вперед, А за ней следующие, волна за волной, почти сплошным потоком.

Врезаясь в морду чудовища, они, сначала, не оставляли видимых следов. Но уже спустя две секунды, стали появляться раны, а тварь замотала головой, обиженно гудя. Мана вырывалась из ауры, выталкиваемая вторым заклинанием, заложенным в первое. Выжигание Маны проявлялось подобно шаровой молнии, что вспыхивала и гасла в то же мгновение. А из ауры частично выталкивалась, частично выжигалась, подобно действию Черного Пламени, мана. Совсем немного, в масштабах ауры чудовища, но когда счет пошел на восьмидесятый снаряд, эффект стал ощутил. Теряя магическую силу, аура теряла сопротивляемость, от чего каждое попадание наносило все больше урона.

Морда быстро превратилась в месиво. Плоть слезла почти со всей головы. Досталось и груди, мышцы там превратились в дряблую тряпку. Однако, тварь совсем не собиралась умирать. Ее настигло оглушение и контузия. Но это не мешало аномальной живучести. Ткани начали восстанавливаться с заметной скоростью, когда комки гноя и слизи начали наползать на лапы. Некоторые тащили с собой фрагменты тел и целые трупы. Те, прикасаясь к телу чудища, словно впаивались в него. Начинали плыть, гнить и разлагаться. Становились теми самыми зелеными потеками, которые впитывались в такого же цвета кожу.

Наблюдая за происходящим, чернокнижник чуть наклонил голову к плечу. Развеял атакующую формулу. Сплел новую, пока тварь стремительно восстанавливалась и даже успела броситься вперед. И активировал ее, гася под ногами круг.

Толстенная синяя молния сорвалась с его руки, подобно живому кнуту. Хлестнув по одной из лап, Поток Дезинтеграции заставил ее подкоситься. Мясо начало распадаться, превращаясь в серый прах. Следом, когда чудовище завалилось, старая молния оборвалась, взамен нее образовалась новая. И она, как щупальце, протянулась до головы, извиваясь во все стороны.

Когда от тела осталась одна половина, демонолог выбросил вперед левую руку, продавливая напряжение и чуть сжимая пальцы. Не без сопротивления душа полетела к нему навстречу. Дух ее имел вид отличный от того, какой была плоть. А это, ярче чего-либо еще, твердило о проблемах, творившихся с душой. Потому как, дух принадлежал гротескному демону, вполне прямоходящему, с четырьмя парами рогов, половина из которых оказалась обломана.

Схватив душу, Тирисфаль начал наращивать на ней кристалл-темницу, предварительно развеяв дух. Но вместо ожидаемого эффекта, кристалл рушился и крошился, опадал. Желто-зеленое свечение, испускаемое Искрой, его уничтожало.

Потратив немало маны в пустых попытка заключить душу в плен, маг начал терять терпение. Его подстегивало нарастающее покалывание в пальцах, как от тысяч иголочек. Руки уставали противостоять сопротивлению. А собственная душа начинала подавать первые признаки напряжения. Все-таки, захват чьей-то души, в первую очередь строился на силе души пленяющего. Поймать кого-то равного или сильнее, было попросту невозможно.

Приглядевшись, колдун не сразу заметил неладное. А когда смог, его брови поползли вверх. На душе лежала Печать. Другая по форме, но с той же сутью. Божественная метка. Именно она обеспечивала львиную долю того притяжения, из-за которого душа демона и сопротивлялась. Сама по себе она не могла такое сделать. Слишком израненной, поврежденной выглядела. А вот разрушала темницу она самостоятельно. Та необыкновенная Сущность, что в ней поселилась. Она почти смогла сравняться с демонической, а потом, скорее всего, и задавила бы ее, окончательно переродив душу и тело во что-то другое. Однако, вмешательство и убийство помешали процессу.

«Ну, раз ты больше демон, чем непонятно, пока, что, то и уязвимость у тебя передо мной огромна», – еще раз попытавшись нарастить кристалл, чернокнижник столкнулся с той же проблемой. Душа его разрушила. И внутри самую капельку переменился баланс. Сущность разложения набрала, а демон уступил. – «О, так ты сам, добровольно, используешь эту странную способность, жертвуя балансом внутри души. Надеешься на метку. Думаешь, будто бы господин сможет тебя спасти», – чаротворец почти любовно огладил Искру, царапая ее поверхность когтями перчаток. – «Вынужден тебя огорчить, демон. Ты попал не в те руки. Ты… слишком интересен, как предмет исследования и торга уже с моей госпожой».

Поглаживая пальцами, не отрывая руки от шарика, демонолог стал накладывать одно проклятье за другим, по отработанной схеме…

Глава 34

День спустя

Гипнотизируя взглядом вываленные перед ней кучи «добра», Инфей морщила носик. Причудливого вида шкуры лежали перед ней расстеленные, как ковры. Одна вовсе имела крылья. Прямо на них, выставленные рядами, стояли маленькие и большие стеклянные баночки, да бутыли. В коробах лежали другие куски чудовищ. И, как вишенка на торте, поверх всего, имелась целая отвратительная голова.

– Ларель, отнеси голову Террону. Ты слышала господина. – бросив через плечо, суккубка не отрывала глаз от трофеев. Подобного рода богатства ее нисколько не прельщали. Она больше ценила вещи иного толка. Однако, для ее господина потроха имели вес, в отличии от того же золота и каменьев.

– Кажется, он не говорил, что доставкой этой мерзости должна заниматься я. – землянка сложила руки под небольшой грудью, от вида которой накатывала грусть. На соблазнительницу так точно. Однако, ответ она держала не очень уверенно.

– Спорить вздумала? – обернувшись, жительница иной Сферы прижгла нерадивую взглядом.

– Ладно. – раздраженно и зло взмахнув рукой, вечная подхватила голову Телекинезом и потопала в нужную сторону.

– Хорошая порка всех делает сговорчивее. – не громко, но так, чтобы все услышала, озвучила свои мысли Лиала.

– Умные слова, девочка. – Инфей кивнула, растягивая губы в хищной улыбке.

Без надзора господина, она дала себе немного свободы. И как следует потолковала с бессмертной, самым доходчивым образом объяснив ей, кто есть кто в подземелье. В чем очень помогло разучиваемое ей, как одержимой, заклинание Агонии. Не в полной мере, конечно. Пока она могла явить лишь часть сложной формулы. Ту, которая несколько увеличивала болевую чувствительность.

– Отец всегда говорил, что некоторым людям не хватает крепкой руки, которая сможет взять их за горло. Может она из таких? – юная волшебница, состроив несколько наивное, внимающее выражение лица, повернулась к собеседнице.

– Такие, как она, способны подчиняться только абсолютной власти, тем, кто держит в руках само их существование. Могла ведь давно уйти, проявив своеволие, какое хочет всем вокруг показывать. А нет, все у нас отирается.

– Наставник ей уже показывал, что может сделать. Ее, похоже, не впечатлило.

– Да, в том и кроется мой интерес. Почему она не боится господина, не слушается нормально? Из-за бессмертия? Оно для него, как смешная шутка. Душу отнимет и зарядит от нее светильник. Тут в другом дело. Может ее выебать надо как следует? Бывают и такие случаи.

– Многие женщины от такого добреют, насколько знаю. Часто мужчины в таверне говорили, а потом смеялись. – щечки девушки покраснели.

– Пора бы и тебе к нам присоединяться! – резко повернувшись, несколько невпопад сменив тему, Инфей почти хлопнула в ладоши от восторга. – Возраст уже подходящий, самое время постигать важную науку. Мужчина тоже, знаешь ли, добреет. А познав себя, свою красоту, ты сможешь ими управлять, как стадом идиотов.

– Как ты? – все еще смущаясь, Лиала заинтересовано приподняла бровку.

– Почти.

– Не знаю, надо ли мне такое…

– Надо. – твердо и четко, с толикой нажима, отчеканила суккуба. – Сегодня дам тебе первые уроки, на время отложишь свои занятия с иглой. А потом и Ларель привлечем…

Одна лишь мысли о развращении человеческой девчонки приводила демоницу в сущий восторг. Она сама не знала, почему так. Раньше никогда не сталкивалась с подобным. Старалась держаться обособленно от сестер по ковену. А теперь хотела наставить кого-то на «правильный» путь.

…

Потратив порядочно времени и, казалось, облазив все болота, Тирисфаль двинулся дальше, изрядно пополнив свои запасы. Растения он старался собирать с прицелом на пересадку, хотя надежды не питал. Такие травы требовали особых условий, правильной земли, удобрений и маны. Даже прижившись, они бы точно стали слабее, потеряв часть свойств. Таких же мощных составов из них приготовить не получится, как из прародителей.

Свой путь маг проложил через солидный крюк, дабы облететь как можно больше пространства. За пределами болот, ставших буйной рощей, он почти сразу столкнулся с одной из причин высыхания. Первой стали сами растения, пившие воду, как не в себя, благодаря стремительному, неестественному росту. Второй – изменения ландшафта. Буря разрушительным гребнем прошлась по верхней части сада, искусственно поднятой над уровнем земли. Тем самым, вода, разлитая некогда на плоскости и вытекавшая, излишком, через еще функционировавшие оттоки, устремилась целиком в низину.

А уже там, в низине, затопило все. Буря прочертила новую линию, в которую начало стекаться несколько мелких речек, сливаясь в одну. А она стала впадать в низину. Та, в свою очередь, протянулась до самой горы и огибала ее справа, захлестывая дальше. И всюду была вода.

«Пока не успела подняться до входа в шахту, если вообще поднимется, тут я не силен. Но, похоже, тут через несколько лет образуется настоящее огромное озеро. Или маленькое море», – стоя в предгорье, у входа в древнюю шахту, колдун придавался размышлениям. – «Пока непонятно, хорошо или плохо это. Впрочем, когда нормально займусь источником магии, я эту водицу куда-нибудь деть всегда успею. Но на данный момент… скорее полезно иметь такое угодье».

Чернокнижник не без интереса следил за здоровенной тварью, отиравшейся у слияния рек, почти в двенадцати километрах от горы. Чудовище походило на змею. Тело почти тридцать метров длинной. Сверху его покрывали мощные гребли в три ряда, и толстая чешуя вместе с роговыми наростами. Морда, чуть плоская, даже в чем-то походила на драконью. В пасти, способной уместить рыбацкую лодку, в четыре ряда шли мощные клыки.

«Сколько же тут всякой дряни интересной обитает? Куда не плюнь, попадешь в такое, что раньше почитал за редкость встретить. А сейчас, только за пределы поселения вышел, сплошное раздолье. И мощные же твари. Уж не влияние тех же нар’глод и водного народа сказывается? Измельчали, одичали, выродились, да создали какие-то отдельные ветви существ. А где-то и смешаться могли. Как же любопытно все узнать…»

Вдоволь насмотревшись на прочих тварей поменьше, уже поселившихся в воде, демонолог снова обратился черным дымом. Стелясь вдоль камня, он устремился вверх, к самой высокой точке горы. Где и воплотился, чтобы получше рассмотреть уже другое явление. Более необычное, чем какое-то чудовище.

Среди белых, пышных облаков, без движения завис их собрат. Черное, грозовое облако. В нем бурлили, как угри в битком набитом аквариуме, молнии, не срываясь вниз. А вот вода хлестать не переставала, сплошной стеной опускаясь вниз, чем лишь способствовала полному затоплению низины.

Сквозь все преграды, Тирисфаль видел землю в небе. Целый парящий остров, скрытый от глаз всех остальных. Как раз под ним, уже скрытая за приличным слоем воды, находилась огромная каверна в земле.

«Первый раз сталкиваюсь с таким явлением. Летающий остров… это же сколько надо мощи, дабы поднять массу земли и камней к самим облакам? С таким, наверняка, не каждый источник справится. Хотя… может я и перегибаю. Одно дело, прилагать голую силу, другое, если есть подходящие условия. Может там минерал какой-то образовался необычный? Надо бы проверить… Такое в хозяйстве пригодится. Хм… а я ведь никогда сюда не заглядывал, на эту сторону. Больше о шахте думал. Тут ведь тоже может немало сокровищ разного толка оказаться. Надо все проверить после».

Взлетев черной кляксой, колдун устремился к облакам и перевалил за них, замерев на месте. Открывшийся вид… впечатлял. Огромный кусок суши, многие, многие километры земли, скал и мелких гор, парили в небе, на темной подушке. Остров оказался столь велик, что охватить его снизу взором колдун полноценно не мог. Да и поднявшись, оказался в той же ситуации. Немалая часть выпадала из поля зрения, оставаясь за белесой пеленой, где детали растекались и терялись.

Яркими точками на почти бесцветном полотне выделялись две каверны на теле острова. В них бурлили водовороты, выплескивая вниз воду. Дно у дыр отсутствовало. Центром каждого водоворота служила сложная магическая конструкция, образовавшаяся из природных потоков маны. Самая яркая точка находилась на вершине одной из трех маленьких гор, буквально фонтанируя планарной маной. Та тонкими потоками растекалась по всему острову, питая грозовую тучу, оседая где-то в глубине пород и просто рассеиваясь в воздухе. От чего остров окутывал заметный саван необычной маны.

«На болоте могла бы обосноваться ведьма, слишком шикарное место для умеющих налагать проклятья на плоть. А если на острове засядет умеющий обращаться со Стихией Воздуха… сложно представить, какие именно перед ним откроются перспективы. Облако, это Стихия Третьего Порядка, не Буря, конечно, однако уже весьма много. Энергия, она же молнии, тоже третий порядок. Пространства море, есть где разгуляться. Можно целое поселение со слугами, строителями и крестьянами организовать, пусть облагораживают владения. Отличное место. Жаль, мне не подходит».

Еще немного посмотрев на открывшиеся просторы, чернокнижник устремился вперед, заходя сверху. Держась подальше от грозовой тучи. Раньше дел иметь с Облаком ему не доводилось, поэтому чего ожидать, он не знал. Готовился ко всему. И напрасно.

Туча никак не отреагировала на вторжение сверху, позволив демонологу спокойно приземлиться и уже окончательно, во всех деталях, осмотреться. Ничего нового, кроме пары стай необычных, явно планарных, зверей он не увидел. Потому, подумав, двинулся дальше, не заметив никаких для себя угроз.

Его целью стал пик мелкой горы. Вокруг него клубилось собственное облако, скрывая от обычных глаз необычное зрелище. И посмотреть было на что. Из него, будто великан заколотил, торчал прямой белый кристалл, испускающий в овсе стороны чуть желтоватые молнии. Друза, слишком ровная, идеальная, достигала почти пяти метров в высоту. У ее подножья начиная и заканчивая у границы облака, весь камень стал насыщенно синим.

Пробив собой белую пелену, первым делом Тирисфаль воззрился именно на камень. Подлетел к нему и начал кружить вокруг пика, рассматривая. А когда его подозрения подтвердились, то готов был оскалиться и расхохотаться, подобно безумцу. Слишком уж редкой оказалась находка. И слишком много ее было.

В прошлом ему доводилось видеть манорит лишь пару раз, выставленным на торги, в виде небольших кусочков. Этот минерал не отличался прочностью, твердость, гибкостью или иным свойством, делавшим бы его подходящим для изготовления доспехов или оружия. Он умел притягивать к себе ману. Как магнит. Стягивал к себе природные потоки, легко меняя их направление. При этом, не создавал нарушений в пространстве, какие могла породить схожая магическая конструкция, рассчитанная на ту же эффективность. Легко поддавался управлению. Не разрушал магических формул, не вмешивался в их работу. Если не захотеть.

Весь пик пульсировал от скопившейся вокруг него маны, однако, ничего не происходило. Присутствие манорита не позволяло ей воспламениться, как происходило, когда образовывалась подобная концентрация.

«Если сделаю для сфер оболочку из этого минерала, их способности по поглощению магической энергии скакнут на порядок вверх! С его помощью можно делать артефакты, который будут самостоятельно, нормально заряжаться. Не придется городить огромные формулы. Достаточно добавить один материал, совместить, и готово. Я мог бы сделать себе напыление на перчатки, с внутренней стороны, чтобы снизить расходы маны на их применение. Это никак не сократит количество требуемой энергии душ, но и она используется не всегда. В крайних случаях, для задействования сильнейших свойств и возможности плести из нее заклинания, способные преодолевать сопротивление ауры», – уже буквально облизываясь на бесхозное богатство, маг не мог оторвать от него глаза – «Какие возможности открываются… Но, главное, манорит можно попробовать применить в создании оболочки для Сердца Башни. Камера будет обложена горной медью, это снизит приток маны из Астрала. Однако, манорит должен будет компенсировать потери и дать еще больше маны. А если сделать из него уловители, да прибавить к ним камеры хранения, получится черпать огромное количество маны снаружи, прибавив ее к источнику. Остается понять, как достать все это чудо. И почему его еще никто не прибрал к своим рукам…»

Леденящее касание опустилось на мозг, щекоча его. Холодные пальчики будто принялись копошиться в сером веществе. Ноготки скользили по извилинам, причиняя не боль, но неудобство и омерзение. Будто черви ползают.

«Это и есть то, о чем я тебе говорила. Ты нашел главное последствие Катаклизма. Кристалл – его частица. Камень – получился случайно. Забирай все, мой возлюбленный консорт!» – в конце шепот Тьмы преобразился и стал громче, переходя в смех, не предвещающий ничего хорошего.

«Консорт… нет уж, я такого исхода не допущу. Себя не утрачу. Смогу обрести целостность».

«Все в твоих руках», – прошелестел голос, замолкая. Без него исчезли и леденящие прикосновения.

«Предположим, камень я смогу собрать, раздробив его при помощи заклинаний Тайной Магии. Собрать подходящую формулу – не проблема, вопрос во времени, но в нем я не ограничен. Как транспортировать такую друзу? Есть подозрение, что она не отличается легкостью, как мои кристаллы-темницы. Думаю, весит порядочно. А я никогда не погружался в раздел Телекинеза достаточно глубоко, дабы иметь подходящую формулу или вообще представлять, как ее составить. Да и что мне с ним, кристаллом, делать? Не моя специфика. Не представляю, как к нему подступиться, чтобы добыть пользу. Погрузиться в Стихию Воздуха? Бред. Освоение Стихии третьего порядка может занять долгие годы. Если не десятки лет. Потому, наверное, и не встречал магов, достигших такого».