Текст книги "Уровни силы 3 (СИ)"
Автор книги: Nezloi
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)
На третий день пришёл приказ готовиться к наступлению, правда, без конкретики. Под это дело прислали отряд наёмников в сотню штыков – при трёх витязях‑середняках и одном маге неизвестной силы. Но вряд ли даже мастере – иначе бы его просто не было на нашем направлении. От скуки пошёл посмотреть, что там за люди.
Лагерь наёмников был разбит за городом, но с помощью телепорта я добрался за считанные минуты.
Судя по порядку и дисциплине, царящим вокруг, это точно была не банда, а серьёзное военизированное подразделение. Кстати, попасть в сам лагерь у меня не получилось: на входе меня остановил часовой и потребовал пропуск, подписанный начальником штаба или командиром отряда.
Пожав плечами, уже хотел возвращаться домой, как вдруг увидел выходящего из палатки высокого мужчину лет тридцати. Одет он был как самый обычный наёмник средней руки. Неплохой американский бронежилет, не подходящей под нашу местность расцветки; шлем, от явно другого комплекта брони и «понтовые» тактические очки. Из оружия имел немного устаревшую, но вполне рабочую, автоматическую винтовку родом из Бельгии. Но самым привлекательным в наёмнике было не это: над его головой, словно голограмма, висели цифры 79.
«Надо же, как волнительно – первая встреча с коллегой», – мелькнула ироничная мысль. Игрок тоже меня заметил и на мгновение замер в удивлении.
– Вот так встреча! – по‑русски, с сильным акцентом, воскликнул системщик и, улыбаясь, будто встретил старого друга, пошёл ко мне.
В ответ, сохраняя настороженность, я как можно искреннее улыбнулся.
– Бернард Хопкинс! – представился игрок, протягивая мне руку.
– Алексей Курбский.
Рукопожатие у Бернарда было твёрдым и жёстким.
– Думаю, нам есть что обсудить?
– Пожалуй, – не слишком заинтересованным тоном согласился я.
Бернард сбегал к командиру отряда, поставил его в известность, и уже через пару минут мы, никуда не торопясь, шли в город.
– Предлагаю, пока мы действуем на одной стороне, объединиться. Думаю, группой качаться гораздо выгоднее и безопаснее, – с ходу предложил игрок.
Придавив поднявшую голову подозрительность, я покачал головой.
– Ты забываешь, что я на службе, а значит, человек подневольный. Куда пошлют – туда и иду.
– Ты же князь! – поразился игрок.
– И при этом военнослужащий. Ты же тоже наверняка выполняешь приказы начальства?
– Так‑то да, – неохотно согласился Бернард.
Чем дольше я разговаривал с игроком, тем больше он вызывал у меня подозрений. Особенно его попытки набиться ко мне в друзья: он даже попытался вынудить меня пригласить его в гости. Но не срослось.
Конечно же, я попытался устроить обмен системными секретами – например, как он умудряется выдавать себя за столь высокого уровня витязя. По идее, даже полностью прокачанные до капа характеристики не позволяли этого.
Бернард технично съехал с темы, зато попытался взять у меня на «испытания» что‑нибудь из системного оружия или артефактов. Вежливо улыбнувшись, отказал, сославшись на то, что такими испытаниями занимаются гвардейцы рода. Но если он захочет что‑нибудь купить, то всегда пожалуйста: мои цены он знает.
«Ну и нахрена он тогда мне вообще нужен⁈» – появилась у меня мысль ещё через полчаса пустого трёпа. Игрок упорно ничем не хотел делиться, хотя я много что предлагал на обмен, зато с неменьшим упорством пытался «занять» у меня системное оружие и артефакты.
«Пустая трата времени!» – окончательно потерял я интерес к Бернарду.
В итоге, сославшись на службу, я вежливо попрощался и ушёл, не обращая внимания на настойчивые попытки игрока напроситься в гости.
Уже вечером в офицерском клубе, по секрету от начальника штаба, узнал, что основное наступление будет на пятьдесят километров южнее, а наша задача заключалась в поддержке левого фланга.
Здесь же, за бокалом вина, начштаба поставил мне задачу провести разведку в направлении села Кобушка‑Веке.
Я с ходу выторговал себе право идти без группы. Всё равно толку от солдат нет – только замедляют меня.
Отмашки на выход ждал до обеда следующего дня. Конечно же, не потратив это время впустую, целиком посвятил его «сборке» нового заклинания. Почему я назвал это сборкой? А это и был тот самый путь к созданию новых спелов, который я недавно нащупал.
Привычно активировал консольную команду: «Texture Transparency 100 m». И мысленным усилием стал «загружать» массивы. Пока эта сфера была единственным полем, где можно было свободно манипулировать символами – как целыми массивами, так и каждым по отдельности.
Естественно, набор символов не был случайным. По моему мнению, сопровождавшемуся расчётами, именно так должно выглядеть заклинание, связанное с воздушной стихией. Оставалось теперь найти правильную конфигурацию, которая, конечно же, никак не хотела складываться.
Лениво, без особой надежды передвигая массивы, я размышлял о том, как бы втиснуть обычное, несистемное заклинание в сферу консольной команды. Беда была в том, что активация происходила мгновенно, и, если бы даже несистемное заклинание содержало символы, увидеть их я всё равно просто не успел бы.
Но возможно смог бы расшифровать геометрические фигуры, мелькание которых, едва успевал улавливать.
Мои мысли оборвало системное сообщение:
«Изобретено заклинание 'Эксперимент № 218: стихия воздуха».
1 ур.
Сменить название?
Добавить в общий пул: Да/Нет.
Добавить в каталог Системы: да/нет.
Награда за нахождение нового заклинания: 100 ОП.
Описание:'
Улыбаясь, словно выиграл ночь с мисс Вселенной, я открыл описание, несколько секунд читал, после чего моя улыбка слегка померкла.
– Похоже, я изобрёл вентилятор! – немного разочарованно произнёс я.
Всё, что заклинание могло на первом уровне, – это с небольшой скоростью двигать десять кубических сантиметров воздуха в радиусе одного метра от пользователя. С ростом уровней радиус увеличивался на метр за уровень, а объём контролируемой «воздушной массы» – на десять кубических сантиметров. Выдаваемая мощность тоже возрастала.
– Ладно, сойдёт – обдувать себя в жаркую погоду, – проворчал я, быстро сменив название на «Вентилятор», добавил спел в список заклинаний, согласился на занесение его в системный каталог и закрыл интерфейс.
Минут двадцать играл с новым заклинанием, создавая крохотные торнадо на ладони. Несмотря на некоторое недовольство заклинанием, я всё равно ощущал какую‑то детскую гордость за пусть и неказистую, но полностью свою поделку.
– А не смастрячить ли мне что‑нибудь такое же, но только огненное? По сути, разница‑то невелика!
От магонаучных изысканий меня отвлёк Мешок, тихо постучавшись в мой рабочий кабинет.
– Ваша светлость, там пришёл человек, говорит, что ваш друг.
«Какой ещё, нахер, друг!» – не на шутку удивился я: в этом мире друзей я так и не завёл, в лучшем случае – приятелей и собутыльников.
Покинув свой кабинет, выходивший окнами в сад, прошёл через весь этаж и выглянул в окно. Перед воротами стоял Бернард и, улыбаясь, что‑то втолковывал равнодушному витязю.
– Нахер таких друзей! – бросил я, возвращаясь в свой кабинет.
Игрока я уже определил в «кучу» бесполезных и, мало того, подозрительных людей.
Поработать над огненным заклинанием я так и не успел: прибыл посыльный из штаба с приказом выдвигаться на разведку.
Двадцать минут спустя я уже любовался природой солнечной Молдавии, «скача» в направлении Кобушка‑Веке, при этом ни на секунду не забывал о неком то ли витязе, то ли маге, который покрошил уже несколько наших групп.
Я был практически уверен, что там свирепствует ещё один игрок. Такое количество системщиков на фронте меня не удивляло, так как уже больше тридцати моих «коллег» признались, что участвуют в боевых действиях. Думаю, ещё не меньше десятка особо скрытных параноиков «фармили» здесь инкогнито.
Прячась в складках местности, умудрился обойти несколько патрулей, крупный опорник, в котором насчитал чуть ли не роту солдат, и почти добрался до посёлка. По крайней мере, с холма, заросшего коротким кустарником, я его уже хорошо видел, когда меня засекли. Конечно же, без «блядских» магов не обошлось. Причём о том, что меня заметили, я узнал по характерному свисту летящих мин.
– Сука! – мгновенно всё понял я, срываясь в длинную серию телепортов и едва успевая выскочить из зоны накрытия.
Пока у меня за спиной расцветали гигантские огненные цветы, я спешно отступал в сторону своих, планируя зайти с другой стороны, пока в какой‑то момент ослепительно белый луч, возникший прямо из пустоты, не вонзился мне в грудь.
Глава 11
Резкая, острая боль едва не выбила меня из сознания. Каким‑то чудом удержав концентрацию, телепортом ушёл в сторону, не дав лучу располовинить меня, как кусок сыра.
Едва выпрыгнув на новом месте, воздвиг стену, накрыл её облаком «Деструкции» и упал в старую воронку от попадания чего‑то по-настоящему крупного. Не давая себе и мгновения на передышку стал поспешно забивать окружающее пространство «сингулярностями» и облаками «деструкции».
– Ебаные, невидимки! – прошипел я сквозь зубы, едва сдерживая злость. Боли я практически не ощущал, так как почти сразу применил режим «Тело игрока», зато злости было хоть отбавляй. Причём злился я на себя.
– Боже, почему мне даже в голову не пришло сделать что‑нибудь против невидимок! – пробормотал я, открывая последние системные сообщения.
– Достижение «Стойкость» +3 %.
– Прочность +1 ед.
– Здоровье −24 ед.
Я помнил, откуда ударил невидимка, и понемногу стал сдвигать десятки облаков в его сторону, одновременно раскидывая «хваталки», которые, кстати, были невидимы, пока в них, конечно, не вляпаешься. На данный момент «Сингулярный захват» достиг шестого уровня, соответственно, «хваталка» разрослась до шести кубических метров. И я, не заморачиваясь, просто выстраивал их в шахматном порядке, понемногу продвигая вперёд, при этом не забывал прятать своё творчество в облаках «деструкции», которые, кстати, доросли до седьмого уровня и уже могли накрыть семь квадратных метров.
В итоге вся моя «шахматная доска» за какие‑то пару минут разрослась до пятисот метров в длину и около сотни метров в ширину.
Поставив треугольник из стен в свободной «шахматной клетке», перепрыгнул в неё и сдвинул вперёд весь облачный массив. Невидимка по-прежнему себя не проявлял, а я начал беспокоиться, что к нашему междусобойчику подключатся другие маги или витязи – всё‑таки мы были совсем недалеко от Кобушка‑Веке.
На этот раз на атаку невидимки я успел среагировать, но только потому, что его луч не смог прожечь стену за одно мгновение. Едва я почувствовал, как в поле моего пространственного контроля появилось нечто практически неосязаемое, но всё же имеющее форму, я, ориентируясь по серой двумерной черте (именно так я ощущал лазерный луч своим чувством пространства), рванул к её другому концу.
Игрок на том конце луча явно был не идиотом и, как только понял, что в каменном треугольнике меня больше нет, тут же погасил свой лазер. Но я уже понял, где он примерно, и, рванув в небо на добрую сотню метров в верх, буквально дождём пролил вниз полсотни гранат без колец, заранее приготовленных именно для подобных ситуаций.
Чтобы самому не попасть под раздачу урагана осколков, ушёл в небо ещё выше, достал из «инвентаря» пулемёт, ещё немного «поскакал» в небе, переждал ураганную детонацию гранат и через мгновение был уже на земле, опять забивая территорию «деструкцией» и «хваталками», при этом, не экономя боеприпасов, «поливал» из пулемёта все подозрительные места. Конечно, на месте я дольше пары мгновений не оставался, беспорядочно мечась вокруг предполагаемого места нахождения невидимки. Сквозная дыра в груди, через которую можно было посмотреть мне за спину, меня кое‑чему научила.
В какой‑то момент, выпрыгнув в месте, свободном от гравиловушек и всеразрушающих облаков, я заметил на земле лужу крови и какие‑то ошмётки, в которых при должном воображении можно было угадать чьё‑то предплечье.
«Ха! Я всё же достал этого козла!»
Похоже, одна из пуль, усиленная моим стрелковым навыком, всё‑таки попала в невидимку.
«Значит, он где‑то рядом».
Злобно ухмыляясь, стал стягивать «кислотные облака» вокруг этого места.
Я был практически уверен, что загнал противника в западню, тем неожиданнее был настоящий ураган из свинца, полетевший в меня под подозрительно знакомое завывание.
– Никак из минигана садит⁈ – удивился я, слушая, как каждую секунду о поднятые мной стены плющатся сотни свинцовых пуль.
Ведомый подозрением, открыл своё обменное пространство общее с Мари Фабре (она же Тридцать семь) и уже без удивления обнаружил отсутствие «миника».
– Сучка! – покачал я головой и перебросил всё доступное ей оружие и боезапасы в пространство Девяносто девятого.
Игрок в отчаянии продолжала долбить в двойную стену общей толщиной почти четыре метра, а я продолжал двигать к ней всеразрушающие облака.
Через несколько секунд заклинания «Деструкции» закрыли последний свободный участок, и я стал ждать попытки прорыва от игрока. Дождался… но сначала ко мне вернулся миниган.
Вот только прорывом это совсем не выглядело – скорее это походило на выползание из последних сил. Шатаясь, как бывалый пират после двух бутылок рома, едва переставляя ноги, Тридцать семь вошла в сферу моего контроля пространства, причём игрок по‑прежнему была невидима для глаз. Броня прямо на ходу осыпалась с неё кусками, изъеденная «Деструкцией» до состояния сита.
Как я и предполагал, отсутствовала правая рука до самого локтя.
– Не ту па, не ту па! – картаво хрипела фигура, медленно приближаясь.
– А похоже, что тупа, – пробормотал я, окончательно убедившись, что передо мной Мари.
В общем‑то, я никогда не был сексистом и убивал женщин‑бойцов с тем же безразличным лицом, что и мужчин. Я уже хотел накрыть девушку «сингулярностью», когда моя противница отменила невидимость и подняла руки вверх.
Истерзанный разрушительными облаками бронежилет девушки был почему‑то в пустынном камуфляже, но сейчас расцветка определилась только по редким уцелевшим кусочкам кевларовой ткани. С усилием стащив с головы шлем, игрок уронила его на землю и в очередной раз призналась, что «не ту па».
Тяжело вздохнув, вошёл в чат и написал игроку под номером Тридцать семь:
– Привет. Как дела?
В моём восприятии девушка дёрнулась. Я по‑прежнему «смотрел» на неё через ощущения пространства, так как между нами было две гранитные стены, и через секунду я получил ответ:
– Мне пиздец! Русские взяли меня за жабры, сейчас добьют! Помоги!
– Сейчас я с ними договорюсь, ты только не дёргайся.
Сжевав из своих запасов протеиновый батончик, запил его пивом и написал девушке:
– Всё, договорился. Тебя не убьют, но будь готова, что попинают и изнасилуют.
Похоже, после боя Мари неважно соображала и очень хотела жить – и всё приняла за чистую монету.
Скаля зубы в злобной ухмылке, телепортировался к ней и от души выдал ей крепкого пинка. Девушка вскрикнула и упала, даже не сделав попытки подняться, видимо, ожидая, что сейчас начнётся старинная забава, известная как групповое изнасилование.
Сняв шлем, несколько секунд разглядывал скромные прелести девушки, не идущие ни в какое сравнение с аналогичным набором Илинки, после чего, ехидно ухмыляясь, написал ей.
– Кажется, изнасилование отменяется: ты им не понравилась.
– Что!
Почему‑то разозлённая девушка резко перевернулась на спину и возмущённо уставилась на моё ухмыляющееся лицо. Так как с некоторых пор я был, наверное, самым публичным игроком в мире, Мари практически мгновенно меня узнала.
– Тхон гатхе!
Удивлённо‑радостно вскрикнула девушка, а я, несмотря на её кошмарную французскую картавость, понял, что она выкрикнула мой системный номер.
– Княжич Курбский, – высокомерно поправил я её, продублировав свои слова в чате.
– Обращайся, грязная холопка, ко мне: «Ваша светлость»!
Обескураженное лицо Мари доставило мне истинное удовольствие.
– Ну у тебя и рожа, Шарапов, – произнёс я на русском.
Девушка не поняла, зато до неё дошло, что я над ней издеваюсь. Что‑то неразборчиво пробормотав – явно матерное, – хотя на французском даже маты звучали как приглашение попить чай с печеньками.
– Очень смешно, – прилетел понятный ответ в чате.
– А ты чего здесь делаешь? – наконец‑то перешёл я к конструктиву.
Девушка удивлённо на меня возрилась, умудрившись в свой взгляд вложить частичку мата.
– То же, что и все! Качаюсь.
Дальнейший разговор пришлось свернуть: я всё же находился на вражеской территории, и, скорее всего, прямо сейчас к месту нашего боя спешат турецкие витязи.
– Отойдём, нужно поговорить, – буркнул я, подойдя к девушке вплотную, и, прежде чем Мари успела возмутиться моим приставанием, обнял её за талию одной рукой и выдал длинную серию телепортов, унеся нас на пару километров севернее, где, как я помнил, имелся удобный овраг, густо заросший кустами.
Устроившись на самом дне промоины, принялся с пристрастием «пытать» свою союзницу. Правда, Мари оказалась не трусихой и уж тем более не дурой и практически ничего мне не сказала. Прямо мне заявив, что у каждого свои секреты, поставив в пример меня. Я тоже не торопился делиться с девушкой своими наработками. Но, несмотря на её скрытность, кое‑что я всё же понял.
У неё, как и у меня, был ряд полезных навыков и достижений. И, кстати, тот же «Бегун» у неё был раскачан куда как сильнее, как и ещё парочка навыков, в существовании которых она конечно же не призналась.
Поговорили и о её невидимости, но тут сюрпризов не было: я отлично помнил, что её стелс‑режим обеспечивается системным артефактом.
«А какого, собственно, морского буя, я не сделал себе такой же артефакт?»
От заданного самому себе вопроса я на мгновение впал в ступор, так как ответа на него у меня не нашлось. Кстати, артефакт Мари мне доверила по первой просьбе, что ещё раз показало, что она, как минимум, не дура. Девушка отлично понимала, что через некоторое время от активного использования артефакт начнёт разрушаться, а я – единственный, кто может его починить.
В итоге договорились помогать и поддерживать друг друга по мере сил. Причём её помощью я воспользовался тут же, не отходя от кассы.
– Мне нужна информация по всей линии обороны в окрестностях Кобушка‑Веке: о живой силе, желательно о магах, витязях и их рангах. Также меня интересуют планы командования.
Мари, равнодушно пожав плечами, без проблем выдала мне весь расклад, а знала она ой как немало.
– Кстати, может, тебе материально помочь? А то, я как посмотрю, ты тут не жируешь.
Француженка грустно усмехнулась.
– Мне бы просто денег. Теперь‑то я вообще без брони и оружия.
Молча добыл из «инвентаря» стальной ящик с головоломным артефактным замком – кстати, моя первая работа, не имеющая к «военке» отношения. Кейс выглядел как маленький сейф и весил, кстати, соответственно. Уронив стальной ящик на землю, одним касанием отпер замок и обнажил его стальное нутро, буквально забитое тугими пачками валюты разных стран. Я специально носил с собой наличные на случай, если мне вдруг резко придётся делать ноги от всех.
– Сколько здесь⁈ – сглотнула пересохшим горлом девушка, удивлённая количеством налички.
– Если в рублях, то где‑то миллионов сто.
– Охренеть! – пробормотала Мари.
Я, не считая, стал вытаскивать пачки рублей, американских долларов, турецких лир и бросать на колени девушке.
– Купи себе нормальный бронник, деньги не жалей. Если будет нужно, подкину ещё.
– Хорошо иметь богатых родственников, – завистливо пробормотала девушка, торопливо перебрасывая деньги в моё обменное пространство.
На этом аттракцион моей неслыханной щедрости не закончился: я передал Мари системную секиру одиннадцатого уровня, чем окончательно шокировал девушку.
Конечно же, мой широкий жест был продиктован вовсе не добротой: просто, встретившись с Тридцать седьмой лицом к лицу, я понял, что с ней можно иметь дело.
Подняв на меня глаза, Мари улыбнулась.
– Кажется, мы наконец‑то стали командой!
– И я в ней капитан.
Игрок пожала плечами: похоже, главенство в нашем маленьком коллективе её не интересовало.
На этой позитивной ноте мы и расстались. И только когда я уже отмахал полтора десятка километров, вдруг вспомнил, что так и не предупредил Мари о скором наступлении. В какой‑то момент я открыл чат и хотел ей написать, но не смог: мощный психологический блок мне буквально не давал это сделать. Ведь, по сути, я собирался выдать секретные сведения вражескому диверсанту. Умом я понимал, что Мари никому ничего не передаст, но буквально вытравленные на костях «правила» войны так и не позволили мне это сделать.
Вытряхнув из головы пустые терзания, «поскакал» домой, размышляя по дороге о универсальном артефакте с функцией невидимости и дальнего обнаружения противника.
– Нужно что‑то такое, чтобы могло засечь противника не менее чем за километр, а потом подсвечивать его всё время, пока он находится в радиусе «радара». Также в функционал нужно будет внести возможность помечать союзников и нейтралов. Что‑то вроде игровой миникарты.
Так как я уже был на нашей территории, то немного расслабился, а в какой‑то момент даже остановился и присел у огромного валуна, поросшего мхом, достал один из своих рабочих блокнотов и стал записывать техзадание.
Я так увлёкся, что, когда услышал тихие голоса с другой стороны камня, даже не сразу отреагировал.
Боевые инстинкты всё же взяли верх, и я, не произведя ни звука, быстро лёг на землю и пополз посмотреть, кого это принесла нелёгкая.
Высовываться из‑за камня, рискуя получить пулю между глаз, не пришлось, как, впрочем, и далеко ползти: буквально через пару метров в мою сферу контроля пространства попали два боевика – по виду типичные наёмники, правда, с одним небольшим нюансом: очень богатые наёмники.
Первоклассная единообразная броня и навороченные немецкие «пушки» с компьютерными прицелами – на это тонко намекали.
– Очень интересно, – пробормотал я и попытался подслушать, о чём говорят боевики, но, увы, общались они на иностранном языке, который я даже не смог определить. Ещё несколько минут я лежал под камнем, пытаясь понять, враги это или союзники, пока в какой‑то момент один из боевиков не прижал палец к гарнитуре рации в своём ухе и что‑то забормотал.
«Хм, кажется, товарищи здесь не одни. Но тогда получается, что это пост. Вот только когда я шёл туда, здесь никого не было!»
Достав телефон, открыл карту и убедился, что от этого камня на несколько километров хорошо просматриваются северное и западное направления. Сдвинув карту южнее, наткнулся на холм, с которого как раз был виден сам булыжник. Я даже на мгновение забеспокоился, пока не сообразил, что от взгляда с той стороны меня прикрывает камень.
«Если предположить, что здесь и на холме посты, а возможно, ещё и на этой возвышенности, то предполагаемые наблюдатели буквально взяли под контроль всю территорию».
Мою мысль подтвердил наёмник: с другой стороны скалы он поднёс к глазам бинокль.
«Такое ощущение, что они кого‑то здесь ждут. Конечно, есть вероятность, что это наблюдатели от турецкой армии, но тогда бы здесь были круглосуточные посты, а никак не наёмники».
Следующая мысль, логично вытекающая из предыдущих, мне не понравилась.
«А не меня ли ждут эти мажористые супчики⁈ А ведь всё сходится: в этом направлении веду разведку только я, и появились наблюдатели во второй половине дня. Утром здесь точно никого не было. Ёбучий конь! Похоже, кто‑то меня сдал!»
Я был практически на сто процентов уверен, что это «привет» от Державина. Конечно, Жар‑птица говорила, что он не осмелится напрямую покушаться на наследника рода, но я давно уже перестал верить в человеческое благоразумие.
Проверив, как из ножен выходит сабля, я телепортировался за спину громиле и одним взмахом отхватил ему голову. Сабля, усиленная системными рунами, легко разрубила стальной горжет. Плеснув кровью, наёмник стал заваливаться вперёд, а я, убрав саблю в «инвентарь», выхватил казённый «Ярыгин», к которому еще неделю назад прикрутил глушитель, и всадил пулю бойцу в баллистическую маску. Несмотря на скромный калибр и убойность, пуля пробила личину и, словно миксер, превратила голову наёмника в пюре.
+110 ОП
+105 ОП
Среагировала система.
Быстро подхватив их «понтовые» автоматы, я закинул их в обменное пространство Девяносто девятого и метнулся к холму, на котором, следуя моим умозаключениям, должна была сидеть вторая пара наблюдателей.
Наблюдатели оказались на месте, как и группа из трёх витязей и одного мага.
Выжил я только благодаря сильно выросшей сфере контроля пространства: именно её размеры дали мне время среагировать.
Быстро летящая искра – без цвета, но очень «тяжёлая» (именно так я ощутил заклинание мага) – молнией мелькнула в зоне моей чувствительности, и я буквально в последний момент успел поднять стену, а через мгновение – сразу же ещё одну, так как первая стала буквально осыпаться пылью.
Сражаться с неизвестным количеством витязей и магов (группа могла быть не одна) я совершенно не хотел.
– Пришла пора показать, как я умею рвать когти!
Начал с того, что отгородился от боевиков десятком «хваталок», спрятав их в облаках «сингулярности», после чего поднял ряд стен – каждая на расстоянии двадцати метров друг от друга, – спрятал их в облачных ловушках на случай, если где‑то на холмах лежит снайпер, и рванул прочь, «выпрыгивая в реальность» под прикрытием очередной стены и «кислотного» облака.
Отступал я, конечно же, не в сторону своих: в том направлении меня наверняка ждала ещё одна группа боевиков, так как эту я мог бы и проскочить.
Пролетев меньше чем за минуту четыре километра, я «портанулся» в небо на сотню метров вверх, чтобы оценить обстановку.
Маг, естественно, остался далеко позади, зато тройка витязей, словно гончие, мчалась за мной, ловко огибая белые облака, лежащие на зелёной траве.
– А ведь они без мага, – пробормотал я, чувствуя, как злобная ухмылка кривит мои губы.
– Ну, выродки, держитесь.
Пропрыгав ещё три километра для верности, я, причём специально, далеко не отрывался, делая каждый следующий прыжок чуточку короче предыдущего.
– Пусть думают, что у меня мана кончается.
Выскочив на очередном плоском холме, я решил, что лучше позиции мне не найти. Остановившись, развернулся, оценил расстояние до бегущих с невероятной скоростью трёх наёмников‑витязей и достал из «инвентаря» самый обычный ручной пулемёт, известный как «Печенег», калибра 7,62×54. Конечно, применять против трёх сильных витязей в тяжёлой броне такой пулемёт – не самая умная мысль, если, конечно, у тебя нет раскачанного стрелкового навыка. У меня был. Первая же очередь на полтора десятка патронов буквально разорвала бегущего боевика: не помогла ни сверхтолстая броня, ни высокий ранг.
+2750 ОП.
Оставшаяся пара, продемонстрировав феноменальную выучку, не сговариваясь, рванула в разные стороны, беря меня в клещи, при этом не забывая выписывать зигзаги.
«Бесполезно, против опытного пулемётчика не поможет».
Я был опытным.
Ухмыльнувшись, небрежно повёл стволом и без труда срезал второго и даже успел полюбоваться отлетающими в стороны конечностями.
+ 2550 ОП.
Третьего расстрелял у самого подножия холма, меньше чем в полусотне метров.
+ 2880 ОП.
– Ха! На всех – сорок четыре патрона!
Воодушевлённый лёгкой победой, я пару секунд размышлял, чтобы вернуться обратно и устроить магу снайперскую засаду.
Но вовремя одумался: скорее всего, маг засечёт меня раньше, и из охотника я быстро превращусь в добычу.
– Ну его к чёрту! В другой раз поквитаюсь.
Интерлюдия.
Боярином Державиным уже который день владела огнедышащая ярость, которую глава рода тщательно скрывал от всех, как обычно демонстрируя миру холодную высокомерную мину. Не притушил ярость даже союзный договор с княжеским родом Бельских. Конечно, не на самых выгодных условиях для Державиных, но боярин ради мести был готов пойти и на ещё более кабальные договоры. Зато Бельские обещали помочь свалить Курбских, правда, взамен, кроме всего прочего, забирали почти все доступные активы опального рода. В итоге Державины по итогу войны с Курбскими ничего, кроме чувства удовлетворения, не приобретали. И это ещё неизвестно, какие потери ждёт род во время самой войны. Само собой, такой договор случился не спонтанно: третий сын князя Бельского был женат на дочери боярина, что и позволило вообще подступиться к высокомерному князю.
Степан Григорьевич, уняв скачущие мысли, вернулся к разборке скопившейся корреспонденции, параллельно размышляя об обещании Бельского послать за головой выродка Курбского своего богатыря.
– Неужели правда пошлёт? – пробормотал Державин.
Сомнения боярина были понятны. Такой номер даже князю Бельскому, одному из столпов империи, Романов точно не простит. Тем более это могло спровоцировать бойню прямо на линии соприкосновения. Всё-таки следовало помнить, что не так уж и далеко от сына воюет и Жар‑птица.
Неожиданно рука боярина дрогнула, а на лице отразилось удивление. Перед ним на столе лежал конверт, украшенный золотыми вензелями, с ненавистным гербом в верхнем правом углу.
– Курбский! – неверяще выдохнул боярин.
Вот чего он ожидал в последнюю очередь, так это письма от князя Курбского.
С некоторой опаской Державин отодвинул от себя конверт, хотя был твёрдо уверен, что ничего опасного там быть не может, разве что кроме разящих слов. Тем более его почта проходила параноидальную проверку буквально на всё: начиная от летучих составных ядов и радиоактивного излучения до отсроченных проклятий и вредоносных артефактов. Но раз письмо лежало на его столе, то ничего, могущего причинить вред, в нём не было.
– Интересно, что от меня хочет, старый козёл! – пробормотал Державин.
Вариант, где князь хочет помириться, боярин даже не рассматривал: гордость и высокомерие Курбского были широко известны.
– Посмотрим, чего хочет этот маразматик.
Решительно вскрыв конверт охотничьим якутским ножом, заменяющим ему канцелярский нож, он вынул лист бумаги, в центре которого была приклеена тончайшая серебряная пластинка, чуть крупнее ладони, испещрённая какими‑то едва заметными каракулями. Удивлённый Державин опустил глаза, в самом низу листа, каллиграфическим почерком, было выведено несколько строк.
– Если ты это читаешь, значит, ты мёртв. БУМ!!!
– Что за…
Мир исчез в огненной вспышке, прежде чем Степан Григорьевич успел договорить. Тонна CL‑20, упавшая из пустоты на стол боярина, не оставила ему ни одного шанса.
