Текст книги "Уровни силы 3 (СИ)"
Автор книги: Nezloi
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц)
– Он что, меня видит⁈ – пробормотал я, уносясь на полсотни метров в сторону и, конечно же, не забыв прихватить своего обалдевшего от «скачек» бойца.
– Уходи! Я прикрою! – приказал я бойцу, метнувшись навстречу турку, который ломился через лес, словно лось.
– Да как он меня находит⁈
Прыгнув к нему поближе, я кинул ему несколько гранат, мгновенно сместился ему за спину и, выхватив «Ашку», всадил в голову короткую очередь на три патрона. Точнее, попытался. Длинным прыжком в витязь в камуфляжной броне ушёл в сторону, а от очереди уклонился, бросившись на землю, словно имел глаза на затылке. Меньше чем через секунду он уже снова был на ногах, причём всего в паре метров от меня. Опять оставив после себя гранату, «скакнул» в сторону и, едва выйдя из прыжка, полоснул очередью… и не попал.
Турок, исполнив какой‑то акробатический трюк, успел нырнуть в низинку. Тяжёлые пули, усиленные моим навыком, буквально повзрывали деревья, легко прошивая навылет по два‑три ствола.
Несмотря на считанные секунды, прошедшие с момента атаки, лес уже наполнялся гортанными выкриками на турецком языке. Причём, судя по голосам, меня окружали, да и мой боец, улепётывающий сейчас во все лопатки, не остался без внимания.
– Хорошо, давайте сыграем всерьёз!
На этот раз резкий рывок витязя не застал меня врасплох. Ухмыльнувшись серой, размазанной в пространстве тени, летящей ко мне, я создал на его пути стену и за полсекунды буквально забил всё пространство перед гранитным монолитом «сингулярными захватами». Так как на третьем уровне они достигли объёма в три кубических метра, хватило всего четырёх ловушек, чтобы турецкий витязь сначала врезался в загудевшую от удара стену, а потом попал в «хваталки». Конечно, я не верил, что трёхуровневое заклинание сможет убить витязя, а вот задержать – легко.
Злобно улыбаясь, я буквально заполнил всё пространство вокруг стены облаками заклинания «Деструкция», чем одновременно прикрыл себя от приближающихся солдат, создал для них непреодолимый барьер и медленно убивал витязя, который, кстати, и не думал умирать, а буквально по миллиметру выдирал себя из гравиловушек. Кстати, он бы мог освободиться гораздо быстрее, но из‑за рыхлой почвы просто не имел надёжной опоры.
Ухмыляясь, выставил из‑за стены ствол АШ‑12 и выстрелил в массивный шлем турка.
Я ожидал, что могучий калибр, усиленный системой, просто разорвёт его железную кастрюлю, испарив голову, но пуля, мощно ударив по шлему, оставила в нём аккуратную дыру, даже не пробив его насквозь.
+1900 ОП.
– А вот сейчас не понял! – пробормотал я, поражённый аномальной крепостью шлема.
«А ведь это не первый попадающийся мне витязь с подозрительно крепкой бронёй».
Развеяв «хваталки», я подскочил к мёртвому телу воина, выхватил саблю и одним филигранным ударом, попав в стык между шлемом и бронежилетом, отрубил ему голову. Быстро схватил её и забросил в «инвентарь».
– Потом разберусь! – пробормотал я, и через мгновение чудовищный грохот и последующий удар буквально выбили из меня дух.
Глава 8
В себя пришёл от ощущения полёта и последующего жёсткого удара о дерево.
В первую секунду мне показалось, что меня обстреляли из тех самых искомых нами миномётов, но я быстро сообразил, что в лесу бы меня так точно не накрыли.
– Блядский маг! – прохрипел я, отплевываясь от, пыли забившей мне горло.
Естественно, я не остался на одном месте, а немедленно перенёсся на двести метров в сторону минных заграждений в надежде, что здесь меня точно никто искать не станет.
Как оказалось, надеялся я зря: нашли меня уже спустя минуту. Перекличка солдат, прочёсывающих лес, стала быстро сдвигаться в мою сторону.
– Эх! Эдак мне никаких камней душ не хватит.
Тяжело вздохнув, стал воевать всерьёз, для начала забил всё видимое пространство облаками «Деструкции» и «Сингулярностями», понемногу смещаясь в сторону деревни. Чтобы иметь возможность безопасно двигаться, оставлял в полях заклинаний чистые участки, куда и перепрыгивал телепортом, продолжая идти к деревне. Пока в какой‑то момент до меня не дошло, что я идиот.
– А ты малость туповат, Алёша! – пробормотал я, раздосадованный своей недогадливостью, вспомнив, что могу перемещать «Деструкцию».
Пару минут спустя я, в окружении сотен всеразрушающих облаков, словно грозовой фронт, двинулся к деревне, почти сразу умудрившись накрыть десяток солдат.
Буквально через пару секунд замелькали системные сообщения, намекая мне, что «Деструкция» на четвёртом уровне убивает простого человека меньше чем за две секунды.
Ещё один «намёк» на агрессивность спела я получил, когда в очередной раз, сдвигая «облака», обнажил россыпь окровавленных костей, немного внутренних органов и изъеденных, словно кислотой, элементов бронежилетов и автоматов. Так же от «облаков» страдали и деревья с кустарниками, но в меньшей степени. Хотя после прохождения через лес поля «деструкции», кустарники лишились листвы, с вековые сосны частично коры.
– Думаю, к пятому‑шестому уровню за это же время контакта ничего оставаться не будет.
Турки дурками не были и в подозрительные облака, в которых уже сгинуло два десятка их солдат, не полезли, зато стали палить туда из всех стволов, а через минуту подключилась миномётная батарея.
– Я вашу маму сегодня навещал! Пидорги! – сообщил я противнику, подняв стены треугольником, при этом очень надеясь, что мне в «домик» не залетит восьмидесятидвухмиллиметровый «подарок».
Точно такое же укрытие я сделал в двадцати метрах впереди, куда и перепрыгнул. Конечно, пришлось для этого создать ещё один «глаз бури».
– Ну, вроде бы какая‑никакая тактика появилась, – пробормотал я, слушая подозрительно близкие к моему убежищу разрывы мин.
– Хм, есть ощущение, что они пристреливаются, – забеспокоился я, вспомнив о сучьем маге, который умудрялся находить меня в любой точке леса.
Я уже подумывал отступить, тем более что задачи уничтожать целый укрепрайон не было, но тут маг решил, что я подобрался достаточно близко и со мной пора кончать.
Уровень энергии в «батареях» неожиданно ухнул вниз, за одно мгновение упав на двадцать два процента, что значило, что все щиты пробиты. В тот же миг я ощутил, как по моей коже словно прошлись наждачной бумагой.
– Здоровье −39 ед.
– Прочность +1 ед.
– «Достижение» Стойкость +1%
Немедленно отреагировала система.
– Сука!
Поспешно применив режимы «Тело и разум игрока», рванул прочь.
Через десять секунд я уже был в полутора километрах от блядского мага, которого я так и не увидел за весь бой.
– Это было близко! – пробормотал я, глядя на четыре единицы здоровья.
Выходить на открытую местность, где меня мог караулить снайпер, я не рискнул. Выбрав заболоченный кусок леса далеко в стороне от турецкой линии обороны, сел медитировать и, только восстановив восемьдесят процентов жизни, взялся за перенос на карту в телефоне всего, что успел заметить и запомнить. То, что нельзя было перенести на карту, записывал в заметки.
Последним записал мага.
– Предположительно, мастер, боевик, очень опытный.
Добавил я, вспомнив, как чётко маг взаимодействовал с миномётной батареей и личным составом.
Что примечательно, когда я поднялся, собираясь вернуться домой, моя навороченная артефактная броня вдруг стала осыпаться с меня, как осенние листья, точнее, посыпалась её тканевая часть.
Нахмурившись, достал нагрудную плиту брони, на которую и был нанесён защитный массив. Плита выглядела целой, энергия в вмонтированном прямо в сталь камне душ ещё была.
Зато все остальные плиты вдруг стали поразительно хрупкими и ломкими, словно печенье.
– Блядский маг.
Пробормотал я, разозлённый и обрадованный одновременно. Разозлился я, конечно же, из‑за разбитой надежды. Мне почему‑то в какой‑то момент стало казаться, что с щитовыми браслетами и артефактной бронёй я неуязвим для местных магов и витязей, а рад был самому факту своего выживания.
– Хорошо, что меня именно сейчас ткнули мордой в дерьмо, а не в тот момент, когда я на магистра или высшего витязя наскочил.
Пробормотал я, стряхивая с себя остатки брони, нагрудную плиту убрал в «инвентарь».
– А ведь если бы там магов было хотя бы двое, никуда бы я не убежал, прибили бы – и мявкнуть не успел!
Восстановив здоровье и душевное равновесие, вернулся к позициям турков, за своими бойцами, хотя был практически уверен, что никто не выжил. Близко, естественно, не подходил: ко второму раунду с «блядским магом» я был не готов.
В итоге всё же нашёл место смерти своего последнего солдата. Кстати, погиб он в обычной перестрелке.
В полк вернулся двое суток спустя. Причём если уходил крутой аристократ в чёрной высокотехнологичной, угрожающе выглядящей броне, то возвращался какой‑то наёмник без знаков различия, в общевойсковом лёгком бронежилете.
Уже на подходе увидел, как в город втягивается колонна военных грузовиков. Что примечательно, между однообразно-безобразными армейскими машинами мелькали всевозможные военизированные грузовики, джипы, лёгкие броневики, а также более тяжёлая бронетехника.
Быстро добыв из «инвентаря» бинокль, успел рассмотреть на боку одного из джипов герб.
– Хм, медвежья голова на синем поле.
Пробормотал я, силясь вспомнить, какому боярскому роду принадлежит этот «логотип». Конечно же, не вспомнил, так как никогда, даже несмотря на своё нынешнее положение, не увлекался геральдикой.
Больше не мучая голову, просто спросил у всезнающего интернета.
– Борисовы.
Пробормотал я, быстро пробегая глазами строки из местного аналога «Википедии».
– Небольшой боярский род, основное занятие – металлургия.
Решив больше не гадать, а узнать всё из первых рук, отправился к штабу – собственно, куда я изначально и шёл.
Город был буквально наводнён солдатами и гвардейцами, и, что любопытно, что первые, что вторые принадлежали самым разным родам и кланам. Были здесь и мелкие отряды провинциальных баронов, но на фоне бойцов боярских родов – эти выделялись дорогостоящим снаряжением и оружием; насмотрелись от слова совсем. Заметил и представителей так называемых «карпоратов», если точнее, то боевики, служащие корпорациям.
– Похоже, товарищ император, объявил мобилизацию.
Пробормотал я, рассматривая творившийся вокруг бардак.
Конечно же, на самом деле император не имел права куда‑то дёргать дворянские и боярские армии, в отличие от отрядов «карпоратов», зато мог призывать одарённых сынков и дочек. Конечно же, ни один клан или род не отпустит своих детей на войну без должной охраны и поддержки.
– Неплохо придумано.
Бормотал я, проталкиваясь сквозь толпу гвардейцев и благородных отпрысков, толпящихся перед штабом.
– Призываешь десяток балбесов – и получаешь мощь, сравнимую с полком, а то и больше. Да и сами детки далеко не мальчики и девочки для битья.
Я уже был в нескольких метрах от входа, когда заметил, что перед дверями штаба что‑то происходит.
Обойдя группу витязей в чёрно‑красной броне с подозрительно знакомыми гербами, увидел, как на зампотыла подполковника Тетерука наскакивает какой‑то брюнетистый красавчик в дорогой броне – тех же цветов, что и у витязей по соседству.
– Я сказал: меня не интересуют ваши трудности! – вопил юноша.
– Мне нужен особняк для себя и моей гвардии.
«Ба, да это же Державины!» – вдруг опознал я знакомый герб. Вслед за этим в моей памяти словно приоткрылась дверца, и я вдруг, даже не видя лиц, по одним фигурам узнал в стоящих витязях тех самых ловкачей, что арестовали меня в Окаянке и передали в руки правосудия.
«Получается, они здесь с одним из детей боярина Державина, вряд ли наследника. Хм, а не предоставляет ли мне часом судьба шанса раздать долги!»
Телепортом «мигнул» в кабинет начштаба, застав его с ещё тремя знакомыми офицерами, зависшими над какими‑то бумагами. Моё появление заставило офицеров вздрогнуть: майор Сергеев, отвечающий в полку за разведку, даже схватился за пистолет, но, узнав меня, одарил матрено-красноречивым взглядом и убрал оружие в кобуру.
Как командир разведгруппы, я не должен был напрямую докладывать начальнику штаба – для этого существовали его заместители. Но так как я был чуточку ровнее других офицеров, то шёл сразу к нему.
Кстати, любой другой офицер был бы мгновенно выпнут из «секретки», если бы вообще смог туда попасть; кроме того, его бы просто послали к чёрту с докладом и заставили ждать, пока кто‑нибудь из замов не освободится. Но с некоторых пор я принадлежал к тем, кто не ждёт, а уж посылать так вообще опасно для жизни.
Начштаба подавил вздох и собственноручно принял у меня разведанную информацию. Пришлось, конечно, кое‑что рассказать на словах.
– Значит, здесь глубоко эшелонированная оборонительная линия, – забормотал штабист.
– А здесь – минные поля?
– Что здесь делает вся эта великосветская сволочь? – спросил я у майора Сергеева, впрочем, уже и сам догадавшись, что.
Информация, конечно, была условно секретная, но, естественно, как дворянин дворянину, Сергеев со мной поделился.
– В ближайшем будущем на нашем направлении планируется наступление. Пока копим силы и собираем разведданные.
Кивнув, почесал грязную голову, «перепрыгнул» на крышу, а оттуда длинными «прыжками» – домой.
Первым делом принял ванну: благо, решив вопрос с электричеством, с горячей водой проблем не было. Далее по списку обязательных дел стоял обед, во время которого мне прислуживала Илинка, одетая в платье горничной; причём имелся даже белый кружевной передник. Что примечательно, время от времени девушка бросала на меня трудночитаемые взгляды, после чего розовела и отворачивалась.
«Хм, похоже, обработка Анки всё же действует: у девушки, кажется, появились вполне определённые мысли на мой счёт. Надо бы Анке премию выписать».
После обеда расположился в саду с чашкой кофе, достал из обменного пространства Девяносто девятого простреленный шлем убитого витязя и вдруг обнаружил в нём изуродованную голову.
Брезгливо морща нос, вытряхнул измазанную в крови и частичках мозга «кочерыжку», понял, что и внутри всё измазано.
– Мешок!
Через минуту в дверях показался мой денщик, что‑то торопливо жующий.
– Отмой и принеси обратно.
Стараясь не смотреть на голову с лицом, обезображенным застывшим выражением ужаса, мой слуга забрал стальную сферу и ушёл.
– А я говорю, что мне нужна как минимум половина вашего сада и один из этажей особняка, и я получу всё – хотите вы того или нет, или я не Державин! – донёсся до меня громкий требовательный голос от ворот моего дома.
Даже не вставая с места, понял, что у прибывших возникли проблемы с расселением. Целых домов в городе осталось немного, и почти все были заняты под нужды двух квартировавшихся тут полков. Просто свободных территорий тоже было немного, да ещё я своими тренировками умудрился «изгадить» несколько немаленьких районов, забив их стенами, гравиловушками и облаками «Деструкции». Так как никто их не разряжал, целые поля моих заклинаний были по‑прежнему активны.
– Похоже, кто‑то из аристократов, – пробормотал я. В этот момент появился Мешок и передал мне отмытый шлем.
– Закопай где‑нибудь, пока не завоняла.
Вяло махнул я рукой в сторону головы, не отрывая взгляда от знакомых символов, густо покрывающих внутреннюю поверхность шлема.
– Пиздец! Похоже, я не монополист в системной артефакторике.
Новость меня немало расстроила: всё‑таки практически вся моя «неуязвимость» строилась на этом, да и в будущем я планировал опираться на артефакторику в своём наборе силы. Подавив грустные мысли, продолжил изучать образчик чужого артефактостроения, находя всё больше и больше отличий от своего аналогичного массива.
– Хм, такое ощущение, что он ни хрена не понимал, что делает, – произнёс я, удивлённый какой‑то бестолковой сборкой массива.
Кстати, артефакт был почти втрое слабее моего из‑за отсутствующих или неправильно прописанных связующих мостов. Кроме того, почему‑то вместо камня душ или какого‑нибудь аналога использовался массив ядра, опять же выполненный с такими ошибками, что даже удивительно, что оно вообще работало.
– Наверняка из‑за разомкнутого контура энергия утекала как в песок, – покачал я головой, удивляясь настолько топорной работе.
Ещё несколько секунд я тупил на ряды символов, пока меня вдруг не осенило.
– Да он же реально ни хрена не понимал, что делал!
Судя по всему, неведомый артефактор просто тупо копировал массив, не понимая сути.
– Если это так, то особой конкуренции можно не бояться. В отличие от своего коллеги, моё понимание системной артефакторики растёт.
Правда, тревожила меня и другая мысль: что помешает моему конкуренту просто скопировать массивы? Стоит любому моему изделию попасть в его руки – и всё, моё оружие может быть обращено против меня.
Тяжело вздохнув, принялся обдумывать старую, уже многократно обдуманную и отброшенную идею с «виртуальными» символами, то есть теми, которые были на всех изделиях Крысобоя. Правда, была одна загвоздка: я до сих пор не мог понять, как мне наносить эти символы на предмет. Так ничего не решив, достал из кармана халата телефон и открыл один любопытный фанатский сайт.
Необычность его заключалась в «анкетах», которые мало чем отличались от полицейского досье на весь аристократический «молодняк» Российской империи. Так уж повелось, что в этой реальности молодые, а иногда и не очень, аристократы были известнее и популярнее иных рок‑звёзд. Даже имелся своеобразный рейтинг; кстати, нашёлся там и я – и неожиданно на довольно высокой позиции, если быть точным, то на сто сорок третьей из семи тысяч четырёхсот девяти участников. Само собой, у каждой «звезды» имелся свой фан‑клуб; у меня, кстати, тоже. Самое смешное, но на рейтинг в первую очередь влияло, женат или замужем кумир: в комментариях и на закрытых форумах особо упоротые поклонники на полном серьёзе рассуждали и строили планы о женитьбе или выходе замуж за свою звезду, нисколько не смущаясь тем фактом, что род тупо никогда не позволит случиться такому мезальянсу. Возможно, на молодёжь так влияло модное течение последних лет в медиапространстве, продвигаемое подконтрольными государству структурами. Смысл новомодного направления был в размытии границ между аристократией и простыми людьми. Уже существовали десятки фильмов и сериалов, где простая девушка или юноша выходили замуж или женились на наследниках высшей аристократии.
Поудивлявшись глупости нынешнего поколения, нашёл Державиных и узнал, что, кроме наследника, довольно сильного мага, у боярина есть и младший непутёвый сын. Этот был витязем, но дальше ратника первого ранга так и не продвинулся.
Убедившись, что на фотографии именно та смазливая физиономия, что я видел у штаба, продолжил листать страницу.
Вопли у ворот продолжались, но с каждой секундой в них было всё больше ярости и всё меньше терпения.
Тяжело вздохнув, поднялся и, как был в халате, пошёл посмотреть своими глазами на скандалиста.
Перед воротами развернулась сцена, достойная какого‑нибудь третьесортного вестерна.
В напряжённом противостоянии перед воротами замерли две группы: первая состояла из трёх моих витязей, упакованных в артефактную броню и с оружием; напротив стояла пятёрка державинских боевиков – ясное дело, тоже витязей и тоже при оружии. Самым первым стоял бледный от злости «красавчик» и бешеным взглядом сверлил стальную личину витязя, возвышавшегося над ним словно башня, что придавало ситуации некоторый комизм.
– Чего ты разорался, как потерпевший? – спросил я лениво, выходя из‑за спин бойцов.
– А ты ещё кто такой⁈ – вызверился на меня «красавчик».
– Ты, идиот, даже не поинтересовался, в чей дом ломишься⁈ – удивился я. Признаться, я думал, это спланированная провокация, а оказалось, что всё это – самодеятельность молодого идиота.
– Что⁈ Как ты меня назвал, ублюдок⁈ – вскипел юноша.
– Курбский – моя фамилия. А ты, плод инцеста, полагаю, второй сын Державина.
Лицо «плода» перекосило от бешенства, и, судя по его скрюченным, словно когти, пальцам, он готов был разорвать меня прямо на месте. Вот только стальные тела витязей намекали ему, что он со своим «ратником» не проживёт в свалке и трёх секунд. То, что моя общеизвестная в Российской империи фамилия не произведёт на Державина никакого эффекта, было ожидаемо. Всё‑таки он и сам был не из последнего рода, да и Курбские в последнее время сильно подрастеряли в могуществе и влиянии.
– Дуэль! – буквально взвизгнул Державин.
Его вызовом я был нисколько не удивлён, так как, если бы он меня не вызвал, это пришлось бы делать мне – особенно после того, как он обозвал меня ублюдком. Иначе меня не понял бы мой собственный род. Переговоры о деталях дуэли вели уже наши витязи, которые и выступали секундантами; я же, озвучив Огневу свои пожелания, развернулся и, не обращая внимания на перекошенную от злости физиономию Державина, ушёл думать о системной артефакторике.
В результате договорились до классической дуэли на саблях без магии, артефактов и защитного снаряжения – только чистое мастерство и способности витязя, которых у меня не было. Спорить с явно невыгодными мне условиями я даже и не пытался, так как изначально не собирался сражаться честно. Причём нисколько этого не стыдился: меру благородства аристократии я уже успел оценить. За примером далеко ходить не нужно: меня, имеющего официальный уровень развития – новик второго ранга, вызвал на дуэль полноценный ратник, что по сути являлось убийством.
– Будет тебе, сука, сюрприз! – пробормотал я, поднимаясь на второй этаж к гравировальному комплексу.
Уже в святая святых своей мастерской вспомнил о количестве витязей и рядовых бойцов, сопровождавших мажора на войну, и вдруг подумал, что молодой дегенерат может, из‑за ударившей ему в голову мочи, легко организовать ночной налёт на мой дом. Пришлось снова доставать телефон и звонить напрямую деду.
Конечно же, без детального рассказа, кто что сказал и где стоял, не обошлось.
Коротко приказав мне ждать и никуда не лезть, князь отключился, а я, помучившись пару часов, загрузил в комплекс новые данные, поставил его на производство новой, более продвинутой версии шарико‑артефактов. Правда, вся продвинутость заключалась в том, что каждый слой был мощнее предыдущей версии на три процента. На первый взгляд – несущественная мелочь, если, конечно, не брать во внимание, что таких слоёв мои щитовые артефакты содержали две с половиной тысячи.
Кроме тысяч шариков, «нарисовал» себе ещё и броню – также чуточку лучше предыдущей, хотя и выглядевшую куда как скромнее. Не забыл и о небольшом «преимуществе»; правда, этот артефакт был ещё не «посчитан» и вообще существовал по большей части только у меня в голове и в качестве кольца‑заготовки.
Пока комплекс работал, я переоделся в свой фехтовальный костюм и, кликнув Огнева, спустился в сад: меня ждали сотни безнадёжных спаррингов.
