Текст книги "Уровни силы 3 (СИ)"
Автор книги: Nezloi
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)
Глава 23
Следующие два дня после встречи с ментантом я сидел на «базе», приводил растрёпанные нервы в порядок, боролся с новой фобией и «допиливал» свои многочисленные проекты.
В основном, конечно, занимался апгрейдом уже готовых артефактов. Например, в очередной раз модифицировал щитовой артефакт, повысив мощность щитов, избавился от «стабилизационного кольца», что не позволяло сдвигать меня в пространстве: оказывается, оно конфликтовало с «аварийным телепортом», именно поэтому меня выкидывало в случайных местах и вызывало задержку в срабатывании. Что, кстати, пару раз чуть не стоило мне жизни.
Был усовершенствован и радар: я наконец‑то «присобачил» функцию определения витязей и магов. Причём сделать это оказалось неожиданно просто. Луч, что раньше просто «ощупывал» и прорисовывал рельеф местности, отмечал живых и неживых, теперь мог «прозванивать» плотность тела и в какой‑то степени проверять уровень его энергонасыщенности. Так что витязей я мог определять со стопроцентной гарантией; с магами было сложнее, тут требовалась небольшая калибровка луча.
Также апгрейд коснулся и «Счетовода»: там я попытался «прикрутить» нечто, что я с неуверенностью назвал системной нейросетью. Конечно, пока по вычислительной мощности это было что‑то среднее между Антикитерским механизмом и вычислительной машиной Крылова. Несмотря на некоторый «примитивизм», виртуальный механизм работал. Я даже не поленился «сходить» в систему, «качнул» пару миллиардов символов и дал задание «Счетоводу» на базе полученных массивов вычислить источник энергии, питающий систему.
Также заново пересчитал, а потом и пересобрал «телекинетическую руку», почти вдвое сократив энергопотребление и на десять процентов подняв мощность. Причём, пока этим занимался, вдруг наткнулся на возможность «приделать» ещё одну конечность. Немного подумав, отказался: уж очень непросто было во время битвы держать под контролем поле боя, активно применять заклинания, да ещё управлять «третьей рукой», имеющей произвольную длину и уровень силы, зависящий от её длины.
Но самым своим значимым успехом, который по‑настоящему меня удивлял, была старая облезлая шкатулка, которую я нашёл здесь же, в полуразрушенном особняке. Именно эта непритязательная вещичка стала основой для пространственного артефакта. После нетрудных, но громоздких расчётов, которые, к слову, я начал ещё в Петербурге, я втиснул в шкатулку размером с альбомный лист два кубометра пространства, запитанные от крошечного камня душ.
Артефакт получился на редкость не прожорливым.
Кстати, выглядело это очень странно и отчасти даже жутковато: огромное пространство, скрывающееся в маленьком ящичке, буквально ломало мозг, вызывая головокружение одним своим видом.
Кстати, пользоваться обычному человеку таким артефактом было бы очень неудобно, так как достать что‑то со дна было практически невозможно. Я для этого использовал свою «тентаклю».
– Надо будет разбить пространство на сегменты, сделать его подвижным, наподобие конвейерной ленты, и встроить что‑то вроде поисковика и учётчика.
Тут же, не откладывая на потом, перегрузил в шкатулку весь свой запас камней душ, деньги, кое‑какие ценности, часть боеприпасов и оружия, что смог просунуть в «горлышко». Но большая часть накопленных вещей всё же осталась в обменном пространстве Девяносто девятого.
– Надо бы подумать о чемодане, как у Ньюта Саламандера. Только вместо зверинца обустроить себе комфортабельную квартиру и склады. А ещё сделать расширяющийся «дверной проём»: тискаться в щели мне теперь по статусу не положено, если, конечно, это не щель… (Здесь должна быть пошлая шутка, но я заметил, что на меня стали подписываться дамы.)
Наверное, смешно жить в чемодане.
Всё это время бои в Будапеште носили локальный характер, а в моём районе вообще была тишина и благодать, разве что у бойцов обслуги стали кончаться продукты.
На третий день я снова почувствовал былую уверенность в своих силах и отправился в гроздь, наконец‑то завершить квест, добив «шестёрки».
Я уже примерялся к порталу, специально выбрав со знакомым по бестиарию монстром, когда мне неожиданно написал Четырнадцатый.
Судя по тону сообщения, всегда спокойный и уравновешенный игрок был чем‑то сильно обеспокоен. Пришлось спросить напрямую, что случилось.
– За мной уже третий день следят, я полагаю, что орден что‑то подозревает! – написал Четырнадцатый после небольшой паузы.
– Если бы орден что‑то подозревал, ты бы уже висел на цепях в их казематах: эти ребята не церемонятся, – ответил я Четырнадцатому.
– Возможно, с кем‑то другим они бы так и поступили, но не со мной.
А дальше итальянец рассказал мне такое, отчего я малость охренел. Оказывается, на ближайшей консистории, что состоится в следующем месяце, Папа Римский собирался назначить Четырнадцатого кардиналом взамен недавно умершего от старости, причём пообещал это ему лично во время разговора наедине.
– Если я стану кардиналом, орден не посмеет меня тронуть, иначе после такого они станут изгнанниками. Осталось только дожить до консистории.
Естественно, я понимал, что эту историю Четырнадцатый рассказал мне не просто так, а с каким‑то умыслом. В последнее время я всё больше был склонен к солдатской прямоте, поэтому просто спросил, чего он от меня хочет.
Мне почему‑то казалось, что по своему обыкновению Четырнадцатый начнёт играть словами, но, похоже, я недооценил степень его нервозности.
– Мне нужна очень мощная бомба с системой подрыва «мёртвая рука».
Удивлённый необычностью просьбы, я даже спросил:
– Думаешь, понадобится⁈
– Надеюсь, что нет, но в любом случае хочу прихватить с собой своих убийц.
«А святоша‑то на всю башку отмороженный, а казался интеллигентным человеком».
– Хорошо, будет тебе супербомба с мёртвой рукой.
Так и не войдя в портал, вернулся обратно на базу и достал из «отложенного» один бредовый проект, точнее сказать – идею, пришедшую мне в голову ещё когда я только начал постигать искусство системного артефактостроения.
Конечно же, это была бомба, но не банальная «бахалка», вся мощь которой заключалась в тупом одномоментном высвобождении энергии. Мою «бомбу», по сути, вообще нельзя было назвать бомбой, так как никакого взрыва вообще не предполагалось. Всё, что она должна была делать, – это в заданном радиусе нарушить молекулярную связь, другими словами, расцепить атомные кристаллические решётки.
Естественно, я не просто так собирался передать такое оружие Четырнадцатому, а в скромной надежде, что, если его всё‑таки убьют, орден, а точнее, его иерархи, прекратят своё существование, скорее всего, вместе с Ватиканом и огромной частью Рима.
Благодаря «Счетоводу» рассчитать «Стиратель», а потом и воплотить в металле, заняло у меня меньше суток.
Из‑за диких объёмов энергии и громоздких массивов пришлось делать его в виде широкого кожаного пояса, в котором и были скрыты многочисленные стальные пластины.
Уже под утро, чиркнув пару слов инструкции, отправил пояс Четырнадцатому, на всякий случай приуменьшив его радиус поражения в десять раз.
Игрок меня многословно поблагодарил и пообещал, что, если останется жив, отблагодарит меня.
Пожелав ему не умереть, полез в интернет и очень скоро узнал, что на самом деле Четырнадцатый – некто Чезаре Бользанаро, человек, сделавший головокружительную духовную карьеру: за несколько лет он прошёл путь от скромного священника из провинции до епископа в Ватикане и любимца папы Римского.
Кстати, он реально был учёным человеком: знал десяток языков и имел научные труды по математике и богословию.
– Так вот ты какой, самый умный игрок.
Пробормотал я, разглядывая на экране телефона постную физиономию человека неопределённого возраста.
В гроздь я всё‑таки выбрался, но вместо энергичной зачистки осколков продолжил разведку, и, как оказалось, не зря. В глубине сгоревшего парка, что тянул чёрные обугленные ветки, похожие на пальцы мертвеца, к небу, на покрытой пеплом поляне я обнаружил портал девятого ранга, что, кстати, для средней грозди было редкостью.
Несколько секунд я всерьёз подумывал зайти и попробовать матёрого Грантхаука на прочность, но потом одумался. Лезть к абсолютно неизвестному монстру такой силы в одиночку было безумием.
Выбросив из головы чудовище, пошёл к родным «шестёркам» и опять не успел начать: в кармане разгрузки зазвонил спутниковый телефон.
– О, дед.
– Алексей!
С первого же мгновения меня насторожил голос деда: я буквально чувствовал в нём сдерживаемую кипящую ярость и подавленное горе.
– Анастасия! Мама твоя, она погибла!
– Что!
Новость меня ошарашила, и, к своему удивлению, я почувствовал, как чувство потери болезненно укололо сердце. Мысленно я уже привык, что у меня есть семья, и теперь вдруг оказалось, что потерять кого‑то очень болезненно.
– Кто⁈
Каркнул я в трубку и не узнал своего голоса.
– Выродок Бельских! Они послали за ней своего богатыря!
Дед рассказал, что богатырь подловила Жар‑птицу во время отдыха, когда она восстанавливалась после боя с турком.
– Подожди! Откуда он узнал, где её лагерь⁈ Даже мне не сказали, когда я хотел с ней повидаться.
Дед долго молчал, а когда начал говорить, его голос был безжизненным, как у человека, потерявшего всё.
– Я пока точно не знаю, но есть вероятность, что его навели по приказу государя.
Я мгновенно вспомнил, что о местоположении лагеря матери знал только засекреченный офицер связи, и, молчи‑молчи, и, кстати, любой из них мог получить приказ сдать Жар‑птицу.
– Дед, зачем это ему? Мы же обо всём договорились. Какой в этом смысле⁈
– Всё очень просто, внук. Наш род очень силён. После войны, да с двумя архимагами наберём такое влияние, что вполне можем попробовать сменить династию. Право и силу имеем!
– И что теперь⁈
– А теперь мы втянуты в интригу, выбраться из которой живыми шансов немного. Как видишь, нас ловко спровоцировали на войну с Бельскими – очень сильным княжеским родом. Скорее всего, под конец войны я погибну: уверен, император об этом позаботится, а род будет сильно истощён и ослаблен. А уж молодым и неопытным князем с разорённым и почти мёртвым родом за спиной управлять куда как легче.
– Так, может, всё бросим и свалим к немцам⁈
– Нет!
В голосе князя прорезалась сталь.
– Уйти, забыв о мести за родича, – это такой позор, что лучше сразу всем родом покончить жизнь самоубийством!
– Значит, война⁈
– Значит, война, – повторил за мной дед.
Несколько секунд я молчал, переваривая очередной поворот судьбы.
– Дед, я тут кое‑что изобрёл, как раз на случай, когда нужно погромче хлопнуть дверью. Пришлю тебе варианты по мощнее.
А я приеду, как только найду доказательства вины Романовых.
Час спустя я под невидимостью шастал по штабу в поисках узла связи, каждую секунду ожидая сигнала тревоги, но, похоже, с магами сейчас всё было плохо, и меня так никто и не засёк. А я скоро обнаружил «секретку», где и заседали связисты и шифровальщики.
Телепортом проникнув в святая святых любого штаба, застал там двух поручиков в наушниках и за компьютерами.
Времени играть в слежку и по крупицам добывать информацию у меня не было, поэтому я схватил за шею ближайшего офицера и мгновенной серией телепортов унёс нас на пару километров в сторону, в руины бывшего театра.
К счастью, здесь никого не было, и допросу никто не помешал. Начал я сразу с третьей степени устрашения, с ходу отрезав лазером перепуганному поручику пальцы.
– Ты слил координаты лагеря архимага Курбской?
Поручик дико завопил, с ужасом глядя на кровоточащие обрубки пальцев. Стиснув зубы, сбил его на землю и отрезал часть кисти. Поручик оказался крепким орешком и заговорил, только когда от его руки осталось меньше четвертинки. Дед оказался прав: поручику приказали, причём не абы кто, а лично военный министр, родной дядя императора.
Записав признание поручика на телефон, отправил видео деду. Всё-таки предполагать и твёрдо знать – разные вещи.
После чего проколол лазерным лучом сердце поручика и вернулся на «базу»: нужно было подготовиться к войне с Бельскими и посчитаться с Романовыми.
Интерлюдия.
Санкт‑Петербург, резиденция императора.
Рабочий кабинет Романова.
Самодержец самой большой империи был хмур и откровенно зол – это можно было заметить по взглядам, бросаемым на бледного начальника всех жандармов.
– Александр Борисович.
От ледяного тона императора главжандарм вздрогнул и едва сдержал желание поёжиться.
– Я, кажется, вам дал чёткие инструкции и простое задание. Почему вы теперь мне докладываете, что Курбские знают о нашей роли в гибели Жар‑птицы?
– Прошу прощения, ваше величество, но пока ничто не указывает на то, что Курбские знают. Возможно, догадываются, но ведь это совсем другое дело.
– Значит, исчезновение офицера связи из «секретки» охраняемого штаба – это, по‑вашему, случайность?
Голос императора похолодел на пару градусов, а главному жандарму почудился крепкий сибирский морозец и глухая деревня, в которую он может отправиться уже сегодня.
Несколько томительных мгновений император сверлил жандарма ледяным взглядом, пока неожиданно не отвернулся и жёстким голосом, в котором буквально в каждом слове лязгал металл, начал говорить:
– Значит, так: молодого Курбского ликвидировать в кратчайшие сроки. Ни в коем случае не допустить его инфильтрации за границу. Можете задействовать любые средства и ресурсы.
Глава разведки подавил облегчённый выдох и стал преданно «есть» глазами государя.
– В случае провала ответите головой.
Романов хорошо знал, кто такие Курбские, и был уверен, что, если не уничтожить их превентивно, они будут мстить даже императору.
Гонку вооружений я продолжал сутки напролёт, наштамповав сотни «Стирателей» разной мощности – от «пыхалки» на десяток квадратных метров до «царь‑бомбы», покрывающей семь квадратных километров. Кстати, можно было и гораздо больше сделать, но я всерьёз опасался повредить земную кору.
Не забыл и про «чемодан Саламандера», точнее, про шесть пятидесятикубовых чемоданов и одну шкатулку. Так уж вышло, что моя «прислуга» из солдат нашла по соседству чудом уцелевший магазин, торгующий брендовыми сумками, чемоданами и прочими аксессуарами. Так я стал обладателем модных чемоданов от некоего Луи Виттона. Естественно, таскаться с горой чемоданов было бы тупо, поэтому для них было сделано так называемое «транспортное пространство» в пару «кубиков», с входом меньше игольного ушка. С помощью телепортационного артефакта, встроенного в браслет, где и располагалось «пространство», я просто перенёс туда всю «тару».
Часть «изделий» через телепортационную платформу отправил деду, точнее сказать, посреднику. Несмотря на все апгрейды, даже самые мощные артефакты дальше полусотни километров не доставали. Так что деду пришлось тайно организовывать целую цепь таких станций для быстрой переброски грузов и людей.
Закончилась моя подготовка в тот момент, когда мой гравировальный станок «допиливал» очередной «Стиратель».
– В связи со смертью игрока Девяносто девять всё его имущество будет выставлено на аукцион.
– Сука!
В последний момент едва удержался, чтобы не садануть кулаком в ни в чём не повинный станок.
– Вот какого хрена я всё барахло сразу в чемоданы не переложил⁈
Конечно, дело было не только в утраченых вещах. Мне было искренне жаль терять надёжного партнёра.
Несмотря на потери, я по‑прежнему ни в чём не нуждался: благодаря цепи телепортов за последние дни мне от князя пришла уже не одна тонна разного барахла – начиная от запасов продуктов и кончая сундуками с золотыми червонцами. Зачем дед толкал мне бесполезный металл, я не понимал, особенно если учесть, что в ближайшие дни я собирался присоединиться к нему и помочь в его войне с Бельскими.
Кстати, война уже вовсю бушевала, и своей беспощадностью, бескомпромиссностью, а главное, лёгкостью, с которой дед применял «Стиратели», вызвала настоящую панику как в Российской империи, так и за рубежом. Похоже, никто не ожидал такой жестокости и скоротечности: за пару дней дед успел уничтожить три четверти недвижимости Бельских, оставив на местах их родовых гнёзд огромные идеально круглые воронки, грохнуть главу рода и помножить на ноль всю гвардию.
Остатки рода скрывались, по городам и весям, ведя партизанскую войну. Император делал вид, что ничего не замечает.
Следующее событие, случившееся буквально час спустя после смерти Девяносто девятого, – это турецкий архимаг. Так как сдерживать это чудовище от мира магии было больше некому, нашим частям резко поплохело. Единственное, что спасло одиннадцатую армию от тотального уничтожения, – это её рассеянность по Будапешту и пригородам. Кроме того, из‑за отсутствия линии фронта великий маг просто не мог бить в полную силу без риска зацепить своих.
Я даже выбрался на уцелевшую часть крыши, чтобы полюбоваться гневом архимага. Судя по штормовому ветру, сносящему каменные дома, и нескольким торнадо, свирепствующим в центре города, великий чародей сражался с кем‑то очень живучим, возможно, с группой витязей и магов.
– Интересно, что там за смертники, – пробормотал я, начиная понемногу расширять радиус радара. После последних модификаций я легко мог накрыть половину города.
Ожидаемой группы там не оказалось, если не считать несколько десятков тысяч трупов, скрупулёзно посчитанных для меня «радаром». Но через минуту по самому краю мелькнула фантастически быстрая точка и исчезла за пределами радиуса.
– Хм, а это ещё кто⁈
За тот краткий миг, что неизвестный находился в зоне действия моей «мини‑карты», луч радара успел его просветить и обозначить как витязя с плотностью тела, на порядок превосходящей у Ерофеева.
– Вот так встреча! – почти прорычал я, неосознанно оскалившись.
Мгновенно ускорившись, рванул к месту боя архимага и богатыря Бельских.
Кстати, самого архимага я так и не нашёл. Вполне возможно, что его и не было в городе, зато богатырь никуда от меня не делся. Он всё так же со скоростью Флеша под энергетиками продолжал метаться по центру, видимо, пытаясь найти архимага, попутно уклоняясь от его атак.
– А он малость туповат! – пробормотал я, стремительно нагоняя витязя. Естественно, честно сражаться с этим сверхскоростным монстром я не собирался. Неожиданный удар в спину ещё никого не оставлял равнодушным.
Я уже выбирал позицию, откуда буду атаковать, как вдруг понял, что последнюю минуту ощущаю какое‑то странное, разлитое в воздухе напряжение.
– Что‑то знакомое, – пробормотал я, тревожно оглядываясь.
Именно в этот момент едва слышно тренькнуло системное сообщение, заставив меня вздрогнуть.
– Задание: примите участие в обороне Будапешта.
Награда: 1000 ОП.
Глава 24
Отмахнувшись от задания, схватил телекинетическим «щупальцем» богатыря и рванул вверх, одновременно полоснув лазером и создав на месте его тела десяток «звёзд».
Всё, что я успел почувствовать, – это могучий рывок. В первое мгновение мне даже показалось, что в богатыря угодил артиллерийский снаряд и его разорвало к чертям.
Я ошибся: то, что я принял за взрыв, было броском высшего витязя. Легко преодолев силу моего телекинеза, богатырь вывернулся из захвата, с изяществом танцора уклонялся от лазерного луча и россыпи «звёзд» и буквально исчез из восприятия, чтобы через мгновение я почувствовал, что аварийный телепорт выбросил меня в полусотне метров левее. На этот раз всё прошло без дезориентации, и меня без проблем «поставило» на ровный участок земли.
Уронив себе под ноги пластинку «Стирателя», снова ударил лазером, ориентируясь по «радару», и через мгновение опять был отброшен аварийным телепортом в сторону, так и не заметив атаки.
– А он охренеть какой быстрый! – пробормотал я, лихорадочно забивая поле битвы облаками «Деструкции» и гравиловушками. Не забыл и навтыкать на свободных участках «стены» в надежде, что гранит притормозит этого скорохода. Как бы между делом уронил на землю ещё одну «чешуйку» «Стирателя».
На этот раз я был максимально собран и, возможно, поэтому успел заметить мелькнувшую перед лицом тень. И снова оказался перенесён аварийным телепортом. Едва успел понять, где я нахожусь, как снова был переброшен в другое место. Там, где я только что находился, с грохотом и клубами пыли приземлился кусок кирпичного дома в пару тонн весом.
– Сука! – выкрикнул я, роняя следующую «бомбу». На этот раз телепортом я управлял самостоятельно, просто перенесясь в небо. С высоты смог разглядеть, как размазанный от скорости силуэт богатыря с лёгкостью пронзает «гравиловушку», ударом кулака раскалывает мою «стену», и через мгновение в меня полетел кусок гранита размером с легковой автомобиль – и это всё меньше чем за полсекунды.
«Прыгнув» выше, каменного снаряда, немного рисуясь, рассек лазером камень на две половины и снова выдал очередь из «звёзд», расчётливо попытавшись с помощью «стен» ограничить место для манёвра богатыря. Опять увернувшись от сиреневых вспышек, витязь легко запрыгнул на вершину стены, опять уклонился от малинового высверка лазера.
– Тогда ва‑банк! – выкрикнул я и швырнул вниз сразу несколько «Стирателей», ускорив их полёт ударом телекинетической руки.
В последний момент богатырь что‑то заподозрил и мгновенно рванул в сторону, буквально взорвав вершину стены своим толчком.
– Кац! – выкрикнул я мысленно, подрывая весь разбросанный «боезапас». На краткий миг внизу вздулись десяток огромных мыльных пузырей, сотни метров в диаметре, и так же быстро исчезли, оставив после себя идеальные воронки-полусферы в земле.
Убедившись, что система мне всё ещё не засчитала победу над высшим витязем, серией телепортов перенёсся на полкилометра в сторону и открыл «радар». Богатырь нашёлся мгновенно. Собственно, никуда убежать он не успел: увернувшись от брошенных в него «Стирателей», он автоматически оказался в зоне поражения других. Правда, и тут умудрился почти вывернуться, но не успел совсем немного и лишился обеих ног сильно выше колен.
– Спёкся, сука!
Легко догнав телепортами куда‑то ползущего богатыря, с расстояния в десять метров отрезал ему лазером правую руку выше локтя, после чего, уже не опасаясь этого чудовища из мира людей, пошёл к нему пешком, выдернув телепортом из «оружейного» чемодана системный топор за авторством Крысобоя.
Со стороны казалось, что он просто появился у меня в руке, но на самом деле был переброшен к якорю, коим являлось невзрачное колечко на безымянном пальце.
Витязь, заметив меня, перевернулся на спину и, не выказывая ни боли, ни страха, сел.
– Что, выблядок, пришёл за мамку посчитаться⁈
Хриплый голос витязя был буквально пропитан презрением и неожиданно насмешкой.
Сняв баллистическую маску с лица, улыбнулся и лазером отрезал богатырю по плечо левую руку. Крови практически не было. Тот едва заметно вздрогнул, но не утратил заряда презрения и ненависти во взгляде.
Ударом ноги в лицо опрокинул твёрдое, как камень, тело на землю, прижал его телекинезом и одним ударом обезглавил так и оставшегося для меня безымянным богатыря.
+101 550 ОП.
Отреагировала система.
Равнодушно отмахнулся от награды, достал из разгрузки телефон и сделал несколько фотографий тела и отдельно головы, подобрал голову, убрав её в «инвентарь», и вдруг только сейчас понял, что турецкий архимаг за всё время наших «догонялок» с богатырём ни разу не вмешался, хотя мог серьёзно осложнить бой и мне, и богатырю. Кстати, не влез он и когда высший витязь был искалечен и практически беспомощен.
– Интересно, почему? – пробормотал я и через мгновение получил ответ в виде угольно‑чёрного быка, сплошь покрытого шипами, выметнувшегося из‑за кучи мусора.
– Ах, да, Выдох же!
Атаковать меня с ходу из‑за огромных куч строительного мусора и ям, оставленных «Стирателем», у твари не получилось.
Пока бык, грозно фыркая и сверкая бешеными глазами, искал ко мне путь, я, никуда не торопясь, сформировал лазерный луч и развалил монстра на две половины.
+155 ОП.
– Интересно, почему богатырь после убийства Жар‑птицы не ушёл из города? Неужели меня искал⁈ Ну что ж, он меня нашёл! – бормотал я, раз за разом прокручивая ситуацию в голове, одновременно шаря своим «тентаклем» в мёртвой туше чёрного быка в поисках камня душ. Кристалл отыскался там, где у нормального животного должно быть сердце.
Рубиться с ордами монстров лоб в лоб меня не прельщало, но, судя по отметкам на радаре, которые уже начали сливаться в одно красное пятно, битвы с ордой не избежать.
– Не, ну их на хрен, не дай бог опять встречу кого‑нибудь вроде ментанта!
Вздрогнув от неприятных воспоминаний, устроился в развалинах небольшого особняка и уже привычно стал заполнять пространство заклинаниями «Деструкции», пряча в белых облаках гравитационные ловушки. Не прошло и пары минут, как потёк первый опыт – причём не с монстров, а солдат и каким‑то чудом выживших до этого момента гражданских. Кто попал под мои заклинания – союзники или враги, – я не разбирался: с сегодняшнего дня у Курбских больше не было союзников.
Грозовой фронт «Деструкций» стремительно расширялся и вскоре буквально поглотил две трети грозди, сильно замедлив формирование и наступление орды. Конечно, особо сильные монстры прорывались, но всякая «мелочь», которая обычно и составляет основную массу орды, осталась растворяться в «облаках» или плющиться в гравитационных ловушках.
За какой‑то час, не сходя с места, я заработал больше трёхсот тысяч ОП, неожиданно став миллионером.
«Резервный счёт»:
1 235 820 ОП
Уровень 110
4670/11 000 ОП.
Чтобы дотянуться до дальней части грозди, мне пришлось обходить «пятно» собственных заклинаний, попутно шинкуя лазером пробившихся монстров. Иногда я не успевал и натыкался на места бойни. Иногда это были солдаты той или иной армии, а иногда – гражданские.
А потом вышел к месту ожесточённого сражения турецких и российских войск при поддержке магов и витязей. Причём и тем, и другим приходилось параллельно отбиваться от накатывающихся волн монстров. Благо до них дошла только первая волна, в основном состоящая из тварей, вышедших из осколков первых‑третьих рангов.
Обойдя битву стороной, хотел было продолжить свой путь, как вдруг заметил на «радаре» отметку Аглой. Судя по наседающим на неё «красным точкам», дела у сестры шли неважно.
Резко сменив направление, бросился на помощь.
В следующее мгновение значок сестры погас, и через секунду набор скриптов «радара» обозначил её как труп.
Задавив эмоции, ускорился, заранее приготовив «Стиратель».
Через две секунды я запрыгнул на почти целую колокольню с видом на заваленную мусором и трупами площадь.
Внизу стояли четверо игроков, и, несмотря на то что я был в режиме невидимки, смотрели на меня.
– А ты не торопился, Тридцать четвёртый, – произнёс высоченный игрок в сером максимилиановском доспехе с длинным прямым мечом в руке. Вместо личины он использовал стальную маску японского демона.
– Тридцатый! – пробормотал я номер‑имя сильнейшего игрока.
– Она что, серьёзно была его сестрой⁈ – произнёс Двадцать шестой, видимо продолжая прерванный моим появлением разговор.
– Ты бы, дебил, оторвался от своей порнухи и новости что ли посмотрел! – раздражённо произнёс женским голосом Сорок четвёртый. Из‑за глухой брони, скрывающей фигуру, и баллистической маски определить пол игрока можно было только по голосу.
Разговаривать с игроками мне было не о чем, да и незачем, и я атаковал.
Вытянув свою невидимую лапу, схватил Тридцатого, всаживая ему в голову лазерный луч, одновременно щедро рассыпав веер «звёзд» для оставшейся тройки и параллельно ловя их в «Сингулярный захват».
Ничего не сработало. Тридцатый вдруг потерял «осязаемость», стал скользким, как мыло, и без проблем выскользнул из моей хватки. Но лазерный луч его всё же догнал и перечеркнул по диагонали от плеча к поясу – но ничего не произошло: призрачное тело без проблем пропустило через себя малиновый луч. Несколько «звёзд» вспыхнули в его тушке сиреневыми вспышками, подсветили игрока изнутри, на мгновение сделав прозрачным, но никак ему не навредив. Оставшаяся тройка тоже без проблем уклонилась от «звёзд» и как‑то слишком легко выбралась из нескольких «хваталок» подряд.
Быстро сменив несколько позиций подряд, решил не распыляться и действовать методично.
Прыгнув к Сорок четвёртой, точнее сказать, переместился к ней, но не приближаясь ближе чем на двадцать метров, схватил игрока «щупальцем», рванул вверх, одновременно рассекая лазерным лучом. Окончательно «поделить» игрока не успел: сработал аварийный телепорт, перебросив меня обратно на разбитую колокольню.
Сорок четвёртая была всё ещё жива, но, похоже, чувствовала себя не важно, так как висела на плече Тридцатого, словно мокрая тряпка. Багровый рубец от лазера пересекал её тело от плеча, совсем немного не доходя до правого бока.
– Раз он её держит, значит, сейчас он материальный, – пробормотал я, ударив прерывистым лучом и снова «обсыпав» игроков «звёздами». Сорок четвёртая упала с плеча Тридцатого и, получив полдесятка «звёзд», что буквально превратили её тело в швейцарский сыр, умерла.
– 65 540 ОП.
В этот момент в нашу битву вмешались монстры. Из нескольких улиц сразу вырвались буквально реки чудовищ. Как и всегда при Выдохе, монстры отличались удивительным видовым разнообразием.
Игра в салки с игроками мне быстро надоела, и я решил использовать домашнюю заготовку. Оставив на месте очередного выхода из «прыжка» телепортационный якорь, рванул от игроков прочь. Никто меня не преследовал: не обладая моей мобильностью, они быстро оказались связаны боем с монстрами.
Остановился я только на окраине Будапешта, примерно в двух километрах от места битвы. Мысленно пожелав сестре, которую я так и не успел узнать, удачного посмертия, отправил на оставленный якорь один из самых больших «Стирателей» с выставленным таймером на одну секунду.
Не глядя смахнул безбрежное полотно системных сообщений, проигнорировал новые предложения аукциона и пешком пошёл на выход из города – к ближайшему телепортационному маяку. Правда, далеко не ушёл: с тихим щелчком пришло ещё одно сообщение.
– В связи со смертью Четырнадцатого всё его имущество будет выставлено на аукцион.
Я остановился, зачем‑то оглянулся на руины Будапешта, затянутые дымами пожаров, и пробормотал:
– Похоже, у нас теперь ещё и Рима нет.
Несколько секунд я просто стоял, чувствуя печаль и иррациональную вину за смерти Жар‑птицы и Аглой.
– Я просто устал. Пару дней отдыха – и снова буду как новенький!
Зазвонивший телефон в кармане разгрузки заставил меня вздрогнуть. Звонил Артамонов, секретарь деда. Заинтригованный, я принял звонок.
Голос княжеского секретаря звучал тихо и постоянно прерывался бульканьем, словно он пил воду и одновременно разговаривал со мной.
